# Три пророчества болотной ксены (главы 1-2)

Нина Tlailaxu Беляева

Трудно остаться в стороне, когда трубит охотничий рог самой судьбы. Зовёт в дорогу. Зовёт на юг. Но если цель ясна, то чтобы добраться до неё, нужно отыскать тот единственно верный путь среди паутины дорог. Выбора не избежать, в каком бы уголке мира по эту сторону от Меридиана ты не находился. Крепость в горах, стерегущая границу Крайнего Севера. Колдовские болота под властью Чародейки из ушедшего народа. Столица некогда могучей Империи. Заповедные леса, наполненные нечистью. Ради своей страны. Ради мести. Ради свободы. Бросить всё и найти свой путь.

ЧАСТЬ 1. Охотники


ГЛАВА 1


Тяжёлые челюсти сомкнулись, шутя раскроив воина в серо-синем плаще напополам. Верхняя половина бесследно пропала в необъятном чреве лесного чудовища. В рядах товарищей погибшего прокатился испуганный ропот. Несколько секунд пораженного молчания дали зубохвостому опомниться и подобрать остатки ужина. Закатывая от удовольствия свой единственный желтый глаз размером с доброе блюдо, чудище высунуло темно-фиолетовый язык и облизнуло перепачканные кровью клыки.

Эта ужасная зверюга, напоминающая парящую в воздухе челюсть с раздувшимся шарообразным телом и длиннющим хвостом, повисла в небе над деревней Большие Бирюки неделю назад. Пока она пожирала только коров и овец, пасущихся на лугу, со стороны вечно занятого государства не прикладывалось никаких усилий разобраться с непрошенным гостем из Чащ Хаоса. Когда же ресурсы крупного рогатого скота в Больших Бирюках подошли к концу, и зубохвостка сделала попытку перейти на человечий рацион, крестьяне забили тревогу, и король Овлата милостиво откликнулся на этот призыв.

За последнюю неделю в брюхе порождения Страхолеси исчезло порядком девяти гвардейцев, присланных королем в помощь местным органам самообороны, не считая смельчаков-ополченцев из деревни и простого населения, не успевшего вовремя убраться по домам.

Боевые действия, если это можно так назвать, проходили на краю деревни, но это не помешало народу стечься из самых дальних уголков, дабы не пропустить грандиозное зрелище, где королевские гвардейцы будут рубить в капусту лиходейскую тварь. Грандиозного зрелища тогда не получилось, потому что в первые же минуты битвы трое храбрецов были безжалостно сожраны, а остальные, не сумев найти достойного повода рисковать своей жизнью, залегли в засаду и принялись выжидать удобного момента. Когда настал черед зрителей, ибо такой неожиданный наплыв посетителей довольно разозлил обычно сонную зубохвостку, зеваки вконец заскучали и разбрелись по своим делам.

Королевские же гвардейцы остались мучительно жалеть, что ввязались в это безумие. Наплевать на все и явиться к королю с какими-нибудь оправдательными небылицами мешало присутствие их капитана -- человека, как назло, благородного, но порядочного. Он ясно дал понять, что до тех пор, пока зубохвостка не будет уничтожена, никто из его подчиненных не покинет деревню. Поэтому солдаты невообразимо скучали, но честно искали способ отправить летающего гада обратно в Бездну, чтобы скорее покончить с этим неприятным заданием.

Наблюдая за страшной и глупой гибелью очередного своего солдата, Иллор Пегий поморщился.

-- Что будем делать, капитан?! -- донесся до него полный сдавленного отчаяния голос его адьютанта.

-- Ждать, -- холодно отвечал капитан.

-- Но чего, капитан?! Нас здесь всех сожрут по одному!

-- Да ты никак струсил, офицер? -- презрительно скривился Иллор.

-- Никак нет! Но я, всё же, надеялся, что мне доведется сложить голову в бою... в настоящем бою, с людьми, а не с вот этим вот...

-- Никто не обещал, что будет легко. У Овлата много врагов. И, к сожалению, у нас нет достаточного опыта борьбы с этими тварями, поэтому я и вызвал сюда Лесных Куниц. Их отряд находится не так далеко отсюда, должны прибыть скоро.

