Я провожаю Анну. Интересно, через дюжину лет мы так же будем торчать в парковом кафе и заливаясь слюнями и соплями вспоминать обо всех кнопках воткнутых в стулья преподов?
Шикарная дама в сопровождении породистого мужика. Анна напрягается. Какого хрена ей вообще понадобилась эта "встреча". Ведь даже ридером быть не нужно, чтобы понять -- эта "шикарная" хочет ее "укусить". Больненько так тяпнуть... и отползти.
-- Стареешь, на молоденьких потянуло?
Это она, видно обо мне. Ну, что ж.
Ладонь у Анны холодная, пальцы подрагивают. Не... так дело не пойдет.
Улыбаюсь во все свои тридцать два здоровых зуба.
-- А тебе завидно?
"Шикарная" оглядывает оценивающе. Легкий хохоток.
-- Да что вы, голубки, воркуйте. Мне и моего Сашеньки хватает... пока.
-- Дрянь ты, Ажела, -- Анна вырывает руку, -- и всегда дрянью была...
"Сашенька" тянет свою даму прочь. И тут я понимаю -- дамочка пьяна. Пьяна до потери рассудка. И, кажется... да... точно.... до сих пор ревнует... ревнует Анну к своему "Сашеньке".
"Сашенька" не хочет скандала. Он хочет одного. Уйти отсюда. Очутиться сейчас в своей шикарной двухуровневой квартире. Закрыться в кабинете на ключ и выжрать бутылку дешевой водки.
-- Нет... это ты -- дура... и всегда была дурочкой... блаженная.
Шикарная дамочка злобится.
Анна действительно "блаженная". В смысле добрая. А добрых людей обижать нехорошо.
Так что я, пожалуй, сейчас эту шикарную пошлю... И пусть ее Сашенька даже вякать не пробует.
-- По-крайней мере, я абортов не делаю, -- огрызается Анна.
-- Точно, блаженная, -- дамочка тычет пальцем и заливается пьяным смехом. -- Есть спрос -- есть предложение, бэби.
Мой "посыл" на полуслове замирает. "Сашенька " бледнеет.
-- Ребят, не слушайте... Она это... Ань... ну она никак не успокоится...
Анна отпихивает пластиковый стаканчик с водкой.
-- Интересно, что это она не успокоится... подумаешь... шестикурсница у первогодки парня увела.
-- Ань... -- "Сашенька" сжимает пальца, -- двадцать лет ведь прошло...
Анна смотрит грустно. У нее двое детей... от двух мужей.
-- Она дрянь, это просто факт...а ты -- мне тебя жаль. Это ТЫ двадцать лет не успокоишься.
-- Вы ведь не расскажете... не станете... сообщать... Пойдем, Анжела, тебе нужно домой... -- мужчина берет жену за руку.
-- Да плевать, -- дамочка вырывает руку. -- Ну и скажут... у меня такие прихваты...
Анна встает. Да. Тут уж никакой файербол не поможет.
Идем к машине. Анна натягивает свитер. Лето нынче совсем не жаркое.
-- Плюнь, ей еще хуже, чем тебе...
Этой шикарной дамочке сейчас очень даже хреново. И еще хреновее будет.
Да. Анжеле с ее "Сашенькой" действительно не позавидуешь. Хотя... ридеры с людьми не работают.
На следующий день:
-- Я тебя предупреждала, не зарывайся. -- Ольга зло щурится на "гостью", -- предупреждала!
Анжела кивает. Она пока еще не поняла...
Потому что ридеры обычно с людьми не работают...
***
Ольга наливает Анне чай. Сует таблетку аспирина.
-- Видишь, что бывает, когда пытаешься сидеть на двух стульях.
Анна видит. И понимает. И слушает Ольгу внимательно. Хотя с такой головной болью слушать внимательно --это "жесть". Я забираю у Анны немного. Совсем немного -- ридерам запрещено иметь дело с людьми. Но Анна не совсем человек... И прошлое не должно больше ее тревожить. Как и всех нас...