Валера открыл дверь, и увидел Павла. - А, Павел, привет. Каким ветром тебя к нам занесло? Ну, проходи.
- Валер, а Валя дома?
- Дома. Она в душе, сейчас выйдет. Ну, как ты, отошёл? Вижу, Дима постарался в тот день, - хмыкнул Валера, осматривая его припухшее лицо.
- Ладно, смейся, сколько хочешь, только Валю позови. Мне с ней очень нужно поговорить.
- Что за секреты у тебя с моей женой?
- Да какие секреты, ты можешь тоже присутствовать при нашем разговоре.
- Ты садись, Паш, может выпить хочешь? - спросил Валера, когда они прошли в комнату.
- Нет, спасибо, я за рулём.
Валя вошла в комнату, расчёсывая свои влажные волосы.
- Привет, Паш. А я слышу голоса, и не пойму кто у нас.
- Привет, Валя. А я собственно к тебе. Мне бы хотелось задать тебе пару вопросов, и для меня это очень важно.
- Какие вопросы? - насторожилась Валя.
- На дне рождении у Димы ты выходила в туалет, а потом вы с Таней вернулись в комнату. Не могла бы ты сказать, что конкретно ты видела в коридоре.
Валя сразу изменилась в лице, встала, и отошла к окну. А затем повернулась, и произнесла с дрожью в голосе. - Паш, в тот день я сильно набралась, и ничего не помню. Мы с Ольгой хорошо выпили, и мне стала плохо. Поэтому я и выходила в туалет.
- Но что-то ты же должна была видеть. Таня сказала, что ты смотрела на Макса со Светой. Пожалуйста, скажи мне, что ты видела, мне это очень важно.
- Валя, да скажи ты ему, раз он так хочет это знать.
Валя с болью посмотрела на мужа. Если бы он знал, что как раз это она и не могла сказать Павлу. Этим самым она поставила бы под угрозу их супружескую жизнь.
- Валя, пожалуйста, - снова начал просить её Павел, - я сделаю для тебя всё что угодно, только скажи мне, что ты видела. Может, Макс принуждал Свету к сексу? Скажи мне правду. Или они вообще не занимались сексом?
Оба они смотрели на неё, Павел умоляющим взглядом, а Валера с каким-то интересом, как-будто начал что-то подозревать.
Валя в расстройстве сдавила руки, и закричала.
- Я ничего не помню, Павел! Я была тогда пьяна! Зачем ты мучаешь меня!
Валера подошёл к жене, обнял её, и прижал к себе.
- Тихо солнышко, не надо так волноваться. - А потом повернул голову к Павлу, и сказал. - Тебе лучше уйти, Паш. Мне кажется, ты нервируешь мою жену.
- Да попроси хоть ты её Валера, пусть она скажет правду! - в отчаянии закричал Павел.
- Она не знает, Паш. Если бы она знала, она бы сказала. Почему бы тебе не поговорить с Татьяной. Она в тот день не пила, и должна хорошо всё помнить.
- В том-то и дело, что я ей уже не верю, и хотел услышать версию твоей жены, - произнёс он разочарованно.
- Ну, извини, ничем не могу помочь, - посочувствовал Валера.
- Ладно, это вы меня извините, - сказал он, и вышел. Разговор с Валей ничего не дал, хотя одно он понял наверняка, Валя чего-то не договаривает, а Таня лжёт. Ему нужно было поговорить с Димой. Вот кто сможет ему помочь.
Дима открыл дверь, и оглядел его долгим, изучающим взглядом. - Да, выглядишь ты не важно.
- Сам же и постарался, - огрызнулся Павел.
- Значит, заслужил, - ухмыльнулся Дима. - Ладно, я и сам знаю, что переборщил. Проходи.
Они прошли на кухню. - Хочешь выпить?
- Я же за рулём.
- Оставишь машину возле моего дома, завтра я тебе её пригоню.
- Ладно, наливай. На душе так паршиво, что без выпивки, никак.
Дима достал бутылку водки, и закуску.
- А где Ольга? - спросил Павел, садясь за стол.
- К подруге поехала. Радуйся, что её сейчас нет, а то бы она тебе все мозги пропесочила, - сказал Дима, и разлил водку по стопочкам. - Ну, поехали. - Они чокнулись, и выпили.
- Думаешь, я сам не понимаю, что виноват. Я себя последним дерьмом чувствую. Закрываю глаза, и каждый раз вижу этот её безжизненный взгляд. Если бы ты видел, как она тогда смотрела на меня.
