Из Бытие, Гл. 50

Иосиф-сын отца кончину
Переживал, на лице пал,
Стенал как истинный мужчина
И лик остывший целовал.

Сгонял назойливую муху
С его застывшего лица
И повелел врачам и слугам
Забальзамировать отца.

На кропотливую работу
Ушло тяжёлых сорок дней.
(У нас в году двадцать четвёртом
Процесс закончили скорей.

Заспиртовали, чтобы мошки
Не донимали Ильича.
Что столько лет провёл он в лёжке,
Пора как праздник отмечать.

Представьте только, птицей Феникс
Он возродится, встанет в рост,
В руке кепарь зажмёт, как веник,
И всей стране задаст вопрос:

"Кто мумию мою келейно 
Хотел тут вынести на двор
И выкинуть из Мавзолея?
Пожалуйте на разговор.

Все разногласья снимем быстро,
Вопрос решим мы с кондачка.
Прошу вас, батенька, на диспут,
А можно и на кулачках".

Немного смельчаков найдётся,
Сванидзе, разве что, один
На вызов трупа отзовётся
Пыл Командора охладить.

Когда ж восстанут миллионы,
Сванидзе первым убежит.
Так, может быть, Тутанхамона
Не надо трогать, пусть лежит?)

В Египте был объявлен траур,
Дни плача. Семь десятков дней
Доступен был Иаков старый
Для посещения людей.

(Пока в стране большое горе,
Все СМИ, семитские уже,
Свой объявили мораторий 
На секс и пляски в неглиже.

Когда же вновь по всем каналам
Пошли убийства и попса,
Иосиф гневный и усталый
Спешил огородить отца

От сальных шуточек из "Окон"...
Где про любовь штампуют фальшь
Анфиски с декольте глубоким -
Там мощи портятся как фарш.

Великий Чехов с пошлых лексик,
С экрана льющихся рекой,
Сбежал бы в монастырь от секса
С однофамилицей такой.

Когда бы все наши каналы
Транслировать на Мавзолей,
Чинить препоны вождь не стал бы
Для погребения в земле.

За вред стране от прокламаций,
Что вождь в избытке наплодил,
Голгофой сотен демонстраций
Свою вину он искупил.

Чем слышать, как десятки бестий
Визжат и режут без ножа,
Куда приятней в тихом месте
В приличном обществе лежать.)



(О том не говорит Писанье,
Но помнить мы всегда должны:
Искать другому наказанье -
Уход от собственной вины.

Перетряхнуть пустые сумки
С грехами бывшими отцов -
То не спасенье, недоумки,
А ухищренья подлецов.

Куда важнее пониманье
Ущербной слабости своей
И искреннее покаянье
За мерзости минувших дней.

Осиновые бросить колья
Я призываю всех - увы!
Сванидзе, вас прошу, в покое
Оставьте коммунистов вы.

Они вернутся - вы покойник,
Где похоронят вас - Бог весть...
Скажу вам по-другому: Коля,
В бутылку с красными не лезь.