Однажды у нас кончились продукты - в горах, в поисковых отрядах, мотающихся туда-сюда, это часто случается. Осталось только полмешка окаменевших заплесневелых каменных буханок, а до вертолета неделя. Оружие в те времена хлопотно было иметь, и стали мы сурков в петли ловить. А они, умные, почувствовали наш зверский аппетит и все, как один, залегли в своих норах. Весь сезон табунами бегали, а тут ни одного, хоть плачь! Наконец, через два дня один все-таки удавился... Дохлый такой, шерсть клочьями и блохи, с муху размером, тучей из него прыгают. Стал я его разделывать - шкуру снял, брюхо, блин, распорол. А там, представляете, солитёр, зеленый такой, длиннющий. Шевелился так недовольно, что без приглашения явился - они ведь гостей не любят, они сами любят в гости. Меня, клянусь, чуть не вырвало. А коллеги, проникнувшись таким моим неадекватным отношением к животному миру, поговорили, поговорили и решили выкинуть беднягу-сурка, конечно же, поручив это мне - я ж был с ним в непосредственном контакте. Ну, я и забросил его на камни подальше. В полете внутренности вместе с червяком вывалились - пришлось их закапывать. И знаете, что дальше было? Сплошная проза полевой жизни. Два дня мы ходили вокруг сурочьей тушки, а она провялилась на ветру, симпатичная такая стала, в общем, аппетитная почти. Собратья же бедняги вовсе исчезли, как ветром их сдуло. Короче, к вечеру третьего дня, когда буханки кончились, переглянулись мы с товарищами, потом порубили сурка на мелкие кусочки и зажарили в его же жиру до красноты. И съели наперегонки, таким он вкусным оказался. Вот такие дела...
ТУРИЗМ ПО БОЛЬШОМУ
За долгую свою полевую жизнь, как и где я только не ходил по большому... Особенно мне нравилось в тайге, в буреломе! Выберешь дерево, что поровнее, повыше легло, заберешься на ствол шершавый, штаны спустишь, обмажешь задницу и все остальное чем-нибудь от комарья и сидишь, природой любуешься. Сопки мохнатые вдалеке разлеглись, белочки по кедрам скачут, бабочки под ногами порхают, а сверху, руку только протяни, гроздь висит кроваво-спелого лимонника... Красота! Сплошная поэзия!
А на вершине повыше или хребтике! Красота кругом -- ледники, пикушки заснеженные... Сядешь на проталину, где подснежников поменьше -- жалко цветочков, посидишь полчасика и легко как на душе становится -- не описать! А в полевой сумке мешочки пробные припасены для такого случая... Особенно я любил мягкие, байковые или ситцевые с меленькими цветочками...
А в пустыне, когда ветер сильный, туго с этим делом, особенно в иранском Дашти-Луте. Не знаешь, куда и полетит, ведь так закрутит...
Великовозрастный хулиган Лякса, отсидевший три года за нетактичность общественного поведения, был первым моим уличным педагогом. "Иди буром, шкет, - говорил он мне, маменькиному сыночку, придвинув голову и презрительно морща лицо. - Всегда иди буром, все они шавки, а другим ты не нужен".
Я не раз успешно следовал этому совету и последний раз в Приморье. ...Был затяжной тайфун, мы выскочили из тайги обсохнуть в Кавалерово. Шустрый Ленька, партийный шофер и приятель, тут же где-то заработал и пригласил меня посидеть в местном ресторане. Поев, попив от души, живую музыку послушав, мы увидели девушку, единственную во всем зале. Симпатичное томное личико, фигурка точеная, и у Леньки слюнки потекли, однако пригласить ее на танец трехпудовый мой товарищ долго не решался: рядом с ней, хищно пригнув головы, сидели такие мордовороты - и я бы не решился! Лишь после четвертой рюмки ринулся он на амбразуру - и, слава богу, вернулся ни с чем. Я принялся над ним подтрунивать, а он послушал, послушал, весь пунцовый от расстройства, и говорит:
- Перетанцуешь с ней - ставлю полдюжины армянского!
Делать нечего - коньяк в графине кончался, и пошел я приглашать. Подхожу, мордоворотов вежливо спрашиваю:
- Позвольте, уважаемые, вашу даму на танец пригласить.
От наглости такой мордовороты оцепенели и стали в таком состоянии напряженно соображать. А принцесса, недоуменно на них глянув, молвила:
- Ах, нет! Простите бога ради, я устала, я посижу...
А меня понесло, тем более кавалеры ее продолжали цепенеть, выискивая в моем антураже черный пояс или хотя бы финку, и я, пожав плечами, говорю:
- Что ж, будем танцевать сидя
И, усевшись в свободное кресло, стоявшее у соседнего столика, подкатил к девушке, взял сидение за подлокотники и потащил на площадку - какой, извините, политес: полдюжины армянского - это полдюжины армянского! Музыка на мгновенье сбилась, кавалеры набычились, посетители наличные застыли с поднятыми вилками и фужерами, а мы закружили, сидя закружили, под оживший полонез Огинского! Когда он благополучно завершился, я вернул девушку на место, как была в кресле, и не побили меня не только за наглость, но и за то, что к тому времени в глазах у нее светился неподдельный интерес, а на лице - сладкая полуулыбка...