-- Значит, к нам скоро охотники пожалуют? Надо бы подготовить встречу. Разрешите идти? -- с неподдельной радостью в голосе и надеждой на относительно счастливую развязку этой истории воскликнул офицер. Уж кто-кто, а Куницы, которые всю жизнь проводят в охоте на подобных тварей, наверняка смогут выручить их из безнадёжной ловушки.

-- Так я тебя и не звал, -- раздраженно бросил капитан.

Глядя на окрылённого адьютанта, Иллор Пегий кусал губы. Только одному капитану было ведомо, скольких душевных сил стоило ему попросить о помощи Ветер. Он был уверен, что командир Лесных Куниц немедленно откликнется на его призыв, но какое же это унижение - признать, что за целую неделю, изведя уйму людей, он так и не смог добиться ровным счетом ничего.

Проклятая образина по-прежнему меланхолично висела в воздухе - похоже, она изволила почивать после сытного ужина. Наученные горьким опытом гвардейцы не пытались приблизиться к чудовищу, ибо уже знали, что спит оно на удивление чутко. Эти зубохвостки - или, по-научному, уккеры -- созданы Хаосом в насмешку над природой. На свете просто не могло существовать зверей, безо всяких усилий со своей стороны парящих среди крон деревьев; не может живое существо состоять из одних лишь зубов, ведь должно же где-то перевариваться всё съеденное этой тварью? И потом, как может один заплывший жиром глаз разом видеть то, что происходит сзади, спереди, под ним и сбоку от него? Увы, во мраке Чащ Хаоса, что граничат с Овлатом, на беду его, всё это безобразие было возможно. Всё и даже больше.

Иллора Пегого заботила сейчас вовсе не природа уккеров. Несмотря на то, что зверя вынесло так далеко от лесов, их родной стихии, не было похоже, что зубохвостина страдает вне своей естественной среды обитания - здесь ей очень даже нравилось. Вот мерзость! Если понравилось этому - значит, вскоре повалят толпами другие, а это уже совсем не хорошо...

-- Бу! -- ухнул кто-то совсем близко от капитана, тот вздрогнул от неожиданности и сердито обернулся.

Среди вечерних сумерек никого подозрительного не было видно. Часовые дежурили возле спящей зубохвостки, остальные солдаты готовились ко сну. Всё, вроде, спокойно, но провести Иллора таким дешевым фокусом было довольно трудно. Он уловил тихие шаги и успокоился, узнав их.

-- Ветер! Бросай дурачиться, мне сейчас не до шуток!

Где-то совсем рядом послышался короткий смешок.

-- Странно, по-моему, ты сейчас в презабавнейшем положении.

-- Ха-ха, -- угрюмо подхватил капитан.

-- Посуди сам: великий Иллор Пегий вынужден, как проклятый, сидеть в глухой деревне, кормить, охранять и всячески опекать бедное сонное животное!

Из темноты опять зазвучал смех, на сей раз, на несколько голосов. Капитан вспыхнул до кончиков ушей от бессильной ярости и стыда за свою беспомощность.

-- Так ты поможешь мне?

Из сумерек выступила высокая фигура в тёмно-зелёном плаще. За ней показалось ещё четыре, а следом - ещё несколько: число воинов Лесной Куницы терялось в надвигающейся ночи.

-- Прости, -- удивительно виноватым голосом сказала женщина в зелёном плаще, -- конечно же, мы поможем, разве не наша работа уничтожать этих зубастых пуфиков?

-- Надо было сразу звать нас, -- едко добавил парень, стоящий рядом с Ветром. -- А то посылают дилетантов всяких.

-- Довольно, Коготь! - оборвала его Ветер, видя, что если Пегий спустил оскорбление ей, то кому другому просто молча снесет голову. -- Ты можешь на нас рассчитывать, Иллор Пегий.

-- Благодарю. -- Капитан склонил голову перед предводительницей лесных охотников. -- Что можешь сказать об этой твари?

-- Очень милый экземпляр. Вы его недурно откормили. Наши голодные лесные зубастики вполовину не такие упитанные, как этот.

