# Художник. История вторая. Земля кланов

Екатерина Павловна Бердичева

Приключенческое фэнтэзи. Покинув землю, давшую Иржи Измирскому жизнь, он возвращается на Родину своих предков. Стремясь к знаниям об устройстве мира, Иржи и Йожеф обретают новых друзей. Но коварные и трудноуловимые враги все равно идут по их следам.

Екатерина Бердичева.


Художник.


История вторая. Земля Кланов.


- Я знаю, мы вольны верить в любой тип пространства жизни, - сказал я. - Я знаю, что мы можем сделать ее занятным уроком и приобрести силу вспомнить, кто мы есть. Мы можем создать мир посреди хаоса и разрушение посреди рая. Все зависит от того, куда мы направим свой дух.


Ричард Бах "Бегство от безопасности"


Пролог.


Великое Древо Жизни проявленной Вселенной вырастило из себя молодую и сильную ветвь. Демиург увидел ее и обрадовался. " Здесь расцветут невиданными красками яркие, разноцветные светила, и под их горячим светом вызреют новые, замечательные в своем совершенстве сферы обитания. Да будет так!"

И он начал творить. Первым увидел свои небеса лазоревый мир двух солнц: маленького голубого, дающего днем яркий и горячий белый свет, и теплого желтого, наполняющего палитру новой планеты мягкими полутонами и закатным алым горизонтом.

Свет принес с собой тени и тьму. Днем земля нагревалась, а ночью - сильно остывала, ибо атмосферы у нее еще не было. Духи стихий, живущие в Древе, тут же подхватили набросок Творца и, черпая вдохновение в его замыслах, принялись за работу: ведь до совершенства было еще так далеко! Земля, мучаясь перепадами температур, начала сильно потеть. Испарения поднимались вверх и, вновь осыпаясь дождем, увлажняли перегретое тело. Так появились реки и моря. А затем, из рассеяных в пространстве мелких капелек, выросло толстое одеяло атмосферы, защищающее мир от жесткого излучения и подготавливающее его к принятию жизни. Но мир был еще очень пустынен и неуютен. Поэтому пришла очередь браться за дело друидам - производителям и оберегателям зеленого покрывала земли. С помощью духов стихий они раздвинули хаотично стоявшие горы, образовав среди них уютные долины, насадили леса и посеяли травы. И мир расцвел весенним ясным цветком, благоухающим непорочной юностью и свежестью. Но вложенная в созидание энергия обязательно должна возвращаться в Древо, циркулируя по могучему стволу и ветвям, стекая в корни, опущенные в Хаос, и вновь поднимаясь живительными соками к плодам и листьям. Это - непреложный закон развития Мироздания.

Поэтому Демиург, полюбовавшись на прекрасные соцветья миров, дал команду Богам на завязь жизненной силы, выраженной в определенных формах, присущих данным планам. Те, в свою очередь, распределив между собой сферы, создали адаптированные к природным условиям животные тела, не наделяя их суть искрами душ, чтобы вначале посмотреть, кто из существ лучше воспримет условия среды.

И планета двух солнц оказалась настолько хороша, что все придуманные Богами твари выжили, прибавив в силах и увеличившись в размерах. И собрались тогда Боги в своих лабораториях, чтобы в бездушные основы внести искры самосознания и разума, берущие начало в ДНК своих творцов, а также наделить второй, общей для всех и, подобной божественной, ипостасью, чтобы разные существа могли общаться в будущем на одном уровне, сохраняя особенности своих прародителей.

Каждую молодую пару, обучив простейшим навыкам социальной жизни и азам наук, выпустили в те долины, в которых когда-то поймали их не обремененные мыслями и скорбями тела. На первом континенте все прошло отлично. Пары прижились и размножились, уже самостоятельно обучая и направляя своих потомков, согласуясь с Божественным замыслом и установленными Правилами. Но второй континент, где были самые высокие деревья и красивейшие озера, друиды на "растерзание батарейкам" оставить не смогли. Ибо много любви и стараний вложили они в свое творение, которое стало обидно отдавать бестолковым существам для развлечений, обучения и утех. И Богам оказалось некуда выпускать новые пары.

А так как работа у Богов достаточно интенсивная и нервная: создай, обучи, выпусти и проконтролируй, да еще необходимо уложиться в заложенные процессом сроки, то они сильно разгневались на создателей травки и елочек за эту препону. Не особо напрягая мозги, они шарахнули по второму материку локальным землетрясением, в результате чего от него откололся целый архипелаг островов. Энергетических доноров заселили туда, а непокорных друидов собрали на остатках когда-то огромной суши и заперли для них выход в Древо, ограничив жизнь только этим миром. А во избежание нарушения запрета им перекрасили кожу в черный цвет, расписав лысые черепа татуировками с запирающими рунами и символами.

Друиды обиделись. Нет, вернее, они не обиделись, а просто пришли в ужас: без подключения к энергии Древа их воплощение быстро заканчивалось необратимой смертью. А жить-то хотелось долго... И, затаившись, они решили ждать удобного случая, попутно изучая, как с помощью колдовства можно разрушить Божественные печати.

А Боги, тем временем, немного понаблюдав за развитием мира, переключились на другие сферы этой же ветви. Ведь там тоже всё надо было придумывать сначала. Впрочем, иногда случалось так, что вроде бы нормально развивающийся план начинал умирать. Магическая основа истощалась, словно вода, утекающая в расщелину, после чего на такой сухой лепешке могли существовать только терпеливые люди. А волшебным существам приходилось подыскивать новую родину. Таким образом, на землю, освещаемую двумя солнцами, попали эльфы, гномы, тролли, русалки... да и остались там, мирно соседствуя с изначальными жителями - Детьми Кланов.

Боги же, замотавшись навалившейся работой, совершенно забыли про наказанных друидов, которых, в-общем, хотели только попугать да и выпустить. Но те, погрязнув в обиде и злобе на несоответствие проступку наказания, не молили Богов о снисхождении, а уже изобрели тайную черную магию, открывающую им возможность влиять на сознание тварных существ, подчинять их себе и вливать в свой резерв чужую силу, что часто заканчивалось смертью несчастных. Но друидам уже было все равно. Они хотели жить. Эльфы, по неосторожности забредшие на этот континент, прозвали их даяками, от своего старинного слова "дайя", что значит "отбирающий". Поэтому, потеряв поначалу троих сородичей, они быстренько переплыли море и освоили второй материк, подружившись с коренными жителями. Ведь этот народ был слишком опытным и умным, хранящим в своей памяти многочисленные предания и не желающим ради чьей-то жизни сокращать свою.

Но вместе с волшебным народцем сюда также пришли люди, расселяясь и размножаясь, словно тараканы. Они не боялись даяков, периодически отбиваясь от них или умирая. Не боялись Глав Кланов, однако уважая провозглашенные ими правила и мораль. И все было просто замечательно, пока в открытую дверь не просочились даймоны.

Они являлись настоящим бичом Мирового Древа. Поднимаясь по энергетическим каналам из Хаоса, даймоны проникали в зрелые, наполненные магией миры, выедая их магическую и энергетическую составляющую. Но найти тварей было ой как не просто, поскольку они отлично маскировались под аборигенов, под благими намерениями развязывая конфликты и провоцируя войны. Едва начиналась заварушка со смертоубийством, они первыми собирали свободные, излитые в пылу страстей, магию и эмоции. А также высвободившуюся при несвоевременной смерти энергию живых существ.

Боги, конечно, спохватились, и закрыли новые миры. Кое-каких даймонов отловили и нейтрализовали. Но разобиженные на Богов даяки спрятали у себя нескольких с тем, чтобы они помогли распечатать им выход в Древо. Но даймоны не торопились, накапливая силу, и, при возможном пристальном внимании к своим персонам готовились улизнуть, послав даяков маршрутом в изнанку, как вдруг однажды целостную основу мира двух солнц основательно встряхнуло.

"Какой сильный импульс! Что за яркий вкус!" - зашевелились они. А подконтрольные им даяки тут же были посланы на разведку к другому континенту.


Глава первая. Прибытие.


С самого утра, как только Скалистые горы засинели под призрачным светом восходящего голубого светила, старшему блудному сыну клана драконов Юори Сааминьшу не спалось. Неясное чувство тревоги заставляло снова и снова открывать глаза, всматриваясь в знакомый с детства пейзаж за окном. Наконец, его жена Лайрина не выдержала:

- Юори, ну что ты все крутишься и вздыхаешь?

- Знаешь, дорогая, у меня появилось такое чувство, что тот мир, который был для нас сначала убежищем, а потом тюрьмой, никак не хочет нас отпускать.

- Ну перестань! Каким образом, кроме воспоминаний, он может о себе заявить? Разве что переслать потерявшимся где-то телепортом пару дождевых червей или лягушек!

- И все равно, дорогая, - Юори вздохнул, привлекая светловолосую головку жены к себе, - нить связи с человеческим миром утолщается и крепнет, словно он снова хочет получить нас обратно.

Мужчину при этих словах даже передернуло.

- Спи, мой хороший. Это человеческий, закрытый и позабытый Богами мир. Когда мы только туда попали, там еще была магия и силы. А сейчас? Он просто ни на что не способен, как дряхлый и немощный дедушка. - Лайрина прислонилась к мужу теплым боком.

- Дорогая! - Юори оперся на локоть и посмотрел на сонную девушку. - И когда ты умудрилась протестировать способности дедушек? Ты просачивалась сквозь стены и строила им глазки?

- Нет, дорогой, я иногда проходила через их комнаты. Пока они надевали очки и вставляли зубы, то улыбались... Но, рассмотрев "вооруженным" глазом мою "утонченную" натуру, падали в обморок. И чего боялись? Я же не Смерть с косой, а вполне симпатичный призрак! - Она кокетливо улыбнулась. - Так что не волнуйся понапрасну, тем более, что все уже благополучно закончилось!

- Я и не волнуюсь. - Черноволосый мужчина сел и задумчиво уставился на зеленеющее от встающего второго солнышка, темно- синее небо. - Я - жду. А ты пока поспи. Вчера был трудный день. Эти официальные встречи так выматывают!

- Конечно, если с утра до вечера увиваться вокруг королевы эльфов с платочками, цветочками и предложениями посетить висячие мосты. Бедная женщина к концу визита уже не знала, куда от тебя прятаться! И все-таки ты от подгорной змеи получил по заслугам. Ходил мартовским котом вокруг девушки целый месяц, а потом, даже не сказав "прости", удрал с другой. Этак ведь любая обидится!

- Ты тоже обидишься? - Он нежно обнял жену и поцеловал в губы.

- А ты собрался от меня уйти? Ты учти, что найду в любом из миров. Опыт теперь есть...

- Нет уж, лучше здесь убей... - Теперь он поцеловал ее в нос.

- А уже есть за что?

- Нет, дорогая... - проворковал он, прокладывая дорожку из поцелуев все ниже и ниже...

Тем временем в комнате резко похолодало, а воздух сгустился до состояния серого, непроглядного тумана. Внутри этого марева что-то заворчало, и сверкнула молния, наполняя запахом озона коридор и все соседние помещения. Откуда-то снаружи послышались встревоженные голоса.

- Юори! - Закричала Лайрина. - Это что? Теперь тебе мстят еще и эльфы?!

- Не знаю... - он растерянно вскочил с кровати, прижимая закутанную в одеяло жену к себе, и прилепился к стенке. - Я тут не причем...

Туча, наполненная громами и молниями, еще больше сгустилась, заставив чету Сааминьшей присесть и нагнуть головы, а потом, словно подавившись, кашлянула, блеснула и с оглушительным громом рассеялась, оставив на полу двух тесно прижавшихся друг к другу пацанов в длинной, не по росту, одежде.

Один, с короткой стрижкой, очнулся первым. Он поднял голову, протирая глаза, и толкнул второго, черноволосого, в бок.

- Иржи! Вставай! Мы все-таки куда-то попали!

Темненький и худенький приподнялся на руках и замотал лохматой головой:

- Ничего не слышу! Мне заложило уши.

Он убрал со лба кудри и взглянул на спутника. А тот - на него. Глаза обоих полезли на лоб:

- Фаркаш! Что у тебя с лицом?! Ты просто невероятно помолодел! А какие миленькие оттопыренные уши... Как у новорожденного слоника! - Мелкий протянул к голове приятеля руку.

Тот отодвинулся и треснул того по руке.

- Не завидуй! У кого-то на вырост штаны, а у меня - уши.

Чета раздетых Сааминьшей медленно поднялась с пола. Парнишки тут же подскочили, хватаясь за висевшие у пояса ножи.

- А вот и твои лягушки прибыли, дорогая... - растерянно сказал Юори, отпуская свой конец одеяла.


В течение получаса вежливый Юори рассказывал взволнованным грохотом родственникам, что случайная шаровая молния влетела в окно и никак по-хорошему не хотела вылетать обратно, как он ее не упрашивал. Поэтому пришлось выгонять по-плохому.

- Да-да... - с рассеянным видом покивал высокий мужчина средних лет, похожий на Юори. - Как раз в это время года у них цикл активного размножения. Наверно, искала, где свить гнездышко.

Он запахнул поплотнее халат и, ступая босыми ногами по каменному полу коридора, улыбался выскочившим на шум родственникам. - Все в порядке! Можете спокойно досыпать...

И когда последний из них скрылся за высокой дверью своей комнаты, мужчина обернулся, сверкнув на старшего сына черными глазами:

- Когда придумаешь более достоверную версию, зайди, обсудим, как разрулить сложившуюся ситуацию.

Юори хмыкнул и кивнул головой. Теперь его отца провести было практически невозможно. Когда после многовековой жизни на чужой земле он снова отправился в родной мир и отчий дом, то смог подкорректировать временную разницу, пройдя межмировой путь таким образом, что на его планете прошло всего лишь полгода. Но встретивший пришедшего сдаваться блудного сына отец, едва взглянув тому в глаза, сразу спросил:

- И каким же чудесным образом ты восстал из многолетнего небытия, сынок?

Юори склонил голову, а потом упал на колени:

- Прости нас, отец... Просто мы хотели быть вместе.

- Это ты меня прости, сын. Но на будущее: если ты чего-то сильно хочешь получить, посчитай возможные вероятности и последствия осуществления этого желания. Наверняка найдется и не такой изощренный вариант. А тебе надо было не убегать, а всего лишь как следует попробовать меня убедить.

- Но, отец, ты не хотел меня слушать!

- Я тебя выслушал, но не поверил, пока не проверил твои слова. Но, к сожалению, ты удрал, как трусливый заяц, не оставив никаких координат. - Мужчина потер лоб и заправил в волосы вылезшую наружу седую прядь. - Теперь ваши отношения проверены временем, и я полагаю, нет смысла благословлять их?

- С благословлением как-то надежнее! - Пискнула из-за спины поднявшегося с колен Юори Лайрина.

Мужчина хмыкнул, встал с кресла и подошел к державшейся за руки парочке, обнимая их за плечи:

- Я очень рад видеть вас обоих...живыми. Поэтому, благословляю и желаю счастья! Жить, полагаю, будете здесь?

- А можно? - обрадовался Юори, соскучившийся по собственному дому.

- Даже нужно. - Саэрэй Сааминьш снова вернулся в кресло. - Дети у вас хоть были?

- Были. - Мрачно буркнул Юори, показывая, что на эту тему он говорить не желает.

- Хорошо. Клану я объявлю про вашу свадьбу. Но с родителями Лайрины объясняйтесь сами. Они мне тогда чуть долину по крупинкам не растащили, требуя показать, в какой шахте я прячу их драгоценную дочь.

Тогда все прошло более или менее гладко. Члены темного клана приняли в свои ряды светлую Лайрину и даже привыкли к ее высекающему из камня искры темпераменту. А также стоически переносили периодический приезд ее родителей, проверяющих, не закусили ли их кровиночкой эти зубастые плотоядные животные. Именно в такие дни семейство Скалистых драконов трудилось с особым удовольствием и допоздна.

Отец начал постепенно привлекать старшего сына к своей работе, заставив "молодоженов" экстерном окончить последний курс Академии и получить дипломы. Прошел год спокойной и размеренной жизни с ее праздниками, радостями и мелкими неприятностями, не обременяющими собой семью. Отец, пристально наблюдавший за поступками и делами Юори, постепенно расслаблялся, уже не опасаясь с его стороны опрометчивых шагов, могущих ненароком поставить клан в ненадежное положение. Все было идиллически мирным до этого прекрасного солнечного утра...


- Ну и зачем вас сюда принесло? - Кисло спросил Юори, плюхаясь на кровать обратно. Ему настолько было тоскливо вспоминать о прошлом, что он даже не счел необходимым проявить хоть какое-то уважение к двум человечкам, пусть один из них - его дальний родственник.

Лайрина в одеяле тихонько опустилась рядом с ним.

- Надеюсь, кроме любопытства, вы здесь больше ничего не забыли?

Парнишки, не вставая, еще раз с отвращением поглядели друг на друга. А потом один из них, тот, что поменьше, откинул назад длинные спутанные волосы и ехидно сказал:

- Забыли. Поинтересоваться: а приглашение в гости еще в силе? Или: с глаз долой, и век бы вас не видеть? Ну и, конечно, спросить: назад не тянет? Ностальгия по призрачным временам не замучила? Цепями погреметь в старом замке не хочется?

Юори сжал кулаки и вскинулся. Но мальчишки тут же ощетинились клинками.

- Вот и нам не хочется.

Лайрина нервно поправила одеяло.

- Вам угрожала какая-то опасность?

- Убили мою подругу, которая была инквизитором местного отделения. Она надеялась нам помочь затеряться в мирах. Юори, кого мы могли спугнуть, убив твою ведьмочку?

- Не знаю, Иржи. Честное слово. На нас вообще никто не выходил, и о том, что в этой дыре есть инквизиция, я узнал только сейчас от тебя. Иначе мы сами бы туда обратились. Боюсь, что тот, кого вы, именно вы, вспугнули, охотится на вас!

- Но мы совершенно простые люди, живущие, как все!

Иржи встал, протягивая Йожефу руку и, машинально, раздумывая над сказанной им самим фразой, взмахом руки подогнал одежду и обувь охраннику и себе.

- А вот тебе и ответ... - Юори посмотрел на пацанов. - Ну-ка, покажи свою магию!

Иржи, пожав плечами, засветился оранжевым светом.

- Темная... Как ты это сделал?

- Что именно? - Иржи перестал светиться и сел в кресло, на ручку которого сверху уселся Фаркаш.

- Поменял размеры одежды? Причем, так быстро?

- Ничего сложного в этом нет. Уплотнил структуру ткани.

Юори с Лайриной переглянулись.

- В Академии работать со структурами проявленных миров учат годами. А твои силы только проснулись. Да и не показывали тебе толком ничего.

- Вы, родственнички, лучше расскажите, можно ли нам опять вернуться к своему возрасту и где здесь лучше затеряться? Не хочется вас напрягать нашим присутствием. Да и самим напрягаться.

Юори потряс головой и потер лицо рукой.

- Давайте сделаем так. Нам все равно уже не спать. Отец, думаю, тоже встал. И, пока остальные досматривают сны, я вас отведу к нему. Подумаем вместе.


На аккуратный стук в дверь своих апартаментов Глава Клана Скалистых Черных Драконов Саэрэй Сааминьш отреагировал сразу. Ухмыльнувшись в пустую чашку только что выпитого тонизирующего напитка, он нацепил на лицо суровую маску и, усевшись в кресло у окна гостиной, разрешил войти.

Юори, занавесив лицо черными волосами так, что был виден лишь кончик его носа, зашел в дверь, придерживая ее за массивную ручку и, замявшись, сказал:

- Отец, я не один.

- Заходи не один. Дверь держать не надо. Она не бегает. А отшлепать тебя мне уже перехотелось.

Юори поднял голову и криво улыбнулся половинкой рта.

- Вот!

Из-за его спины в гостиную вышли Лайрина и два подростка, крепко держащиеся за руки.

- Здравствуйте! - Глядя в глаза Главе клана, сказал тот, что поменьше.

- Здравствуйте, гости дорогие, незваные. И что привело вас к нам в столь ранний час?

- Отец, я тебе сказал не все. В том мире у меня остались потомки...

- Даже не сомневался...

- Вот... - Снова емко обрисовал ситуацию Юори.

- Очень приятно. Присаживайтесь. - Он кивком указал на пустующие кресла вокруг ковра и столика с фруктами.

Когда Юори с Лайриной сделали попытку занять кресла, отец отрицательно качнул головой:

- Не вы. Они. А ты, сынок, пойди на кухню и сделай нам чего-нибудь к завтраку. Лайрина, помоги ему, пожалуйста!

- Да, отец! - И боязливо покосившись на парочку малолетних иномирян, сын с женой тихо покинули гостиную.

- А теперь познакомимся поближе. Как вас зовут, молодежь?

Черноволосый, сидевший на самом краю глубокого кресла, с вызовом пробуравил глаза старого дракона.

- Извините, что пришлось нарушить ваш размеренный быт. Но так уж вышло, причем, не по нашей вине. Зовут меня Иржи Измирский. По имени рода - Саминьш.

- Правильно говорить Сааминьш, сынок. Вижу, что потомок. И бесстрашием, и внешностью. Глаза у нас с тобой одинаковые и их выражение. - Глава клана вздохнул. - А твоего друга как звать?

- Друга - Йожеф Фаркаш.

- Почему вы решили покинуть свой мир и отправиться к нам? Думаю, это не было зовом сердца?

- Вы полагаете правильно. Сюда нас не звал никто, сердце в том числе. Так получилось, что убили мою подругу, инквизитора, которая хотела нам помочь переправиться в какой-нибудь из миров, где есть магия. И нам показалось... что кроме той ведьмы на нашей земле был кто-то еще, не желающий чтобы мы, наш род, остались живы. А Фаркаш... Это я втянул его в бой, возродив в сердце магию.

- Белый маг? - Едва взглянув на оттопыренные уши, определил Глава. - И как вы уживаетесь?

- Отлично. Спасибо. И еще, - Иржи тихо улыбнулся в кулак. - В своем мире мы выглядели несколько старше.

Саэрэй наклонил голову, рассматривая своего потомка.

- Ты - красивый мальчик. И талантливый. А внешность... Наша планета поменяла ее под магический уровень, даже несколько вам польстив.

Фаркаш хмыкнул:

- А прикольно было бы оказаться двумя младенцами в подгузниках! Вот был бы подарочек для Юори!

Глава Клана смерил его взглядом и, ничего ему не ответив, поинтересовался у Иржи:

- А что вы планировали у нас делать, если бы не оказались здесь, в замке? И, кстати, как у вас в руках появился фамильный портал, если мой сын уже вернулся обратно?

- Ну, - Иржи бросил взгляд на Фаркаша, - портал мы нашли в пруду, а Юори с Лайриной ушли с помощью обряда. Что хотели делать? Где-нибудь поселиться в городе. Я - художник. У вас есть такая профессия? Кроме этого, специалист по камням и картинам. Но это там, у себя. Йожеф - военный.

- Да, художники у нас есть. Картины, статуи, барельефы. Красивые дома с фресками. Это все хорошо. Я не знаю, - Сааминьш немного подумал, - кому могли перейти дорогу два пацана, но сейчас вы в достаточно выгодном положении: у вас есть временная фора. Отследить перемещение фамильного портала очень сложно. Поэтому пока они разберутся, что к чему, и куда вы подевались, предлагаю немного поучиться. Может статься, что ваши противники на несколько уровней выше. Но что наглее, это точно. Ни один маг, даже в состоянии маразма, не станет связываться с межмировой Инквизицией. Это такая контора, которая за своих сотрудников в пыль стирает не только преступных магов, но и целые города, в которых они скрывались...

- Почему же так долго не могли вычислить вашу ведьму Эвангелину?

- Ее-то как раз и вычислили. Лишили магии и сослали в человеческий мир. Кто ж знал, что мой бестолковый сын поселится там же? Кстати, а сколько лет он там прожил по вашим меркам?

- В каком виде? - Хлопнул ресницами Иржи.

- В своем. - Удивленно поднял брови Глава.

- Таком холодном и прозрачненьком? Увы, плотным и теплым я увидел его только здесь.

В дверь снова кто-то поскребся.

- Заходи! - крикнул Сааминьш.

В комнату вошли тихие и не поднимающие глаз молодые Сааминьши с подносом, на котором красовался кофейник с пятью чашками. Лайрина принесла разогретые вчерашние булочки.

Они расставили посуду и молча сели на диван. Саэрэй разлил по чашкам напиток и взял булочку, подавая пример остальным. Когда с перекусом было покончено, Глава медленно выпрямился и откинулся на спинку кресла.

- Да, сын, наворотил ты дел...

- Я ничего...

- В том-то и дело, что ничего. Чего-то придется делать этим молодым людям. Иржи, ты драконом уже оборачивался?

- Нет. - Улыбнулся он. - Даже не пробовал. Не до того было. А потом мы убежали.

- Хорошо. Летом я с вами займусь сам, а осенью - в Академию. Учиться. Так... - Сааминьш задумался, глядя на Иржи. - Теперь давайте подумаем, как представить вас Клану. Сыном этой парочки, к сожалению, не получится. Для нас их не было всего полгода. Правда, есть дальняя родня за Бурным морем, на Сиреневых островах. Точно. Будем считать, что вы оттуда. Все равно никто толком не знает их обычаев, и все "неправильные" ваши поступки как раз на это и спишутся. По крайней мере, вопросов будет гораздо меньше. Клану сообщим, что вы прибыли телепортом. Все равно никто ничего узнать не сможет, так как я один поддерживаю с ними связь..

- Отец, а может, иномирян отправить к этим родственникам?

Клава клана изумленно посмотрел на сына:

- Ты эту кашу заварил, а кастрюли чистить посторонним?

- Но их там не найдут... - промямлил Юори. - А вдруг нам тоже грозит опасность?

- Значит, так ты относишься к своим детям? Сожалею, что принял тебя обратно!

- Отец, Иржи - не мой ребенок! Там нашей крови осталось...с мышкин нос!

- Ты мне так и не сказал, сколько лет провел в том мире, сын.

- Много, очень много, отец.

- И ничему так и не научился.

Глава Клана подошел к окну и, глядя в рассветное небо над горами, продолжил:

- Знаешь, почему мы живем кланами вместе с двоюродными и десятиюродными родственниками, несмотря на индивидуальность и собственный характер каждого? Почему я принял тебя обратно, не тронув пальцем, хоть и очень хотелось? Все потому, дорогой сын, что вместе легче выживать, защищаться и нападать. В трудное время каждый становится частью единого целого. И ты, как следующий Глава, должен это всегда помнить.

- Но они - люди! С непереносимым характером, вечной суетой и привычкой жить отдельно.

- Пожалуй, тогда мы пойдем... по привычке? - Иржи встал и положил руку на плечо Фаркашу, увлекая того за собой. - У нас аллергия на домашние разборки. У Йожефа уши в трубочку сворачиваются.

- И выносить нас не надо, мы как-нибудь на своих ногах. - Вежливо кивнул Йожеф.

- Вы останетесь здесь, и это не обсуждается. - Спокойно сказал Саэрэй, не отрываясь от созерцания пейзажа.

- Колобок, колобок, я от дедушки убег... - Пропел Иржи, окутываясь пламенем и хватая Фаркаша за талию. - Дракон человеку lupus est. Приятного дня!

Пока Саэрей оборачивался, молодые люди уже исчезли.

- Так кто из нас ничему не научился? - Спросил Юори, глядя на отца.


Легкий ветерок с гор хорошо проветривал лесную дорогу, скрывавшуюся от жаркой ласки сдвоенных солнц, высоко забравшихся на небо. Где-то в глубине синего хвойного леса пели птички. Изумрудная трава на обочинах так и манила усталых путников присесть и отдохнуть на ней. Малиновые и темно-желтые бабочки с длинным хоботком тяжело перепархивали с цветка на цветок, почти до земли сгибая толстые фиолетовые стебли.

Белый песок, из которого состояла эта дорога, давно покрыл толстым серым слоем темные штаны и кроссовки. И даже черные волосы Иржи оказались им слегка припудрены. Кроме абсолютной летучести и всепроникаемости, он был горьким. Поэтому пацаны, идущие по дороге, периодически накапливали во рту слюну и сплевывали на обочины.

- Ну и зачем мы снова убежали? - На одной ноте тянул Фаркаш, заплетая длинные ноги. - Глядишь, научились чему-нибудь! Чайку бы!

- Мороженое, вискарь и девочку! - Передразнил шагающий впереди Иржи. - Хочешь всю оставшуюся жизнь пахать на драконов?

- Они бы нас приняли в клан... дали хорошую комнату...

- Дали, это точно. Тебе - шахту с самоцветами и куском неба где-то наверху в выходные дни. И вообще, Фаркаш, я тебя не узнаю! Вроде ты - солдат, охранник... Отчего ты ноешь, как бабка к перемене погоды, с самого момента перемещения? Зря я тебя взял с собой.

Иржи пнул ногой чудом оказавшийся на дороге мелкий камень, который с глухим и оскорбленным чпоканием проглотил ближайший куст. Сам Иржи от этого действия окутался облаком пыли.

Фаркаш немного приотстал, чтобы ее снесло в сторону. И тут из зеленой травы высунулся длинный фиолетовый язык и потрогал своим кончиком голую лодыжку парня, подвернувшего брючины. Тот машинально наклонился и почесал мокрое, покрытое слизью, пятно. После чего посмотрел на липкие пальцы.

- А! Иржи! Оно меня укусило! - заорал он, озираясь по сторонам.

- Похоже, оно тебя укусило еще на земле. И, судя по всему, было бешеным. - Пробурчал Измирский себе под нос, возвращаясь к охраннику, прыгающему на одной ноге.

- Вот! - Фаркаш демонстративно выставил ногу с синеватым разводом на коже.

- Оно не укусило. Просто полизало. Не бойся, Фаркаш, представь, что ты с дамой.

- Которая обсасывает грязные ноги? Это не дама, а голодная упырица с извращенным вкусом!

- А может, ты ей понравился? Она к тебе со всей душой, поцеловала, куда дотянулась, а ты заорал. - Иржи взял сухой сучок и пошевелил траву.

- Угу, курица под чесночным соусом тоже всем нравится. - Буркнул лопоухий бывший охранник.

Трава под сучком нехотя закачалась, обнажая спрятанные в темной густоте два узких и длинных уха, мордочку с белыми разводами, фиолетовый трепещущий язык в приоткрытой пасти и два смущенных голубых глаза с вертикальным зрачком под белыми пушистыми ресницами.

- Привет! - Иржи посмотрел на лохматое существо размером с большую кошку, ее же и напоминающее. - Мы тебя не тронем, красавица! Хватит причитать, Йожеф, пойдем.

- Куда? - Вконец деморализованный Фаркаш снова поплелся за Иржи.

- Будем искать воду. Я хочу пить.

Бросив сучок на траву, Иржи снова зашагал по дороге, рассматривая густые кусты на обочинах.


Через, приблизительно, земной час пути, хвойные деревья, растущие тут в изобилии, стали выше, кусты - гуще, а дорога уже.

Фаркаш, вспоминая свое славное военное прошлое, тихо и монотонно матерился, практически не повторяясь. Иржи, шедший первым, периодически поднимал руку, сканируя окрестности. Пить хотелось невыносимо. Во рту было настолько горько, словно у них обоих был цирроз печени на стадии разложения. Причем, раскладывалась она в горчицу и хрен, смешанные с ядом.

Неожиданно дорога, превратившаяся в тропу, пошла под уклон и завиляла между камнями, заросшими по бокам высокой и метельчатой темно-синей травой.

- Фаркаш! - Иржи повернул к другу припудренное пылью лицо. - Потерпи еще чуть-чуть! Там, внизу, вода!

Тот тоскливо посмотрел и ответил очередной непечатной фразой.

- Если не заткнешься, я - пойду. А ты - останешься!

Иржи отвернулся и быстро пошел вниз по тропе. Вот теперь и замученный бывший охранник слышал характерный плеск падающих и шлепающих о камни струй. Как только кусты и деревья расступились пошире, уступая место каменной россыпи, молодые люди увидели быструю речку, прокладывающую себе путь среди скальных обломков в распахнувшуюся перед ними долину.

- Ура! - Сам себе шепнул Иржи и побежал вперед по тропе, которая явно вела к реке.

Через пару минут, он, стоя на коленях, зачерпывал горстями воду, пил, фыркал и смывал с лица пыль.

- Жаль, что у нас нет фляги... - Кисло промямлил Фаркаш, присаживаясь рядом и подставляя руки ледяной воде.

Иржи разделся, вытряхивая из одежды песок и пыль. Утолив мучившую жажду, он с любопытством посмотрел вниз. Так получилось, что случайным переносом они оказались в лесу, ползущему вверх по пологому склону высокой горы. А теперь, выйдя из него на берег горной реки, они очутились на козырьке, нависающем над спуском в большую долину, лежащую у подножия этих гор.

- Какая красота! - Ветер трепал волосы Иржи, выбивая из них остатки пыли. - Смотри, чуть дальше - мостик. Значит, тут ходят местные, и мы сможем выбраться отсюда. А вон там - город! Фаркаш! Какой он большой! Мы в нем точно затеряемся!

Иржи обернулся посмотреть, почему же Йожеф наконец замолчал. Без его навязчивого бубнежа теперь издалека слышались звуки местной и пока еще чуждой природы.

Йожеф лежал на боку, раскинув руки в разные стороны. Рот был полуоткрыт, и из него вытекала пенистая слюна.

Иржи, бросив одежду, подскочил к приятелю и пошлепал по щекам.

- Эй, родной! Да что же это с тобой случилось?

Иржи намочил свою майку и положил тому на лоб. Потом подумал, махнул рукой и зачерпнул полный кроссовок воды, которую вылил ему на лицо. Фаркаш застонал, но не очнулся. Тогда Иржи подхватил его подмышки и оттащил в тень большого камня.

- Полежи пока. А я подумаю.

Он сел рядом, с недоумением глядя на бывшего охранника. На земле Фаркаш был его надежным спутником и уверенным в себе человеком. Здесь же превратился в какую-то ноющую из-за каждого дуновения барышню. Иржи закрыл глаза и всмотрелся сквозь свой огонь в энергетическое и магическое поле друга. И то, что он увидел, ему весьма и весьма не понравилось. Все силовые линии были перекручены, а местами и вообще оборваны. Белая магия крошечным клубком цеплялась за чуть трепещущее сердце.

- Вот это да! Как же его так угораздило? - прошептал тихо Иржи. - Может, на него так повлиял перенос в другой мир? Но я чувствую себя нормально... Хотя, если во мне течет кровь Сааминьшей...

Иржи медленно достал из ножен свой клинок и прокалил лезвие на волшебном огне. Затем, подсев к Фаркашу поближе, сделал надрез на своем запястье. Когда оттуда закапали темные капли, он поднес руку ко рту бывшего охранника. Капли падали в приоткрытый рот, пачкая темно-красным бледные губы.

- Глотай, барышня! - Не выдержал Измирский и тряхнул рукой голову Йожефа. Тот, не приходя в сознание, сделал глоток, а потом еще. Иржи увидел, как распрямляются линии биополя организма и соединяются разорванные связи. Сердце застучало чаще и ровнее. Магия зашевелилась, пробуя снова расползтись по жилам. Иржи, не переставая капать ему рот, подстегнул своим огнем его слабую магию. И вот она белыми всполохами, уже решительно, поспешила разбежаться по своему носителю, достраивая своей энергией истончившееся эфирное тело. У Измирского хватило сил затянуть рану, обвязать ее лоскутком и откинуться на каменный бок рядом с Фаркашем. А дальше он провалился в темноту.


Глава вторая. В которой друзья знакомятся с роомалами.


Проснулся Иржи от плавных покачиваний своего тела, на которое кто-то, не подумав, положил несколько штук строительных кирпичей. Он пошарил вокруг себя руками и открыл глаза, которые сразу же уткнулись в пушистую мордаху с сиреневым язычком. Иржи дернулся встать, но наглая туша, развалившаяся у него на груди, лишь приоткрыла голубые щелочки глаз, потянувшись задними лапами. Измирский еще слабой рукой попытался спихнуть с себя иномирное животное, но оно, обиженно мявкнув, само переползло на ноги. Кирпичи на груди исчезли, позволяя, как следует, вдохнуть воздух в слежавшиеся легкие.

Измирский, приподняв голову, посмотрел вокруг себя. Он явно ехал в какой-то повозке, на дно которой были уложены пестрые матрасы и подушки, а над головой слегка надувался ветром высокий тент. Кто-то целомудренно укрыл его раздетое тело покрывалом, на котором беззастенчиво дрыхла местная фауна.

Впереди, куда не доставал его взгляд, слышались смех и разговоры. Причем, смех был девичий, а голосок принадлежал Фаркашу.

"Слава Богу, очнулся!" - Подумал Иржи, поскольку чувствовал себя несколько виноватым по отношению к утянутому с родной земли охраннику. Не поворачиваясь, поскольку слабость еще давала о себе знать, он прислушался к диалогу. И с удивлением узнал, что Фаркаш изо всех сил расхваливает Иржи перед дамой.

- И вот достал он свой клинок, а змеища голову задрала, пасть открыла и к броску приготовилась... - рассказывал юношеский тенорок вместо привычного земного баритона. - И ка-ак бросится! А Иржи вжик - и отсек ей башку! А из шеи черная кровь!

- Сказки, Йожеф, девушкам рассказывают на ночь! - тихо, но достаточно для того, чтобы его услышали, сказал Измирский. И тут тент снаружи распахнулся, пропуская внутрь прозрачно-салатовый свет. Его тут же заслонил собой прыгнувший к нему Йожеф. Животное, лежащее на Иржиковых ногах, раскрыло глаза и ощерилось, одновременно выпуская когти.

- Иржи! - приятель, хотевший сначала кинуться к Измирскому с объятиями, затормозил, с удивлением всматриваясь в неожиданную зверушку. - Откуда это здесь?

- А я хотел спросить у тебя! - Улыбнулся Иржи. - Как ты себя чувствуешь?

- Просто отлично! Хочется сворачивать горы...

- И распускать павлиний хвост перед девушкой! - закончил очнувшийся юный маг.

- Она хорошенькая! - тихо прошептал, словно рассказывая страшную тайну, Фаркаш.

- Как мы здесь очутились?

- Не знаю. Я очнулся - ты лежишь рядом. Мы едем. Всё.

- Спросить, конечно, у девушки не догадался. Решил вначале подвигами ошеломить?

- Да ладно, зато хорошо время провели. За разговорами почти полдороги проехали.

- Куда?

- Ну, ты же стремился в город? Вот и они туда же.

- Они - это кто и сколько их?

- Привет! - Мелькнуло в разрезе тента девичье круглое личико, загорелое до светло-бронзового цвета и две длинные черные косы. - Ты уже проснулся?

- Привет! - Иржи с трудом приподнялся на локте и улыбнулся. - Где мы? И как тебя зовут?

Девчонка перебралась в середину возка, подвинув сумки и тушку животного.

- Ты так легко ее хватаешь! Она меня чуть не цапнула! - Пожаловался Фаркаш.

- Она - лесная, так и мы не городские, хотя часто там бываем. А йонси - это как хранитель, добрый дух. Мы ехали через лес, а она нас позвала. Мы повернули за ней и нашли вас.

- Так там дорог совсем нет!

- Она нам открыла дорогу. - Девчонка кивнула на йонси. - И вывела на тракт самым коротким путем.

- Какая ты, оказывается, волшебница! - Иржи уважительно погладил мягкую шкурку.

- Это ты волшебник! - засмеялась девчонка. - Йонси просто так с человеком не пойдет! И делать для него ничего не будет.

- А вдруг я - страшный черный дракон? - Иржи тряхнул волосами и скрючил пальцы.

- Тогда я - Королева эльфов! - Гордо задрала нос девчонка, позволяя рассмотреть ее в фас и профиль. Йонси прищурила голубые глаза и задумчиво посмотрела на Иржи.

- Не бойся, - Иржи снова погладил ей ушки, - драконы больше любят пирожные!

Пламя теперь горело в его теле непрерывно, обостряя зрение, интуицию и слух. И, пристально взглянув на священное животное, он увидел вокруг ее тела слабый желтоватый ореол.

"Чистая природная магия" - догадался он.

- Так как же вас, девушки, зовут? И куда едет этот замечательный экипаж?

Девчонка, с удовольствием глядя Иржи в лицо, представилась:

- Таринка. Ромаалы мы. Кочуем по континенту туда, где праздник. Поплясать, погадать...

- Своровать и удрать! - Закончил Фаркаш.

- Эй, зачем воровать? - Удивилась Таринка. - Нам и так денег дают! А будем воровать, ни в один город не пустят!

"А меня зовут Марж" - услышал в своей голове мысли йонси Иржи.

- Здорово! - Восхитился он сразу обеими дамами, но обратился к Таринке. - Значит, вас здесь много? Ромаалов?

- В нашем таборе - пятнадцать человек. Да ты сейчас с ними познакомишься. Скоро городские ворота, а там и до площади рукой подать!

- Вот ты говоришь - праздник... Что за праздник-то?

- Сошествие Священной Змеи.

- А-а...мы на их территории?

- Ну да, в долине Змей. Мы же подобрали вас на границе между Кланом Скалистых Драконов и Кланом Подгорных Змей.

- А город как называется? Серпентарий? - Не удержался Фаркаш.

- Почему? - Удивилась девушка. - Город Темной Воды. Здесь, за холмами, живут лесные эльфы, и до того, как Змеи выкупили у них землю, здесь было священное озеро с черной непрозрачной водой.

- А куда оно делось?

- Так, в городском парке, под деревьями и осталось. Оно небольшое. Говорят, если с первым лучом солнца заглянуть в его воды и задать вопрос, оно покажет ответ!

- Ну и как?

- Что? - округлила глаза Таринка.

- Чего оно тебе показало?

- Я ничего не увидела. - Девушка поскучнела и, выбираясь из фургона, крикнула: - Городские ворота.


Тем временем, в Скалистом Замке Черных Драконов, Саэрэй расспрашивал старшего сына о человеческом потомке, и постепенно, по оговоркам, составлял представление о той веселой жизни, что устроил себе и своим наследникам Юори. Его лицо все больше мрачнело, а под конец рассказа он стукнул кулаком по столу.

- Мы должны найти этого талантливого парня. Он обязательно должен жить у нас. Настоящий драконий характер! Собирайся. Полетим его искать.

- Но, отец, он - человеческий маг! Людская кровь!

- Замечательно. Подрастет, женим на нашей племяннице. Такой талант нельзя отдавать в чужие руки.

- И как ты себе представляешь пару дракон - маг? Как он только посмотрит на нее в другой ипостаси, сразу за меч схватится!

- Зачем?

- Атавизм, папенька.

- И как же ты себя в том мире вел, что на тебя в драконьем облике меч поднимали?

- Ну почему сразу я? Там своих тупоголовых ящериц хватало. Выпьют самогона с мужиками в деревне, обернутся - и айда в ближайший город за бабами. Либо скотину с воздуха пугать. Коровы бегут, пастух матерится, а они ухахатываются, да ставки делают, какая коровенка быстрее до леса доскачет. Драконам развлекуха, а землевладельцам - сплошная головная боль.

- Так что ж никто местному владетелю на эти безобразия не жаловался?

- Жаловались, папенька. Да только в тех горах, откуда драконы родом, нашли "горючую слезу". И наш король у их Старейшины ее по дешевке покупал, втридорога в другие государства продавал. А молодые Горынычи...королю проще было возместить убыток собственным подданным. Или не возмещать...

- А ты, сынок, на чьей стороне выступал?

- Я, папенька, на своей стороне. У меня тоже была земля, меньше, чем наша долина, но на ней тоже имелись городки и деревеньки. И когда дети гор решили порезвиться на моей территории, я им устроил хороший воздушный штурм. Погонял немного, как коровенок, да подпалил пару хвостов самым ретивым. Больше ко мне они не совались.

- Хорошо. - Старый дракон надел черный "лётный" костюм, сапоги и перчатки. - Пойдем, Юори. Людей, тем более таких потенциально талантливых, лучше держать под контролем.

Через пять минут с вылетного уступа Скалистого дворца поднялись в небо два черных дракона.


Фургон резиновыми шинами мягко переваливался по каменной мостовой, увлекаемый лошадками в сторону центральной площади. Иржи оделся и, вместе с Фаркашем выпрыгнув наружу, пошел рядом с Таринкой, звенящей браслетами, а также ее отцом, смуглым черноглазым и черноволосым крепышом лет тридцати пяти.

Улыбнувшись мальчишкам золотыми зубами, он поинтересовался:

- Отдохнули?

И когда те дружно выразили благодарность за помощь, лишь спросил:

- Куда путь держите?

- Хотели добраться до города, ну и заработать. У нас ни денег, ни жилья - ничего нет. Да с утра, кроме кофе с булочкой, ничего не ели. - Развел руками Иржи.

- Ни родных, ни друзей?

- Вот так как-то получилось.

- Бывает и хуже. А делать что умеете?

- Я - художник. Могу карандашом твой портрет нарисовать. Фаркаш - мастер клинка.

- Так это меняет дело! Оставайтесь с нами. Завтра - праздник. Народ будет гулять, три дня деньги тратить. Ты - кидай ножи. Ты - рисуй. Будут у вас деньги!

- А что делаете вы с дочкой? Если не секрет?

- Я играю, дочка поет и пляшет.

- Хотите, я сяду рядом и буду создавать для вас фантомы?

- Это как? - С любопытством глянул ромаал на Иржи.

- Приблизительно, вот так. - Художник поглядел перед собой, и прямо в воздухе рядом с Таринкой расцвела алая роза. А потом ее нежные лепестки начали падать, кружась и растворяясь в подставленной девушкой руке.

- Как красиво! Я - Ганик. А ты кто? Маг?

- Мы с другом хотели в Академию поступить. Я - в темную, он - в светлую. Только не знаем, где они находятся, да и разлучаться тоже не хочется. Меня зовут Иржи, а друга - Йожеф.

- Понятно. - Ромаал опять блеснул улыбкой. - Имена у вас больно чудные. Вы не местные?

- С островов.

- Смотрите! - Закричала Таринка. - Мы вышли на площадь! Я вижу шатер Мамы Розы!

Девушка перехватила у отца уздечку и, немного развернув повозку, потащила ее к высокому полосатому шатру.

- Пойдемте, мальчики, она должна вас увидеть.

Пока они пробирались сквозь запруженную народом площадь, Иржи с интересом крутил головой по сторонам. Сейчас его никто не отвлекал, и он восхищенно разглядывал стоящие по ее периметру высокие дома с портиками и колоннами, которые поддерживались снизу высеченными в камне змеями, стоящими на своих хвостах. Из их спиральных колец и вырастали песочного цвета колонны, подпирающие портики с барельефами, на которых тоже наличествовали гады нескольких видов и даже змеелюди. Ограды вокруг зданий не было, только деревья и кусты.

В дальнем конце площади, рядом с протекающей через город речкой, выделили место для стоянки фургонов приезжих артистов. Оттуда слышался разноголосый шум и взрывы смеха. За полосатым шатром вился вкусный дымок жарящегося на углях мяса.

Иржи сглотнул голодную слюну и посмотрел на идущего рядом Фаркаша. После "лечения" бывший охранник перестал ныть и рассматривал мир, в который его занесло, с большим энтузиазмом.

- Как ты думаешь, нас покормят? - задал он животрепещущий вопрос Иржи. - Или сначала заставят отработать?

- Отработка начнется только завтра. А до него еще как-то надо дожить. Может, как белый маг, посоветуешь, какую травку пожевать?


Тем временем к Ганику и Таринке, идущим впереди, рядом с лошадьми, подходили какие-то люди и, здороваясь, словно старые знакомые, приглашали присоединиться к их кругу у палаток или фургонов. Ганик ответно хлопал мужчин по плечам, обещая заглянуть чуть позже. Женщины и девушки, занимающиеся хозяйством, приветливо взмахивали руками, заодно разглядывая незнакомых пацанов, идущих рядом с повозкой.

- Хей, Ганик, не маловаты ли женихи? Отдай одного на вырост! - прокричала от дальнего фургона женщина.

Таринка опустила голову и молча шла, поджав губы и глядя себе под ноги.

- Расплатись за предыдущего, Любята, а я подумаю, стоит ли с тобой здороваться... - ответил Ганик.

- Подумаешь! - женщина уперла руки в бока и покачала головой. - Ежели б любил, небось, и потерпел. А так - что с возу упало... К тому ж, все равно убег. Вот ежели бы остался, я б тебя отблагодарила!

Отец положил руку дочери на плечо, а Иржи внимательно посмотрел на плюнувшую им вслед женщину. Как и у многих, живущих здесь людей, вокруг искры души темной ваткой лежал магический зачаток. "Наверняка гадает и привораживает. Короче, портит чужой жизненный путь, как умеет".

Наконец, они нашли свободное место прямо рядом со спуском к реке, берега которой были выложены темно-коричневым полированным камнем. Ступени, ведущие вниз, были металлическими, как и перила.

Пока Ганик распрягал коней, вешая на морды торбы с овсом, а под хвосты - специальные чехлы, Йожеф взял у Таринки два ведра и отправился за водой. Иржи достал из фургона походный столик и варочную плитку, работающую на кристаллах. И скоро в кастрюле закипела вода, уваривая порезанное мясо вместе с крупным сухим горохом.

- Возьми, - девушка протянула парнишке кусок, - покорми йонси. Ты должен теперь заботиться о ней, раз она ради тебя вышла из леса.

- Спасибо. - Иржи взял мясо и запрыгнул в фургон. - Марж! Иди кушать. Таринка дала нам мясо.

Марж, с чувством собственного достоинства развалившаяся на покрывале, приоткрыла голубые глаза. Потом повела носом и вопросительно посмотрела на Иржи.

- Иди! Смотри, какой сочный кусочек!

Йонси сморщила розовый нос и чихнула, высунув наружу кончик фиолетового языка.

- Ты что, не ешь сырое мясо? - Иржи подсел к ней и погладил серую, в белых разводах голову. - Может, тогда тарелку супа? Какая ты красивая кошечка!

Марж восхищение явно понравилось, как и предложение покушать человеческую пищу. Он положил кусок обратно в холодильную сумку и, спрыгнув с повозки, отправился к реке помыть руки. Фаркаш, обернув голову цветным платком наподобие банданы, спрятал под него оттопыренные уши и вился вокруг девушки, развлекая ее разговором и ненавязчивой помощью.

Сбежав вниз по лестнице, Иржи прошел несколько шагов по камню, на который лениво заплескивала вода, и присел на краю, ополаскивая руки. Почти ушедший за горизонт голубой диск разрисовывал призрачным зеленым светом тонкие края высоких облаков в то время, как желтое светило, спускаясь вслед за собратом, давало лежащей между гор долине вполне земное освещение. Можно было бы закрыть глаза и представить себя на берегу пруда в их родовом доме... Спрашивается, зачем он переехал жить в город? Почувствовать себя свободным от братской опеки? Иржи вздохнул. Теперь он от нее свободен. Окончательно и бесповоротно. И нет рядом человека, который уберег бы его от неприятностей простым и мудрым советом.

Он начал вставать и открыл глаза, возвращаясь в действительность, представленную босыми ногами и цветастой юбкой прямо у него под носом. Иржи вздрогнул от неожиданности и быстро выпрямился, оказавшись лицом к лицу с невысокой, пухлой женщиной в черной кофте с короткими рукавами и кучей браслетов на руках. Седые волосы, загорелая до черноты кожа и острые темные глаза, проникающие в душу, завершали этот каприз реальности, подкравшийся совершенно бесшумно.

- Здравствуйте! - Иржи прикрыл глаза пушистыми ресницами и улыбнулся. - Я замечтался и не услышал, как Вы подошли.

- Здравствуй, мальчик. - Женщина улыбнулась в ответ и кивнула на скамеечку, стоящую в тени раскидистого хвойного дерева. - Пойдем, посидим.

Иржи галантно подождал, пока женщина расправит юбку и усядется на лавочку, после чего опустился рядом.

- Откуда ты тут появился, красавчик? Ты ведь не наш... ты - пришлый. - Она взяла одной рукой парнишку за запястье, а другой сверху поглаживая его пальцы.

Он попытался освободиться, но оказалось, что рука удерживается крепко.

- Полагается, мне надо подтвердить или опровергнуть эти слова? - Сверкнув глазами, поинтересовался Иржи. - Чего Вы от меня хотите?

- Нет-нет! - Рассмеялась женщина. - Я и так вижу достаточно. Что хочу? Переживаю за Ганика с дочкой. Надо же, такой маленький, а женщин было много... - неожиданно удивилась она. - Но ты нарочно никогда не сделаешь больно. У тебя добрая душа, и из-за нее ты попал в крупные неприятности, которые приведут тебя...

Она открыла глаза и улыбнулась:

- Нет, не пугайся, мой хороший, не к смерти, а на перекресток. Хотя ты часто будешь ходить по нити, натянутой над бездной, а голодные демоны протянут к тебе свои загребущие лапы.

Женщина отпустила его руку.

- Что ты хотел узнать?

- Скажите, а что произошло с семьей Ганика? Почему Вы испугались за них? - Иржи заложил прядь черных волос за ухо и, опустив глаза, пояснил свой вопрос. - Упаси Боги меня от сплетен, но раз так получилось, что мы какое-то время пойдем рядом, мне бы хотелось знать, как избежать возможных обид и недоразумений.

Женщина блеснула крепкими белыми зубами.

- Красиво говоришь. Хорошая кровь. Мы, ромаалы, хоть и бродим, всяк сам по себе, но своих знаем и никогда не бросаем. Женим и женимся на своих. Приехала я как-то в одну долину на праздник Солнцеворота и там, в столичном городке, встала рядом с Гаником. Таринкина мать, Зарина, еще была жива. После вечернего представления начались танцы, веселье. Людской бургомистр за счет казны бесплатное угощение устроил. Ну и народу же набралось на площади и лучевых улицах! Маги пускали фейерверки, везде играли оркестры. Люди отдыхали. И тут один пьяный темный колдун решил развлечься. Зажег фантомные огни в окнах городской ратуши, да как гаркнет на всю площадь: "Пожар!" Ну, люди и побежали. Давка, форменное сумасшествие! Таринку от матери оторвало, да и с толпой понесло в тесный проулок. Задавили бы ее, как многих, но открылось низкое окно на первом этаже одного из зданий, и молодой человек выдернул ее к себе за руку. Подлечив синяки и ссадины, он ведь оказался из светлой братии, да переждав волнения, проводил ее к родителям. А потом стал заходить. То днем, то вечером. То с цветами, то с фруктами. Веселый такой, разговорчивый.

Женщина подобрала крепкими пальцами выбившиеся на ветру из прически седые волоски и заправила их внутрь. Глаза ее словно смотрели сквозь время.

- Так вот. А молоденькой, неопытной девушке ничего не стоит влюбиться. Он-то был хорош! Высокий, красивый, умный. Сразу видно, не простой горожанин. Уж она с утра ждала его! Нарядится, все браслеты наденет. Отец да мать говорили ей, что оседлый мужчина - не пара ромаалке. Да только Таринка никого не хотела слушать. Им пора ехать, ведь артиста ноги кормят, а она все упрашивала родителей подождать. Не знаю, на что они надеялись, да только однажды утром увидели его выходящим из Любятиного шатра. И она вслед за ним. На шее повисла, целует, обнимает!

- А Таринка? Она тоже это видела?

- Нет, но Любята пришла и сама им рассказала, что это теперь ее мужчина.

- Зачем?

- Чтобы не претендовали. Правила у нас такие, мальчик. Больно, но честно. Чтоб не надеялись.

- И что произошло?

- В тот же день они уехали. Таринка долго молчала, не выступала. Но потом, когда умерла мать, пришла в себя и снова стала помогать отцу. Вот так-то. Поэтому я и удивилась, увидев мальчишек в их фургоне.

- Так мы с другом еще маленькие! - Кокетливо похлопал ресничками Иржи.

- Да, маленькие. Но почему-то я тебя вижу другим, взрослым и красивым мужчиной. И словно бы это было в твоем прошлом.

- Действительно, странно. Но возможно ли повернуть время вспять?

- Я про такое не слыхала. Но разве нет в нашем мире того, о чем мы не знаем?

- Мир непостижим и загадочен. - Иржи усмехнулся. - Но как же хочется узнать его самые сокровенные тайны! Скажите, а этот человек еще раз приходил? Искал девушку?

- Не знаю. Откочевала я сразу за Гаником. Правда, Любята сказала, что он и ее бросил...

- Действительно, странная история. А в каком городе это произошло?

- В Вореше. А парня того звали Вааред. Какого роду, не скажу, не знаю.

- Спасибо за рассказ, добрая женщина, не знаю, как Вас величать...

- Можешь, как и все ромаалы, называть меня мамой Розой.

- Иржи! - Закричал сверху Йожеф. - Иди кушать, обед готов!

- Ишь ты, какое у тебя звучное имя... да и сам ты звучишь, как наполненный доверху сосуд. - Мама Роза поднялась, оглаживая руками пышную юбку. - А выступать с нами будешь?

- Конечно! Разве я не похож на ромаала?

- Хоть и черный у тебя волос, да кожа белая. Есть в тебе музыка, но не наша, людская, а вселенская. Многое тебе дано, многое и спросится. Иди, мальчик.

Иржи поклонился и взлетел вверх по лестнице навстречу улыбающемуся другу. А мама Роза подняла к небу глаза:

- Неужели Ты решил вспомнить о своих блуждающих в этом мире детях, Отче?


- Нет, это ни на что не похоже! - Черный дракон, плюнув на одинокую скалу огнем, сел на ровную площадку и обратился человеком.

Из-под каменной плиты, оскорблено мемекнув и поджав опаленный куцый хвост, выскочил круторогий козел и, вытаращив глаза, заскакал по крутой расселине вниз, распространяя в воздухе собственный, выедающий глаза, дух и терпкий аромат паленого волоса.

Стоило на эту же площадку приземлиться второму дракону, первый разразился возмущенной тирадой:

- Ну и скажи, пожалуйста, где еще, под какой кочкой, нужно их искать? Они что, умеют обращаться пауками или птичками? - Он скосил глаз к маленькому белому пятнышку на плече своей кожаной куртки и брезгливо потер его перчаткой. - Мы облетели почти всю долину вместе со скалами, но не нашли даже мокрого пятна ни на одной из них!

Старший дракон довольно потер руки.

- Это говорит о том, что мальчишка - отличный маг! И настоящий дракон.

- Отец, какой дракон? - Застонал младший. - Он ничего еще не умеет! Он - человек!

Старший посмотрел на затертое пятнышко.

- Однако нагадить на себя не дал. Так что, пока не село второе солнце, будем искать!

И два черных дракона снова взмыли в зелено-алое вечернее небо.


Наевшись супа и помыв посуду, Иржи с Йожефом решили поболтаться по городу, тем более что работа везде закончилась, конторы и склады заперли на три дня и самые нетерпеливые уже начали отмечать праздник. На площади было еще светло, но на сумеречных улочках уже начали зажигать волшебные фонари веселые молодые фонарщики в зеленой с золотом униформе.

Все, у кого были силы и желание, высыпали на улицы и центральную площадь. Торговки сладостями и фруктами вовсю расхваливали свой товар, попутно охаивая своих конкуренток. Мальчишки шныряли в разодетой толпе, перекликаясь и играя то ли в догонялки, то ли в прятки. Девчонки в новеньких цветастых платьях, чинно выступающие за руку со своими матерями, завидовали им страшной завистью. Отцы семейств, выгуливающие новые наряды своих жен, раскланивались друг с другом, желая соседям доброго вечера.

Городские здания тоже украсили магическими фонариками и они, словно новогодние елки, переливались и помаргивали на фоне темнеющего неба. Кабаки и рестораны во всю ширь распахнули свои двери. Вот по мостовой проехал изукрашенный алыми разводами белый экипаж и остановился у трехэтажного модного ресторана. Из него выскочили четверо низкорослых гномов и, обведя гуляющих высокомерным взглядом, утянулись друг за другом в зазывно сверкающий подъезд, украшенный дылдой-охранником.

Фаркаш не выдержал и толкнул локтем Иржи:

- Гномы! Прямо как в сказке!

Напросившаяся с пацанами за компанию Таринка рассмеялась и спросила:

- У вас что, гномы не живут?

- У нас и эльфы не живут. А змеи только в виде гадюк и ужей. - Откликнулся за приятеля Иржи.

- Откуда же вы приехали? Наверное, с отсталых островов, где обитают только рыбаки и русалки? - Она схватила ребят под руки и потащила вперед. - Пойдемте, покажу вам эльфов и змей, живущих в этом городе.

Иржи поправил лежащую у него на плечах йонси, которая тоже решила погулять. Но чтобы не потеряться, гуляла она на своем друге, грея шею и периодически вонзая в рубаху когти, чтобы не свалиться. Йожеф молча удивлялся, как его тоненький друг еще не упал под тяжестью немаленького животного. Но когда увидел, что Иржи придерживает ее рукой, чтобы она не взлетела вверх, как воздушный шарик, то успокоился. Как все-таки хорошо, что бывший господин оказался таким хорошим магом, да к тому же считает его своим другом!

Таринка, тем временем, притащила их к реке, но только в другом месте, немного ниже площади по течению. Река здесь расширялась и распадалась на два рукава, образуя посередине остров. С обоих берегов на него вели неширокие ажурные мосты, подсвеченные разноцветными фонариками, которые переходили в небольшие проулки, освещенные таким же светом. И сквозь плотную зелень просматривалась то оранжевая дорога, то красная, а с той стороны - голубая и зеленая. Где-то в середине переливалось огнями большое здание.

- Пойдемте туда!

Перебежав белый, словно подвешенный в воздухе, мостик с оранжевыми фонарями, они углубились в аллею, по которой то и дело проезжали нарядные и дорогие экипажи. Откуда-то доносилась нежная музыка.

- Это в ресторане, - торопила их Таринка. - Там открытая веранда с видом на реку. По вечерам для гостей играет оркестр и можно потанцевать!

- А нас туда пустят? - Йожеф с сомнением посмотрел на свое не совсем чистое одеяние.

- Мы из-за кустиков посмотрим и пойдем обратно. - Успокоила его девушка.


На открытой террасе ресторана "Шишкин Бор" сидели за столиком четверо молодых людей. Они пили вино, закусывая ранними фруктами, неспешно беседовали и любовались звездами, отражающимися на темной водной глади. Ресторан был достаточно дорогим, чтобы сюда не ходили те, кто мог спугнуть чье-либо уединение из-за того, что не умеет себя хорошо вести в приличном обществе. Поэтому здесь никто ни на кого особо не обращал внимания. В уголке, под навесом, музыкально медитировал небольшой оркестр под управлением задумчивого эльфа, в чьих зеленых очах дышала гармонией сама вечность, а движения рук были изящны, словно вечерняя приливная волна, поглаживающая кончиками мягких лап нагретый речной песок. Фан-клуб, состоящий из трех милых девушек лет тридцати пяти и их непробиваемой ни для каких чувств дуэньи, томился за столиком напротив, периодически вздыхая и оттирая скупые слезы кончиками надушенных носовых платочков с именем знаменитого маэстро. Несколько парочек танцевали медленный танец в неярком свете волшебных фонариков.

- Дивная ночь, не правда ли? - Заметил один из молодых людей, вертя в длинных и тонких пальцах надкусанное яблоко. Он был высок, худощав, с белым вытянутым лицом, на котором самой заметной частью был длинный и острый нос. Глаза, прикрытые рыжеватыми ресницами, блеснули яркой зеленью.

Он откинулся на спинку стула и зашипел, поскольку заколка, удерживающая рыжую косу, мстительно впилась ему в спину через рубаху и легкую куртку.

- Что ты хочешь этим сказать, Эрнаандо? - Спросил сидевший рядом с ним, похожий на того цветом волос и длинным носом, молодой человек. Он вертел в руках недопитый бокал, любуясь густо-рубиновым цветом напитка и собственными перстнями с самоцветами, обильно украшавшими его белые, в веснушках, руки.

- Он хочет сказать, Луисо, что ему скучно, и он с удовольствием свалил бы в заведение "Пастушки Греты". Сегодня там варьете с Тииди Коолински. Думаю, наши двоюродные братики вместе с дядюшкой Ильяясом уже развлекаются в обществе кучерявых овечек, слушая забавные куплеты в исполнении Тииди! - Ответил третий в их компании рыжик с длинной косой, носом и конопушками, а также перстнями на пальчиках, бабочками на пиджаке и бриллиантовой булавкой в галстуке. У него, в отличие от старших братьев, были шальные ореховые глаза, узкие губы, слегка подкрашенные розовым блеском, и подведенные стрелками веки. В ушах наличествовали длинные серьги, собранные из разноцветных драгоценных камешков.