в начале одного из полевых сезонов у дверей моей землянки поселился огромный ярко-рыжий волкодав. Кормил я его с опаской, но ни разу не погладил, такой был страшный.
Через неделю после появления пса ко мне зачастили чабаны: продай, да продай, очень породистый, пес. Наконец, не вынес я их назойливости, да и мяса свежего хотелось, и уступил собаку за полбарана. Принес плату пастух, бросил на землю и веревку сует: "Обвяжи ему морду", - говорит. А пес голову поднял, оскалился с рыком и прямо мне в глаза весьма выразительно посмотрел: "Разорву, мол, дурачок, на части, и не заметишь..."
Что делать? "Твоя собака - ты и обвязывай", - сказал я пастуху, взял мясо и, подмигнув псу, в землянке своей скрылся. Пришлось чабану самому с собакой договариваться. А через два дня выхожу утром в маршрут и вижу - пес этот опять на своем месте лежит и обиженной мордой в пустую миску тычет! Потом я его еще несколько раз продавал и мяса свежего было навалом.
Анекдот
Пришел мужик к женщине, выпил, поел, пошли в обнимочку в спальню. Она, понятно, сразу в постельку, а он задумчиво так брюки снимает. Снял, подумал еще, и на кухню, к холодильнику - рюмочку пропустить. Хрустанув огурцом, в спальню воротился, а она лежит нагая самостоятельно, вовсю трепещет, аж жарко. А мужик снял трусы, подумал, подумал и... к холодильнику. Выпил рюмочку холодной, вернулся в спальню, покачался перед кроватью и говорит ей ласково: "Стань на карачки, а?" Женщина расцвела, прыг на ковер четвереньками и половым своим органом к нему тянется. А мужик сел ей на спину, шлепнул с размаху по заднице: "Марш, блядь, к холодильнику!"
Мать с отцом собирались в поле, а тут назрел пикник за городом. Причем, пикник замечательный - на каждого по две девушки (на деле у Сапова была Оля Гальцева без вариантов, у Лазариди - Валя, так что по жизни мне предстояло три дня отдыха на пленэре с четырьмя девушками). Поразмыслив об этом и посчитав на пальцах - одна получилась лишней, я решил взять Игоря Карнафеля. Он согласился, мы поехали к нему за вещами, а потом ко мне. Ко мне, пришли, естественно, навеселе, и мама стала на рога. "Мать с отцом уезжают на два месяца, а он на пикник собрался, да еще пьяный! Никуда не поедешь!" Пожав плечами, мы с Игорем удались в мою комнату, стараясь не шуметь, выбросили рюкзаки в окно, и я пошел его "провожать". Мама нас увидела, когда мы, довольные своим вольтом, надевали рюкзаки. Увидела, и, высунувшись из окна, закричала - "Воры! Воры! Держите их!"
Мы бросились прочь, но, к несчастью в соседней школе начинались уроки, и сходившиеся ученики организованно нас пленили. Пикник снялся с повестки дня, Игорь ушел домой, а я полез в ванну, чтобы никого из домашних не видеть. И надо же было такому случится, что мать вошла, когда я, уйдя под воду, считал секунды. Подумав, что я решил с горя утопиться, она схватила меня за волосы и со всех сил треснула головой о чугунную ванну. Я ушел под воду в самом деле, но был спасен. На следующий день мать купила мне дорогой фотоаппарат, о котором я мечтал.
По приезде Сергей Лазариди сказал мне, что осталось семь бутылок вина - моя доля, и они их разбили.
Формула литературного успеха:
L = ½ Dмоск.
Когда Хемингуэю втолковали, что длина предложения в рассказе должна быть равна половине диаметра мозга читателя, он стал великим писателем
ЛУННАЯ ДОРОЖКА У КАЖДОГО СВОЯ
Однажды на Сардай-Мионе, это река на Тянь-шане, пошли мы с Фернером, завскладом нашей геологоразведочной партии, ловить форель . Через час у него было штук десять, а у меня всего одна, хилая, на кукане болталась. Подошел я к нему, спрашиваю, на что ловит. А он молчит, улыбается - немцы они все такие, никогда опытом не поделятся, потому как он денег стоит. Ну, я сделал вид, что обиделся, отошел в сторону, а потом подкрался втихаря и стал за ним наблюдать. И вот вижу, поймал Фернер очередную рыбину, повесил на кукан, потом оглянулся, увидел, что вокруг никого, под плавки пальчиками залез и, морщась от боли, волосок вырвал. И намотал его на крючок, и тут же форель на полкило вырвал! Я подошел к нему и говорю:
- Ну, все ясно, секрет у тебя, оказывается, хреновый!
И у него на виду вырываю волосок у себя, конечно, накручиваю на крючок и удочку забрасываю. И ничего! А Фернер поулыбался, поулыбался и ехидно так говорит:
- В следующий раз, Руслан, в следующий раз поймаешь! Потому как, чтобы такую наживку приготовить, надо две недели усиленно сношаться и в баню не ходить!
ПЕРВЫЙ ЗАКОН АДМИНИСТРИРОВАНИЯ
Соотношение полезных и вредных работников равно А/В =6,626, где (А)- полезные работники, (В) - вредные. При сокращении (В) соотношение восстанавливается за счет диссипации числителя в знаменатель.