Их беседу о чудовище прервал адъютант капитана с вестями от самого чудовища. Заметив целый отряд незнакомых людей, офицер заметно растерялся, но всё равно счёл необходимым доложить обстановку:

-- Капитан! Эта зараза... кажись, она снова зашевелилась!.. Разрешите предположить: это те самые охотники, о которых вы говорили?

Капитан помнил их недавний разговор, но теперь он и сам был настолько рад видеть Рэдию, что даже былые тревоги о репутации не помешали ему объявить с видимым удовольствием:

-- Это отряд Лесных Куниц и их командир Рэдиа Ветер из Аррилока, моя невеста.

-- Польщён видеть вас здесь, госпожа Ветер. - Офицер поклонился со всем почтением, но, всё же, заметил осторожно: - Однако, прошу прощения, что нам делать с зубохвостым?

-- А это, парень, уже наша забота. - "Госпожа Ветер" дружелюбно потрепала его по плечу.

Приблизившись к капитану, Ветер скинула капюшон, скрывающий её роскошную тёмно-русую косу. Иллор вгляделся в лицо невесты. Он знал её до того, как некогда прекрасные черты женщины были иссечены четырьмя уродливыми шрамами. Теперь эти шрамы добавляли ей некоторой солидности на посту командира охотников, а у иных новобранцев вызывали трепет, но Иллор Пегий знал лучше всех: саму Рэдию та неудавшаяся охота едва не свела с ума.

Отметину оставил охотнице свирепый тигр-танту, которого они всем отрядом три года назад травили в Страхолеси. И упустили - из-за её ранения. Одна-единственная ошибка помешала отряду выполнить задание, испортила ей репутацию и навсегда лишила естественного для каждой женщины права выйти замуж и обрести счастье в любви. Такое сокрушительное падение могло бы сломить кого угодно - и Рэдиа около года зализывала раны в озлобленном затворничестве. Тогда-то капитану и выпал шанс доказать свою преданность былым клятвам. Иллору хотелось верить, что именно его терпение и забота помогла любимой собраться с силами и вернуться в отряд. И не просто вернуться - упорство в желании восстановить своё доброе имя позволило ей возглавить Лесных Куниц всего за год после возвращения.

И всё же, несмотря на жизнь, наконец-то, начинающую улыбаться ей, женщине до сих пор было больно смотреть в зеркало, а от пристальных взглядов своего капитана становилось неловко. Она долгое время тянула со свадьбой, выдумывая различные причины, но в последнем письме, всё же, объявила о решении выйти за него по окончании этого задания.

Пегий смотрел вслед женщине, раздававшей приказания направо и налево, и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.


ГЛАВА 2


Настроение у отряда было отличным. Лесные зубохвостки среди охотников считались довольно зловредными тварями: агрессивными, жадными до человечины и, вдобавок, ядовитыми, - но с этим - толстым, сытым и сонным - пуфиком никаких особых сложностей не ожидалось.

При помощи лёгкой самодельной катапульты из тросов, установленной Куницами прямо в поле, где зависла нечисть, Коготь взлетел в воздух, что твоя стрела, и приземлился точнёхонько острым гарпуном в глаз твари. Чудовище взревело, парень едва смог удержаться на парящей челюсти. Все, кто отвлекал её внимание на себя и кто удерживал её на месте с помощью крепких тросов с крючьями, отпрянули в стороны.