- Альеэро! - Старший брат, Эрнаандо, укоризненно посмотрел на младшенького. - Во-первых, Ильяяс, не развращая племянников, ходит туда сам по себе, а во-вторых, имей совесть, ты и так там днюешь и ночуешь. Не удивлюсь, если в этом заведении за тобой забронирована комната!

Тот растянул губы в улыбке и смешно сморщил нос, отчего тот стал похож на гарпун.

- А вот и не угадал! Не комната, а апартаменты!

- Ну да, - покивал головой Луисо и допил вино, - для "барашков" постелька побольше, да помощнее нужна, не правда ли, братец?

- Ты гадкий, - Альеэро подпустил в голос надрыв, - между прочим, я, в отличие от некоторых, в собственном доме с обслугой не развлекаюсь, а честно плачу барышням и ..., неважно, монеты!

- А секретарь? - Томно поинтересовался Луисо.

- А он получает фиксированный оклад за выполнение должностных обязанностей.

- Это которые ночью? - Зеленые глаза Эрнаандо искрились смехом.

Четвертый из их компании сначала молча смотрел на воду, а потом - с интересом на рыжих братьев.

- Получается, вы только из-за меня пришли сюда? - Он обвел их всех внимательным взглядом. - Зачем? Я бы мог с таким же успехом посидеть в своей гостиной.

- И, как всегда, надраться к ночи до состояния хладного трупа! Нет уж, Вааред, раз дядюшка с тетушкой тебя отправили к нам, мы тебя из своих дружеских объятий не выпустим!

Молодой человек усмехнулся, перекидывая спутанные светлые волосы на спину:

- Напьюсь - откачаете! Как будто вас это затруднит! А дружескими объятиями и задушить недолго! Особенно вашими.

Трое молодых людей дружно рассмеялись, а потом младшенький, на правах самого обаятельного и балованного, проникновенно глядя в серые глаза троюродного брата, поинтересовался:

- Так зацепила, что и забыть никак не можешь? Хоть расскажи, кто она?

Сероглазый тут же уныло опустил кончики губ. Потом, взяв бутылку с коллекционным вином, стоящую на столе, поднес ко рту и стал пить, словно воду.

- Эй-эй! - Эрнаандо нежно отсоединил руку Ваареда от посуды и отставил ее подальше. К ней тут же присосался Альеэро. Пустая бутылка через пару секунд перекочевала под стол. Материализовавшийся официант улыбаясь, принес еще две.

- Она... словно еще не распустившийся бутон розы. Положив руки ей на плечи, не знаешь, какого цвета его лепестки... только чувствуешь тонкий аромат... терпкий и страстный... - сбивчиво ответил заплетающимся языком светловолосый парень. - Она уехала. Неожиданно. Еще вечером я целовал ее тоненькие пальчики, а утром ее уже не было в городе. И какая-то женщина пыталась предъявить на меня права, настаивая, что я провел с ней ночь.

- Постой-постой! - Замотал головой Альеэро, отчего сережки заплясали в его ушах, бросая разноцветные отсветы на одежду и скатерть. - Ты хочешь сказать, что влюбился в ромаалку?

И трое парней с одинаково поднятыми в изумлении бровями наклонились к дальнему родственнику.

- Ну да. Что в этом такого? - Высокомерно сказал он.

Братья откинулись на стулья и дружно заржали.

- Я тоже люблю "овечек", Вааред! Но это не значит, что выходя из дома "Пастушки Греты", я проливаю безутешные слезы. Ты определенно сошел с ума. Второй сын Главы Клана Единорогов влюбился в маленькую шлюху!

- Она - не шлюха, Эрнаандо! В каждом сословье есть исключение. Ну объясните хоть вы мне, почему она уехала, ни о чем мне не сказав? - Вааред вцепился пальцами в окончательно разлохматившиеся волосы. - Я просто хочу понять! Если бы она мне все объяснила, я бы отступился. Но она просто исчезла! А я никак не могу ее найти. Все ромаалы, которых я о ней спрашивал, ничего не знают...

- Тихо, успокойся. На вот, выпей еще. - Младший братец Альеэро налил в бокал Ваареда вино. - И давай попробуем спокойно разобраться.

Хоть все члены клана Подгорных змей считали младшенького светским шалопаем "со странностями", но, когда надо было что-либо проанализировать или продумать наперед, приходили к нему за советом. Даже их двоюродный дядюшка, суровый и задумчивый маг, построивший себе отдельную башню для темномагических опытов, внимательно относился к его мыслям и словам.

- Так вот, мой хороший. Ромаалы, все, без исключения, рассеянные по нашему миру - огромная семья. И каждый там знает о каждом. Поверь мне, все те, у кого ты про девушку спрашивал, наверняка знали, о ком ты говоришь. И более того, знали, где она находится. Но тебе не сказали. Теперь вопрос: ты ее мог чем-то обидеть?

- Нет, Альеэро, я очень внимательно относился к ней. Знаешь, как мы познакомились? Я спас ее из-под ног паникующей толпы в день Солнцеворота в нашем городе.

- Странно. Обычно они - честнейшие и благодарные люди. Сколько ей лет?

- Она почти ребенок. Лет пятнадцать.

- Да, по сравнению с нами - совсем малышка. Но людской век короток. Ромаалы - народ кочевой, магов сильных - один, два и обчелся. Поэтому женятся и выходят замуж рано. Как правило, имеют много детей. Артистичны, талантливы, свободолюбивы. Может, ее выдали замуж и откочевали?

- Нет. У отца с матерью она одна. И, как мне кажется, они были только рады, что я оказываю их дочери знаки внимания. Поскольку праздник прошел, а они все не уезжали.

- Хорошо. - Альеэро прикрыл свои раскрашенные глаза и подпер рукой подбородок. - Вспоминай тот день, когда их уже не было в городе, но ты об этом не знал. Ты пришел туда, где они стояли... и что? Уехали все или кто-то остался?

- Уехали все, кроме трех семей и одной вдовушки. Когда я приходил к девушке, она вечно строила мне глазки. А тут набросилась с поцелуями, словно бешеная! На всю площадь кричала, что теперь я ее "коэно". Я пытался узнать, где семья Ганика, но остальные ромаалы даже не соизволили со мной заговорить. Прицепили повозки и уехали. А я - остался.

- А скажи-ка мне, дорогой коэно, ты и в самом деле провел с ней ночь?

- С кем?

- Выпей еще и не тупи! С вдовушкой, конечно!

- Ты сошел с ума, рыжий! - Блондин пьяно оперся о стол локтями. - Я готовился к экзаменам, а потом спал в собственной постели. Один.

Альеэро допил бокал и налил еще. Братья, затаив дыхание, слушали разговор, но вторую, не начатую, бутылку Эрнаандо втихомолку поставил рядом с ножкой своего стула.

- "Коэно", братец, на их языке значит "любовник" или "тот, кто приходит на ночь". Ромаалы патологически не выносят лжи. Так скажи мне, мой девственный родственник, почему вдова к тебе так обратилась, а?

- Да не знаю я! Не знаю! - по щекам Ваареда потекли пьяные слезы.

Луисо сочувственно поцокал языком, вытащил из кармана собственный носовой платок и вытер тому слезы.

- Выходит, - продолжал выкладывать причинно-следственную связь Альеэро, - у нее ночевал кто-то очень похожий на тебя. Как ты думаешь, сладенький, кто бы это мог быть? Кому ты похвастался своими любовными подвигами?

Вааред, наконец, включил мозги, перестал рыдать и даже надкусил отставленное ранее яблоко.

- Меня с ней видел Коорад. Он рассказал отцу. Тот...

- Посоветовал посетить заведение "Пастушки Греты". Не так ли?

- Ну да. Сказал, что если вместо крови в голову стучится... понятно что, надо периодически сбрасывать напряжение либо тяжелой работой, либо ходить к "овечкам".

- Но ты уже влюбился и с негодованием отверг дельное предложение отца. Точно?

- Ну да, где-то так. - Снова повесил нос Вааред.

- Теперь картина наконец-то стала прозрачной. - Альеэро посмотрел на фонарик сквозь бокал с вином и вздохнул.

- Ну! - На него с нетерпеньем взирали три пары глаз. - Не тяни варана за хвост!

Младшенький, не торопясь, смахнул со щеки ресничку, тряхнул головой, чтобы сережки в ушах заиграли разноцветными лучиками, промокнул салфеткой подкрашенный рот и изрек заплетающимся языком, но при этом взирая на родственника совершенно трезвым и несколько жалостливым взглядом.

- Скажи, рыбонька моя золотая, тебе дороги твои родственники? Твоя семья? Что ты собирался делать дальше с этой ромаалкой: притащить ее к себе во дворец или уйти к ней в кибитку?

- Я не думал об этом. - Сознался Вааред. - Я просто любовался ей, словно розой, салатовым рассветом над горами...

- Короче, пудрил девушке мозги с последующим желанием затащить ее в постель. Так?

- Не знаю, может быть.

- Так вот, мой птенчик, с ромаалами такие номера не проходят. Они своих дочерей сначала девушками выдают замуж, а только потом она с мужем ложится на брачную постель. Если все произойдет наоборот, девушка замуж больше не выйдет. Ясно? Или ты хотел дипломатического скандала? Отец тебе это рассказывал? А ты, как самый умный, продолжал свои тайные походы?

- Знаю, что дурак. Но не видеть каждый день ее черные волосы и огромные черные глаза я не мог... А как она пахнет! Я дышать ей мог вечность!

- Короче, твои родственники сделали все, что могли. Коорад ведь на тебя похож? Он и сходил на ночку к вдовушке. После чего она пошла к отцу девушки и объявила, что ты - ее любовник. И так как у них с этим строго, семья твоей подруги сразу уехала.

Альеэро взрезал твердую кожуру сладкого фрукта. Сняв верхушку, он взял маленькую ложечку и начал выковыривать мякоть.

- Вот оно как... Теперь понятно.

- И что ты теперь будешь делать? - Спокойно осведомился младший змей. - Опять побежишь ее искать?

- Внимание почтеннейшей публики! - на сцену рядом с оркестром вышел конферансье, периодически объявляющий номера. - Господа и дамы! Только сегодня в нашем ресторане юное дарование споет для вас песню о любви! Встречайте: Иржи и его гитара!

Раздались жидкие хлопки, и на сцену, под свет ярких огней, вышел улыбающийся самой очаровательной улыбкой черноволосый ангелочек лет тринадцати с гитарой в руке.

- Боже! - Умилился Альеэро. - Я желаю видеть рядом с собой это юное чудо!

- И в качестве кого ты представишь его родителям? - ехидно поинтересовался Вааред.


Глава третья. В которой друзья соединяют любящие сердца и знакомятся со Змеями.


Незадолго до этого, Таринка, то и дело одергивая цепляющуюся за ветки юбку, подвела пацанов к открытой веранде.

- Вот, смотрите, - начала она обзорную экскурсию, - за дирижерским пультом управляет своим оркестром наш известный музыкант и композитор Лаило Залесень. Он - эльф. Объездил с музыкантами весь континент, давая концерты во всех клановых домах и городских залах. Играют у него, в-основном, эльфы.

- Почему? - удивился Йожеф, жадно рассматривая эльфа через кусты.

- Потому что трудно найти замену музыканту сыгранного коллектива.

- Почему? - снова ступил бывший охранник.

- Люди живут слишком мало, Йожеф. Только все отладишь, а он взял и копыта откинул. - Разъяснил Иржи. - А какая замечательная мелодия! Стоял бы и слушал бесконечно!

- Особо чувствительные, случалось, после концерта, умирали, не пережив нервного потрясения! - махнула рукой Таринка. - А за ударной установкой у них - гном. Вон тот, лохматый, видите, один нос торчит!

И точно, из разноцветных волос, усов и бороды торчал острой спицей длинный красный нос. Глаза не проглядывались совсем, зато руки мелькали так, что отследить их полет было практически нереально.

- Откуда ты все знаешь? - удивился Йожеф.

- Встречались на праздниках. Отличные дядьки, только как выпьют, начинают анекдоты столетней давности рассказывать.

- И что, вы разбегаетесь, в сотый раз не дослушав до конца? - съехидничал Фаркаш.

- Зовем их директора. И он своих старичков уводит спать. - Пожала Таринка плечами. - Ударник самый молодой, тот - к "овечкам". И так в каждый праздник. Да вы все увидите сами!

- Зачем ему какие-то овцы? - Удивился Йожеф. - Он вкладывает деньги в их разведение?

Таринка переглянулась с Иржи, и они вдвоем захихикали.

- А чего я не так сказал? - Обиделся Фаркаш.

- К дамам он ходит. Деньги за выступление получил, есть на что развлечься. - Пояснил, улыбаясь, Иржи.

- Не отвлекайтесь! - Тоном строгой учительницы сказала Таринка, хотя ее глаза смеялись. - У эстрады, напротив дирижера, сидят три ундины. Они, вместе с сопровождающей их маман, колесят за оркестром по континенту. Безответное чувство порождает обильное слезоотделение, компенсируемое ночными купаниями в обществе более сговорчивых представителей мужского пола, как правило, подбираемых в гостиницах или кабаках.

- Они что, их топят?! - Вытаращил глаза Фаркаш.

- Нет, - опять захихикал Иржи, - они, как бы это сказать потактичней, ночами восполняют жидкостно-эмоциональный баланс своего организма.

- Чего?

- Йожеф, ты такой ребенок! - Воскликнула Таринка. - Прямо и не знаешь, как тебе объяснить... Разве ты никогда не купался в реке тихими и теплыми ночами? Помнишь прекрасных обнаженных девушек, с распущенными волосами плывущих по темному зеркалу воды? Их зовущие голоса и чувственные губы, с жаром целующие тебя? Признайся, Йожеф, я не буду смеяться...

Она прижала руку ко рту, чтобы не захохотать, глядя на рассеянно-мечтательное лицо Фаркаша.

- В тех краях, где мы жили, гладь воды, в основном, рассекали жестянки от консервов да утопленные доброй хозяйкой незапланированные котята. - Откровенно потешался Иржи. - А ундина померла б на следующий день от кишечной палочки или дизентерии.

- Ну и края у вас! В таких условиях могут выжить только люди! - Фыркнула Таринка.

- Вот и мы о том же. - Уныло подытожил Йожеф.

- Смотрите! - Продолжила свой расовый обзор девушка. - Рядом с ундинами, столик справа, сидят представители Клана Рыси. Они все - белые маги. Самые знаменитые врачи нашего континента - из их племени. Те, кто предпочитает работу на земле, занимаются, - она хихикнула, покосившись на Фаркаша, - разведением тонкорунных овец на своих горных пастбищах. Из их шерсти делают самые дорогие ткани и толстое, теплое сукно для военных.

- Не смешно, - задрал нос Йожеф, но губы его все равно предательски подрагивали.

- А эти, рыжие? - Иржи отодвинул толстую ветку и кивнул на столик, откуда открывался самый красивый вид на широкую реку.

- Рыжие? - Девушка наморщила лоб, разыскивая тех, о ком хотел услышать ее новый друг. - Это наши змеи. Дети Главы Клана Подгорных Змей. Веселая безбашенная троица. Отметились на всех крупных гулянках по всему континенту. Но, несмотря на репутацию гуляк и бабников, умные и хитрые ребята.

- Скажи, Таринка, а была у них сестра, которую звали Эвангелина? Черноволосая, с синими глазами?

Девушка обернулась и посмотрела на Иржи.

- Откуда ты ее знаешь?

- Доводилось пересечься как-то темной ночкой. Только без объятий и поцелуев.

- Это печальная страница в истории Клана. Говорят, она вместе со своим дядюшкой занималась черной магией. Однажды, увидев сына Главы Клана Скалистых Драконов Юори Сааминьша, она влюбилась. А он мечтал о светлой дочери Клана Единорогов. Родители были против их союза, и молодые ничего не придумали лучше, чем сбежать в другой мир. Но Эвангелине так по сердцу пришелся Юори, что отправилась за ними следом. А потом, через полгода, Юори вернулся обратно в Клан. А Лиина пропала... Вот такая романтическая история!

- Странно... - перевел разговор Иржи. - Эти - рыжие, а сестра - темноволосая.

- Говорят, ее настоящим отцом был не Глава, а двоюродный брат ее матери. Но там такая темная история! - Девушка махнула рукой и снова посмотрела сквозь ветки. - А вообще, змеи - хорошие дипломаты и торговцы. Уболтают так, что сам не заметишь, как приобретешь у них старую и дырявую сапожную подметку или дырку от бублика в полной уверенности в их необходимости в твоем хозяйстве.

- Как это?

- Вот так, будешь считать, что купил настоящий артефакт...

Девушка вдруг приподнялась с колен, на которых стояли все трое, и побледнела так, что Иржи подхватил ее за локоть.

- Что с тобой? Тебе плохо?

Он быстро просканировал состояние ее организма. Все было в порядке, не считая повышенного эмоционального фона.

- Ты кого-то увидела?

- Да... там Он!

- Вааред?

- Откуда ты о нем знаешь? - Таринка испуганно отдернула руку. - Я тебе ни о чем не рассказывала!

- Ветер нашептал. - Иржи наклонился к ее ушку. - Ты бы хотела с ним поговорить?

- Нам не о чем разговаривать. - Девушка вздернула нос и сложила на груди руки. - Он меня обманул!

- Судя по его поведению, ему до сих пор кажется, что это он обманут... - Иржи несколько минут разглядывал пьяное лицо со слезами на глазах.

- Это неправда! - Выкрикнула Таринка.

- Эй, вы о чем? - Йожеф, как всегда, оказался не в курсе дела.

- Тем более, вам надо выяснить все до конца...

На глазах Таринки вдруг навернулись слезы.

- Иржи, миленький, - она уткнулась лбом в его плечо, оттеснив недовольно фыркнувшую йонси, - что мне делать, ведь я люблю его до сих пор!

Иржи поверх ее головы посмотрел на озадаченного Фаркаша. Тот пожал плечами и возвел глаза к небу.

- Таринка, - начал говорить Иржи, потихоньку поглаживая девушку по голове. - Как ты думаешь, у вас есть общее будущее? Он - состоятельный сын какого-нибудь Клана...

- Клана Единорогов... - сквозь слезы и сопли сообщила она.

- Ты - ромаалка. Его место - во дворце. Твое - в фургоне и на подмостках.

- Понимаешь, мальчик, мне бы хоть немного побыть рядом с ним. Сколько Боги отпустят...

Иржи опустил руку и задумался. А потом, взяв девушку за плечи, отстранил ее от себя и спросил:

- Так ты готова говорить с ним?

Та быстро смахнула с лица слезы и утерла нос подолом юбки.

- Да, я готова.

- Тогда, Фаркаш, держи.

Он снял со своего плеча Марж и вручил ее в руки другу. Поднялся с травы и, отряхнув с колен мелкий сор, отвел ветви кустарника, собираясь выйти к террасе.

- Ты куда?! - дружно спросили Йожеф с Таринкой.

- Соединять любящие сердца. Не смейте убегать! - погрозил им пальцем и шагнул на освещенную тусклым светом дорожку.


Черные драконы с заходом второго солнца прилетели к замку и, обернувшись людской ипостасью, зашли внутрь. И через какое-то время вместе со всеми членами Клана собрались в столовой замка за поздним ужином.

- Ну как? - шепотом спросила у Юори Лайрина.

- Видишь же, никак! - Флегматично отозвался тот. - Скорее всего, разбились в скалах. Я, например, совершенно не чувствую его ауры в нашей долине.

Его отец, хмурясь, без аппетита жевал гусиную ножку, запивая ее вином.

- Отец, брось, ты же тоже его не чувствуешь!

- Да, сын. - Саэрэй откинулся на стуле, медленно вытирая руки салфеткой и глядя сыну в глаза. - Но это ровным счетом не значит ничего.

- Да ты просто свихнулся на этом людском щенке! - Юори вскочил, бросив вилку с ножом на стол, и вылетел из столовой.

Все внимательно посмотрели на Главу Клана.

- Можно сказать, что и так.

Салфетка, скатанная в шарик и выпущенная щелчком из твердой руки, подпрыгивая, покатилась по столу, закончив путь в тарелке Юори.

- Только он - не щенок. И не человек. Ни один человеческий маг не смог бы преодолеть защитную сеть нашей долины.

Он обвел упрямыми черными глазами своих родственников, переставших жевать и притихших, как мыши под веником.

- Он - мой потомок. Иржи Сааминьш. И я его найду.

- Милочка, о ком это говорит мой правнук? - В полной тишине отчетливо проскрипел старческий дребезжащий тенор.

- Не знаю. - Тихо ответила троюродная племянница. - Вероятно, Юори опять придумал какую-то пакость.

Девушка с дерзкой улыбкой посмотрела на Лайрину.

Весь Клан повернул головы и выщерил клыки в ласковых улыбках.

- Что?! - вскочила Лайрина. - Я опять крайняя?

- Ты глупая. - Спокойно сказал Дракон. - Детей надо беречь и воспитывать, а не гнать без гроша в кармане в полную неизвестность.

- У нее внебрачный ребенок? - снова поинтересовался прадедушка.

- У них - семейный идиотизм. - Констатировал Саэрэй.

- Наследственный! - пыхнула молнией Лайрина, на нервной почве обернувшаяся единорогом и выскочившая в открытую Юори дверь.

- Эх, - Снова проскрипел прадедушка. - Знавал я одну кобылку. Какие стати! А как скакала на Кубок Граатли! Думал прикупить, да только пока собирался, сдохла от старости...

- Интересно, - троюродная племянница задумчиво посмотрела на раскрытую дверь, - эта долго еще протянет?


Теплый ночной воздух остужал легкий и шаловливый ветерок, путавшийся в ветвях широколапых хвойников, укрывавших остров днем от палящего зноя двух светил и украшавших его ночью, когда волшебные фонарики то тут, то там просвечивали сквозь пушистые иголки разноцветными огоньками.

Иржи подошел к служебному входу в ресторан и толкнул двери внутрь. Пройдя несколько шагов по светлому коридору, он миновал кухню, где сновали повара, подмастерья и официанты, выкрикивавшие заказы и уносившие их на этажи и террасу, где их с нетерпением ожидали голодные и не очень гости. Заглянув в перпендикулярный коридор, он, наконец, увидел то, что искал. В небольшом зальчике на диванах и за столиками с зеркалами и гримом сидели ожидающие выступлений артисты. Солидный конферансье с блокнотом громко зачитывал очередность выходов. Девушки кордебалета за ширмой в углу надевали чулки и туфельки, толкаясь и хихикая. Эльфийский пожилой маэстро с нестареющим лицом краем глаза посматривал на ножки и упругие молодые грудки особо не скрывающихся нимфеток, вдохновляясь оными на новые музыкальные шедевры.

Иржи замер в дверях, ожидая, когда на него, наконец, обратят внимание. И первой его, как ни странно, увидела сидящая к нему спиной певица с огромным пером в прическе.

- Какой хорошенький мальчуган! - Она обернулась и с улыбкой посмотрела на него. - Тебе чего?

- Я хочу выступить с песней. - Иржи затрепетал ресничками и заправил за ухо черную прядку, словно случайно упавшую ему на лицо. Такие трюки он освоил еще в далеком детстве, но и во взрослом состоянии они действовали безотказно.

- Какой пусечка! - Дама встала со стула, оказавшись на голову выше парня. - Марик, пусть мальчуган споет!

- А ты хоть в ноты попадаешь? - Недоверчиво поинтересовался конферансье Марик. - Ну-ка, напой что-нибудь!

Иржи кашлянул, прочищая связки. Его оранжевый огонь успокоительно толкнулся в голову, словно игривый котенок в руку хозяина.

- Могу я попросить гитару?

Один из музыкантов встал с дивана и протянул красивому мальчику свою гитару. Иржи присел на стул и запел:

- Две гитары, зазвенев, жалобно заныли...

Эх раз, да еще раз, еще много, много раз...

В конце все веселились от души, хлопая молодому дарованию.

- Хорошо, я выпущу тебя, но только на одну песню. - Согласился Марик, чиркая в блокноте. - Сам понимаешь, расписание составляется не сейчас, а заработать хотят все. Хочешь, включу тебя на следующую неделю?

- Не знаю, - улыбнулся Иржи, - может быть, меня в этом городе уже не будет. А подарок девушке хочется сделать прямо сейчас...

- Ты такой юный! - Поразилась актриса с пером. - У тебя уже есть девушка?

- Нет, мадам, я еще слишком мал, - скромно покраснел Иржи, - но мои друзья поссорились, и я хочу попытаться вновь соединить любящие сердца. А деньги мне не нужны.

- И про что наш юный артист будет петь?

- Конечно, про любовь!

- Пойдем, объявлю.

При выходе Иржи поклонился артистам, приложив к сердцу руку.

Когда в коридоре затихли шаги, дирижер, покрутив изящными пальцами палочку, сказал:

- Я чувствую, в этом чудесном ребенке течет эльфийская кровь! Я бы с удовольствием позанимался с ним.

- Милашка! - подтвердила певица. - Вежливый какой! Несомненно, он достоин лучшей доли...

- А давайте пригласим его к себе! - Защебетали девушки из кордебалета - Пусть выступает с нами!

- Ногами дрыгает, что ли? И какие только глупости не придут в ваши бестолковые головки!

- Одно слово - дриадки!

Девушки захихикали, а заслуженные артисты, соглашаясь друг с другом, степенно кивали головами.

Тем временем, конферансье вышел на сцену, объявляя новый номер:

- Господа и дамы! Только сегодня в нашем ресторане юное дарование споет для вас песню о любви! Итак, встречайте - Иржи и его гитара!

Иржи сел на табурет, пристраивая инструмент на колени и, перебирая струны, мягким голосом сказал:

- Мои уважаемые слушатели... эта песня посвящается всем тем, кто из-за недопонимания расстался со своей второй половинкой... время идет, но не лечит душевные раны... Иногда, просыпаясь ночью с сильно бьющимся сердцем и слезами на подушке, хочется заглянуть в глаза навеки потерянной любви... и спросить: а что было не так, родная?


Ты ушла...Отчего, я не знаю...

И не знаю, тебя где искать.

Почему же, скажи мне, родная,

Продолжаю я ждать и мечтать.

Пр.

Ах, эти черные очи,

Манят меня за собой

Кажется, дни сразу стали короче,

Тает твой образ живой.

Ты однажды войдешь в эти двери

И тихонечко скажешь: Привет!

Разве я не достоин доверья?

Соберу для тебя я букет

Из небесных созвездий летучих.

Ветром их подвяжу не спеша.

Пусть рассеются мрачные тучи,

Ведь так долго болела душа...

Пр.

Ах, эти черные очи

Манят меня за собой...

Кажется, дни сразу стали короче,

Тает твой образ живой.

Ты ушла, вмиг поверив обману,

Что с другой я тебе изменил

Нанеся сердцу милому рану,

Позабыла, что я говорил:

В целом свете тебя нет красивей

Лишь тобой мое сердце стучит

Близ тебя становлюсь я счастливей,

Одному мир бескрайний молчит.

Пр.

Где отыскать мое счастье?

Тенью прошла мимо вас

Та, что потеряна мною. Участья

Люди, прошу я сейчас.

Как легко ты поверила людям

Что пытаются нас разлучить

Но молю ежедневно о чуде...

Ты откликнись, любовь, не молчи!

Пр.

Ах, нет, я верю и знаю

Если меня любишь ты

Вновь я увижусь с тобою, родная,

Сбудутся наши мечты!

Альеэро залпом допил свой бокал и щелчком пальцев подозвал официанта.

- Видишь этого мальчика? - Указательный палец змея был направлен на эстраду.

- Вижу. - Кивнул официант.

- Так вот. Приведи.

Монетка из ловких пальцев сына Клана перекочевала в кармашек служащего. Тот улыбнулся и, не отзываясь на другие поднятые руки, подошел к сцене и подозвал раскланивающегося Иржи.

- Приглашают во-он к тому столику. Советую пойти. Целее будешь, а если понравишься, еще и богаче. - Официант подмигнул и упорхнул принимать заказы.

На сцену, тем временем, снова вышел эльфийский оркестр, и Иржи, передав гитару со словами благодарности музыканту, спрыгнул с подмостков вниз.

- Эй, мальчик! - Окликнул его дирижер. - Возьми мою визитку. Я очень хочу с тобой увидеться снова!

- Спасибо, маэстро! Это великая честь для меня! - Улыбнувшись прославленному музыканту, Иржи скрылся в сумраке веранды, едва разгоняемом трепетным светом фонариков на столиках и парапете, тянущемуся по краю воды.

- Добрый вечер! - Иржи поклонился и встал рядом со столом, где сидели Змеи, оценивающе разглядывая его одежду и внешность.

Губы парня подрагивали. Еще совсем недавно он сам отдыхал в дорогих ресторанах, не считая денег. А теперь был рад тем мелким монеткам, что кидали на сцену проникшиеся его песней гости.

- Присаживайся, сладенький, - кивнул Альеэро на кресло пересевшего Луисо, стоящее рядом с ним. - Тебе заказать покушать? Чего ты хочешь?

Иржи с достоинством сел за стол. Официант молча принес чистую тарелку, приборы и два бокала.

- Спасибо. - Иржи потрепетал ресничками, исподволь оглядывая всех, находящихся за столом. Это приглашение весьма удачно отвечало его замыслам. - Пожалуйста, мяса с овощным гарниром, два салатика, не острых, на Ваш выбор, лучше с фруктами и кисломолочной заправкой, морс и вино. Раз угощают. - Он улыбнулся сидевшему рядом молодому человеку.

Официант налил морс и вино. Иржи поднял бокал и, поднеся его к носу, вдохнул терпкий, ежевично-малиновый запах.

- Интересный букет. - Он отпил глоток и покатал его на языке. - Какой мягкий вкус!

Он выпил еще немного и, поставив бокал, принялся за еду. Змеи дружно молчали, пытаясь просканировать его ауру и уровень магии, если таковой был. Но Иржи, находясь всего первый день в этом, богатом энергиями, мире, быстренько научился ставить на себя защиту. Поэтому со стороны он выглядел размытым пятном непонятного грязно-серого цвета. Пока змеи озадачивались, а Иржи изо всех сил угощался, пьяный Вааред легонько тронул его за плечо.

- Слышишь, малый, ты точно про меня песню пел... - Парень смахнул непрошенную слезу, зависшую на кончике носа. - Про меня и мою девушку. Она меня бросила... представляешь? Я пришел к ней, а она... уехала!

- Бывает, - бросил Иржи, переходя от мяса к салату и морсу. - Потом проходит.

- А у меня вот не прошло, а потопталось бегемотами прямо по сердцу.

- Обиделся, что не ты первым бросил?

- Ее невозможно было бросить... - погрузился в мечтания Вааред, прикрыв глаза.

Наконец, старший змей, Эрнаандо, отмер и спросил:

- Почему я тебя никогда не видел раньше? Где ты выступал?

- Я не выступал.

- А чем ты занимался, сладенький? Расскажи, не стесняйся. Мы не обидим такого хорошего мальчика! - Альеэро потянулся рукой к голове Иржи, чтобы погладить его по волосам, но тут же с криком отдернул руку: на плечах парня материализовалась йонси, выщерив длинные белые клыки.

Иржи положил вилку в тарелку и, нагнув голову, аккуратно снял с шеи вновь набравшее вес заповедное животное, пристроив ее к себе на колени.

- Вот это мальчик! - воскликнул ничуть не обиженный змей. - Как у тебя получилось завоевать доверие йонси?

- Наверное, она хотела кушать? - Иржи очаровательно улыбнулся и поднял бокал. - Счастья и радости всем здесь присутствующим!

- Когда-то такое создание было пределом моих мечтаний! - Прищурился Луисо. - Мне хотелось, чтобы исполнились тысячи моих заветных желаний!

- Поэтому-то йонси обходили тебя десятой дорогой! - Рассмеялся Эрнаандо. - Да и вообще, никто бы не отказался от такого волшебного подарка.

- А что бы Вы загадали йонси? - Спросил парнишка у Ваареда.

Альеэро рассмеялся:

- Наверное, снова увидеть свою прекрасную пастушку?

- Ну да! - В голосе Ваареда послышался вызов. - Я только спросил бы у нее...

- Так давайте попросим об одолжении у йонси. Может быть, она не откажет в исполнении одного чужого желания?

"Миленький, ты дурак? Я не могу исполнять чужие желания!" - раздался в голове Иржи голосок Марж.

"Не волнуйся, девочка, его исполню я. Просто дай себя погладить. Хорошо?"

"Мне повезло встретиться с феей? Может, ты исполнишь и мою мечту?

"Если бы все мечты исполнялись также легко, как эта... я тоже много бы чего пожелал..."

"А давай изловим фею!"

"Боюсь, что ее желание послать нас к... и на... намного опередит наши помыслы! Подставь под его ладонь свою спинку, Марж".

"От него плохо пахнет!"

"Жаркое будешь?"

"Я согласна!"

- Она согласна. - Почесывая длинные ушки, объявил Иржи. - Но у нее слишком мало сил. Так уж вышло, что мы сегодня целый день были в пути и практически ничего не ели.

- Официант. Иди сюда. - Махнул рукой Вааред. - Еще вина и ...что твоя киса кушает?

- Жаркое с овощами. Без перца и лука.

Марж благодарно посмотрела на Иржи и басовито заурчала. С принесенным мясом в подливе и гарниром она расправилась весьма скоро и, облизав фиолетовым языком белую мордаху, выразительно посмотрела на Иржи.

- Дотронься до ее спинки и загадай желание. - Пригласил Ваареда Иржи.

Тот встал с места и, держась за стол, подошел к креслу, где сидел парень с йонси. Змеи с интересом смотрели на представление.

"Фаркаш!" - Воззвал Иржи к приятелю.

"Иржи?" - раздался в голове голос бывшего охранника.

"Пусть Таринка выходит через пять минут к нам. Ты - с интервалом в десять минут - за ней".

Вааред благоговейно дотронулся до серой спинки йонси.

- Ну? Уже загадал? Тогда садись на место и не мешай другим! - Альеэро встал и за руку отвел Ваареда к его креслу, а затем вернулся на свое место рядом с Иржи.

- Так ты мне и не ответил на вопрос: кто ты?

- Меня зовут Иржи. Живу я не здесь. Так получилось, что мы с другом попали сюда случайно. Проголодавшись, забрели на остров. Друг остался в кустах, а я отправился зарабатывать нам на ужин. Вот, пожалуй, и все.

- Так ты артист?

- Не совсем. Я - художник. Портреты, пейзажи, натюрморты... - Иржи откинулся в кресле, смакуя вино.

- Значит, говоришь, ты здесь с другом?

- Ну да.

- Позови его. Я накормлю его, ты же меня нарисуешь.

- У меня нет ни карандашей, ни кистей. Могу попробовать в воздухе, если позволите...

- Замечательно! - Змей обласкал заинтересованным взглядом лицо парня. Умные ореховые глаза внимательно рассматривали новую и забавную игрушку.

Иржи встал, подошел к парапету и негромко крикнул:

- Фаркаш, иди сюда, здесь бесплатно раздают вино и ужин!

Кусты тут же раздвинулись, и из их хвойного нутра вылезла Таринка, а за ней - Фаркаш, виновато опустивший голову. Подойдя к ступеням террасы, он покаянно развел руками:

- Твоя йонси убежала. Просто растворилась в воздухе... извини.

- Голову подними, Йожеф, и взгляни на меня.

- Ой! Как она сумела? Я держал ее крепко!

- Марж! Йожеф на тебя обиделся!

Йонси повела голубыми глазами на долговязого парня.

"Накормят - порадуется!"

- Мальчики... - подала голос ромаалка. - Я туда боюсь идти одна!

- Не бойся, мы с тобой! - Прошептал Иржи ей на ушко и, взяв за локоть, повел вперед.

- О, так вас трое! Какая прелестная ромаалочка...

При этих словах задремавший в кресле Вааред раскрыл глаза и, скользнув взглядом по цветастой юбке, посмотрел в лицо подошедшей девушке. Тяжелое кресло тут же полетело в сторону, едва не сбив проходящего официанта с подносом. Из головы быстро выветривался хмель, а серые глаза полыхнули восторгом узнавания.

- Таринка!

Он подошел к девушке и попытался взять ее за руку. Но девушка спрятала руки за спину и задрала подбородок, отвернув голову вбок.

- Я бы попросил у тебя прощения... но не знаю, за что. Таринка! В тебе одной - моя жизнь! Мое сердце готово выпрыгнуть из груди в твои ладони... Я счастлив, что дышу с тобой одним воздухом. Боги! Ты не призрак, не бред моего воображения! Ты здесь, со мной рядом!

Трое сыновей Клана Змей с удовольствием следили за представлением. Фаркаш, пользуясь тем, что на него никто не обращает никакого внимания, подчищал тарелки. А Иржи, прикрыв глаза, рисовал прямо в воздухе.

- Интересно, что по этому поводу скажет дядя из Клана Единорогов? Вроде как братца сюда отправили полечиться и развлечься... - Эрнаандо, залезая в бокал длинным носом, задумчиво пил вино.

- Все замечательно. Он развлекается. - Пожал плечами Луисо. - Причем, весьма талантливо. Я давно не слышал таких экспрессивных монологов.

- Возможно, лечиться ему придется несколько позже. - Философски закончил общую мысль Альеэро и обернулся к немного позабытому Иржи.

Прямо над столом, освещенное магическим светильником, в воздухе висело изображение младшего змея. Иржи был талантливым портретистом, поэтому лишние детали, вроде перстней, в картине отсутствовали, зато в лице четко просматривался характер Альеэро.

Картиной, конечно, объемное творение назвать было сложно. Скорее, оно походило на фантом. Но, как известно, фантомы прозрачные, а произведение художника было плотным и, как две капли воды, похожим на оригинал. Только глаза изображения были серьезными и строгими. На лице - никакой краски. Тонкие темно-рыжие брови немного сошлись у переносицы, образуя едва заметную вертикальную складку. Волосы были распущены и убраны за спину. А губы... в них расцветал тонкий намек на улыбку. И при взгляде на портрет сразу становилось понятно, что этот молодой мужчина не только чертовски хорош собой, но умеет грамотно мыслить и искренне веселиться. А еще обладает отличным чувством юмора, прекрасными манерами и благородством.

- Вот это да! - Восхитился Эрнаандо. - Альеэро, тебе явно польстили! Но мне нравится.

- Какой ты, оказывается, хорошенький. Даже сложно поверить, что мы - братья. - Заметил Луисо.

А сам заказчик развернулся к Иржи и в упор взглянул ему в глаза.

- Кто ты, художник?

Фаркаш, допив вино, рассмеялся.

- Вам до него, как мне - до Бога!

Иржи, потупив глаза, на выдохе произнес:

- Не обращайте внимания, мой друг немного выпил...

- Вы, оба, поедете со мной во дворец. Я приглашаю вас в гости. - Церемонно произнес Альеэро. И, подумав, вытащил из ушей серьги и убрал их в карман.

Снова взглянув на свое изображение, медленно покачал головой.

- Я не такой, мальчик.

- Может, со стороны виднее? - откликнулся Иржи.

Пока за столом обсуждался портрет, влюбленные сошли со ступеней террасы и разговаривали на дорожке под фонариком. Вааред уже завладел руками своей девушки и по очереди прижимал их к своему сердцу. Таринка сверкала глазами и белозубой улыбкой.

- Как все-таки здорово приручить йонси! - Снова восхитился Луисо. - Страдания закончились, и мир снова засверкал праздничными фейерверками!

- Лапушка, напряги мозги. Мальчики пришли сюда вместе с этой ромаалкой. Ведь так? Причем, зная ее историю. Вопрос только в том, случайно произошла эта встреча, или за нами специально следили?

- Все произошло совершенно случайно, хоть в это верится с трудом. Но, честное слово, девушка привела нас на экскурсию показать остров и увидела возлюбленного, который, как она утверждала, ее бросил. Но я увидел на его глазах слезы и понял, что, возможно, это не так. Поэтому я вышел на сцену с конкретной целью обратить на себя внимание вашего друга. И, как видите, замысел удался.

Альеэро поднялся.

- Вы, братики, как знаете, а я хочу сегодняшний вечер провести дома, в обществе этого прелестного мальчугана.

- Ну а мы еще погуляем. Увидимся дома, Альеэро. Сладких снов! - И братья, ухмыльнувшись и помахав младшему ручкой, повернулись к эстраде.

- Поехали. - Альеэро, словно испугавшись, что заинтересовавший его парень исчезнет, взял его за руку и повел к выходу.

- Эх, не дали винцо допить... - вздохнул Фаркаш, догоняя уходящего Иржи.

- Таринка! - Крикнул художник с центральной дорожки. - Мы завтра найдем тебя!

Та помахала рукой так, что было не ясно, то ли это значит: "я услышала", то ли "иди уже отсюда быстрее". Иржи усмехнулся и тоже махнул рукой. Оставленное над столом изображение растаяло в воздухе.


Дворец Клана Змей располагался за пределами города, на пологом, украшенном высокими пирамидальными хвойниками, холме, к которому вела извилистая дорога, освещаемая в ночи гирляндами волшебных фонариков. Этот холм от города отделяла речка, делающая здесь петлю, а затем втекающая в столицу. Изящные копыта белых пегасов, запряженных в ландо Альеэро, процокали по настилу ажурного мостика и, колыхнув защитную пелену, застучали по камню подъездной дороги. Еще один поворот - и большой дворец с одиноко стоящей башней, подсвеченный множеством фонарей от цоколя до крыши, показался подъезжающим к нему во всей своей величественной красе.

- Как монументально! - Восторженно прошептал Фаркаш, поскольку замученный долгим и напряженным днем Иржи крепко спал, привалившись к рыжему змею, собственнически обнявшему парнишку рукой. Йонси, не чувствуя ни от кого из присутствующих негатива, развалилась на двух коленях сразу и дремала, изредка приоткрывая голубые глаза, зорко следящие за дорогой.

Фаркаш, сидящий один на мягком сидении напротив остальных, крутил головой и восторгался то дорогой, обсаженной цветами, то яркими фонарями, а при подъезде - дворцом высотой в пять этажей.

Альеэро улыбнулся простодушному любопытству друга Иржи и, в перерывах между даваемыми пояснениями, задал вопрос.

- Скажи, а как вы познакомились? Вы такие разные... но в то же время - друзья. В нем, - рыжий змей кивнул на черноволосую макушку, съехавшую с его плеча и пристроившуюся где-то в районе груди, - видна порода. Ведь он не просто человек? А ты? Намного его старше?

Йожеф, в это время рассматривавший подсвеченные барельефы дворца, мотнул головой:

- Нет, это он старше меня на семь лет.

- Да-а? Мне казалось, наоборот. И сколько ему годков?

- Тридцать три. А мне - двадцать шесть.

- Совсем еще дети... - вздохнул Альеэро, который прожил сто одиннадцать насыщенных событиями лет. - Скажи, ты ведь светленький маг? А твой друг? Я не могу его рассмотреть.

- Они все темные. А Иржи - он особенный. Не чета этим напыщенным господам!

И вдруг Фаркаш понял, что между делом из него выпытывают информацию о его господине и друге. Хороший охранник! Он тут же сделал наивное лицо и сказал:

- Так приедем, Вы у него все сами и спросите.

Змей понимающе усмехнулся и погладил растрепанную макушку:

- Просыпайся, малыш, мы приехали!

Пегасы сделали круг около разноцветной клумбы и остановились у подъезда. Иржи открыл глаза и отлепился от рубашки Альеэро.

- Извините, я нечаянно заснул.

- Ничего, мой хороший, сейчас я распоряжусь о том, чтобы нас немного покормили и приготовили покои.

Альеэро выпрыгнул из ландо и забрал из рук Иржи йонси. А Йожеф помог ему спуститься.

- Что-то я неважно себя чувствую. - Черные глаза влажно блеснули из-под длинных ресниц. - Можно я лягу спать пораньше?

- Конечно. Но перед этим - ужин.

Младший сын Клана Змей прошел первым в услужливо открытую слугой дверь. Защита мягкими пузырями на секунду облепила мальчишечьи тела, запоминая ауры и предоставляя им доступ во дворец, как гостям Клана. Рассматривая с интересом интерьер, мальчишки медленно поднимались за довольным Альеэро на второй этаж.


Упивавшийся собственным чувством бесконечного восторга от неожиданной встречи потерянной, как ему казалось навсегда, возлюбленной, Вааред вдохновенно рассказывал о своих переживаниях. Немного побродив по дорожкам парка, он усадил девушку на скамейку и, то хватая ее за руки, то хватаясь за свое сердце, поведал о неожиданном коварстве родственников, стремившихся разлучить влюбленных.

Та сначала очень обрадовалась. Можно сказать, просто светилась счастьем не хуже волшебного фонарика. Но когда подробное изложение видений, случающихся после выпитой бутылки вина бессонной ночью, у мающегося одними и теми же мыслями существа, пошло на третий круг, девушка зевнула и посмотрела по сторонам. Ресторан со сценой остался за деревьями. На парковых аллеях по ночному времени было спокойно и безлюдно. Наверное там, на площади, за нее и за мальчишек волнуется отец. Хоть Город Темной Воды был очень мирным и тихим, поскольку змеиный Клан отличался крайней нетерпимостью к разного рода аморальным поступкам вроде краж и разбойных нападений, в волнении за близкого человека можно надумать всякое. Ведь так бывает, что раз в год и незаряженное ружье делает контрольный выстрел.

Таринка встала и медленно пошла по направлению к мосту. "Интересно, как там мальчишки? И куда младший Змей увез их в своем экипаже?"

Вааред, размахивая руками, продолжал говорить о неземных чувствах, когда девушка внезапно остановилась и, вспомнив недавний разговор с Иржи, спросила:

- Вааред, дорогой, а что дальше? - Ее черные глаза пытливо всматривались в его лицо. - У нас может быть общее будущее?

Парень споткнулся на ровном месте и замолчал. Теплая темная ночь сразу развернула вокруг ромаалки все свои негромкие звуки: шуршание тяжелых еловых лап под дуновением ветерка, прилетающего с реки, скрип гальки под ногами, сухой треск крыльев мотыльков, крутящихся безумным хороводом вокруг ближайшего волшебного фонаря. Девушка вздохнула. Возможно, отец был прав, и это всего лишь детское тщеславие, возникшее оттого, что молодой человек из высшего сословия обратил на нее внимание. Ну и, конечно же, благодарность за спасенную жизнь. А что тогда можно назвать любовью? И тут почему-то перед ее мысленным взором пронеслась картинка, которую она увидела утром, на берегу горной речки. Там, куда открыла путь йонси.

К плоскому обломку скалы был привален спиной высокий и худощавый коротко стриженый парнишка. Голова повернута набок. Губы и подбородок измазаны засохшей кровью. Рядом, уткнувшись лбом в его колени, лежал второй, поменьше. Она сначала приняла его за девушку, поскольку под длинными черными волосами не было видно лица. Его левая рука с кровавыми дорожками до локтя вытянулась через ноги первого, словно он последним усилием хотел взять того за руку. Снятая рубаха с оторванным подолом валялась рядом. Ее кусок обматывал мальчишечье запястье.

- Что они делали, отец? - Спросила Таринка, когда ромаал обмыл с мелкого парнишки кровь и перенес бессознательное тело в повозку.

- Когда бессильна магия, лечат кровью, дочка. Он пытался вылечить своего друга.

Второго парнишку, тоже отмыв, положили рядом с первым и накрыли обоих покрывалом. Йонси, немного помедлив, забралась внутрь и устроила лежанку среди сумок.

Отец забрался на край повозки и тронул вожжи. Лошадки послушно пошли вниз. А через какое-то время он сказал:

- Я бы отдал все, чтобы вылечить твою маму. Но я не маг.

- А этот мальчик?

- Мы узнаем это, если его друг очнется.

Таринка снова вздохнула. Вааред тоже спас ей жизнь, выхватив из беснующейся толпы...

Вот и белоснежный мостик. Девушка медленно пошла по нему в сторону города.

- Девочка моя! - Вааред стоял на дороге, глядя на нее очень серьезными глазами. - Ты задала тот вопрос, который я сам задавал себе много раз. И не мог найти на него ответа.

Он догнал ее и взял за руку.

- Ты мне очень дорога, Таринка. Но я - сын Клана. И у меня есть определенные обязательства перед семьей, перед жителями той долины, где правит мой Клан. Уйдя за тобой вникуда, я проявлю неуважение к тем, кто меня вырастил, обучил и воспитал. Да и тебе не нужен тот, кто не сможет добыть денег на пропитание. Я ведь не артист. Петь и развлекать публику не умею. Поэтому... у нас с тобой "вместе" всего лишь два пути: просто насладиться обществом друг друга и расстаться, или тебе, напрягая силы, придется дотягиваться до статуса моей жены. Но это - длительное обучение грамоте, магии, этикету, дипломатии... и делу Клана, которым занимаются мои родные.

Таринка опустила голову. Предложение было весьма заманчивым. Но оторвать себя от того, что ей так нравится - открытого неба и восторга публики - она была не в состоянии. К тому же, усердно изучать то, что постигают дети Клана с рождения, готовя себя к определенному занятию, слышать вечный шепоток в спину и видеть едва прикрытые усмешки в лицо ей не очень хотелось.

Она повернулась к Ваареду и сама взяла его за руки.

- Знаешь, у каждого из нас - свой путь, предназначенный звездами. Мое место - на сцене и в кибитке. И мне это занятие нравится. А ночной небосклон так прекрасен! Твое место - рядом с семьей. У тебя в руках вскоре окажутся судьбы многих людей. Ты - светлый маг, единорог. Твой век длинен и насыщен различными делами и событиями. А я... даже если раскрыть мой магический потенциал, я не смогу прожить рядом весь отпущенный тебе век. Я быстро состарюсь и умру. Или ты забыл, что я всего лишь человек?

Она коснулась пальцами его лица.

- И все же я люблю тебя, Вааред. - Она присела в траву, увлекая его за собой. - Ночь еще такая длинная!

Она запустила свои пальчики в светлые растрепанные волосы и, закрыв глаза, приникла к его губам.


Глава четвертая. В которой умирают от магического истощения и наслаждаются любовью.


- Вот эти комнаты будут вашими! - Альеэро распахнул высокую деревянную двустворчатую дверь, искусно украшенную резьбой с ожидаемым змеиным сюжетом, и зашел внутрь. - Смотрите, здесь две спальни, гостиная, гардеробная рядом с каждой спальней и санузел. Иржи, твоя спальня - синяя. - Он распахнул белую простую дверь и пригласил ребят войти.

Высокое темное окно было наполовину занавешено темно-синими шторами, красивыми складками спускавшимися до самого пола. На белом паркетном полу лежал синий ковер в мелкий бежевый цветочек по краям. Середину комнаты занимала большая кровать, накрытая светло-коричневым покрывалом с вышитыми по краям синими цветами. На тумбочке стоял светло-голубой фонарик. Над изголовьем кровати висел белый плафон с синим цветком. Цвет стен был светлым.

- Красиво. - Покачнулся Иржи и оперся рукой о косяк.

Фаркаш тревожно посмотрел на друга. Иржи медленно опустил ресницы, безмолвно отвечая, что все в порядке.

- Да, эти покои оформляла моя мать. У нее синие глаза и темные волосы. Она очень красива и обожает синий цвет в любых оттенках. А вот мы с братьями пошли в отца.

Змей улыбнулся и обернулся к ребятам. Иржи стоял, прислонившись к косяку, и вымученно улыбался в ответ. Фаркаш зажал в руках йонси, не давая той перебраться на друга. Та скалила зубы, но сидела, не дергаясь.

- Мой Бог! Я совсем вас заморил! Идемте дальше. - Он снова вышел в гостиную и показал вторую белую дверь. - Вот здесь - зеленая спальня. Она твоя, Фаркаш. Окна всех спален выходят во внутренний сад дворца, поэтому подсветки снаружи здесь нет. Мои комнаты находятся рядом с вашими.

- А почему здесь никто не живет?

- Сейчас я здесь размещаю своих гостей. И вообще, это крыло дворца - обиталище только нашей семьи. Правда, дядюшка перебрался подальше от наших любопытных носов в свою башню и сидит там затворником. А сейчас я прикажу подать нам ужин в малую столовую на нашем этаже.

Альеэро привычно поправил волосы и щелкнул пальцами. В дверь тут же постучали.

- Заходи, Майлд. Это мой личный секретарь. - Пояснил он ребятам. - Дорогуша, организуй ужин на троих в малом зале. Да, и вино принеси не крепкое.

- Господин, но ведь это - дети?! - Удивился Майлд. - Зачем они Вам?

Иржи уже сполз по стенке на коврик, и йонси тут же пристроилась ему в ноги. А Фаркаш с любопытством посмотрел на красавчика-секретаря. Темно-русые длинные волосы были откинуты на спину и уложены волосок к волоску. На кукольном личике с подкрашенными губками застыла удивленная и немного презрительная гримаска, смешанная с отвращением: мальчишки чистотой костюмов явно не блистали. Скорее, наоборот, валялись в них, где только могли. Да и обувь была какой-то странной.

- Майлд, детка, - прошипел змей, придвинувшись к его уху. - Тебя совершенно не должно волновать ни происхождение, ни возраст, ни чистота одежды моих гостей. Кстати, сними с них мерку и закажи им по паре брюк, рубахи и куртки. Да, и не забудь про обувь.

- Хорошо. - Глаза вышколенного, но все-таки обиженного Майлда остекленели, а лицо выразило готовность сделать все по приказу хозяина. - Только швеи с сапожником, наверное, уже спят.

- Ну, так разбуди и объясни срочность заказа. Тем более, завтра - праздник, и мои дорогие гости должны выглядеть действительно дорого.

- Хорошо, сир. - Майлд в одно мгновение вымелся из гостиной, лишь в воздухе медленно растворялся аромат сладких цветочных духов.

Пока Альеэро отдавал распоряжения секретарю, Иржи опустил голову в густую шерсть мурлычущей йонси, вытянул согнутые в коленях ноги и заснул крепким сном. Фаркаш загородил друга своим телом и внимательно рассматривал лепнину карниза на потолке.

Наконец змей обернулся и быстрым взглядом окинул ребят. И, конечно, сразу все понял. Крепкой рукой отодвинув Йожефа, он присел на корточки перед Иржи и взял его за руку. Тот даже не шелохнулся. Змей покачал головой и, приподняв безвольное тело, понес на диван.

- Подушку под голову положи! - приказал он Фаркашу. Тот подсунул подушку и с тревогой уставился на бледное лицо своего друга.

- Что это с ним? - Тихо спросил он рыжего змея.

- Это я тебя должен спросить, что с ним. Вернее, что такое сегодня с вами произошло? Он много ворожил?

- Ворожил? Не знаю! - Фаркаш пожал плечами.

- Ты ведь его друг? Верно?

- Ну да. - Бывший охранник присел на диван, заслоняя собой Иржи.

Альеэро сложил на груди руки.

- Тогда скажи мне, отчего у твоего друга сильнейшее магическое истощение?

- Ну...- Йожеф помолчал и насупился. - Не скажу.

- Господи! Угораздило же меня связаться с детьми! - возвел очи горе Альеэро. - Вечные тайны и секреты.

Когда он вышел за дверь, Фаркаш тут же повернулся к Иржи и потряс его за плечо.

- Господин Иржи, вставай! Нам пора уходить!

Но тот лежал, как сломанная кукла, недвижимый и бледный. Темные ресницы накрывали синяки, появившиеся под глазами.

Когда Альеэро вернулся, в его руках была большая резная шкатулка. Он поставил ее на стол и снова подошел к Иржи, бросив Фаркашу:

- Ты все равно его не разбудишь. Он очень сильно устал. Я просто поражаюсь, как он держался на ногах с таким уровнем магии в крови. Возможно, через пару часов он бы умер от истощения.

Произнеся эти слова, младший змей подошел к столу и открыл шкатулку. Внутри нее стояло множество пузырьков. Альеэро подобрал длинный рукав своей рубахи и задумчиво вытаскивал склянки, снова ставя их на место. Фаркаш в страхе прикусил костяшку пальца.

- Как же так? - В отчаянии прошептал он. - Иржи меня просто немного полечил... а потом... я даже не знаю, когда он пользовался магией!

- Наверное, когда вы убегали из дома? - Скосил на него шоколадный глаз хитрый змей.

Но Фаркаш, хоть и переживал за Иржи, был начеку и перевел разговор.

- Скажите, - состроил он умильную мордаху, подсмотренную у друга, - Вы ведь сможете ему помочь?

- Конечно. - Кивнул головой Альеэро, размешивая в чашке с водой какую-то жидкость. - Приподними ему голову.

Йожеф аккуратно положил голову Иржи на согнутый локоть и приподнял ее. Сын Клана Змей сел рядом и, отработанным движением открыв рот, залил в нее жидкость и немного выдвинул подбородок.

- Глотай, мой хороший и талантливый мальчик... ну же...

Иржи проглотил и закашлялся, не просыпаясь.

- Ничего, ничего! Конечно, гадость преизрядная, но даже мертвого с постели поднимет! - подмигнул Альеэро.

- Вы занимаетесь черной магией? - испугался Фаркаш, но голову обратно на подушку опустил очень осторожно.

Альеэро встал с дивана и принес из спальни плед. Накрывая Иржи, он поинтересовался у Фаркаша:

- Ты вообще знаешь, чем занимаются члены нашего Клана, кроме управления долиной?

Йожеф замотал головой.

- Я даже не знаю, как вас всех зовут.

- Меня зовут Альеэро Ромьенус. А теперь вставай, пойдем поужинаем. Заодно я немного расскажу о тех, к кому волей судьбы тебя занесло в гости.

Майлд и пришедший вместе с ним слуга быстро сервировали конец длинного стола, стоящего в небольшой зале.

- Спасибо! - Поблагодарил обоих Альеэро. - Майлд, сними мерку с этого мальчугана, а потом с того, что спит на диване в гостиной. Только будь осторожен, в комнате, кроме него, находится йонси. Если она подумает что-нибудь плохое, то вернувшись обратно, могу застать тебя потерявшим голову. А этот орган, сам знаешь, обратно не прикручивается.

Майлд выпучил глаза и затряс гладко выбритым подбородком.

- А, может, я туда войду вместе с Вами, сир?

- Иди, дорогой, не бойся. Она недавно поужинала. Может, и не тронет. Кстати, захвати для нее вот эту тарелочку. - И Альеэро отдал секретарю порцию Иржи.

Майлд быстро измерил Фаркаша и, удерживая тарелку на вытянутой руке, вышел из зала. Официант незаметной тенью стоял за спинками стульев.

Змей взял чистое блюдо и сложил туда ветчину, хлеб, сыр и зелень, а затем накрыл крышкой.

- Ночью твой друг проснется от голода. Это для него. Принесите, пожалуйста, ежевичную воду в графине и стакан.

Слуга кивнул головой и испарился.

Змей поморщился и кинул вилку в тарелку. Ореховые глаза требовательно посмотрели на Йожефа.

- А теперь рассказывай вашу историю от начала и до конца.

- Хорошо. - Легко согласился Фаркаш. - Мы решили сходить погулять по городу. Честное слово, такой прекрасной архитектуры я еще не видел! Таринка провела нас по улицам, показывая замечательные дворики со старинными фонариками и кованые заборчики. А потом пригласила посмотреть на остров. Было уже темно. Из кустов, в которых мы сидели, открывался чудесный вид на реку и на террасу с музыкантами. Моего друга вдохновила пьеса вашего эльфийского маэстро, а меня - три ундины с носовыми платочками. Но когда Таринка увидела свою потерянную любовь, вдохновилась и она. Причем, так сильно, что мы едва удержали ее на месте. В противном случае объект ее неземной страсти был бы удушен прямо за столом. Вот поэтому-то и пришлось Иржи идти выступать. Когда...

Внезапно дверь в зал распахнулась сильным толчком, и на пороге встал растрепанный секретарь.

- И как это понять? - Тонкие рыжие брови сошлись к переносице, а крылья носа затрепетали от еле сдерживаемой злости. Обычно приветливые золотисто-ореховые глаза метали молнии. Ковер под ногами Майлда задымился.

- Там... его нет!

Альеэро мгновенно встал из-за стола и вылетел за дверь, чуть не растоптав успевшего в последнюю долю секунды Майлда убраться с дороги. Фаркаш отреагировал медленнее, но основательней. Выскочив в дверь вслед за Змеем, он ненароком прошелся по лаковым туфлям секретаря, и, мельком взглянув на перекошенную физиономию, на ходу улыбнулся тому извиняющейся улыбкой.

Дверь в гостевые покои была распахнута. Белая дверь в спальню Иржи - тоже. Вокруг висела плотная тишина.

Перейдя на шаг, Фаркаш, а за ним и Майлд заглянули в спальню. На большой кровати, свернувшись калачиком, спал укрытый пледом Иржи. Кроссовки, рубашка и джинсы валялись рядом с кроватью. В ногах громко урчала сытая Марж.

Альеэро сидел на краю кровати и смотрел на белое лицо парнишки.

- Бедный! Отчего же ты сбежал из родного Клана?

Фаркаш на цыпочках вышел из спальни, вернулся в столовую, нагрузил в тарелку еще два полновесных окорочка, подхватил графин и вернулся обратно.

Альеэро, что-то обсуждая, уже стоял с Майлдом в гостиной. Увидев Фаркаша с тарелкой, они примолкли, провожая его взглядами.

Тот спокойно сгрузил в спальне на столик продукты и морс, бросил рядом вытащенные из кармана салфетки и, подойдя к двери, сказал:

- Извините, дорогие хозяева! А можно гости немного отдохнут?

Альеэро хмыкнул и, подхватив секретаря под локоток, вывел из гостиной в коридор.

- Доброй ночи! - Пропел им вслед Йожеф, запирая дверь.

Тем временем, младший сын Клана Змей вошел в свою гостиную. Он не успел рассказать Фаркашу, что Змеи не только отличные дипломаты, юристы и химики, но изумительные и сильные темные маги. Оставленная в гостевых комнатах магическая следилка и прослушка терпеливо ждали своего звездного часа.


Проснувшийся среди ночи Иржи внезапно осознал себя лежащим на кровати. Постельное белье было дорогим и тонким. Он вздохнул, погладил одеяло и перевернулся на спину, прикрыв глаза. "Слава Богу, - подумал он, - это был просто кошмарный сон! С утра встану, позвоню Бернату, посмеемся вместе!" Он со вкусом потянулся и громко зевнул.

Внезапно у него в ногах восстала чья-то голова и сонной скороговоркой поинтересовалась:

- Ты кушать будешь? Я нам две индюшачьи ноги утырил...

Тут Иржи проснулся окончательно и, сев в постели, осмотрелся. На огромной кровати, потерявшись где-то в ее конце, блестел глазами уже привычный в пацанском облике Фаркаш. Под боком спала, откинувши лапы, большая кошка с длинными ушами, а сама комната была совершенно не знакома.

- Йожеф, а где мы? - Хриплым шепотом поинтересовался художник.

- Ты ничего не помнишь?

Иржи отрицательно покачал головой.

- Как пел для Таринки и ее друга в ресторане, помнишь?

- Смутно. Ужасно болела и кружилась голова.

- Он сказал, что у тебя магическое истощение!

Иржи проверил свой внутренний огонь. Тот обрадовано толкнулся в виски и кончики пальцев, которые тут же словно закололо иголочками. Парень убрал с лица волосы и создал между ладоней маленький светящийся шарик. Подкинув его вверх, немного понаблюдал за его полетом, а потом остановил над кроватью.

- Вроде все в порядке. - Неуверенно сказал он.

- Так этот, рыжий, тебя лечил! Ты сначала заснул в экипаже, потом рыжий тебя растолкал, и мы зашли во дворец...

- Мы во дворце? И кто такой рыжий?

- Ну, Змей, один из братьев! Ты с ними сидел за столом в ресторане!

- Я плохо помню...

- Ты рисовал его портрет прямо в воздухе! Так здорово! Даже лучше, чем на холсте!

Иржи задумался, обводя глазами убранство комнаты.

- А зачем он нас привез во дворец?

- Не имею представления. Наверное, из-за портрета. - Фаркаш подвинулся к Иржи поближе и зашептал: - Но, мне кажется, он из этих... - парень покрутил рукой в воздухе, - и запал на тебя.

- Чего?!

Фаркаш отодвинулся.

- Хотя, может, мне показалось... но он весь такой с перстенечками на каждом пальце, лицо разукрашено, как у дамы, глаза подведены... рубашечка с цветочками. - Выдвинул последний аргумент Йожеф. - В экипаже тебя посадил рядом, а ты дрых на его груди...

- Фаркаш, ты забываешься. - Холодно сказал Иржи и спустил ноги с постели. - В какой идиотский переплет мы с тобой попали! Я-то ладно, родственники давно все выбрали за меня. Но ты... я даже не могу оплатить тебе зарплату и командировочные расходы. Боже, никогда не был в таком унизительном положении!