Рекомендуем отметить, что число 6,626 имеет отношение к постоянной Планка и потому приведенный закон умом понять трудно
- У вас вся спина черная... - сказали Нельсону Манделе
- Вы - расист!.. - сжал тот кулаки.
- У вас вся спина желтая... - сказали Конфуцию
Тот задумался.
О жертвоприношениях
Уже вечером, в конце затяжного маршрута, мне посчастливилось найти объевшегося и поэтому отставшего от отары барана. Понятно - что с воза упало, то к геологу попало. Долго я за ним гонялся... Высота приличная - больше двадцати метров за раз не пробежишь. И, вот, промчусь за ним я эти метры, задохнусь и стою, минут пять дышу, в себя прихожу. Баран, гад, отбежит на безопасное расстояние и стоит, травку лениво так щиплет, время от времени на меня глазами лупая. Наконец, с пятой или шестой попытки мне удалось поймать это глупое животное. Веревки, чтобы поводок ему сделать, не было. Так я, сидя на баране, вытащил из капюшона штормовки тесемку, связал ее со снятой с рюкзака затяжкой и накрепко обвязал этим баранью шею, чтобы не бегал больше самостоятельно. Повернул его на тропу и ногой под зад ударил. А овчина эта подлая - ни с места! Поздно уже, вот-вот шарик закатится, а он, как дерево. До слез чуть не довел. Я его молотком по спине, по яйцам - он пошел, но со скоростью километр в час. Ну, делать нечего, смирился я с такой скоростью передвижения, тем более луна скоро выкатила, иду о шашлыке мечтаю. А баран впереди на веревочке трусит неспешно так, задумчиво. Оглядывается по сторонам, цветочки скусывает. И вот, уже мой лагерь - две палатки и машина - вдалеке появился, километра полтора до него по тропе через закрепленную осыпь. Классная такая осыпь, крутая, градусов 45, и километр вниз тянется, прямо к обрыву. Там, где сланцы на поверхность выходят, всегда есть такие осыпи из мелочи остроугольной суглинком слегка сцементированной. Упадешь - зацепиться не за что. Не разобьешься, но одежду вместе с кожей снимет. А тут еще обрыв внизу. Но тропа хорошая, иду. И вдруг слышу: в лагере музыка во всю мощь играет, то есть водила с моей студенткой Кларой танцы, наверное, устроили! Я их, гадов, предупреждал: если кто в маршруте - в лагере должно быть тихо! У нас в экспедиции один геолог погиб так - дополз, поломанный, почти до лагеря, кричал, но никто его не услышал. Концерт шел по заявкам... "Барабан был плох, барабанщик - бог"
Так вот, разозлился я, потерял бдительность, оступился - и вниз! Все! С мамочкой простился и еще, как говорится, за мгновение жизнь перед глазами прошла... И вдруг мое движение к мучительной, безвременной смерти резко замедлилось, а потом и вовсе прекратилось. Смотрю в недоумении вверх, а этот баран, маленький такой, килограмм в двадцать без шкуры, на шашлык хороший не хватит, как стоял на тропе, так и стоит, родной. Лишь дернулся немного, когда веревка под тяжестью моих ста двадцати с рюкзаком килограммов до отказа натянулась. Полежал я с минуту на склоне, дух перевел. Потом подтянулся по этой самой веревочке, сел рядом со спасителем, обнял за шею, погладил нежно. До сих пор его запах помню - родной такой, надежный, совсем не мясной. Растрогался, разговаривать с ним начал. "Прости, - шепчу, - брат, за былую грубость. Не буду больше пинаться и бараном называть! Хочешь, я имя тебе красивое придумаю?"
И не обманул, Незабудкой назвал. Съели мы его только через месяц - на день рождения Клары шашлык сделали. И зря.
День рождения этой длиноногой студентки был за день до мусульманского праздника, на котором полагалось приносить жертвы в виде убиения баранов. Снимал я дом у мусульманки. Углядев, что я собираюсь резать животное, она сказала, что делать это надо завтра, а то бог накажет. Я сказал, что день рождения моей девушки сегодня, и потому баран отправится на свои бараньи небеса сегодня. И был проклят.
И что вы думаете? На следующий же день у меня поднялась температура до 42 градусов - острый аппендицит. И это в день, когда приезжал мой научный руководитель Томсон! Как я не умер, не знаю...
Хотя вот вам секрет жизни (моей):
200 г водки
50 г соли крупной.
Все размешать и употребить в один присест.
Уже на следующий день сможете, хоть и скрюченным, поднятся в кабину своего Газ-66.
Разговор Будды с человеком.
Будда сидел под баньяном и говорил человеку:
- Ты утверждаешь, что главное желание человека - это жить, жить, как можно дольше, жить, невзирая ни на что. И от него, то есть от этого желания трудно отказаться. Ты прав. Но, согласись, желание жить у человека появляется только потому, что он приходит к мысли о Смерти. Это главное его заблуждение. Представь червя, который думает, что есть Смерть. Как он отравляет себе жизнь! А если бы он знал, что после смерти своей оболочки превратится в бабочку? Бабочку, удел которой это радость, радость двойная, потому что она сама живет, наслаждаясь, и, вдобавок радует глаз другим существам, в том числе и высшим? А сама эта бабочка? Насколько она была бы счастливее, если бы знала, что была червем, была противной гусеницей?