- Ладно тебе Паш, не убивайся ты так, - сказал Дима, положив ему руку на плечо. - Лучше подумай, как прощения у неё просить будешь.
Павел вскинул голову, и Дима увидел боль, плескавшуюся у него в глазах. - Дим, она не простит, я слишком хорошо её знаю.
- Ну, так иди, и ползай на коленях перед ней, чтобы простила.
- Это не поможет, Дим. Я поступил с ней как настоящий подонок, и теперь уже ничего исправить нельзя. Я причинил ей столько боли, что прощения мне нет.
- Ну что ты ноешь как баба. Мужик ты, или нет. Сумел всё испортить, сумей и исправить. Как ты вообще смог такое сделать.
- Я сам не знаю, Дим. Меня как-будто заклинило в тот момент. Я не понимал что делаю, пока не увидел её глаза. Если бы ты не отключил меня тогда, я бы упал на колени перед ней, и стал бы умолять простить меня.
- Ну вот, я же ещё и виноватым остался.
- Нет, Дим, я тебя не виню. Я сам всё испортил, и потерял её навсегда.
- Паш, она тебя любит. Я понял это, когда вы вернулись назад. Она смотрела на тебя глазами влюблённой женщины. Да ты и сам это знаешь. Я вот только одного понять не могу, - задумчиво сказал Дима, - почему она с ним, а не с тобой.
- Думаешь, я это понимаю. Этот вопрос мне самому не даёт покоя. День и ночь об этом думаю, спать не могу.
- А почему ты её не спросишь об этом?
- Я спрашивал, но она увернулась от ответа, и дала мне понять, что между нами стоит Таня, и её будущий ребёнок.
- А что, это может быть. Иногда женщины болезненно воспринимают чужого ребёнка. И ты тоже хорош, как ты мог снова спутаться с Таней. А ведь на дне рождении она сделала это специально. Тебе не кажется, что у Светы с Максом ничего не было в коридоре?
- Да я теперь просто уверен, что Таня соврала, - сказал Павел, пристально посмотрев на Диму. - Дим, у тебя же хорошие отношения с Валей. Спроси её, что она видела тогда в коридоре.
- А почему ты сам у неё не спросишь?
- Да я уже спрашивал, она не говорит. Темнит она что-то, и всё твердит, что ничего не помнит.
- Странно, - нахмурился Дима. - Я поговорю с ней, только не по телефону. Завтра я позвоню ей, и договорюсь о встрече.
- Спасибо тебе Дима, ты настоящий друг.
- Да брось ты, мне это совсем не сложно. Ну, что, выпьем ещё?
- Нет, Дим, я, наверное, домой поеду, - сказал он, и поднялся. - Позвони мне, если Валя расскажет тебе о том, что видела тогда в коридоре. - И с этими словами он повернулся, и пошёл к двери.
Дима посмотрел на часы. Через двадцать минут они с Валей договорились встретиться в парке возле его дома. - Оль, у меня тут с коллегой одним встреча назначена. Нам нужно кое-что с ним обсудить. Я вернусь где-то через часик.
- Иди, ко мне сейчас всё равно Таня заехать должна, - сказала она, доглаживая бельё.
Дима скривился, одно её имя уже раздражало его. Но он не стал ничего говорить жене, так как это привело бы лишь к ненужным спорам, а времени на это у него сейчас не было. Он просто развернулся, и ничего не говоря, вышел из комнаты.
Валя пришла во время, и присела на скамейку возле него. - Что случилось? - сразу перешла она к делу.
- Валь, ты извини, что я вытащил тебя из дома, но по телефону мне не хотелось говорить на эту тему.
Валя выжидающе смотрела на него.
- Это касается Павла. Он вчера был у меня, и просил кое-что узнать у тебя.
Валя резко отвернулась.
- Понимаешь, это очень важно для него. Тебе ведь ничего не стоит сказать ему правду.
Она снова повернулась к нему. - Ошибаешься, это может стоить мне семьи.
- Я тебя не понимаю, - нахмурился Дима.
- Тебе я могу сказать всё только в том случае, если ты пообещаешь ничего не говорить Павлу.
- Говори, - твёрдо произнёс он, - я тебя не предам.