Йожеф немного посопел, но потом сказал:

- И зря Вы, господин Иржи, так переживаете! Разве без Вас я бы попал в такое приключение? Самое большое, что мне светило, снова пойти в наемники и сгинуть за чужие интересы где-нибудь в горах или пустыне.

- И ты меня извини. Просто столько событий за такой короткий срок. Так что там с нашим хозяином? Он кто?

- Мы с тобой сейчас во дворце Клана Змей. А пригласил нас к себе третий сын Главы Клана Альеэро Ромьенус. Он сказал обязательно тебя покормить, когда проснешься. Я сейчас. - Фаркаш вскочил с кровати и принес блюдо.

- Йожеф! Давай не будем пачкать белье. Сползай на коврик и ставь сюда свою тарелку.

Сидящий в своих покоях с бутылкой вина и книгой Альеэро отвлекся от прослушивания разговора. Так он и думал: Черноволосый мальчик - сын Главы какого-то Клана, а его друг на деле - всего лишь слуга. Но хороший, раз последовал за своим господином, ушедшим без гроша в кармане. Интересно, все-таки какому Клану он принадлежит? Если исходить из внешности, то похож на ближайших соседей - Скалистых Драконов. Но он видел их всех. Может, это сын красавчика Юори от человечки? От такого смазливого и самодовольного идиота можно ожидать всякого. Что стоит его скоропалительная женитьба на единорожке, и последующий побег! И этот засранец станет в будущем Главой Клана! Бедная сестра, и как ее угораздило влюбиться в этого напыщенного болвана?! Отправилась его искать и пропала сама...Нет, этот мальчик не из их клана. Слишком рассудителен, хитер и талантлив. К тому же, в их роду никогда не было художников. Одни шахтеры! - Альеэро допил бокал и рассмеялся.

В двери его личных покоев кто-то негромко стукнул и вошел. Змей вопросительно посмотрел на створки. Половинка приоткрылась, и в нее проскользнул грустный Майлд.

- Господин, я договорился со швеями и сапожником. Они уже работают.

- Спасибо, иди к себе.

- Давайте я помогу Вам раздеться, господин! - Секретарь умоляюще посмотрел на Альеэро.

- Иди к себе, я хочу дождаться братьев.

Майлд пошел к выходу, но у двери обернулся.

- А что будет дальше с этими мальчишками?

Альеэро поднял глаза на переживающего Майлда и улыбнулся.

- Буду искать его Семью. Такое сокровище не должно бродить в грязной одежде по дорогам вместе с ромаалами. Ты согласен, сладенький?

Майлд облегченно улыбнулся и вышел. А третий сын Клана встал, подошел к зеркалу и посмотрел на свое отражение. Взял с туалетного столика молочко и смыл краску с век. Стер губную помаду и тон с кожи. Бледное, с веснушками, лицо. Темно-рыжие жесткие волосы. Он взял расческу и, распустив косу, попытался зачесать их так, как уложил на портрете Иржи. Волнистые и непослушные пряди топорщились в разные стороны, никак не желая слушаться хозяина. Даже магия их не брала. Ореховые глаза в обрамлении рыжих ресниц пристально всматривались в глубину серебряного зеркала. Чтобы стать таким, как изобразил его юный художник, придется весьма и весьма постараться. И не только над внешностью.


Рассветная заря, тронувшая края белых туч на темно-синем небе зеленоватым отблеском просыпающегося голубого светила, застала Ваареда и Таринку недалеко от центральной площади города, где ночевали фургоны бродячих артистов. Молодой человек остановил девушку и притянул к себе. Крепко обняв ее кольцом своих рук, он нежно поцеловал припухшие губы своей возлюбленной.

- Я люблю тебя, малышка! - он приподнял ее и немного покружил, не зная, как еще выразить свой восторг от проведенной вместе ночи. - Тебе было хорошо со мной?

Она погладила его щеку, покрытую отросшей за ночь светлой щетиной.

- Ты - мое чудо! - прошептала она, обнимая его за шею. - Я тоже тебя люблю!

- Я каждую минуту своей жизни хочу видеть тебя и целовать твои нежные пальчики, твою шейку, - он нагнул голову и поцеловал нежную кожу за ушком, а потом пощекотал языком. Таринка застонала, выгибаясь в его руках.

- Пойдем, - пробормотал он ей в губы, - отойдем в сторонку!

- Я сейчас так отхожу тебя этой палкой, что ты навек забудешь сторону света, где находится наша кибитка, придурок! - Раздался позади звучный голос Ганика.

Влюбленные с испугом отпрянули друг от друга, но Таринка снова взяла Ваареда за руку, с вызовом посмотрев на отца.

- Отойди от него, дочь, он не твой мужчина! - Ромаал подошел к Таринке и дернул ее за руку. Но она уперлась в камень ногами, другой рукой крепко держась за пальцы возлюбленного.

- Это все неправда, отец! У Любяты был его брат! Они сделали это специально, чтобы мы расстались!

- Это он тебе сказал? А ты и поверила! Ах, сын Клана влюбился! Дурочка, они никогда не связывают свои жизни с дочерьми неба. Очнись, дочка! Пойдем в наш фургон!

- Не пойду, отец, я хочу побыть с ним! Он сегодня стал моим мужчиной!

- Какая ты глупая, дочка. - Ромаал опустил палку и присел на корточки. - Он поиграет с тобой и пойдет своей дорогой. А тебе в одиночестве придется идти своей.

- Понимаю, папка! - Раскинув широкую юбку по камню, девушка присела рядом с отцом. - Мне Иржи все объяснил. Наши пути пересеклись только на время. А потом они снова разойдутся. Мы с Вааредом это понимаем. Зато в жизни случилось это чудо - наша с ним любовь!

- Тогда идите в фургон оба. - Вздохнул Ганик. - Сегодня у Змей праздник, и нам с тобой выступать.

Таринка на секундочку повисла на шее отца, а потом снова с довольной улыбкой уцепилась за Ваареда. Он не удержался и поцеловал ее в носик.

Отец усмехнулся. Ромаалы обычно радуются подаркам судьбы, и только сжимают зубы, когда ей вздумается их испытывать.

Они потихоньку пошли к площади.

- А где мальчишки? - спохватился Ганик. - Они не пришли ночевать! С тобой-то все ясно. - Мужчина улыбнулся. - А куда девались эти пацанчики со своей йонси?

Таринка на мгновение нахмурилась.

- Их забрал Альеэро Ромьенус.

- Вот как? И где же вы на него наткнулись? Мальчики пошли с ним добровольно?

- Да, папа. Они сами сели в его экипаж. Но Иржи сказал, что к празднику обязательно вернется!

- Не бойтесь, я, в некотором роде, родственник Ромьенусов. Братья - очень порядочные люди и не сделают им зла.

- Хотелось бы в это верить. - Ромаал посмотрел в небо. Голубой солнечный диск залил ярким светом крыши домов, превращая различные цвета во все оттенки серого. Пушистые деревья вытянули блестящие росой лапы к утренним лучам, наслаждаясь свежим ветром и ударной дозой ультрафиолета. Жители города просыпались и открывали ставни на окнах, выглядывая на улицу и здороваясь с соседями. И у всех было благодушное предпразничное настроение.

- Залезайте в фургон и без баловства! - погрозил Ганик дочери пальцем.

Девушка смущенно захихикала и опустила полог. Изнутри донесся страстный вздох.

- Что, нашла-таки своего мужчину? - Спросила мама Роза, оказавшаяся у Ганика за спиной.

- Нашла, - усмехнулся ромаал и прищурился, глядя на женщину. - Может, пустишь к себе на пару часов? Полночи бегал, искал девчонку.

- Ну, если силы остались, тогда пущу... - в черных глазах седой ромаалки плясало неприкрытое лукавство.

- Еще на пару километров хватит! - уверенно ответил Ганик и положил тяжелую руку на локоть женщины.


Черный дракон Саэрэй Сааминьш проснулся, едва над горизонтом посветлело небо. Серые пики скал немного побелели, обозначая скорый рассвет. Прохладный ветер со снежных гор свободно залетал в раскрытое окно. Глава Клана заворочался и сел на постели.

- Ты куда собрался, еще ночь на дворе, - пробормотала сквозь сон жена. - Ложись!

- Знаешь, а я понял, куда девались мальчишки!

- Ну, кто о чем, а этому все неймется! - жена тоже села на постели, глядя в блестящие глаза мужа. - Прав Юори, ушли они, туда им и дорога. Представь, сколько людских поколений разбавляло нашу благородную кровь своей красной водичкой! Не пропадут твои человечки, уж как-нибудь устроятся!

- Между прочим, эти человечки рисковали своими жизнями, помогая твоему сыну снова попасть в наш мир, или ты забыла, сколько он там просидел?

- Но сейчас-то все хорошо. Юори рядом.

Саэрэй вскочил с кровати, натягивая штаны.

- Вот говорил мне дядя не связываться с Кланом Вепрей: ничего дальше собственного носа не видят! Главное - вкусно пожрать и вовремя спариться.

- Когда-то тебе это нравилось. - Поджала губы жена. - Особенно второе. Несколько раз в день. Помнишь, как от нашей страсти вскипали снежной вьюгой горы? А звери прятались по норам? Мой дикий, необузданный Дракон!

Рыжие прядки в ее волосах встопорщились, словно щетина. Обнаженное полное тело призывно белело на темных шелковых простынях. У Саэрэя перехватило дыхание, и зрачки в черных глазах стали вертикальными.

- Моя страстная, ненасытная свинка! - Штаны полетели на пол, а дракон - в объятия своей ненаглядной. По Скалистому замку пронесся драконий рык.

- Что это? - Лайрина в испуге оторвала голову от подушки.

- Спи, моя ласковая кобылица. Это мамочка вычищает из папочкиной головы посторонние мысли.

- А ему не больно? - Спросила не разобравшаяся в тонкостях процесса девушка.

- О, нет, это так увлекательно! - Юори прикусил розовое ушко, выглянувшее из длинных светлых волос, и перевернул жену на себя. - Садись, мы еще успеем их догнать!

И еще один длинный страстный стон вылетел из открытого окна Скалистого замка.

Молодая драконица, стоявшая у окна в штанах, ботинках и куртке, презрительно сузила глаза:

- Драконы... мать вашу...и в каком только месте обитает их разум?


Глава пятая. Семейство Ромьенусов и парусная регата.


Семейство Ромьенус собралось на ранний завтрак в полном составе. Даже затворник-дядюшка вышел из башни и сидел за праздничным столом, надменно поглядывая на рыжих и шумных родственников синими спокойными глазами.

Глава Клана Подгорных Змей Кераано Ромьенус сидел в торце длинного стола, с удовольствием рассматривая сыновей и дочерей, племянников и племянниц. Молодежь в этом Клане была шебутной и веселой. Любящей путешествия и домашний очаг. А также новости, интриги и сплетни. Молодые замужние тетушки и смешливые девчонки уже с самого утра нацепили на себя кучу блестящих камушков, самые нарядные дневные платья и обсуждали программу праздника. Особенно ту ее часть, где молодые люди долины будут выступать в ежегодной парусной регате за Золотой Кубок Клана. Там, несомненно, соберутся самые интересные мужчины, умеющие ходить под парусом. Говорят, из Золотого Леса уже приехали эльфы! А горные тролли, они такие сильные! Но наши мальчики все-таки лучше всех! Девчонки то и дело стреляли глазками туда, где рядом с матерью и отцом сидели трое рыжих братьев - сыновей Главы Клана. Некоторые из дальних родственниц были бы совершенно не против брака с такими умными и деловыми личностями. Все трое закончили в свое время Академию, где преподавались не только магические и общеобразовательные предметы, но и дипломатия, право, ведение дел и основные управленческие принципы.

Кераано перевел взгляд на своих старших сыновей. Несомненно, безоговорочным лидером в их сплоченном трио был высокий зеленоглазый Эрнаандо, обожающий веселые компании и хорошеньких девушек. Но в тоже время он был успешным главой внешнеполитического ведомства Долины Змей. Он прекрасно знал всех членов Кланов ближних и не очень соседей, их взаимоотношения между собой, милые привычки и пристрастия. Учитывая эти знания, он заключал выгодные для Змей партнерские договоры, и ни один Клан не таил обиды на милого молодого человека, всегда готового поддержать дружеское застолье, а также поторговаться за свои интересы.

Средний брат во всем брал пример со старшего, равнялся на него, и с упоением подражал. Но была у него и своя особенность. Он во всем любил порядок. Поэтому город, периодически достраивавшийся под его чутким руководством, имел выверенную геометрию улиц и узловых площадей. А дома - четкую и удобную планировку. К тому же, у каждого Клана была своя маленькая армия, которая собиралась в случае каких-либо непредвиденных обстоятельств. Например, для борьбы с расплодившимися в горах, окружавших долину, волками, мешающими работам на медных рудниках и плантациях бордового винограда, из которого делалось прославленное красное вино. Так вот, Луисо, каждый год организуя сборы части мужского населения, нещадно муштровал их в течение месяца физподготовкой, безоговорочным послушанием приказам командиров, умением быстро находить цель и точно попадать в оную.

Глава Клана еще раз с удовольствием посмотрел на старших и подумал, что было бы уже неплохо подыскать каждому достойную невесту. И по возрасту пора, и по статусу. Но вспомнив об опыте годовой давности выдать замуж их сестру за Юори Сааминьша, Кераано поморщился. Вот дали Боги соседей! Бестолковая и беспутная семейка. Одни эмоции и никакой рассудительности! Как жила их долина за счет самоцветов со времен прапрапрадедов, так и сейчас живет этим же, не развивая никакой хозяйственной отрасли. Уж, пожалуй, чего проще посадить на склонах виноград и делать вино? Нет, им легче покупать, выращивая в своих шахтах драгоценные камни, гробя людей и магов на вредной подземной работе. Одно лишь хорошо удается их безалаберному семейству: выпускать на свет Божий красивых и обаятельных детей, которым прощаются их многочисленные глупые поступки за это весьма ценное природное качество. И даже его, умного и дальновидного Змея коснулся этот грех: решил просватать старшую дочку за их сына. И опять пример вопиющей недальновидности: вместо того, чтобы обрадоваться родственным связям с богатейшим Кланом континента и привлекательной невесте, этот недоумок Юори убегает с белой единорожкой в другой мир! Девушка, конечно, хороша, но не настолько, чтобы поставить в неловкое положение собственного отца и настроить против себя соседей!

Нет, таким неосмотрительным Кераано больше не будет! И все равно, о женитьбе сначала придется говорить с мальчиками, и лишь потом, узнав их предпочтения, собирать сведения о невестах.

Кераано в раздумье потеребил кончик длинного острого носа: Юори вернулся домой. А где же тогда пропадает влюбленная в него дочь? Да и брат жены, дядюшка-затворник, до сих пор смотрит на шурина с укоризной. Эвангелина была его любимицей, а признанных детей у него не было...

Глаза Главы Клана сами собой переместились на задумчивого Альеэро, не принимающего участия в общей беседе и гоняющего по тарелке несколько фасолин с кусочками мяса. Что-то сегодня с парнем было явно не так. Кераано присмотрелся к сыну: на лице младшенького не было ни грамма косметики, из-за чего он выглядел гораздо моложе и, в то же время, серьезней. Рыжие реснички прикрывали ореховые с золотыми искорками глаза, а молочно-белая, без капли загара, кожа наделяла облик младшего сына нежностью и хрупкостью. И все-таки Кераано его не понимал. Талантливый мальчик, нашедший общий язык даже с представителями другого континента, отличный химик и математик, а также глава тайной службы Клана, Альеэро вел очень странный образ жизни. Из всей троицы рыжих Змеев девушки всегда отдавали предпочтение именно ему, очаровательному тихоне, на фоне своих многоречивых и шустрых братцев выглядевшему достойным всяческого доверия. А этот милый мальчик вдруг, неожиданно для всех, начал красить губы и глаза, окружив свой мир красивыми человеческими и эльфийскими молодыми людьми определенной склонности. Естественно, Кераано тут же попытался с ним поговорить и выяснить, в чем дело, но парень, упрямо склонив голову, наивно поинтересовался: его образ жизни мешает делам нашего Клана или кому-либо из семьи? Если нет, то оставьте его самовыражаться так, как тому заблагорассудится. А вот сегодня в его непрошибаемом и упрямом характере обнаружилась непривычная тишина и задумчивость. "В тихом омуте черти водятся... Как бы чего с ним не случилось..." - озабоченно подумал Кераано, вспомнив мелких нечестивцев, портящих жизнь людям, жадничающим пригласить мага на зачистку территории от этой дряни. - "А вообще, надо бы спросить у старших, может, знают чего?"

Глаза мужчины переместились по столу дальше. Две последние, младшие дочери Кераано, были очаровательны в расцвете юности желтыми пушистыми волосами, яркими темно-синими глазами под черными ресницами и темными бровями, короткими, материнскими носиками и розовыми губками бантиком. Они учились в Академии, выгрызая из гранита науки алмазы знаний и попутно восхищая своей нестандартной красотой молодых людей от первокурсников и до выпускников. Девушкам, еще с детства, безумно нравились висящие, словно в воздухе, мосты в соседней, драконьей долине, поэтому они выбрали специализацию "Возведение мостов и прокладка тоннелей", в связи с чем уже ездили на практику к лучшим строителям - гномам в их знаменитый огромный город Царехт в Северных горах. Они, посмеиваясь, пытались несколько раз уговорить отца съездить с дружеским визитом к драконам, прихватив их с собой, но отец, обвиняя соседскую семью в пропаже старшей дочери, неизменно отказывал. Поэтому девушки, смирившись со своей участью, утешили свое чувство прекрасного, построив мостики через столичные речные протоки. А Луисо создал посреди острова огромный ресторан с игровыми залами и казино. Эльфы бережно расчистили плотно заросшую хвойниками и синей осокой землю, отведя с острова лишнюю воду. И таким образом, в столице появилось еще одно любимое место отдыха состоятельных горожан, да и не только. Ведь, кроме ресторана, по набережным у воды не возбранялось гулять никому!

Глава Клана выплыл из раздумий и бросил взгляд на свою жену, мать всех его детей. Она была безумно красива. И равнодушно - холодна с окружающими ее близкими. Сколько раз он пытался зажечь страсть в ее синих глазах! Но, занимаясь с ней любовью, Кераано понимал, что она его только терпела. И рожденных от его любви детей она легко отдавала на руки кормилицам, мамушкам и нянюшкам. Впрочем, дети ей платили тем же. Терпели. Но не уважали и старались не общаться без необходимости. Как-то, один раз за много лет, она обратилась к нему с просьбой дать возможность пожить в их доме ее двоюродному брату, талантливому темному магу, которого из-за его опытов не очень жаловали собственные домочадцы из Клана Водяных Жаб. И действительно, у этого Клана территория была небольшой. Зажатая с одной стороны скалами, а с другой - океаном, узкая долина имела мало жителей. А существовала, в основном, за счет промысла жемчуга и ловли рыбы, перекупаемой по дешевке наглыми и жадными гномами, продающими все это втридорога на внутреннем рынке. Поэтому маг, не приносящий им никакой пользы, а только тратящий деньги на очередные реактивы, Клану был, мягко говоря, совершенно не нужен. А в жесткой форме ему не раз советовали либо заняться стоящим делом, либо катиться на все четыре стороны. Поэтому взвесив все за и против, Кераано согласился на переезд брата жены в долину Змей. И когда высокий, черноволосый и синеглазый молодой человек вошел в их дом, Глава Клана первый раз за всю семейную жизнь увидел, как засияли радостью глаза его жены. А с каким нетерпением она кинулась к нему в объятья! Молодой маг, впрочем, вел себя достаточно корректно и уважительно, поселившись практически в подвале дворца, где оборудовал лаборатории. И, естественно, сестра бегала к брату каждую свободную минуту, проводя в его апартаментах большую часть своего времени. "Родная кровь", - философски думал Кераано, стараясь не обращать внимания на подлые мыслишки, нет-нет да и проскакивающие в его голове. От физической близости прекрасная супруга тоже стала уклоняться, переехав в отдельные комнаты и объяснив эту прихоть желанием изучать труды знаменитых магов под руководством брата с естественным желанием не беспокоить мужа посреди ночи, когда ей придет в голову мысль встать и записать какую-нибудь идею. Конечно, он никак не показал своего удивления, когда через год после "раздельной" жизни супругов, у жены родилась дочь. Синеглазая и темноволосая. Как две капли воды похожая на детей Клана Водяных Жаб. С ней жена, к вящему удивлению окружающих, начала возиться сама. И имя, не посоветовавшись с мужем, тоже дала сама: Эвангелина, или Лиина, как потом ее стали называть во дворце. Через месяц в покои к счастливой матери зашел Кераано. Посмотрев на малышку и определив у нее сильный темный дар, он сказал ее матери:

- К сожалению, уже не дорогая супруга, а дешевая шлюшка, крутящая роман со своим братцем прямо под моим носом и думающая, что главный болван, то есть, я, об этом не догадывается, вынужден поставить Вас перед выбором. Либо Вы берете это отродье, - он показал на ребенка, - берете своего любовника и с позором уезжаете из моей долины, либо я признаю это дитя своим, Ваш Брат останется здесь, а Вы переедете снова ко мне и будете вести себя, как примерная жена. А с любовником... Вы сможете видеться... ну хотя бы за обедом... Выбирайте.

Он поднялся и вышел, оставив все двери открытыми.

В тот же вечер жена, отдав ребенка в руки очередной няни, переехала в покои мужа, а брат заложил основание новой башни.

С тех пор Кераано не занимался любовью с супругой, ночуя с ней в одной кровати. Отдыхая в городе, он предпочитал заведение Пастушки Греты с ее милыми, ненавязчивыми и доступными для всех сословий овечками.

Но однажды, так случилось, что он с сыновьями поехал в гости к дружественному Клану в Долину Огненных Саламандр, Вернувшись ранее оговоренного времени, Глава вошел в свои апартаменты и нашел жену снова рядом с ее "братцем". С ходу подбив колдуну глаз, он собственноручно запер того в башне, предупредив всех, чтобы ему не давали ни есть, ни пить. "Захочет жить, выберется. Не сможет, туда и дорога!" - высказался рассвирепевший Ромьенус. А неверную жену повалил на кровать, прижал к одеялу крепкими руками и, с силой входя в нее, поинтересовался:

- Чем же он привлекательней меня? Расскажи... наверное тем, что живет за мой счет и за моей широкой спиной тебя трахает?

Синие сухие глаза с ненавистью смотрели на мужа. Крепко сжатые губы не проронили ни стона, ни словечка. Когда Кераано удовлетворился и физически, и морально, она, встав с кровати, упала на колени.

- Вы правы, мой господин. Для меня он - солнце и звезды. Божественный дух во плоти. Я люблю его с тех самых пор, как научилась ходить и говорить. Возможно, я бы и ушла с ним в никуда, но ему это не нужно. Ему просто важна возможность творить без оглядки на деньги. Выйдя замуж за вас, я предоставила ему эту возможность. А потом... я просто соблазняла его, вешаясь на шею и отвлекая от работы. Когда вы нас застали здесь, в супружеской спальне, он мне выговаривал, что не видел более неблагодарной твари, разрушающей семью и мешающей возможности совершенствования его разработок. Но я больше никогда не буду с ним общаться. И не потому, что меня заела совесть, а оттого, что ему не нужна. Прошу Вас, Кераано, откройте его. Он делал все, что мог, пытаясь отговорить меня от наших встреч. В свою очередь, могу пообещать, что Вы меня никогда ничем не попрекнете.

В этот же вечер жену отправили на другой этаж. Встречался теперь с ней Глава только по большим семейным праздникам за одним столом. Так же, как и с ее братцем, выпущенным на следующий день из заточения. Поэтому для него полной неожиданностью стал утренний визит их семейного лекаря с известием о пополнении семейства двумя новорожденными девочками-близняшками. Когда их забрали от матери, передав кормилице, Кераано зашел на них взглянуть. Да, это были его дети! Доминантный ген рыжим пухом прикрыл молочно-белую кожу на маленьких головенках. И какими же красавицами они выросли!

Глава Клана посмотрел на родственников. Что-то он сегодня увлекся раздумьями. Тарелки были давно убраны, кофе почти допит, а речь, посвященная сошествию Змеиного Родоначальника с гор, еще не сказана!

Он оглядел всех домочадцев мудрым отеческим взглядом и встал, привлекая к себе внимание.

- Сегодня у нас праздник. Самый долгожданный и лучший в году. В незапамятные времена, когда эта земля была юной и только воздвигла горные кольца вокруг цветущих долин, в этот замечательный летний день из глубокой норы под горой выполз наш прародитель и увидел в небе два солнца. Кругом было тепло, в воздухе чувствовался запах спелой травы и нагретой хвои. И ему очень понравилось в наземном мире. Он плавал в озере, охотясь на лягушек, с удовольствием оборачивался вокруг пеньков после сытной трапезы. И он так вырос, что его заметили Боги. Они наделили его второй ипостасью, развили ум и смекалку, дали возможность завести потомство. И вот он глянул на цветущую долину, лежащую в кольце скал, с озерами и лесами, реками и полями. "Это моя земля!" - гордо произнес он. - "Мои потомки будут жить здесь и радоваться сокровищам своего родового места". И постепенно, под сильную защиту растущего Клана Змеев, пришли эльфы, гномы, горные тролли и люди. И всем хватило места. Никто не ушел отсюда обиженным. Первый змей долго вел свое хозяйство, пока не наступило время передать дела Клана старшему сыну. Сам же он удалился на покой в свои родные горы. И только раз в год его дух вылезает из норы и облетает свои владения, проверяя, насколько силен род Ромьенуса - первого Змея на этой земле!

- Да здравствует Клан Змеев Ромьенуса! - Крикнул Эрнаандо, и все захлопали в ладоши.

- И как всегда, праздник начинается с гонок на речных яхтах под парусами. Они стартуют уже через час. К вечеру на каждой площади будут выступать артисты. А аттракционы начали работу с утра в парках и скверах!

Молодежь начала вылезать из-за стола, обсуждая программу праздника. И только Альеэро попытался незаметно скрыться, но был перехвачен родным дядей - братом отца.

- Ты под каким парусом сегодня плывешь? Я бы на тебя поставил сотню монет! - громко сказал он.

- Я не участвую в состязаниях... - тихо проронил Альеэро.

- Что так? - не отставал настырный родственник. - Ты любишь гонки, любишь побеждать!

- Сегодня мне не до гонок, извини. - Младший Змей поклонился и вышел из столовой.

- И что это с ним? Влюбился? - расхохотался дядюшка, считающий личную жизнь племянника изумительной блажью.

А Эрнаандо, подняв бровь, переглянулся с Луисо. Кераано тут же отреагировал, подозвав парней к себе. С некоторых пор к нестандартному поведению родственников он относился очень внимательно.

- И что у нас происходит с Альеэро? - поинтересовался Глава Клана у сыновей.

- Влюбился. - Хмыкнул Луисо и пожал плечами.

- И кто удостоился такой сомнительной чести на этот раз? - спросил отец.

- Да смешная история вышла. - Они втроем отошли к окну. - Мы вчера развлекали в ресторане на острове нашего безутешного родственника Ваареда. Мы пили вино, он - страдал. - Начал рассказывать Эрнаандо. - Потом на сцену вышел с гитарой парнишка, спел песню, причем, на хорошем уровне, про потерянную любовь. А Альеэро уставился на него, как на воскресшего из небытия праотца змей, и пригласил к нам за столик. Потом события как-то понеслись кувырком. В кустах за верандой, оказывается, сидели его друзья, светлый парень с ромаалкой. Альеэро тоже пригласил их к нам. Оказалось, что эта роомалка - та самая потерянная любовь Ваареда. Пока они выясняли отношения, этот мальчик, который пел, нарисовал трехмерный портрет Альеэро. Да так здорово! Наш братик был сражен наповал. А если еще учесть внешность этого юноши... Короче, он притащил их с приятелем во дворец. Причем, по дороге выяснилось, что парнишка умирает от магического истощения. Альеэро полночи караулил пацана, а потом мы по очереди. Мы предположили, что паренек сбежал из какого-то клана. Самое интересное, что с ним бродит йонси. А ночью, восстав из небытия, он снова пытался колдовать. Сильный пацанчик. - Закончил рассказ Эрнаандо.

- Пойти навестить? - поинтересовался у сыновей Кераано.

- Не надо, отец. Он так трясется над ним...Даже с утра не накрасился.

- Не успел?

- Нет, отец, прикинь, мальчишке не понравилось.

- А годков этому таланту сколько? Он совершеннолетний?

- Нет, они еще совсем дети.

- Наш Альеэро сошел с ума? А если паренек действительно из какого-нибудь Клана?! Я пойду выясню...

- Не надо, отец. Младшенький его и пальцем не тронет. Мне кажется, он нашел того, для кого можно просто жить...


За окном было совсем светло, когда Иржи, наконец, окончательно проснулся. Теперь он помнил, где находится, но совершенно не понимал, что делать дальше. За один-единственный день, проведенный в этом мире, его швыряло, словно сухой листок, подхваченный суровым осенним ветром из одного места в другое, и от одних существ к другим, словно он поставлен судьбой искать ответы на чужие вопросы, напрочь игнорируя собственные. Фаркаша в его комнате не было. Марж сидела на подоконнике. Услышав шаги Иржи, она обернулась и, как кошка, поцарапалась в окно.

- Хочешь на улицу? - Он отодвинул шторы и раскрыл рамы. Далеко внизу виднелись цветущие деревья внутреннего дворика. - Подожди, я сейчас оденусь и выведу тебя.

Он обернулся к кровати, разыскивая штаны и кроссовки. Но их нигде не было. Он растерянно обернулся к йонси, но та тоже исчезла, и лишь теплый летний ветерок свободно врывался в открытое настежь окно.

Немного подумав, он вспомнил, что за дверью вроде была гостиная. Поэтому, прикрывшись на всякий случай покрывалом с кровати, он высунул нос из-за двери. Может там найдется его одежда?

Но одежды не было нигде. Иржи еще немного подумал и отправился изучать туалет вместе с душем. С удовольствием вымыв из грязных волос пыль вчерашней дороги, он надел висевший здесь тонкий чистый халат длиной до пяток и запахнул его полы, обернув себя почти два раза. Потом, завязав пояс на талии, он подтянул длинные рукава и посмотрел на себя в зеркало. Действительно, непривычная картина. Вместо утонченного молодого мужчины из зазеркалья на него смотрел худой паренек с черными глазами, подведенными снизу синяками, впалыми щеками и неожиданно длинными черными волосами. Он взял в руку прядь и внимательно ее осмотрел. Странно, ему еще недавно казалось, что их длина немного ниже плеч. Сегодня же они отросли чуть ли не до талии. Слегка подсушив их найденным феном, он стал искать ножницы. Перебрав в шкафчике все предметы, Иржи подхватил самые длинные и, перекинув волосы вперед, стал примериваться, как отстричь пряди сразу и возможно ровнее.

В дверь ванной комнаты кто-то несильно стукнул.

- Открыто, - машинально сказал Иржи и повернул голову.

На пороге широко распахнутой двери стоял Альеэро и с испугом смотрел на ножницы.

- Положи их, пожалуйста, на тумбочку. - Негромко попросил он.

Иржи улыбнулся:

- Я лишь хотел подрезать волосы. Как оказалось, они слишком отросли.

Худощавый рыжий мужчина облегченно выдохнул и протянул руку.

- Дай мне расческу. Не стоит хорошему магу резать волосы. В них накапливается излишек чар, который, при большой нужде всегда можно использовать.

Иржи протянул ему расческу.

- Вроде накопителя?

- Точно. - Улыбнулся Альеэро. - Возьми табуретку и садись. Я тебя хочу причесать. Можно?

Иржи хмыкнул. Когда-то он сам выбирал себе кукол. Теперь куклой сделали его. Искривив губы в еле заметной ухмылке, он кивнул головой.

- Вы спасли мне жизнь. Разве я могу отказать Вам в такой малости?

- Можешь. И я уйду. - Серьезно сказал Альеэро.

- Но вам будет обидно. - Иржи сел на табурет и перекинул длинные волосы на спину.

- Я немного подсушу их. Хорошо?

- Конечно. Мне не трудно посидеть. - Иржи сложил руки на коленях и. прикрыв ресницами глаза, исподволь разглядывал еще одного своего спасителя. Хорошо, хоть Таринке отдал долг, сведя ее с потерянным другом.

Сегодня этот рыжик был без грима. Рисуя его в ресторане, Иржи правильно угадал натуральный тон его кожи и разрез глаз. А краснеет он, наверное, легко...

Альеэро тонкими пальцами подхватывал одну прядь волос за другой, расчесывая и высушивая. Он откровенно любовался густыми черными локонами, оттеняющими бледную кожу мальчишки.

- Мне не обидно. Мне приятно быть рядом с тобой. - Ореховые глаза внимательно посмотрели на отраженное в зеркале лицо Иржи. Мальчишку это заявление не шокировало, как опасался Альеэро. Юный художник снова слегка улыбнулся и прямо посмотрел на мужчину. Веселые искорки насмешливо плясали в черной глубине его очей.

Младший Ромьенус неожиданно смутился.

- Ты давно рисуешь?

- С двух лет.

- А почему я не видел выставки твоих работ?

- Наверное, потому, что Вы на них не были?

- А где ты выставлялся?

- В-основном, где и всегда.

Мальчишечьи глаза откровенно смеялись.

- Откуда ты убежал?

- Оттуда, где меня хотели убить. Потом оттуда, где не приняли.

Альеэро разобрал волосы на пряди и заплел тугую косу, спустившуюся ниже лопаток.

- Хочешь жить здесь, со мной, во дворце?

- Нет, господин. Простите, но я не сторонник безоговорочной зависимости.

- Ты хочешь уйти?

- Мне придется уйти. За мной по пятам идет смерть. Я отыграл у нее какое-то время, но она все равно меня найдет. Рано или поздно. Лучше поздно.

- Ты болен?

- Нет, господин. Случайно оказался в ненужном месте в неправильное время. И участвовал в том, о чем и знать бы не должен.

- А что ты видел?

- Я не понял, что именно вызвало охоту на меня. Но мою подругу, инквизитора, убили только из-за того, что она хотела мне помочь. И я хочу разобраться во всем этом.

- Я тебе помогу, Иржи.

- Не надо, господин.

- Но ты сможешь задержаться хотя бы на время праздников?

- Постараюсь. Я обещал Таринке, ромаалке, помочь с выступлением. Она будет петь и плясать на площади. А потом, если хотите, я вернусь. Вот только я не смог найти свою одежду...

- Вставай, - теплая рука Змея ласково погладила Иржи по голове. - Одежда уже тебя ждет...

Иржи встал и, стараясь не наступить на длинные полы халата, медленно пошел к двери.

- Постой!

Парнишка остановился и немного повернул голову.

Тонкие пальцы без перстней мягко легли ему на плечи.

- Не уходи, мальчик, я смогу тебя защитить...

- Если бы еще знать, от кого... - тоскливо прошептал Иржи и, подавшись вперед, вышел из ванной.

На кресле около его кровати сидел Фаркаш и терпеливо смотрел на дверь ванной комнаты.

- Иржи! - Вскочил он, облегченно вздыхая.- У тебя все в порядке?

- Да. Смотри, какими длинными за ночь стали волосы! - Он приподнял косу за кончик, прихваченный коричневым шнурком с самоцветными бусинами на концах.

- Ух ты! - проникся друг. - А мой ежик все на прежнем уровне!

Фаркаш погладил короткую стрижку.

- Ты представляешь...

Он вдруг осекся, увидев выходящего вслед за Иржи Альеэро.

- Одежда на постели. - Альеэро кивнул на кровать и, мазнув глазами по Фаркашу, вышел в гостиную, не забыв активировать прослушку.

- Я ж говорил, что он на тебя запал! А ты не верил! - Начал горячиться Йожеф, вытаращив глаза.

Иржи распахнул халат и бросил его на кровать.

- Йожеф, ты хочешь посмотреть мужской стриптиз в моем исполнении?

Фаркаш застыл на полуслове и, покраснев, отвернулся.

- Он ведет себя странно! - буркнул охранник, разглядывая стенку.

- Мы все иногда вынуждены поддерживать странные маски. А помнишь, как в ресторане ты прижимал мою руку к сердцу, когда на нас смотрела госпожа Линда? А?

- Мне можно. Я - другое дело!

- Йожеф, скажи, у тебя были и мама, и папа? Они любили тебя?

- Они и сейчас есть. Любили, пока не родился брат.

- А у меня с рождения не было родителей. Один Бернат... Знаешь, иногда и в большой семье можно быть очень одиноким. Маленький ребенок, страшась ночных теней, прижимает к сердцу плюшевого мишку. Кого может прижать к себе взрослый человек, Фаркаш?

- Бабу! - Заржал охранник.

- Тогда где твои женщины, парень? Почему ты постоянно идешь за мной, натыкаясь на неприятности и боль? Почему ты пытаешься меня защитить?

- Я твой друг, Иржи. А друзей не бросают. Но прижимать надо все-таки бабу, она лучше мишки, сам небось знаешь!

- А если хочется понимания? Участия? Да и просто тепла? Не телесного, а душевного? Куда ты идешь в этом случае?

- К другу...

- Да, Йожеф. А иногда его тоже хочется сильно прижать...

Иржи уже оделся и, подойдя к Фаркашу сзади, неожиданно прыгнул ему на спину. Тот попятился, споткнулся и завалился на кровать, придавив телом более худого паренька. За дружеской потасовкой тут же последовал звонкий щелбан.

- Слезай, Сивка-Бурка... совсем придавил, жеребец здоровый!

- Какой жеребец! - Грустно сказал Фаркаш, протягивая другу руку, чтобы поднять его с постели. - Мерин. Нет, жеребенок. Орудие упало, яйца еще не выросли.

- Не горюй, через пару лет...

- А если нас еще куда занесет?

- Боишься, сразу состаришься? Брось, у тебя все впереди!

- Добросаешься! Проснешься утром, а впереди уже ничего нет...

Альеэро за стеной плакал и смеялся одновременно.

Когда пацаны вышли из двери спальной, рыжий Змей поднялся с дивана:

- Хорошо выглядите, ребята!

- Спасибо, - дружно ответили те, с запозданием разглядывая новенькие костюмы. Фаркашу достались темно-синие штаны и такого же цвета полусапожки на шнуровке и темно-серая рубаха со свободными рукавами и черным жилетом. Иржи одели в серые штаны и полусапожки из замши, а также белую рубаху с синим жилетом.

- Я заметил, вы не любите яркие цвета. Пойдемте завтракать. - Альеэро открыл дверь и вышел. Ребята поспешили за ним.

Стол оказался накрыт только на две персоны.

- Присаживайтесь, Вам нужно хорошенько поесть. День сегодня будет длинным.

Сам Змей сел рядом и, пока ребята завтракали, открыл бутылку вина цвета темного янтаря. Налил напиток в бокал и, смакуя вкус, отпил несколько глотков. Иржи посмотрел на бутылку и негромко вздохнул по тем временам, когда в собственном доме всегда водилось хорошее вино, и его можно было пить за работой, черпая вдохновение из терпких и головокружительных глубин.

Альеэро заметил брошенный на бутылку взгляд и, взяв с подноса еще один чистый бокал, налил туда напиток и поставил перед Иржи. Тот благодарно прикрыл ресницы. Откинувшись на спинку стула, парень рассмотрел цвет, а потом, потянув носом, оценил запах.

- Виноград... совсем свежий... какой-то ранний сорт? - он с удовольствием отпил глоток.

- Ты разбираешься в винах?

- В здешних - нет. Но длинными зимними вечерами, когда за окном падает мокрый снег, а в твоей комнате горит живой огонь... на диване сидит натурщица, а мазки ложатся на холст правильно... Бутылка хорошего красного вина создает нужное настроение.

Альеэро вопросительно изогнул бровь. Парень рисуя, пил вино бутылками? А в высоких горах снег вообще может идти неделями...

- О, не обращайте на мои слова внимания. Это просто...старая, старая сказка . Скажите, господин Альеэро, а что за праздник вы отмечаете сегодня?

- День сошествия Змея. Когда Земля была молодой, и Боги только ее заселяли, наш предок выполз из норы. Его тут же изловили и поэкспериментировали с генетикой. В результате мы, как и члены других Кланов, обрели вторую ипостась и смогли пользоваться еще одной стихией мира - магией. И каждое лето мы отмечаем это великое событие гуляньями, выступлениями артистов, всяческими соревнованиями для всех рас и сословий.

- Скажите, а изначально здесь, кроме вас, жили эльфы, гномы и другие народности?

- Тебе никогда не рассказывали историю мира?

- Нет. - Иржи поджал губы и замкнулся, уставившись в тарелку, на которой лежал последний кусочек ветчины.

Альеэро задумчиво почесал кончик носа.

- Все они пришли из других, погибающих миров. Кто-то остался у нас. А кто-то пошел дальше. Люди тоже не являются коренными жителями нашего мира. Они появились вместе с магическим народом. Эта раса является самой неполноценной. Магия в них есть, в небольшом количестве, но ее нужно развивать. Вероятно, эта ветвь является неудачным Божественным экспериментом. Но, компенсируя короткую и, зачастую, трудную из-за непонимания картины мира, жизнь, они плодятся, как кролики, заселяя долины. Самые беспринципные и неблагодарные существа, готовые отнять у голодного соседа последние монетки. Жадные и завистливые. И их становится все больше. Расселяясь, они вытесняют другие расы, ибо кому захочется жить с ними рядом?

- Может, их стоит простить, ибо они не ведают, в силу своей ограниченности, что творят? Или попробовать их учить? Развивая магию, можно развить души.

- Ты-то сам писать и читать умеешь?

- На своем языке - да. Ваших книг я не видел.

- И откуда же вы появились, молодые люди? - Альеэро задумчиво переводил взгляд с одного парнишки на другого.

- А в каких соревнованиях будете участвовать Вы с братьями?

Рыжий понимающе усмехнулся.

- Не хотите о себе рассказывать? А может, вы что-либо затеваете нехорошее?

- У Вас паранойя, господин. И склероз. - Иржи промокнул салфеткой губы и встал из-за стола. - Хочу напомнить, Вы сами пригласили нас во дворец. Мы в гости к Вашей высокой персоне не напрашивались.

Альеэро расхохотался и поднял руки.

- Все-все. Больше расспрашивать не буду.

Он тоже встал.

- Обычно я с братьями участвую в парусной речной регате. А вот сегодня занимаюсь с вами.

- Здорово! - Загорелись глаза Йожефа. - Я в детстве обожал ходить под парусом! Может, пойдем, посмотрим?

- А во сколько начинаются выступления на главной площади?

- Сразу после объявления победителя в состязаниях.

- Тогда пойдемте смотреть! А может быть, Вы все-таки поучаствуете, господин Альеэро?

- Я бы точно поборолся! - Глаза Фаркаша сияли. - Ну, хотя бы попробовал...

- Хорошо. - Альеэро сдался. - Сейчас пошлю заявку.

Он на минутку прикрыл глаза.

Когда он открыл их снова, в ореховой глубине плясали золотые пылинки, а губы подрагивали от едва сдерживаемой улыбки.

- Значит, Йожеф, ты ходил под парусом?

- Точно, господин.

- С одиночкой справишься?

- О-о! - Фаркаш в порыве чувств даже застонал. - Неужели...

- Да, я записал нас участниками. Яхту я тебе дам. Ну что, идем переодеваться? - Они вышли из столовой и отправились в апартаменты Альеэро. - Ты немного ниже ростом и поуже в плечах и бедрах. Но у меня в гардеробной где-то висел старый гидрокостюм. Тебе должен подойти.

Пока ребята сидели в гостиной, змей взял два гидрокостюма.

- Лови, Йожеф, это твой.

Тот подхватил свой и повесил на плечо.

- Держитесь за меня. Времени осталось мало. - Альеэро протянул руку к ребятам. И те крепко уцепились за его ладонь.

А еще через секунду они уже стояли на пристани. На речных волнах прыгали верткие яхточки с мачтами. Участники регаты последний раз проверяли такелаж.

- Иржи, вон там - трибуна. Иди прямо в ложу нашего Клана. Я предупрежу. Йожеф! Бегом переодеваться!

По всему речному берегу разносился магически усиленный голос комментатора:

- Маленькое объявление! В наши состязания добавились еще два участника: Всем известный Альеэро Ромьенус, победитель прошлогодних гонок, и не известный никому господин Йожеф. Вероятно, блеск золотого Кубка напек ему голову посильнее солнечного света, ибо кто из человеков в здравом уме и трезвом рассудке полезет состязаться с нашими Змеями? Может, он хочет доставить нам наслаждение, демонстрируя не новый, но, возможно, уникальный стиль топора?

- Господин Альеэро, а каковы правила гонок? - спросил на бегу Йожеф.

- Без правил, мальчик. Так что смотри, не утони. Да не прозевай разворот.

- Ворожить можно?

- Даже нужно. По-другому и от пристани не отойдешь! Это твоя яхта, с белым парусом. С сине-желтым - моя. Удачи!

Альеэро спрыгнул в лодку и быстро проверил оснастку. Затем развернул ее носом к старту. Фаркаш немного замешкался, но потом разобрался и тоже развернулся.

Иржи, естественно никуда не пошел. Он просто стоял на пристани, впитывая всем телом разноголосый шум толпы и яркий блеск двух светил. Дул ветер переменного направления. По фиолетовому небу плыли неспешные голубые облака. Кричали речные чайки. Пахло рыбой и водорослями. Он посмотрел на длинный ряд гоночных яхт. Где-то там, в конце, находится его верный друг Йожеф. И Змей Альеэро, еще один его спаситель на этой земле. "Удивительно, - подумал Иржи, - родные по крови драконы меня оттолкнули. Даже Юори, обещавший помощь и поддержку. А проезжающие мимо совершенно незнакомые ромаалы подобрали и подвезли. Змеи, хозяева этой долины, существа чуждые по своей сути, выходили после магического истощения. Неисповедимы и путаны твои пути, Судьба!"

Кто-то осторожно прикоснулся к его плечу. Иржи дернулся и обернулся. Перед ним стоял один из незнакомых ему Змеев. Рыжий мужчина средних лет с характерным острым носом улыбался ему зелеными глазами.

- Это ты - новое развлечение нашего Альеэро?

Иржи сдержанно улыбнулся. Неприятное прозвище острым когтем царапнуло сердце. Хотя, что поделать, если в чужих глазах отношения Змея и человека выглядят таким образом. Тем более, Змея, известного своими нестандартными увлечениями. Конечно, можно гордо задрать нос и уйти, но здесь его друг и ... спаситель. И честь дворянина вынудила его склонить голову перед рыжим:

- Да, это я. Чем обязан?

- Да не сердись, это я так. Альеэро попросил тебя найти и усадить к нам в ложу.

- Но я никому не буду мешать?

- Пойдем. - Рыжий дядька схватил его за руку и потащил сквозь толпу. Народ перед Змеем быстро расступался.

Мужчина поднялся по ступеням и завел Иржи под натянутый тент, защищающий от яркого света местных солнц членов клана и их гостей. Там сидело около пятнадцати рыжих Змей. Мужчины, женщины, девушки и молодые ребята. На него никто не обратил внимания. Дядька, не отпуская его руки, посадил Иржи рядом с собой. И пока не начались гонки, он болтал без умолку.

- Наши парни все участвуют в гонках! Видишь, вон там, в конце, желто-синий парус? Это твой Альеэро... - мужчина расхохотался, взглянув во вспыхнувшие гневом глаза Иржи. - Не злись. Он хороший и добрый мальчик, даром что Глава тайной службы Клана. Он так привязывается к своим очередным увлечениям... Жаль, что ненадолго.

Иржи аккуратно высвободил свой локоть из цепкой руки рыжего дядьки и поинтересовался, потрепетав ресничками:

- А Вы, наверное, ему завидуете, да? Такой тихий и спокойный, а красивые человечьи девушки и парни так и вешаются ему на шею... А вот Вам - нет... Посмотрят, как на пустое место, и проходят мимо...

- А ты зубастый не по годам, парень. - Оценивающе посмотрел дядька. Его дурацкую улыбку до ушей словно сдуло ветром. Он секунду подумал, а потом наклонился к уху Иржи. - Знаешь, а переходи ко мне. Я дам тебе больше камешков и монет. Я куплю тебе в городе двухэтажный дом и буду навещать теплыми вечерами...

- Спасибо за предложение, но у меня контракт. Работаю на спецслужбу. - Вдохновенно, с широко раскрытыми глазами соврал Иржи. - Выясняю потенциальную угрозу Клану среди недовольных членов общества и очаги неприкрытой зависти между отдельными слоями населения.

- И что? - купился дядька.

- Как что? - удивился Иржи. - Будем закрывать.

- Иди ты... - задумался змей.

- До свидания. - Вежливо сказал художник и встал, стараясь скрыть усмешку.

- Парень, поди-ка сюда! - поманил вдруг его пальцем крупный мужчина с характерным родовым носом и парой морщинок у ярко-зеленых глаз.

Иржи вздохнул, развернулся и, поднявшись на пару ступеней, шагнул в проход. Не дойдя несколько шагов до позвавшего его Змея, он остановился и молча поклонился.

- Это ты новый дружок моего Альеэро?

Сидящие рядом с мужчиной рыжие девчонки во все глаза уставились ему в лицо.

- Папа, да он - красавчик! Только маленький...

Иржи вздохнул и посмотрел на небеса. Сосчитал до десяти и взглянул на Кераано.

- Это Вы - Глава Клана Змей?

- А ты - эльф?

- А Вы - отец трех братьев?

- Да что ж ты все вопросом на вопрос, словно с троллями торгуешься!

- Каков привет...

- Таков ответ! - хором закончили девчонки - близняшки и расхохотались.

- Садись, сейчас уже начнется регата! Это ты уговорил сына участвовать?

- Нет, мой друг. Он любит подобные развлечения и сейчас где-то там... - Иржи махнул рукой вниз на лодки.

- Внимание! - раздался в ложе громкий голос комментатора. - Сейчас будет дан сигнал к старту! Судья уже поднял руку...

Всю акваторию реки сотряс мощный удар грома. Казалось, даже подпрыгнули лавки в ложе. Яхты, одна за одной, начали отлетать от причала, ловить парусом ветер и бодро нестись вверх по течению.

Комментатор покашлял и продолжил:

- Вероятно, он все-таки поднял ногу. Но, как бы там ни было, сигнал был понят спортсменами правильно и все... нет, яхта под белым парусом до сих пор крутится у причала! Кто же так под шумок колданул, что бедный Йорик, простите, Йожеф, никак не может выйти на стрежень? Малыш, может тебе и не стоит пытаться? Несомненно, человечек еще слишком молод... О, да он молодец!

Иржи от волнения стиснул руки и, закусив губу, подался вперед. Кераано, слегка подтолкнувший старт друга этого черноволосого мальчишки, с интересом наблюдал за ним.

Глаза художника метались по реке. Белый парус Йожефа уверенно догонял других аутсайдеров, постепенно обходя одного за другим. А впереди, прижимая пытавшихся пролезть вперед соперников, неслись четыре яхты. Среди них виднелся желто-синий парус Альеэро. Пролетев метров двести, в лидеры выбилась яхта под ярко-алым парусом, летящая с гребня на гребень, словно луч заходящего солнца.

- Ну же, Альеэро! - прошептал увлекшийся Иржи. - Надбавь!

И, словно услышав просьбу парнишки, яхта под двуцветным парусом прибавила скорость. Мальчишка даже не догадывался, что все Змеи с детства отличные телепаты, умеющие слышать и говорить друг с другом на расстоянии.

Кераано эти гонки видел каждый год. И не сомневался, что призовое место достанется либо Эрнаандо, идущему на "Алой Звезде", либо Альеэро. Эта забава, так же, как и все остальное, между братьями делилась на троих. А паренек, из-за которого Альеэро был готов ее пропустить, Главу клана интересовал сильнее. И сейчас, когда мальчишка не контролировал личное пространство, кое-какие прячущие его суть щиты приоткрылись.

"Очень, очень потенциально сильный маг... но обученный из рук вон плохо... - оценивал паренька Кераано. - Но он - не человек. Эрнаандо ошибся. Похоже, в нем... интересно, разве так может быть... целых три возможные формы существования?!"

Но тут Иржи вспомнил, где находится и закрылся наглухо. И теперь он походил на обыкновенного городского парня.

- Я все удивляюсь, господа, но наш человеческий участник вырвался в двадцатку лидеров! - верещал в ухо комментатор. - Как говорится, темный пегас! Ибо только одним вдохновением можно объяснить его сумасшедший темп! От форштевня его яхты все отлетают так, словно набрали воды по самый бортик и уже идут ко дну! А вот и первый недотянувший! "Голубой странник" с эльфом Силином Колисонем был атакован мощным магическим выплеском "Кричащей чайки" горного тролля Курима. Эх-хе-хе... как выплеснулся, так сразу и захлеснуло. Думай, дурья башка, прежде чем колдовать! Это тебе не за горными козами с сачком бегать! Тут соображать надо! И теперь уже двое пострадавших периодически прячут свои головы под волнами. Да что за разиня! Башку не потеряй! Хотя, что ей сделается, каменюке глазастой? Наши лидеры, тем временем, подошли к развороту. Лидируют, уже предсказуемо, Эрнаандо Ромьенус на "Алой звезде" и Альеэро Ромьенус на "Колибри". Где же наш третий брат? Луисо! Мы тебя потеряли! Наверняка он в середине самой тесной группы, стремительно нагоняющей лидеров. Но разве можно догнать рыжую молнию? Старший и младший Ромьенусы благополучно развернулись и во всю прыть несутся к финишу! Кто же из них будет первым? Из года в год снова повторяется эта интрига!

Иржи засмеялся, но тут же сжал кулаки. Кераано вдруг показалось, что пацан вдруг окутался легким огненным мерцанием . Яхта Альеэро, словно птица, взлетела над волнами и, легко обойдя "Алую Звезду", с огромным отрывом врезалась в финишную ленту. Народ, рассыпавшийся по берегам реки, дружно заорал, чествуя победителя. Дымка вокруг юноши сразу пропала. Сидящий на скамье молодой человек радостно хлопал в ладоши.

- Вы не станете возражать, если я туда спущусь? - Спросил Иржи у Кераано.

- Конечно. Тут и спрашивать нечего. Девчонок моих захвати с собой!

Рыжие синеглазые красотки крепко схватили паренька за руки.

- Побежали? - спросила правая.

- Быстро-быстро! - кивнула левая.

И два рыжих урагана полетели по ступеням вниз, не выпуская Иржи из своих цепких пальчиков. Тот едва успевал переставлять ноги.

Сдав паренька в надежные руки своих дочек, Кераано встал, потянулся и посмотрел на своего троюродного родственника, сидевшего двумя ступенями ниже.

- Илиаро!

Тот резко обернулся, встал и улыбнулся Главе Клана, взгляд которого светился слишком ярко и пробирал до печенки.

- Если я еще раз увижу тебя рядом с этим мальчиком, или узнаю, что ты просто проходил мимо, твои невинные развлечения, на которые я сейчас смотрю сквозь пальцы, закончатся раз и навсегда. Кстати, должность заведующего медным рудником на восточном склоне еще вакантна.

Троюродный дядюшка слегка побелел.

- Да мы просто немного поболтали...

- Надеюсь, ты хорошо запомнил мои слова с первого раза, Илиаро. Не разочаруй меня.

И Глава Клана, насвистывая, стал спускаться на причал.

Небольшие суденышки, одно за другим, пересекали финишную черту. Йожеф, которого просто распирало от гордости, закончил гонку четырнадцатым. Увидя Иржи в окружении двух рыжих девиц, он помахал ему рукой и поспешил завести в лодочный ангар свою яхту.

Альеэро, выигравшего гонку с огромным отрывом, восторженные зрители никак не хотели отпускать. Комментатор, так доходчиво оравший в ухо каждому, прыгал вокруг младшего Ромьенуса, предлагая рассказать читателям столичного журнала, какое совершенно убойное заклинание он использовал для последнего рывка. Змей загадочно разводил руками, улыбаясь и отказываясь от комментариев. Стоявший рядом с ним Эрнаандо положил брату руку на локоть и, когда тот обернулся, кивнул в сторону трибун. Оттуда встопорщенным рыжим вихрем летели младшенькие сестрички, зажав между собой совершенно очумелого Иржи.

- Наши девочки уже взяли в оборот твоего подопечного. - Прошептал брат на ухо. - Как бы ни пришлось с ними делиться...

На губах Альеэро против воли заиграла совершенно счастливая улыбка.

- Малышкам нужен кто-нибудь постарше. Поэтому он только мой!

- Интересный разговор! Мы дружно его выхаживали, ночами не спали, похудели и осунулись, а ты теперь делиться не хочешь?

- Не хочу! - Он засмеялся, поскольку девчонки, добежав до братьев, расцепили руки только тогда, когда Иржи ничего не оставалось делать, как только повиснуть на шее Альеэро, либо свалиться к его ногам. Поразмыслив, он выбрал объятия.

И победитель с удовольствием обнял и закружил худенькое мальчишечье тело.

- Это было так здорово! - Не удержался Иржи от эмоций. - И так красиво!

- Ты переживал за меня, мой хороший?

Иржи опомнился и тихонечко выбрался из кольца обнимающих его рук.

- Я, наверное, переживал за всех. - Снова нацепив на лицо маску, вежливо ответил парнишка. - Спасибо за доставленное моему другу Йожефу удовольствие.

Подошедший к компании Змеев довольный Фаркаш своими откровенными эмоциями оттянул на себя внимание близняшек, Иржи и журналистов.

- Боюсь, что тебе этот юноша не по зубам, братик. - Пропел ехидный Эрнаандо. - Кстати, что за заклинание так бросило тебя вперед?

- Хочешь верь, хочешь - не верь, но я не имею представления.

- О как!

- Вот так. - Альеэро пожал плечами и улыбнулся.

- А сейчас у первого причала произойдет церемония награждения победителя и раздача призов! - снова ворвался всем в уши уже надоевший голос комментатора. - Глава Клана вручит победителю переходящий от сына к сыну, и покидающий дворец только на время регаты, золотой кубок!

Народ радостно засвистел и захлопал, выражая свое отношение к происходящему. Несомненно, все видели, что сыновья клана сражались честно.

Толпа расступилась, выпуская на причал Главу Клана Подгорных Змей с золотым кубком в руках. Кое-кто засмеялся.

- Я, конечно, понимаю, что эту тяжелую чашу можно было бы и не выносить, - начал речь Кераано, - но мне нравится радоваться за своих прекрасных детей, наслаждаться, пусть и привычными, но победами. Я живу моими детьми. Их радостью и болью. Счастьем и неприятностями. Спасибо Альеэро, за красивую победу! Спасибо, Эрнаандо, за сильную конкуренцию. Луисо, ты - молодец! Держи, сын, эта чаша по праву сильнейшего - снова твоя!

Он вручил Альеэро кубок, а потом посмотрел на собравшихся на причале зрителей.

- А теперь выберем достойного кандидата на приз зрительских симпатий!

Толпа загудела, обсуждая яхтсменов. А Кераано посмотрел на стоящего рядом Альеэро с кубком подмышкой.

- А скажи-ка мне, сын, что ты знаешь о подобранном тобой мальчишке?

- Ты уже успел его запугать, отец? Прошу, оставь мою личную жизнь в покое!

- Я не был против твоей личной жизни, пока ты связывался с людьми или эльфами. Но с сыном какого-то Клана... подумай, сын, а надо ли тебе это? Кстати, это твой ненаглядный мальчик так мощно бросил тебя к финишу.

- Этого не может быть... еще сегодня ночью он умирал.

- Я все видел своими глазами. Вынес и даже не заметил. Он очень сильный маг, Альеэро. Но необученный. Он творит, даже не замечая, как это происходит, только одним своим желанием.

- Отец, по его недомолвкам я понял, что собственная семья его отвергла. Из-за этого он ушел из дому без денег, лишь со своим слугой, которого называет другом. Может, мы примем его в Клан? Тогда он сможет рассчитывать на поступление в Академию!

- Ты знаешь о нем все, Альеэро? Мне хватило братика твоей матери. А что может выкинуть этот юнец? На твоем месте я бы расстался с ним от греха подальше.

- Какой грех, отец? Он совсем ребенок. Мне просто нравится заботиться о нем. Знаешь, он очень умный и талантливый. И я не хочу его терять! Мне хочется, чтобы он мне доверял. Хочется учить его, наслаждаться вместе с ним его достижениями...но он очень осторожен и не верит никому.

Альеэро отошел от отца и, подойдя к Иржи, положил руку ему на плечо. Потом наклонился к его уху и что-то сказал. Парнишка повернул к Змею голову и радостно засмеялся.

- Парней пора женить! Срочно! - Пробурчал Кераано. - Даже младшенькому уже не развлечения нужны, а собственные дети!

Йожеф купался в лучах славы. Еще бы, человек, ни разу не участвовавший в регате, обошел многих маститых участников! Окруженный журналистами, зрителями и вцепившимися в его локти с двух сторон рыжими близняшками, он рассказывал, что яхта сама летела, словно птица, изумительно подхватывая ветер и легко слушаясь руля. Глаза его сверкали восторгом и ничем не замутненным счастьем.

Болтливый комментатор снова включил громкий звук.

- Итак, дамы и господа... Кому же мы на этот раз подарим наши симпатии? Предлагайте кандидатов! О, первым предложили горного тролля... интересный выбор. Слава всем Богам, обошлось без жертв. Спасатели его выловили из реки вовремя, поскольку не тонет в воде... сами знаете что, а каменный тролль как раз таки тонет. Эльфа Лионнелия? Простите мое любопытство, а за что? Девушка, не надо так краснеть! За эти качества Вы отблагодарите его чуть позже сами... Сына Клана Луисо? Кандидатура хорошая, парень тоже хорош, но, вероятно, он так стеснялся славы, что забился в самую гущу парусов и не вылезал оттуда аж до самого финиша. Ну вот! Наконец-то вспомнили о нашем человеческом факторе! Прямо скажу: неожиданно... Вы на него поставили? И как? Говорите, нескромный вопрос? Значит, могу Вас поздравить, вы получили хороший куш... букмекер порядочная свинья? Я раньше думал, что свиньи и порядок вещи несовместимые. Но Вы меня утешили. Итак: голосуем за паренька Йожефа! И кто придумал ему такое имя? Уважаемые родители! Прежде чем назвать свое дитя, подумайте о страданиях тех, кому в будущем придется ломать язык, повторяя его имя!

Народ хохотал и аплодировал. Йожеф, накрепко запутавшийся в близняшкиных объятьях, смущался и краснел. Наконец, под бурные овации голосование закончилось, и Глава Клана объявил, что приз достается человеку Йожефу. Подведенный к Кераано с заломленными руками, парень трагически изогнул брови и прошептал:

- А может, Вы меня просто отпустите?!

- Ничего, привыкай, Йожеф. Слава весьма ограничивает свободу передвижения.

И Кераано протянул ему мешочек с монетами. Освободив руки, парень с поклоном принял деньги и нашел взглядом Иржи. Тот что-то задумчиво черкал в отобранном у комментатора блокноте. За его спиной, как привязанный, стоял Альеэро, и смотрел через плечо.

- Может, погуляем? - кокетливо выстрелила взглядом левая рыжуля.

- На ярмарку! Там аттракционы... - с придыханием произнесла правая.

- Девочки, а может, я все-таки переоденусь? - предложил Фаркаш третий вариант.

- А мы за дверью тебя подождем! - захлопали в ладоши обе.

Фаркаш скис. Ему очень хотелось погулять по городу. Но только в обществе друга, а не навязчивых дочек Главы Клана.

Кераано посмотрел на Йожефа и поманил девочек пальцем. Парень, вырвавшийся из-под опеки, сразу бросился к другу и встал рядом с Альеэро за другим плечом. Через секунду они дружно засмеялись.

- Девочки! - Кераано взял девочек под руки. - А скажите-ка мне, вам мальчик понравился?

- Да, отец, он миленький! А его друг - просто конфетка! Но Альеэро нам его не отдаёт!

- Так вот, лапушки. Чтобы молодые люди от вас не разбегались, их не надо так крепко держать.

- Да, папа! А он пойдет с нами на площадь?

- Вот сами и спросите. Да не удавите его... Вот же... змейки! - Отец с удовольствием на них посмотрел и направился в ту же сторону, поскольку вокруг нового мальчика Альеэро происходило что-то интересное.

А Иржи рисовал. Выпросив у комментатора блокнот и пишущую палочку, он начал набрасывать шаржи: динамичные дочки Главы, и, зажатый между ними, совершенно обалдевший Фаркаш в обтягивающем гидрокостюме; сам комментатор, вытянувший руки и широко разевающий рот; Голова тролля, прыгающая в волнах, словно яблочный огрызок...