- Почему это? - озадачился человек.
- Да потому что, если бы она знала, что была червем, то догадалась бы, у нее есть шанс стать всем. То есть даже не высшим существом, а Вселенной! Ибо войти в нирвану - это означает стать Вселенной. Всей Вселенной. Это означает стать всем, от инфузории до Будды, от грязи до звезды! Вот что такое нирвана. Это - созерцание себя-Вселенной.
- Не хочу стать звездой! - сказал человек. - Звезда - это прах, пусть, горящий и светящийся, но прах.
- Ты не хочешь стать звездой, потому что еще не обрел мудрость.
- Черт с ней, с этой мудростью. Я живу в этом мире, и хочу прожить в нем как можно дольше. Иначе говоря, я не хочу, чтобы кто-то или что-то лишило меня жизни.
- Хорошо, - сказал Будда. Ты будешь жить вечно. И потому ты будешь смертно тосковать, но не умрешь, ты будешь больно болеть, но не умрешь, ты будешь страдать, но не умрешь, ты будешь вырождаться и давать гнилое потомство, но не умрешь... Ты согласен на это?
- Да, - радостно человек.
Будда нахмурился. Он не мог быть счастливым рядом с этим глупым и алчным до жизни человеком. Но был просветлен и знал, что глупость помогает придти к мудрости. Она помогает придти к мудрости тем, кто вынужден общаться с глупцом. Он это знал, и он был добр. И потому он сказал:
- Ты не знаешь, что вечная жизнь в одном неизменном качестве, в одном состоянии - это наказание.
В этом была его буддистская ересь. Данный Будда, в молодости начитавшийся Гегеля, противоречил Гаутаме-Будде, пребывавшем в неизменном состоянии.
- Наказание?! - не поверил человек, крепко держа кол сухой рукой.
- Да. Потому что жизнь в одном неизменном качестве, в одном состоянии вообще не жизнь, а если и жизнь, то жизнь прямой кишки. А когда ты узнаешь это, и узнаешь, что многие живут так, живут прямой кишкой, готовой высасывать соки из дерьма, я дам тебе возможность умереть.
- Спасибо, - сказал человек, благоговейно посмотрев. - Но я вряд ли воспользуюсь этой возможностью.
Потом он ушел, радостный и счастливый, а Буддасмотрел ему вслед и думал:
- А ведь через три с половиной луны он мог умереть от бубонной чумы. И через столетия переродится в великого царя Ашоку...
Потом Будда отряхнул прах с ног, поморгал, очищая глаза и ум от человека, и стал Вселенной. То есть вернулся в нирвану.
ПОЛЕЗНЫЕ СОВЕТЫ
Кстати, о ГОГОЛЕ. Мать его еблась с помещиком. Открыто.
И гоголь потом не женился. Я знаю десяток мужчин, не женившихся из-за блядства матери.
Так что, если хотите, что ваш сын (дочь) вышли нормальными людьми, езжайте трахаться на курорты, а не делайте это в рядом с детской, да с мужиком, который смотрит на вашего сына (дочь) с укоризной. А вот ебля в соседней комнате с законным мужем, громкая, с воплями и стонами, сделает ваше дитя нормальнейшим человеком.
Федя Севенард на студенческой практике
Федя Севенард поспорил с Сашкой Таировым, что съест в один присест десяток сырых картошек. И съел. Но смешно было не то, как он это делал. Смешно было то, что Таиров заставил Федю выпить выигрыш - бутылку забористого портвейна - до последней капли и в один присест. Потом весь лагерь смеялся до упада: нескладный и несмелый Севенард, слова не умевший сказать твердым голосом, побил своего врага (к нему его отвел Таиров), потом признался в любви Томке Сорокиной (к ней его привел Таиров) и, в завершении всего, сделал строгий выговор начальнику лагеря, весившему раз в десять больше. Начальник, выпроводив Таирова вон, принял выговор с пониманием - отец Феди, построивший не одну ГЭС (а потом и питерскую плотину), был коротко знаком с Брежневым.
ПОЛЕЗНЫЕ СОВЕТЫ
Количество спиртного, которым надо запастись перед дружеским междусобойчиком, легко определить по формуле
где (У) =
НОВЕЙШИЙ ЗАВЕТ
heckfyy
November 23rd, 2009
23. Возлюби чад своих, мать свою и отца своего больше, чем котов своих и собак, ибо сердце твое должно принадлежать Богу, но не скоту.
24. Если ты сыт, а тот голоден, да обрыгаешься ты съеденным.
25. Да гореть вам в гиене огненной не за грехи свои, но за грехи чад и рабов своих.
26. Вся любовь на свете - твоя. Погаснет она у тебя в сердце - погаснет и в целом свете.
27. Сносите и ратуйте покойно, покойно угасайте - пройдет сонм веков, и укрепленный вами Бог возобновит вас, и смерть покажется вам мгновением, и будете вы обитать в Божьей Паутине, обитать счастливо и привольно, ведь в Божьей Паутине все найдется, найдется для каждого - и пара, и мысль и хлеб насущный.
С Богом, вот давеча беседовал
- Ты, Боже, чем-то недоволен?