Валя тяжело вздохнула. - Тогда в коридоре Таня припёрла меня к стене, и взяла на шантаж. Она сказала, что всё расскажет Валере, если я не подыграю ей. Она знает о нас с тобой, и если расскажет всё Валере, ты знаешь, чем мне это грозит.
- Вот дерьмо! - вырвалось у Димы.
- Вот и я о том же. Павел не должен ничего узнать. Ты же знаешь, какой он бешеный. Он сразу побежит к Тане, а она отыграется на мне.
Дима выругался.- Не волнуйся, я ничего ему не скажу. Я так понимаю, там, в коридоре ничего не было.
- Нет, они просто разговаривали, и не о каком сексе даже близко не шла речь.
- Павел в принципе и сам уже это понял, но ты права, лучше ничего ему не говорить. Вот ведь дерьмовая ситуация.
- Думаешь, я этого не понимаю. Валера тоже начал что-то подозревать. После вчерашнего разговора с Павлом он как-то странно смотрит на меня.
- Валя, ты прости меня, это я виноват.
- Ну что ты Дима, я тебя ни в чём не виню. Я и сама была тогда хороша. Мы оба тогда выпили не мало, и кто знает, чем бы всё закончилось, если бы Ольга нас тогда не застукала.
- Да ничем бы не закончилось. Ты любишь своего мужа, а я, Ольгу.
- У тебя с ней всё нормально?
- А почему ты спрашиваешь? - нахмурился Дима.
- Да мне показалось на дне рождении, что вы с ней не очень ладите.
- Было такое, но теперь у нас с ней всё в порядке.
- Я рада за вас, - сказала Валя, и поднялась со скамейки.
Дима тоже встал, и отряхнул штаны. - Валя, я рад, что ты на меня не злишься.
- Вот глупый, с чего мне на тебя злиться, - сказала она, и, положив руки ему на плечи, заглянула в глаза. - Ты отличный парень Дима. И если бы не Валера и дети, я может быть отбила тебя у Ольги.
Дима задорно рассмеялся. - Да ты мне льстишь, Валя.
Валя покачала головой. Если бы он знал, как далёк он был от истины. Она пошла бы за ним хоть на край света, если бы он позвал, но она знала, что он не позовёт. Он любил свою жену.
- Привет, - улыбнулась Ольга, пропуская Таню в квартиру. - А я думала, что это Дима что-то забыл, и вернулся. Ты его не встретила по дороге? Он только что вышел.
- Нет, он, наверное, на лифте спустился, а я решила по лестнице подняться. Мне врачи советуют больше ходить. Может, пойдём, прогуляемся в парке, я Блейка в машине оставила.
- Пошли, я только блузку другую одену.
Они шли к парку, выгуливая собаку, и Ольга не знала, как начать разговор. После того злополучного дня рождения они с Таней не виделись, но обе понимали, что разговора об этом не избежать. - Знаешь, Таня, я много думала о том дне, - начала она после неловкого молчания. - Тебе не кажется, что это было несколько жестоко по отношению к Свете.
- Я что ли её шлюхой обозвала, - бросилась защищаться Таня.
- Нет, не ты, но ты спровоцировала Павла на это.
- Ну и что теперь, ты хочешь пойти, и всё ему рассказать? - громко проговорила Таня.
- Не кричи так, люди смотрят. Я ничего не смогу ему рассказать, потому что дала тебе слово молчать. Но мне кажется, ты сама должна это сделать.
- Я ничего ему не скажу, и ты меня не заставишь. А если выдашь меня, ты нарушишь своё слово.
- Пойми ты Таня, это неправильно.
- Что же ты такая правильная с Максом спала, - бросилась в атаку Таня.
- Это тоже было подло по отношению к Диме.
- Быстро же ты переметнулась на сторону своего мужа. А если Света заполучит Павла, и оставит Макса, ты ведь опять к нему побежишь.
- Нет, не побегу. Я за это время тоже многое поняла.
- Не иначе как влюбилась в собственного мужа. Только вот где гарантия, что он тебе снова не изменит, - сыпала Таня ядовитыми стрелами, и не сразу заметила, что Ольга остановилась. - Ну, ты идёшь, - сказала она, посмотрев на неё.
Ольга всё так же не двигалась с места.
- Ты чего встала как вкопанная.
- Тань, ты извини, но я кое-что забыла дома, - сказала она каким-то безжизненным голосом, и развернувшись пошла назад.
- Постой, ты куда?! - позвала Таня, и пошла за ней следом. - Что это на тебя нашло? - спросила она, поравнявшись с ней.