Желающих посмотреть, над чем ухахатывается народ, становилось все больше. Наконец, кто-то из магов догадался и сделал экран. Теперь вся пристань стояла на месте и тыкала пальцами в небо, комментируя наиболее удачные сюжеты.

Глава Клана подошел к Иржи вплотную.

- У тебя здорово получается.

Иржи очнулся и удивленно взглянул на обступивших его людей. Руки медленно опустились вниз. Альеэро жестом защиты тут же положил пальцы на мальчишечий локоть. Кераано хмыкнул.

- Но я же художник... - Иржи улыбнулся и пожал плечами. - Извините, давно не рисовал, увлекся.

- А меня так можешь изобразить?

- Не так. - Юный художник снова поднял блокнот и начал быстро наносить линии. Минут через десять он протянул Кераано рисунок: в резких, коротких штрихах легко угадывался он сам и рядом с ним - три его сына. Похожие, и в то же время такие разные...

Глава аккуратно вытащил лист и вернул блокнот обратно.

- Это для меня. Спасибо, мальчик. - Он немного помедлил и сказал: - Я подумаю над твоим предложением, Альеэро. А теперь - всем переодеваться и - гулять! Встретимся на центральной площади!

- Ой! - Иржи посмотрел на Йожефа. - Я обещал Таринке помочь с выступлением!

Блокнот был немедленно перехвачен шустрым комментатором, с которым тот немедленно испарился.

- Альеэро, давай встретимся на площади! Вы с Йожефом переодевайтесь, а я побегу к ромаалам!

Змей на секунду крепко стиснул ему плечи:

- Спасибо, Иржи!

- За что? - удивился тот.

- За нашу победу, мальчик!

Но Иржи, непонимающе хлопнув пушистыми ресницами, только улыбнулся.

- Я пошел?

- Иди... только потом - сразу к нам.

Альеэро так не хотелось его отпускать...


Глава шестая. В которой зло побеждается бесстрашием.


На центральной площади столицы Долины Змей возвели большой деревянный помост для артистов и поставили несколько рядов кресел для самых именитых гостей. Остальным, желающим весело провести время, предлагалось либо стоять на ногах, либо приходить со своей мебелью. Ну а вездесущие мальчишки, не морочившиеся тонкостями выбора, уже гроздьями висели на ближайших к сцене деревьях, бесцеремонно заглядывая за кулисы.

А позади сцены царила суета: кто-то бегал и искал брошенные впопыхах костюмы, кто-то истерически хохотал, накладывая яркий грим. Дамочки из кордебалета надевали корсеты, поднимающие грудь, и чулочки, заставляющие глянцево блестеть их точеные ножки. Чтобы выглядеть не совсем обнаженно, к талии прикреплялась шифоновая юбка, через которую, однако, все хорошо просматривалось. И мальчишки на деревьях с видом знатоков обсуждали женские прелести.

И среди этого бедлама ходил распорядитель, записывающий имена артистов, суть их номера и устанавливающий очередность выступлений. Кто-то, естественно, возмущался, не желая выступать на разогреве у других, а кто-то, наоборот, не желал идти за кем-то в силу давешней неприязни или творческих разногласий. В углу площади ровно и мощно репетировал хор гномов. Хоть Бог и не дал им роста, зато наградил лужеными глотками, выдающими порой такие ноты, что пролетающие над площадью птицы теряли ориентацию в пространстве и, стукаясь о стены домов, падали вниз, на радость уличным котам.

Ганик с Таринкой и, не сводящим с нее глаз, Вааредом устроились на отведенном для них месте и тоже начали готовиться к выступлению. Ганик что-то наигрывал на гитаре, Таринка перед зеркалом красила глаза и губы, а Вааред молча любовался ей.

- Тебя еще не потеряли твои родственники? Может, сходишь, покажешься? - Поинтересовался у парня Ганик.

- Вот споете, тогда и сходим. - Ответил он. - Вместе.

Подошедший распорядитель праздничного концерта приблизился к ромаалу и, записав имена, присвоил им шестнадцатый номер.

- Желающих выступать - много. - Объяснил он. - Поэтому поете только две песни. Не больше. По поводу очередности скандалить не будете?

- Нет! - Девушка засмеялась. - Нам ведь все равно уже заплатили... Так какая разница, когда выступать? Закончим и пойдем развлекаться! Да, милый? Мы покатаемся на колесе?

- Все, что хочешь, дорогая! - С жаром ответил влюбленный Вааред.

Усмехающийся в усы мужчина покрутил круглой лысой головой и пошел дальше.

Где-то далеко раздался многоголосый рев.

- Регата закончилась! - Пояснил Вааред. - Сейчас начнут собираться зрители.

- Интересно, наши мальчишки смогут прийти? - Задумчиво спросила Таринка. - Мне так понравилась Иржикова роза...

- Дорогая, а давай я что-нибудь для тебя наколдую? - ревниво предложил Вааред.

- Ты? - девушка скептически посмотрела на парня. - А сумеешь? Ну попробуй...

- Чего ты хочешь?

- Радугу надо мной! - засмеялась Таринка.

- Сейчас... - Белый маг напрягся и пошевелил руками. Над девушкой сгустилась небольшая тучка. Потом она как-то внезапно потемнела и из нее пошел дождь, намочивший сценический костюм из розового шелка и блестящие распущенные волосы.

Таринка охнула и выскочила из-под тучи. Та подумала и поплыла за ней, снова утвердившись над головой.

- Ты чего натворил, дуралей! Нам скоро выступать, а ты намочил мое лучшее платье!

Вааред вскочил, подпрыгнул и помахал руками, пытаясь прогнать тучу в сторону. Но она, сильно обидевшись, треснула его по руке грозовым разрядом.

- Ах ты, пакость эдакая! - Маг положил в рот обожженный палец. - Ну я тебя сейчас!

Он снова натужился, но туча заворчала и приготовилась дорого продать свою жизнь, полыхая изнутри яркими молниями. Таринка молча присела на землю, закрыв голову руками. Мальчишки опасно раскачивались на ветках, сгибаясь от неистребимого хохота.

- Привет! - раздался теплый и немного хриплый юношеский голос. - А что у вас тут происходит? Репетируете?

Рядом с Гаником стоял Иржи, с улыбкой рассматривая Таринку, сидящую посередине глубокой лужи.

- Слава Богам, Иржи! У нас тут Вааред отличился. Видишь, испортил лучшее платье! Как теперь выступать?! А мы уже деньги взяли!

- Так это что, убрать?

- А ты можешь?

Иржи пожал плечами, и туча исчезла. Лужа высохла, А Таринка снова выглядела прелестно. Мальчишки разочарованно засвистели.

- Иржи! - она восторженно обняла парнишку. - Спасибо, солнышко! Ты спас наш номер! Вааред! - строго сказала она понурившемуся ухажеру. - Больше не смей колдовать. И вообще, тебе надо вернуться в Академию!

-Ты меня уже гонишь? - Хмуро спросил он.

- Нет, мой хороший. Но недоучкой жить плохо! Как ты будешь зарабатывать деньги для нас с тобой?

Голубое солнце уже благополучно перевалило черту зенита и медленно спускалось к горизонту, унося за собой пронзительно-яркий свет и чрезмерную жару, кое-как разгоняемую прохладным ветром с гор. Желтое светило с удовольствием заняло господствующее положение, сделав тени бархатными, а краски - мягкими. И зрители, перед концертом закусившие на площади пирожками, салатами и фруктами, а также отведавшие сладкого и крепкого красного вина, спешили занять стоячие места поближе к сцене. Спустя некоторое время народ загудел, приветствуя Клаву Клана Змей и его родственников, рассаживающихся в кресла. Жену, как необходимый атрибут праздника, Кераано тоже прихватил с собой, ибо незачем давать бульварным газеткам повод для сплетен о правящей семье. Немного поотстав, она села на самое крайнее сидение сбоку.

На сцену, раздаривая улыбки, вышел круглощекий распорядитель, он же - конферансье.

- Дорогие гости нашего праздника! Позвольте нам, вашим любимым артистам, порадовать сегодня всех своим замечательным искусством! Встречайте! Хор гномов Северного Склона исполнит ораторию в честь Змея-Прародителя!

Маленькие гномики деловито зашаркали ножками, выстраиваясь в рядок. Те, кто должен стоять сзади, вынесли с собой табуреточки. Когда, наконец, они умостились на них и застыли, сурово выставив длинные бороды вперед, капельмейстер махнул палочкой и гномы запели.

- О-о-о... Это было давно-о-о... Дат нам знать не дано-о-о... Но увидел окно-о-о... Змей в пещере своей-эй-эй... И он взалкал весте-е-ей... о том мире большо-о-ом, где сейчас мы живе-о-м...

Через пару минут из задних рядов оттащили несколько задремавших и уютно устроившихся на земле человек, ибо кому захочется отвечать за чужой, случайно потоптанный и ненароком измазанный, костюм...

Несколько модно одетых дамочек, деликатно позевав в платочки, образовали кружок и начали обсуждать наряды, надетые девушками из правящего Дома. Мальчишки на деревьях смачно хрупали яблоками, соревнуясь в бросании огрызков на дальность. В задних рядах кто-то с чувством выругался. Кераано дремал. Эрнаандо рассказывал анекдоты, отчего сидящая рядом молодежь давилась смехом в самых трогательных моментах оратории. Наконец, грянуло крещендо. Змей к этому времени обрел вторую ипостась, и к нему потянулись пришлые магические существа.

На сцену шмякнулась пролетавшая мимо чайка, со страху обгадившая сценический задник, изображавший Северный склон. И теперь его скалы блестели оплывающими белыми лавинами, а дирижер левой рукой пытался прочистить залепленный правый глаз. С деревьев мелкой трухой посыпались иголки. Пацаны же, зажмурившись и крепко вцепившись в полуголые ветви, стойко пересидели инфразвуковую атаку. Кераано проснулся, а стоящий народ нагнулся, пропуская над головами расходящуюся в стороны волну.

Аплодировали хору от всей души. Даже кричали браво, когда он в полном составе, наконец, покинул сцену.

Далее выступали фокусники, за ними акробаты, выполнявшие без страховки сложные трюки. Но в их команде был опытный маг, поэтому за них особо не переживали.

Когда пришла пора выходить на сцену Ганику и Таринке, Вааред начал ломать пальцы и просить, чтобы его посадили где-нибудь рядом, клятвенно заверяя, что никому не будет мешать, а тем более, колдовать.

Иржи усмехнулся и, надев на него силовой колпак, повел с собой. Там, в просценке, совсем рядом с выступавшими, для них поставили два стула. Вааред сел, готовясь слушать, а Иржи остался стоять, наблюдая за выражением лица девушки.

- А сейчас выступят всеми нами любимые ромаалы Ганик и Таринка со своими песнями! - объявил конферансье и, подмигнув артистам, убежал за кулисы.

Ганик начал тихо перебирать струны. Народ затих, вслушиваясь в разносящуюся по всей площади мелодию. Ромаальские песни здесь очень любили.

Таринка опустила головку и запела:


Я мечтала о нежности встречи

На лугу в час короткий заката.

Обнимал ты тогда мои плечи,

Только было все это когда-то...

Ну зачем ты в любви мне поклялся,

Ну зачем целовал мои губы?

Ночь со мной проведя, отдалялся...

Неужели тебе я не люба?

Пр. Где цветы, что с любовью дарились?

Ах, они бы мне все рассказали!

Но увяли они, позабылись...

А глаза мои полны слезами.

Я не верила сплетням коварным,

Но сердечко заныло, забилось.

И в тени, в полумраке кошмарном,

Поняла, что с тобою случилось.

Ты стоял, обнимая другую,

Целовал ее тонкие руки...

Я бежала, в сознаньи рисуя

Для тебя бесконечные муки.


Пр. Где цветы, что с любовью дарились,

Ах, они бы все мне рассказали...

Но увяли они, позабылись.

А глаза мои полны слезами...

Но цветы опустили головки,

И туман на пригорки спустился.

Утром мне рассказали неловко,

Что мой милый на склоне разбился...

Нет, не будет цветов, что дарились.

Счастье светом блеснуло, но мимо.

Нет тех слов, что тобой говорились...

Я сама свое счастье сгубила...

Пр. Где цветы, что с любовью дарились,

Ах, они бы мне все рассказали!

Но увяли они, позабылись.

И глаза мои полны слезами.

Таринка пела, а Иржи рисовал прямо в воздухе одинокий девичий силуэт с букетом полевых цветов в руках с развевающимися на ветру волосами, опущенную головку и слезы, текущие из глаз... Молодого красивого парня, шепчущего в розовое ушко нежные слова, на следующий день обнимающего уже другую... Рисовал, как эта девушка, получив страшное известие, бежит к обрыву, где погиб ее милый, и, падая на колени, бессильно поднимает руки к равнодушному небу...

Люди свистели и хлопали так, что певчие гномы затыкали уши, а пара мальчишек все-таки свалилась с ближайшего к сцене дерева.

Довольная Таринка раскланивалась, Вааред с умиленным лицом растирал по носу одинокую слезинку, а Ганик продолжал меланхолично щипать струны. И когда осыпалась лепестками последняя нарисованная роза, публика дружно скандировала: - Еще! Еще!

Девушка снова вышла к краю сцены, помахала руками и сказала: - "Розочка".

Ганик кивнул головой и заиграл разудалую мелодию.


Странник спустился с Серебряных Гор,

Видит: деревня и низкий забор.

А за забором идет не спеша

Девушка юная. Ох, хороша!

Пр. Эй, моя розочка, где же твой дом?

Вместе, любимая, век проживем!

Та улыбнулась, кивнула ему:

- Трудно, наверно, бродить одному?

Если доверишься, парень, Судьбе,

Так уж и быть, расскажу я тебе.

Пр. Эх, моя розочка, где же твой дом?

Вместе, любимая, век проживем!

Домик стоит рядом с горной рекой.

Бегают там ребятишки гурьбой.

Странник поверил Судьбе, и она

Уж пятый десяток - родная жена!

Пр. Эй, моя розочка, нам ли тужить?

Будем с тобою мы весело жить!

Иржи рисовал цветы и звезды, кружащиеся вокруг сцены хороводом. Народ смеялся, подпевал и прихлопывал в ладоши.

Закончив петь, Таринка раскланялась, прижимая к сердцу руку. И вот, подняв глаза после очередного поклона, она посмотрела на небо, отступила на шаг и прикрыла ладонью рот, словно испугавшись того, что увидела. Иржи, внимательно ее слушавший и смотревший на мимику, тоже перевел глаза на небо. Радость схлынула, сменившись тревогой. Там, над городскими домами, в лазурной синеве неба, разворачивался, взмахивая крыльями, не то дракон, не то огромный крокодил. Голова существа была широкой и короткой, шея - маленькой и толстой. Туловище - непропорционально раздутым в задней части. Четыре кривые и мощные лапы раскорячились в разные стороны, ловя солнечный свет блестящими когтями. Толстый и короткий хвост не позволял маневрировать, а только лишь разворачиваться по плоской дуге. Кожистые, коротковатые для такого существа, крылья, с трудом держали эту тушу в воздухе. Через несколько секунд чудовище закончило маневр и, разинув огромную пасть, направилось в сторону площади.

Иржи вскочил на сцену и встал рядом с Таринкой, пытаясь рассмотреть эту тварь подробнее. Глядя на них, в толпе стали оборачиваться люди и, заметив летящего монстра, смеялись, рассуждая, какой маг мог породить такой уродливый фантом. Но Иржи прекрасно видел, что фантомом эта тварь не была. И летела она сюда с явным желанием испортить всем праздник.

- Таринка, бери отца, Ваареда и бегите к Змеям! Им надо сказать, что это - не фантом! Скорее, ну же, бегите! - и он вытолкал девушку со сцены. Она тут же подхватила Ваареда, кивнула отцу, и они стали пробираться сквозь толпу к креслам с ничего не подозревающими Ромьенусами. И только Альеэро, увидевший на сцене Иржи, встал с кресла.

- Смотри, - закричал Иржи, - это не фантом!

Рыжий резко развернулся и ахнул. Чудовище уже долетело до крайних зрителей и с удовольствием дохнуло огнем. Среди людей сразу началась паника. Спрятаться было негде, выбраться сразу из толпы - не реально. Многие падали, обожженные огнем, а кого-то послабее просто сметали под ноги паникующей толпе.

Чудовище пролетело над людьми и начало заходить на второй круг. Кто-то из рыжих начал метать молнии, но они легко обтекали тушу, не причиняя ей вреда. Остальные стали делать магический полог, пытаясь растянуть его над всей площадью. Но они никак не успевали. Защита в суматохе рвалась и пузырилась из-за неверно подставленных в уравнения переменных, и маги никак не могли ее соединить. Тварь на бреющем полете снова раскрыла пасть и прицельно плюнула огнем в ложу Главы Клана. С замирающим сердцем Иржи увидел, как упал Вааред, накрывший собой Таринку, и вспыхнул свечой Альеэро, загородивший Йожефа. Из груди парня вырвался вопль. Нет! Это все неправда! Единственные близкие существа ранены или мертвы, и опять проклятые кукловоды оставляют его один на один с чуждым миром и неведомой опасностью...

Огонь внутри него вспыхнул, как пожар. Что-то странное происходило с телом, но он смотрел только на чудовище, поливающее огнем ни в чем не повинных существ... И вот, огромным усилием воли, он оторвался от земли и начал подниматься вверх. Крылья, разрезавшие воздух, шелестели за его спиной. Он на секунду наклонил голову и увидел четыре изящные лапы с коготочками, а также длинный черный хвост, позволяющий легко разворачиваться в любом состоянии. Площадь быстро проваливалась вниз, а бегающие по ней существа казались такими далекими...

"Я - дракон? Дракон!" - пришло неожиданное понимание и радостная уверенность в собственных силах. Поднявшись выше медленно плывущей в воздухе туши, он заложил разворот и, зависнув над ней, с удовольствием полоснул по бугристой спине когтями. Рваные полосы тут же набухли кровавыми каплями. Тварь взревела и попыталась повернуть голову. Но разве с такой шеей это под силу?

Иржи кувыркнулся в воздухе и, зайдя сзади, присел на плоскую голову монстра и впился когтями в чешуйчатые веки гадины. Самый длинный коготь достал до глаза. Иржи с удовлетворением дернул его вверх. Глаз закрылся, и из него потекла кровь. От рыка закладывало уши. Тварь перевернулась, скидывая с себя мешающую царапучую букашку. Иржи захлопал крыльями, стараясь не попасть под прицел оставшегося глаза. "Но с другой стороны, прежде чем попробовать уничтожить чудище, надо увести его от толпы. А то рухнет этакая махина, столько народа передавит!". И он подлетел к зрячему синему оку сбоку и показал язык.

"Гаденышшш... Драконий выкормышшш..." - проревел монстр.

"Ну точно, я же дракон Сааминьш! - мелькнула мысль. - Вот, оказывается, как проявляется другая ипостась!"

Летающий крокодил отвлекся от толпы и, развернувшись, попытался сбить дракончика струей воздуха.

- Кишка тонка! - неожиданно для себя проорал Иржи. - Сначала догони!

Он снова заложил петлю вокруг неповоротливой туши. Язык пламени, изрыгаемый ей, закрутился вслед Иржи. Но тот снова завис над спиной и, вытянув лапу, разодрал когтями нос. Не смертельно, но оби-идно! Летающая бомба взревела, окуталась синим защитным пламенем, и устремилась вдогонку за дракончиком, уводящим ее в сторону соседней площади, по счастью, пустой. Оказавшись там раньше твари, дракончик крепкими когтями оторвал от карниза дома кирпич и спрятался за статую змеи на фасаде здания. Как только в проулке захлопали крылья, с натугой распарывающие воздух, Иржи, держась одной лапой за змеиное тело, другой швырнул острый обломок в широкую морду. Глазомер у художника был отличный. А светящуюся защиту, поставленную против живого существа, с легкостью пробил камень, порвавший второй глаз. Ослепшее чудище стало натыкаться на дома, ломая телом крепкие кирпичные стены. Иржи висел сверху и, глядя на беснующуюся тварь, думал, каким образом можно ее уничтожить. Шкура у нее была огнеупорная. Он попробовал дыхнуть на нее огнем, но едва не обжег лапы отраженным пламенем. Тварь, не желая спускаться на землю, разевала пасть, плюясь раскаленными сгустками во все стороны. В близлежащих домах заполыхали пожары.

"Остается только одно...Надо попробовать. - Подумал Иржи.- Если не получится, я тоже погибну, как Вааред или Альеэро..." На глаза навернулись слезы, а нос громко хлюпнул.

- Эй, крокодил, я здесь! Лети на голос! Цып-цып! - прокричал Иржи.

- Тебе конец, мерзкое драконье отродье! - прогавкал крокодил, выплевывая золотистую ловчую магическую сеть.

Дракончик, опешив, едва увернулся.

- Да ты, оказывается, маг?! Ай-ай, мне больно, жжется! - запричитал он, делая вид, что тот попал.

Довольная туша раззявила широкую пасть и начала набирать воздух в легкие для торжественного изжаривания маленького, но весьма наглого Сааминьша.

И тогда Иржи подлетел к тупой морде вплотную и дыхнул ей в горло своим оранжевым огнем.

Крокодил, подавившись, захрипел, словно изнутри его сжигали заживо, и корябая когтями стену дома, стал медленно оседать вниз. Иржи, сделав разворот, чиркнул когтями по одному из крыльев. Кожа лопнула, повиснув лоскутами. Тварь, не удержавшись, с грохотом упала на площадь. Подрыгав лапами, она замерла недвижимой горой.

На площадь из проулков выбегали гвардейцы во главе с Кераано и Эрнаандо. Иржи опустился рядом с туловищем монстра и потрогал морду кончиком когтя. И вдруг огромная пасть распахнулась, и оттуда вылетело зловонное желтое облако. Не успевший отскочить дракончик замертво упал на бок.

- Ну хоть так... - пробасило чудовище и, подрыгав лапами снова, запрокинуло голову. Красный раздвоенный язык вывалился наружу.

Подбежавшие маги и солдаты с удивлением увидели, как издохшая туша уменьшается в размерах. Голова еще немного расширилась, передние лапы укоротились, а задние, наоборот, обзавелись приличными ляжками. Крылья исчезли. Теперь лежащая на загаженной мостовой тварь напоминала серую жабу-переростка. А раскинувший в стороны крылья дракончик, наоборот, втянул в себя хвост и крылышки, кожа побелела, шея уменьшилась, а голова превратилась в человеческую. Рядом с жабой лежал обычный голый и грязный человеческий мальчишка с растрепавшейся черной косой.

- Вот так так...- Задумчиво протянул Кераано. - Значит, все-таки Сааминьш... Возьмите мальчишку и отнесите куда-нибудь. Да прикройте.

Он подошел к жабе и немного попинал ее ногой.

- Значит, братик? Ну ладно! Возьмите эту пакость... не бойтесь, он дохлый! И идем за мной. - Бросил Кераано и широким шагом пошел на центральную площадь.

Здесь маги уже оказывали помощь пострадавшим, а убитых положили в сторонку под деревья. Альеэро и Ваареда в бессознательном состоянии унесли во дворец. У них были серьезные ожоги, и требовалась помощь нескольких белых целителей. Таринка и Ганик поспешили за ними.

Тем временем Кераано нашел сидящую в кресле жену. Взглянув на дохлую жабу, она побелела.

- А скажи-ка мне, дорогая, зачем вам это понадобилось?

Женщина встала, выпрямившись во весь рост.

- Вы не достойны собственного Клана, жалкие змеи! Только и умеете, что развлекаться! И никто не живет правильной разумной жизнью! Вы совсем распустили народ! Все веселятся, никто не работает! Жалкие людишки заполонили цветущие земли. А он, - указала она на жабу, - смог бы навести порядок. Этой прекрасной долине нужен другой хозяин и новый Клан! Что ж, не получилось у нас, получится у других... Можете отослать меня на родину. Мне уже все равно!

- Оч-чаровательно, моя нежная жабка. Это раньше я хотел отправить тебя обратно... А сейчас... Ты, тварь болотная, даже сына не пожалела!

- Это твой сын. - Равнодушно сказала женщина. - Моей была только дочь. Где она, старый идиот? Куда она пропала?

Кераано вздохнул и обернулся к Эрнаандо.

- Ты считаешь эту женщину своей матерью?

- Нет. - Пожал плечами старший сын.

- Тогда возьми Луисо и запихните ее в самый дальний штрек, где добывают светящуюся руду. И прикуйте ее цепью. Надсмотрщик там хороший?

- Неподкупный! - мстительно усмехнулся Эрнаандо.

- То, что надо! Кормить раз в неделю. Воду в бадье тоже. Ох, не задерживаются там преступнички...

Женщина встревожено посмотрела на сына и мужа.

- Вы так не поступите со мной!

- Уже поступили. А эту тварь оттащите и сожгите. Нечего осквернять землю всякой пакостью.

Альеэро очнулся глубокой ночью и, приподнявшись, посмотрел на дремавших рядом Луисо и Эрнаандо. Спина очень болела, словно к ней приложили кусок солнца, а голова чесалась. Дотронувшись до нее, он обнаружил едва проклюнувшийся щетиной волос.

- Ох... - простонал он.

Братья открыли глаза.

- Зачем мне остригли волосы? - прохрипел он. - Принесите мою шкатулку!

Луисо, потерев уставшие глаза рукой, молча встал и принес требуемое, положив перед братом. Альеэро быстро доставал пузырьки, и по нескольку капель из некоторых слил в пустой флакон. Попросив воды и мягкую тряпочку, он смешал воду с каплями, и, вылив смесь на тряпку, втер ее в голову. Потом, достав темный флакон, взболтал и открыл крышку. Оттуда пахнуло мятной свежестью. Намочив тряпочку в этой жидкости, он развернулся к Луисо спиной:

- Натри. Только поаккуратней и понежней, пожалуйста!

Когда процедуры были закончены, он снова откинулся на подушку.

- До следующего вечера не пускайте ко мне Иржи. Я не хочу, чтобы он видел меня некрасивым... С ним все в порядке? - С внезапным подозрением спросил он братьев.

Те переглянулись.

- Он же ничего не видел! - Нарушил молчание Луисо.

- И что я был должен видеть? И где мой мальчик? - Альеэро приподнялся на кровати, пытаясь спустить с нее дрожащие от слабости ноги.

Братья помялись.

- Тут такое было... - начал рассказ Эрнаандо. - Этот огнедышащий бочонок пожег людей на площади, а потом плюнул огнем на нас...

- Это я помню. Дальше!

- Ты и Вааред упали, а мы натягивали защиту. Кстати, братец, волосы тогда-то и сгорели. Наши девчонки бесстрашно отстреливались огнем. Но тому все было нипочем. Эта тварь развернулась и снова стала заходить на площадь. Твой мальчишка стоял на сцене, а потом, увидев, что ты упал, засветился, словно солнце и обернулся...

- Кем? - Альеэро даже привстал, жадно глядя Эрнаандо в глаза.

- Ты не поверишь. Он - Сааминьш! Мальчишка обернулся черным дракончиком. Взлетев вверх, он спикировал монстру на спину...

- Значит, опять наши соседи! Но, Эрнаандо, я знаю всех Сааминьшей наперечет! У них не было такого дракона!

- Может, внебрачная связь?

- Брось, какая девушка клана захочет родить вне брака? Глупость. Значит, они его прятали. Только зачем? Вот вопрос... Но что было дальше? Извини, я тебя перебил!

- Дракончик смело оседлал чудовище и порвал ему один глаз, а потом и нос. Монстр, естественно, обиделся и рванул за драконом. Твой пацанчик увел его с площади, позволив остановить панику и осмотреть раненых. А потом мы с отцом отправились их искать. И что ты думаешь? Завалил-таки Иржи монстра!

- Где он? Я хочу его видеть!

- Ты только что заявлял обратное, Альеэро!

- Где мой Иржи? О чем вы недоговариваете? Что с ним произошло?

- В-общем, этой мразью, испортившей праздник, оказался братец нашей маменьки.

- Туда ему и дорога. Давно бы сам по-тихому придушил, да отец был против.

- Ну и вот подхватили мы эту дохлую жабу и отнесли матушке. Ее перекосило от горя и злости. Сколько дивных слов мы от нее услышали!

- Отец ее отправил на рудники. - Добавил Луисо.

- Главное, чтобы потом не передумал, как всегда.

- Не успеет. - Спокойно ответил Эрнаандо. - Когда я спускал ее в шахту, клеть случайно сорвалась с троса и упала. А жабы, к сожалению, летать не умеют.

- А дядюшка?

- Она не умела точно. Когда трос починили, я лично спустился проверить. Так что у нас траур. Сразу лишиться двух членов семьи... горе-то какое!

- А не распить ли нам бутылочку на помин души? Заодно по лаборатории дядюшкиной пройдемся. Вдруг что интересное завалялось?

- Вы мне зубы не заговаривайте. Где мой мальчик? - Зрачки Альеэро стали вертикальными, а в золотые глаза стало невозможно смотреть.

- В-общем, он лежал рядом с тушей. Мы попросили гвардейцев его куда-нибудь пристроить...

Над кроватью засверкал золотой дым. Когда он рассеялся, огромный змей быстро сполз вниз и рванул в приоткрытую дверь.

- За ним! - Коротко приказал Эрнаандо и окутался изумрудным дымом.

И скоро за умчавшимся Альеэро по дворцу неслись еще две огромные змеи.


Глава седьмая. Побег.


Очнувшись, Иржи ощутил, что замерз. Открыв глаза и приподняв тяжелую голову, он понял, что лежит в подвале на соломе. Сквозь частую решетку в окне под потолком смутным пятном виднеется темное небо. На голое тело наброшена чья-то шинель. Было такое ощущение, что по телу недавно проехался бульдозер, и страшно хотелось пить. Он потер лоб и, слегка покачиваясь и держась за холодную стену, встал. Удивительно, но парень все помнил до того момента, как издыхающий монстр дохнул какой-то отравой. Видимо, от этого так сильно ломало весь организм. Он потянулся и застонал. В дальнем углу подвала кто-то зашевелился и кашлянул. Иржи повернул голову и увидел лежащего на соломе улыбающегося эльфа.

- Проснулся, красавчик? - поинтересовался он.

- Мы где? - задал Иржи вопрос.

- В тюрьме, голубчик.

- У тебя есть чего-нибудь попить? Голова болит! - пожаловался парень.

- Иди ко мне, подлечу.

Иржи осторожно присел рядом с эльфом, запахиваясь в шинель.

Тот встал на колени, потер руки и правую приблизил ко лбу парнишки.

- Отравление?

- Ну да.

- Сейчас выведем.

Эльф отвязал от пояса флягу, открутил пробку и налил в крышку воды. Потом, немного пошептав над ней, протянул Иржи:

- Пей, не бойся.

Парень залпом выпил жидкость и поблагодарил. В голове постепенно прояснялось, зато пришлось через каждые пять минут бегать в дальний угол.

- Это выходят из организма токсины! - рассмеялся эльф. - Ты кто?

- Художник.

- Из тех, кто промышляет по карманам?

- По карманам после. Сначала - по холсту. А ты?

Светловолосый парень хмыкнул.

- А я - охотник.

- За чужим добром?

- За чужими тайнами.

- Я смотрю, сегодня тайну попытались сделать из тебя?

- Ну да, - легко согласился он. - Особняк оказался защищен не только магически, но и бойцами охраны, от которых я, увы, не смог убежать.

- Эльф, да не смог?

- Не повезло. Я уже убегал, а там хозяйская дочь в постели с молодым слугой... Визгу было!

- Напугал девчонку?

- Не поверишь. Завизжал слуга. Ну а папенька, недолго думая и не разобравшись в ситуации, включил охранный контур. - Скорбно поведал эльф. - После чего меня догнали, дали по голове, оглушенного, повалили на пол, попинали и отправили сюда, как развратителя любимой дщери.

- Тебя-то почему? А слуга? Он же с ней...

- Упав на колени, объяснил, что его насильно раздели и положили в кровать, чтобы не сбежал, выдав тайну совратителя... То есть, меня.

- Так ты собираешь компромат? Любитель поковыряться в чужом грязном белье?

- Зато какие полновесные монеты вылетают из вывернутых карманов...

Эльф засмеялся. А Иржи прислушался. Наверху, у маленького оконца, кто-то возился.

- Эй! - послышался шепот. - Иржи, ты здесь?

- Фаркаш! - юный дракон подскочил к окну. - Как там Альеэро? Он жив?

- Да что ему сделается, змеюке? Только волосы сгорели. А так все в порядке. Ты выбираться думаешь? Знаешь, кого ты грохнул? Братца жены Главы Клана!

- О, я удостоился сидеть в одной клетке с человеком, вытянувшим любовный треугольник в отрезок? Какая прелесть! - Тут же обрадовался эльф.

- Что ты там бубнишь! - снова послышался шепот Фаркаша. - Надо бежать и как можно дальше, пока они про тебя не вспомнили!

- Как?

- Ты художник? Маг? Вот и изобрази выход! Только быстрей, а то скоро вернется караул!

- Слушай, эльф, как нам выбраться на дорогу, противоположную Долине Драконов?

- Южный путь. Идет по континенту до самой крайней его оконечности через долины разных Кланов.

- Фаркаш, беги к Южному пути. Выйдешь за городские ворота и ищи меня там!

Иржи посмотрел на эльфа и поднял с земли кирпичный осколок. Подойдя к стене, он вычертил прямоугольник, в котором нарисовал приоткрытую дверь, а на ней - деревянную ручку.

- Ты останешься здесь или тоже хочешь уйти? - поинтересовался Иржи.

- Он еще спрашивает! - Фыркнул эльф и поднялся с соломы. - Но как мы выйдем?

- Ты меня лечил?

- Лечил.

- А я тебя выведу. Дай мне руку и не бойся.

Иржи взялся за нарисованную ручку и толкнул дверь вперед. Та со скрипом открылась, впустив в темницу запах свежего ветра и спелого разнотравья. Сделав всего один шаг, они уже стояли на пыльной белой дороге под темными небесами. Сзади чернел домами спящий город. Иржи посмотрел вперед и с силой захлопнул нарисованную дверь.

- Восхищен! - Покрутил головой эльф. - Меня зовут Тонимэл. Можно просто - Тони.


Альеэро вихрем влетел к отцу в апартаменты. Тот сидел и грустно перебирал украшения, которые когда-то дарил жене. Увидев сразу трех сыновей в змеиной ипостаси, он подскочил и крикнул:

- Что еще произошло?

Золотистые глаза Альеэро пристально уставились в отцовские. Голова змея от волнения слегка раскачивалась.

- Где мой мальш-шик? - прошипел змей.

- Я думал, что он с тобой! - Удивился отец. - Я приказал отнести его...

- Куда?

- Куда-нибудь... - прошептал Кераано, чувствуя себя последним мерзавцем. За личной трагедией он совершенно забыл о чувствах своего сына.

- Кто из гвардейцсев деш-шурил днем?

- Они, наверное, разошлись по домам...

Три змея в мгновение ока обшарили дворец. Иржи здесь не было, как не было и его друга Йожефа. Комнаты мальчишек не открывались, кровати остались не смятыми.

Испугав ротмистра, командующего караулами и постами охраны ночью,

узнали, кто из гвардейцев ходил забирать тушу монстра и, заодно, мог обратить внимание на маленького дракона.

Поднятые из кроватей поздней ночью сыновьями Клана трясущиеся мужики рассказали, что видели грязного мальчишку, без сознания лежащего на земле. И когда Глава отдал приказ его "оттащить куда-нибудь", двое из них отнесли его в подвал под ратушей в надежде, что завтра с ним точно разберутся и, если ни в чем не виноват, отпустят.

Выйдя на улицу, Альеэро, не глядя на братьев, просто исчез.

- Он у ратуши! - Сказал Луисо.

- И сейчас разберет ее по кирпичику. - Добавил Эрнаандо.

Переглянувшись, они тоже исчезли.

Когда они очутились рядом со зданием, дверь в нем была сорвана с петель, дед-сторож валялся задними брючными карманами кверху в кустах, а магическая сигнализация орала на весь квартал, перемежая завывания со вспышками иллюминации.

- В лесу родилась елочка... - задумчиво произнес Луисо.

- И кто ее родил? Недаром братик наш с тобой сегодня приходил. - Оптимистично закончил Эрнаандо, щелкая пальцами.

Близлежащая округа вздохнула спокойно и перевернулась на другой бок. Но братьям Ромьенусам сразу стали слышны гулкие удары, раздающиеся в недрах крепкого строения.

- Пожалуй, он скоро разнесет его на кирпичики в поисках своего ненаглядного дракончика.

- А мне потом - капитальный ремонт, не предусмотренный статьей расходов! - Пожаловался Луисо. - Пошли, свяжем его, что ли... Все-таки государственное имущество. Да и отчеты не хочется переписывать...

Змеи скользнули в черный проем и понеслись на звуки ударов в подвал здания.

Там, по квадратной, застеленной соломой комнате, метался золотой змей и долбил разбитым в кровь носом нарисованную дверь.

Братья переглянулись и поймали младшенького в силовую ловушку. Но тот все равно упрямо дергался и тяжело, со свистом, дышал. Эрнаандо остановил текущую кровь и, вернув себе человеческий облик, сел на пол напротив брата.

- Что случилось, Альеэро? Где твой мальчик? Он тут был?

Тот словно очнулся и, посмотрев на брата осмысленными глазами, перетек в иную форму.

- Отпусти, - хрипло попросил он. - Я больше не буду буянить. Луисо, извини.

Второй брат, тоже обратившийся человеком, кивнул.

- Он был тут. - Продолжил Альеэро. - Не один. Судя по всему, с эльфом. Тот напоил Иржи восстанавливающим эльфийским коктейлем.

- Видишь, все хорошо, и чего сходить с ума? - Философски заметил Луисо, проводя пальцем по трещинам в фундаменте.

- Что за рисунок? - Эрнаандо кивнул на нарисованную кирпичом дверь.

- Они ушли. Вместе. Рисовал и вел Иржи. Он закрыл ее за собой.

- Твой мальчик оказался полон сюрпризами, братец. Со дня на день ждем драконов! Причем, очень разгневанных, если у них сбежал тот, кого тщательно скрывали.

- Интересно, в какую сторону он побежал? Нам надо срочно его найти.

- Он спас город от многих жертв, а Клан - от несмываемого позора! А вы хотите его отдать, чтобы ребенка снова посадили в домашнюю тюрьму? - Завелся Альеэро. - Он и так испуган всем произошедшим!

- Нет, братишка. - Старший положил руку на плечо младшего, привлекая к себе и обнимая. - Мы его найдем, объясним, что не сердимся, и готовы встать на его защиту.

- По закону мы не можем укрывать сына чужого Клана от его родственников. - Уныло сказал Альеэро.

- Значит, спрячем!

- Он не пойдет на это. Оказавшись свободным, не захочешь прятаться. Он ушел, Эрнаандо! И я больше его не увижу!

Альеэро со вздохом спрятал уже обросшую темно-рыжим волосом голову на плече у старшего брата.

- И хорошо! - Похлопал его по спине Луисо, подмигнув Эрнаандо. - Найдешь себе эльфика. Они краси-и-вые и такие сексуальные... главное, взрослые!

Увидев вспыхнувшие расплавленной яростью золотые глаза Альеэро, братья рассмеялись и хлопнули друг друга по рукам.

- Ну что, малыш, ищем твоего воспитанника? Ночи нынче стоят долгие...

И три змея, вытянув длинные хвосты из ратуши, разползлись по улицам.


Над головами беглецов раскинуло свой шатер чистое звездное небо. Темный хвойный лес на пригорке лениво шевелил лапами в такт легким порывам теплого ветра. В его глубине равнодушно булькала ночная птица. И только наезженный южный путь белел под ногами тонкой летучей пылью.

Иржи поковырял босой ногой тракт, подтянул шинель и улыбнулся эльфу.

- Спасибо, Тони, за снадобье. Я тут посижу, подожду своего друга. А ты иди. - Он потихоньку подошел к обочине и уселся в пыльную траву.

- А чего это ты меня гонишь? - Удивился эльф, садясь в траву рядом. - Я, может, хочу познакомиться с другом столь выдающейся личности.

- Разве ты не торопишься? - Черные глаза на чумазой мордахе пристально посмотрели ему в лицо.

- Не очень. Тем более, мне все равно в ту сторону. Так что пойдем вместе. - Он сорвал травинку и начал задумчиво ее грызть, поглядывая на Иржи.

- Что?

- Я был тогда на площади.

Иржи отвернулся и с тоской посмотрел на оставленный город. Там, в его высоких домах и идеальных улицах затерялись Таринка и Ганик - первые встреченные в этом мире люди. Люди, подобравшие их с Йожефом у горной реки. И Альеэро - странный рыжий Змей с ореховыми глазами в золотистых искринках, ищущий в чужих душах любовь. Художник вздохнул и стянул с растрепанной косы кожаный шнурок с бусинами. Еще сегодня утром Альеэро вплел его в черные волосы Иржи. Он крепко сжал шнурок в кулаке. Ну почему он в последнее время теряет всех, к кому успело привязаться сердце? Как там живет его Бернат? Линду жаль... ну почему же она, так его любившая, не открылась раньше? Может, осталась бы жива, и ему не надо было бы уходить из своего мира...

Он негромко хлюпнул носом. Право слово, сплошное ребячество! Словно с этим маленьким телом он получил от здешней земли и детскую ранимую душу...

- Эй, не плачь! - дотронулся до его руки эльф. - Ты - тот самый дракончик? Из рода Сааминьшей? Ты здорово уделал ту тварь!

- Я сам по себе. - Глухо ответил парень и натянул шинель на голову.

Они сидели и молчали, покуда со стороны города не послышался стук копыт и перезвякивание бубенцов на упряжи. По дороге шуршала колесами ромаальская кибитка. Но не Ганика с Таринкой. Другая. Приземистая и полосатая. Иржи вскочил и замахал руками. Навстречу ему ехала Мама Роза.

Большая и флегматичная рыжая кобыла послушно остановилась рядом с ними, и из кибитки выскочил Йожеф, дожевывая на ходу кусок хлеба. Обняв Иржи, торопливо объяснил, что от голода уже задвоилось в глазах, и он был просто вынужден что-то положить в рот.

- Гляжу, на дороге - ты! И кто-то рядом. Но ведь ты должен быть один! Вот и пришлось подкрепиться, чтобы не казалось! Мама Роза мне объяснила, что после первого оборота тебя надо покормить... Блин, ты опять без одежды? Я всю оставшуюся жизнь должен любоваться твоими тощими телесами? - тараторил Фаркаш, скрывая радость от встречи с другом.

Мама Роза молча спрыгнула с козел и, примотав вожжи к колышку решетки, обняла паренька.

- Ох, и досталось тебе! - Она покачала седой головой. - Думала, умрешь. Пошла искать, да не нашла. Только этого.

Она ткнула узловатым пальцем в скалящегося Фаркаша.

- Внутри есть одежда и салфетки. Забирайтесь. И поешь!

- Мне бы полностью помыться. Такое чувство, словно мной протерли все мостовые города и подоконники под цветочными горшками впридачу! - пожаловался Иржи.

- А я знаю чудесное озерцо неподалеку! - Незаметный в траве эльф поднялся на ноги.

- А это еще кто? - Сразу набычился Фаркаш.

- Мама Роза! - Эльф раскрыл объятья.

- Красавец Тони! - Мама Роза расплылась в улыбке и погладила высокое мужское плечо, поскольку эльф был больше чем наголову выше всех остальных. - Ты снова во что-то вляпался!

- Ты, как всегда, угадала, ромаалка. Но этот чудесный, несколько испачканный юноша меня оттуда вытащил.

- Тогда показывай, где твое озерцо!

Эльф лихо взлетел на козлы и отмотал повод. Мама Роза с удовольствием привалилась рядом. Тронув лошадь, они, похохатывая, начали вспоминать свою предыдущую встречу.

Забираясь внутрь фургона, Иржи зацепился шинелью за порванное в нескольких местах и завязанное жесткой веревкой кольцо, к которому крепился тент. И пока они с Йожефом их расцепляли, шнурок с бусинами соскользнул с худой руки и упал в дорожную пыль. Парни, смеясь, свалились внутрь, чуть не раздавив приготовленную к трапезе колбасу и помидоры. Немного дальше лежала бутылка красного вина.

- О, Фаркаш, это нам дала Мама Роза?

- Это я стащил из Клановой Ложи. Там был столик... Ну, пока суть да дело, ты летал... Я прихватил бутылочку, поднялся и ушел. Ведь после такой заварухи остались бы одни осколки. Да к тому же нам все равно пришлось бы уходить. Змеи не любят драконов. И наоборот. Одна змейская дочурка чего стоила!

- А нас с тобой точно никто не любит. Мы вечно влезаем в чьи-то разборки и семейные дела, в которые не посвящают посторонних, и постоянно убегаем, словно виноваты во всех, накопленных ими, грехах. Наливай, Фаркаш!

- Так некуда, Иржи. Я открою, ты пей так, из горлышка.

- Вот с этого и начинается подростковый алкоголизм. - Философски заметил Иржи и отпил хороший глоток. - Держи. Замечательное вино.

Под дружный хруст огурчиков, смачный чавк помидоров и бульканье быстро пустеющей бутылки, фургон заехал по едва заметной тропинке в лес и остановился на берегу чистейшего маленького озера.

Эльф ловко спрыгнул с козел, галантно ловя Маму Розу. Затем распряг лошадку.

- Заночуем здесь, а завтра поедем потихонечку. Эй, пацаны! Вылезайте! Надо искупать лошадь, да и вам бы неплохо искупаться.

В прорезь полотнища выглянула довольная голова Йожефа и заплетающимся языком сообщила, что им и так весьма неплохо. Удивленный эльф приподнял ровные темные брови и засунул нос с фургон. Там, в обнимку с пустой бутылкой, спал, накрывшись длинными черными волосами, его спаситель.

- Оп-паньки! Мама Роза, эти поросята вдвоем выпили бутылку крепкого коллекционного вина!

- Ох, Тони, после такого потрясения я бы и от самогона не отказалась. - Вздохнула женщина. - Но помыться все же придется. Разбуди его, красавчик!

Эльф усмехнулся и щелкнул пальцами. Иржи поднял тяжелую голову со слипающимися глазами.

- Вставай, парень. Негоже разносить грязь в чужом доме!

Мальчишки со вздохами вылезли наружу, взяли за узду лошадку, мыло со скребком, и углубились в холодные воды озера. Через какое-то время они уже с удовольствием плескались вокруг лошади, смывая с себя и с нее пыль.

Тони лопаткой быстро снял кусок дерна и поставил на землю портативную плитку, работающую на магических кристаллах из горного хрусталя, заряжаемого магами специально для походных условий жизни. А Мама Роза сходила за водой к прозрачному ручейку, впадающему в водоем. И в большой кастрюле скоро забулькала вода. Тони засыпал промытую крупу, бросил корешки и, что-то приговаривая, начал помешивать быстро густеющую кашу.

Парнишки, тем временем, выбрались из озера и стреножили лошадку, отведя ее на край поляны. Та с удовольствием начала хрумкать высокую и сочную траву у воды. Фаркаш полез в фургон за одеждой, а Иржи выкручивал длинные волосы. Они уже спускались ниже спины.

- Мама Роза, а расческа у вас есть? - Он с надеждой взглянул на нее блеснувшими в темноте глазами.

- Ты не умеешь ухаживать за волосами? - Прищурил глаза эльф. - Но бытовой магии детей Клана учат с детства...

Иржи молча развернулся и подошел к фургону.

- Йожеф, дай мне что-нибудь на себя надеть!

Довольный Фаркаш выпрыгнул, протягивая другу штаны и длинную рубаху.

- А ботинки я тебе отдам свои, - деловито сказал он, присаживаясь на землю и развязывая шнуровку, - правда они немного великоваты, но мы укоротим рубаху и намотаем портянки! А доберемся до лавки, купим сапоги. Я денежки-то с собой захватил! Теперь моя очередь тебя содержать, господин!

Фаркаш засмеялся.

Иржи, закрутив длинные волосы и перекинув их за спину, надел штаны, застегнул рубаху и сказал:

- Пойдем, Йожеф, у нас своя дорога. Спасибо, Мама Роза, и прощайте.

По следам фургона он углубился в лес. Фаркаш торопливо завязал непослушную шнуровку и, тихо ругнувшись, побежал за другом.

Мама Роза выразительно посмотрела на Тони. Тот опустил глаза, но упрямо проговорил:

- Я сказал правду.

- Его ничему не учили, Тони. Если бы он знал то, что знают сыновья Кланов в этом возрасте, он бы не сидел здесь и не бегал по чужим землям. Он драконом-то обернулся от страха!

- Ну, ничего себе страх! Когда боятся, убегают так, что сверкают пятки. А он колдуна забодал!

- Догони его и, пожалуйста, помоги.

Эльф поднялся и зашагал вслед за ушедшими ребятами.

Мальчишки уныло сидели на траве и тихо разговаривали. Увидев приближающегося эльфа, они сделали вид, что совершенно его не замечают. Но тот подошел к ним и сел напротив Иржи, бесцеремонно подхватив его ступню. Парень задохнулся возмущением, а Фаркаш вскочил, перетекая в боевую стойку.

- И ты с такими нежными ножками хочешь идти босиком? - Он поставил ногу обратно и сел рядом. - Я научу тебя сушить волосы. Это несложно. Сначала ты вызываешь ветер.

- Не слушай его, Иржи!

- Наоборот, слушай, когда тебя хотят научить чему-то необходимому в жизни. Итак, ты вызываешь ветер. От силы произнесения заклинания зависит его скорость и температура. Слушай.

И он тихо-тихо сказал:

- motus...

Легкий ветерок закружился вокруг Тони, развевая его светлые волосы.

- А теперь так: motus! - Голос прозвучал громче, а ветер закрутился быстрее, творя из ухоженных волос воронье гнездо. - Prohibere.

Ветер послушно улегся.

- Теперь устанавливаем температуру: motus calorem и добавляем вектор. - Он выставил галочкой рядом с головой два пальца и сказал: - circa, et aequaliter.

Теплый ветер послушно закрутился вокруг его волос, подсушивая и раскладывая волоски.

- Prohibere. Теперь пробуй сам.

Иржи усмехнулся и без запинки повторил все то, что объяснил Тони, только заключительным словом использовал ambulare. И теплый ветерок, вильнувши хвостом, растворился среди елей.

Теплые и сухие волосы густой черной волной лежали на спине.

- Спасибо. - Вежливо поблагодарил он. - Никогда бы не догадался, что мертвая латынь может быть настолько живой.

Он заплел свободную косу и сказал:

- Tenere in arta.

И волосы, словно обработанные муссом для укладки, легли волосок к волоску, не пытаясь нарушить прическу.

- И откуда ты знаешь колдовской язык, раз тебя не учили? - поинтересовался Тони.

- Языку-то учили. Только как им пользоваться, не объяснили. - Вздохнул Иржи.

А потом его глаза вспыхнули и засияли неожиданной мыслью.

- У кого-нибудь есть карандаш и бумага?

- У Мамы Розы, возможно.

- Пошли, хочу попробовать! - Теперь парень, шипя от впивающихся в нежную кожу стоп колючек, вприпрыжку бежал обратно к фургону.

- Мама Роза! - закричал он, подлетая к задремавшей у плитки ромаалке.

Та вздрогнула, но, открыв глаза, улыбнулась:

- Что, мальчик?

- У вас в фургоне есть бумага и карандаш? - Он даже приплясывал от нетерпения.

- В ящике под сидением. - Мама Роза посмотрела на парнишек и эльфа. Теплые вишневые глаза засветились лукавой улыбкой.

Иржи выхватил лист бумаги и карандаш. Потом сел на землю, скрестив под собой ноги. И скоро на бумаге появился трехмерный рисунок высоких кроссовок.

- Propono in aere

Прозрачное изображение закрутилось в воздухе.

- ad augmentum

Рисунок подрос в размере...

- magis

...становясь больше...

- mollis nulla in summon

...покрываясь прямо на глазах мягкой кожей сверху...

- crassus cutis in imo

... и толстой кожей снизу.

- ad gluten summis

Швы крепко прилипли друг к другу.

- pingere brown

Готовая грубоватая обувь стала коричневой.

Иржи вытянул руки, и ботинки встали на них.

- Я молодец? - радостно спросил он находящихся в растерянности Маму Розу и Тони. - До лавки доживут... наверное.


Змеи вновь встретились на центральной площади и обменялись взглядами.

"Я - к западным воротам!"

"Я - к южным!"

"Мне, как всегда, самое неинтересное - восток. Вряд ли он туда направился!"

"Но проверить все же стоит!"


Уткнувшиеся друг в друга головами мальчишки крепко спали, завернувшись в расстеленное прямо на траве толстое одеяло. Эльф снял с земляного прямоугольника плитку. Кастрюлю с недоеденной кашей поставил в холодную воду ручейка, чтобы до завтра она не испортилась. Туда же опустил в котелке огурцы. Потом вытащил из кибитки топорик и разрубил старую сухую ветку, залежавшуюся с прошлого года в густом хвойном подлеске. Сложив аккуратным колодцем полешки и сунув внутрь сухую траву, сорванную на солнечной обочине, он зажег маленький костерок.

Мама Роза давно спала в кибитке. Человеческий век так короток! Прежняя веселая и смешливая девчонка, с которой он когда-то познакомился на пустынной дороге, поседела и покрылась морщинами, разменяв шестой десяток. Нежные пальчики, которые он с удовольствием целовал ночами, огрубели, а ногти пожелтели и поломались. Но в темно-вишневых глазах появилась какая-то светлая печаль и материнская мудрость, хотя эльф точно знал, что детей у ромаалки не было, впрочем, как и мужа. Когда-то она нагадала ему, что долго он будет скитаться по белу свету, пока не найдет свою единственную любовь. "Да и не нужна она мне, все красивые девушки и так мои!" - шутил он, не представляя, как иногда, глухими темными ночами, перебираясь из одного города в другой, он будет сожалеть, что не имеет дома, в который хотелось бы возвращаться... Но эльфийки Серебряного Леса, откуда он был родом, задирали нос, проходя мимо молодого эльфа, большее время года живущего неизвестно где и лишь иногда навещающего своих родителей, братьев и сестер. Да и среди них он считался отщепенцем, этаким уродцем, променявшим торжественность и благолепие высоких деревьев на суету Клановых городов и возню с человеческими, да и не только, пороками. Ибо работал эльф в детективном агентстве, окунаясь каждый день в муть посторонней жизни со всеми негативными ее проявлениями, начиная с тайных измен и заканчивая похищениями и убийствами. Брался он практически за любое расследование, лишь бы заказчик хорошо платил. И в этот раз, отправляясь в столицу Клана Змей, он положил на свой счет замечательно круглую сумму с несколькими нулями в конце, хотя дело того вроде бы и не стоило.

Весьма известный в человеческих купеческих кругах господин Езелик Горта решил выгодно женить своего старшего сына на дочери дальнего, но надежного партнера по бизнесу, живущего в Городе Темной Воды, и заданием Тони было собрать все сведения об этой девушке и ее семье. Прожив в городе три дня и походив по ближайшим к дому купца трактирам, Тони узнал все, что надо, ибо слуги, вырываясь на волю после напряженного рабочего дня, отрываются по полной, вываливая в заботливо развешанные уши всю подноготную своих хозяев. Но, как известно, одних россказней для утверждения истины слишком мало, поэтому необходимо было эти сведения подтвердить видеозаписью. И вот, в День Схождения Змея, прикормленный им кухонный мальчишка прибежал в гостиницу и рассказал, что дочка, в отсутствии папеньки, собирающегося посетить центральную площадь и посмотреть на артистов, договорилась встретиться в своей спальне с секретарем господина купца, смазливым и порочным юношей, поочередно прыгающим в кровать то к дочке, то к ее матери, а то и к самому папочке. Подготовив аппаратуру с записывающим магическим кристаллом, Тони в ожидании часа икс решил тоже прогуляться по праздничным улицам. Хорошо, что оговоренное время уже приблизилось, и он практически вышел с площади, когда налетел монстр. Схватка в воздухе была весьма захватывающей, но дело, за которое уже уплачены деньги, прежде всего, и эльф побежал к дому купца. Проскользнув в распахнутую калитку, он сунул мальцу оговоренную сумму и поднялся на третий этаж особняка. Немного постояв за портьерой напротив дочкиной спальни, он дождался секретаря. А потом - характерных звуков, говорящих о том, что можно заходить и писать. Он и вошел. Съемка получилась яркой и впечатляющей: два голых тела, одно вверху, другое - на четвереньках с выпученными глазами, ярко обнажали имеющую место неприкрытую правду. Только он не учел одного: с площади в панике вернулись мать и отец. И откликаясь на визг секретаря, они тут же включили магическую охрану дома. Ну а потом началось: за ним бегала охрана, родители и сама дочь, в конечном итоге заявившая, что эльф хотел ее совратить. Аппаратуру пришлось бросить. Но записанный кристалл, слава Богам, остался цел и хранился в той самой фляге, настоем из которой он в тюрьме поил Иржи, и благодаря кому оказался на свободе, а не в рудниках. Интересно судьба расставляет приоритеты: мальчишка, спасший город, оказывается в той же тюрьме, где сидит эльф, разоблачивший вольную нравами семейку. Спрашивается, куда подевалась справедливость?

Тони хмыкнул и помешал полешки. Теплый красный свет догорающих углей бликами играл на его лице и руках. Где-то вверху зажелтело небо, возвещая о скором рассвете. И хоть эльфы спят немного, им тоже надо когда-то отдыхать. Поэтому Тони набрал воды и, залив костерок, улегся на траву, закрыв плечи старой курткой.

Макушки высоких елей слегка шевелились над скованной сном стоянкой, помахивая толстыми лапами, разбуженными теплым ветерком, отпущенным Иржи на свободу.


В этот ранний рассветный час три змея собрались у ворот, ведущих на южный путь, и обернулись людской ипостасью.

- Он там. - Сказал Альеэро, сверкая золотыми глазами. - Я чувствую его магию. Пока он недалеко ушел, мы сможем быстро его найти!

Эрнаандо с болью посмотрел в яркие глаза брата и вздохнул:

- Давай...

Обернувшись змеями, они стремительно понеслись на юг.

И вот, спустя некоторое время, они внезапно закрутились на одном месте. Альеэро обернулся и присел на корточки, разгребая рукой дорожную пыль. Что-то оттуда выхватив, он поднялся на ноги и закрыл ладонями лицо. Обернутый вокруг пальцев тонкий кожаный шнурок с бусинками сиротливо свешивал свои кончики до самых локтей.

- Он выбросил мой подарок... мой дракончик не вернется уже никогда! И я совсем не чувствую его след!

Эрнаандо покачал головой, аккуратно прихватил безутешного Альеэро своим хвостом и исчез вместе с ним. Луисо пристально посмотрел на светлеющий в пробивающих горизонт лучах недалекий лесок и тоже покачал головой. Младшенького было жалко. Так привязался к мальчишке! Но на его глазах он постоянно к кому-нибудь привязывался... может, не так сильно, но время лечит.

"Omnia transit, et hoc transiet*, - кажется, так говорили предки" - подумал Змей, зевнул, показывая клыки восходящему солнцу, и исчез. Лишь над опустевшей дорогой закрутился столбиком маленький пылевой вихрик.

*(все проходит, и это пройдет - лат.)


Глава восьмая. В которой Черные Драконы находят общий язык с Подгорными Змеями, а Иржи и Йожеф находят деньги для мамы Розы.


Тем временем, в Скалистом Замке Клана Черных Драконов, Саэрей Сааминьш неспешно позавтракал, посмотрел на ясное небо за окном и потер руки. Теперь он точно знал, в какую сторону занесло его обиженного родственника.

Вечером, отговорившись от домочадцев желанием полетать над горами в лучах заката, он двинул в сторону южного пути, берущего начало в Северных Тролльих Горах и заканчивающегося на самом южном мысе континента. Но в горах мальчику делать было нечего, следовательно, покинуть земли Клана он мог лишь в одном направлении - на юг, в земли Клана Змей. И точно. Приземлившись на дорогу, но не нарушая границы соседей, он потянул носом. А нос потащил его с тракта в сторону недалекого проселка, ведущего свой путь среди соленых скал. И вот она, дыра в магической защите территории Клана, предупреждающей хозяев о том, что в их долине появились чужаки. Сейчас на это никто не обращает внимания, ставя защиту скорее по привычке. Но были периоды в начале времен, когда Кланы решали вопросы отнюдь не переговорами. Молодость мира... Энергия прет впереди умных мыслей... Слава Богам, что живут они в спокойные времена, и дети растут, не ведая страха быстрой и беспощадной смерти!

Саэрей удостоверился в истинности следов, заделал прорыв и, подпрыгнув, взметнулся в фиолетово-алое закатное небо.

И вот теперь, с самого утра, он собирался посетить с дружеским визитом Клан соседей. Тем более что был и официальный повод: вчера Змеи отмечали праздник своей долины. Надо бы в подарок приготовить какой-нибудь симпатичный камешек, заставящий позабыть вечный вопрос, который Змеи задают каждую встречу: "А где наша дочь?". Самое смешное, что летит он к ним с аналогичным вопросом: "А вы не видали моего сына?" Ибо Глава Клана, хорошенько подумав, решил усыновить своего дальнего потомка.

Нацепив кожаное лётное одеяние, он прошел в сокровищницу. Да... Камней у него было много. Но нужно найти такой, чтобы глаза сверкали, а неприятных мыслей в головах не оставалось. Поковырявшись в шкатулках, он вытянул подвеску из тааффеита в платине и положил на ладонь. Сиреневый камень таинственно мерцал своими глубинами в неярком свете Клановой сокровищницы. Действительно, замечательный дар! Чудесная вещь, встречающаяся в живой природе исключительно редко. Да и в драконьих глубоких шахтах эти кристаллы выращивались с огромным трудом, в течение многих сотен лет. Слишком специфичные условия приходилось создавать для их роста и развития. А какими уникальными свойствами обладал этот природный самоцвет! Носящее этот камень существо успокаивалось, появлялась уверенность в себе, создающая для владельца камня благополучие и, самое главное, в личной жизни воцарялась гармония и истинная любовь!

Конечно, камень отдавать было жалко. У самого Дракона их было всего двенадцать штук. Но, возможно, в смелом черноволосом мальчишке заключено будущее их Клана? Глядя на поведение Юори, Саэрэй отчего-то стал сомневаться в своем выборе преемника.

Глава сжал губы и решительно запихнул подвеску в глубокий внутренний карман, захлопнул шкатулку и накрепко запер сокровищницу, ибо нечего в нее заходить без особой надобности. Выйдя на летный козырек, он поглядел на вставшее из-за гор голубое солнце, яркой монеткой сиявшее в фиолетово - синем небе и трансформировался в дракона. Широкие могучие крылья с радостью набирали высоту, разворачивая тело в сторону южного соседа. Глянув вниз, он с удовольствием полюбовался своей долиной: леса и поля, озера и реки! Небольшие, малоэтажные города, расположенные на пересечениях дорог. Где-то уже встали люди, выгоняя скотину на выпас и принимаясь за каждодневные труды. А в конце этой огромной чаши, зажатой со всех сторон горами, где стекала со склонов прозрачная и полноводная река, стоял, серебрясь на солнце узкими листьями, Вековечный Эльфийский лес. Напротив него, на восточном склоне, трудолюбивые гномы прогрызли в каменной толще свой город, из щелей которого иногда наружу вылетали загадочные дымки разного цвета. Гномы уверяли Правителей, что это совсем безвредно и отдаривались превосходным оружием, украшавшим впоследствии сокровищницы и стены дворцов. И лишь горные тролли независимо жили в пещерах за снежными вершинами, периодически снисходя до обитателей "низин", привозя на осенние ярмарки выделанные кожи, меха и великолепные сыры. И так было практически во всех долинах, из которых состоял этот континент.

Дракон почти подлетел к границе, когда от земли поднялась темная точка и помчалась навстречу, увеличиваясь в размерах. И вот уже скоро вокруг него закружилась молодая изящная драконица.

- "Возвращайся домой!"

- "И не подумаю, я с тобой, дядюшка! Мне так интересно! Хочется пообщаться с кем-нибудь не из нашего Клана! Не гони!" - взмолилась она.

- "Замуж захотелось?" - понимающе хмыкнул дракон и кивнул головой.

- "Да ну Вас, дядюшка, Вы наговорите еще..." - Драконица похлопала глазками и пристроилась сбоку и чуть сзади Саэрэя.

- "Да, а разговаривать все-таки придется. Как не крути хвостом." - подумал дракон и решительно прибавил скорость.