Тварь была ещё жива, но стоило протолкнуть гарпун поглубже и пронзить мозг - и можно будет праздновать победу. Победу - а там и свадьбу, о которой командир Куниц объявила своим ребятам прямо перед вылазкой. Для Когтя, который три года в этом отряде рвал жилы для того, чтобы пробиться на самую вершину, который прошёл тяжелейший, полный опасностей путь от зелёного новобранца до одного из главных нападающих, решение командира Ветер стало настоящим ударом. Совершенно очевидно, что, став женой этого гвардейского капитана, она не сможет продолжать вылазки с отрядом - ну, может, лишь время от времени, но, естественно, более не в звании командира. А потому место предводителя Лесных Куниц станет свободным, желанным и недоступным для Когтя, как никогда прежде. Внезапность решения Рэдии спутала парню все карты и теперь буквально сводила с ума: она тянула с этим года два, пока строила карьеру в отряде только у него на глазах! - так неужели нельзя было потерпеть ещё год или около того? В отряде оставалось ещё слишком много матёрых охотников старой школы, которые неизвестно как вообще уступили ей в борьбе за власть. Хотели показать новичкам, как надо стараться, чтобы добиться желаемого? Ну что ж, они наверняка знали, что Рэдиа в командирах ненадолго, так что план сработал лучше не придумаешь: как минимум, он, Коготь, весь последний год сражался с нечистью, не жалея жизни, - лишь бы отличиться и продвинуться хоть на шаг ближе к этой отбитой на всю голову бабе. Однако теперь игры кончились: если она оставит пост, его наверняка займёт кто-нибудь из тех Куниц, что в отряде чуть ли не со времён основания, - и надёжно займёт, надолго так... И тогда - сколько же ещё придётся ждать удобного случая?..

Размышляя, Коготь стойко терпел на себе все порывы мечущейся души зубохвостого зверя. Взбешенная зубохвостка дико ревела и билась в истерике, забрызгивая всю округу гноем из пробитого глаза. Товарищи снизу что-то кричали ему, но охотник, полностью захваченный своими мыслями, не слушал. Добить эту падаль он мог в любой момент - а вот справиться с последствиями того, что повлечёт за собой выполнение этого задания, вряд ли... Но разве в его силах всё отменить, не выполнив его? Колеблясь, он лишь подрывает свою репутацию храброго охотника, что годами завоёвывал среди Куниц. Один взгляд на шрамы Ветра заставлял вспомнить, что малейшая ошибка влечёт за собой поражение и позор: Коготь сомневался, что сможет справиться с этим лучше их временного командира...

Зловредная зубохвостка, в борьбе за свою жизнь, хитроумно нырнула вниз и, как назло, шлёпнулась брюхом об землю, подпрыгнув в воздух, словно мяч. Не ожидавший такого коварства, Коготь потерял равновесие и чуть не упал с её спины. Удержался, лишь вцепившись в шерсть зверюги, однако гарпун пришлось выпустить из рук - и беспомощно наблюдать, как верное оружие отлетает на добрую сотню метров вдаль.

Лесные Куницы снова начали окружать чудовище и арканить крюками на верёвках. То вконец обиделось и ревело уже в полный голос - то есть, на все Большие Бирюки.

Лихорадочно соображая, как выкрутиться из этой неловкой ситуации, парень услышал краем уха свист катапульты и скрипнул зубом с досады: кто-то из Куниц решил прийти к нему на помощь и забрать всю славу себе?


* * *


После победы над чудовищем командир Лесных Куниц, с забрызганным чёрной кровью лицом и совершенно пунцовыми от ярости ушами прошествовала к ближайшему деревенскому сараю, ни разу не взглянув ни на Иллора, ни даже на своих подчинённых. Потребовала освободить для неё помещение и распорядилась никого, кроме Куниц, к себе не пускать.

На вид у Рэдии не было никаких признаков ранения или болезни, но уже через полчаса женщина впала в кому, которая очень напугала её капитана. Охотники Рэдии делали всё, чтобы не пропустить Иллора к ней, и тогда взбешённый капитан пригрозил поднять против них гвардейцев. Угроза подействовала, и Куницы неохотно дали ему возможность взглянуть на бледную невесту.

Уже почти сутки над ней хлопотали лекари, которых только удалось найти среди Лесных Куниц. Крестьяне Больших Бирюков были не в курсе подобной болезни, Куницы же напротив -- слишком в курсе, поэтому Иллор ничего толком не смог от них добиться. По обрывочным слухам он узнал, что причина всему -- ядовитая кровь зубохвостки. Куницы и другие лесные воины, зная о подобных сюрпризах от нечисти, использовали вместо мечей копья, гарпуны и стрелы, но в своём последнем бою Рэдии пришлось рискнуть жизнью для того, чтобы прикрыть одного из охотников. Она не промахнулась, ударив гарпуном в развороченную глазницу уккера, однако - когда огромного глаза твари больше не существовало - ничто не помешало чёрной крови брызнуть фонтаном и попасть прямиком на охотницу.