- Таня, не спрашивай меня ни о чём. Я сейчас поднимусь наверх, и возьму кое-какие вещи. Я быстро, подожди меня здесь. Отвези меня потом, пожалуйста, к моим родителям.
- С чего это ты вдруг вздумала к родителям ехать.
- Так надо, ты подожди меня тут, я через пять минут вернусь, - проговорила она быстро, и скрылась в подъезде.
Ольга открыла дверь, и вбежала в квартиру. Она схватила свою сумку, и стала кидать в неё всё самое необходимое, а слёзы текли у неё по щекам. Потом она быстро набросала пару строк на листе бумаги, и положила его на кровать.
Дима вошёл в квартиру, и прошёл в гостиную. - Оля, я уже дома! - крикнул он, но ответа не услышал. На кухне жены тоже не оказалось, и он пошёл в спальную. Может, она прилегла,- решил он. Но в спальной её тоже не было. Странно, - подумал Дима, и вдруг увидел лист бумаги, лежащий на кровати. Он взял его в руки, и пробежал глазами.
Я тебя бросаю Дима. Ты прав, я тебя всё время сравниваю с Максом. В постели он лучше тебя, и рядом с ним ты проигрываешь. За своими вещами приду позже. Ольга.
Дима с силой ударил ногой по кровати, и заревел как раненое животное.
Макс едва успел прийти с работы, как услышал звонок. Он открыл дверь, и Дима ураганом ворвался в его квартиру. - Где она?! - орал он как ненормальный, припечатав его к стене.
- Кого ты имеешь в виду? - спросил Макс, - пытаясь оттолкнуть Диму.
- Не прикидывайся гад, ты прекрасно знаешь, кого я имею ввиду, - прорычал Дима, всё так же, не отпуская его.
- Понятия не имею, о ком ты говоришь.
- Я говорю о своей жене. Где она?
- Я не видел её с твоего дня рождения. Я же дал тебе слово, что не впущу её сюда, - попытался успокоить его Макс.
- Тогда где она? - убрал он руки, но всё ещё с недоверием смотрел на Макса.
- Я не знаю, но если ты думаешь, что после каждой вашей ссоры она будет бежать сюда, ты очень ошибаешься.
- Мы с ней не ссорились, и ты прекрасно это знаешь, - сказал Дима, всё также сверля Макса глазами.
- Я этого не знаю, - произнёс Макс, теряя терпение. - Но если ты объяснишь мне, что произошло, мы попытаемся разобраться вместе.
- Вот, - проговорил Дима, и, достав из кармана смятый листок бумаги, протянул его Максу.
Макс пробежал глазами Ольгино сообщение, и нахмурился. - Здесь не говорится, что она пошла ко мне, но этим письмом она явно хотела задеть тебя, сделать тебе больно. На Ольгу это не похоже. - Он пригляделся внимательно, а потом протянул лист Диме. - Ты чем-то сильно обидел её. Она плакала, когда писала это письмо. Вот, приглядись, здесь строчки размыты.
Дима выхватил у него лист бумаги, и тоже внимательно вгляделся в него. - А ты ведь прав, мать твою, - вырвалось у него.
- Ольга никогда не стала бы просто так обижать тебя. Ты сделал ей очень больно, и это её письмо, всего лишь её реакция на ту боль. А теперь подумай, чем ты так сильно обидел её.
Дима грязно выругался. - Кажется, я понимаю в чём дело. Она видела меня в парке с Валей.
- Я думал ты умнее, Дима, - разочарованно произнёс Макс.
- Это не то, что ты подумал. Между прочим, ты тоже в какой-то степени виновен в том, что я встречался сегодня с Валей.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что это я толкнул тебя на измену.
- Да при чём тут измена. Я имею в виду тебя, и Свету.
- Говори, - резко произнёс Макс, и теперь уже сам толкнул Диму к стене.
- Я не могу, я дал слово.
- Я тебе вышибу сейчас мозги, если ты не скажешь мне, о чём речь, - угрожающе произнёс Макс.
- Ишь ты, как заволновался. Ладно, я скажу тебе, в чём дело, если ты дашь мне слово, что будешь молчать. Но за это я тоже кое-что хочу услышать от тебя.
- Что конкретно тебя интересует? - спросил Макс прищурившись.
- Я хочу знать, что у тебя с твоей сестрой, и почему ты на ней женился.
- А вот этого ты не имеешь права у меня спрашивать.