Дворец Подгорных Змеев еще спал, отходя после вчерашнего нападения, ибо змеи допоздна лечили раненых вместе с белыми магами, чистили площадь и восстанавливали разрушенные серым жабом дома. Убирали следы пожарищ и сжигали затоптанные в панике трупы. А также принимали документы на выплату компенсации семьям, потерявшим в этом столпотворении своих близких. Поэтому когда в спальне Главы Клана сработал сигнал о нарушении воздушного пространства города, он подскочил с кровати, словно ошпаренный и бросился к окнам. В его дверь тут же забарабанили и закричали гвардейцы:

- Господин Кераано! Над городом драконы!

Ромьенус, стирая со лба выступивший пот и унимая в руках дрожь, надел халат и открыл спальню.

- Это соседи! - буркнул он перепуганным солдатам. - Уже пожаловали искать свою пропажу!

И дал распоряжение тоже стоящему в наскоро запахнутом халате камердинеру:

- Одевайся, распорядись, чтобы накрыли завтрак и на драконов тоже, разбуди братьев. Остальные пусть отсыпаются. Да, девочки проснутся, скажи, пусть вместе с Эрнаандо и Альеэро посмотрят лаборатории шурина, мать его за ногу...

И пошел надевать парадную одежду.

Приземлившиеся на центральной площади города драконы были поражены полным отсутствием на ней народа и закрытыми в домах ставнями. Кое-где на стенах домов виднелись подкопченные пламенем пятна.

Обернувшись, Глава Клана сказал девушке:

- Видно, весело вчера провели время! До сих пор отсыпаются. Интересно, нас кто-нибудь выйдет встречать, или садиться прямо на крышу их дворца?

- Вчера надо было лететь! Погуляли бы... - мечтательно произнесла девушка, с жадностью оглядывая городские виды. - Я не была здесь с самого детства! Какие высоченные дома! И как люди в них живут?

- Доброе утро! - рядом с ними появился молодой человек с фамильными рыжими волосами в нарядной одежде. - Смею Вас уверить, сударыня, с удовольствием, так же как и гномы, тролли и эльфы. Последних, правда, меньшинство. А на окраинах, в малоэтажках рядом с парком, селятся на зиму дриады. В деревьях слишком холодно, вот они и отдают предпочтения теплым квартирам.

- Ха, Эрнаандо! Рад видеть тебя, мальчик! - И Дракон первым протянул руку сыну Клана Змеев.

- Здравствуй, Саэрэй! Приветствую вас на земле Клана. - Наклонив голову, произнес традиционную фразу Эрнаандо. - Извините за скомканную встречу, но вы подняли нас с постелей. Поэтому давайте без церемоний. Держитесь за руку. - Он протянул Драконам свою теплую и сухую руку, перенося их прямо во дворец.

- Приветствую вас в нашем доме! - еще раз сказал старший сын. - Отец уже ждет к завтраку!

И парень, мелькая впереди рыжей косой, повел их в столовую.

- Дядя, какой он симпатичный! - прошептала на ухо Сааминьшу молодая драконица.

Эрнаандо услышал и искривил рот в усмешке. Постоянно находясь рядом с младшеньким, в свой адрес он таких слов не слышал практически никогда.

Вышколенные гвардейцы распахнули высокие, инкрустированные дорогими породами дерева, двери. В огромной столовой, за длинным столом, накрытым всего на шесть персон, сидел мрачный Кераано, преувеличенно бодрый Луисо и младшенький Альеэро, с короткими, до плеч, волосами, но не торчащими в разные стороны, как раньше, а уложенными аккуратной шапочкой. Чрезмерно накрашенными глазами он упрямо рассматривал пустую тарелку.

Едва в дверях появились гости, вся троица встала, приветствуя соседей.

- Здравствуйте! С праздничком! - Оптимистично поприветствовал хозяев Саэрэй. - Рад всех видеть в добром здравии! Как дочки? Как супруга? - поинтересовался он, присаживаясь за стол и обратив внимание, как при этих словах скривилось лицо Главы Клана Змей.

- Что-то случилось? - Встревожено спросил он и, на всякий случай вызывая к себе сочувствие, поделился: - Мой Юори тоже наворотил дел, наследничек...

Кераано поднял голову и внимательно посмотрел в черные глаза Сааминьша изумрудно-ярким взглядом. Тот даже поежился и повторил вопрос, уже тревожно оглядывая Змей:

- Что у вас приключилось? Вы словно сами не в себе...

- Мы расскажем все, если ты, Саэрэй, ответишь на один вопрос.

- Вероятно, о Эвангелине? - Вздохнул тот.

- Именно так. - Взгляды всех Змей скрестились на Сааминьше.

Тот вздохнул и завозился на стуле, устраиваясь поудобнее. Дальше от этого разговора бегать было глупо и бессмысленно.

- Ну, если коротко, то твой шурин, Кераано, занимался запретной черной магией. И научил ее основам девчонку. Где уж она прокололась, не знаю, но ее поймали инквизиторы и, лишив магии, сослали в умирающий человеческий мир. И мой балбес со своей антилопой сбежал туда же в надежде, что моя карающая длань его не достанет. Там твоя дочушка, помня черномагические обряды, начала убивать людей, чтобы наполнить резерв. Но от человеков слишком мизерная отдача, да и мир на магию оказался беден. Увидев Юори с Лайриной, она соблазнила его, используя свои знания, и убила, пополнив на несколько веков свой резерв, но, видимо, недостаточно, чтобы вернуться обратно. А потом убивала каждое его воплощение, и потомков, пока ее, при исполнении обряда, наконец, не зарезали саму. Вот, вкратце, как-то так обстояло дело.

Кераано закрыл лицо руками.

- Ну, хочешь, я попрошу прощения? А мои дети ни в чем не виноваты, можешь подать запрос инквизиторам, они подтвердят каждое слово!

Через несколько мгновений, отняв руки от сухих глаз, он сказал:

- Это я, Саэрэй, должен просить у тебя прощения. И у своих детей. Сколько десятилетий они терпели этот гадючник...

- Это ты о чем, Кераано? О шурине?

- Да. Надо было выдать его инквизиторам или придушить потихоньку в его же подвале. А я все надеялся, что она, увидя мою доброту, образумится! Тащи бутылки! - велел он молодому человеку, стоящему за креслами.

Разлив золотистое вино по бокалам, Кераано поднял свой.

- Давайте помянем тех моих подданных, которые погибли только из-за того, что я слишком любил свою жену. - И он опрокинул в себя золотую жидкость. Молодой человек снова наполнил бокалы, поскольку вино выпили все.

- Представляешь, он вчера обернулся летающим монстром и решил всех нас, весь клан, уничтожить...

- А твоя жена? Она тоже могла пострадать!

- Она предусмотрительно села в сторонке. Знаешь, что она мне сказала? Что у нее был всего один ребенок - Эвангелина. А все остальные - мои дети...

Братья, этого не знавшие, крепко сжали кулаки.

- Скажи, - Саэрэй медленно смаковал второй бокал, - а эта девушка точно была твоей дочерью? Уж очень она не похожа на вас. - Он кивнул на рыжие головы братьев.

- Ты прав, Саэрэй, не была. Они были любовниками.

- И как ты мог это терпеть в своем доме, друг? Что думали об этом твои ребята?

- Терпели ради отца. - Пожал плечами Эрнаандо. - А так давно бы уничтожили этих жаб с их магией. Так что скорее мы виноваты перед твоей семьей и Юори.

- Ничего, ему было полезно немного набраться ума. Да только он, обормот, все равно мало чему научился. Разве что не пропускать ни единой юбки в своем поле зрения. - Он допил бокал и поставил его на стол. - А скажите, соседи, к вам не забредал мальчишка с другом? Такой черненький, с длинными волосами, небольшого роста? А?

И тут, до этого сидевший опустив глаза, Альеэро уткнулся в золотым взглядом прямо в темные очи дракона.

- Кто он тебе, Сааминьш-ш? Только не ври, что у тебя есть незаконный сын!

Саэрэй, именно так и хотевший сказать, посмотрел на остальных Змеев. Восемь полыхающих глаз, казалось, прожгли его до печенки.

- А что он натворил? - Дракон, готовясь к драке, проглотил третий бокал.

- Он нас спас, Саэрэй. Он не побоялся убить колдуна. - Медленно сказал Кераано. - И мне бы хотелось знать, кем этот мальчик тебе приходится, и почему сбежал из твоего Дома.

- А, может, мы говорим о разных детях? - С надеждой спросил Сааминьш. - У моего глаза такие красивые, в пушистых ресницах и, как у меня, черные...

- Да, Сааминьш-ш... И он умеет оборач-шиваться драконом... - прошипел Альеэро, с ненавистью глядя на Саэрэя. - Но больш-ше не умеет нич-шего... Я леч-шил его от магич-шеского истош-щения... Ш-што ты с ним делал, дракон?

Тот замялся, не зная как им рассказать то, что самому казалось полным абсурдом, несмотря на честное слово Юори. Но неискушенная в политических интригах, да и, к тому же, выпившая вина, юная драконица удивленно посмотрела на Змеев и выпалила:

- Да он же пришел за Юори! Он - его последний потомок!

- Как интересно закручиваются события, Сааминьш! - прищурился Кераано. - Только не говори мне, что этот мальчик принимал участие в убийстве моей дочери.

- Я и не говорю. - Пожал тот плечами. - Плесни мне еще винца! - Кивком головы позвал он молодого человека. - А Эвангелина - не твоя дочь.

Кераано посмотрел на Саэрэя и неожиданно рассмеялся.

- Не моя дочь, не твой сын... Вот времена настали! За это точно надо выпить!

Глаза всех Змеев неожиданно потухли, словно солнце, отраженное в них, ушло за горизонт. Дорогое коллекционное вино снова зажурчало в бокалы. Молодая драконица, выпившая на голодный желудок четвертый бокал, откровенно строила глазки сразу трем братьям.

- Так расскажите мне, что тут учудил мой мальчишка? - попросил расслабившийся Саэрэй.

- Не-ет! - покачал пальцем Кераано. - Началось все с тебя. Вот и рассказывай. Давай - давай!

Саминьш грустно вздохнул.

- Когда Юори и Лайрина снова появились в замке, прошло лишь полгода после их исчезновения. Они особенно не распространялись о своей жизни, отговорившись тем, что пересидели мой гнев в одном из миров. А еще через год мой замок сотряс страшный грохот. Вот так у меня появился новый родственник, прибывший в гости с другом. И Юори ничего не оставалось делать, как рассказать все то, что на самом деле с ним там произошло. Этот мальчик в своем мире был весьма известным художником. Считающим себя человеком и воспитанным, как человек. Пока его не нашла Эвангелина. Я говорил, что она охотилась за потомками Сааминьша? Он был последним в нашем роду в том мире. Юори тогда был глубоко бестелесным и, как его жена, намертво привязанным к тому миру. Но мой мальчик, хоть и бабник, но не болван. Он знал, что сможет попасть домой, если кто-то из его рода, будучи магом, проведет обряд обретения плоти. Но вся беда в том, что магов среди его потомков не было. Только его собственные воплощения, которые он от всей души дарил твоей Эвангелине.

- А как на все это смотрела его жена?

- Во плоти - не смотрела. А в бестелесном состоянии - смотри, не смотри...толку-то. И так получилось, что в этом молодом человеке проснулась наследная магия. И он не только справился с черной колдуньей, но и провел обряд, напитав круг такой силой, что все три воплощения Юори разошлись по мирам. Не думаю, что он хотел попасть сюда намеренно. Но так получилось, что когда он все это творил, на него обратили внимание некие сущности, которым не понравилась обретенная им сила. Девушка - инквизитор, влюбленная в него, хотела спрятать своего парня где-нибудь до выяснения, но ее убили на следующий день после обряда.

- Но как мальчик оказался здесь?

- У Юори был семейный одноразовый портал. Но этот балбес умудрился его потерять. А Иржи нашел.

- Но почему ты его отпустил? Ему надо учиться в Академии!

- А, - махнул рукой Сааминьш, - Юори сказал, что парню здесь не рады. Так знаешь, что он вычудил? Из моего замка скакнул сразу на твою территорию!

- После чего мы выхаживали его от магического истощения. - Сообщил Эрнаандо.

- Мы тут подумали, - начал Кераано, - если парень не пришелся к вашему двору, отдайте его нам. Мы примем его в Клан и дадим свое родовое имя. Вон Альеэро по нему так страдает!

- А где он? - внезапно забеспокоился Саэрэй. - Или он тоже от вас сбежал?

Дракон обвел внимательным взглядом понурые лица Змеев. Альеэро закрыл лицо рукой, в пальцах которой запутался простенький кожаный шнурок с бусинками.

- Ха-а...колобок-колобок, он от дедушки убег и от бабушки убег, погуляв у всех денек...- Саэрей задумался. - Или вы его тоже умудрились обидеть? А ведь он вас спасал...

Дракон встал и немного покачнулся. Вино было крепким.

- Значит, так. - Он наклонился над столом и обвел всех Змеев черными глазами. - Мальчика я вам не отдам! Дружить - пожалуйста. Может, я из него выращу Главу Клана! А хотите, вот - Каарина. Драконица приятная во всех отношениях. Может, снова попытаемся породниться? Тогда и делить будет нечего, то есть, некого. Одна, все-таки, семья.

Кераано и два брата с интересом оглядели неожиданное предложение, трепетавшее ресничками и показывающее белые зубки.

- Мы подумаем. - Пообещал Эрнаандо. - Но пока, понимаю, на повестке дня у нас один вопрос: куда отправился Иржи?

Альеэро оторвал руку ото лба и сказал:

- Я порталом пойду в близлежащий город на южном пути, предупрежу градоправителя и гвардейцев. Да и сам поброжу в окрестностях.

- Мне кажется, что он будет искать возможность поступить в Академию. Надо предупредить ректора. - Высказался Луисо.

- Академий по континенту аж четыре. И куда он двинет? - Подумал вслух Саэрэй. - Да и как он поступит без денег и рекомендаций?

- А в чьей долине Академия совместная? И для темных, и для светлых? Йожеф-то - светлый. А Иржи его не бросит. Да и тот мальчишка не оставит друга.

- Так у саламандр! - Воскликнул Сааминьш. - Я слетаю туда сам! Прямо сейчас!

И тяжело рухнул на стул.

- Нет уж. Сегодня - слишком трудный день. Отдыхаем и отсыпаемся. А завтра - по коням! - Решил Кераано и сам налил себе бокал.

Остальные дождались предупредительного молодого человека.

Альеэро встал из-за стола.

- Отец, я полетел. Не могу ждать, сердце не на месте. Вдруг с ним что случилось?

- Перестань, - Эрнаандо положил свою руку на ладонь брата, - ну что с ним может случиться? Прогуляется в компании Йожефа и эльфа от города до города. Делов-то!

- К бесам эльфов! Жеманные придурки! - зарычал Альеэро и вылетел из столовой.

- Что это с ним? - Кивнул Саэрэй на хлопнувшую дверь.

- Страдает. - Вздохнул Кераано.

- Ревнует! - Хохотнул Луисо.

- Вы мне мальчика не портите своими... - Саэрэй помотал в воздухе рукой, - фантазиями! Он - настоящий Сааминьш! Мужик!

- Альеэро в курсе. - Кивнул Кераано и налил еще вина. - Эй, кто-нибудь, отнесите девочку в спальню!

- А я вам по-соседски приготовил подарок! - похвастался Дракон и полез во внутренний карман. - Вот! Угадайте, что за камень!

Он нетвердой рукой покачал подвеской перед Змеями.

- Неужели... не верю своим глазам... Саэрэй! И не жалко тебе? - Кераано привстал, захватывая подвеску рукой. - Какой цвет! Какая глубина! Второй раз в жизни вижу подобное чудо!

- Бери! - Сааминьш откинулся на спинку кресла и отпустил руку от цепочки. - Теперь он - твой!

- Что это за камень? - Поинтересовался Луисо. - Какой-то особенный?

- Чрезвычайно редко встречающийся, выросший в глубинах земли магический кристалл чистейшей воды. Называется тааффеит.

- Что он может?

- Помогает обрести любовь и счастье, сын.

- Ты, Саэрэй, хитрый старый дракон! Девочка с подвеской в обмен на мальчика? - Сощурил глаза почти трезвый Эрнаандо. - Но захочет ли Иржи вернуться? Вот в чем вопрос.


Голубое солнце осветило яркими лучами макушки высоких хвойников, когда эльф разбудил Иржи и Йожефа. Те потянулись, зевнули и пару раз заехали друг другу локтями. Коленка Иржи, норовившая стукнуть вольготно раскинувшегося Фаркаша, неожиданно въехала во что-то мягкое. Это что-то подвинулось, фыркнуло и заурчало.

- Марж! - Иржи сел и, протянув руки, обнял дымчатую, в белых разводах, голову. - Где же ты была, моя хорошая?

Йонси не ответила, но голубые глаза светились радостью, а длинные ушки сами подставлялись под руку.

- Ого! - Вернувшийся от ручья эльф увидел лежащее на одеяле вместе с мальчишками пушистое создание. - Как вы смогли ее приручить?

- Это не мы ее, а она нас. - Заметил Фаркаш. - Хотя я думал, что она навсегда потерялась в змейском городе.

Тони присел на корточки рядом с Иржи.

- Здравствуй, лесная колдунья! Говорят, ты можешь исполнить любое желание?

Йонси посмотрела на него испуганными глазами и спрятала мордочку в руках Иржи. Тот с вызовом посмотрел на эльфа.

- Даже и не рассчитывай. Сам поймай, приручи и пользуйся. И вообще, хочу сразу расставить акценты и приоритеты.

Парень спустил с коленей Марж, встал с одеяла и вытянулся во весь свой небольшой рост перед здоровым эльфом.

- Во-первых, делать бестолковых идиотов из нас не надо. Да, мы многого не знаем. Так уж вышло. Но мы быстро учимся. Во-вторых, это ты напросился в нашу компанию. И если тебе что-то не нравится, можешь дальше идти самостоятельно. Или это сделаем мы. Бегать за тобой бестолковыми щенками, повизгивая от оказываемого внимания, не собираемся, как бы ты на это не рассчитывал.

И пока эльф хлопал глазами, из кибитки вылезла Мама Роза. Подойдя к Тони, она спокойно положила свою коричневую руку на его локоть.

- Я согласна с ними, Тонимэл. А твое эльфийское высокомерие частенько отталкивает от тебя тех, с кем можно было бы разделить отрезок жизненного пути.

Тот молча сбросил с локтя ее руку, развернулся и ушел в лес.

- Да что ж вы все воюете, а? - устало поинтересовалась Мама Роза. - Чего не поделили на сей раз?

- Марж. - Неохотно сказал Иржи, надевая на босые ноги нарисованные ботинки. - А ничего так получилось. - Похвастался он, утаптывая подошвами траву. - Жаль, что я не умею рисовать носки.

Без аппетита пожевав вчерашнюю кашу и огурцы, мальчишки вымыли посуду и собрали разбросанные по поляне вещи в фургон. А Мама Роза запрягла лошадку. Вновь воткнув дерн на место костровища и полив его водой, Иржи подхватил йонси, закусившую недоеденной колбасой, и посадил ее на сложенные одеяла внутри кибитки.

- Все, - сказал он, внимательно осмотрев место ночлега, - можно ехать.

И, запрыгнув на козлы, взял вожжи в руки. Йожеф устроил Маму Розу под тентом среди подушек. Старая ромаалка с утра чувствовала себя неважно.

- Ты хоть раз управлял фургоном, Иржи? - спросила она слабым голосом.

- Фургоном нет, но в бегах участвовал. Вроде справлялся. - Оптимистично ответил Иржи.

Мама Роза рассмеялась.

- Это все равно как сравнить горного тролля с тощим гномом, лезущим в золотоносную штольню. Будь осторожен, мальчик!

- Хорошо, Мама Роза, я потихонечку. Йожеф, попробуй ее немного полечить, пока мы в пути. - И он легонько пошевелил вожжами. Умная кобыла вздохнула и тронулась по вчерашним следам на дорогу.

- Иржи, а как это сделать? - Голова Фаркаша выглянула в прорезь тента.

- Попробуй увидеть ее ауру. Прикрой глаза и немного наклони голову, словно смотришь на нее искоса, но не рассматривай. Помнишь ведь, когда ведешь машину, глаза у тебя смотрят вперед, а обочины все равно видно? Вот здесь тоже самое. Приглядись, вокруг нее есть прозрачное сине-желтое пятно, выходящее краями за контуры тела.

Фаркаш так пыхтел, что его было слышно сквозь фырканье и топот лошади.

- Ну что, увидел?

- Н-не знаю, но у того, что я вижу, оборванные края. Там, где желтое. И темное пятно внизу живота.

Удивленный таким скорым результатом, Иржи обернулся и взглянул на дремлющую ромаалку. Лошадка, почувствовавшая обвисшие поводья, тут же пошагала к ближайшему кусту и начала щипать листики.

- Да, - протянул Иржи. - Ты большой молодец! - Снова повернувшись к одной слишком умной лошадиной силе, он шлепнул ее вожжей и вернул на дорогу. С сожалением посмотрев на аппетитный куст, скотинка медленно потопала дальше.

- И нечего на меня обижаться! Все утро лопала! - укорил он ее. - А теперь надо поработать. Йожеф, - снова вернулся он к технике лечения, - посмотри, пожалуйста, на ее голову. Что ты видишь над ней? Прямо над темечком. Только не торопись. Рассмотри внимательно.

Темную хвою деревьев пронизывали прямые белые лучи. В них кружились, подставляя крылья свету, бордовые и ярко-синие бабочки с резными крыльями. Иногда мимо лошади с гулом пролетали большие мухи. На секунду притормозив в раздумье, они улетали дальше, поскольку эльф вчера намазал ей шкуру едко пахнущей тиной, а затем - отваром мяты. В кустах, сбившихся в кучу на солнечных местах, что-то трещало и попискивало. Высоко поднявшееся голубое солнце нагрело древесные макушки, и они источали сладковатый смолистый запах, кружащий голову и вызывающий неодолимое желание растянуться на травке и немного поспать на толстом и мягком слое слежавшихся за много лет плоских иголочек.

Иржи тряхнул головой, отгоняя сон. Из-за деревьев внезапно выскочил маленький олененок. Испуганно взглянув на фургон, он снова нырнул в сумрачную чащу. Юная дриадка, вышедшая из дерева на воздух, помахала парню рукой. Он улыбнулся ей в ответ. Может быть, этот мир не отторгнет от себя двух скитальцев, появившихся на свет совершенно в ином месте? И действительно, им с Фаркашем обязательно надо учиться, раз судьба дала шанс на новую жизнь, новые встречи и необычные способности. И надо еще раз попробовать обернуться драконом. Тогда все произошло быстро и спонтанно, и он даже не успел почувствовать вкус полета. Но расправить крылья, срезая гребни облачных туманов и закрутить уходящую вверх спираль вокруг бьющих с небес солнечных лучей... какое, наверное, это счастье!

- Я увидел корону! - тихо сообщил Фаркаш, поскольку Мама Роза дремала, пригревшись у теплого бока йонси. - Как будто из пространства к ней в макушку входят семь разноцветных лучей. Как радуга, Иржи.

- Молодец, Йожеф. А теперь взгляни, какой луч должен питать тот орган, где ты увидел темное пятно?

- И смотреть нечего. Красный. Кстати, он - самый тонкий!

- Хорошо. А теперь попробуй наполнить этот луч. Прогнать по нему прану. Только понемногу.

Йожеф опять запыхтел, а Марж замурлыкала. Фургон мягко подпрыгивал и переваливался через корни деревьев, вытянутые поперек узенькой просеки. Где-то наверху щебетали птицы, разбирающие свои территориальные притязания и не обращающие внимания на неспешно катящийся по земле полосатый экипаж.

- Я попробовал. - Сообщил минут через пятнадцать Фаркаш. - До пятна доходит - а дальше - никак!

- Тогда собирай радугу в белый луч и попытайся растворить им пятно. Нам надо узнать, что оно скрывает.

Постепенно деревья становились тоньше, а подлесок - гуще. Небольшая просека расширялась, выращивая на своих обочинах высокую и густую траву. Значит, скоро они снова выйдут на южный путь.

- Ну что там, Йожеф?

- Я, конечно, могу ошибаться, но там, где у женщины должна быть... ну, эта...

- Матка?

- Ну да, - проглотил слово Фаркаш, - там сидит что-то вроде паука с длинными ножками, впившимися в ее стенки.

- Вот как? - Задумчиво произнес Иржи. - Странно, что она не обращалась к целителям. Давай попробуем так: ты берешь белый луч и постепенно выжигаешь его ножки, подбираясь к телу. Но само тело не трогай. Если будет плохо, сразу переставай. Это очень тяжелая и долгая работа. Думаю, с твоими, да и моими силами мы за один раз не справимся.

- Иржи, - Йожеф опять высунул голову. - А откуда ты все это знаешь?

- Разве ты уже позабыл, что я - граф Измирский? Меня хорошо учили, парень. В том числе и йоге. И если в этом мире языком магии является латынь, то почему бы не попробовать лечить принципами йоги?

- Точно! А что еще ненужное, на первый взгляд, было в нашем мире?

- Придет время, вспомним. Кстати, если у нас будут деньги, надо купить в городе фляги и клинки. Вроде вокруг тихо, но кто знает?

- Ну, думаю, моего приза на обувь и одежду для тебя хватит точно. Фляги купим. А по поводу оружия... Мама Роза ведь гадалка? Она станет гадать, ты - рисовать, я - метать ножи!

- Которых у тебя нет!

- А ты мне нарисуй! Пусть они будут одноразовыми, но заработать на бутерброды мы сможем, факт!

- Ты молодец, Йожеф. Думаю, мы справимся.

- А то!

И вот наконец деревья расступились, и лесная просека вывела их на южный путь. Голубое солнце, сжавшись в точку, заливало ярко-белым светом синий лес, из которого они выехали, и степное холмистое разнотравье, раскинувшееся за его опушкой. Вечно догоняющее желтое солнышко, отстаивая свои позиции, с упоением рисовало на прогретой земле перекрестные тени. Над белой дорогой дрожало жаркое марево. Лошадка, почувствовав дневной зной, понуро опустила голову и поплелась нога за ногу.

Развернув по широкой дуге фургон, Иржи решительно повернул тягловую силу хвостом к змеиному граду, а мордой - навстречу полной неизвестности. Оба солнца, обрадовавшись путешественникам, с удовольствием прошлись по гужевому транспорту сдвоенным тепловым ударом.

В прорези снова показалось лицо Фаркаша. Из-под корней волос тек крупными каплями пот.

- Иржи! - взмолился он. - Сделай хоть что-нибудь! Это же полная душегубка! И как они путешествуют без кондиционера?

- И какой же ты все-таки умница! - воскликнул Иржи и негромко сказал, задавая вектор: - Frigus ventus extra et intus!

И легкий прохладный ветер заскользил вокруг лошади, кибитки и Иржи, продувая внутренности фургона.

- Полный климат-контроль! - восторженно отозвался изнутри Фаркаш. - Интересно, они пользуются этим, или нам уже можно оформить патент?

Лошадка, прянув в удивлении ушами, прибавила шаг.

Проехав около двух километров, Иржи увидел сидящего на обочине эльфа и придержал кобылку.

- Тони, садись! Хватит дуться. Поехали!

Тот, не глядя на Иржи, молча запрыгнул и сел рядом. Умная лошадка без понуканий тронулась с места и резво потянула потяжелевший на одного эльфа фургон. И скоро он с блаженным видом откинулся на спинку сидения.

- Фу-у, думал, сварюсь заживо. А у вас тут хорошо, прохладненько! Вот что значит скорость!

Иржи хмыкнул, не разубеждая изжарившегося попутчика.

- А далеко до следующего города?

- К вечеру, как раз, будем. А где Мама Роза?

- Ты знаешь, что она больна?

- Нет, а что с ней?

- Опухоль на матке, если тебе это о чем-то говорит. Фаркаш ее пытается поддержать, но сам знаешь, сколько сил и умений у неуча. Одни предположения и инстинкты. А ты, как светлый маг, можешь чем-нибудь ей помочь?

- Остановимся, заварю травы. А вообще, ее надо к целителям. Лучше - к эльфийским. Магия здоровья - это по нашей части.

- А ты?

- Я, - Тони усмехнулся, - паршивая овца в благородном семействе. Они бы и рады забыть о том, что я существую. Да только своими периодическими появлениями снова напоминаю, насколько несправедливо обошлась с ними судьба, дав в родственнички такого разгильдяя.

- А сколько стоят услуги профессионального лекаря? - поинтересовался Иржи, проигнорировав горький выпад.

- Дорого. Но главное, чтобы не было упущено время. А то и эльфы не возьмутся.

- Я устал! - Фаркаш высунулся из кибитки и посмотрел на эльфа. - Теперь - твоя очередь!

И Тони, не возражая, полез внутрь. А Йожеф, наоборот, выбрался наружу.

- Можешь подержать вожжи? - через какое-то время попросил Иржи. - Хочу посоветоваться с эльфом.

- Угу! - Фаркаш бодро пересел на место друга, а тот скользнул внутрь.

- Ну как она? - Спросил он Тони.

- Не приходит в сознание. - Уныло сказал тот. - Нужна срочная помощь.

- У тебя деньги есть?

- Наличными - мало. Все в банке долины, где я живу.

- Тогда у меня есть план! Слушай!


Желтое светило клонилось к закату, когда усталые путники, наконец, увидели городские стены из желтого кирпича с распахнутыми воротами. Около них кучкой сидели стражи в количестве десяти человек. Старший смены беззастенчиво кокетничал с девицей в штанах, держащей в поводу вороного скакуна.

- А это что такое? - недоуменно пробормотал Тони, правящий лошадкой. - Им больше заняться нечем, как только девок у ворот щупать и геморрой на камнях зарабатывать? Эй, Иржи, а может, это по ваши с Йожефом души?

Бледная мордочка мальчишки высунулась в разрез, а черные глаза пристально посмотрели вперед.

- Не знаю, Тони, но береженого Бог бережет, говорят в наших местах. Притормози, я подумаю...

И вскоре внутри фургона послышался тихий смех и сдавленное фырканье, словно смеющемуся закрыли рот. Тони не выдержал, остановил кобылу и отогнул полог. Внутри на одеялах, кроме укрытой Мамы Розы, сидели две молодые ромаалки в цветастых юбках и кофтах. На голове у Йожефа красовался черный, надвинутый на самые брови, платок, а Иржи, наоборот, распустил длинные волосы. Щетина у мальчишек еще не росла, и их подбородки радовали глаз плавными линиями и детским пушком. Найдя в ящиках артистический грим, парни накрасили ярко-красной помадой губы и сделали толстые черные стрелки на веках. Иржи, давясь смехом, сложил пальцы и скомандовал:

- pectus augmentationem...

И на глазах изумленного Тони у Йожефа и Иржи под кофточками вздулись холмиками весьма аппетитные женские груди. Не сговариваясь, они протянули друг к другу руки, пощупали результат волшбы, и заржали. Потом, взявшись за обрешетку кибитки, они выпрыгнули наружу, поправили юбки и, не скрываясь, двинулись все вместе к воротам.

- Гляди-ка, какие цыпочки пожаловали в наш город! - Поднялся с камня рослый стражник. - Песни, танцы, ночные обжиманцы? Где остановитесь, девочки?

- Ай-вай, какой красивый, высокий парень, - подался вперед Иржи, обойдя гвардейца кругом. - Жаль, что на роду беда написана...

Фаркаш, разведя в улыбке сильно накрашенные губы, осмотрел здоровяка с другой стороны.

- И болезни... Да срамные... Небось по дешевым притонам все бегаешь? Деньги экономишь? А лекарям больше заплатишь, серебряный! Позолоти ручку - беду отведу!

И парни, притоптывая, закружились вокруг обалдевшего стража.

- Да я...всего один раз! - Оправдывался он, развязывая кошелек.

Остальные, в том числе и девушка с лошадью, засмеялись.

- Откупаешься, касатик? - Иржи покачал головой. - Береги смолоду честь, пока достоинство есть...

- А сняв штаны, по кошельку не плачут... - хмыкнул другой стражник в то время, как первый испуганно совал в протянутую ладонь парня монеты.

- Где представлять-то будете? Мы бы посмотрели на таких ромаалок!

- Да завтра, на Озерной площади. - Торопливо сказал эльф. - А что это вас так много? Смотр, что ли?

- Да нет, - ответил тот, что разговаривал с девушкой, которая еще раз улыбнувшись, нырнула под арку. - Змей из столицы прилетал с утра на пегасе. Ищут кого-то. Мальчишку или парня. Старшой с ним разговаривал. Ну и передал нам, ежели изловим, премия будет!

- О как... Ну, удачи в поимке, служивые! Приходите завтра на выступление!

И Тони, тронув вожжами лошадку, заехал в ворота. Иржи и Йожеф, виляя тощими бедрами, двинулись следом.

- И где живет твой замечательный лекарь? - поинтересовался, прыгнув на сидение рядом с эльфом, Иржи. - Давай сразу туда.

- Где-то рядом с нашей площадью. Сейчас подъедем, вспомню.

Поплутав по тихим вечерним переулкам, Тони остановил фургон у двухэтажного светлого здания с характерным символом змеи, обвивающей чашу.

Йожеф, ткнув пальцем в вывеску, задумчиво спросил:

- Это намек на правящую семью?

- Скорее, на спрятавшуюся в бокале истину. Тони, а твой лекарь не гадает при определении диагноза на кофейной гуще? Или по сушеному калу летучей мыши?

- А чем тебе обычная не угодила?

- Не комильфо, Фаркаш, да и кал однообразный. Нет места полету воображения.

Тони молча глянул на двух болтающих всякую ерунду "ромаалок" и постучал в дверь.

Внутри дома зацокали каблучками легкие девичьи шаги, и дверь открылась. Перед ними на крыльце стояла давешняя девушка, виденная ими у ворот. Но теперь она была одета в зеленое платье и белый передник.

- А, ромаалки! - улыбнулась она веселой улыбкой. - С чем пожаловали? Может, заговаривать зубы?

- Нет, ломать челюсть при отказе во врачебной помощи. - Серьезно ответил Иржи. - У нас в фургоне очень больная женщина.

Тони мрачно посмотрел на юнца. И почему он вечно отставляет весьма привлекательного эльфа на второй план?

Глаза девушки сразу стали серьезными.

- Заносите в дом. В смотровую комнату. Я сейчас позову отца.

Тони развернулся, сбежал с крыльца и, откинув полог фургона, залез внутрь. И через минуту спустился с Мамой Розой на руках.

- Иди. - Кивнул ему головой Иржи и привязал лошадку к коновязи. Та вздохнула. Еда откладывалась на неопределенный срок.

Положив Маму Розу на кушетку, все трое с взволнованными лицами ожидали прихода знаменитого эльфийского врача, которого так расхваливал Тони. И вот, наконец, дверь распахнулась, и в приемный покой вошел высокий и красивый моложавый эльф лет двадцати пяти на человеческий взгляд, с умными, ироничными глазами и легкой, обаятельной улыбкой. Одет он был в светло-зеленый просторный костюм, не стесняющий движения.

- Здравствуйте! - первым поздоровался он. - Меня зовут Далирен. Ага, вот это - наша больная?

И больше не обращая внимания ни на лица сопровождающих, ни на экзотические цветастые наряды, он склонился над лежащей женщиной, проводя над ее телом рукою. Над некоторыми участками ладонь замирала, и Иржи видел призрачно-зеленый свет, исходящий из нее.

Потом он медленно выпрямился и почесал подбородок. Зеленые глаза внимательно оглядели их встревоженные лица. Первым не выдержал эмоциональный Фаркаш:

- Ну как она, доктор?

- Вероятно, она никогда не жаловалась? - Спросил он "ромаалок".

- Сколько мы знаем ее, никогда. - Совершенно искренне ответил Иржи, поскольку эльфы легко отличали честность ото лжи.

- Случай весьма запущенный. И, если говорить по существу, у меня просто не хватит энергии провести извлечение так, чтобы остальные органы не пострадали в дальнейшем. Понимаете, при таких опухолях пораженные клетки разносятся кровеносной системой и лимфой по всему организму, вызывая метастазы и скорую смерть. То есть, суть даже не в том, чтобы ее убрать, а в том, чтобы очистить весь организм, исключив рост последующих новообразований. Понимаете? Единственное, что я могу сделать для нее, это ввести долговременный обезболивающий препарат. Но все равно, она будет слабеть с каждым днем, пока не сляжет окончательно. Думаю, это дело пары месяцев.

У Тони непроизвольно дернулся рот, он судорожно вдохнул воздух и, извинившись, вышел на улицу.

- Что это такое с вашим спутником? - Вежливо поинтересовался доктор.

- Просто они давно знакомы. - Спокойно пожал плечами Иржи. - А скажите, если давать Вам необходимое количество энергии, Вы сможете почистить организм?

- Деточка! Случай очень, очень запущенный. Даже если бы ваш спутник согласился, наших объединенных сил не хватило бы довести процесс до конца.

- А у кого бы могло хватить?

- Ну, не знаю, у детей Клана хватило бы. Но не станет никто из них ради старой ромаалки опустошать свой резерв.

Иржи опустил накрашенные глаза, усиленно раздумывая над услышанным. Он - сын Клана. Теперь, после перевоплощения, он был в этом уверен. Но стоит ли раскрывать свою суть перед совершенно незнакомым эльфом, который может потом воспользоваться его беспомощностью? Но человеческая жизнь, тем более, Мамы Розы, самой мудрой ромаалки своего племени, была ценнее потраченного потенциала, который потом все равно восстановится. И он решился.

- Господин Далирен, дело в том, что мы с моей...сестричкой, в некотором роде, маги. Она - светлая. Я - темная. И мы хотим, чтобы наша Старейшая жила. Мы можем быть энергетическими донорами.

Увидя на красивом лице доктора усмешку, Иржи покачал головой:

- Я прошу вас, не отказывайтесь. Давайте попробуем. Если не получится... значит, так тому и быть.

- Но мои услуги стоят денег, девушки. Сами понимаете, что за красивые глаза я не работаю.

- А мы их и не продаем. - Терпеливо продолжил разговор Иржи. - Денег у нас действительно нет, так же, как и времени. Но мы завтра выступим на площади и соберем необходимую сумму. Я обещаю Вам.

- Интересно девки пляшут. - Хмыкнул врач. - Даже если вы со всего города соберете по монетке, то не наберете на гонорар.

- Наберем. А не получится, эльфа ограбим. - Кивнула "ромаалка" на вошедшего обратно Тони.

- Ваши спутницы настаивают на лечении. - Тут же объявил ему врач. - Но у них нет денег.

- Начинай, деньги будут. - Высокомерно кивнул Тонимэл.

И доктор сдался.

- Ларинда, детка, готовь операционную и нашу клиентку. Барышни, наденьте халаты и маски. Чем меньше в комнате будет посторонней энергетики, тем чище и проще станет сам процесс.

- Тони тоже пойдет с нами. - Поставил условие Иржи. - Мне будет спокойнее, если он станет присматривать за Вашими действиями.

Когда они, переодевшись, вошли в большое помещение с приглушенным светом, Мама Роза уже лежала полностью обнаженной на чистой белой простыне, покрывающей высокий стол. В изголовье лежали сеточки, проволочки и еще какие-то непонятные вещи.

- Йожеф! - прошептал Иржи. - Смотри во все глаза, что он делает. Вернее, не глазами, а внутренним взором, как вчера. Понял?

- Угу! - Сказал тот и встал так, чтобы ему было видно все поле.

Надев на голову Мамы Розы серебристую сетку с электродами, спускающимися на виски, а также браслеты на запястья, он подозвал Иржи.

- Ну что, девочка-батарейка? Ты готова?

- Готова. - Кивнул парень. - Что я должна делать?

- Я надену на твою правую руку этот проводок с браслетом. Другой его конец, приемный, себе на левую. Будет плохо, остановимся. Но не затягивай. Два трупа мне не нужны. Понял?

- Трупом я и сама себе не нужна. - Неловко пошутил Иржи. - Надевайте!

Защелкнув браслеты, доктор встал над столом. Здесь, в этом мире, лечили не скальпелем, а энергиями. Для того, чтобы добраться до пораженного органа, не нужно было вспарывать живот и пережимать кровеносные сосуды. Достаточно уметь пользоваться внутренним зрением, знаниями органов и перераспределением потоков праны.

Иржи лекарем не был, поэтому он сел на стул, заботливо подставленный Лариндой, и прикрыл глаза. Все было хорошо. Внутренний огонь горел ровно и спокойно. А вторая, драконья, ипостась равномерно распределилась по всем клеточкам тела, готовая к трансформации в любую минуту.

Над столом порхал длинными пальцами доктор. Его дочь ассистировала, помогая то зацепить, то подержать. Фаркаш с любопытством вытянул длинный нос, рассматривая их работу. Тони сидел у стены, опустив голову на сложенные на коленях руки. Интересно, кем для него была эта женщина, раз он за нее переживает? Может, давней возлюбленной? Представив их вместе - самовлюбленного красавца Тони и ромаалку, Иржи едва заметно хмыкнул. Но, однако, когда она постарела и заболела, тот ее не бросил умирать в фургоне, а привез к хорошему доктору.

Мысли, к вечеру замедлившиеся и поплывшие в свободном, никакими внутренними фильтрами не сдерживаемом, направлении, плавно причалили к уже далеко запрятанному воспоминанию о змейском доме. Как там поживают рыжие братья? Сердятся ли на то, что он прикончил их замечательного во всех отношениях дядюшку? Все-таки брат жены Главы Дома! Мало ли что он сотворил? А если они так развлекаются каждый праздник? Бр-р. Кошмар какой! А хочет ли его еще видеть Альеэро? Не смотря ни на что, и неожиданно для себя, за два неполных дня, проведенных вместе, он привязался к этому рыжему гаду с ореховыми глазами. Наверное, из-за того, что давно не слышал в свой адрес теплых и ласковых слов? А ведь каждому человеку, и большому, и маленькому, так важно знать, что он кому-то дорог и важен просто оттого, что существует на свете...

Голова парня склонялась все ниже. И, словно наяву, он увидел перед собой сидящего в кресле своей гостиной Альеэро. Перед ним, на столике, стояла бутылка вина и недопитый бокал. Темный, но прозрачный виноград свешивал длинные кисти с подноса. В ладони рыжего лежал простенький кожаный шнурок с бусинами. Длинные пальцы задумчиво поглаживали и перебирали блестящие шарики. Иногда тонкие губы кривила горькая судорога, а между бровями появлялась вертикальная складка. "А волосы стали совсем короткими, - удивился Иржи, - только до плеч. И потемнели. Из-за этого кожа выглядит светлей, а веснушки - ярче." "Эй, Альеэро, - позвал его молодой дракон, - не грусти... Завтра снова встанут два солнца. И то, о чем ты так тоскуешь, покажется глупым, пошлым и не стоящим внимания. Но если это важно для тебя, однажды днем оно снова ворвется в твою жизнь, даря улыбку и веру в возможное счастье..." И тут рыжий змей медленно поднял голову и уперся глазами прямо в глаза Иржи. Открыв рот, он отшвырнул кресло и заорал:

- Ну где же ты, крылатый чертенок? Где ты... Я приду...

- Эй, девушка, очнись! - кто-то легонько похлопывал Иржи по щекам, а потом засунул под нос дурно пахнущую ватку.

И Иржи очнулся.

- Я заснул-а? - Он в последний момент вспомнил о женском облике.

- Мы закончили. - Сообщил с неимоверно довольным видом эльфийский доктор. - У тебя много сил, деточка! Никогда не знал, что ромаальская молодежь имеет такой резерв! Пожалуй, я напишу об этом в "Медицинский вестник"! Новое слово в науке!

"Вот после подобных сенсаций и начинают разводить людей на убой!" - проскочила совершенно идиотская мысль.

- Как она? - Спросил Иржи, поднимаясь со стула и потягиваясь.

- Все отлично. Несколько суток - и можно снова в дорогу! Но, все-таки, желательно эти дни провести в моей клинике под наблюдением. - Поймав настороженный взгляд, доктор добавил: - бесплатно!

Фаркаш, пользуясь своим женским обликом, подхватил Иржи под руку.

- Тогда мы уходим? Нам надо выспаться, чтобы как следует поработать завтра! - И прижав его локоть, вывел на улицу. - А теперь тебе надо пожрать, чтобы восстановить силы. Этот эльфийский гений тянул из тебя так, что я бы уже валялся под его ногами сушеной шкуркой с гремящими косточками.

- А я видел Альеэро... - задумчиво поведал Иржи. - Он нашел мой шнурок, Фаркаш. Зачем он так много пьет?

- Э, дорогая, да у тебя видения! Срочно в трактир, забегаловку, ресторан... нет, нас туда не пустят...

- Девушки, а вы далеко собрались, красавицы? - поинтересовался нагнавший их Тони.

- Иржи телепатически общается с зелененькими человечками. Его надо срочно покормить.

- Понял. Сейчас направо, там, в подвальчике - весьма демократичный и уютный ресторан.

Усевшись в самом неприметном углу за маленький столик, они заказали пиво, жареной картошки на шкварках, утку, пироги с капустой и яйцом, а также пару сытных салатов. Иржи первым делом цапнул кружку и, до сих пор мешая реальность с видениями, пробормотал:

- Знаешь, я тоже скучаю... - И выхлебал полкружки сразу. За ней в ход пошли салаты с картошкой. Потом пироги. Неожиданно оказавшаяся в руках утиная ножка уплыла в пенных разливах в том же направлении. Осоловелыми глазами парень осмотрел ресторан, икнул и поднялся, покачиваясь на нетвердых ногах.

- Ты куда собрался, золотой? - Спросил Фаркаш, быстро вытирая руки о полотенце. - Писать? Сейчас отведу!

- Я писать не хочу. Я петь хочу! И плясать.

- Успокойся, Иржи...не надо привлекать к себе внимания... - прошипел Фаркаш. - Выпей еще пива. Оно здесь вкусное!

И подвинул свою непочатую кружку. Иржи выпил с отсутствующим видом несколько глотков и опять заговорил себе под нос:

- Нет, не надо. Я не хочу опять в тюрьму. Я домой хочу, к Бернату!

- Чего это с ним? - поинтересовался Тони. - И кто такой Бернат?

- Домой он хочет, к брату. - Вздохнул Йожеф.

- Так что же вам мешает туда отправиться?

Фаркаш молча положил ладонь на руку друга и несильно сжал.

- Нам бы выучиться, Иржи...

Эльф выпил пива, вытер от пенных усов рот и сказал:

- А действительно, почему вы не учитесь?

- Нас прогнали родственники, Тони. Не один ты не пришелся ко двору. - Разъяснил ситуацию Фаркаш.

- И за что?

- А за то, что я одного недоумка с того света вытащил! Все-таки прав был Бернат, когда говорил, что вокруг одни нахлебники и завистники... Теперь видишь, Йожеф, где они, а где мы с тобой? - С ненавистью оглядывая зал, выдавил Иржи.

- Ну успокойся, все хорошо! Завтра заработаем денег, да и пойдем дальше потихонечку, Академию искать!

- А мы заработаем сейчас! - Глаза Иржи зажглись нехорошим блеском. Он довольно твердо встал на ноги, допил пиво и размазал тыльной стороной кисти руки губную помаду.

- А вот ромаалка к вам спешит, - заорал он фальцетом, - спеть ей песню дайте! Посмеетесь от души, денежку кидайте!

Фаркаш попытался схватить за ногу уже пьяного друга, но поймал только цветастую юбку. А Иржи плюхнулся на край стола, где гномы основательно набивали пузо каким-то бурым месивом из огромной сковородки, стоящей в центре, запивая это темным пивом.

- Гном сидит на табуретке, ноги свесил, как на ветке. А слезать он станет как? Поломает их, дурак!

Народ вокруг грохнул смехом, и в сторону Иржи полетели монетки. Суровые гномы набычились и засопели.

- Спаси- и- бо! - растянула губы в улыбке "ромаалка", собрав денежки. Потом вновь посмотрела на гномов и поморщилась:

- Гномы жрут не так, как люди. Там другой метаболизм. Что тут парится на блюде? Зверь с названьем ботулизм...

Гномы повскакивали со стульев и загундосили неожиданно басовыми нотами, толкая Иржи в коленки и размахивая крепкими, мускулистыми руками.

- Ты ж мой красавчик! - погладила "ромаалка" по голове ближайшего. - Не обижайся, заинька! Это я любя! Ух, какой ты грозный!

Иржи встал со стола и, путаясь в юбке, подошел к следующему столику. За ним сидела пара эльфов. Перед ними гордо возвышалась бутылка с самогоном, в которой оставалась где-то треть.

- Эльфик выпил самогона, - начала "ромаалка" в затаившейся тишине. - Спеси лопнула корона. Эх, нажрется, как свинья, и не вспомнит ни..чего!

Теперь заржали довольные гномы. И снова в подставленный карман полетели монеты. Эльфы встали, пошатнулись и сели обратно за стол.

- Туалет, если что, там! - наклонившись к ним, прошептал Иржи.

Встав со стула, он обвел больными глазами затаивших дыхание посетителей, с радостью ожидающих, кого дальше зацепит размалеванная девица. И вот, наконец, суровый взгляд черных глаз остановился на тщедушном мужичке и его украшенном золотыми перстнями компаньоне.

Оттопырив тощий зад, обтянутый юбкой, "ромаалка" поставила на стол локти и покачала головой:

- Расскажи-ка мне, ушастый, ты на чьем подворье шастал? Не смотри вокруг в тоске, знаю, золото в носке!

Мужичонка втянул в плечи голову и позыркав по сторонам, бросил нахалке пару монет со словами:

- Иди отседа, глазастая ведьма, найди кого ешшо!

- Угу, братан, нема базара. Договор - не приговор! - И посмотрела на сидящего рядом. - На руках - перстни златые, под столом - в носках дыра. Ждут грехи его ночные, плачет каторга с утра!

Через два столика от этой парочки отдыхали стражники. Услышав куплеты ромаалки, они приподнялись и разом отодвинули стулья:

- Щипок! Балун! Какие люди отдыхают в нашем районе!

Мужички ощерились ножичками и, растолкав привставших соседей, рванули к двери.

- Лови их! - Гвардейцы, бросив монетки ромаалке, понеслись за ними.

Кое-где захлопали.

А Иржи тем временем подходил к парочке, в гордом тет-а-тет сидевшей за столом. Он был пухлый и засаленный, она - худая и голодная. Это если исходить из того, с какой скоростью она потребляла стоящие перед ней пирожные.

- Тебе мама говорила, чтоб ты девственность дарила только мужу своему, а не этому дерьму!

Девица залилась свекольной краской, а ромаалка продолжила:

- Лишь свое получит он, так исчезнет, м...звон!

Сидящие в зале мужики гнусно заржали:

- Пончик, а ты справишься? А нас потом позовешь?

- А может, свечку подержать?

- А ты знаешь такую позу... девушкам нравится! Хочешь, покажу?

В конечном итоге к их столику подрулил пьяный тролль и предложил поспособствовать. Так сказать, разработать...Девушка, подскочив с места, закрыла лицо руками и убежала, оставив толстого мужика расплачиваться под сальные шуточки.

Ромаалка, подперев щеку, уперлась ногой в стул тролля.

- Этот тролль гордится слишком тем оружьем, что в штанах. На башке набил он шишку, потеряв кровать впотьмах!

Горные тролли были сильными, охочими до удовлетворения любых потребностей организма, но жутко бестолковыми. Поэтому народ опять заржал, бросая ромаалке монеты. Тролль же невозмутимо доедал брошенные девушкой сладости.

- Эй, ромаалка! Давай еще!

Кто-то из подвыпивших горлопанов цапнул проходившего мимо Иржи за юбку и повалил себе на колени. Из нежных пальцев тут же выдвинулись длинные острые когти, сомкнувшиеся на шее мужика стальным капканом. Тот вытаращил глаза и захрипел.

- Кто-то еще хочет поучаствовать в игре кошки-мышки? - Иржи обвел глазами трезвеющих мужичков и погладил по лысине того, на чьих коленях устроился. - Не озорничай, проказник! А то голова слетит, не заметишь!

Когти убрались обратно, а "ромаалка" потопала к своему столику.

- Пойдем, Иржи! Да что на тебя нашло, хозяин! - Шептал ему на ухо Фаркаш, отдирая от очередной кружки пива.

И тут голова "ромаалки" покачнулась и уткнулась носом в шею бывшего охранника.

- Тони! Он заснул! - с отчаяньем в голосе крикнул Йожеф, удерживая падающего друга за талию.

Тони вылез из-за стола, расплатился и, приподняв безвольное тело, закинул его на плечо.

Пробираясь сквозь столики, он случайно толкнул мужчину в форме почтовой службы. Тот резко обернулся и тут же расплылся в улыбке:

- Тонимэл! Ты какими здесь судьбами?

Перед ними стоял еще один высокий и светловолосый эльф, радостно улыбаясь земляку.

- Ты еще посидишь тут? Пойду, отнесу поклажу и вернусь. - Пообещал он приятелю.

Быстрым шагом дойдя до домика лекаря, он завернул к конюшне. Там все также стояла нераспряженная и некормленая лошадь. Устроив ее в гостевое стойло и задав сена, Тони послал Фаркаша за водой. А Иржи лежал на одеялах в кибитке. В голове крутился хмель и знакомые лица. Они приближались и снова уходили в ночную темноту.

- Подождите! - прошептал им вслед парень. - Не бросайте меня! Почему вы все уходите? Отчего я всегда остаюсь один? Но лица смеялись, растворяясь в бархатном небе.

Но вот к нему, сквозь плавающее сознание, пробился голос:

- Иржи, мальчик, что с тобой? Где ты? Я знаю, что тебе плохо! Я приду за тобой!

- Альеэро! - тихо отозвался Иржи. - Ты ведь помнишь меня? Я всю жизнь прожил человеком, а оказывается, я - дракон Сааминьш, Альеэро! И это я убил твою сестру... Говорила мне, что любит... но врала. Они все врали. И Юори врал, что будет рад встрече. Не ходи за мной, Змей. Я не верю твоим словам.

- Где ты, малыш, позови меня, и я приду на твой зов, Иржи!

- А знаешь, Альеэро, я в своем мире был мужчиной. У меня были женщины. Одну любил я, а другая - меня. И обе погибли из-за твоей сестры. А еще я напился, как дурак. Забудь обо мне, змей. Я - не игрушка.

Фаркаш, лежащий рядом с Иржи, прослушал весь этот бред, повернул хозяина на бок и, накрыв покрывалом, обнял за спину. В фургон мягко прыгнула Марж, возвращаясь с ночной охоты. Потянув носом, она чихнула и улеглась там, где внутрь проходил свежий воздух. Где-то там, у прудов, неугомонная птица разрезала дремотную ночную тишину резким скрипучим голосом, да лягушки воодушевленно соревновались в исполнении вокальных партий.


Тони, доведя парней до лекарского дома, поспешил вернуться в ресторан. Там до сих пор дожидался его один из соотечественников, так же как и он, оставивший в свое время вековечный лес для учебы, а затем и для работы в Клановых долинах. Только Тонимэл любил работать в одиночку и независимо от кого либо. Да и склонный к авантюрам характер не позволял подолгу рассиживаться в одном месте. А приятель, наоборот, был не честолюбив и мог изо дня в день заниматься одним и тем же. Но при всех их различиях, они сходились на том, что чопорность эльфийского леса и ежедневное восхваление себя любимых им явно не по душе. А в начале славных дел они даже снимали вместе одну квартирку в столице Клана Саламандр. Потом, когда появились деньги, их пути разошлись, да и дома они приобрели отдельные. Но если судьба вдруг сводила их вместе, то оба эльфа с удовольствием отмечали этот момент встречи.

- Эриел, друг, рад тебя видеть! - Тони уселся за столик к приятелю. - Возишь почту между Кланами? Какими судьбами в этом городишке?

- Попутная корреспонденция для купеческой гильдии. Отдал, да зашел перекусить. Смотрю, а тут весело!

Тонимэл заказал пива себе и приятелю.

- Да, скучать не приходится.

- Работаешь все также, детективом?

- Мусорщиком душ. Но деньги платят неплохие.

- Да ну, - протянул приятель, осушая сразу полкружки. - То густо, то пусто. Я люблю, когда монеты идут постоянно, вне сезона и настроения заказчиков. Вот: трансклановая почтовая служба! И работаешь строго по графику, и платят также.

- Женился? - Перевел Тони разговор с финансов на личную жизнь, тем более, что у приятеля на руке из-под форменной рубахи виднелся витой брачный браслет. - И с кем же тебе повезло?

- Не поверишь, - Эриэл рассмеялся, - но я женился на человеческой магичке.

- Но они живут гораздо меньше, чем мы, приятель!

- Так и нам не по пятнадцать лет, а уже за сотню перевалило. А девчонка просто сразила меня наповал: бойкая, легкая, смешливая... Красивая и из вполне обеспеченной семьи. И людям приятно: в мужьях - эльф, да и мне хорошо: огромный дом, слуги и служанки... Детей у нас все равно не будет. Насладимся друг другом, пока молоды, а там посмотрим. Маги -то живут подольше людей. Хотя все равно я их всех переживу.

- Короче, сделал задел на обеспеченное будущее.

- Ну да. А как ты? И что это за ромаальские знакомства ты свел?

- Длинная история родом из моих расследований. Ты и не представляешь, с кем только не сводила меня судьба и в какие места не заносила! Слыхал выражение: троллья задница? Так вот, в Северных горах есть такой спуск с перевала. Летом там не пройдешь, поскольку с ледников вниз стекают ручьи и реки, а зимой - это самый короткий путь к Ледяному морю.

- Значит, ты там тоже бывал? - Расхохотался приятель.

- В тролльей заднице? Да. И застрял. Была оттепель, а в ночь ударил мороз. И вся труба, то есть, ложе горной реки, по которому я поднимался на перевал, покрылась слоем льда. У меня ни шипов на ботинках, ни веревок. Хорошо, взял на всякий случай ледоруб. Когда в расселины попадал солнечный луч, то все это ледяное великолепие сверкало так, что из глаз текли слезы. И вот я выбивал во льду куски, ставил в эти выемки ноги и, то и дело соскальзывая, лез вверх. Поскольку ночевать там было негде. И тут я услышал, что сверху, навстречу мне, кто-то спускается. Когда это существо поравнялось со мной, оказалось, что это - молодая ромаалка, идущая к родственникам, зазимовавшим в этих местах. Там неподалеку есть долина горячих ключей. Именно оттуда я и шел. Сняв шлем с темным стеклом, она посетовала на то, что я так неосмотрительно задержался здесь до холодов и не улетел последним осенним дирижаблем. Она выручила меня, подарив моток веревки, костыли и съемные когти на ботинки. Так что, мой друг, выражение "троллья задница" означает не темную дыру понятного использования, а определенную патовую ситуацию, из которой сложно найти выход.

- Особенно, если не заметив, на тебя сядет тролль! - захохотал захмелевший Эриэл. - Слава Богам, меня в такие места и золотом не заманишь! Ну и как ты выбрался из этой жопы?

- Спасибо ромаалке, выбрался. Давно это было. Сейчас в этом месте через горы сделали тоннель. А тут иду по Южному пути от столицы Клана Змей, догоняет меня кибитка. Поравнялась со мной, притормозила. Смотрю, на козлах - женщина, старая уже. Посмотрела на меня, и я вспомнил этот перевал и ее вовремя поспевшую помощь.

- И дальше что?

- С ней ехали две девчонки. Они рассказали мне потом, что тетушка тяжело больна. А они дают представления, собирая ей на лечение. Приехали мы сюда, а моя спасительница неожиданно потеряла сознание. Мы - к врачу. Пришлось под честное слово упрашивать его пролечить женщину...

- Так у тебя денег, что ли, нет?

- С собой нет. И отделения банка, в котором мои деньги, на Змейской земле нет. Девчонки наскребли монеток, да маловато. Слушай, друг, может, одолжишь до Саламандр или Оленей? Отдам сразу же!

- А сколько тебе надо? Я с собой мешки с золотом не вожу.

- Двести монет. Сотня у девчонок точно есть. А я поеду с тобой и сразу рассчитаюсь. Могу даже с процентом.

- Да какие проценты между товарищами... Хорошо. Возможно, когда-нибудь и мне понадобится помощь. Не хотелось бы случайно оказаться одному в "тролльей заднице". Но поедешь со мной и сразу - в банк!

- Согласен, друг. Ты, надеюсь, почтовым экипажем? Местечко среди твоих посылок для меня сыщется?

- Да я почти пустой. Можно хоть вдоль, хоть поперек ложиться!

- Отлично! Давай по пивку, да пойду. Во сколько у тебя отъезд запланирован?

- Через два оборота. Управишься до этого времени?

- Конечно.

Они встали, расплатились и отправились к гостинице, где остановился курьер.

Получив двести монет, Тони примчался к клинике и растолкал прижавшегося к Иржи Фаркаша.

- Сколько у вас денег, Йожеф?

- Надо пошарить в карманах этой до сих пор не протрезвевшей девицы. - Он залез в верхний карман и побренчал мелочью. - Деньги у него с другой стороны. Эй, Иржи! Просыпайся!

Тот помычал, но глаз не открыл.

- Сейчас разбудим голубчика! - Кровожадно блеснул глазами эльф. - Ну-ка, непризнанное дитя Клана, приподнимись!

Фаркаш и Тони открыли борт повозки и вытащили парня на свежий ночной воздух. Йожеф снял мешавшую юбку и швырнул ее вовнутрь.

- Доставай плитку, согреем воды.

Скоро на плитке грелось большое ведро, а эльф колдовал над своей флягой. В воздухе запахло апельсином и мятой.

- Открывай страдальцу рот!

Оттянув подбородок, Тони тоненькой струйкой налил воды в рот Иржи.

- Глотай, хозяин!

Иржи закашлялся и открыл глаза. Эльф, пользуясь моментом, снова сунул флягу ему под нос. Подняв трясущуюся руку, парень сам схватился за ребристые бока и выпил настой до дна.

- Туалет вон там! - задал направление Тони.

Иржи, на мгновение задумавшись, быстро исчез в уютной кабинке для посетителей.

Едва он вышел оттуда с просветленным лицом, эльф наставил на него палец и сказал:

- Corpus excretes toxins per poros cutis. - И накинул на него одеяло.

Иржи сразу покрылся потом.

- Вода готова? Принеси ему что-нибудь переодеться!

Фаркаш кивнул и полез в повозку. В ящиках нашлись безразмерные, но чистые штаны, женская рубаха и веревочка.

Через пятнадцать минут трезвый и чистый Иржи сидел на краю повозки и считал наличность.

- Триста восемнадцать монет и горсть мелочи.

- Я пойду, расплачусь с доктором. - Кивнул Тони и постучал в дверь под пьющим змеем.

- К чему такая спешка? - спросил Иржи. - Я бы еще поспал.

- Может, ты перед тем, как снова завалиться набок, уберешь с моей груди эти произведения своей безудержной фантазии и изящного искусства? - поинтересовался Фаркаш, указывая на дамские холмики на своей и друга груди.

- Прости. Забыл. Ad aliquam.

Выпуклости исчезли, а в ворот, ставшей сразу свободной, рубахи забрался теплый летний ветер.

Вернувшийся от доктора Тони сиял улыбкой до ушей.

- Ну как у Мамы Розы дела?

- Порядок. Она просыпалась и кушала. Я доплатил еще монет, чтобы недельку за ней понаблюдали.

- Но мы не можем оставаться здесь так долго!

- И я не могу. Я должен вернуть приятелю деньги. Поэтому мы отправляемся в путь прямо сейчас!

Он сложил одеяла, плитку и ведро в фургон. Бросил лошадке еще сена.

- А кто посмотрит за ее имуществом?

- К доктору днем приходит конюх. Он и посмотрит.

- Хорошо. До свидания, Мама Роза! Долгих лет тебе и доброй жизни! - пожелали парни.

- Марж! - позвал Иржи. - Мы уходим. Ты с нами?

Большая пушистая кошка с длинными ушками и разрисованной мордочкой выпрыгнула из фургона и встала под ногами Иржи.

- А теперь - за мной! Нас ждут. - Скомандовал Тони и зашагал по спящим улицам.


Глава девятая. В которой поиски сбежавшего дракончика продолжаются, а почтовая карета летит по Южному пути.


Едва голубое светило выпорхнуло из-за горизонта и вольготно устроилось на небосводе, во дворце Змеиной столицы уже собралось совещание в лице Саэрэя, уже упакованного в лётную одежду, Эрнаандо в халате и Альеэро в официальном мундире. Расторопные слуги, позевывая, принесли легкий завтрак и кувшин холодного молока.

