Ненастной порой осенней -
А время уж было плакать -
Господь постучался в сени,
Со стоп отряхая слякоть.

Он, горбясь, прошел на кухню;
Присел, ликом строг, печален,
Как будто листок пожухлый,
Склонясь над остывшим чаем.

Мы долго молчали оба,
К чему разводить здесь речи?
У нас ведь нашелся повод
Для памятной этой встречи.

- А знаешь, - сказал я тихо, -
Я думал, что ты моложе.
Варенье вот, с облепихой.
Отведай варенья, Боже.

Поставил я снова чайник
И, ложкой звеня в стаканах,
Поведал об обычайном:
О жизни своей и планах.

Господь кивнул с одобреньем,
Мол, верно глаголешь, чадо.
И ели мы с ним варенье,
Как будто бы так и надо.