- Да, я недоволен. Развел тут антимонии. Люди - нормальные . Это ты - строитель коммунизма... Это тебе коммунисты внушили, что человек должен с энтузиазмом строить светлое будущее для потомков, а не просто по-человечески жить. Из-за этого внушения ты и не можешь в жизни устроиться...
- По-человечески жить... Восемь часов спать, восемь часов работать, восемь часов развлекаться... Спать, чтобы работать, работать, чтобы развлекаться, развлекаться, чтобы крепко спать...
- А что тут такого?
- Понимаешь, мне иногда кажется, что Ты нас, людей, для чего-то выращиваешь. Как бройлеров. По определенной методике и графику. Сон столько-то часов, еда в таком-то ассортименте, такая-то работа, и такое-то развлечение. Сон, еда, прогулка. Сон, еда, работа, развлечение. Сон, еда, работа, развлечение... А для увеличения привесов, душевных или еще каких, повсюду лозунги распространяешь: "Знания умножают печали", "Смирись", "Все - суета сует и всяческая суета" "За тебя думаю Я" и так далее... Короче, будь бараном, и все будет тип-топ.
- Так значит, ты думаешь, что я выращиваю людей для чего-то?
- Да, думаю. В принципе можно догадаться для чего. Ты выращиваешь нас для получения душ... На кой они тебе, интересно? Недавно один фантастический рассказ читал. Там инопланетяне захватили Землю и сделали из нее сплошную ферму для получения высококачественного человеческого желудочного сока... Нужен он им был жизненно. И знаешь, люди очень скоро привыкли к своему новому образу жизни. Потому что за свой желудочный сок они прилично получали... И могли жить по-человечески...
- Знаю я этот рассказ. А насчет человеческих душ ты прав. Именно из-за них я и вожусь с вами. Человечеству, также как и вымершим уже трилобитам, динозаврам и саблезубым тиграм, предназначена участь стать отходом великого процесса. Процесса, который, в конце концов, выработает... выработает... ну, скажем, нечто совершенно великое, совершенно безграничное, совершенно нужное и значимое...
- Сверхчеловека?
- Фу, как ты можешь! Сверхчеловек, на мой взгляд, это то же самое что и сверхкоза. А что такое сверхкоза? Это много отличного жирного молока, много шерсти плюс примерное поведение и деликатесное мясо. Так и сверхчеловек - это железная воля, гибкий мозг, прекрасный желудок и безотказная предстательная железа. Скучно, не правда ли?
- Так значит, со временем людей не станет...
- Естественно. Люди пройдут свой отрезок великого пути и предадут эстафетную палочку более совершенным, более нужным самим себе и мне существам. Ты, вот, разве не чувствуешь себя участником этого великого движения? Чувствуешь, я знаю! Потому и говорю с тобой. Ты чувствуешь, и это чувство придает значимости твоей жизни. "Да, я всего лишь жалкий, практически ничего не понимающий промежуточный продукт, - думаешь ты, - но промежуточный продукт великого производства, я появился для того, чтобы это великое когда-нибудь могло существовать, могло существовать и нести в себе частичку моего участия..."
- Я думаю, что Ты - строитель какого-то особенного небесного коммунизма. Не чувствуешь своего духовного родства с Владимиром Ильичом и Иосифом Виссарионовичем? Они тоже считали нас промежуточным продуктом великого производства...
- Ну-ну... Один - один. Что ты еще думаешь?
- Все мы - бройлеры, несущие тебе золотые яйца, - вот что я думаю...
- Золотые яйца? Это ты человеческие души называешь золотыми яйцами? Да ты не представляешь, сколько с ними приходится возиться! Мучить, переселять из тел в тела, подправлять, дорисовывать... Трудные вы, люди... Вот в шимпанзе я пару раз отверткой крутанул, и они сразу в вас превратились. А с вами тоска. Сколько еще мне возиться придется, пока вы развитых существ напоминать начнете. Ладно, спи, давай, умник!
Западная статистика: 30% мужчин не являются биологическими отцами Своих детей! И все из-за того, что в период овуляции женщины отдаются первым встречным.
Как я был пионер вожатым...
heckfyy
November 22nd, 2009
Сын тогда жил в Душанбе, и чтобы с ним побыть, я согласился в июне - не полевом для Приморья месяце - ехать в пионерлагерь института пионервожатым. Мне вверили старших - некоторым было по пятнадцать-шестнадцать лет. Однажды ночью в комнате девочек раздались истошные крики, чередовавшиеся со звуками, явно издаваемыми движущейся мебелью. Я, постучавшись, вошел. И был послан на три буквы заводилой пионерок - шестнадцатилетней девушкой, дочерью доктора геолого-минералогических наук, прославленного первооткрывателя недр и горького пьяницы. Она стояла, подбоченившись, на кровати, выехавшей на середину комнаты. Я попытался что-то сказать, и был сочно отправлен вон.
Несколько дней я носил камень за пазухой. Увидев эту девушку разговаривающей у конторы с начальником лагеря, нащупал его злорадной рукой, подошел и сказал:
- Иван Петрович, вы поосторожнее с этой дамой. Она может так обложить, что уши отвалятся.
Через минуту девушка догнала меня на парковой дорожке:
- Слушай, ты, остряк! Если еще раз вякнешь, я подговорю подружек, и загремишь на всю катушку за попытку изнасилования! Понял, козел?!