Несмотря на все дальнейшие угрозы, Куницы наотрез отказались пускать капитана дежурить у постели Рэдии на ночь - и сами тоже не остались: заперли сарай, заложили окна и выставили часовых. Единственное, чего не учли охотники, - так это того, что Иллор Пегий смертельно устал от того, что богомерзкая нечисть раз за разом уводит его счастье прямо у него из-под носа. В прошлый раз проклятый тигр выбил Рэдию из равновесия на целый год - и после Иллор целую вечность добивался, чтобы она, наконец, смогла поверить в его чувства, ему стоило немалых усилий убедить невесту, что она по-прежнему прекрасна несмотря даже на шрамы. Но Рэдиа всё равно не появлялась на людях иначе, чем в скрывающем лицо капюшоне. Чего же ждать теперь? Она не проснётся? А если проснётся - то что потеряет на этот раз? Капитан бесшумно проник в сарай сквозь укрытую соломой крышу. Он должен был сам убедиться, насколько серьёзна эта болезнь - ведь в прошлый раз он сумел вытащить Рэдию на свет, знать, судьба ему снова это сделать.

Спустя два или три часа бдений, светлые боги решили его вознаградить: Ветер измученно зашевелилась, затем резко распахнула глаза, - и теперь это уже было сложно списать на обман зрения.

-- Рэдиа!

Странный блуждающий взгляд совсем не внушал доверия, но обеспокоенный капитан даже не замечал, что невеста не видит и не слышит его. Пегий заподозрил неладное только тогда, когда женщина рывком вскочила со своей кровати.

-- Тебе не стоит сейчас вставать, милая, -- бросился было к ней, но был встречен совершенно пустым взглядом. Иллор застыл в каком-то стихийном оцепенении. После нескольких секунд напряженного ожидания, зрачки охотницы расширились от ужаса.

-- Не подходи! -- захрипела она, тщетно пытаясь нащупать у бедра свой кинжал.

-- Ветер, это я!

Ветер это не убедило. Она продолжала с остервенением искать вокруг себя оружие. Под руку ей попался бронзовый подсвечник, но воспользоваться им командир Лесных Куниц не успела, потому что Иллор сориентировался быстрее и поспешил перехватить её руку. Подсвечник звонко брякнулся на пол, Рэдиа негромко вскрикнула и обмякла в его руках.

Ещё с минуту капитан прижимал невесту к себе, не желая отпускать в цепкие когти тьмы, но, собравшись с новыми силами, девушка ещё яростнее забилась в его объятиях. Мужчина был сильнее, но такой напор совершенно ошеломил его. Но вскоре Ветер оставила свои отчаянные попытки вырваться, от неё доносилось лишь приглушенное рычание.

-- Ветер, Ветер, очнись, любимая, -- ласково звал Пегий, пригладив её взъерошенные волосы.

Ветер затихла и заметно присмирела. Отпустила проклятая кровь её разум или нет, сказать было сложно; Иллор хотел надеяться на лучшее. Заметив, что она начинает забываться сном, капитан осторожно опустил женщину на подушки и коснулся губами лба. Лоб пылал, охваченный болезненным жаром. Иллор заметался, и, совершенно забыв об опасности, повернулся к ней спиной.

Иллор Пегий в жизни совершал много ошибок, но эта оказалась последней. Одурманенная невеста всё ещё не растеряла своих охотничьих навыков. С остервенением дикой тигрицы Рэдиа набросилась на спину смертельного врага -- как ей чудилось -- и, вцепившись в горло, чтобы не дать себя сбросить, вытащила с пояса его же кинжал и с победным криком замахнулась.

Застигнутый врасплох таким внезапным нападением Иллор не успел предпринять ничего ради своей защиты, всего секунда слабого противостояния решила его судьбу. Он даже не вскрикнул, уголком сознания понимая, что не может так её подставить. В охладевающем сердце всего за миг пронеслась и утихла буря.