Саэрей тут же сунул нос, понюхал и сморщился.

- Это не лимонный настой для переработки этила в уксус, Сааминьш. А полезный и здоровый продукт. - Пояснил Эрнаандо и налил молока себе в стакан.

- А я бы от настоя не отказался, - пробурчал себе под нос Альеэро.

- Не надо было напиваться до болтающих с тобой видений. Выпей молочка и все пройдет!

Саэрей, глядя на постные и уже трезвые лица братьев Ромьенусов, вздохнул и принялся за омлет с грудинкой и помидорами.

- Скорее всего, я сегодня не вернусь. - Предупредил Альеэро. - Мне почему-то кажется, что в том месте, где я его чувствовал, парня уже нет.

- Оставил бы ты его в покое, сынок. - Взмахнул вилкой Сааминьш. - Я и сам не маленький, с поисками справлюсь. А вы тут мою племяшку развлекайте. Добрая, отзывчивая девочка! И, что немаловажно, красавица! Как и все мы. - Скромно закончил он свою речь и положил в рот несколько кусочков сыра. - А может, винца?

- Как найдем Иржи, непременно. По поводу твоего предложения, Саэрэй. Я не только хочу отыскать твоего родственника, но и проинспектировать гарнизоны. Пусть жабы были неблагодарными свиньями, но в уме им не откажешь. Люди, которым мы платим зарплату, работают спустя рукава, не желая выполнять даже прямо высказанные просьбы. Про должностные обязанности я вообще молчу. Обленились, паразиты!

- А не надо с ними играть в демократию! Иначе на шею сядут, и все им будет мало! - Согласился Сааминьш. - У меня разговор короткий: не нравится положение вещей на земле, добро пожаловать в шахты!

- Мы тебя, Саэрэй, недооценили. Ты, оказывается, суров!

- Да, - самодовольно согласился дракон, - у меня не забалуешь!

- Оттого дети и бегут через одного? - вежливо поинтересовался Альеэро.

- Перегнул палку, был неправ, жалею о содеянном, пытаюсь все исправить! - речитативом выдал Сааминьш и промокнул салфеткой губы. - Я к отлету готов.

Альеэро отодвинул стакан и встал из-за стола.

- Счастливо оставаться, Эрнаандо.

- Не расстраивайся, братик. Мальчик непременно найдется. Когда-нибудь. А то может, останешься? Каарина тебе так вчера строила глазки... Не лишай девушку иллюзий!

- Вас и без меня трое. - Он наклонился к уху Эрнаандо. - Смотрите, перед свадьбой не лишите ее того, что так ценится в невестах.

- Я все слышу! - погрозил пальцем дракон.

- Я ни-ни... боюсь темных шахт и сырости. - Ужаснулся Эрнаандо.

- Тоже мне, Подгорный Змей называется!

- И не говори, сосед, одно название и осталось. А так: пенсия на носу, радикулит и насморк...

Альеэро хмыкнул и, махнув брату рукой, вышел из столовой. За ним потопал и Саэрэй.

- Полетим на пегасах. Нам уже запрягли двухместный экипаж. - Сказал младший Змей и открыл дверь, ведущую в сторону конюшни.

- Как скажешь, будущий родственничек. - Благодушно улыбнулся Сааминьш и подумал: "Знать бы, что так повернется дело, взял бы и дочек!"

Через полчаса запряженный пегасами летучий фаэтон стартовал с подъездной аллеи дворца в расцветшее сине-зелеными красками небо.


Немного опаздывая к назначенному времени, последнюю часть пути до городской почты Тони с парнями бежал бегом, а Марж, смешно подкидывая задние лапы, норовила запрыгнуть Иржи на руки. В конце концов, он ее подхватил и повесил на шею, магически уменьшив вес.

- Так. Подождите немного здесь. - Остановил их эльф на углу дома перед центральным почтовым отделением. - Не стоит сразу пугать нашим численным составом моего приятеля. А то решит, что его хотят ограбить! Хотя, я и так его ограбил... Но все равно, пока постойте.

И он вышел из-за угла, направляясь к запряженной четверкой пегасов почтовой карете.

Волшебные кони расправляли крылья и переминались с ноги на ногу в ожидании полета.

- Хей, Эриэл, старина, я пришел! - негромко позвал эльф в ночной тишине.

У входа в почтовое отделение тут же зажглись огни, и хлопнула дверь, выпуская светловолосого курьера в мундире и фуражке.

- Едем, Тони. Уже все готово. Забирайся!

- Слушай, Эриэл, у меня тут пара мальчишек с кошкой. Это по моей работе. Надо доставить в Зеленый Град, в Клан Оленей. Вернее, к их двоюродным братцам - Сайгаакам.

- Ты бы им лучше девочек ромаальских привез. Вот порадовались бы! Ну ладно. Они хоть маленькие? По сиденьям скакать и орать не будут?

- Спокойные, неприхотливые ребята. Сядут в уголке, ты их и не заметишь.

- Смотри, поверю на слово. Если что не так, выкину при первой остановке. Ты меня знаешь.

- Знаю, знаю. Йожеф, Иржи, идите сюда! - Махнул им Тони рукой из-за кареты.

Фаркаш вырулил на угол дома и приуныл.

- Йожеф, ты что?

- Карета, пегасы...мы что, полетим? - лицо парня потихоньку вытягивалось и зеленело.

- Хорошо. Быстрее доберемся. Постой, ты боишься летать?

- Меня укачивает, Иржи... Как сажусь в самолет, сразу достаю пакет.

- Сядем, я что-нибудь придумаю! Давай шевелись, младенчик.

Ребята, подойдя к карете, были подвергнуты тщательному внешнему осмотру высокомерным эльфийским курьером.

- А они насекомых мне не натащат? - С сомнением в голосе спросил Эриэл у Тони.

- А зачем они Вам? - Похлопал Иржи ресничками. - Вы их щелкаете вместо семечек?

Тони хмыкнул, а Эриэл махнул рукой:

- Полезайте на лавку у окна. И тихо. - Потом повернулся к приятелю и погрозил пальцем. - Ты обещал!

Все расселись, и невидимый кучер, сидящий за прозрачным щитком спереди, слегка пошевелил вожжи, просунутые в зачехленные отверстия. Пегасы плавно начали свой разбег по взлетной дороге.

- Иржи...- проскрипел зубами Фаркаш и стиснул локоть друга.

Тот немного подумал и, закусив губу, выдал:

- Sjmnus usque ad locum, - ткнув пальцем в Йожефа.

Тот зевнул, сонно посмотрел по сторонам и, положив голову Иржи на плечо, тихо засвистел носом.

Марж, недовольная захватом нагретой территории, сползла на колени, вытянув хвост и задние ноги на руку Йожефа.

Последний рывок, и копыта летающих лошадей оторвались от земли, взмывая в ночное небо. В его бархатной темноте ярко светили крупные звезды, серебрившие своим искристым светом прозрачные кромки высоких облаков, задумчиво проплывающих над спящею землею в дальние, солнечные края. Туда, где прольются, наконец, теплым летним дождиком, смывающим пыль с виноградных листов и плоских иголок шелестящего на ветру хвойного леса.

Карета с тихим свистом летела над маленькими поселками и возделанными полями. Над черными блестящими реками с сидящими по берегам русалками, которые махали им вслед руками и зажатыми в них водяными лилиями. Где-то в стороне, подняв приветливо шляпу с круглыми полями, пролетел на большом белом зайце колдун. Задние лапы косого так прытко отталкивали воздух, что колдун скоро превратился в маленькую точку, а затем и вовсе исчез. Иржи, поправив голову друга на плече, посмотрел вниз. Там, на лесной поляне, развесив на ветвях магические огни, кружились в легком танце длиннокосые дриады.

Марж успокаивающе урчала, Фаркаш сопел, Тони с Эриэлом вспоминали учебу, давясь негромкими смешками. Иржи и сам не заметил, как глаза его закрылись, и он тоже уснул.


Желтое светило уже выкатилось из-за горизонта на глубокое небо, сделав его своими лучами пронзительно-синим. Маленький провинциальный городок встречал очередной день своей тихой и размеренной жизни, когда на его центральную площадь перед ратушей приземлился роскошный, отделанный блестящими металлическими обводами, фаэтон правящей семьи, запряженный парой великолепных, мощных золотистых пегасов.

Градоправитель, живущий в особняке по соседству, только уселся в халате завтракать, покинув роскошные объятия молодой супруги, с огромным трудом выторгованной у старосты соседней деревни, который был ей батюшкой и утверждал, что сие дитя является плодом его плодом любви с местной русалкой. В это утверждение невольно, хоть и с трудом, верилось, поскольку жена старосты была мала, суха телом и чернява. А девица, наоборот, телом бела, широка в кости, круглолица и светлокоса. И любому мужику при взгляде на роскошную грудь, белые плечи и синие глаза, наивным взглядом задевающее за живое нечто, находящееся ниже пупка, еще долго не хотелось без внутреннего сожаления смотреть на собственную жену без тоскливого вздоха: "эх, поторопился...". Так вот, несмотря на огромное количество единиц мужеского пола, утрамбовавших деревенскую дорогу до состояния асфальта, староста воротил от претендентов нос, постоянно задирая и так высокую планку отбора потенциальных женихов. Невеста сидела у окна, хлопая целыми днями коровьими глазами, а староста, выставивший товар лицом, ухмылялся и ловил золотую рыбку в мутном потоке недовольных произволом претендентов.

И вот надо было случиться такому, что овдовевший градоначальник возвращался как-то через этот населенный пункт после дружеского "официального" визита с охотой и последующей трехдневной попойкой из соседнего города. Сначала ему понравилась дорога. Ровный, утрамбованный до каменного состояния, грунт шириной в две повозки так восхитил чиновника, что он изволил отдернуть занавеску и начальственным оком рассмотреть это чудо в деталях. Но, почти миновав стоящий в центре деревни роскошный двухэтажный дом, глаз зацепился за розовые ставни в середине, а потом уперся в необыкновенную красотку, сидящую в окне словно в витрине, с распущенными светлыми волосами и грызущую от скуки семечки. Шелуха, летевшая вниз, тут же разбиралась бегающими под окошком мужичками на сувениры.

Градоправитель забарабанил кучеру в стенку, и карета, сделав плавный разворот, причалила к резному крылечку. Едва слуга открыл дверцу, как на крыльце материализовался здоровый черноволосый и чернобородый мужик в нарядной рубахе и портах. Пряча за густыми бровями пляшущих в глубине синих глаз бесенят, он торжественно предложил зайти в дом, выпить да закусить. Чиновник приглашение принял и в течение двух оборотов терзал перенасыщенную в другом месте плоть брагой, квасом, окрошкой, поросенком и его ушами, сваренными в меду... Под конец, доверительно посетив отхожее место, он все-таки поинтересовался, что за прелестное видение он случайно заметил в окне? Староста мысленно потер свои здоровые лапы. Именно на подобную дичь и охотился хитрый и расчетливый мужик.

- Та дочка моя, Гаранька. Красавица, от женихов отбоя нет. Но говорит, не торопи, тятенька, по любви хочу, да чтобы перстеньки да серьги дарил, работой черной не нагружал, холил да лелеял! Голубушка моя... - мужик хлюпнул носом и промокнул сухие глаза рукавом.

- А как бы встретиться с дочкой твоей? Может, я по нраву ей придусь?

Довольный староста усадил гостя в красный угол, налил еще чарку самогона, а сам вылетел в двери за прекрасной дочкой.

И вот она вошла, опустив длинные изогнутые ресницы. При втором, более близком, рассмотрении, она оказалась еще прекрасней, нежели ему показалось раньше. Он, словно околдованный, подошел ближе и выдохнул ей в лицо трехдневный перегар:

- Красавица-девица, все свои богатства брошу к твоим ножкам, будь моей женой!

Та подняла ресницы, осветив синими глазами всю его нетрезвую душу и, оглянувшись на батюшку, пропела нежным голосом:

- Этого я смогу полюбить, папенька. Я согласна.

Через три дня народ города и окрестных деревень гудел на скоропалительной свадьбе. Невеста была прекрасна в бело-розовом воздушном платье и походила обликом на кремовый торт, жених выглядел счастливым идиотом, неожиданно нашедшим в навозной куче бриллиант и теперь не знавшим, куда его положить, чтобы не сперли, а папенька, пополнив банковский счет круглой суммой и благословив молодых, перекрестился и удалился в неизвестном направлении. И только молельник, трактующий волю Богов и передающий им в своем святилище просьбы людей, никак не мог зажечь венчальные свечи. Народ, уже истомившийся в предчувствии грандиозной пирушки, засвистел и заулюлюкал, отпуская по поводу молельника ехидные шуточки. Тот потел и терялся, поскольку был еще молодым и только назначенным. Наконец, не дождавшись воли Богов, он сам втихомолку щелкнул пальцами, и магическое пламя заплясало поверх розового воска.

А ночью, когда чиновник с молодой женой вошел в спальню, он первый раз в жизни почувствовал, как непрекращающаяся страстная истома раз за разом взрывает не только изголодавшуюся чувственность, но и выносит мозги. Утром, выжатый и физически, и душевно, он забил на работу и остался дома. И вот уже полгода, появляясь в ратуше только изредка, он проводит и ночи, и дни в страстных объятиях своей чувственной и всегда готовой к обътиям жены. И постепенно народ, видя такое дело, разленился. Стражники уже не дежурили у ворот, а проводили время, загорая, пересмеиваясь с проезжающими и собирая транспортную дань не в казну, а себе в карман. В городе открылись сразу три заведения Пастушки Греты, где весело проводила время вся мужская часть населения, у которой хватало монет на подобные развлечения. Женщинам, не раз писавшим петиции градоправителю, оставалось только бессильно скрежетать зубами и обсуждать, что бы они сделали со своими мужьями, если бы... Но жаловаться было некому, поскольку все посты занимались мужчинами и, следовательно, клиентами одного всем доступного и веселого дома.

Когда пегасы замедлили бег и остановились, укладывая вдоль спины крылья, Саэрэй обратил внимание Альеэро на кучки мусора и просто бумажки, перепархивающие с помощью воздушных потоков с одного места на другое. Ратуша стояла закрытой, хоть время было уже рабочее, и даже сторожа при здании кучер не выстучал. И лишь кое-где в домах были открыты ставни, но зеленщик уже раскладывал на лотках свой утренний товар, сбрызгивая его водой.

Альеэро спрыгнул с подножки фаэтона и медленным шагом подошел к пожилому мужчине.

- Здравствуйте, господин зеленщик. Доброго Вам дня и хорошего дохода!

- И Вам здравствовать, господин Ромьенус! - Мужчина, несомненно, узнал фамильные черты лица и рыжие волосы, поскольку такой цвет встречался в этом мире только у детей Клана Змей. - Чем могу служить?

- Скажите, а почему закрыта ратуша? И на улицах так грязно? Люди где?

- Так Вы что, ничего не знаете?

- И что я должен знать? Давайте присядем в тенек, пока у Вас нет покупателей, и Вы мне все расскажете.

Через полоборота, подарив зеленщику монету, Змей сел в фаэтон к Сааминьшу и задумчиво сказал:

- Знаешь, Саэрэй, действительно, гоняясь от скуки за развлечениями, я забросил порядок в собственном доме. И как после этого мне может довериться совершенно посторонний ребенок, если во мне виден только эгоизм и желание получить удовольствие любым путем?! Видимо, моя душа ему показалась близкой этому, - он провел рукой, - всеобщему безделью и бардаку.

- Какие умные слова, Альеэро! И, как моему будущему родственнику, я тебе обязательно помогу. Знаешь, ведь кроме Юори, у меня две дочери... Хорошенькие...

- Я в курсе, Сааминьш. Прошу, полетай над городом, поищи след Иржи. А я пока тут... поисправляю.

Саэрэй выпрыгнул из фаэтона и помахал руками, разминая плечи.

- И все-таки мужчине пристало думать о девушках, Альеэро, а не о чужих сынах Клана.

- Ты его еще не усыновил. А о Главе Клана думать можно? - Ореховые глаза с плавающими в них золотинками пристально взглянули в очи Сааминьша.

- Тьфу на тебя, бестолковый! - Сказал, отворачиваясь, Саэрэй и плавно перетек в драконий облик.

- Эй, я жду известий, противный! - Крикнул ему вдогонку Альеэро, пряча ехидную усмешку.

И вот, дракон, набрав высоту, уже скрылся за крышами зданий.

А Ромьенус, сосредоточившись, снова щелкнул пальцами.

На заплеванную и грязную мостовую, в халате на голом и исхудавшем теле, свалился градоправитель в одном тапочке. Другая нога вызывающе сверкала босой желтой пяткой. Глаза, не успевшие привыкнуть к резкому переходу от полутьмы к свету, заслезились, и он не сразу понял, что произошло и кто перед ним стоит.

Народ, живущий в домах у площади, просыпался, бросал утренние дела и, боязливо перебирая ногами, выходил посмотреть.

Наконец, чиновник проморгался и взглянул в нужном направлении. И рухнул на колени, опустив голову. Альеэро снова щелкнул пальцами и поставил силовую клетку. И через секунду в ней оказалась роскошная, в прозрачном кружевном белье, жена отвечающего за город лица. Улыбнувшись всем сразу, отчего мужики застонали, а женщины зашипели и придвинулись, сжав кулаки и сумки, ближе, роскошная женщина подошла к гудящим линиям и, не дотрагиваясь до них, прошептала, облизывая пухлые розовые губы:

- Поймал, любимый!

Градоправитель вскочил на ноги и, пошатываясь, подошел к клети:

- А я, рыбка моя, русалочка?! - он попытался дернуть прозрачный силовой прут, но был отброшен на кучу мусора и, сильно ударившись, не смог подняться. Тогда, закрыв рукой глаза, он заплакал. А Альеэро, подойдя к прутьям, поинтересовался:

- У нас была договоренность. Зачем ты пришла на наши земли?

Он стоял и смотрел, как женщина, пытаясь его очаровать, окутывается черным с красными молниями, никому не видимым, кроме магов, дымом, опутывающим сладкой сексуальной иллюзией душу, и разъедающим ее суть.

- Ты меня-то хоть не очаровывай, красотка. Говори, кто тебя выпустил?

Неожиданно прекрасная женщина превратилась в красноглазого тощего уродца с корявыми лапками, который проквакал:

- Твоя взяла, Альеэро, как и всегда!

- Так будет и впредь. Так почему ты нарушила договоренность и залезла в мои земли?

- Так родственничек твой выпустил. Такой синеглазый. Сам распечатал шахту и пригласил именем Ромьенусов пожить в долине. Мы тоже не поверили, так он перстень с печатью показал. Именной. Вашего Клана. Ну и мы пошли.

- Сколько вас? - свел брови Альеэро.

- Четверо. Остальные и вылезать-то от греха подальше не захотели. Им и бесов с чертями подпитаться хватает.

- А ты?

- Любопытство проклятое заело. Знала ведь, что добром не кончится! - Существо шмыгнуло сморщенным носиком и вздохнуло.

По толпе прошла возмущенная волна. Бабы разворачивались к своим мужикам, сжимая кулаки и засучивая рукава. Те трусливо опускали глаза и норовили выскочить из-под обстрела. Послышался первый и хлесткий звук пощечины. За ней - глухой удар. Толпа начала потихоньку выметаться с площади.

- Стоять! - Рявкнул Альеэро так, что в окнах зазвенели стекла. - Всем немедленно выйти на работу и вычистить город. Гвардейцам, незаконно присвоившим въездные пошлины, будет удержана зарплата в двухмесячном размере. Все чиновники, бравшие взятки, будут лишены имущества и высланы в рудники. Семьи - за пределы города. Новый градоправитель приступит к обязанностям завтра. Все свободны.

Народ сдуло ветром, но через некоторое время на площади появились трезвые мужики с метлами и магическими пылесосами. Они деловито собирали дурно пахнущие кучи в мешки и утилизировали их портативными распылителями.

- А теперь с вами, господа. Я могу отпустить тебя обратно, суккубочка. С теми же условиями, что и раньше. Но, если я еще раз увижу кого-либо на поверхности из твоей братии, пеняйте на себя. Уничтожу без предупреждения. Согласна донести мои слова до своих?

- Согласна, моя любовь...

Альеэро поморщился и открыл клеть. Существо вышло и, сняв с пальца обручальное кольцо, бросило его на землю. Оно вспыхнуло белым божественным огнем и сгорело.

- Спасибо, Ромьенус. Живи счастливо. - Суккуб подняла красноглазую голову. - А мальчика твоего тут нет.

- А где он? - невольно подался к ней Альеэро.

- У тебя тоже есть слабости. Не поддавайся им, нарушая закон, красавчик.

- Не нарушаю, милая. И к твоим слабостям я отнесся вполне снисходительно, отпуская тебя домой.

- Вот за это я тебя уважаю! А мальчик, оставив тетку у врача, сел в почтовую карету. И улетел, мой хороший, с двумя эльфами.

И суккубочка, оскалив клычочки, медленно растворилась в воздухе.

Альеэро снова щелкнул пальцами. Рядом с ним появился бледный молельник со свечой в руке.

- Ты совершал обряд соединения главы города и его женщины?

- Я-а... - заикаясь, сказал тот.

- Было этому Божье Благословение?

- Не-ет, свечи никак не зажигались, ну я их и зажег!

- Вон с моей земли. Пусть с тобой разбирается начальство или инквизиция.

- Только не инквизиция... - И молельника втянуло в крутящуюся воронку портала.

- А теперь ты, жертва собственного идиотизма и блуда. Ты видел, с кем связался? С одним из порождений преисподней, пьющим твою жизненную энергию. Еще месяц, и ты бы умер в ее объятьях. Понимаешь?

- Да. - Заторможено сказал бывший градоправитель. - Понимаю.

- Тогда собирайся, поедешь на рисовые поля в предгорья. Трудотерапия хорошо излечивает психическо-сексуальные расстройства.

- А кем? - Наконец, проявил заинтересованность мужчина.

- Рабочим, батенька. Узнаешь, как тяжело добывается трудовая мелочь и, заодно, подумаешь над смыслом жизни. Работать-то будут только руки.

Когда мрачный градоправитель исчез, Альеэро подошел к одному из рабочих.

- А скажи-ка, милейший, где здесь проживает хороший доктор?

Мужчина выпрямился и сказал:

- Так для господ у нас принимает доктор-эльф. Около Озерной площади. Прямо через две улицы.

- Спасибо!

Альеэро вскочил в фаэтон и, указав направление, приказал кучеру ехать. А дракон... он и так все увидит с воздуха!


Проснувшись от ощутимого тычка под ребра острым локтем, Иржи открыл глаза, потянулся и неожиданно осознал, что почтовый экипаж стоит на земле, а внутри, кроме него, Фаркаша и Марж, никого нет. Йожеф, почувствовав завозившегося Иржи, тоже проснулся и, зевнув, поинтересовался:

- А мы уже не летим?

- Возможно, мы прилетели. Пойдем, выйдем, заодно туалет поищем. Ну, и эльфов тоже.

Выскочив из кареты на широкую улицу, вымощенную желтой плиткой и увидев на тротуаре кадку с пальмой, Йожеф удивленно присвистнул:

- Это куда же нас с тобой завезли? Может, тут есть и море?

По улице ходили люди, проезжали на трехколесных механизмах с тележками гномы. Болтая между собой, две эльфийки в широких шароварах чуть не задели зазевавшегося Иржи цветными бумажными пакетами, наполненными зеленью. Трехэтажные домики под красными крышами стояли с открытыми окнами, откуда свешивались цветочные ящики, радуя глаз разноцветными, тянущимися вверх, гирляндами бутонов и уже раскрытых цветов. Среди немногочисленных, но уже лиственных деревьев, блуждал ветер, иногда падая вниз и поднимая подхваченную с мостовой белую пыль. Парнишки оглянулись. Карета стояла у дверей с изображением оленя, над головой которого сверкала корона.

- Наши эльфы, наверное, там надолго. - Высказал догадку Фаркаш. - Пойдем, пробежимся вон по той улочке, идущей под гору?

- Заманчиво, тем более, что и подписать какие-нибудь кустики организму просто необходимо!

- Точно, отметимся, и назад.

И они рванули вниз по улице, обгоняя чопорных, хорошо одетых прохожих, которые с недоумением смотрели им вслед. И вот, оббежав последний дом, они вылетели на залитую солнцами широкую набережную. А за ней, без конца и без края, плескалось необычное своим окрасом, фиолетово-синее море. Густое лазоревое небо с барашками бело-голубых облаков где-то далеко соприкасалось с водой горизонтом, вызывая желание умчаться без возврата в эту немыслимую даль и, наконец, увидеть все чудеса, творящиеся при волшебном слиянии воздуха и воды.

- Смотри, Иржи, там есть спуск к воде!

И точно, в парапете, огораживающем место гуляния публики, виднелся проем. Скатившись по ступеням, они остановились на береговых камнях, полностью очарованные нежно-голубой прибойной пеной и прозрачностью морской волны.

- Как я хочу это нарисовать! Такие картины продавались бы, как горячие пирожки в базарный день... - прошептал замученный бесконечными приключениями художник. - И еще смотри, там, у мыса, большая приливная волна. Ты катался когда-нибудь на серфе, Йожеф?

- Не довелось, господин Иржи. Мы все больше пузом по грязи. Или фанеркой по льду.

- Не обижайся, Фаркаш, но тебе бы понравилось.

- Слушай, а зачем нам возвращаться? - Вдруг спросил Йожеф. - Что нас удерживает рядом с этим эльфом?

- Ничего.

- А куда он нас вез?

- Не знаю. Мы просто сами сели за ним в карету.

- Ну вот! И еще неизвестно, куда бы он нас завез и где бросил. Поэтому предлагаю - не возвращаться. Давай поищем на окраине какую-нибудь развалину, а на оставшиеся деньги купим тебе краски и бумагу. Видишь, там тоже кто-то что-то рисует. И ты порисуешь. Глядишь, денег заработаем на Академию!

- Ты бы предложил снова ромаалками нарядиться! Смотри, как местные хорошо одеты! Как бы у нас не было проблем со служителями порядка!

- Тогда давай убираться отсюда.

- Давай. Вдоль моря и на выход.

Иржи подхватил йонси на шею, и они, стараясь шагать в тени кустов, быстро направились к уже виденному ими мысу.

Но огромный водный массив был прекрасен. Фаркашу пришлось взять Иржи за руку, чтобы тот не попадал прохожим под ноги и не спотыкался о выставленные под пальмы скамейки.

Через минут сорок ходьбы, они увидели окончание каменной набережной, лестницу, а за ней - маленькие домишки, окруженные извечными хвойниками и опрятными огородиками.

- А вот и кустики! Марж, посиди, мы сейчас!

Через несколько минут раздался двойной удовлетворенный вздох.

Дело уже шло к вечеру. Желтое солнце почти касалось своим диском золотой дорожки, нарисованной на бордовой воде, когда двое голодных пацанов сидели на камнях, уныло созерцая прекрасный пейзаж.

- Вот скажи мне, отчего тут так все дорого? - Кипятился Фаркаш. - У них что, в туалете унитазы золотые? Ортопедические матрасы на лежаках? Или стены в доме выложены бриллиантами?

- Сезон, Йожеф. Большой спрос.

- Ну а почему булки стоят столько, что на эти монеты в долине Змей саму лавку можно купить?

- Сезон. Мы с тобой попали на дорогой курорт. Видишь, на противоположном конце бухты, сверкает в солнечных лучах большой дворец? Наверное, это дом местного Клана. И если хозяева живут во дворце, то и народу тут толчется много. Не переживай, Фаркаш. Завтра что-нибудь придумаю.

Позади них еле слышно заскрипели под чьими-то ногами камешки. Мальчишки обернулись и вскочили. К ним медленно приближался Тонимэл.

- Удрали, значит? - Спокойно поинтересовался он и присел на теплые камни.

- Ушли посмотреть море, но оторваться от него уже не смогли. - Опять честно ответил Иржи. - Невозможная красота! Так и хочется рисовать до бесконечности! Какие цвета! Это просто чудесно!

- А почему меня не дождались?

- Не хотели быть в тягость. Ты и так нас подвез. Только куда?

- Видите, там дворец? Это резиденция одного из богатейших семейств - Клана Оленей. У них большая долина, много подданных и родственников. И самое главное - удобный выход к морю. Там, за мысом, есть еще одна бухта. Там - торговая гавань, где останавливаются купеческие корабли, которые плавают и на другой континент. И уже отсюда развозятся по нашим долинам шелка и пряности, красивое оружие и драгоценности. И экзотические человечьи девушки для Пастушки Греты.

- А ты здесь уже бывал, Тони?

- Да, Иржи. Я здесь живу. И приглашаю вас к себе домой на вкусный ужин с последующим сном в теплой и чистой постели.

- Спасибо! - Вскочил Фаркаш.

- А чем мы тебе будем обязаны, Тони?

- Кто-то хотел рисовать? Так вот, с тебя - картина!

- Договорились, - Кивнул Иржи, подтянул сползающие штаны и, с видом наследного принца на променаде, пошел рядом с Тони, показывающим по пути местные достопримечательности.

Дом у Тонимэла был небольшим и расположенным далеко от моря, зато стоящим на собственном участке со скромным хвойным парком, внутри которого спряталось маленькое и чистое озерцо. Вся территория огораживалась высоким, метра два, колючим кустарником с переплетенными ветвями, используемым местным населением вместо забора. Открыв ключом спрятанную в зеленой листве калитку, он прошел внутрь и развел руки.

- Вот это все - мой дом, ребята! Располагайтесь, где хотите!

- Здорово! - Восхитился Иржи. - Спать предполагается на травке, а в пищу употребить веточки?

- Да они такие пушистые, аппетитные! Иржи, нам одной на двоих хватит! - поддержал Йожеф.

Тони размахнулся и влепил два несильных, но обидных подзатыльника.

- Вон дом, в нем ванная и ужин!

- Я тебя уже люблю, Тони! - С придыханием сообщил Йожеф и, сняв на крыльце ботинки, унесся на запах жареной картошки.

- Да я вообще-то хотел не этого...

- А кого? - лукаво усмехнулся Иржи, стаскивая свою самонарисованную обувь. - Надо же, до сих пор не развалились.

- Ладно, не болтай, пойдем кушать.

Когда голодную тоску сменило сытое удовлетворение, неспешно запиваемое чаем с пирожными, Иржи потянуло на вопросы.

- Скажи, Тони, ведь это - очень дорогой город. Откуда у тебя, безлошадного бродяги, такие апартаменты?

- Ну, лошадь мне не нужна. Я путешествую порталами. Ну, а когда их отбирают в какой-нибудь тюрьме, то автостопом. В этот раз мне необычайно повезло: и денег заработал, и познакомился с вами. А также встретился с давним приятелем, за одну ночь подбросившим нас к дому.

- А еще вылечил Маму Розу!

- Это не я, Фаркаш. Это доктор. А деньги... В этом городе без работы точно не останешься.

- Так кем же ты работаешь, умный Тони?

- Я работаю детективом. Расследования любой степени сложности.

- А-а... - с уважением протянул Йожеф. - Для этого действительно нужна светлая голова и отсутствие аристократических привычек.

- Точно.

- Сколько у тебя книг! - Позавидовал Иржи. - У меня в библиотеке их было гораздо меньше. Разве что у Берната... - нахмурился он. - А можно взглянуть?

- Конечно!

Тони понравился наивный восторг, с каким мальчишки рассматривали его жилище. Убежище - как он сам его называл.

Иржи осторожно открыл стеклянную полку и снял книгу. Но раскрыв ее, в недоумении уставился на страницу:

- Но я ничего не понимаю!

Тони с азартным видом подался вперед: уж очень восхитительно запахло чужой и совершенно непонятной тайной.

- Но ты же говорил, что умеешь читать! И на колдовском языке вон какие конструкции придумываешь!

- Умею. - Вздохнув, поставил назад книгу Иржи. - Но не на вашем языке.

- Так ты с другого континента! - "догадался" Тони.

- Именно, что с другого... - согласился парень.

- А хочешь, я обучу вас грамоте? Пока у меня нет заказов, я с вами позанимаюсь!

- А с той работой ты уже закончил?

- Ну да. Отдал клиенту записывающий кристалл. Думаю, свадьба расстроится.

- А давай! Может, мы все-таки поступим в Академию?

И далеко за полночь в доме раздавались веселые голоса, читающие знакомые звуки, написанные другими буквами.


Когда фаэтон Альеэро остановился около дома, где эльфийский доктор лечил пациентов, на крыльце уже стоял Сааминьш вместе с красавцем-эльфом и похожей на него девушкой. Все трое весело смеялись, причем Сааминьш строил девушке глазки, потряхивая длинными темными кудрями.

Увидев Альеэро, все трое спустились с крыльца, причем эльф и девушка, узнавшие фамильный рыжий цвет, почтительно поклонились. Сын Клана ответил кивком головы и вопросом, обращенным к Сааминьшу:

- Ну и где они?

- Увы, оставили старую ромаалку долечиваться, а сами ночью убежали. Расплачивался эльф. Но мне рассказали такую забавную историю про двух молодых ромаалок...

И Сааминьш, похохатывая, пересказал то, что услышал от жителей и девушки-эльфийки.

- Да-да! - подтвердила она. - Девчонке столько монет накидали! Только среди ночи пришел эльф, отдал триста монет, забрал девушек и исчез. А мы так хотели посмотреть на их выступление на Озерной площади!

- Спасибо, господа! - поблагодарил Саэрэй, хватая Альеэро под локоть и разворачивая к фаэтону.

- До свидания! - Хором ответили эльфы.

Забравшись на сидения и тронувшись с места, Сааминьш вздохнул и сказал:

- А ты был прав. Его нет в городе. Последний раз ночной воришка видел, как два пацана с кошкой залезали в почтовую карету. Так что они, скорее всего, уже далеко. Знать бы только, что обещал им этот эльф, если они так доверчиво отправились вместе с ним... Что делать будем, Альеэро?

- У нас большие проблемы в долине, Саэрэй. Чертов дядюшка выпустил на волю четырех суккубов. Этот город буквально за месяц утоп в грязи и разврате только от одного. Если их не поймать, то наша долина из процветающей превратится в гниющую. Поэтому я отправляюсь с инспекцией по своим населенным пунктам, а ты, если у тебя нет срочных дел, за почтовой каретой.

- Договорились. - Серьезно кивнул головой Сааминьш. Он тоже не понаслышке знал о проблемах с выходцами из преисподней. - Что еще?

- Присылай весточки, как только что-нибудь узнаешь о ребятах. Пожалуйста! - Ореховые глаза Змея умоляюще посмотрели в лицо Саэрэя. - Если что, я сразу приду порталом. Найди их, Дракон!

Тяжелая рука Сааминьша легла на плечо Альеэро.

- Не переживай. Найти-то найду. Главное - уговорить вернуться!

Тонкие губы Змея искривились в жалобной улыбке.

- Знаешь, Дракон, ни от кого на свете я не чувствовал столько тепла, как от этого мальчика. У него добрая и живая душа. И мне плохо без света черных, - он глянул на Сааминьша, - семейных глаз.

- Ничего, вернем мальчишек, я тебя с дочками познакомлю! У них глаза - огонь! Ух!

Альеро только усмехнулся и пожал Саэрэю руку.

- До связи, будущий родственник!

- Удачи, сынок!

И фаэтон Альеэро разогнался, набрал высоту и скрылся из глаз в синем небе. Сааминьш же перетек в драконий облик и, тяжело поднявшись с каменной мостовой, взмахнул крыльями и, не оглядываясь на оставленный город, полетел вдоль южного пути.


Глава десятая. В которой мальчишки знакомятся с городом и зарабатывают деньги, а Змей и Дракон чистят долину от суккубов.


Утро в доме детектива Тони началось с того, что йонси прискакала откуда-то с мокрой шерстью и отряхнулась на кровать Иржи. Приподнявшись и, с закрытыми глазами пробормотав латинскую скороговорку, от которой кошка сделалась пушистым шариком с шерстью, торчащей во все стороны, он рухнул назад, но глаза тут же распахнулись сами. Сон куда-то улетучился, а прекрасное и бодрое утро лезло во все окна их с Фаркашем комнаты.

Найдя полотенце, Иржи обернул его вокруг бедер, волосы подколол найденной в шкафу дамской заколкой и, открыв дверь, босиком по росе пошел к озеру. Над водой поднимался молочный пар. Но белый песочек и чистое дно так манили искупаться забывшее воду тело! Он скинул полотенце и с разбегу влетел в озеро, поднимая тучу брызг. Вода была теплющей и мягкой-мягкой. Он быстро доплыл до другого берега, оттолкнулся от песочка и лег на спину, разглядывая облака. Как же красиво! И необычные краски и хвойные лапы... надо попросить у Тони в долг, купить хотя бы акварель, кисти и бумагу. И, наконец, нормально одеться.

Поплавав еще немного, он вернулся в дом и влез под душ, промывая цветочным мылом длинные пряди. Интересно, что после лечения Мамы Розы, у Фаркаша тоже начали расти волосы, становясь из темно-русых светлыми. А кончики вообще побелели.

Распахнув дверь в ванную комнату с полотенцем через плечо, он пошлепал в мансарду, где вчера им постелил Тони и, завернув за угол коридора, со всего размаху влетел в пожилую троллиху. Нет, все бы ничего, не считая того, что кроме полотенца на плече и длинных волос на нем ничего не было.

- Извините! - просипел он, пытаясь проскользнуть мимо. Но в противоположную стенку уперлась огромная лапа.

- Оденешься, приходи на кухню завтракать! - строго сказала женщина и, убрав руку, пронесла мимо него величественный бюст и внушительные бедра, обтянутые полосатым платьем. Распластавшись по стеночке, он обернулся ей вслед. На большой голове в такт тяжелым шагам болталась тоненькая косичка, завязанная огромным малиновым бантом.

Скоро дом ожил: из кухни потянуло свежим запахом сваренного кофе, на который встал Тони, а за ним проснулся и Фаркаш, как всегда веселый, неунывающий и готовый к свершениям. И только Марж, ранним утром нагулявшись, спала в постели Иржи.

Рассевшись за столом на большой и светлой кухне, они с удовольствием поедали завтрак, закусывая свежайшими булочками. Кухарка Ингра с улыбкой на лице смотрела, как мальчишки кушают ее стряпню и подкладывала им еще. Первым не выдержал Иржи и отодвинул тарелку, поблагодарив троллиху за прекрасный завтрак:

- Госпожа Ингра, вы чудесно готовите! Ни один ресторан с Вами не сравнится!

- Ой уж! - засмущалась польщенная женщина. - Вот обед сделаю, тогда скажете!

- Что сегодня будем делать, ребята? - Поинтересовался Тони у парней.

- Вообще-то, я хотел одолжить у тебя немного денег. Нам надо переодеться и купить краски. Иначе чем я напишу картину? - Улыбнулся Иржи.

- Лады! - Воскликнул Тони вставая. - Сегодня отправляемся по магазинам!

Через пол-оборота, заперев за собой калиточку, спрятавшуюся в густой листве живой изгороди, эльф и два его спутника энергично шли по зеленой улице неширокого, но длинного городка, разползшегося по всему берегу немаленькой морской бухты. Спустившись на центральные, еще пустые по раннему времени, улицы с только открывающимися витринами магазинов, Тони равнодушно прошел мимо выставленных на всеобщее обозрение за стеклом товаров, и свернул в маленькую подворотню, увешанную сохнущим постельным бельем, развевавшимся на ветру подобно разноцветным флагам на военном смотре.

- Нет, ну посмотрите, куда прет этот, прошу прощения, дылда безглазая? - раздался откуда-то сверху басовитый женский голос, а под тяжелым телом мучительно заскрипели старые ступени. - Или у него совершенно нет совести, или он хочет нанести принципиальную обиду моему истерзанному сердцу! Капка, Дишка! Он пришел бесплатно позаимствовать наше недавно купленное в модной лавке белье!

- Тетка Тарма, это я, Тони! Вооружи свои маленькие глазки большими очками, да не забудь протереть их тряпочкой, чтобы стены снова не поймали тебя в свое кольцо!

- О, Капка, Дишка! Это к нам Тони таки пришел... Мы тебя уже и не ждали, - шаги ускорились, а лестница в ужасе затрещала, - думали, сгинул на чужбине, касатик. Хотели скинуться, свечу поставить, но свечи опять подорожали! Ни стыда, ни совести у этих молельщиков, одни убытки благочестивой душе и совершенно пустому карману! А у нас опять все плохо. Пинчо как на заработки уехал, так и монетка в кармане не валяется, и крошки хлеба в доме нет! И белье-то все в заплатах!

Иржи и Йожеф переглянулись и, опустив головы, захихикали.

Откуда-то сверху, наконец, спустилась огромная троллиха и, изящно огибая бочкообразным телом развешанное белье, четко вышла на голос.

- Здравствуй, Тони! Ай, как поправился, растолстел на чужих хлебах, видно, хорошо заплатили? - Поинтересовалась Тарма, поджав тонкие губы. Из-за ее обширной спины выглядывали две молодые девушки-троллицы, улыбаясь и опуская реснички под эльфийским насмешливым взглядом.

- Здравствуй, тетка Тарма! Говоришь, Пинчо на заработках?

- Тебя-то не было, а кто еще даст такую хорошую работу и столько монет маленькому Пинчо? Вот и пришлось ему уехать! - Она укоризненно посмотрела на Тони, словно он был виноват в их финансовых трудностях.

- Не стони, тетка Тарма. Вот тебе в счет будущих услуг. - Он протянул ей руку с мелочью, которая тут же исчезла сначала в огромной лапище, а затем - в необъятном кармане. - А Пурито, надеюсь, никуда не делся?

- Ох, да куда ж он денется? Сидит, шьет. Только заказов совсем мало! Даже в его маленький желудок положить нечего! Разве это заказы? Две строчки, три точки да мои невысыхающие слезы! А чего ты хотел? - Заблестели ее маленькие глазки.

- Мальчиков одеть.

Тетка Тарма тут же оценила и прикинула. И большой рот расплылся в улыбке:

- Ой, да проходите же скорей! Пурито сразу все бросит и займется только вами! А другие заказы подождут!

- Ты говорила, что их нет? - Все-таки не выдержал Тони. - Или мне к Дженди подойти?

- Нет-нет! - испугалась троллиха. - Пурито все сошьет быстро, да и скидочку сделает! Ты иди!

Мощное тело с упертыми в бока локтями встало так, что обратного пути, кроме как через комнатку Пурито, уже не было. Поэтому эльф, потянув перекошенную створку на себя и немного придержав отваливающуюся доску, открыл дверь и вошел внутрь. А мальчишки - за ним.

Оказавшись в темной комнате, заваленной отрезами тканей, бумажными выкройками и какими-то обрывками, Тони, придерживаясь за стеллаж, двинулся дальше и открыл вторую дверь. В этом помещении было светло. Огромное окно занимало почти всю стену. Напротив него висело большое зеркало, около которого стояли одетые в подколотые заготовки манекены. Рядом с ним стоял широкий и невысокий стол, на котором сидел парнишка, похожий приземистой фигуркой и чертами лица на тетку Тарму.

- Здравствуй, маленький гений большой моды! - поздоровался Тони.

- Здравствуйте! - улыбнулся сразу всем парень и отложил в сторону разрезаемый им материал. - Что-то будете заказывать?

- Будем, Пурито. У тебя есть что-нибудь готовое вот на этих молодых людей? А то видишь, в чем приходится появляться на людях?

- Готовое? - он смерил мальчишек профессиональным взглядом. - Что-то есть. Сейчас посмотрю.

Он соскочил со стола и, подпрыгивая, удалился в закрытую комнату. Скоро оттуда послышался шум, треск и ругань.

Иржи с Йожефом переглянулись и посмотрели на Тони.

- Не волнуйтесь, - прошептал он. - Многие вещи, изготовленные Пурито, продаются в городских центральных магазинах, выдаваемые за островные. Ну и с соответствующей наценкой. Со своих же он берет совсем недорого. А младший сынишка тетки Тармы, Пинчо, частенько помогал в моих расследованиях. Кто обратит внимание на маленького троллика, болтающегося под ногами? А он, между прочим, умный, и память у него великолепная!

Тем временем, из комнаты вышел Пурито, неся охапку готовой одежды.

- Вот, хотел продать Линесским эльфам, да они вчера не забрали. Посмотрите, что из этого подойдет! - он бросил ворох вещей на стол и встал рядом.

Иржи с Йожефом тут же начали разбирать вещи. Рубашки, штаны - все было качественным, и красиво пошито из дорогой ткани, которая не мялась и долго носилась.

- Это отличная одежда! - сказал Иржи эльфу. - Боюсь, мы с тобой долго не расплатимся.

Тони махнул рукой:

- Но не дороже жизни, парень. Берите все, что надо. Да побыстрее. Нас еще ждет белье и обувь.

- Скажи, Пурито, а у тебя есть приличные брюки и рубашка с курткой из ткани попроще, но чтобы хорошо отстирывались от краски?

- Сейчас. - Тролль снова удалился в комнатку, откуда раздался очередной шмяк.

- Меряйте! - Парень принес синий комбинезон, состоящий из брюк и пришитой к поясу грудке на эластичных лямках.

Иржи примерил по очереди все, что себе отложил. Одежда сидела так, словно мальчишка шил прямо по его мерке. Рядом пыхтел довольный Фаркаш.

Эльф посмотрел на парней:

- Вот прямо так и идите, не снимайте. А то неудобно по центру с такими босяками прогуливаться. Вдруг привлекут за попрошайничество? - И он подмигнул сыну тетки Тармы. Тот покраснел.

- Сколько? - как ни в чем не бывало, поинтересовался эльф.

Тот повозил босым пальцем по полу и выдавил, борясь с собственной жаждой наживы:

- Пятнадцать монет!

Эльф покачал головой и почмокал губами.

- Пурито, Пурито! Если бы я не знал тебя еще крошкой, то подумал, что ты хочешь на мне нажиться. Но ты, наверное, ошибся?

Парень покраснел еще сильнее и покрылся потом:

- Только для тебя, Тони, отдам за десять... - он тоскливо посмотрел на сшитую его руками одежду. - Забирайте!

Тони достал из кармана тоненький, но объемный после раскладки, мешок и сгреб в него все, в том числе и старую одежду ребят.

- Спасибо, Пурито, ты - настоящий гений! - И, открыв дверь, вынырнул сначала в темную комнату, а потом, придержав отходящую доску, во двор, перетянутый бельем.

- А теперь уходим очень быстро! - скомандовал он.

И точно, они пересекли две трети двора, как сзади начал набирать обороты голос тетки Тармы:

- И шо он тебе так мало заплатил? Ты сидел, ночей не спал! Да Линессы дали бы на десять монет больше! Ох, этот Тони! Я вам всегда говорила, что не нравятся мне эти хитрые эльфы! Все обмануть норовят бедных, голодных и несчастных троллей, пропадающих в Клановых городах без своей исторической родины! Дядя Покеш приглашал вернуться, припасть к родным камням, но я все не верила в обман и коварство длиннокосых! Ах, какая я доверчивая! Кто угодно обведет вокруг пальца! - доносилось им вслед, пока из арки под домом они не вышли на светлую улицу.

- Но мы их точно не обманули с ценой? - поинтересовался Фаркаш. - Одежка-то хорошая!

Он с удовольствием посмотрел на свои мягкие оранжевые штаны с серой рубахой. Удивительно, но под этими блистающими солнцами яркая одежда смотрелась очень органично, а темная - весьма мрачно. Поэтому черный цвет носили только в волосах, да и то, многие раскрашивали свои кудри в различные сочетания полосок и пятнышек.

- Не обманули, - усмехнулся Тони. - Линессы - торговый дом, которому он постоянно шьет, дали бы пять - шесть монет. А тетка Тарма такие концерты устраивает по десять раз на дню по поводу и без него. Наоборот, если соседи не слышат ее голоса, значит, действительно случилось что-то серьезное.

- А может, парень от мамы денежку взял и заныкал? - предположил Йожеф.

- Нереально. Она все видит уже в глазах и даже на подходе!

Вместе посмеявшись над тролльими нравами, они посетили лавку с готовой обувью и магазин мужского белья, в котором на самом видном месте висели трусики в виде недлинных панталон с рюшечками и кружавчиками.

Йожеф не выдержал и хрюкнул, шепнув Иржи на ухо:

- Интересно, а у Альеэро такие есть? Ты, как разбогатеешь, купи в подарок!

Иржи обернулся и расплылся в хитрой улыбке:

- Тони, - крикнул он на весь магазин, - а Йожефу так понравились вот эти панталончики! С голубыми кружавчиками... Ой, а тут и стринги есть!

Йожеф покраснел и, отпихиваясь от улыбающейся эльфийки-продавщицы, вылетел на улицу.

Тони посмотрел ему вслед и пошел расплачиваться. А Иржи вышел в дверь за Фаркашем.

Надутый Йожеф стоял на тротуаре спиной к магазину, рассматривая противоположную сторону с пестрыми витринами. Иржи, взяв забитые сумки в одну руку, другой тронул друга:

- Ну, извини, Фаркаш.

- Глупая шутка. - Холодно сказал тот.

- Тогда и ты так не шути об Альеэро. Я обязан ему жизнью - это раз, а во-вторых, он мне действительно очень симпатичен, как и его братья. Знаешь, когда все закончится, и мы станем богаче и сильнее, мне бы хотелось с ними подружиться.

Йожеф обернулся.

- Извини и ты. Я не думал, что у тебя к нему такое отношение. А что же ты не остался с ним, во дворце?

- Я хочу быть другом, а не игрушкой. Понимаешь? Меня устраивают только отношения равного с равным. А эта семья... они ценят друг друга, уважают. Мне было приятно находиться среди них.

- Поэтому ты и полез защищать своего ненаглядного Альеэро?

- Да ты ревнуешь, Фаркаш! - Иржи хлопнул друга по плечу. - Не горюй, ты становишься таким красавчиком! Но предпочитаю я все-таки девушек. Запомни, мой друг!

И они засмеялись. А Тони, расплатившись, утянул их в очередную подворотню за обувью.


Дракон Сааминьш неторопливо летел по синему небу, наслаждаясь окружающими пейзажами. Когда бы это его одного, без почетного сопровождения, отпустили полетать по долине чужого клана? Он приземлялся в городах, стоящих вдоль южного пути, заходил в почтовые отделения, расспрашивая про карету с мальчишками. Но суровые служители почтового экспресса, как один, утверждали, что курьер не имеет права подсаживать к себе попутчиков. Тогда он пробовал выяснить, останавливалась ли какая-нибудь карета здесь позавчера ночью или нет, но взгляд почтарей мгновенно подергивался личной неприязнью и опасением внеплановой проверки, вследствие чего замыкаясь окончательно.

Тогда дракон стучался в окрестные дома. Но полуночников, выслеживающих кареты, не находилось тоже, и он летел дальше. Незаметно подошедший на бархатных лапах вечер застал Сааминьша в воздухе. Надо было куда-то спускаться и немного поспать. А желательно, и покушать. Поэтому, завидев за лесом посадочные огни большой деревни, он устремился туда, пока еще не совсем ушедшее желтое светило указывало ровное место на склоне холма для приземления, с тропой до населенного пункта. Обернувшись в человеческий облик, Саэрэй быстро пошел в сторону заманчивых огоньков, зажженных в человеческих домах.

О, да! Первый встреченный им пацанчик за мелкую, затертую до блеска, денежку Клана Рыб, соседствующего с правой стороны со Змеями, довел Дракона до трактира. Окна сего чревоугодного заведения блестели яркими магическими огоньками, развешанными промежду связками прошлогоднего лука и чеснока, а также цепями, кожаными ремнями, бубенцами и еще какой-то, видимо, ненужной хозяину, запряжной атрибутикой. Над порогом, как и полагалось, висела прибитая подкова. Но, то ли она поржавела от времени, то ли из нее вылетел второй гвоздь, только изображала эта замечательная и незаменимая в хозяйстве вещь рыжий полумесяц, опасно раскачивающийся при каждом дверном хлопке. Саэрэй, открывая дверь, быстро просунул голову внутрь, затем шагнул и, только после этого потихоньку прикрыл четыре доски, притягиваемые к косяку толстой и крепкой новой пружиной.

Деревенский трактир, ввиду вечернего времени, был полон. Все-таки недалеко проходил южный тракт, от которого в разные стороны долины расходились местечковые дороги, и деревня как раз стояла на одной из них. Да и своих любителей посидеть за кружкой пива и послушать новости хватало изрядно. Саэрэй оглядел столики. У дальней стены целеустремленно напивались самогоном гномы, чью телегу он заметил на заднем дворе. В углу, противоположном им, сидели четверо в капюшонах и при оружии. Они просто кушали, не обращая никакого внимания на происходящее. А за остальными столиками пили, болтали и ели люди. Найдя свободное местечко, Сааминьш смахнул со стола крошки и поинтересовался у смешанной интернациональной компании, можно ли к ним присесть?

Два эльфа с заплетенными белыми волосами бегло взглянули на него и, ничего не ответив, продолжили тихую беседу. Еще один, высокий и красивый черноволосый мужчина вежливо кивнул, приветствуя нового гостя, а два чистокровных человека просто поздоровались. Перед каждым стояло по кружке местного темного пива, а в тарелках лежали картошка, рыба и салат. Увидев колебания Сааминьша, мужчина неопределенного происхождения улыбнулся и сказал гортанным голосом:

- Возьмите рыбу. Здесь она превосходна. Клан Рыб всегда следит за разведением мальков.

- Но я думал, это только для внутреннего использования в Клане...

- Мелочь... убегают. - Пояснил мужчина и, склонившись к эльфийскому уху, что-то тихо сказал. Эльфы положили столовые приборы и встали. Затем, посмотрев по сторонам, разделились и пошли: один - к дверям, другой - во внутренние помещения. Саэрэй отметил одобрением беспрекословное повиновение старшему и сделал заказ девушке-подавальщице в белом переднике:

- Пиво, рыба, картошка, перец.

Девушка улыбнулась и упорхнула на кухню, собирая по пути пустые кружки и внимательные мужские взгляды, бросаемые на обтянутую юбкой круглую попку. И вдруг, неожиданно, сразу в разных углах зала, раздались хлопки, свист и стуканье кружек о столешницу.

- О-о-о, Варда! - Простонал мужик за соседним столиком и с нежностью посмотрел туда, где у барной стойки пристроилась черноволосая женщина в кожаных штанах в обтяжку. Рядом с ней сидел паренек с гитарой. Столы от стойки сразу были отодвинуты, а мужики, как один, не обращая внимании на еду и питье, замерли на стульях. Парнишка начал щипать струны, а женщина, завладев всеобщим вниманием, встала на ноги, заканчивающиеся туфлями на высокой шпильке. В руках у нее был полированный гибкий хлыст. Мальчишка постепенно ускорял ритм, дергая струны и иногда бахая ладонью по деревянной столешнице. А женщина, удерживая хлыст горизонтально, медленно закружилась, прогибая спину и расставляя ноги. А потом, вспрыгнув на барную стойку, чтобы ее было видно всем, опрокинулась на спину и задрала ноги, просовывая хлыст между них.

"Что за хрень?" - подумал Саэрэй, допивая пиво и оглядываясь по сторонам. Оказывается, люди и странный нелюдь уже куда-то исчезли. А остальные, сидящие в трактире, оловянными глазами уставясь на красотку, тяжело дышали и пускали слюни. Положив рядом с пустой тарелкой монету, Сааминьш поднялся и бочком, мимо одеревеневших в экстазе людей, поспешил на улицу. Но, помня о подкове, он сначала открыл дверь и выждал секунду. И это спасло ему жизнь. Яркая кривая сабля со свистом рассекла воздух там, где должна была находиться его голова.

Если бы Саэрэй был человеком, он заскочил бы обратно, достал колюще-режущий предмет и тогда только... но человеком он не был. Удлинив на руках острые когти, он полоснул ими сразу в обе стороны от дверного проема. Слева раздался приглушенный вскрик, и Сааминьш вылетел наружу, покрываясь прочной драконьей чешуей в частичной трансформации. Перед ним стояли двое людей, сидевших с ним за столом, причем один из них держался за бок.

- У вас проблемы, ребятки. - Сообщил им Сааминьш, облизывая губы раздвоенным языком.

Люди сразу опустили оружие и наклонили головы.

- Извините! - попросил тот, которого достал драконий коготь. - Мы ждали не Вас.

И, порывшись за пазухой, вытащил инквизиторский жетон.

Теперь Саэрэю, когда недоразумение выяснилось, стало интересно. Инквизиция на землях Змеев? И что бы это значило?

- На кого ловушка, не расскажете? Могу посодействовать.

Люди обменялись взглядами:

- На суккуба. Из преисподней были выпущены четверо представителей этого племени энергетических вампиров. Мы их отлавливаем.

- Понятно. Вероятно, суккуб - это баба с хлыстом?

- Да. - Один из инквизиторов поморщился. Царапина была болезненной.

Саэрэй махнул рукой, отпуская сгусток магии. Инквизитор, почувствовав облегчение, улыбнулся.

- Тогда я выгоню сейчас ее на вас. Чего ждать-то? - Предложил Сааминьш. - Меня ее очарование не берет.

Те снова посмотрели друг на друга и кивнули:

- Давай!

Саэрэй, придержав подкову, снова вошел в трактир. Женщина уже не танцевала, а склонившись над одним из мужиков, через рот втягивала энергию жизни. Ее помощник обшаривал сумки зачарованных гостей.

- Иди ко мне, моя красавица! - расставил когти дракон. - Я уже тебя люблю!

Суккубка кинула быстрый взгляд на двери и окна.

- А давай договоримся! - предложила она. - Пятьдесят на пятьдесят! Здесь много монет!

- Нет! Иди ко мне, красотка! - Продолжал двигаться к ней Дракон. - На окна смотреть не надо, все равно достану. У меня руки длинные. - Поведал он, отращивая лапу.

Та взвизгнула, скинула туфли и, приняв истинный облик, скакнула на люстру. Саэрэй махнул лапой, но не достал и полез на стол. Но пока грузный дракон в полуобороте забирался повыше, она уже прыгнула на подоконник и, показав ему язык, прыгнула наружу. И скоро оттуда раздался визг. Пока Саэрэй выбирал место, куда слезть среди лежащих вповалку тел, сзади к нему подкрался пацанчик, подыгрывавший дамочке на гитаре, и со всей дури врезал дракону стулом по хребту. Удивленный Дракон обернулся и, цапнув не успевшего убежать парня, подтянул к себе.

- И кто тут у нас? - поинтересовался он. - Ну-ка, весельчак и балагур, открой свое личико!

И Дракон слегка дунул на физиономию парня истинным пламенем, под действием которого с предметов и сущностей слетают все иллюзии. Нос парня свело в пятачок, а руки - в копытца. Кожа потемнела и покрылась короткими жесткими волосками.

- Бесеныш! Тебе-то что дома не сиделось, а?

- Так это, адреналин, веселуха! - Нагло сверкнув глазками, выдал тот. - Девочки.

- Угу. Секс, наркотики, рок-н-ролл. Теперь будешь развлекаться на опытном столе инквизиторов, голубчик. А ну, пошли!

Входная дверь, вытолкнутая наружу мощной дланью Сааминьша, с размаху треснулась о стену. Рука Дракона, с висящим на ней бесенком, выдвинулась наружу. И тут подкова решила, что пришел-таки ее звездный час. Крутанувшись на гвозде последний раз, она слетела и, выписав в воздухе мертвую петлю, ударила бесенку в темечко. Затем, широкой дугой отрикошетив прямо в нос суккубке, которую уже прихватила пара эльфов, с гордым видом навсегда упокоилась в сточной канаве.

Дитя преисподней, схватив свободной рукой пострадавший в неравной борьбе с железом орган, захныкала и пообещала настрочить заявление, что ее избили при задержании.

- Нет, ну какова подруга? - Поднял голову один из людей. - Ей грозит ссылка в нижние круги, а она все права качает. Ты бы еще в Страсбургский суд петицию отправила, милочка!

- О, а у нас тут еще один беглец нарисовался!

- Какой улов! - Обрадовался мужчина, являющийся главой всей компании, выходя из-за дома с обнаженным клинком.

- Нет, не надо! - Запищала суккубка, закрывая лапкой лицо. - Я пошутила, я не буду жаловаться!

Бесенок, подтянув короткие ножки к животу, обреченно повис тряпочкой в руке Саэрэя.

Но мужчина, злорадно хмыкнув, вогнал клинок в ножны.

- Лук на потолке обрезал. - Пояснил он. - Полежит рядом с людскими носами - быстрее в чувство придут.

Он залез рукой во внутренний карман, что-то щелкнуло, и перед пойманными загудела энергетическими прутьями магическая клеть.

- Лезем, господа хорошие, не задерживаем отправку! - предложил он, и выходцы из нижних миров дружно упаковались внутрь.

Оглядев свое воинство, старший инквизитор махнул рукой в сторону раненного человека и тот радостно выдохнул.

- А Вам, господин Сааминьш, спасибо за помощь.

- Там Альеэро Ромьенус тоже одну изловил. Так что осталось две. - Проинформировал Саэрэй.

- Лучше бы они своего дядюшку раньше изловили. И проблем бы не было. А сыну передайте нашу огромную благодарность, когда найдете. - Подмигнул старший.

- Спасибо! - Расцвел Саэрэй. - Он у меня умница, настоящий Сааминьш! Кстати, вы не видели, куда полетела почтовая карета ночью второго дня?

- Нет, извините, Саэрэй. Карету мы не видели. А об Иржи - знаем и следим за его успехами. Талантливый мальчик. Если Вы ему не дадите рекомендации в Академию, дадим мы. Ну, прощайте!

И инквизиторы вместе с клетью растворились в воздухе.

Перед тем, как взлететь, Саэрей передал сообщение Альеэро:

- Рыжий! Тебе осталось всего два суккуба! Разделывайся и догоняй. Ночью пройду перевал в Клан Рысей.


Усевшись на кресло в гостиной дома Тони, Иржи с удовольствием рассматривал новый этюдник и коробку с красками. А еще они купили бумагу, карандаши, акварель и кисти. И вот, с большим наслаждением взяв в руки пишущую палочку, аналог карандаша, он провел по бумаге первую черту. И скоро на разбросанных вокруг листах замелькали такие узнаваемые лица Тони и Йожефа, Мамы Розы и так и не представившегося им курьера. Летели сквозь ночь пегасы и улыбались счастливые Таринка и Вааред.

Вошедший Йожеф бережно подобрал рисунки и аккуратной стопкой сложил на столе.

- Иржи, нам нужно заработать денег.

- Знаю, мой друг, поэтому с утра иду на набережную писать море и на заказ - карандашные портреты.

- Нарисуй мне, пожалуйста, кинжалы и мишень. Когда-то я неплохо метал их в цель. - Фаркаш немного подумал и улыбнулся. - Можешь нарисовать красивую девушку. Поставлю к щиту и буду поражать публику!

- Девушкой или кинжалами?

- Да ну тебя, - надулся Йожеф, но снова заулыбался. - А ты посади рядом с этюдником йонси. Пусть подают ей на пропитание!

Лежавшая рядом Марж фыркнула и вышла на улицу.

- Я лучше тебя посажу. Как ты думаешь, тебе подадут?

- Если только поддадут за попрошайничество!

- Вот, смотри. Такие тебе кинжалы подойдут? - И Иржи показал нарисованный клинок в натуральную величину. - Только учти, они же будут не настоящими. Натуральные все-таки надо ковать, закалять... А это что-то вроде фантомов, только более плотные.

- А в дерево они воткнутся?

- Сейчас сделаем их объемными, попробуешь!

Иржи немного поколдовал над рисунком, и скоро в его руках оказалась пара кинжалов. Потрогав пальцем кромку, он поморщился:

- Тупые!

- Зато красивые и сбалансированные! - Схватил Фаркаш один из фантомов, любуясь узором на "стали" и рукоятью, украшенной камнями. - Пойду, попробую подточить и покидать.

А Иржи схватил очередной лист и стал с любовью выписывать серые глаза, морщины вокруг них, лысый череп и седые брови. Лицо постепенно обретало твердый подбородок, крючковатый нос и жесткие складки у губ.

- Братик... Как ты там без меня? Счастлив ли ты со своей певицей? А меня, непутевого Иржика, хоть изредка вспоминаешь? - Он вздохнул и, положив портрет Берната сверху исписанных листов, вышел из комнаты.

А через некоторое время в гостиную зашел Тони. Усевшись в кресло с газетой и чашкой кофе, он некоторое время изучал объявления о происшествиях. Не найдя ничего, стоящего внимания, он бросил газету. Поглядев в окно и зевнув, он увидел на столе стопку рисунков и потянулся к ним.

- Ай да мальчишка! - С изумлением воскликнул эльф. - Да он рисует лучше нашего придворного художника! Какие смелые штрихи и ни одного неверного!