Я понял. Камень за пазухой рассыпался в песок, песок посыпался на дорожку. Я понял, что моя свобода ровным счетом ничего не стоит, если рядом такие девушки.
Как я выиграл соревнование по разжиганию костра
heckfyy
November 22nd, 2009
Джанхот. Пионерлагерь "Геолог". В середине заезда я выиграл соревнования по разведению костра. Вручая первый приз - Тома Сойера и Гекльберри Финна - начальник лагеря старался не смотреть мне в глаза. Сунул книгу и ушел, буркнув: "Вечно ты все испортишь". Дело в том, что выигрывал тот, у кого первой перегорала веревочка, натянутая меж двух палок на высоте около метра. Я еще подошел к пионервожатому и спросил: "Что, если веревочка перегорит, то я выиграл?" Он ответил: "Да. Если твоя веревочка перегорит первой, то ты выиграл". Ну, я, ничтоже сумняшеся, и наложил столько хвороста, что веревочка оказалась среди него, да еще в комке сухой хвои. После того, как финишная ленточка перегорела, костер пылал еще несколько секунд.
КАК Я ШМОНАЛ ГЕНЕРАЛА
heckfyy
November 20th, 2009
Вечно со мной что-то случается Вот недавно я генерал-майора в отставке обыскивал, то есть прямо напротив поста ВАИ по карманам и за пазуху лазал. А он стоял,
пьяный, и довольно улыбался...
Было это под Новосибирском, я туда к дяде Эдгару ездил, он директор одного известного санатория. Как-то вечером накушались мы шашлыков и водки с ним и этим бывшим генералом, накушались и поехали в генеральский удел продолжить. А по дороге дядя обнаружил, что у него пропал бумажник с крупной суммой денег. На меня он, конечно, подумать не мог, а в шашлычной мы сидели в отдельном кабинете, и никто к нам не входил. И дядя напустился на генерала - ты, мол, взял больше некому! Остановил машину прямо на посту (генеральскую машину в тех краях все знали, он мог хоть задом наперед и зигзагом ездить), и попросил меня обшарить карманы обвиняемого. Я попытался отказаться, но Эдгар был непреклонен. Я знал, что с выпившим дядей лучше не связываться, лют он пьяный, да из газет всем известно, что генералы на руку не чисты. Ну, и обыскал.
Это было кино ! Представьте, ваишники в касках, вооруженные, глазами нас сверлят, а я посередине дороги генерала шмонаю... И, вот, дикий случай, нашелся бумажник во внутреннем кармане его пиджака! Все мы мгновенно отрезвели, дядя даже отрезвел. Стоим, друг на друга растеряно смотрим, не знаем, как дальше жить. Но детектива из этой истории, слава богу, не получилось, получилась трагикомедия. Генеральский шофер вышел из машины, закурил, посмотрел на темнеющее небо и сказал усталым голосом человека, все повидавшего на своем веку:
- Вы пиджаками поменяйтесь, и все будет в порядке!
Короче, через минуту мы ехали, заливать несостоявшийся инцидент водкой - не крал, оказывается, генерал кошелька, просто одел по пьяни пиджак моего дяди...
КАКОЕ БЫЛО ВИНО!
heckfyy
November 18th, 2009
У меня был случай, работал тогда в Карелии, близ Пяткиранты. Хорошо, в пятницу вылез из шахты, сел в поезд - утром в Питере, два дня гуляешь в музеях-ресторанах, а в понедельник утром уже на шахте. Так вот, на площади у Московского вокзала был гастроном, там вина разливали. Выпьешь стаканчик чудеснейшего Дербента и сидишь под сиренью, поезда ждешь, выпьешь стаканчик умопомрачительного кагорчика, сидишь, ждешь. Так сидел, пока один рупь на остался, который на белье. А! - плюнул, - так доеду, - и стаканчик прасковейского. В поезде лег на верхнюю полку, отдыхаю. Тут: - Берите белье, берите белье.
Молчу.
Опять: - Берите белье, берите белье, - это уже конкретно мне.
Молчу.
Опять: - Берите белье, берите белье! - и по ноге стучит.
Я тут взорвался: - Нету у меня рубля, нету! Все в вашем гастрономе оставил!
Поняла, отстала. Я - спать. А утром смотрю: на нижней полке девка симпатичная, улыбается, моему конфузу. Познакомился, с ней, даже жил потом, пока в аспирантуру не поступил.