- Я отвечу на твой вопрос. Но только в том случае, если ты ответишь на мой. И со своей стороны я даю тебе слово, что это останется между нами. Я уже знаю, что Света твоя сестра, но никому об этом не сказал, даже Ольге. Мне ты можешь спокойно доверять.
Макс задумался. - А знаешь, я и сам хотел поговорить с тобой, но не решался. Видишь ли, мне нужна твоя помощь. Дай мне слово, что никому ничего не расскажешь из того, что я тебе поведаю, а тем более, Павлу.
- Можешь на меня положиться, я даю тебе слово молчать.
- Я женился на Свете, чтобы перетащить её в Германию, - сказал Макс после некоторого колебания.
- Так я и думал, - мрачно произнёс Дима.
- Но это ещё не всё. Есть ещё кое-что, о чём ты даже не догадываешься. Света беременна.
Дима в ужасе уставился на него. - Значит, ты всё же не смог удержаться.
- Ты что, рехнулся! Я же сказал, что брак наш фиктивный.
- Тогда чей это ребёнок?- спросил с интересом Дима.
- Ты действительно не догадываешься?
- Мать твою! - вырвалось у Димы. - А Павел знает?
- В том-то и дело, что он ничего не знает, и Света не хочет ему говорить. Таня призналась, что ждёт ребёнка от Павла, и Света считает, что она не имеет права вмешиваться в их отношения. Но я не верю, что это ребёнок Павла. А ты что-нибудь знаешь об этом? - с надеждой в голосе спросил Макс.
Дима отрицательно покачал головой.
- Зато я знаю, кто может в этом нас просветить.
Дима с интересом посмотрел на него.
- Ты что, ещё не понял, кому Таня доверяет все свои секреты.
- Ольга! - выпалил Дима.
- Точно, только вот скажет ли она, если дала слово молчать.
- Я попытаюсь с ней поговорить, хотя, сейчас она не станет со мной разговаривать.
- А зачем ты встречался с Валей? - вдруг вспомнил Макс.
- Об этом меня попросил Павел. Ты ведь ничего не знаешь, Макс. В тот день, когда вы со Светой вышли в коридор, Валя с Таней тоже выходили. Таня взяла тогда Валю на шантаж, и сказала, что если она её не поддержит, она откроет Валере глаза, и скажет, что его жена изменяла ему со мной. Они тогда вернулись в комнату, и Таня рассказала, что ты со Светой занимаешься сексом в коридоре.
- Вот дрянь! - воскликнул Макс. - Теперь всё становится на свои места. А я-то никак не мог понять поведения Павла.
- Но ты же понимаешь, что мы не можем открыть ему глаза.
- Ему-то может и нет, а вот Светке я могу всё рассказать. Не волнуйся, она будет молчать, но зато теперь она будет знать, что представляет собой Таня.
- Ты думаешь, это поможет?
- Не уверен. Светка тоже упрямая, но я постараюсь на неё надавить. Тебе же предстоит обработать Павла. Заставь его поехать к ней.
- Не думаю, что у меня это получится. Он уверен, что она его не простит.
- Значит, тебе нужно переубедить его. Если они не встретятся, они никогда не поймут друг друга.
- Ладно, я сделаю что смогу, но сначала мне нужно заняться личными проблемами, и вернуть жену.
Макс положил руку ему на плечо. - Дим, дай ей время остыть. Если хочет пожить немного с родителями, пусть поживёт. Я знаю женскую психологию. Если ты станешь давить на неё, она заупрямится, а если сделаешь вид, что тебя это не особо задевает, она сама перебесится, и вскоре прибежит назад.
- Может ты и прав, и, скорее всего я так и поступлю. Я не стану требовать её возвращения домой, но собираюсь сегодня же навестить её, - сказал он хитро, прищурившись.
Дима позвонил в дом к тестю. Его тёща открыла дверь, и в испуге уставилась на него. - А Оли нет, Дима.
- Марина Витальевна, вы же знаете, я не уйду, пока не осмотрю весь дом, - улыбнулся он ей самоуверенно, и, отодвинув её в сторону, прошёл внутрь.
Дима шёл прямиком в Ольгину комнату, а тёща бежала за ним. - Димочка, ради бога, не мучай её. Она прибежала вся в слезах, и ничего не говорит даже мне.