Угасающий шепот "Рэдиа..." привел охотницу в сознание.

Рэдиа долго не могла поверить в то, что видит перед собой холодное тело своего возлюбленного капитана. Кинжал и руки, испачканные в крови, говорили за себя, да и сама Ветер прекрасно знала, как действует яд зубохвостки, однако она всё равно до последнего беспомощно оглядывалась по сторонам, выискивая мнимого врага, посмевшего лишить её последнего луча света в этом мире. Постепенно, вместе с осознанием невыносимо горькой правды, глаза её наполнялись слезами, но внезапное озарение заставило слёзы вскипеть и буквально испариться с лица. Ветер вскочила в ярости и с размаху ударила ногой по воротам сарая.

- Эй! - крикнула зычно. - Эй там, кто, мать вашу, стоит на часах?!

- Это я, - немедленно отозвался Коготь.

- Ты что там, заснул, упырь?! Не слышишь ничего? Хана тебе будет, готовь шею! А ну, открывай немедленно.

- Прости, Ветер, но ты знаешь правила. Тебе нельзя на волю, пока солнце не взойдёт. Я...

- Засунь свои правила знаешь куда? Как ты посмел проморгать... Да тебя не то, что в охотники - на погост сторожем брать нельзя!

- Слышь, могла бы сама своего капитана предупредить, если так уж волновалась! Нечего валить всё с больной головы на здоровую!

- Откуда... ты знаешь, что это капитан? - Голос Рэдии стал низким и угрожающим. Коготь даже за дубовыми воротами почувствовал себя слегка неуютно.

- Ну, а кому там ещё надо будет... Он нам тут весь отряд на уши поднял - грозился всех под трибунал пустить, если не пустим...

- И ты сдрейфил и решил прикинуться глухим?

- Да ты чего! Я знаю правила. Я следил. Сам в шоке, что этот лощёный гвардейский хмырь оказался шустрее...

- Ты за словами следи! Я ещё не забыла, что всё началось из-за того, что ты мух ловил на охоте! Молись, чтобы меня казнили, иначе тебе в отряде не жить.

- Слушай, я понимаю, что ты ещё под ядом и не соображаешь, что говоришь, но с чего ты взяла, что тебя казнят? Если капитан сунулся к тебе сам, наплевав на все наши предупреждения и запреты - тут такой ор стоял на всю деревню, кто хочешь подтвердит, что его предупреждали! - то это только его ошибка. Несчастный случай. Действие яда зубохвостки - научно доказанный факт, это не может считаться преступлением!

- Вот и расскажешь это шишкам из гвардии, хорошо? Я посмотрю, как они тебе поверят.

Ветер медленно сползла на земляной пол. Какая разница, поверят они или нет, казнят её или нет. В её душе поселилась сосущая пустота, не хотелось думать ни о чём, хотелось снова забыться, чтобы больше не просыпаться вовсе. На что ей теперь жизнь? Теперь всё на свете потеряло смысл.

Засов ворот скрипнул, и створка приоткрылась.

- С ума сошёл? - бросила Рэдиа безразлично. - Запирай обратно, я притворюсь, что ничего не видела.

Коготь, зайдя в помещение, внимательно осмотрел место преступления, затем саму командиршу Куниц, в глазах которой читалось одно лишь желание - поскорее умереть. Ну что ж, парень как раз предполагал, что она будет расстроена. Некоторое время. Однако он прекрасно осознавал, что Рэдиа Ветер устроена так, что не может жить без цели. Когда Коготь только вступил в ряды Куниц, в отряде только и разговоров было, что о лихой и славной бабе, которая превратилась в тряпочку, стоило одной полосатой кисе попортить ей лицо и репутацию. Однако загоревшись целью вернуть свою былую славу, Ветер сумела не только заткнуть рты всем сплетникам, но даже перевыполнить план и стать первой охотницей Лесных Куниц. Нынешняя её цель - выйти замуж - выглядела, конечно, скромнее, а теперь и вовсе накрылась погребальным саваном - и вот гордая охотница снова выглядит той самой тряпочкой, о которой говорили отрядные деды. Коготь усмехнулся про себя. Если уж он хотел удержать своего командира в отряде до тех пор, пока сам не укрепит свои позиции, то это должен быть достойный командир, а вот это вот.