А сейчас сквера сиреневого этого посреди площади нету, стоит дурацкая стелла
В колонке играет Месячко ясный. Настроение плево-терпимое. В сосудах давление 165\90. В кастрюле белесая сосиска за 151 RR\кг. В сосиске мясо 30%, плавленый сыр 30%, соя 30%, краситель 1%, фосфаты для удержания влаги 5%. Остальное бумага. В унитазе журчит питьевая вода. В растении на подоконнике гераниевое масло. В кране с холодной водой обычная кран-букса В компьютере электроны бегают за фотонами, и последние улетают к моим глазам. Из крана с керамической кран-буксой капает горячая вода В стуле скрипит. В окне Люблино. Дерево. Клен. Голый. Проехала машина В потолке напряглась арматура В лампочке работает закон Ома. За стеной надрывается электродрель со сверлом по бетону. В прихожей никого нет, и потому в зеркале ничего не видно. В колонке погода. В квартире никого нет. В книге Мориака "Агнец" 14 фиолетовых закладок. В пинетке на полке над компьютером нет ноги дочери. На подоконнике еще куст горького перца высотой 40-50 см. В растении вирус табачной мозаики. Плодам наплевать. Их 7 штук. В 4-ти - хлорофилл. в 3-х красный пигмент. В холодильнике 1,5 литровая бутылка пива. В пиве углекислый газ. На холодильнике лещ из Атырау за 500 теньге. Рядом две воблы оттуда же по 100 теньге. На ковре - чешуйки леща. Лещ в желудке В углу за спиной кто-то прячется. В пылесосе пыль. В голове слабые электорохимические процессы. Воображение спит В крови гемоглобин, никотин, этанол, поливитамины, наследственность. Пока.
Был у нас геолог (главный) Ефименко Валентин Николаевич. Неплохой мужик, но хохол. В молодости прославился тем, что застрелил медведя, отнес на кухню и потом потребовал списать с него кресты за месяц (питание): - Я ж рисковал! Однажды приехал ко мне на участок, мы походили, походили до вечера, потом спать легли в моей палатке. Я в мешок залез и спросил: - Что, спим? - Спим, - ответил он, и я лампу керосиновую задув, глаза закрыл, и, значит, в страну Морфея в спальнике неторопливо поплыл, как в индейской пироге. Но недалеко уплыл, ибо Ефим волну поднял - шебуршится начал, то есть что-то искать. Нашел, наконец, минут через пять, я уж думал скорпионы на него полезли - не любят они хохлов. Оказалось, спички искал. Зажег, и ко мне профессорски обратился: - Ты, Руслан Альбертович, неправильно лампу потушил! Фитилек-то надо сначала прикрутить, а ты сразу дунул. Смотри, как это делается. Показав мне, как надо тушить керосиновую лампу, он заснул. В 82-м, когда я сломал руку подчиненному (перед самой поездкой в Афган!)и тот начал меня сажать, Ефим ему помог, то есть написал характеристику, в которой упомянул все мои драки. Хорошо, однокурсники его скрутили и заставили мне крылышки пририсовать. А так, неплохой был человек. В Афган вместо меня поехал, 4 года в посольстве, танками охраняемом, просидел, отчеты листая прежних лет. А меня бы точно убили, ведь дурак, полез бы в поля...
...Пошли как-то в субботу с Борисом по городу пошляться и неожиданно оказались рядом с домом Софии, Надюхиной давнишней подруги. А у Бориса квартира пустая - жена с больным отцом сидит.
- Тут дамочка клевая живет, - кивнул я на дом, задумчивость друга легко расшифровав. - Софой ее зовут. Давай, зацепим и у тебя напьемся до посинения?
- А она е..ся? - спрашивает Борис.
- Думаю, да, - ответил я и в подъезд направился.
Позвонили, открыла, ну прачка, прачкой, Голова платком повязана, бесцветная вся, в руках - выкрученная после стирки майка. Борис, ценитель женщин, аж сморщился, такая неприглядная была. Смотрит на меня и глазами потухшими предлагает: "Давай смоемся? На нее же не встанет?"
А я Софу знаю.
- Не спеши, дорогой, - говорю. - Софа - женщина первый сорт. Правда, Софа?
- Счас буду, - ответила Софа, довольная вся. Видно Борька ей понравился. И повела в гостиную телек смотреть.
Явилась к нам через одиннадцать минут. Конфетка. Клевая в доску - стройная, ладненькая, все французское сверху донизу, все на месте, все показано, ну прямо - "сахарная тростиночка, кто тебя первый сорвет!" Ну, схватили мы ее под белы ручки и понесли в Борину квартиру. И напились там втроем до до раздвоения в глазах.
Софа поначалу кокетничала, но после бутылки шампанского сама на танец живота напросилась. И голенькая совсем на столе прекрасно танцевала...
Сплошной отпад это был, я вам скажу. Совершенное, восхитительное бесстыдство! Бесподобное, призывное красноречие играющих бедер и трепещущей попки! Насытившись этим, упали в постель, она посередине, а у нас с Борисом сплошной пассаж: тишина, решительно никаких намеков на эрекцию. Бананового ликера с шампанским, видно, перебрали - бананы до сих пор у меня отвращение вызывают... А Софи то так, то эдак, а мы лежим, навзрыд от новизны ситуации хохочем. Сунул ей руку между ног, и, смотрю (не чувствую, нет - какие там чувства после двух бутылок и трех фужеров, а буквально - смотрю!) - начались у меня положительные изменения в требуемом месте. Ну, я и бросился на Софи, и только ей ноги раздвинул, как Борька, гад, говорит мне, хихикая гадски:
- Нет, Белый, не выйдет... Щас сдуется, не успеешь воткнуть.
Конечно, так и случилось... Сглазил, паразит!