Дима остановился, и пристально посмотрел на неё. - Марина Витальевна, мы с ней сами разберёмся. Всё, что вам нужно знать, это то, что я люблю её. Позвольте мне поговорить с ней без вашего участия, я её не обижу.
- Хорошо, - сказала женщина, отходя в сторону, - только не сильно дави на неё.
Дима вошёл в комнату, и закрыл за собой дверь. Ольга вскинула голову, и, увидев его, вскочила с кровати. - Убирайся отсюда! - крикнула она, зло, сверкая глазами.
- Я уйду, но сначала хочу поиграть с тобой в насильника, - дерзко улыбнулся он, и стал медленно подходить к жене.
Ольга схватила с тумбочки книгу, и замахнулась на него. - Не подходи, иначе пожалеешь.
- Вид этой книги меня очень напугал, Оля. И всё же я рискну подойти к тебе, - сказал он, нагло ухмыляясь. - И ещё, что-то подсказывает мне, что игра сегодня будет интересной, и моя жена впервые будет по-настоящему сопротивляться. - И с этими словами он резко подскочил к ней, и, вырвав книгу у неё из рук, швырнул её назад на тумбочку. А потом поднял Ольгу на руки, и бросил на кровать. - А теперь посмотрим милая, как ты будешь сопротивляться насильнику, - сказал он, и навалился на неё всем телом.
- Ненавижу! - кричала Ольга, кусаясь, и царапаясь.
- Отлично жена, наконец-то я дождался от тебя нужной реакции.
- Только попробуй взять меня силой, и ты увидишь, что за этим последует, - выкрикнула она, всё так же отбиваясь от него.
- Ты же знаешь, что мне не придётся этого делать, - произнёс Дима хриплым голосом, и, схватив её за руки, развёл их в разные стороны. - И если я захочу взять тебя, я заведу тебя так, что ты сама будешь умолять меня об этом.
- Не смей, слышишь! Этого я тоже тебе никогда не прощу, - упрямо заявила Ольга.
- Вот только это меня и останавливает, но всё же это не помешает мне немного поиграть с тобой, - сказал он, и, наклонившись к ней, скользнул губами по её виску.
Ольга дёрнулась как от ожога, и снова попыталась сбросить его тело с себя.
- Лежи спокойно, Оля. Своими движениями ты только ещё больше распаляешь меня.
- Ты негодяй! - кричала она вырываясь.
- Да милая, я, негодяй, но твой.
- Ты подлец! - возмущённо выкрикивала она.
- Да солнышко, я такой.
- Ты мерзавец! - бросала она ему в лицо обидные слова.
- Да любовь моя, это тоже я.
- Ты...ты скотина, мерзкое животное.
- Да моя сладкая, это всё я, и я люблю тебя.
- Будь ты проклят! - закричала Ольга, и слёзы брызнули у неё из глаз.
- Тихо девочка, не надо так волноваться. Я пришёл, чтобы осушить твои слёзы, а не для того, чтобы заставить тебя плакать.
- Тогда уходи, и не мучай меня, - вся в слезах проговорила она.
- Я не могу уйти, это выше моих сил. Я не стану брать тебя сегодня, но позволь мне успокоить тебя.
- Ты не можешь успокоить, ты можешь только причинить боль.
- Это неправда, и мы оба это знаем. - Он вытер ладонью её слёзы, освобождая тем самым её руки. - Я сейчас поцелую тебя, только не кусайся. Я прошу всего лишь один поцелуй, и потом я уйду. - И с этими словами он наклонился к ней, и завладел её губами.
Ольга ненавидела саму себя, ненавидела за то, что любила этого предателя. Ведь каких-то пару часов назад он возможно так же целовал и Валю. Он сказал ей, что пошёл на встречу с коллегой, а вместо этого, встречался в парке с Валей. Она сама видела это, видела, как Валя положила руки ему на плечи, и нежно заглядывала ему в глаза. Будь он трижды проклят, этот кобель. Она должна остановить его, иначе последние остатки самоуважения покинут её. Но она поняла, что уже не владеет собой, и со страстью отвечает на его поцелуй. Более того, её освобождённые руки сами собой поднялись, и легли на его плечи. Теперь она не смогла бы остановить его даже под страхом смерти. Но он остановился сам, и, подняв голову, посмотрел ей в лицо. От его сексуальной улыбки дрожь пробежала по всему её телу, и она зажмурилась, чтобы не видеть его триумфа.