- Ветер, - проговорил он наконец. Угрюмое молчание было ему ответом. Упрямая девчонка ничего не хотела слышать. - Ветер, я понимаю, что тебе тяжело. Но попытайся меня понять, хорошо? Ты уж собралась под трибунал да на плаху - отвечать, - а с нами что будет, не подумала, конечно? Хорош отряд, у которого командир - растяпа да ещё и убийца, в придачу. Нам же вилы придут - ты этого хочешь?

Рэдиа болезненно сжалась, прося замолчать и не терзать её ещё больше. Но Коготь вовсе не собирался отступаться от своего плана и продолжил свои настойчивые увещевания:

- Никто не обвинит тебя. Мы же все понимаем, что ты не виновата. А если Куницы в тебя верят, то чихать мы хотели на гвардейцев и их суд! Пусть сперва докажут, что охотники дела своего не знают! Да тут не только Куницы - все остальные отряды на дыбы встанут!

Рэдиа закрыла лицо руками.

- Да на что мне это теперь?

- Э, не говори мне тут чепухи! Как это на что? Жаль, конечно, капитана - хороший был мужик, достойный, всё такое, но ты же молодая баба -- вся жизнь впереди! Заняться, что ли, нечем? А нечисти сколько по лесам сидит - пока всей не вывели, рано лапки подымать! Тигра своего зловредного, небось позабыла уже? А ведь сбегла от тебя тварь - и на кого ты это дело оставить думала? Кто его по Страхолеси ловить-то будет, кроме нас?

О чем она думала, сложно было сказать: о звездах, заглядывающих в её сарай через дыру в соломенной крыше, о таинственных стремительных тенях, что мчатся неведомо куда, - на охоту или просто так. О комарах, что летают вокруг и противно зудят... впрочем, они только сбивали Ветер с философского настроя. Коготь всё говорил и говорил о чём-то с жаром, а Рэдиа думала, как коротка, бессмысленна и нелепа человеческая жизнь. Прежде жизнь человека как таковая мало беспокоила охотницу, и редко, натягивая тетиву, она задумывалась о ценности этой штуки. Даже на охоте женщина никогда не боялась за себя, и никогда не боялась за Иллора, свято веря в его неуязвимость... Ногти до крови впились в ладонь, а она того и не заметила даже.

- Ты прав, - вдруг заявила Ветер, справившись с собой. - Мне не стоит впутывать в это вас. Я... должна уйти.

- Ты меня не поняла, что ли? -- немедленно всполошился Коготь. - Дождись утра, мы сможем отстоять тебя и уедем отсюда всем отрядом!

- Нет, я больше не имею права быть вашим командиром.

- Сбежать надумала? Как благородно, Провал тебя забери! Ну и куда ты от себя денешься? Хватит валять дурака, твоё место здесь - рядом с нами!

Ветер тяжело поднялась на ноги и подошла к телу Иллора. Опустилась на колени и накрыла поцелуем его безжизненные губы.

- Свет тебе, Иллор Пегий. Прости меня и прощай.

Как только Рэдиа обернулась, глаза снова её светились решимостью, былой безбашенностью и какой-то дикой, полусумасшедшей веселостью.

- Расскажешь потом, что тоже пострадал от моей руки, -- заявила она, как обычно, не спрашивая мнения подчинённого. В её голосе звенело железо, исключая любую попытку неповиновения.

Коготь считал себя чуть выше, чем просто какой-то подчинённый, готовый смотреть ей в рот. По виду командирши он понял, что словами переубедить её не удастся: упрямая по натуре, она всё ещё была заражена ядом, стирающим в голове грани между человеческим и звериным. Готовясь приять бой, он намеревался оглушить её и запереть в сарае, как было, до утра, но один лишь рывок и блеск в полубезумных глазах заставили парня припомнить, что прежде ему никогда не доводилось сражаться с Ветром всерьёз один на один.


По приченческим технинам продолжение истории обитает на сайте: Три пророчества болотной ксены Буду рада видеть вас!