Но потом все встало... на свои места. До утра мы с ней веселились, сумела она нас поднять и не раз и по-разному, но самое смешное было в конце. Сплошной, отвратительный разврат, но уже духовный. Когда Софи, наконец, одеваться начала, выяснилось, что пропали ее французские трусики! Маленькие такие, носа не вытрешь... Час искали тотально - не смогли найти. Лишь на следующий день жена Борина их обнаружила в щели между матрасом и спинкой кроватными... А я ведь искал там. Обычная подлянка свободной женщины - ста баксов не пожалеет, чтобы расписаться в книге отзывов и предложений вашей супруги!
Идет Пиздец Иванов по лесу, видит - на опушке палатка стоит. Ну думает, я счас! Хватает дрын и давай по ней лупить - палатка стоит, как хворостинкой колотил. Ну, Пиздец, разозлися, все колья растяжечные повытащил, выломал дрын потолще, и опачь за свое!
Палатка стоит себе и не колышится.
- Что такое?!! - опешил Пиздец, заглянул в палатку, а там Похую сидит, братишка родненький!
Все началось как в сказке. Милая, отзывчивая, слабая. Света Циринская. В первый ее рабочий день в нашем институте, мы шутки ради сговорились с Сашкой Свитневым и налили себе в обед по стакану "спирта" (воду в бутылке из-под популярного тогда "Рояля"), крякнули, выпили. Света озадачилась, но виду не подала. Мы продолжили - стали чай заваривать, но заварки будто бы не оказалось, и я спросил Свитнева:
- Ну что, как всегда?
- Давай! - решительно махнул он рукой.
И я, набрав в цветочных горшках нифелей, стряхнул их в фарфоровый чайник, залил кипятком. Света оцепенела и от чая отказалась. По глазам ее было видно, что она соображает, можно ли подавать заявление на увольнение в день приема на работу... Да, веселая у нас была компания! Не теряли вкуса к жизни, хоть и получали почти ничего. Смех, переходивший в рыдание, раздавался из нашей комнаты ежечасно... Через некоторое время, после определенного периода взаимных колебаний (я на двадцать лет старше), мы оказались у нее на даче. Войдя в дом, я, чтобы преодолеть смущение, бросился к духовке готовить заранее замышленный ужин - нашпигованные сыром индюшьи ноги. До сих пор помню ее обиженное: "Я думала, на меня накинешься, а ты за ноги..."
Вот-вот забpезжет день, он будет пpожит и pодит завтрашний.
Сегодня, быть может, ты не найдешь радости и смысла и будет этот день
днем скорби...
Не лишай его жизни. Пути нет и нет его конца. Есть непоpочный день и
ты - его частичка. Пpедвосхитись его началом и концом, пусть вожделе
ние будет твоим попутчиком, ибо оно и создает богов, озаpяя день
сиянием знакомых и неведомых чувств и pазвенчивает их, освобождая
тебя от кумиpов. Идущие в послезавтpа незpячи, они стpашатся смеpти
и судоpожно высекают живыми pуками свои имена на холодных могильных
плитах. Не бойся боли души и тела. Боль твоя - искpенная, неподкупная
свидетельница твоего бытия. Ты запомни ее и пpошлое станет pельефным,
а будущее пpитягательным. Не сторонись чуждых - зная жизнь тебе
неведомую, они помогут уйти к свету. Зависть и злоба сминают день и
отpавляют ночь, гнев и гордыня - пыль и сор- они закрывают солнце .
Не спеши, послезавтра - смерть. Улыбнись пpавдолюбцу и помиpи его со
лжецом: бpатьям-близнецам не жить дpуг без дpуга. Оставь убогих, иди
к щедрым. Обида глупа как обидчик. Уйди от них. Улыбнись скупому-
он боится умереть бедным и меняет этот день на фальшивые монеты.
Улыбнись алчущему - он стpемится к тому, что остается за плечами.
Улыбнись подлому - он меняет свет дня на темень своей души. Улыбнись
им и себе в них и отведи глаза на мир. Послезавтра смерть, а завтра -
преддверие. Живи сегодня и здесь - и жизнь станет бесконечной...
Но, чтобы жить, надо умеpеть, чтобы иметь, надо потеpять. Надо пpойти
весь путь зная, что он - в никуда и , следовательно, бесконечен; с
pождения и до исхода в тебе не появится ничего нового - ведь с pождения ты безгpаничен, а к безгpаничному нечего пpибавить. Не заключай
свою бесконечность в телесной оболочке, гони ее по гоpодам и
весям, обойми ею всех людей и женщин и ты поймешь, почему
смеpть стаpшая сестpа, почему завтpашний день подождет, почему в
миpе нельзя ничего потеpять и ничего пpиобести. Oтказывайся от всех
пpивычек, кpоме пpивычки жить. Смело пpобуй - ты никогда не поглотишь
того, что тебе не пpинадлежит... Ты слаб и немощен в своей оболочке,
в своем стpемлении ее укpепить, сохpанить и укpасить, окpужить
веpными и сильными людьми, пpивычными женщинами. Ты слаб стpемлением
к покою и сытости. Ты pаб своих обpыдлых желаний, ты pаб сна и
сновидений. Ты pаб и знаешь это и ненавидешь тайно или явно себя
и близких. Ты бежишь себя, но пpибежать ни к чему и ни к кому не
можешь, ибо видишь в них то, от чего бежишь. И ты пpячешь голову в
песок намеpенной повседневности. Хоть дышешь ты там не глубоко, но
песчинка за песчинкой секунда за секундой замещают твое живое мясо,