- Ты слишком быстро сдаёшься, жена, - услышала она его грудной смех, и, распахнув глаза, встретилась с его взглядом. О, как хорошо она знала этот его взгляд, взгляд прожжённого сердцееда. Он дурманил её, манил к себе, делал её слабой, зависимой от него, и, отнимая последнюю волю к сопротивлению, заставлял её желать его, позабыв обо всём на свете.
- Дима, пожалуйста, не мучай меня, - найдя в себе силы, попросила она.
- Успокойся, любовь моя, я совсем не собирался заходить так далеко, но ты завела меня. Ты сама не представляешь, что делаешь со мной, - сказал он, понимая, что нужно как-то отвлечься. Ещё немного, и он не выдержит, и возьмёт её. Он уже знал, что она не станет сопротивляться, но вот простит ли она ему это потом. - А пришёл я действительно для того, чтобы поговорить с тобой,- произнёс он, пытаясь успокоить своё разбушевавшееся сердце.
- Я не хочу с тобой разговаривать, просто уйди, и оставь меня в покое.
- Оля, пожалуйста, выслушай меня. Ничего не говори, просто послушай, что я сейчас скажу, - произнёс он, собираясь с мыслями. - Сегодня я встречался с Валей, - выдохнул он после некоторого колебания, и почувствовал, как напряглось её тело, а в глазах появилась боль. Значит она действительно видела их сегодня в парке.
- Хочешь знать, о чём мы с ней разговаривали?
- Меня не интересует, о чём ты говоришь со своими любовницами.
- У меня есть только одна любовница, и она сейчас подо мной, - сказал он, и увидел, как вспыхнули её глаза. - А пошёл я на встречу с Валей по просьбе Павла, - продолжил он после недолгого молчания. - Он сам разговаривал с Валей, и просил её рассказать ему о том, что она тогда видела в коридоре у меня на дне рождении. Валя молчит, и не хочет об этом говорить, вот Павел и попросил меня выяснить, что она скрывает.
- Ну и как, выяснил? - спросила она с сарказмом.
- Это не важно, - произнёс он, не обращая внимания на её язвительный тон. - А после того разговора я был у Макса, - продолжил он, и почувствовал, как она вздрогнула. - Не волнуйся, с твоим Максом всё в порядке, во всяком случае, он был жив, когда я от него уходил. Так вот, Макс попросил меня поговорить с тобой, и кое-что спросить у тебя, - сказал он, и увидел интерес, появившийся в её глазах. Но в них было и ещё что-то, чего он не мог понять. А ведь она даже не умеет скрывать своих чувств, и всё написано у неё на лице, - подумал Дима. Будь ты проклята, Оля, за то, что всё ещё любишь его. А вслух произнёс. - Макс подозревает, что ребёнок, которого ждёт Таня, вовсе не от Павла. И вот это он и просил меня выяснить.
Ольга нахмурилась. - Зачем ему это нужно?
- Я не могу тебе этого сказать, но для него это очень важно. Я сказал ему, что если ты дала Тане слово молчать, ты ничего не скажешь. Но он всё же надеется, что ты поможешь ему.
- Макс очень умный парень, - сказала Ольга, и отвернулась.
Всё ясно,- подумал Дима, - этим она дала понять, что Макс прав. Что ж, и на том спасибо. - Оля, я не стал говорить тебе, что иду на встречу с Валей, чтобы не расстраивать тебя. И я не стану оправдываться перед тобой, потому что не считаю себя виноватым. - Он погладил её по щеке, и встал с неё. - Я пошёл домой, и если ты захочешь видеть меня, ты знаешь, где меня найти, - сказал он, и сел на кровати, повернувшись к ней спиной.
Ольга тоже поднялась, и прижалась грудью к его спине, а руки её тут же обвили его тело. Потом ладонь её скользнула вниз по животу, и легла на ширинку его штанов. - Можешь проваливать на все четыре стороны, только сначала закончи начатое, - прошептала она ему в ухо.
Дима резко повернулся, и посмотрел ей в глаза. - Я думал, ты не хочешь этого.
- Ты слишком много думаешь, - сказала она, и, потянувшись к нему, сама впилась поцелуем в его губы.
Дима глухо застонал, и снова повалил её на кровать.