Он внимательно просмотрел всю стопку от начала до конца и, вытянув несколько рисунков, забрал с собой.

Йожеф, закрепив найденную на заднем дворе доску на дереве, самозабвенно метал нарисованные кинжалы. Удивительно, но они раз за разом поражали вполне реальную цель, впиваясь в нее, словно настоящие. Он кидал с двух рук одновременно, с разворота, через голову и стоя спиной.

Иржи сидел на лавочке и аплодировал особенно удачным ударам.

- Может, закончишь на сегодня, и пойдем искупаемся? А то скоро госпожа Ингра позовет ужинать.

Йожеф вытащил из мишени кинжал и кивнул головой. И скоро парнишки, переодевшись в халаты и местные купальные костюмы, похожие на разноцветные шорты до колен и маечки без рукавов до пупка, наперегонки побежали к пруду.

Эльф, наблюдающий за ребятами через окно, задумчиво потеребил кончик длинных волос. У кого бы попросить рекомендации для поступления парней в Академию? Осталось всего два месяца до нового учебного года. Деньги, положим, они заработают. А не доберут, он, пожалуй, даст в долг. Но главное - хорошие рекомендации. Без них - никуда! Надо поднимать связи в Доме Оленей.

Теплая приморская ночь в доме Тони пролетела незаметно. И вот они снова собрались в столовой, обсуждая план на текущий день. Иржи твердо собрался идти на набережную и уже переоделся в новые штаны на лямочках. Толстую и длинную косу он решил спрятать под соломенную шляпу, в которых тут ходили многие жители и отдыхающие.

"Чтобы ни у кого не было лишних вопросов и желания проверить мои возможности". - Пояснил он.

Фаркаш уже выпросил у Тони перевязь и ножны, куда бережно уложил кинжалы. Эльф кривил рот в усмешке, предрекая неожиданное исчезновение фантомов в самый неподходящий момент.

- Да мне ж не драться! - пожимал плечами Фаркаш. - Исчезнут, Иржи новые нарисует. Зато покупать не надо!

После завтрака эльф немного позанимался с ребятами чтением и письмом. Они старались, выписывая загогулины чужого мира, поражаясь тому, что они сразу заговорили на его языке.

- Но мы с тобой и сами сильно изменились. Просто этот мир, адаптировав нас под себя, дал то, что посчитал важным. А письмо... Мы и сами все запомним!

- Иржи, а научи меня латыни. Я тоже хочу колдовать, как ты и Тони!

- Хорошо, вечером и начнем. А теперь собирайся и пошли работать, мой волшебный маленький друг!

- От мелочи слышу. - Ответил Фаркаш, закрывая тетрадь.

- Но с большим потенциалом!

И пересмеиваясь, они ушли поражать толпы гуляющих. А Тони, подумав, отправился во дворец Клана Оленей, навестить одного знакомого, приближенного к правящему Клану и обязанного эльфу благополучием своей семьи.


Альеэро, получивший сообщение Саэрэя, облегченно вздохнул. Значит, осталось еще две твари. Залетая на своем фаэтоне в большие деревни и города, он разговаривал с жителями, выясняя их проблемы, а также, чего плохого или хорошего случилось в их краях за последний месяц, и поражался, насколько они запустили собственную долину, казавшуюся им образцом благополучия и порядка. Градоправители и старосты воровали и бездельничали и без потусторонней помощи, обкладывая подведомственные территории ни с кем не согласованными налогами, которые разлетались по карманам триумвирата местечковой власти: непосредственно Главы, казначея и майора отдела правопорядка. Купцы, ведущие свои дела днем и теневики, промышляющие ночами, безоговорочно платили им мзду, а те их не трогали, позволяя заниматься чем угодно, лишь бы установленная сумма вовремя перетекала в начальственный карман.

Где-то жаловались больше, где-то - меньше. Но все сводилось к одному: налаженная им ранее сеть служащих, следивших за выполнением установленных Кланом правил проживания в долине, давно и доходно жила по своим неписанным законам. И даже появись в каждом населенном пункте по суккубу, и ее бы заставили платить дань в общак, позволив творить все, что заблагорассудится.

Глядя на такое положение вещей, он понял, что поиски Иржи откладываются на достаточно неопределенный срок, поскольку дела семьи и благополучие вверенной им Долины требовали его вмешательства прежде всего. Но при каждом удобном случае, во время перелетов, отдыха, он прикладывал ко лбу кожаный шнурок и искал, искал отклик знакомой энергии в эфире планеты.

- Сааминьш! - позвал он как-то вечером. - Как у тебя дела? Ты нашел его след?

По-видимому, он поймал дракона в полете, поскольку тот недовольно пропыхтел:

- Не знаю, куда мой сын мог спрятаться, но я совершенно не чувствую клановой энергетики в близких отсюда долинах. Может, этот курьер завез его в долины у моря? Они как раз экранируются высокими горами. Видимо, придется лететь туда. Как у тебя, Альеэро?

- Проблемы, Саэрэй. Придется тебе пока одному. Если тяжко, могу прислать сестричек или кого-нибудь из двоюродных братцев.

- Нет, ни в коем случае! Это мой сын. Спасибо за поддержку, Альеэро! С меня знакомство с любимыми доченьками! - И голос дракона затих.

- И вот на кой бес нам твои дочки? У нас своих девать некуда! Эй, Саэрэй! А племянников женить не хочешь?

Снова объявившийся в эфире дракон хохотнул:

- Вот на празднике сбора урожая соберемся семьями и поглядим!


Мальчишки, подставляя лоб утреннему ветерку, дующему с моря, вышли на набережную.

- Ну и где встанем? - Спросил Фаркаш у друга, оглядывая морской простор и пока еще малочисленных отдыхающих, неспешно прогуливающихся под пальмами.

- Вон видишь, там, рядом со ступенями, пара хвойников растет? Не жарко, тенек. Нам все видно и нас тоже увидят все.

И, придерживая висящий на ремне этюдник, Иржи отправился занимать удобную площадку.

Фаркаш быстро сообразил, в каком месте его заметят сразу и повесил там свою мишень, закрепив к дереву ремнями. Чтобы ветер не надувал на глаза отросшую челку, он надел на голову повязку, сделанную из разноцветной ленты. А еще утром, в маленьком парке рядом с домом Тони, он нашел в траве потерянное какой-то птицей белое перо в черную полосочку. Перышко было красивым, выбрасывать было жалко, и Йожеф не придумал ничего интересней, кроме как засунуть его остевой частью под повязку. И вот теперь он стоял с двумя кинжалами в руках, пером в волосах, в красной рубахе, завязанной узлом на животе и черных, зауженных брюках с наколдованными сапфирами вдоль швов. На ступнях красовались мягкие туфли в цвет пера. Он картинно отставил ногу, закрутил руками кинжалы и метнул их в щит, воткнув рядышком в самую середину.

- Молодец! - похвалил Иржи, расставляя в десяти шагах этюдник. - Смотри, не попади в меня!

Он достал краски, поставил кусок загрунтованного еще с вечера картона и плеснул в баночку готовый растворитель, сделанный на природных маслах. Не торопясь, приладил к пальцу палитру и, смешав кисточкой красители, стал подбирать нужный оттенок. И скоро он совершенно отвлекся от окружающего мира. Теперь на всей планете существовали только двое - Художник и его Картина.

Темно-красное, словно усыпанное прогоревшими углями, побережье медленно заходило, смачивая верхушки выступающих камней, в темно-фиолетовую прозрачную воду, которая у самого берега приобретала нежно-сиреневый окрас из-за маленьких, почти не видных глазу, водорослей. Голубоватая пена ласково лизала подставленные сразу двум солнышкам округлые спинки. Громко кричали большие темные птицы, лихо разворачивающиеся над мелководьем в поисках зазевавшейся рыбешки. Синее небо, уходящее к горизонту, несло на своем своде легкие белесые облачка, иногда закрывающие прозрачной кисеей лучи то одного, то другого светила.

Иржи быстрыми и уверенными мазками писал свой первый на чужой земле этюд, получая огромное удовольствие от этого занятия. Где-то там, далеко, на задворках сознания, остался громкоголосый Фаркаш, что-то с кем-то обсуждающий. Спрятались и притупились грустные мысли и непонятные чувства, поселившиеся в его душе с тех пор, как он здесь оказался. Не осталось ничего, кроме холста, отражающего краски двух переплетающихся друг с другом стихий и эйфории, возникающей от полета собственного вдохновения.

Спустя два часа художник положил кисти, отвел глаза от холста и вздрогнул: с ним рядом, за спиной и вокруг хвойников тесной толпой стояли люди. Они молча смотрели на этюд. Довольный Фаркаш сидел у его ног, вгрызаясь в откуда-то взятый ярко-малиновый сочный фрукт. Увидев взгляд Иржи, он улыбнулся и подмигнул, кивнув на толпу:

- А это - заказчики! Я уже свое отработал, дело за тобой.

Толпа пришла в движение, выстраиваясь в некое подобие очереди.

- Я принимаю заказы только на портретные карандашные наброски. - Объявил он людям. - Пейзажи, натюрморты и портреты в красках пока не продаю.

- Давай, парень, - сказал стоящий первым бородатый мужчина с солидным брюшком, - рисуй! Вставлю в рамку, подарю жене! Пусть любуется, пока я в отъезде.

Иржи несколько минут всматривался в его лицо, подмечая личностные особенности и проявления характера, выраженные на лице первого заказчика. И вот он, наконец, взял лист и карандаш. Четкие, жесткие штрихи, растушевка, акцент на блеске глаз и спрятанной в морщинах хитринке, изгиб губ человека, любящего и умеющего с наслаждением кушать и пить хорошие вина - мужчина на листе, как живой, смотрел на свой оригинал.

- Молодец, пацан. Держи свои три монеты! - И в большой карман Иржи на груди, где лежали чистые, не использованные кисти, упали денежки. Парень улыбнулся. А вскочивший Фаркаш прошептал, что это он установил цену и привлек народ.

- Ты гений, мой друг! - Оценил он поступок Йожефа. - Только объясни, пожалуйста, людям, что бумаги хватит только на пятнадцать портретов.

- Так ты рисуй, а я сбегаю за бумагой!

- За бумагой и карандашами мы и так сходим. Но я тоже не железный. Пообещай, что вернемся завтра.

Второй заказчицей была дама из весьма богатого сословия с маленькой дочкой, одетой в короткие штанишки, полосатые чулочки и туфельки с помпонами. Тоненькую косичку переплетали бусики, заканчивающиеся золотыми колечками и колокольцами.

- Нас можно нарисовать вместе? - спросила она.

- Вы - мама?

- Нет, я - тетя.

- Детка, - обратился Иржи к девочке, - расскажи о своей тете. Куда вам нравится ходить вместе?

Девочка, перестав вертеть головой, с загоревшимися глазками начала рассказывать, где они с тетей были, куда ходили, кого видели и каких замечательных кукол купили. А женщина ласковыми глазами смотрела ей в лицо.

Когда художник отдавал портрет, стоявшие сзади люди заулыбались: тетя и племянница на бумаге с такой бесконечной любовью смотрели друг на друга!

Дальше перед ним встал высокомерный светловолосый эльф. Он так задрал свой породистый прямой нос, что казалось, ему физически неприятно стоять среди этих дурно пахнущих, совершенно ничтожных людишек, не ведающих высокой философии Вековечного леса, дающей своим детям истинное просветление и гармонию. Иржи его таким и изобразил. Эльф сморщился, словно ему предложили вместо мороженого кислый лимон, но стоящая сзади и вокруг публика так громко выражала свое восхищение поднятыми большими пальцами и одобрительным смехом, что тому пришлось забрать свой портрет, заплатив оговоренные три монеты.

Толстая троллиха, выгуливающая огромного, борцовского вида мужа, заказала его изображение, уточнив, что тот должен получиться красивым, чувственным и обаятельным. Взглянув на унылую крупную физиономию с отвисшей губой и переломанным носом, а также равнодушными маленькими глазками, Иржи задумался.

- А скажите, госпожа, вы давно женаты?

- Ой, давно, милый. Он уже и забыл, когда это случилось. Тогда его карьера только начиналась! Он носил меня на руках, говорил такие словечки! - Троллиха захихикала, а очередь, представив толстуху в лапах огромного тролля, несколько ужаснулась. И вообще, о чем эта глыба мышц может говорить? Да и умеет ли?

Иржи, постучав карандашом по бумаге, предложил:

- А что если я попробую нарисовать ваш свадебный портрет? Вы будете смотреть на него и улыбаться!

- Ну, если улыбаться...А вдруг не получится?

- Тогда не будете платить. - Пожал Иржи плечами.

- Хорошо! - Согласилась троллиха и, подхватив муженька под руку, прислонила голову к его руке.

Иржи, иногда поглядывая на пару с улыбкой, быстро рисовал двойной портрет. Несколько человек из очереди вместе с любопытствующим Йожефом заглядывала ему через плечо. Через некоторое время листок был снят и представлен на обозрение семейной чете и публике. С белого листа на всех смотрели юные и наивные парень с девушкой. И даже расовая принадлежность не могла затмить свет настоящего чувства в их любящих глазах.

Троллиха, внимательно осмотрев рисунок, наморщила лоб и национальным жестом уперла руки в бока:

- Ну и ничуть мы с Гжешом не похожи! Разве я была когда-нибудь такой тощей жердью? Да мой Гжеш никогда бы не женился на мне, выгляди я настолько по-человечески! И глазыньки бы мои не смотрели на эту мазню! За что тут три монеты платить? Я и сама могу карандаши купить и такое намалювать!

Народ с радостью приготовился смотреть на поединок пацана с троллихой. Ибо сквернословие и жадность этой расы давно стала притчей во языцех. Но художник, на удивление окружающих, спорить не стал, а просто вытащил из теткиных пальцев лист бумаги, скомкал и бросил Фаркашу в руки.

- До свидания. Следующий!

- Ой, что ж деется на свете, люди добрые! Ограбили, как есть ограбили! - Заголосила баба, не обнаружив листка в своей руке. - Поганого завалящего листочка для бедной женщины пожалел! Гжеш, что стоишь! Ты разве не видишь, что мое бедное сердце разрывается от недоумения и обиды?

Муж, наконец, моргнул глазами и, тряхнув плечами, дал понять, что он не только слышит, но и видит стенания своей спутницы жизни. Народ сразу расступился. Но муж, отодвинув свою женщину, полез огромной лапищей во внутренний карман свободной куртки и достал оттуда такой крошечный в его руках кошелек.

- Три монеты? - прохрипел он.

- Я выбросил лист. - Объяснил Иржи.

- Ничего. Держи деньги, давай портрет.

Фаркаш быстро сунул скомканную бумагу обратно в руки Иржи.

- Вот! - На ладони художника лежал помятый лист.

Одной рукой тролль взял бумагу, другой ссыпал деньги на этюдник. Потом взял портрет за край и дернул. Перед восхищенной публикой снова оказался идеально ровный лист. Народ захлопал, а тролль подмигнул ошарашенному Иржи и легонько пожал ему руку.

Потом он рисовал хихикающих девушек, купцов и их жен, дам с мелкими лохматыми недоразумениями под локтем и бабушек с зонтиками.

И вот, наконец, закончились листы. Народ, обсуждая новое развлечение, потихоньку расходился, прощаясь с мальчишками и непременно обещая прийти завтра. Когда вокруг хвойников стало совсем безлюдно, ребята с облегчением растянулись на камнях набережной. Голубое солнце уже закатилось, оставив царствовать своего желтого собрата. Море стало темно-фиолетовым, почти черным. Листья пальм насыщенно зазеленели, а под деревьями тень сгустилась и вытянулась. Становилось прохладно.

- Пойдем домой, Йожеф. Думаю, Марж и госпожа Ингра нас заждались, а Тони наверняка уже вернулся. Но какой все-таки потрясающий тут закат! - Иржи сложил вещи, закинул за спину ящик, и они не спеша отправились в верхний город.

За ужином хозяин дома был приветлив, но несколько рассеян. Поэтому прислушался к разговору только тогда, когда домработница подала булочки и чай.

- Так как вы сходили? - переспросил он невпопад.

Ребята немного помолчали, и Иржи в двух словах повторил то, что рассказывал десять минут назад.

- Значит, заработали сорок пять серебряных монет?

- Плюс мои пятнадцать. - Похвастался Йожеф. - Мне тоже кидали будь здоров!

- Значит, шестьдесят? Молодцы! Завтра пойдете?

- Да, только пораньше. Хочу написать утреннее море.

- А этюд покажешь?

- Он сохнет в комнате, Тони. Да и смотреть пока не на что. Я пока просто подбираю композицию и цвета. Когда пойму, чего хочу увидеть, то напишу картину. А после подарю ее тебе. Сможешь повесить в столовой и любоваться ей три раза в день.

- Я здесь задерживаюсь редко. Новое дело - и я опять в пути. Вот только госпожа Ингра...

Иржи засмеялся:

- Тогда зачем тебе картина? Мы лучше отдадим монетами! А ты купишь на них что-нибудь нужное или положишь в банк.

- Да у меня и так деньги есть. - Отхлебнул чай Тони и надкусил конфетку с начинкой. - О-о! Земляничная! Сладенькая!

- Когда женишься, поймешь, насколько их мало! - Заметил Йожеф, тоже засовывая конфету в рот. - Кислятина!

- Дружеское предупреждение опытного человека, да? - Решил подтрунить над Фаркашем Тони. - И все-то он знает! Ты сам-то хоть раз с девчонкой целовался?

Парнишки посмотрели друг на друга и засмеялись.

- Что? - не понял Тони. - Чего я сказал смешного?

- Нет, все в порядке. Просто, когда женишься, вспомни мои слова. Я - великий провидец! - Снова захихикал Йожеф. - А у тебя как прошел день? Что-то ты долго отмалчивался. Какие-то проблемы омрачили чело великого детектива? Или денег не заплатили?

Тони поднялся со стула, поблагодарил Ингру и предложил посидеть на террасе.

- Тогда мы с чаем и булочками! - Изголодавшийся за весь день организм Фаркаша все никак не мог напитаться.

Дородная троллиха умилилась и сама вынесла и поставила на стол целое блюдо с плюшками и ватрушками. И вот все трое расселись в креслах, любуясь на догорающий закат и наползающее с окрестных холмов темное небесное покрывало.

- Я сегодня ездил к одному знакомому во дворец Клана Оленей. - Начал он свой рассказ. - Там живут не только многочисленные родственники, но и их знакомые, гости, обслуга... В-общем, много народа. Ну и пока мы обсуждали последние новости из серии кто, куда, с кем и зачем, в доме поднялся переполох. Забегали слуги, задергались гости. Поднялся большой шум. Ну мы и вышли полюбопытствовать: может, опять внучатая племянница сбежала с возлюбленным пиратом в кругосветное путешествие, или в дядюшкин гарем случайно попала приличная девушка - в этом бедламе всякое бывает... Но оказывается, то, что произошло - гораздо страннее и неприятнее!

- И что же там такое случилось? - Иржи, откинувшись на спинку кресла, поглаживал довольную Марж, развалившуюся у него на коленях и хитрым глазом наблюдавшую за рассказывающим эльфом.

- Действительно, происшествие очень непонятное. Из большой Клановой цепи пропал центральный сапфир.

- И что? - сыто икнул Йожеф. - Сперли и делов...Другой камень воткнут!

- Вы, мальчики, наверное, не понимаете! Хотя все дети Кланов должны знать об этом.

- И о чем нам забыли рассказать? - поинтересовался Иржи.

- Давно, на заре времен, когда на эту благословенную землю сошли Боги и создали Кланы для ее сохранения и разумного жития, каждому родоначальнику была подарена цепь с медальоном, в середине которой находился Камень Клана, охраняющий семьи и долины. И ни один из нас, пришлых чужаков, никогда не видел эти реликвии, поскольку они хранятся в клановых сокровищницах. И даже если какой-нибудь умник туда проникнет, он не сможет унести зачарованный артефакт.

- А почему? - Йожеф нагнулся и посмотрел в лицо Тони, укрытое ночной тенью.

- Сгорит, Йожеф. Слишком сильные божественные вибрации идут от него. Так что взять его в руки могут только прямые потомки Прародителя.

- Тем более, - радостно воскликнул Фаркаш, - тогда чего искать? Прямых-то, наверное, не много?

- Действительно. Но есть еще одна фишка: Глава Семьи может прочитать каждого члена своего Клана. Он, в некотором роде, телепат. А в сильных семьях родичи даже обмениваются мыслями на расстоянии. Другой момент, что иногда Глава этого не делает, признавая право на личную жизнь каждого. Но с утратой центрального камня над всеми родственниками нависает прямая угроза потери не только долины, но и родовой магии. И, как следствие, появляется вероятность постепенного уменьшения возраста смерти. Говорят, что можно вообще через поколения превратиться в те существа, из которых Боги сотворили предков.

- И что ты узнал, Тони?

- Самое интересное, что ничего. Никаких зацепок, никаких следов. Глава слегка покопался, пользуясь общей паникой, в головах своих родственников, но они абсолютно ничего не знают.

- И что он будет теперь делать?

- А теперь его Служба безопасности пригласила меня, как лучшего детектива своей долины, поработать вместе с ней. Хоть дело непростое, но, если получится его распутать и вернуть сапфир, рекомендации в Академию у вас точно будут.

- А если не удастся?

- Тогда мне придется отсюда убираться. Потому что на работу никто больше не предложит. Вот так-то!

- Так ты с утра снова во дворец?

- Да, ребята. Вы, когда придете, меня не ждите, возможно, я там и заночую.

- А ты даже не предполагаешь, кто это может быть? - Поинтересовался Иржи. - Может, некто зачаровал сына Клана...

Тони рассмеялся:

- А тебя зачаровать можно?

- Смотря, кто этим будет заниматься. Может, есть кто-то сильнее меня. К примеру, сын другого Клана?

- Нет, у всех прямых потомков своего рода иммунитет. Все равны. Понимаешь? Это Боги предусмотрели для того, чтобы не было желания захватить чужое.

- А вообще попытки были?

- Были межклановые недоразумения, без захватов земель. Ну, еще локальные конфликты, вроде гномских и тролльских, за сокровища Северных гор. Так что ума не приложу, кому могло такое понадобиться. Ну ладно, парни, утро вечера мудренее. Спокойной ночи!

Тони легко поднялся с кресла и скрылся в доме.

- И что ты думаешь, Иржи? - поинтересовался Йожеф. - Зачем понадобилось красть камень? И кто это мог сделать?

- Зачем красть? - раздумчиво переспросил парень. - Я, конечно, могу ошибаться, не зная здешних реалий, но если принять сказанное Тони за аксиому, то это понадобилось тому, кто хочет захватить долину. Вопрос в другом: зачем? Мы не знаем истории этого мира. Не знаем, насколько благополучие одного Клана зависит от другого. Насколько это равновесие важно для самой планетной ауры. Но в любом случае, тут снова какая-то нечистая игра с энергиями. А чьими руками это было вынесено? Скорее всего, кем-то из наследников. Ведь можно не зачаровывать члена Семьи, а к примеру, зачаровать саму вещь.

- Как это?

- Ну, скажем, пошел ты в ванную комнату за расческой. А вернувшись в спальню, обнаружил в руках полотенце. Также и здесь: пошла девушка за подвеской, а вынесла цепь. Думаю, зачаровывали ее всю целиком. Вероятно, хотели сначала просто подменить, а камень подходящий не нашелся. Ну и бросили в сокровищнице болванку. Ну, или вроде этого.

- Но это как-то уж очень сложно!

- Зато не сразу хватятся. Лежит себе цепь на месте, а есть в ней камень, или нет, сразу и не разглядят. Так что может, прошло уже несколько месяцев с момента кражи, а выяснили только тогда, когда потребовалась реликвия. Правда, возможен вариант, что среди детей Клана - предатель... Но уж очень бредово это звучит.

Иржи потянулся и зевнул, глядя на черное небо.

- Марж, нам пора в кроватку! - Он встал, пристроил на плече сонную голову йонси, поддерживая ее за лапки и спинку. - Пойдем, друг, нам завтра предстоит нелегкий трудовой день.

И парни, прикрыв стеклянную дверь, отправились спать.

Зато в голове у Тони, стоявшего у раскрытого темного окна, бегало множество интересных мыслей. И первой из них была: "И как я сам не додумался?"


Глава одиннадцатая. В которой Тони беседует с друидом, а Иржи находит цепь.


И, как только голубое светило выкатилось из-за горизонта, эльф отправился во дворец. Естественно, он прекрасно понимал, что Клан Оленей и многочисленные наперстники и гости, скорее всего, еще спят, но ему не терпелось проверить догадку Иржи о том, что зачарован был сам артефакт. Но с другой стороны, у таких вещей настолько мощная энергетика, что скрыть ее совсем не просто. И он подумал, что надо все-таки добиться разговора с самим Главой Клана.

Встретивший детектива приятель на просьбу эльфа наморщил лоб и предложил:

- А ты попробуй подойти к нему сам. Он по утрам прогуливается по парку со своей старшей дочерью. Они оба любят верховую езду. Так что можешь встретить либо Оленей, либо всадников.

- Спасибо, друг.

- Давай, иди. Удачи! - И приятель вприпрыжку побежал по своим совершенно неотложным делам.

А Тони вышел в парк к конюшням и осмотрелся. Свежие следы вели через луг для выездки под сень маленькой рощицы, распушившейся сверху густыми игольчатыми кронами. Судя по следам, выехали они совсем недавно, так как почвенный слой, продавленный копытами, на солнышке еще не обветрился. Поэтому Тони прикинул величину и план парка, вероятное направление движения и широким шагом пошел наперерез. Его уши чутко ловили каждый звук, а глаза внимательно следили за мельканием света и тени под дуновением утреннего ветерка. И вот, наконец, он услышал звяканье упряжи и негромкий разговор. Тихо подкравшись, как это умеют делать только эльфы, он высунул нос из-за толстого лохматого древесного ствола и посмотрел вперед. На поваленном дереве, лежащим на краю большой лесной прогалины, сидели Глава Клана Оленей Риалон его старшая дочь Мариила, обсуждая это весьма неприятное происшествие, случившееся во дворце. Лошади, на которых приехали отец с дочерью, паслись неподалеку.

- Я даже не представляю, как все это могло произойти! - Наверное, в сотый раз говорил высокий молодой мужчина с темными волосами, лежащими на плечах. Карие большие глаза смотрели на девушку с искренним недоумением. А та, в свою очередь, поглаживая руку отца, успокаивала его, говоря, что в сокровищницу зайти мог кто угодно, и даже совсем не обязательно дети Клана, поскольку ключик с веревочкой всегда висит в кабинете Главы на видном месте.

Эльф удивленно покачал головой. Вот как можно столь безответственно относиться к драгоценностям? Странно, что его не ограбили раньше. Хотя, с таким спокойным и доверчивым отношением к жизни, он этого мог и не заметить. И как с такими существами можно разговаривать об их безопасности, если они не понимают такого слова, а все, живущие в их Доме, по их разумению, никогда не опустятся до такого поступка, как кража.

Тони стоял и раздумывал, стоит ли вообще вмешиваться в их разговор со своими догадками. Может, просто походить со следаками по дворцу, делая собственные выводы? И все ли он сам заметил? Но, как оказалось, он недооценил способности Главы и его дочери.

- Ну и долго ты будешь мучиться сомнениями, подпирая дерево могучими плечами? - Вдруг посмотрел в его сторону Риалон. - А то, может, выйдешь, обсудим ситуацию вместе?

Смущенный Тони отошел от дерева и направился к Главе Клана.

- Доброе утро! - Он остановился в пяти шагах и поклонился.

- Присаживайся рядом. Ты ведь не просто так пошел утром в парк? - Пытливо посмотрел на него Риалон. - У такого хорошего детектива, как ты, наверняка есть какие-то идеи!

- Да, есть. - Тони присел прямо на траву. - Шкатулка, в которой нашли сломанную цепь - та же самая?

- Мариила? Ты не помнишь? По-моему, да...

- Я вас прошу только об одном одолжении - чтобы вы еще раз взглянули на эту шкатулку. Почувствовали ее энергетику. Я хочу знать, остался ли на ней отпечаток силы артефакта.

- Это нужно сделать прямо сейчас?

- Чем быстрее я проверю свою догадку, тем лучше. И еще один вопрос: зачем Вы решили достать цепь?

Риалон встал с дерева, помогая подняться дочери, одетой в шикарную амазонку из кожи и плотной темно-синей ткани.

- А затем, что на днях приезжают послы из-за моря, с другого континента. Я хотел предложить им открыть свое представительство в нашей столице. И завязать более плотные торговые отношения.

- Чья была инициатива? - поинтересовался Тони, удерживая повод лошади Мариилы, пока отец подсаживал ее в седло.

- Два месяца назад они переслали со своим купцом письмо с предложением. Подробности говорить не стану, но смысл именно таков.

- А какая из тамошних рас так заинтересовалась налаживанием отношений?

- Это не раса, а какие-то черные друиды. Ты про них слышал, детектив?

- Слышал... - раздумчиво протянул Тони. - Вы не станете возражать, если я ненадолго Вас покину и проконсультируюсь со своими знакомыми? Это очень важно. И еще вопрос.

Молодой конь нетерпеливо гарцевал на поляне, с трудом удерживаемый твердой мужской рукой Риалона.

- Говори.

- Вы нашли того, кто мог вынести сокровище?

- К сожалению, нет.

- Тогда просьба: я хочу привести одного молодого человека. Возможно, он поможет в решении этой головоломки.

- Да хоть роту. Но уже завтра мне нужна моя цепь!

- Хорошо, господин Риалон. Мы попытаемся. А Вы, пока я хожу, осмотрите шкатулку.

- Договорились!

И Глава Клана Оленей с дочерью поскакали во дворец.

Тони, проводив их взглядом, подумал, задавая направление переноса, и открыл портал, в который быстро занырнул.


И появился он на опушке толстоствольного старинного леса на склоне гор, у подножия которых находилась Оленья долина. Взглянув с крутого обрыва вниз, где плескалось море между острыми пиками вырастающих из его вод скал, Тони повернулся к заросшим лишайниковыми бородами стволам и шагнул под сень их высоких ветвей. Толстый слой спрессованных за много веков иголок мягко пружинил под его ногами. Подлеска в этом лесе-патриархе не было, поскольку через густо сплетенные ветви сюда не проникал ни единый лучик света, и эльфу пришлось идти в плотных и каких-то живых сумерках. Казалось, каждое дерево смотрит за ним недобрым и недовольным взглядом.

Но Тони четко знал, куда шел. Недаром он был лесным эльфом. Спуск, подъем, и вот его взору открылся изумительной красоты водопад, летящий с высоких скал, запрятанных вершинами в туман, а подножиями стоящих в глубоком и прозрачном озере, о которое разбивались тонкие, изломанные речные струи. Здесь, в этом месте, лесные кроны раздвигали свой непрерывный полог, и над водопадом блистали извечной, немыслимой красотой три, одна над другой, радуги.

Выйдя на поляну с изумрудной травой, покрытой сверху цветочным узором, он переливчато крикнул несколько раз:

- О-олери-ин! - И уселся на короткое треснутое бревно, лежащее на берегу реки. Ни один листик, ни одна травинка в этом странном лесу не шевелилась, и лишь падающая вода выпевала свою бесконечно журчащую мелодию.

И вот в воздухе словно послышался вздох.

"Слава Богам!" - подумал Тони и неспешно встал на ноги.

Из леса к нему шел, словно плыл по воздуху, седой, как лунь, старик в серой хламиде с посохом в белых, словно бумажных, руках. Брови и борода на лице тоже были серебристо- белыми. Но неожиданно ясные серые глаза внимательно и цепко оглядывали нежданного посетителя.

- Здравствуй, Хранитель! - Глубоко поклонился эльф. - Извини, нарушил твое уединение...

- Здравствуй и ты, маленький эльфийский детеныш. - Старик подошел к бревну и опустился на него. - Присаживайся рядом и рассказывай, что тебя привело ко мне? Снова проблемы в этих суетных долинах?

Он огладил длинную бороду, устраивая ее на коленях.

- Говорил я Богам, что не нужно было магически изменять животных. Жили бы себе спокойно в своих кустах да норах. Но кто меня послушает? - По-стариковски проворчал он. - Нет, им все хотелось поэкспериментировать, посмотреть, что получится... Вот и дополучались! Ни то, ни се.

- Не в них дело, Хранитель. Боги, когда создавали Кланы, подарили каждому родоначальнику цепь с камнем. И у одного их Глав Клана эту цепь украли. Расскажи, что она вообще значит? Они начнут вымирать, если артефакт не найдется?

- Ха-ха-ха... - проскрипел старый дед. - Насмешил, малыш. Ну какой же это артефакт? Хотя, по истечении времени, вполне мог им стать. - Олерин немного помолчал, погружаясь в воспоминания о молодости мира. - Когда существам меняли ДНК, придумывая каждому прародителю новый облик и возможности, всем на шею надели по цепочке, чтобы отличать одних от других. Они же тогда в виде стандартного божеского подобия находились... У каждой цепи был свой камень.

- Так это что-то типа собачьих ошейников?

- Нет, лабораторных номеров. Ведь обратно возвращаться в свою ипостась они смогли не сразу.

- Значит, если я эту цепь не найду, с ними ничего не произойдет?

- Нет, конечно. Хотя от некоторых животных генов им передалась психическая возбудимость, позволяющая превратить совершенно здоровое существо в несчастного калеку. Вера может многое. В том числе и у Богов, сынок. А у детей Клана тем более.

- Спасибо, Хранитель. Могу задать тебе еще один вопрос: а кто такие черные друиды?

Старик остро глянул на Тони и отвернулся. Потихоньку разглаживая бороду, он смотрел на водопад и радуги над ним. Эльф терпеливо ждал. Столь древние существа живут по иным законам. Даже одно то, что он согласился без предварительного молчания отвечать на его вопросы, значило слишком многое. Возможно, он чувствовал какую-то тревогу этой земли?

- Я не рассказывал тебе, Тони, что я тоже друид. Вероятно, последний, оставшийся в живых. - Он снова помолчал, собираясь с мыслями. - Когда Демиурги сформировали здешний мир и приставили к нему Богов, те начали, с помощью духов стихий, населять его план. Духи заполнили заготовку плодородной почвой, водой и воздухом. Отрегулировали близость к нам светил. Мы, хранители земли, друиды, создали то, что вы называете природой. Боги же воплотили живых существ, забирая энергию у Великого Древа. И много было потрачено сил на этот прекрасный мир. Расцвеченный яркими красками, он пришелся по душе и Богам, и Духам. Но особенно радовались мы, друиды. Ибо редко на каком плане можно было встретить такой разнообразный ландшафт: кольца горных хребтов, внутри уютные долины с реками и озерами. А море! Два светила и особенности живущих в нем растений придали разлившимся водам невероятные фиолетовые оттенки! И наш проявленный мир постепенно зрел, развивался и наливался соками, как спелое яблочко. Но вот пришло время возвращать обратно Древу потраченную энергию. И Боги, посовещавшись, решили сделать аккумуляторами бывших зверей, передав им часть своего генетического набора. Эксперимент, можно сказать, удался. Бывшие звери замечательно концентрировали в себе прану и также легко выплескивали ее в мир, откуда Боги отправляли ее обратно в Древо. Ты спросишь, для чего я тебе это все рассказываю?

Тони кивнул головой.

- Нас, хранителей-друидов, было много. И далеко не каждому нравился Божественный промысел. Построить, чтобы затем разрушить? И мы собрались вместе, позвав Богов. Они-то нам и рассказали то, что только сейчас ты услышал. Миры рождаются, получая от Древа энергию, живут и постепенно умирают, отдавая ее обратно. Это придумано не Богами и даже не Демиургами. Это - закон жизни Проявленной Вселенной. Но часть наших братьев взбунтовалась и не захотела пускать на свои земли Прародителей Кланов. Боги разгневались. Мы ведь для них все равно, что расходный материал. И тех, кто воспротивился их воле, они отметили черной кожей и выселили на другой континент. Кланы стали жить здесь. Из других, умирающих, миров к нам Боги привели эльфов, гномов и даже людей. Последними появились тролли. Все они расселились по двум континентам и островам. Но ты меня смог удивить этим вопросом. Из тех, кто остался на этом материке, живы я и, возможно Герин, пропавший в недоступных долинах Северных гор. Другие давно ушли в Древо, ибо живем мы только благодаря его силам. Когда работа над миром заканчивается, мы растворяемся в чистом свете, пока Боги снова не призовут нас к труду. Не понимаю, почему тогда выжили черные друиды? Но в любом случае, малыш, кто бы так себя не называл, одно то, что они лезут сюда, настраивает на определенного рода мысли. Эх, самому бы посмотреть, да только нельзя мне покидать эту рощу... умру ведь.

- Не умирай, Олерин. Дождись уж меня, пожалуйста! И тогда вместе пойдем в далекий цветочный чертог, за синюю реку Лету...

- Не придумывай сказок, Тони... Умрем и втянемся в вечный поток энергий...

- Вот и хорошо. Сам знаешь, из ничего чего не бывает. Только из чего-то. Когда Демиург создаст новую планету, мы с тобой выплывем из Леты на чистый бережок и построим там новый, прекрасный дом!

- Договорились, мой мальчик. Распутаешь дело, загляни.

- Хорошо, Отец! - Эльф глубоко поклонился сидящему старику. - Я приду быстро.

- Нет. Ты многого не знаешь. Просто внимательно наблюдай. А парнишечке, которого ты подобрал, здесь не место. Вечное древо ждет своего потерянного сына, я чувствую... До встречи, Тони!

И не успел эльф даже открыть рот, как лес и горы закрутились перед его взором, и он очутился в своем кресле на домашней террасе. Голубое светило стояло в зените, так что времени для поездки во дворец было еще полно. И что-то он хотел еще... Ах, да! Взять с собой мальчишек. Маленького сынишки тетки Тармы в городе не было, так что Йожеф и Иржи помогут его заменить. Что-то услышат, что-то увидят. Их-то стесняться никто не станет. И с этой мыслью Тони понесся к морю.


Как только Йожеф и Иржи появились на набережной, к ним стали подтягиваться люди. Весть о двух мальчишках облетела большое количество отдыхающих, обрадовавшихся новой забаве.

Фаркаш, вешая уже истыканную за вчерашний день доску на привычное место, громко говорил голосом профессионального уличного зазывалы:


Кто хочет утром посмотреть

Свистит как в воздухе кинжал -

Клинок, дарящий смех, не смерть!

Воображенье поражал

Большой толпы. Иди, смотри!

Блестит в лучах стальной клинок

Монетки мастеру дари:

Коробочка стоит у ног!

За выступленье от души

Плати артисту за труды!

Рисунки тоже хороши -

От сглаза лечат и беды!


- Фаркаш! Ты чего городишь ерунду! От какого сглаза, дурень? - Зашипел Иржи, устанавливая этюдник и закрепляя грунтованный картон на подставке. - Пой про себя, меня, пожалуйста, не трогай. А то прибежит какая-нибудь экзальтированная дамочка, да огрызками закидает за ночное колотье в боку, или того хуже, энурез!

- Ты еще скажи, что она сразу придет с горшком. Через весь город. - Фаркаш примерился и махнул клинком. Кинжал влетел ровнехонько в середину мишени. - С надписью по кругу: "дорогому художнику за крепкий сон"! Не переживай, Иржи. Нам лишь бы денежек срубить, а там уедем учиться. Пусть себе на твое творение молятся на здоровье!

- Кстати, мы еще не знаем, сколько стоит первый год обучения. А вдруг не наберем за это время?

- Тогда пойдешь учиться один ты. А я поработаю.

- Нет, Фаркаш. Только вместе. И это не обсуждается.

Постепенно к парням подошли первые зрители поглазеть на крутящиеся в солнечных лучах кинжалы, и Йожеф начал работать на публику, не отвлекаясь на разговор с Иржи. Которому тоже скоро пришлось отложить кисти и взяться за карандаш и бумагу. Портреты юных девушек, приехавших на отдых с родителями и строящих глазки молодому художнику, изображения старушек, которые развлекали себя, как могли, в последние дни уходящей жизни, молодые мамы с младенцами и солидные гномские купцы, с таким трудом расстающиеся с серебряными монетами... Иржи с кем-то разговаривал, кого-то рисовал молча. Но все, без исключения, с удовольствием смотрели на свой облик, столь похожий на оригинал, но в чем-то неуловимо приукрашенный, словно художник добавил чертам лица доброты, искренности, смелости и благородства.

И вот на скамейку перед ним опустился высокий мужчина с резкой складкой между бровей, пронзительными глазами, широкими скулами и жестким подбородком.

- Три монеты. - Привычно предупредил Иржи. - Бумага, карандаш.

- Хорошо. - Отозвался тот звучным голосом и расстегнул неброскую куртку. Тяжелые кисти рук с оплетающими их венами положил на колени.

Художник рисовал, а мужчина молча позировал. Стоящие за спиной зрители привычно кивали головой, сравнивая рисунок с оригиналом. Фаркаш в пятнадцати шагах веселил народ прибаутками:

- Я и прямо, я и боком - мой кинжал летит с прискоком, попадает точно в щит! Эй, ну кто же там пищит! Ох, летают высоко, увернуться нелегко!

- Ты где учишься? - Внезапно спросил художника мужчина. - У тебя сильный дар.

- Не учусь. Пока нет денег. - Спокойно ответил Иржи. - У меня друг тоже с даром. Вот, пытаемся заработать, кто чем умеет.

- Возможно, на первое полугодие заработаете.

- Тоже неплохо. Мы будем стараться.

- А куда хотели поступать?

- Туда, где учат и светлых и темных.

- Значит, твой веселый друг - светлый?

- Да.

- Но такая Академия только одна - в долине Клана Саламандр.

- Когда накопим, отправимся именно туда. Спасибо за информацию. - Говорил, не отрываясь от рисования, Иржи. - Вот, Ваш портрет готов.

Художник снял лист и подал заказчику. Тот ссыпал монеты в ладонь парнишки и, вглядевшись в изображение, замер. А потом поднял на Иржи странный взгляд.

- А скажи-ка, парень, почему ты так нарисовал?

- Как? - Недоуменно спросил паренек, закрепляя следующий лист бумаги.

- Ты это что, видишь? - Мужчина ткнул пальцем в рисунок.

- Вероятно. - Пожал художник плечами. - Да что Вам не понравилось?

Люди, окружавшие мужчину, заглянули в портрет, зажатый в руке. Один из них даже присвистнул.

- Дайте-ка, я еще раз посмотрю! - попросил Иржи свое творение, которое рисовал полуосознанно, уловив суть.

На рисунке был изображен этот же мужчина, но не одним лицом, как в большинстве работ, а в полный рост. Короткие волосы неожиданно стали длинными. Яркий взгляд пронзал насквозь. А за плечами у него в полураскрытом состоянии находились большие крылья, похожие на сгустки оформившегося тумана или мерцающего марева над нагретым песком.

- Перерисовать? - Поинтересовался Иржи.

- Не стоит. Но, когда придешь в Академию поступать, спроси Герина Эрайена. Тебя как зовут?

- Иржи.

- Но ты - не человек и не эльф. Тем более, не гном. Ты... - Эрайен прищурился, пытаясь разглядеть спрятанную ауру.

- Может, не при всех?

- Хорошо. - Мужчина вложил лист в планшет, висевший сбоку на ремне. - Но я тебя запомнил.

- Спасибо. - Поклонился Иржи.

Когда мужчина ушел, а его место заняла очередная хорошенькая барышня, к нему подошел Фаркаш, крутящий в руке кинжал.

- Чего хотел дядька?

- Не знаю, Йожеф. Просил найти его, когда придем поступать в Академию.

- А может, нас возьмут бесплатно и без рекомендаций? - Загорелись глаза у Фаркаша. - Может, мы такие крутые, что нас сразу на пятый курс?

- Йожеф, ты писать почти не умеешь, да и читать тоже. Про латынь я вообще молчу! Иди, выступай, фокусник! И вообще, может нас пособием для начинающих магов работать позвали.

И Иржи начал рисовать портрет девушки.

Когда бумага закончилась, художник поблагодарил публику и, сложив этюдник, подошел к Фаркашу, жонглирующему кинжалами. Подождав, когда тот закончит номер, Иржи взял шкатулку с монетками и пошел по кругу. Несколько серебрушек звонко плюхнулась внутрь.

- А еще представлять будете? - Спросил скрипучий голос одной из молодящихся старушек. - Когда подойти-то?

- Через один оборот, госпожа! - поклонился Иржи. И, когда публика разошлась, они уселись в сдвоенном тенечке хвойников на берегу и разложили булочки с сыром и творогом, завернутые им госпожой Ингрой. И тут к ним с двух сторон подсели трое молодых людей.

- Зарабатываем? - поинтересовался один из них.

- А за аренду места по тарифу не платим. - Покивал головой другой.

- Делиться не хочут. - Наябедничал третий. - Жадные.

- За откатом в пользу местной теневой гильдии? - Спросил у Иржи Фаркаш, игнорируя парней.

- Вероятно, настолько обнищали, что собирают и у голодных сирот. - Надрывным голосом поддержал Иржи, засовывая в рот остаток последней булки.

- Ни хрена себе сироты! - Возмутился первый. - Тряпки, небось, на площади покупали?

- Так им наши шмотки понравились! - "догадался" Фаркаш. - А я думаю, чего он меня щупает? Знаешь, даже как-то неприятно поначалу стало!

Первый недовольно зыркнул на третьего, потрогавшего складку на Йожефовой рубахе.

- Вот и я подумал: вроде приличные ребята, а надеть нечего! - Согласно кивнул Иржи. - Хотите с нами поработать? А то у Фаркаша мишень уже почти разлетелась. Деньги - пополам.

- Они над нами издеваются! - Грустно констатировал первый молодой человек. - Мы к ним по-хорошему, с честным разговором, а они насмехаются! Лейко, ну-ка, объясни ребятам...

Но тот ничего объяснить не смог, поскольку рядом открылся портал и из него выскочил здоровый эльф. Мгновенно оценив ситуацию, он пинком отправил третьего в море, а первый и второй удрали сами.

- Развлекаетесь, мальчики? - Осведомился Тони. - Собирайте вещи, у меня для вас есть работа во дворце.

- Круто! - Заценил Фаркаш, смахивая крошки с рубахи и штанов. - Мы готовы!

- Несомненно. - Согласился Иржи, вешая этюдник на плечо.

- Тогда вперед! - Эльф открыл портал и в нем исчезли все трое.

Третий сборщик дани, тем временем, вылез из воды и сплюнул:

- Так бы и сказали: дворцовые ищейки. А то еще насмехались... Нечестно!


И вот эльф с ребятами уже на пороге дворца. Фаркаш задрал голову и поинтересовался:

- И как в этой махине найти маленький камушек? И вообще, может, его крыса утянула, а все переживают, друг на друга думают, во всех грехах подозревают...

- Детка, будь добр, закрой рот. Говорить здесь имею право только я. - Процедил эльф и быстрым шагом направился к дверям, в которых золотыми статуями застыли гвардейцы.

Иржи и Йожеф, немного поотстав от эльфа, дружно переглянулись, но послушно последовали за ним, не произнеся ни слова.

- Это со мной! - Высокомерно буркнул Тонимэл стражам. Те скосили глаза на мальчишек. Фаркаш не удержался и, проходя мимо, показал средний палец. Иржи, глядя на него, покачал головой. Фаркаш закатил глаза и пожал плечами. Все это проделывалось в полной тишине. Лишь шорох подошв нарушал тишину большого и пустынного зала, куда они попали с улицы. Около лестницы Тони остановился.

- Сейчас мы отправимся в клановую сокровищницу. Там нас уже ждет Глава Клана со старшей дочерью.

И он, не оборачиваясь, полетел вверх по длинной лестнице. На площадке второго этажа он остановился и посмотрел вниз. Иржи и Йожеф, пыхтя и громко топая ногами, медленно забирались наверх. Тони в нетерпении шлепнул ладонью по перилам. Нехорошо заставлять ждать Главу Клана! Все-таки сын тетки Тармы маленький Пинчо был гораздо проворнее!

Но вот помощники великого детектива, наконец, доползли до второго этажа.

- За мной! - Тони повернул в правый коридор и, уже подравниваясь под шаги ребят, пошел впереди, задавая направление. Удивительно, но ни одно разумное существо, да и неразумное тоже, не попалось им по дороге.

Одна из дверей широкого коридора оказалась приоткрытой. Эльф вздохнул и свернул именно туда, пройдя анфиладу комнат, где стояли столы и массивные шкафы. "Казначейство" - догадался Иржи. Но и там, в рабочее время, никого не было. И лишь перед узорчатой кованой дверью, тоже распахнутой, стояли трое: высокий мужчина с темными волосами и карими глазами, девушка, ростом и лицом похожая на него и необыкновенно красивый эльф с серебристыми волосами. Увидя Тони, Глава Клана и его дочь улыбнулись, а эльф сморщил нос.

- Еще раз добрый день! - поздоровался Тони. Ребята смолчали.

- Привел помощников? - Спросил Глава.

- Да, побегать по поручениям. Шустрые ребята.

Ребята переглянулись, причем Фаркаш с глупейшим выражением лица сунул в нос палец. А Иржи, поправив этюдник, привалился к руке друга головой, томно посмотрев на него. В исполнении мелких парнишек это смотрелось, мягко говоря, неестественно. Но, так как они стояли позади Тони, он этого безобразия не видел. Разливаясь соловьем, он с удивлением смотрел на странные улыбки собеседников. А красавец-эльф, являющийся главой службы безопасности, так вообще откровенно показывал ровные зубы. Наконец, Тони понял, что дело, вероятней всего, в пацанах, стоящих за его спиной. Обернувшись, чтобы проверить догадку, он увидел спокойно стоящих парней, разглядывающих мозаичный узор на дорогой плитке, застилающей тут пол.

- Мы просканировали ящик, где лежала цепь. - Усилием воли стирая с лица улыбку, сказал Глава Клана Оленей. - Вы, Тонимэл, оказались правы: ее тоже подменили. И цепь поддельная. Можете еще раз тут все осмотреть и приступать к поискам. Но, боюсь, ее уже нет во дворце...

- Она должна быть во дворце. - Твердо ответил Тони. - Ведь те, кому она предназначена, еще не приехали.

- Вы считаете, кто-то хочет испортить зарождающиеся отношения?

- Возможно. - Уклончиво ответил Тони. - Если найду цепь и камень, расскажу.

- Договорились. - Глава Клана еще раз посмотрел на мальчишек и неожиданно подмигнул.

Фаркаш прекратил изображать идиота и улыбнулся в ответ. А Иржи внимательно считывал суть Главы Клана. Ведь цепь принадлежала ему, значит, должна нести на себе отпечаток рода. Причем, чем древнее вещь, тем четче след.

Тони вошел в сокровищницу и чем-то там зашебуршал. Иржи остановился на пороге. Здесь отовсюду фонило клановой магией и семейной принадлежностью. Но, скорее всего, сокровищницу уже перебирали до последнего камешка. Поэтому Иржи вышел и потихоньку отошел в сторону, пытаясь среди многих следов найти отпечаток того сокровища, которое считалось самым ценным среди артефактов и просто драгоценностей. Потом он кивнул Йожефу и потихоньку пошел на выход из комнат. Следом пристроилась девушка, а в нескольких шагах сзади - ее отец. Они шли бесшумно, боясь спугнуть серьезную сосредоточенность необычного пацана с ящиком для красок. Эльф же остался стеречь своего коллегу.

Выйдя на лестницу, Иржи немного побродил в раздумье. Здесь ходило огромное количество всякого народу, затаптывая и так тоненькую ниточку. Он спустился на несколько ступеней вниз, чтобы исключить возможность выноса шкатулки на первый этаж и, следовательно, на улицу. Но нет, здесь след не просматривался и даже наоборот, словно кто-то нашептывал ему в ухо, как в детстве: "холодно"!

Тогда парень снова поднялся и потихоньку пошел вверх, на третий этаж. Тут были гостевые комнаты, занятые всевозможными нужными и ненужными жителями, да и просто поселившимися здесь приживалами. А что? Кормят бесплатно, ничего не требуют. Красота! Ну, разве что иногда надо появляться на больших приемах, почистив пропитанный нафталином старый мундир или платье. Иржи постоял здесь и даже прошел по коридору. Но отклика снова не было. И он поднялся на четвертый этаж.

Здесь уже жила семья, и ниточка из сокровищницы четко вела сюда. Сын Клана Драконов медленно шел по блестящему лаком паркету. От зала, куда привела лестница, лучами расходились широкие коридоры. Иржи, а за ним Йожеф с Риалоном и Мариилой друг за другом обошли каждый. А потом еще раз. Иржи помотал головой. Каждый раз в одном месте его будто что-то сбивало, направляя по ложному пути. Надо еще раз внимательно поискать эту точку. И в третий раз он отправился по коридорам. Только очень медленно. Пока он пытался ее отыскать, их всех нашел забытый в сокровищнице Тони, сопровождаемый эльфийским коллегой. Разозлившись на самоуправство "помощников" он хотел высказать им все, но Риалон оттащил его в сторону за рукав и приложил к губам палец. Главу Клана пришлось послушать и проглотить обиду, нанесенную его тщеславию.

А Иржи, тем временем, нашел точку сбоя и остановился. Потом, словно слепой, вытянул руки вперед, ощупывая пространство перед собой. "Странно", - подумалось ему, - "Здесь словно вход в другое помещение, но его вроде как нет". А вслух, открыв глаза и найдя ими Йожефа, сказал:

- Не могу понять, что за чертовщина! Словно здесь есть поворот в другой коридор, и след ведет туда. Но я не могу войти!

Из-за поворота вышел Риалон и, подойдя к растерянному парню, положил руку ему на плечо.

- Ты прав, мальчик. На этот поворот наложено заклятье, чтобы сюда никто не мог зайти, кроме детей Клана. Но сейчас ты его увидишь.

Риалон подошел к Иржи вплотную и взял за руку. Тот ахнул и оглянулся на друга.

- Пусть он тоже это увидит! И Тони.

И увидели все. На том месте, где стояли Риалон и Иржи, проявилась большая арка. От нее вглубь вел высокий и широкий светлый коридор, заканчивающийся огромной сводчатой библиотекой.

- Вот это да! - Восхитился Фаркаш, забывший свое обещание молчать.

- Здесь многие поколения наших предков собирали литературу по ведовству и лечению магией и природными компонентами. - Сказал Риалон, с любовью оглядывая книжные полки.

- Он там! - твердо сказал Иржи и, отпустив руку Главы Клана, вошел внутрь.

Встав посередине, он раскинул руки и начал медленно поворачиваться вокруг своей оси. И вдруг, остановившись, посмотрел на полку во втором уровне. И пошел к ней. Подставив под ноги стоящий неподалеку стул, он влез на него и, поколебавшись, сдернул несколько книжных томов. Положив их на руки подскочившему Фаркашу, он запустил руку внутрь и вытащил небольшую черную шкатулку. Тут же откинув крышку, он сказал: "Ага!" и вытащил на всеобщее обозрение золотую цепь с большим темно-синим сапфиром посередине подвески.

Все замерли. Ведь дерзкого постороннего должно было испепелить на месте! Но живой и довольный парень, поправив сползшую шляпу, как ни в чем не бывало, протягивал им артефакт.

- Вы это искали? Берите!

- Может, это не он? - Тихо спросила дочь.

- Проверим! - Глава Клана подошел к все еще стоящему на стуле Иржи и протянул руку.

Привычная, покалывающая пальцы, тяжесть плотно и удобно легла в ладонь.

- Он! - С уверенностью сказал Риалон. - Его энергетику не перепутаешь ни с чем.

И он с осторожностью положил цепь в черную коробочку. Иржи, тем временем, воткнул книги на место и слез со стула.

- А вам интересно, кто его взял? - поинтересовался он. - Я могу показать.

- Покажи. - Раздумчиво посмотрел на парнишку Риалон.

Иржи, выйдя из коридора, повернул направо и, пройдя несколько шагов, остановился у одной из закрытых дверей.

- Она живет здесь. Та, что взяла подвеску.

Риалон вздохнул и решительным шагом и без стука зашел в дверь. За ним - Мариила. Сначала раздался визг, а потом - шлепок мощной плюхи. В раскрытую дверь вперед головой вылетел перепуганный раздетый тролль, тут же скрученный двумя эльфами.

- На экзотику потянуло? - раздался рык Риалона. - Кто будет следующим? Гном, ползающий по тебе или подземный карлик? Как ты мне надоела со своими вывертами! Выдам замуж за первого встречного нищего! Сколько можно позорить свою семью?

Иржи посмотрел на Фаркаша. Тот кивнул, и они начали тихо отходить обратно к лестнице. Все были заняты, поэтому их неслышного исчезновения никто не заметил. Спустившись на один этаж, Иржи легко нашел свободную комнату и начал раздеваться.

- Ты чего делаешь? - С недоумением спросил друг. - Никак решил поспать, пока все уляжется?

- Нет. Нам уже пора уходить. - Сказал Иржи, снимая носки. - Запихни мою одежду к себе за пазуху, а этюдник повесь через плечо. Просто, - распахивая окно, продолжил он, - без Тони нас отсюда не выпустят. А в подвалах мне как-то не нравится.

- Так зачем ты разделся? Опять хочешь поразить мое воображение? Или воображение гвардейцев?

- Скорее, второе. Ты меня уже видел.

И, распустив волосы, Иржи начал меняться. Руки, ноги, да и все тело покрылось черной чешуей. В черных глазах блеснули узкие и длинные зрачки под мохнатыми ресницами. Из пальцев на руках и ногах вылезли когти. Лицо вытянулось, став длинной, клыкастой мордой. На спине прорезались крылья. Перед Фаркашем стоял небольшой и изящный черный дракон.

Расправляя крылья, он несколько раз махнул ими в тесной комнате.

- Садись на спину и пригнис-сь! - прошелестел незнакомый голос.

Фаркаш аккуратно сел, хватаясь за длинную гриву, идущую от головы вдоль всей шеи до холки.

- Держис-сь! - Дракон вместе с седоком прыгнул на широкий подоконник, заставив провалиться сердце Йожефа в пятки.

- Я боюсь летать! - Вдруг вспомнил он, но было уже поздно. Дракон спрыгнул с подоконника вниз, набирая скорость. И вдруг, затормозив падение, хлопнули мощные черные крылья. Махнув хвостом, дракон заложил вираж и стремительно унесся в сторону города.

Йожеф пришел в себя только на травянистой площадке у озерца в парке Тони. Иржи, обратившись в привычный облик, спокойно плавал в теплой, нагретой солнцем, воде.

- Ну как ты? - спросил он напарника.

Фаркаш потряс головой, подумал и сказал:

- А меня обращаться не научишь? Во мне же есть твоя кровь! Мы бы летали вместе!

- Фаркаш, я тобой горжусь! Бросай все, иди купаться!

И вот еще один пацан прыгнул в прозрачное озеро, обрызгав и так мокрого приятеля.


Глава двенадцатая. В которой в долину Оленей прилетают Сааминьш и Альеэро, а мальчишки убегают из дома Тонимэла.


А во дворце, тем временем, шли разборки. Надо сказать, что у Риалона была еще одна дочь. Младшая. Родившаяся спустя большой промежуток времени после сыновей и Мариилы. Всеобщая любимица. Она постоянно, с раннего детства, крутилась среди маминых камеристок и всяческих подружек, праздные головы которых были заняты одними романами и модными стилистами, посещавшими дома подруг и дворец табунами. Поэтому, когда девочка немного подросла, мать упросила отца не отправлять любимое чадо в Академию, а настояла на домашнем обучении. В результате чего девушка осталась невежественной, но весьма любвеобильной особой. Читать ее все-таки научили, но все книги, что она брала в семейной библиотеке, являлись любовными романами со страстными и откровенными сексуальными фантазиями. И не удивительно, что братья из ее спальни периодически вытряхивали то одного, то другого красавчика, в которых она постоянно влюблялась. А года три тому как, она и вовсе сбежала с каким-то проходимцем, оказавшимся пиратом. Правда, через полгода вернулась обратно, притихшая и похудевшая. Но, отъевшись и отогревшись в заботливых маменькиных руках, она постепенно опять принялась за старое.

- И кто тебя попросил вынести семейную реликвию? Кому ты должна была ее передать? - Как следует дернув длинные волосы дочери, спросил Риалон.

Та захныкала, хлопая длинными ресницами в надежде, что отец погневается, да и опять все забудет. Но тот забывать не хотел.

- В подвал ее. В клетку. И не давать ни воды, ни пищи, пока не вспомнит, что и кому она обещала.

Красавец-эльф из службы безопасности, к которому она в свое время питала весьма нежные чувства, чем он с удовольствием пользовался, равнодушно схватил ее за руку и активировал портал.

Оказавшись в подвалах дворца, она испугалась и повисла у эльфа на шее.

- Ну мы же любили друг друга! Хочешь, прямо сейчас? - она схватила его руку и провела ей по своей длинной ножке, выглянувшей из высокого разреза платья.

- Давай! - кивнул эльф и задрал ей юбку, прислонив спиной к прутьям клетки.

Удовлетворив желание, он застегнул штаны и щелчком пальцев отпер дверь, ведущую в клеть.

- Заходи! - он втолкнул опешившую девушку внутрь.

- Но ты же обещал! - прошептала она, растирая пальчиком бежавшие из глаз слезы.

- То, что я обещал, ты только что получила. Про остальное речи не было. Как надумаешь поговорить, дерни за веревочку. - Он пальцем показал на короткий шнур, висевший снаружи клетки таким образом, что до него можно было дотянуться только кончиками пальцев и слегка подергать. - Доброго дня!

Свет в подвале погас, а эльф растворился в портале. Глупая девчонка разразилась бурными рыданиями.

А в это время наверху Главе Оленьего Клана закатывали истерику жена и ее сестра, дружно защищающие младшую дочь и свободную любовь. Старшая, спрятавшись за спиной отца, с тяжелым сердцем наблюдала за домашним скандалом. Но вот в дверном проеме возник глава службы безопасности, пустыми глазами глядя на беснующихся женщин.

- Фэлин, возьми их обеих, разведи по комнатам и запри до завтра без еды и питья. Достали! - И разозленный Риалон вылетел из комнаты.

- Дамы! - Эльф железными пальцами ухватил под локоток обеих женщин и бережно, но твердо поволок в сторону их комнат, не слушая ничьих причитаний. А через некоторое время он вернулся туда, где оставалась старшая дочь Главы Клана.

Она стояла у камина, перелистывая альбом с гравюрами, взятый из библиотеки. Эльф, зайдя в комнату, тихо прикрыл дверь, бросив на нее охранное заклинание. Девушка подняла голову и посмотрела на эльфа.

- Мариила! - Красавец, блестя очами, раскрыл руки навстречу дочери Клана.

- Фэлин! - отбросив альбом, она бросилась к нему в объятия, подставляя для поцелуя губы. И красавец-эльф долго и со вкусом их целовал.

Отдышавшись, она посмотрела в его бесконечно холодные, но такие притягательные глаза.

- Я все сделала, как ты хотел, любимый! Ну почему во дворце появился этот твой соплеменник? Он все только испортил!

- Он глупец и никогда бы не догадался о подмене. Ему наверняка это подсказали. Да и чутья у него нет. Но вот тот парнишка в шляпе... это он смог пройти по твоему следу. Только не представляю, почему он перепутал тебя, дорогая, с этой глупышкой-пустышкой, твоей сестричкой?

- Я просто не сразу отнесла сапфир в библиотеку. Мне как раз встретилась Мирэйя с очередным альбомом модных новинок. Вот она и затащила меня в свою комнату. И мы какое-то время сидели рядом, разглядывая новинки сезона.

- Ну что ж, это нам на руку. - Немного подумав, решил Фэлин. - Будем думать над другим вариантом.

- Ну скажи мне, зачем так все усложнять? Не проще ли сразу попросить у отца моей руки?

- А вдруг он откажет? - Эльф поднес ее пальчики к своим губам и по очереди перецеловал каждый. - А так я бы "нашел" и вернул сокровище. Твой отец растаял и поженил бы нас!

- Любовь моя, Фэлин! - вздохнула девушка, гладя кончики длинных серебристых волос.

- Извини, дорогая, но меня зовет твой отец! - Эльф встал и, с неохотой отпустив ладонь Мариилы, вышел из комнаты.

Пройдя до конца пустого коридора, он остановился и негромко сказал:

- Шерг, операция сорвалась. Что теперь делать? - немного послушав далекого собеседника, он кивнул головой. - Хорошо. Буду ждать твоего прибытия.


А с довольным Тони в это время разговаривал Глава Клана.

- Я весьма рад тому, что в моей долине проживает детектив со столь выдающимися способностями! Чем я могу отблагодарить за помощь того, чьи юные сотрудники так ловко распутали такое сложное и важное дело?