Ольга с силой ударила кулаком по подушке. Негодяй, мерзавец, как он мог после того, что между ними было, просто встать, одеться, и уйти. Он даже не позвал её домой, и действительно обошёлся с ней как с любовницей. Слёзы брызнули у неё из глаз. Она смахнула их рукой, и случайно коснулась пальцами губ. Они припухли, и болели от его страстных поцелуев. Грудь тоже ныла, так сильно он сжимал её руками. Он вёл себя сегодня как настоящий насильник, только ей это нравилось. Она в смущении вспомнила, как сама умоляла его изнасиловать её. Боже, какая она дура. Что он теперь будет думать о ней. Не удивительно, что после всего этого он просто встал, и ушёл. Она сама позволила ему так обращаться с собой. - Но ты ещё пожалеешь об этом, Дима. Завтра я как ни в чём не бывало приеду за своими вещами. Ты ещё побегаешь за мной, и будешь умолять меня остаться.
Дима лежал на диване возле телевизора, и размышлял. - Интересно, когда Ольга даст о себе знать? Он намеренно не стал просить её вернуться домой. Он уже достаточно побегал за ней, теперь её очередь сделать первый шаг ему навстречу. Он улыбнулся, вспомнив, с какой страстью она вчера отдавалась ему. А ведь она уже принадлежит ему, хоть и сопротивляется, и не хочет этого показать. Ну, посмотрим, Оля, насколько тебя хватит.
Дима услышал звук отворяемой двери, и стук её каблучков. А вот и жена. Отлично, значит, она не заставила себя долго ждать.
Ольга вошла в комнату. - Привет. Меня отец подбросил, но ему нужно было уехать по делам. Я сейчас соберу свои вещи, это недолго. Не мог бы ты, потом отвезти меня назад к родителям?
Дима видел, что она старается казаться безразличной, но у неё это плохо получалось. - Конечно, солнышко, иди, собирай вещи, я отвезу тебя потом, - сказал он, и с интересом уставился в телевизор, делая вид, что он сильно увлечён игрой. - Ну что ж ты делаешь-то, урод! - заорал он, уже не обращая на неё внимания.
- Тебя кроме футбола ничего не интересует, - зло сказала она, и вышла из комнаты.
И хотя он успел заметить разочарование у неё на лице, это его не порадовало. И ещё он понял, что сдаваться она не собирается, и решила немного помучить его. Ну что ж, девочка, я с удовольствием поиграю с тобой в эту игру. Только учти, что победа будет за мной.
Ольга, не разбирая, бросала вещи в сумку, а слёзы текли у неё из глаз. - Значит, он не желает её возвращения, и футбол ему дороже жены. Ты ещё пожалеешь об этом, Дима. Тебе очень скоро понадобится кухарка и домработница, и ты вспомнишь обо мне. Вот тогда ты побегаешь за мной, и ещё будешь умолять меня вернуться.
Ольга собрала сумку, и отнесла её в коридор.
- Ну, ты готова? - услышала она голос мужа, и обернулась.
- Ты не собираешься досматривать свой футбол?
- Он уже закончился. Чёрт, интересная была игра. А это что, все твои вещи? - бросил он, оглядев её сумку, сиротливо стоящую в коридоре.
- Я потом как-нибудь ещё заеду за вещами. Мы с Таней договорились сегодня сходить в ночной клуб, поэтому времени у меня не так много. Нужно ещё привести себя в порядок.
- Что это Тане в её положении вздумалось ходить по ночным клубам, - сказал он с усмешкой.
- А это не твоя забота. Если хочет человек развлекаться, пусть развлекается. Я теперь тоже одинокая, почему бы не повеселиться.
- Ну, ну, удачи, - только и сказал он, и взяв её сумку, вышел за дверь.
Они молча доехали до дома её родителей. Каждый думал о своём, и обвинял в упрямстве другого.
Ольга открыла дверь ключом, и вошла в дом. Дима поставил её сумку на пороге, и повернулся, чтобы уйти.
- Надеюсь, твой желудок не пострадает, и ты не будешь питаться одними сухими пайками, - не удержавшись, произнесла она.
- Насчёт этого не переживай, - сказал он, нагло ухмыляясь, - Макс обещал научить меня готовить.
- Я смотрю, ты теперь с ним очень сдружился, - проговорила она язвительно.
- А почему нет, ты же могла с ним дружить, - сказал он, и увидел, как вспыхнули её глаза. - К тому же, его жена уехала назад в Москву, и он теперь тоже один.
- Смотри, не смени ориентацию, - бросила она зло, и закрыла дверь перед его носом.
Ольга ещё долго слышала его звонкий, заразительный смех.