Тони засмущался:

- Ну, если Вы еще когда-нибудь окажете мне честь и пригласите на какое-нибудь громкое дело...

Глава Клана, кивая, потихонечку просматривал его последние мысли.

- А вашим мальчикам, им ничего не нужно? Денег или помощи?

- Нет, что Вы, что Вы! Я плачу им оговоренную сумму за участие. А мне, как всегда, по тарифу на банковский счет.

- Хорошо. - Улыбнулся Глава Клана, сузив глаза. - Казначейство обязательно расплатится с Вами в течение трех дней. Прощайте, Тонимэл!

- До свидания... - Ошарашено пробормотал эльф вслед удаляющемуся Риалону. А ведь как хорошо все начиналось! Пожалуй, зря он притащил сюда Иржи.


Мальчишки валялись на зеленой травке рядом с озером, подставляя выкатившемуся в зенит желтому светилу свои бледные тела.

- Что будем делать дальше, Иржи? - Потянулся за носками Фаркаш.

- Дождемся Тони. Он должен принести рекомендации, после чего уйдем по дороге к Клану Саламандр.

- Но мы же хотели тут остаться и заработать денег! Ты хотел написать море...

- Море я напишу по памяти, да и наброски возьму. Просто боюсь того, что Тони захочет использовать нас в своем бизнесе и дальше. Придумает что-то такое, из-за чего мы не сможем уйти. Понимаешь? Видел, как он сегодня командовал?

- Точно! - Вскочил Фаркаш. - Может, забирая нас с собой, он и планировал использовать наши способности для себя? Как считаешь?

- Если так, то рекомендаций у Риалона он для нас не попросит, да еще и придумает что-нибудь вроде того, что мы вели себя неприлично и дерзко.

- А давай пойдем прямо сейчас? Оставим ему часть денег за одежду и краски. Причем, не просто на столе, а с письмом через Ингру. И чтобы он нас не нашел, полетим на тебе часть пути.

- Летать уже не боишься? - Улыбнулся глазами Иржи, затягивая шнурком косу. Шляпу, повертев в руках, он оставил на траве. - Большая, в сумку не уместится!

Они уже направились к дому, когда Иржи вдруг остановился.

- Йожеф! - Глаза у него стали испуганными. - Это не младшая сестра украла цепь и медальон! Просто тот, кто это сделал, сразу после кражи зашел в ее комнату.

- Ну и кто это?

- Это та девушка, старшая сестра! Я, дурень, шел по следу цепи, считывая ее энергетику и не принял во внимание другую, плотно переплетающуюся с ней! А они пересекались везде! А я не понял!

Побелевшими от страха руками Иржи сжал свой этюдник.

- Так, не психуй, сядь на травку под кустик! - Фаркаш усадил Иржи и изо всех сил треснул его по плечу.

- Ты чего? Спятил?

- Нет! Привожу тебя в чувство. Включи мозги, приятель! Помнишь, как общались между собой змеи?

- Как?

- Мыслями! Ты - сын Клана, Дракон. Значит, сможешь связаться и с Риалоном! А помнишь, как звал меня у ресторана на острове? Давай, попробуй!

- А если не получится? Кланы-то разные! А ты - вообще мне, как брат.

- А ты попробуй. Что ты, как красна девица перед брачной ночью: "не получится"...Раздвинь ноги, тьфу, включи башку и узнаешь!

- Да...Если я - сын Клана, то ты - сын солдафона!

- Ты еще пока никто. Салабон. Вот выучишься, тогда и будешь пальцы загибать: сын Клана... Работай, не сиди. А то прискачет Тони и начнется...

Иржи рассмеялся:

- Ты сам-то понял, что говорил? Ладно. Попробую! - И он прикрыл глаза, настраиваясь на облик Главы Клана Оленей.

- Риалон! - тихо прошептал он. - Ты меня слышишь? Это Иржи, парень, который нашел медальон... Риалон!

В голову Главы Клана Оленей настойчиво пробивался посторонний, совершенно незнакомый голос. Сначала он хотел от него отгородиться, но голос становился все четче, а потом просто выругался:

- Ты идиот! В твоем Клане измена, а ты отказываешься меня слушать!

- Кто это? - присел на стул в своем кабинете Глава.

- Ты сейчас один? Если нет, выйди, прошу! Это Иржи, тот парень, что нашел твою цепь! Выслушай меня!

Глава Клана дико удивился. Ведь так разговаривать могут только члены Клана!

- Да, я - Черный Дракон Иржи Сааминьш. Я еще мало что умею и говорить мне тяжело. Так вот, я ошибся! Цепь взяла твоя старшая дочь, она же и прятала. Я просто перепутал энергетики девушек. Но брала она ее не для себя, а для мужчины. Красивый, высокий. Длинные светлые волосы. Возможно, эльф. Он - ее возлюбленный. У них связь, понимаешь? Он тоже - не для себя, а для того, кто приедет. Это - все.

- Постой, но как ты оказался здесь, на моей земле? Один, без сопровождения старших? Ты меня еще слышишь? Чем я могу тебе помочь?

- Тонимэл обещал попросить у тебя для нас рекомендации в Академию Саламандр.

- А твой отец?

- Они прогнали нас.

- А вы где? Я бы почтовым курьером прислал бумаги! Как зовут друга?

- Йожеф Фаркаш. - Иржи вышел из транса и сказал другу: - Тони не взял рекомендаций! Надо бежать!

И продолжил уже с Риалоном:

- Мы будем ждать в конце набережной. Там, где маяк. Сейчас мы в доме Тонимэла. Уходим.

- Спасибо, Иржи! А то, может, ко мне, во дворец? Я потом отправил бы вас на учебу!

- Нет, мы сами. Заранее благодарю. Ждем у маяка.

Открывая глаза, Иржи тряхнул головой.

- А знаешь, - он улыбнулся, - у меня получилось! Мы встречаемся с курьером у маяка!

- Тогда поднимайся и быстро за вещами! И где твоя йонси?

И они бегом рванули к дому.


Вышедший из дворца Тонимэл не стал тратить силы на местный телепорт, которым умели пользоваться все маги, а решил сначала посидеть в уютном ресторанчике, а потом не спеша прокатиться к дому. Что ж, он сегодня был молодцом: заработал целую кучу денег! Еще немного, и можно будет снова навестить вековечный лес. Наверняка найдется юная эльфийка, которой захочется посмотреть большой мир, выйдя замуж за такого успешного и красивого, а самое главное, умного, эльфа! И все-таки он молодец, что не дал уйти мальчишкам самостоятельно! Пока они ничего не понимают в этом мире и не знают цены своим силенкам, надо заставить их поработать на себя. Только как все это им преподнести, чтобы они ухватились за него, как за спасительную соломинку?

Пожалуй, надо сказать, что Риалон разгневан дерзостью простолюдинов и ищет их, чтобы бросить в темницу. Тогда они перестанут выходить на набережную. А бесплатно он их кормить откажется, предложив поработать на себя!

Эльф в предвкушении потер руки и остановил извозчика рядом со своей калиткой. Кинув ему мелочь, он открыл дверцу и вошел в парк. Конечно, до вековечного леса парк не дотягивает, как ромашка до подсолнуха, но зато здесь довольно уютно и он - сам себе хозяин.

Зайдя в дом, Тони подивился его пустоте и тишине. Интересно, где это до сих пор бродят мальчишки? Желтое светило уже довольно низко висело над горизонтом. Неужели все торчат на набережной?

Услышав позвякивание посуды на кухне, ему сразу захотелось попить морсу, который так славно готовит его кухарка.

- Госпожа Ингра! - Он с улыбкой зашел на кухню. - А у нас есть чего-нибудь попить?

Но тут улыбка медленно сползла с его лица, когда он понял, что троллиха привела в идеальный порядок помещение, ничего не приготовив. Нос ее был высоко вздернут кверху, а малиновый бант на косе воинственно блестел, расправив в стороны свои крылья.

- И что это значит, Ингра? - поинтересовался он у огромной женщины.

- Я ухожу. - Лаконично сказала она. - А это просили Вам передать.

И женщина сунула ему под нос бумагу и деньги.

"Доброго вечера, Тонимэл! Когда ты прочитаешь эти строки, мы будем далеко. - Было написано несколько корявыми каракулями, но с большим старанием. - Не ищи нас. Мы не любим обмана. Деньги - за одежду и обувь. Прощай. Иржи и Йожеф."

- Если что, я - свидетель! - Важно сказала Ингра и выплыла из его дома в теплую духоту летнего вечера.

- Вот паскудство! - Выругался эльф, понастроивший грандиозные планы. - Неблагодарные подонки! Людишки, что тут еще скажешь! Вот и делай после этого кому-то добро! -

Он нервно расхаживал по поляне, сжимая в одном кулаке деньги, в другом - скомканное письмо. - Неужели им трудно на меня немного поработать? А я их еще учил писать, идиот!

И, конечно, он ни разу не вспомнил, кому он был обязан освобождением из тюрьмы и той суммой, что должна была в течение трех дней упасть на его счет.


А в своем дворце у распахнутого окна стоял задумчивый Риалон. Все разборки были закончены, и ключик от сокровищницы невидимкой висел на его груди. Жена и ее сестра потащили свою зареванную и всю обцелованную дочушку отмываться от мусора и паутины, обещая ей все радости мира и вселенной впридачу, лишь бы она не плакала. Но та продолжала истерить так, что ее слышал весь дворец.

Риалон поставил на кабинет звукозащитный полог и вызвал дежурного гвардейского полковника.

- Ну что, нашелся Фэлин?

- Никак нет. - Тихо ответил тот. - У нас одни люди и ни одного мага. А господин Фэлин может пройти мимо, мы и не заметим.

- Охрану у комнаты Мариилы поставили?

- Да, двух гвардейцев. Но опять же...

- Снимите. Пусть катится ко всем чертям. - Спокойно сказал Риалон. - Всех приживалок и нахлебников - из дворца вон! Чтобы к завтрашнему дню здесь остались только члены семьи, гвардейцы и обслуга. И сыновей ко мне.


Саэрэй, наконец-таки, перевалил горный хребет и сразу почувствовал родную кровь где-то впереди, скорее всего, у самого моря, в долине Оленей.

- Хей, Альеэро! - заорал он в поднебесье, распугивая орлов и облака. - Я почувствовал его! Он точно у Оленей! А ты где?

- Уже лечу вслед за тобой. Через несколько оборотов увидимся.

- Может, мне подождать тебя у горного озера? Заодно и перекушу!

- Подожди. - Согласился Змей, который знал, что Сааминьш в незнакомый дом один ни за что не пойдет. Зато сам Альеэро прекрасно знал Риалона со времен бурной молодости, когда братиков носило по всему континенту в поисках безрассудных приключений.


Риалон собрал в своем кабинете малый Клановый совет, в который вошел его родной брат Кейрин, его выросшие сыновья, и сыновья самого Риалона от первого брака. Как-то так получалось, что жизнь некоторых членов рода Оленей была буйной и бурной. Когда еще Кланом правил отец Риалона, он решил остепенить сына, постепенно приучив того к домашнему очагу, поскольку руководство Кланом по старшинству должно было перейти к нему. Но развеселая и разгульная жизнь в компании трех Змеев и овечек Пастушки Греты вполне устраивала молодого повесу, который, как от изнанки, шарахался от родного дома. Да и чем он мог привлечь красивого и впечатлительного юношу? Вечными отцовскими фаворитками или очередными эльфами - стилистами и массажистами, вываливающимися из материнской спальни? Брат Кейрин - тот да, был спокойней и послушней Риалона, который постоянно, как только добирался после очередного загула домой, говорил отцу: "Сделай Главой Клана Кейрина. Он умен, великодушен и послушен - идеальные качества будущего правителя!" Но отец ничего слышать не хотел, поскольку в своем подрастающем сыне видел себя в его возрасте и на все обоснования и возражения лишь улыбался: "Перемелется - мука будет!" Но время шло. Риалон и Кейрин давно закончили Академию, и младший брат постепенно свыкался с ролью правой руки своего отца, который, однако, все время говорил: "Запоминай, Кейрин, потом поможешь Риалону". Кто знает, какая обида крутилась в голове этого невысокого и некрасивого тихони, которого перед лицом отца постоянно затмевал обаятельный и веселый старший брат? Но он никогда и никому не доверял свои тайные движения души, запрятав их так, что даже отец не мог прочитать, что творится в его голове.

И вот, когда в очередной раз пьяный и довольный Риалон вместе с неразлучной Змейской троицей приехал в родной дворец, его радостно встретили, допоили до состояния полной амнезии и быстренько провели в священной роще брачный обряд, который по идее, должен быть заключен по любви и одобрен Богами. Но отец, чувствуя приближение того момента, когда леса предков позовут его под свою сень, сам нашел невесту в соседствующем Клане Рысей, пообещал юной деве свою отеческую заботу и поддержку ее семье, а также показал изображение своего беспутного сыночка. И девушка, вначале долго отказывающаяся от заочного брака, увидев прекрасные карие глаза, сразу согласилась. Но реальное впечатление от жениха и последующей за брачной церемонией первой ночи осталось настолько шокирующим, что последующее за этим вытрезвление и попытки завязать хотя бы дружеские отношения неизменно заканчивались полным провалом. Молодая Рысь терпела. Сначала поселившихся во дворце детей чужого Клана, забирающих от нее все внимание мужа. Потом - периодически появлявшихся развеселых девиц, компанию которых он предпочитал супружеской спальне. И только иногда, когда наставало относительное затишье среди многочисленных праздников, Риалон захаживал к жене. И результатом этих эпизодических захаживаний стали двое сыновей. Так продолжалось достаточно долго. Отец правил. Кейрин помогал, а Риалон развлекался.

Но все изменилось, когда отец ушел в леса предков. Стоя под сенью деревьев Священной Рощи, Риалон слышал шепот голосов давно ушедших Оленей, принимающих в свой круг отдежурившего свой срок Главу, и слезы невольно наворачивались на его глаза. И вот тогда-то он твердо пообещал отцу, что с этого дня будет заниматься только своей долиной, и попросил прощения за прошедшие в праздности годы.

"Я верю в тебя, сынок!" - прошелестел отлетающим ветерком ему на ухо такой родной хрипловатый голос.

И с этого дня Риалон совершенно перестал пить и гулять, начал заниматься делами Клана, подробно обо всем выспрашивая у Кейрина, и полюбил теплыми вечерами сидеть на огромной веранде с сыновьями, рассказывая всякие истории о своих странствиях, опуская, впрочем, некоторые подробности, не предназначенные для детских ушей. Но хорошие отношения с Рысью были потеряны навсегда. Еще пару лет она терпела, практически не показываясь мужу на глаза, а потом подошла и попросила: "Отпусти меня, Риалон. Мы не любим и не уважаем друг друга."

"Но как же обряд? Ведь мы перед Богами связаны навсегда!"

"Тебя обманули. Этот брак не был благословлен свыше. Изначальное пламя не соединяло наших рук. И эти дети рождены вне брака."

Риалон задумался. Кого же тогда хотел обмануть отец? Теперь получается, что ни один из его сыновей не сможет наследовать титул Главы после него! Зато у Кейрина растут двое великолепных и умных ребят...

Отпустив Рысь обратно в ее Клан, он долго решал, что можно сделать. Вероятно, самым простым выходом стала бы женитьба? И он начал искать подходящую девушку. Как-то раз, получив для всего семейства приглашение на праздник к южным соседям - Горным Кроликам, он был очарован молодой и прелестной девушкой. Круглое простое личико, чуть вздернутый носик, светлые длинные волосы, приятные и плавные изгибы полноватого тела, а ведь Риалон не любил худышек, так взволновали его истомившееся, но скованное обещаниями отцу, мужское естество, что он, не наведя мало-мальских справок о нраве и характере девушки, попросил ее руки. И она стала его женой, благословленной в Священной Роще Божественным огнем. Истосковавшийся по женской ласке мужчина дневал и ночевал в ее спальне, любуясь мягкой податливой кожей, полной белой шейкой, большими, но крепкими грудями, с удовольствием каждый раз погружаясь в ее лоно. И скоро она родила первую дочь, Мариилу. И отец начал ее воспитывать, как мальчишку, возя вместе с сыновьями в дальние морские походы, обучив обращаться с оружием и отдав ее потом в самую сильную Академию. А жена, тем временем, родила еще одну дочь и, вопреки утверждению, что Горные Кролики плодятся чуть ли не каждый сезон, детей больше не рожала. Да и Риалон к ней постепенно охладел, заметив ее невежество и непроходимую глупость, замешанные на гиперсексуальности, отчего из ее окон периодически вылетали различные мужички, собственноручно выброшенные взбешенным мужем. Плюнув на избалованную матерью с младенчества младшую дочь, он оставил воспитание девочки на совести жены и приехавшей навестить ее сестры, которая потом как-то естественно загостилась на неопределенное время. Да, с фамильной склонностью младшей дочки и ее позором он давно смирился, как и с тем, что никто не возьмет ее замуж. Но как он мог проглядеть тайную влюбленность своей старшей дочери, в которую он так много вложил? И этот эльф... А ведь он ему доверял!

Риалон осмотрел серьезные лица своих ребят и промелькнувшую усмешку на губах Кейрина. Может, это он так рвется во власть? Да нет, кишка тонка! Гадить втихую и радоваться этому он может вполне, но взять на себя ответственность за всю долину... Нет, Кейрин на такое не способен. Тогда на кого работал Фэлин? Да и зачем ему все это понадобилось?

И тут дверь кабинета, запертая и запечатанная, содрогнулась под ударом чьего-то мощного кулака, а затем, словно фанерная, легко легла на пол. За ней, улыбаясь, стояли двое: один - темноволосый высокий здоровяк в черном кожаном костюме, а второй, как всегда, бледный, но изысканно-хрупкий рыжик с длинным носом и тонкими губами, на которых мерцала такая знакомая Змейская улыбка. В ореховых с золотыми искрами глазах плавилась радость встречи и тепло узнавания после длительной разлуки. Риалон подскочил в кресле и, раскинув руки, вышел из-за стола:

- Боги! Это ведь Альеэро Ромьенус! Какими судьбами в мой дом?! Здравствуй, друг!

Сыновья и Кейрин вежливо встали, приветствуя гостей.

- Сейчас накроем стол, посидим... - засуетился Риалон, не отпуская руку Змея, который в их компании был самым младшим и независимым. Но веселым и своим. - Представь меня своему другу!

- Да вы, наверное, встречались, - улыбнулся еще раз Альеэро. - Это Скалистый Дракон Саэрэй Сааминьш.

- Кто?! - раскрылись глаза у Оленя. - Ты, Альеэро, меня конечно извини, но дружить с существом, выпихивающим своих маленьких детей в белый свет необученными и мало что знающими... Как Вы могли так поступить с Иржи?!

Но Саэрэй лишь усмехнулся.

- Мой постреленок! - гордо произнес он. - Я за ним по всем долинам бегаю, а он и тут успел отметиться! И что мой Иржи сотворил здесь? Кого успел спасти?

- Ничего не понимаю! - пробормотал Риалон. - Так Вы его не прогоняли? А про наши проблемы откуда знаете?

- А давай-ка сначала, друг мой любезный, ты нам скажешь, куда подевался наш мальчик! - поинтересовался Альеэро.

- Он улетел. Иржи и его товарищ Йожеф мне очень помогли, и я дал им рекомендации для поступления в Академию. А ты-то, Ромьенус, к Драконам каким боком?

- В-основном, правой стороной собственной долины. А вообще и головой, и сердцем. - Легко улыбнулся Альеэро, но тут же нахмурился. - Но ты зубы-то не заговаривай! В какую сторону он полетел?! - дружно рявкнули они вместе с Саэрэем.

- К саламандрам.

- Во, я же говорил, что надо сразу туда лететь! - Шлепнул ладонью плечо Змея Саэрэй.

Тот поморщился и спросил:

- А давно?

- Вероятно, вчера вечером. Я пытался отговорить мальчишек и приглашал к себе во дворец, но они отказались.

- А эльф? С ними был эльф, Тонимэл, кажется...Они ушли с ним?

- Нет, сами. Он попытался их как-то обмануть, а они поняли... Да что мы стоим, пойдемте, пообедаем, и я все расскажу. Кстати, и посоветуемся!


Мальчишки, кое-как одевшись, от озера быстро побежали в дом Тонимэла.

- Йожеф, собери наши вещи в удобную сумку и найди корзину для Марж.

- Ты собираешься тащить ее в руках?

Иржи остановился и, копируя троллих, упер руки в боки.

- Кто-то мне говорил совсем недавно, что уже не боится летать! Неужели передумал и решил испугаться снова?

- Значит, я и йонси полетим на тебе? Круто! А ты нас выдержишь? И вещи? - Засомневался Йожеф, вспоминая маленького дракона.

- Выдержу. Тони умеет ходить по этой долине телепортом. Вдруг он решит нас преследовать? Давай двинем подальше, до предгорий, туда, где начинается граница другого Клана!

- Лады. Я - за вещами! - И Йожеф потопал в мансарду собирать одежду и рисовальные принадлежности.

А Иржи вышел и покричал йонси:

- Марж! Мы уезжаем. Если ты с нами, возвращайся! - И зашел обратно в дом, размышляя, сколько денег оставить для Тони.

Но, погруженный в раздумья, он неожиданно в коридоре буквально уперся лбом в высокую фигуру госпожи Ингры. Положив свою тяжелую руку ему на плечо, женщина приказала:

- А ну-ка, посмотри мне в глаза! Что это вы еще задумали на ночь глядя?

Иржи, хлопая ресницами и застенчиво улыбаясь, пытался на ходу придумать версию с ночлегом на берегу и рассветной жаждой творчества. Но старую и немало видевшую на свете домоправительницу провести было сложно. Поэтому, хмыкнув, она предложила начать рассказ сначала, но так, чтобы она ему поверила.

- Иначе, - пригрозила она, - запру под замок до прихода хозяина!

Иржи вздохнул и коротко рассказал про расследование, не называя имен заказчика, и о том, что Тони решил не выполнять то обещание, собственно говоря, ради которого они сюда и приехали.

Ингра внимательно слушала, покачивая большой головой. И, когда Иржи закончил свой рассказ, вздохнула, колыхнув большой грудью:

- Жаль вас, ребятишки. Бегаете, переживаете, все на кого-то надеетесь. Но ведь это неправильно. Уж вернулись бы по домам! Родители, небось, истосковались!

- Нет, тетушка Ингра, обратного пути нет. А есть только вперед, в Академию. И защитим мы себя сами. Только есть у меня к Вам одна просьба. Я напишу для Тонимэла письмо и положу в конверт деньги. Вы уж отдайте ему, хорошо?

- А если он что-либо спросит?

- Скажите, что Вы - свидетель того, что деньги мы вернули. Больше мы ничем ему не обязаны. А куда ушли, эльфу знать не обязательно.

- А я пирожков на ужин напекла! - грустно сказала женщина, которая так обрадовалась тому, что в этом холостяцком и одиноком убежище, наконец, появились дети... - А знаете, заверну-ка я их вам с собой!

И вот, на поляне перед домом, стоял небольшой черный дракончик, на который усаживался Йожеф с мешком за плечами и корзиной с йонси в руках.

- Прощайте, тетушка Ингра! Счастья вам и удачи! - От души пожелал Йожеф, только что умявший три пирога.

А дракончик резко махнул крыльями, расправляя кожаные складки. Несколько прыжков - и необычная компания взмыла в вечернее небо, разворачиваясь к морю.

Курьер от Риалона, гвардейский офицер, удерживающий в поводу нетерпеливого пегаса, внимательно осмотрел парней. И, вытянув два плотных листа с клановой печатью, протянул им для ознакомления.

- "Рекомендация"... - медленно прочитал Иржи. - Дана ... для поступления в Столичную межрасовую Академию... Да, - он поднял глаза на офицера. - Спасибо. Это то, что надо.

Тот кивнул и вскочил на расправившего крылья пегаса. Разворачивая коня, он пробурчал:

- Читать как следует не умеют, а туда же, в Академию!

- Завидки берут? - поинтересовался Фаркаш, доставая из пакета очередной пирожок и засовывая его в рот.

- Уже нет! - офицер сжал ногами бока пегаса, и конь стукнул передними копытами прямо перед Йожефом. Тот отшатнулся, а гвардеец нагнулся и неуловимым движением выхватил из его рук пакет.

- Отдай, гад! Это не твое! - Заорал Йожеф поднимающемуся в небо всаднику. Но тот ехидно улыбнулся и показал средний палец.

- Это тот козел, что стоял на дверях, я его узнал! - Пожаловался Фаркаш.

А Иржи, сосредоточившись, поднял руку и поманил к себе чужую добычу. Гвардеец не успел удивиться, как пакет вырвался из рук и, набирая скорость, понесся к протянутой руке и со всего размаху впечатался в грудь Иржи. Тот, не ожидая подобной подлости от спасенной пищи, шлепнулся на песок.

- И так будет с каждым! - погрозил Йожеф кулаком черному силуэту в закатных небесах. - Иржи, тебе не больно?

Он участливо стащил с друга промасленную и местами порвавшуюся бумагу с пирожками и сунул в рот еще один. Иржи поднялся, отряхивая от песка штаны.

- Спасибо, друг, ты снял с меня невыносимую тяжесть. - Сын Клана вытянул руку и тоже цапнул пирожок. - Не обжирайся, а то не удержу тебя в воздухе.

- Что, можем упасть? - Хриплым голосом переспросил Фаркаш и дернул плечами, когда по спине неожиданно пробежало холодными ногами стадо мурашек.

- Нет, - Иржи взял еще один пирог. - Живот перевесит, и ты свалишься. Да и Боливар не вынесет двоих, если они начнут столько лопать.

Он покосился на вылезшую из корзины йонси, тоже аппетитно чавкающую пирогом. Та вытаращила голубые глаза и задом заползла в корзину. Недоеденный кусок остался сиротливо лежать на траве.

- Ну ладно, время позднее, мы все получили. Йожеф, сложи мою одежду.

Мгновение - и у маяка уже стояли черный дракончик и парнишка с большой сумкой и корзиной. Перекинув ноги через чешуйчатую черную спину, Йожеф зажал корзину рукой и скомандовал:

- От винта!

Дракончик хмыкнул, подпрыгнул и хлопнул крыльями, набирая высоту. В темное и глубокое море опускался оранжевый диск второго светила, вытянув по волнам ярко-красную дорожку. А из-за гор несмелым стадом уже выбегали яркие звезды, окрашивая другую сторону залитых киноварью снежных пиков в серебристо-белый цвет. Встречный ночной ветер поднимал и поддерживал широкие крылья черного дракона, так неожиданно нашедшего свою историческую родину. И он был счастлив этим полетом и бесконечным бархатным небом, поддерживающим его в своих ладонях.

А Фаркаш, который всю жизнь боялся летать, лихо сидел на его спине и вдохновенно пел любимые песни. Внизу, под крыльями, белой лентой вился в направлении гор южный путь. Вокруг небольшими кучками то там, то тут, светились огни деревень и маленьких городков.


Когда солнце совсем зашло, а снежные горы призрачными маяками засияли с трех сторон приморской долины, Иржи подумал, что надо бы сесть и найти какое-нибудь озерцо или речку, а еще лучше, если рядом будет какая-нибудь большая деревня с трактиром и комнатами. Глаза уже слипались, а мозг периодически норовил провалиться в сон, путая явь с картинками из прошлого. И вот, как по заказу, внизу, недалеко от блестящей извилистой реки и южного пути, заманчиво засияла оконцами вытянутая по берегу деревенька. И Иржи сложив крылья, скользнул, словно по горке к пляжному речному песку и кучерявой тесноте сельских огородов. Приземлившись на скошенном поле, он ссадил Фаркаша и йонси, а сам, не меняя ипостаси, с наслаждением залез в воду и поплыл, рассекая длинной шеей черную матовую гладь. Йожеф, посмотрев на приятеля, содрал одежду и, крикнув Марж, чтобы покараулила, с разбегу ухнул в теплую, нагретую за день светилами, воду. Загребая усталыми руками волну, он догнал Иржи и обхватил его за гибкую шею. Дракон повернул голову и, насмешливо сверкнув красными в темноте глазами, резко ушел под воду. Прицепившийся Фаркаш - тоже. Проплыв в кромешной плотной тьме метров пятьдесят, Иржи с шумом вырвался наружу и, выпрыгнув из воды, снова с шумом плюхнулся обратно. Йожеф разжал руки и с хохотом упал рядом.

- Вылезаем? - спросил он, отплевываясь, у дракона. Тот кивнул головой.

- Эй, не так быстро! - Пропел нежный девичий голосок рядом, и из ночной тьмы навстречу им выплыла прелестная обнаженная девушка. - Какие сладенькие мальчики! Развлечемся?

Иржи, уже стоявший на мелководье и обернувшийся человеком, помахал рукой:

- И кто кем закусит, рыбонька?

- Да я ничего, только познакомиться... - завлекательно выставила белое плечико из воды ундина.

- Да я тоже ничего, только уж очень кушать хочется... А тут такая аппетитная ушица плавает! - Его глаза красным лучом навелись на местную прелестницу.

- И вот не надо меня пугать инфракрасным прицелом! У нас тут природоохранная зона! - обиделась водяная дама. - Я, между прочим, грамотная! Вот возьму и напишу в столицу!

- Хочешь подмочить себе репутацию? - усмехнулся Иржи, пока Фаркаш выбирался из воды. - Свои же и засмеют. Скажут, голых пацанов испугалась.

- Да ладно, пацанов... Меня ж не в дремучем лесу делали. - Ундина перевернулась на спину, демонстрируя остальные прелести. - Уж как-нибудь отличу сына Клана от сельского мальчишки, упившегося со старшими сверстниками.

- Так ты все-таки по малолеткам? - Иржи влез в штаны и рубаху. - Нехорошо, девушка, юные умы развращать!

- Зачем мне умы? - Удивилась речная красотка, выпрыгивая из воды и садясь на камень. - Может, я любви до гроба хочу, счастья человеческого!

- Вот в гробу его и увидишь, прелестница. Ибо только там его люди и обретают. Ну, бывай, нам пора. Кстати, не ведаешь, тут есть трактир с приличной кухней? Или попроситься, может, к кому?

- Третья улица, четвертый дом. Колченогий Жор держит. Ха-а-роший дядька! Даром что хромой... - Она лукаво посмотрела на парнишек. - Нога-то в воде не мешает...


Глава тринадцатая. В которой мальчишек похищают для обряда, а йонси исполняет их желания.


Трактир встретил ребят духотой, настоянной на пиве, и громко болтающим о всякой всячине местным людом. Из пришлых в углу сидели четверо хорошо одетых людей в надвинутых на носы капюшонах темных курток и два тролля, видимо, их охраняющих.

Йожеф плюхнулся на свободную лавку за крайним у окна столом, а Иржи пошел к хозяину, стоящему у длинной полки с бутылками и пузатой бочкой на табурете, делать заказ.

- Нам бы покушать и переночевать. Курица и картошка на троих. - Серебряная монетка перекочевала в широкую ладонь кривоногого бородатого мужика, чьи зоркие глаза под кустистыми бровями сразу нашли второго неизвестного хозяину посетителя.

- А третий где? - поинтересовался он, подкидывая монету.

- Я за него. Говорят же, не в коня корм.

- И ведь не скажешь... - мужик поскреб лохматый затылок. - Что пить будем? Самогон, вино, пиво, виски? Или деткам молочка на ночь налить?

Какой-то мужичок, сидевший неподалеку, угодливо захихикал. Тролль из охраны повернул к ним широкое ухо с длинной сережкой.

- Да, - подтвердил Иржи, - молоко - это то, что надо. А парное есть?

Колченогий Жор, не ожидавший, что парень с ним легко согласится, заломил бровь и медленно кивнул.

- Пойду, скажу жене, уж должны были подоить...

Иржи, провожаемый нетрезвыми взглядами и перешептываниями, подошел к Фаркашу и сел рядом. И тут же с кухни выпорхнула девушка с ясно различимыми фамильными чертами. В ее руках был поднос, на котором стояли три больших тарелки с картошкой и мясом, а также две кружки, доверху налитые молоком.

- Приятного аппетита! - Улыбнулась она Фаркашу, составляя тарелки и кружки. - А вот ключ от комнаты на втором этаже. Направо по лестнице, номер второй.

И протянула ему ключ.

- Ну в кои то веки на меня обратили внимание! - обрадовался Фаркаш, оборачиваясь к притихшему другу.

А Иржи, положив голову с растрепавшейся косой на руки, преспокойно спал, вдыхая горячий куриный аромат, плавающий прямо под носом.

Кое-как растолкав Иржи и уговорив покушать, Йожеф подхватил так неожиданно обессилевшего друга и корзину с доедающей Марж и, спотыкаясь на каждой ступени, потащил всех наверх. Открыв плохонький замочек на фанерной двери, он поставил корзину и, дотащив спящего на ходу молодого дракончика до кровати, сгрузил на нее прямо в одежде.

- Ничего, ты сегодня не пачкался... - пробормотал он, устраивая друга поудобнее и накрывая одеялом. - Наверное, опять магическое истощение! Может, ему не надо летать так подолгу?

В комнате было темно. Толстая свеча в подсвечнике стояла на столе незажженной. Ни спичек, ни зажигалки рядом не наблюдалось, а искать что-либо в темной комнате по абсолютно черным углам у Йожефа не было желания. Пройдясь по периметру маленькой комнаты на ощупь, он убедился, что здесь, кроме одной кровати и стола больше ничего не было.

- Вот гад какой, - пробурчал он, - мог бы с двумя кроватями дать! И вот как мы на таком топчанчике вдвоем поместимся?

Йожеф плюхнулся рядом со спящим Иржи и посмотрел в небольшой квадрат окна. По летнему времени оно было распахнуто, поскольку днем крыша очень нагревалась, отдавая свой жар маленьким помещениям для путников, устроенным на чердаке большого дома. Фаркаш снял ботинки и штаны, бросив их рядом с кроватью. Потом немного подумал, пошевелив пальцами на ногах, между которыми застрял речной песок. "Интересно, - подумал он, - как Иржи удавалось создать светящийся шарик? Может, у меня получится хотя бы зажечь свечу?"

Он представил огоньки в руках и, подумав о фитиле, щелкнул пальцами. Раздался треск. Йожеф тут же открыл глаза и посмотрел на стол. Свеча стояла, словно неколебимая скала на плоской равнине. Только вот равнина почему-то перестала считать себя столом и, словно при землетрясении, пошла неровными трещинами, видными даже в темноте.

- Дерьмо! - горько пожаловался Фаркаш на свои скромные способности неизвестно кому и завалился на спину рядом с другом. Глаза постепенно начали закрываться, и он тоже уплыл в призрачный мир сновидений.

Очнулись они одновременно от того, что сильно ныли связанные за спиной руки, и горбатое дно большой телеги больно впивалось в бока, оставляя на мышцах и ребрах выпуклости с вмятинами. Над головами висел непрозрачный тент. Но по свету, падающему в телегу сквозь щели и дыры, да и проникающему сквозь саму ткань, можно было предположить, что на улице уже давно белый день.

- И что за хрень? - Прошептал Фаркаш, едва они немного огляделись. А Иржи изогнулся и, привстав, посмотрел вперед.

- Знаешь, а нас похитили из этого трактира. - прислонив губы к уху друга, пробормотал Иржи.

- Уже понял. Я не могу развязать руки! Придумай что-нибудь!

- Не могу. - Задумчиво сказал сын Клана. - Что-то не дает моему пламени вырваться наружу. Слушай, а этот трактирщик ничего не подмешал в молоко? Оно ведь отбивает запахи.

- А ведь точно! Ты, как выпил его, отрубился окончательно. Я с трудом заставил тебя жевать. Ну а я заснул сразу, как только втащил тебя наверх.

- Интересно, зачем мы им понадобились?

- Кому? Ты кого-то увидел?

- Ну да. Помнишь, в этом поганом трактире сидели трое или четверо в капюшонах, и двое троллей? Вот этот тролль как раз управляет нашей повозкой. Я узнал его по сережке в ухе. Она такая большая с самоцветными камешками...

- А может, спросим? Разве мы что-то теряем?

- Вдруг они нас снова чем-то одурманят, а то и по голове дадут?

Хоть парни шептались тихо, у тролля слух оказался хорошим. Он обернулся и спросил:

- Ну что, спалось сладко?

- Не очень. Веревки руки режут. Может, развяжешь?

- Не...- сказал тролль равнодушно. - Мне неприятности не нужны. Довезу вас, сдам, тогда, может и развяжут. Или свяжут окончательно.

- А куда нас везешь? И зачем?

- Так даякам жертвы нужны, а старик трактирщик вас продал.

- Как это? И вообще, какое право он имел?

- Да кто вас искать-то будет? А ему - ваши монеты, да от даяков навар.

- А даяки, они кто? Я о таких не слыхал... - кинул затравку для разговора Иржи, а сам Фаркашу на ухо: - Задавай вопросы и внимательно слушай. А я попытаюсь что-нибудь придумать...

- Даяки-то... - тролль немного притормозил лошадку, - ведьмаки они, с другого континента приехавшие. Чего хотят, не знаю. И жертвы зачем, не знаю. Наверно, силенок себе прибавить. Ну, да это их дело... отдыхай пока. Хотя и так скоро навеки упокоишься.

А Иржи, тем временем, пытался вытолкнуть свое пламя хотя бы на кончики пальцев. Но ничего не получалось, словно он снова стал обычным человеком. Слезы бессилия навернулись на глаза и предательски поползли по носу. И вдруг босой ногой он нащупал мягкую и теплую пушистую шкуру, которую он незамедлительно лягнул пяткой.

- Марж! - прошипел он. - Иди сюда, пожалуйста!

И тело в конце телеги заворочалось, потянулось и встало. Пушистая мордочка с голубыми глазами и серо-белой шерсткой пробралась между друзьями и вопросительно понюхала заплаканное лицо Иржи.

- Девочка! - попросил он. - Раскуси веревку, освободи нас, милая, я очень тебя прошу!

- Это твое желание? - прозвучало в его голове.

- Да, только поскорее!

Марж замурлыкала и, запрыгнув за спину Иржи, вытащила из подушечки острый коготь и поддела им веревку. Та лопнула и осыпалась на дно телеги. Иржи вытащил руки из-за спины и, сдерживая стон, принялся их разминать.

- А мне? - прошипел Фаркаш.

Йонси кивнула и порезала веревку на его запястьях. Теперь парни шипели и ругались вдвоем, разминая багровые рубцы.

- Ну как твоя магия? - прошептал Йожеф на ухо другу. - Вернулась?

Иржи сосредоточился, но только слабые искорки соскочили с его пальцев. Посмотрев на Йожефа, он отрицательно помотал головой.

- Тогда сбежим? - предложил Фаркаш.

- Тролль догонит. Надо с ним что-то сделать... - Блуждающий в раздумье по колыхающейся изнанке тента взгляд Иржи задержался на лежащей Марж.

- Девочка, скажи, а тролль только один?

"Нет, их двое. Один едет сзади".

- Хреново. Их двое. Марж, ведь ты должна чувствовать травы... Может знаешь, какое мне выпить противоядие, чтобы разблокировать магию?

Йонси прищурилась и критически оглядела Иржи.

"Да, парень, тебе точно надо учиться. Сейчас". - Она зарылась в сумку, брошенную в конец телеги, и зубами вытащила обычную флягу.

"Тут родниковая вода. Пей!" - Иржи открутил крышку и приник к горлышку. Отпив половину, остальное он протянул Йожефу.

"Чистая слеза земли нейтрализует черное колдовство, привнесенное в организм через питье. Запомни!"

- Спасибо, умная йонси. А ты сама случайно не училась в Академии?

"У нас своя школа, дракончик. Еще пожелания будут?"

- Будут, Марж. Говоришь, я скоро приду в себя? - задумчиво спросил он. - Тогда сделаем так.

И он поманил к себе Йожефа и Марж. Две человечьи и одна кошачья голова склонились близко-близко друг к другу.

- Марж, красавица, а скажи-ка мне, эти даяки - они занимаются черной магией?

Та кивнула.

- А помнишь, - вмешался Фаркаш, - нашу змейскую жабку Эвангелину? Мы же с ней справились!

- Она была одна, Йожеф. А тут их четверо, да еще тролли.

- Ты хочешь сбежать? А они еще кого отловят и принесут в жертву! - горячо прошептал Йожеф. - Мне кажется, что те, кто приказал украсть медальон с сапфиром накануне приезда гостей из-за моря и вот эти даяки - звенья одной цепи!

- Угу. Той, что хочет затеять тут смуту, и на этой волне пролезть во власть. А если они смогут захватить хоть одну из долин, то, считай, война начнется везде. Эльфы тут же попрячутся по своим лесам, гномы и тролли - в горы, а погибнут, как всегда, люди! Видишь, и здесь кто-то пытается подпитаться человеческой энергией!

- Тогда это - наша война, Иржи. Ведь мы и так в ней по самые уши. Убежали оттуда, а нас догнали уже здесь. А может то, что поймали именно нас, на это и было рассчитано? Ведь в этом мире еще никто ни о чем не догадался!

- Значит, надо достучаться до Риалона и рассказать ему о происходящем.

- Пока ты достучишься, пока он сюда будет целый день добираться... К тому же, он встречает сегодня делегацию с черного континента!

- Марж! - Иржи посмотрел в глаза йонси. - Скажи, если мы попробуем справиться с даяками, ты с нами? Поможешь?

Йонси округлила глаза: "Чем? Я только могу исполнять желания, не больше трех штук. И то не все.".

- Прямо-таки золотая рыбка, а я - беспомощный старый дед... Рыбонька, а скажи, ты их можешь просто как-нибудь отвлечь, не подставляясь под удары? Переключить внимание, шокировать?

Та прикрыла глаза и задумалась.

- У тебя есть план?! - загорелись глаза у Йожефа.

- Сначала я хочу поговорить с троллями. Хоть они наемники и жулики те еще , однако свою выгоду они чуют за три версты. Ну а если разговор не получится, я их просто сожгу.

- А ты уже можешь?

Ответом Иржи зажег на руке оранжевый огонь.

- Жалко, что ты не белый маг, а темный! - посетовал Фаркаш. - Учились бы вместе!

- Нам сначала с черными надо разобраться, а потом планы на будущее строить. Может, вот тут наш с тобой славный путь, едва начавшись, и закончится.

- Да ладно, - махнул рукой Йожеф. - Из скольких переделок мы уже выбрались?

- Нам помогал фактор неожиданности, и... воля небес, полагаю.

- Тогда и здесь нам эти воля с фактором обязательно поспособствуют!

"Я подумала. - Сообщила Марж. - Я согласна."

- Марж согласилась.

- Вот это - по-нашему! - погладил ее спинку Йожеф. - Все-таки красивый у нас фактор! Пушистый! Прикинь, стоят даяки, смотрят на Марж и дружно шепчут: песец!

- Главное, чтобы не лысый ежик. А то от смеха подохнут. Поговорю-ка я пока с троллем. Вы спрячьтесь за сумки, чтобы не задел ненароком.

И Иржи начал меняться, перетекая в ипостась черного дракона.

Когда тролль обернулся, привлеченный странным скрипом и скрежетом в повозке, то ему в лицо уже смотрела драконья морда, оскалившая в дружеской улыбке все свои острые и длинные зубья.

Как было известно всем жителям континента, черные драконы обитали только в одной его долине и звались Сааминьшами. А еще было известно, что если тронешь хоть пальцем члена любого клана, то остальные тебя раскатают тонким блином, а потом порежут на ленточки за своего горячо любимого родича. Поэтому думал тролль недолго. Сглотнув вязкую слюну, он хрипло спросил:

- А где человечки?

- А ты каким местом смотрел, когда похищал сына Клана Сааминьшей и его друга, белого мага? - Дракон слегка выдохнул дымную и горячую струю троллю в лицо. - Сидеть! - Прошипел он, когда увидел, что посеревший возница сейчас спрыгнет.

- Извините, не знал! - Он отрицательно закачал головой и руками. - Нас наняли на один день довезти мальчишек к месту жертвоприношения, и все!

- Убеж-жиш-шь, поймаем, выреж-шем всю семью...

- Что мы можем сделать, чтобы замять эту небольшую проблемку? - прогудел тролль, делая вид, что ситуация выеденного яйца не стоит.

Иржи тут же принял свой обычный вид и хлопнул тролля по плечу.

- Ну ты и нахал, братец. Еще и торгуется! Продаться здешним отморозкам - еще куда ни шло, но приезжим... это неэтично. Собрался воевать со своими сородичами в долинах?

- Н-нет! Мы не думали...

- Понятно, что вы ни о чем не думали. Тот, что сзади, он старший или ты?

- Я! - приосанился тролль, осознав, что прямо сейчас его бить не будут.

- Зови, поговорим!

Телега остановилась, второй тролль подъехал на лошадке к телеге и недоуменно уставился на хмурого Иржи.

- А чего это ты его развязал? - поинтересовался он у напарника. - Он же удерет!

Первый поджал губы.

- За тухлый заказ мы взялись, Борко. Этот мальчишка - Черный Дракон Сааминьш.

- Ой! - округлил глаза всадник. - Вот говорила моя мама: не суйся в те дела, что предлагает твой неосторожный друг Тинто, поскольку сам вступит, да и тебя с головой окунет! Нет же, не послушался, соблазнился легкими деньгами! - Пожаловался Иржи здоровый амбал, увешанный оружием, словно новогодняя елка шариками.

- Господин Сааминьш! - перебирая вожжи в руках, начал первый. - А, может, отпустите? И мы пойдем потихонечку. И Вы пойдете, куда надо!

- Пойдете. - Согласился Иржи. - Только сначала проступок отработаете. А я о вашем позоре никому не скажу. Договорились?

- О, господин Дракон, моя мама, когда я ей расскажу за ваше великодушие, будет молиться каждый разочек о здоровье вашего рода и благословлять тот день, когда Боги не допустили нас до греха! А делать-то что придется?

- Просто подвезете телегу в даякам, получите деньги и мотайте!

Тролли переглянулись:

- А если они проверят ее?

- Конечно, проверят, но внутри все будет в порядке. Кстати, а где наш мешок?

- Так в телеге. Только деньги трактирщик взял.

Фаркаш вылез из-под груды вещей и показал большой палец.

- Я тут и монетами разжился!

Лица троллей заметно скисли. Видимо, это были их монеты.

- Зато возьмете себе остаток. Кстати, можете вернуться и передать трактирщику пламенный привет. А так - молите Богов, чтобы вам не было воздаяния за ваш греховный поступок!

Они кивнули и снова тронулись в путь. А в телеге продолжилось совещание.

"Вы выйдите из повозки заранее, а меня оставьте. И будет им сюрприз!" - сказала йонси. Иржи согласно кивнул головой.

- Эй, Тинто, скоро приедем?

- Поднимемся на мыс над морем - и все!

- Пошли, Йожеф. Марж - удачи! - И парни выскочили на дорогу, тут же скрывшись в кустарнике.


Пока повозка неспешно ползла по серпантину дороги, Иржи и Йожеф лезли вверх по утесу. И вот, прячась в редком подлеске, они подкрались к поляне, в середине которой лежал плоский синий камень. Вокруг него, прямо на очищенной от травы и веток земле, была нарисована пентаграмма с рунами, в острых углах которой уже горели малиновые огни. Двое из даяков, все еще прячущих свои лица под капюшонами, стоя на коленях в изголовье и ногах алтаря, что-то пели заунывными голосами. Третий прокаливал над жаровней длинный и узкий клинок.

- Ха! - сказал Йожеф шепотом. - Я свои тоже взял!

И показал Иржи нарисованные им ножи.

- Растают!

- Не, - беззаботно отозвался Фаркаш. - Твоя магия сильнее ихней! Справимся!

Четвертый стоял в стороне, то и дело поглядывая на небосвод. Видимо, обряд привязывался ко времени.

- Помнишь, как только Марж их отвлечет, сразу бьем!

- Кого учишь, художник? - Фаркаш снисходительно посмотрел на Иржи. - Я - профессиональный солдат.

- Слышишь, наша телега скрипит? Готовься, солдат!

И вот на поляну втянулась низенькая серая лошадка, везущая повозку под рваным тентом.

- Вот пацаны. - Хрипло сказал тролль, спрыгивая с подстеленного под зад мешка и подойдя к старшему под капюшоном. - Деньги давай!

И протянул руку к стоящему даяку. Тот, даже не пошевелив туловищем, сделал молниеносный выпад рукой - и Тинто с кинжалом в печени рухнул ему под ноги. Выехавший из-за повозки Борко не успел ничего сообразить, но от летящего ему в грудь клинка интуитивно отклонился и, выхватив свои ножи, метнул в главаря. Тот мгновенно выставил вперед руку, и клинки упали, не долетев до цели, на землю. Но Фаркаш, пользуясь всеобщей заварухой, тут же бросил свои, попав тому в спину. Даяк недоуменно обернулся и тут же упал на бок, забившись в конвульсиях и загребая ногами пыль. Тролль, уже придя в себя, бросился на того, кто стоял у жаровни с ножом. Завязалась драка. Иржи, успев раздеться, обернулся драконом и сверху полил стоящих у алтаря огнем. Одежда на них загорелась, но они быстро сбили пламя, и заклубились черным туманом с красными высверками. Иржи сразу вспомнил подземелье и Эвангелину. "Так вот откуда пошла эта зараза!" - мимолетно подумал он.

Но тут тент распахнулся, и из телеги вверх вытянулась, все увеличиваясь в росте, прекрасная обнаженная женщина с пестрыми волосами и голубыми глазами. Она хлопнула в ладоши, и поляна, закруглившись со всех сторон, превратилась в глубокую тарелку с высокими краями. Внутри слышалась ругань, звон металла и чей-то стон. Через какое-то время оттуда пошел дым. Высокая женщина медленно, не обращая ни малейшего внимания на севшего Иржи и подскочившего к нему Фаркаша, подошла к образовавшейся чаше и протянула над ней руку, слегка опустив ее вниз.

Дружный вопль потряс окрестности.

- Хватит! - послышался голос тролля, - Больно!

Женщина обернулась и посмотрела на Иржи.

- Троллей вытащи!

Из чаши пробкой вылетели Тинто и Борко, грохнувшись оземь.

- Иди, посмотри, что с Тинто. - Толкнул друга Иржи. Тот кивнул и метнулся к лежащим без признаков жизни обоим троллям.

- Что делать с остальными? - громким голосом спросила женщина.

- Вытряхни одного, побеседовать бы надо! - попросил Иржи.

Из зеленой западни, прямо к ногам дракона, выбросило одного из даяков и хорошенько приложило об землю. Пока тот не очухался, Иржи пламенем связал ему ноги и руки за спиной. Потом слегка подул на все еще прикрывающий его лицо капюшон. Тот истлел и развалился кусочками легкого пепла. И под свет белого дня предстало совершенно черная голова без волос, но с татуировками по всему черепу и даже заходящая на щеки. Иржи, обернувшись человеком, не обращая внимания на свою наготу, присел около связанного им даяка и слегка похлопал по щекам.

- Спящая красавица, очнись, злая колдунья уже приготовила свое веретено. И сейчас кому-то будет очень больно. - Спокойно сказал он и прижег языком своего пламени какое-то клеймо на лбу черного мужчины.

Тот застонал и открыл испуганные синие глаза.

- Так вот с кем путается род жаб! Надо рассказать, при случае, остальным кланам... Ну, говори, красавчик, зачем тебе понадобились мальчишки?

- Не знаю, - прошептал тот, - старший сказал. Мы бы только провели обряд.

- Какой? - Вежливо поинтересовался Иржи. - В чем его смысл?

Подошедший Фаркаш зло ударил ногой сидящего даяка в живот. Тот со стоном упал, поджимая ноги.

- Сволочь! - Выругался бывший солдат. - Убили они Тинто. Да и сами тролли - идиоты! Кто же связывается с непроверенными клиентами, которые и кинуть, и убить могут?

- Ну, пой птичка, пока мы слушаем. Ведь время - оно не резиновое. - Попросил Иржи у лежащего с закрытыми глазами мужика.

- Я и правда мало что знаю... - прошептал даяк. - Обряд обретения силы. Мы должны были взять силу. Больше не знаю ничего.

- А ваш корабль? Делегация в Клан Оленей? Похищенная цепь? Не ври, что не знаешь! Зачем вам понадобился наш континент?

- У нас осталось слишком мало жителей. А энергии вождям надо все больше. Они хотят стать подобными бессмертным Богам! Вождям слава!

- Значит, вы приносите жертвы и получаете освободившуюся энергию смерти?

- Это энергия жизни! Мы можем существовать бесконечно!

- Эву помнишь? - спросил Иржи Фаркаша. Тот кивнул головой.

- Ну и мрази же ваши вожди. Да и ты тоже. Марж, пакуй - и в воду. Пусть плывут к себе пешком.

Иржи встал и, пройдя к кустам, надел сброшенную одежду.

Женщина двумя пальцами подхватила заверещавшего чернокожего даяка и засунула в травяной мешок к остальным.

- Выбрасываю?

Иржи кивнул. Та замотала горловину травой и, размахнувшись, забросила далеко в небо по направлению к другому континенту.

- Летите, пташечки, что б вам не долететь! - Напутствовал их Фаркаш. - Ножи только жалко. А ты говорил - растают! Короче, нарисуешь еще.

- Яволь, босс! Как скажешь, герр начальник!

- Да я ничего, - смутился Фаркаш. - Просто оружие никогда в путешествии лишним не бывает. Сам видишь.

Марж, тем временем, снова обернулась в шкуру йонси и ходила по поляне, утаптывая ее. И там, где она прошла, из земли уже вылезали тоненькие травинки.

Борко, отойдя в сторону, ожесточенно рыл яму складной лопатой. Потом он стащил в нее Тинто, сложил на груди руки и, утерев хлюпнувший нос, начал закапывать товарища. Покидав землю, он водрузил сверху большой камень.

- Идиот ты, Тинто. - Начал он надгробную речь. - И я идиот. Теперь как домой показаться? Спросит твоя мама: "Где, Борко, мой Тинто?" и что я ей смогу сказать? Почему ты так плохо думал перед тем, как ввязаться в эту историю? И куда теперь идти мне?

Борко плюхнулся на траву рядом с холмиком и задумался.

- Эй, тролль, хочешь работать честно? - негромко спросил Иржи.

Тот повернул большую голову и повел плечами.

- А что, есть где?

- Я спросил.- Терпеливо ответил на вопрос парень. - Ты не ответил.

- Ну да, хотел бы... Мы так и загадывали с Тинто, но нас никуда не брали. Вот и нанимались, где платили хоть что-нибудь.

- Тогда иди во дворец Клана Оленей. Скажи, что от Иржи Сааминьша. Тебя устроят в охрану или курьерскую службу. Читать умеешь?

- Конечно, нас же учили!

- Тогда собирайся и топай. Постарайся уложиться в три дня пути.

Тролль вскочил, отцепил коняшку от повозки, повесил на нее пожитки. На другую запрыгнул сам.

- Спасибо, Иржи Сааминьш! - приложил руку к груди он. - Доброй дороги!

Он развернул коней и, слегка прижав бока лошадки ногами, порысил вниз по дороге.

Йонси, закончив с поляной, перебралась на могилу Тинто. А Иржи попытался настроиться на Риалона. И скоро услышал удивленный голос в своей голове.

"Иржи, ты где сейчас? С тобой все в порядке?"

"Сейчас - да. Здесь были даяки и готовили обряд отъема силы. Риалон, они все занимаются черной магией и хотят подчинить себе наши долины! Слышишь? Им нужны жертвы, много жертв! Будь осторожен! И еще, я послал тебе тролля. Зовут его Борко. Пристрой, пожалуйста, в охрану. Он нам помог!"

"Хорошо, но ты где? У меня твой отец и Альеэро Ромьенус. Они ищут тебя! Подожди, они прилетят за тобой!"

"Я не хочу быть игрушкой и нахлебником. И всего добьюсь сам!" - сказал Иржи и заблокировал связь.

Потом вскочил и быстро пошел в сторону обрыва к морю и сел на камень, подобрав ноги.

- Ты чего? - подбежал к нему Фаркаш. - Что с тобой?

- У Оленей Сааминьш и Альеэро. Ищут нас.

- Зачем? Что мы им сделали?

- Сааминьш хочет поиграть в заботливого папочку, а Альеэро все не может расстаться с живыми игрушками. Только мы - давно не дети, Йожеф. И играть я собой никому не позволю. - Иржи положил подбородок на колени и посмотрел на фиолетовые волны.

- Может, они хотят только добра?

- Ну да. Один замучает байками из своей славной юности, а другой посадит перед зеркалом и будет причесывать и наряжать, как куклу. А я хочу быть свободным. Хочу научиться ходить между мирами и ни от кого не зависеть.

- Хорошо - хорошо, успокойся. Отдохнем и полетим дальше. Кстати, ты оценил, какая Марж красавица?

- Оценил. - Улыбнулся парень. - Я как-нибудь потом ее нарисую. Скажи, мои кисти и краски целы?

- Точно! - Поднял указательный палец к небу Йожеф. - Сейчас ты мне нарисуешь отличные клинки!

Он вскочил с камня и побежал обратно на поляну. Тем временем, к Иржи вышла Марж и села рядом, оплетя лапы пушистым хвостом.

- Ты красавица, Марж! - Искренне сказал парень. - Это твоя вторая ипостась?

"Нет, но мы можем ненадолго принимать облик любой расы или животного. Я выполнила два твоих желания. Осталось только одно."

- Марж, а скажи, зачем это вам нужно: исполнять чужие желания?

"Это инициация. Ребенок, познавая мир, становится взрослым".

- А что дальше?

"Мы получаем возможность создать свой дом, посадить и вырастить великое дерево в заповедной роще."

- А почему ты раньше говорила, что не можешь выполнить желание?

"Ты хотел попасть домой. Но тот дом, куда ты хочешь вернуться, находится слишком далеко, не в нашем мире. Ну а потом мы - сродни природе. Что-то можем, а что-то нет."

- Ты, наверное, хочешь, чтобы я тебя отпустил, загадав третье желание?

Марж посмотрела на его прозрачными голубыми глазами и не ответила.

- А можно еще вопрос? Почему ты выбрала нас с Йожефом?

"Вы были растерянными и несчастными. И мне показалось, что вы быстро воспользуетесь возможностью что-то получить для себя".

Иржи снова посмотрел в морскую даль. Йонси легла рядом и замурлыкала. Но тут вернулся Фаркаш и усевшись на камень рядом с ними, протянул художнику альбом и карандаш.

- Давай, нарисуй мне оружие!

- Подожди, Фаркаш. Марж, девочка, а можно я тебя нарисую себе на память?

Йонси сощурила глаза и замурлыкала еще громче. А Иржи быстро начал рисовать. И скоро с бумажного листа на него смотрела живая полосатая мордочка. Глаза искоса взирали на зрителя с лукавой усмешкой, говоря: "ну, попробуй, Емеля-пустомеля, отыщи свою волшебную щучку, если получится!"

- Нравится? - художник сунул альбомный лист под нос Марж.

"А я красивая!" - оценила себя ушастая киска. - "Подаришь на новоселье?"

- Картинка истлеет, пока ты свое дерево для дома вырастишь.

"Не успеет, если ты меня отпустишь. У меня есть жених, он уже прошел испытание и дожидается в священной роще. Не пройдет и трех лет, как наше древо вырастет. Мы устроим там домик и повесим твою картинку. Я буду тебя вспоминать, мальчик. Может, сына назову твоим именем. Созвучно: Марж - Иржи."

- Ты не йонси, а прямо лиса какая-то: "портрет ее пленил"! Может, ты еще мне расскажешь про ангельский голосок? А я растекусь лужицей от твоих добрых слов? - Иржи с усмешкой дотронулся карандашом до ее маленького носика. - Хотя... Как думаешь, Йожеф, сколько поколений маленьких йонси будут смотреть на рисованную мордочку Марж и горделиво говорить друзьям: "Это наша бабушка! Она служила самому Иржи Измирскому-Сааминьшу!"

- Ты непоследователен, дружище. Распекаешь Марж, подозревая в лести, и тут же сам себя хвалишь!

- Собственные хвалы души не портят, дружище!

- Угу. Развращают. Все-таки, господин Измирский, какой же ты самодовольный тип!

- Каюсь и уже рисую тебе клинки. Господин Фаркаш, Вам с камешками? С гравировочкой?

- И с тем, и с другим, пожалуйста. Про балансировочку и канавку не забудь. Слушай, а давай отпустим кису? Зачем она нам?

- Конечно. Иди, Марж, домой. Ты свободна.

"А последнее желание? И картиночка на память с подписью?"

- Йожеф, она хочет желание. Придумай, пока я рисую.

- Ну, даже и не знаю! Может, пару лошадей для нас?

- Фаркаш! Их тоже надо кормить! А потом, ты не забыл, мы пока еще умеем летать.

- Слушай, Иржи, а ведь мы не знаем, где эта Саламандрова долина. Марж, умничка, мы тебе - портретик, а ты нас - в долину, а?

Марж плавно перетекла в человеческую форму и кокетливо подогнула ножки.

- Я согласна, мальчики! Могу даже проводить до дверей Академии.

- Хочешь, я штанишки с рубашечкой тебе нарисую? А то на нас начнут оборачиваться. Тебе глупости предлагать.

- Хочу, Иржи. Портретик пока я приберу?!

- Сейчас, только распишусь. - И он, не глядя, накарябал в углу "И.Измирский" и отдал обратно йонси.

Та посмотрела и аккуратно свернула в трубочку.

- Славная фамилия, мальчик. - И перекинула разноцветные прядки волос себе на грудь, а то взгляд Фаркаша, как намагниченный, возвращался туда постоянно.

Закончив рисовать клинки, Иржи немного поколдовал и скоро два ножа упали к ногам Йожефа. Тот довольно осмотрел их и засунул в ножны. Художник взглянул на Марж и быстро нарисовал ей обтягивающие ноги брюки, сапожки и свободную рубаху. Затем вывесил рисунок в воздухе, увеличил и уплотнил прямо на поднявшейся с камня йонси.

- Смотри, какая красотка! - кивнул он другу.

- Точно. Даже жаль, что у нее уже есть жених. - Подтвердил Фаркаш.

- Ну, что, мальчики, - спросила Марж. - Желание не поменялось? К дверям Академии столицы Саламандр?

- Да, красавица. Выполнишь - и свободна. Семечко, которое вы посадите с женихом, уже ждет обильного полива.

- Тогда берите вещи - и ко мне!

Парни разобрали сумки из брошенной телеги и надели на себя. Потом взяли Марж за руки. Земля медленно расплылась под их ногами, собираясь заново серым булыжником. Перед не успевшими ничего осознать ребятами оказались высокие ворота с распахнутой калиткой, рядом с которой скучал парень с повязкой дежурного. Увидев красивую девушку, он выпрямился и расплылся в улыбке:

- Добро пожаловать в Академию, красавица! Набор абитуриентов в корпусе напротив... Помочь?

- Всего хорошего, мальчики! Я его отвлеку, а вы идите. И - удачи!

И она пошла плавной походкой к дежурному, взгляд которого медленно стекленел, а движение рук становилось неконтролирумо-хватательным.

- Бежим! - Фаркаш подхватил друга под локоть и они проскочили на территорию Академии. - А вон и приемная комиссия!

Толпа будущих студентов и их родственников, волнуясь морским прибоем, осаждала широкую дверь, куда периодически заходили кандидаты в маги.

- Эй, - Фаркаш пихнул плечом парня, стоящего в последних рядах. - Здесь что, очередь? И кто последний?

Тот лениво повернулся и, смерив Йожефа взглядом, нехотя ответил:

- Вы вошли на территорию. Теперь ждите, когда вас вызовут на предварительный экзамен.

- Просто ждать? - Вежливо спросил Иржи.

Парень кивнул.

- А какие экзамены? Вы знаете?

- Как везде. Письмо, математика и собеседование.

Фаркаш почесал кончик носа и тоскливо вздохнул:

- Эх, плоховато мы готовились. Еле корябаем!

- А ты не думал, что лекцию можно записать и на своем языке? Даже хорошо, списывать никто не будет и твои конспекты терять.

- Угу. И все жмотом начнут считать.

- Тогда, если примут, будешь подтягивать все оставшееся до учебы время.

Парень, рядом с которым они стояли, пробормотал под нос что-то вроде "пещерные люди" и отошел подальше. А мальчишки, весело болтая, осматривали большой академический двор, за центральными крепкими корпусами которого виднелись здания поменьше и пооблупленней.

- И тут воруют! - горько посетовал Фаркаш, ткнув пальцем в большую крысу, важно тащившую в зубах куриную ножку. - Кыш!

Та высокомерно взглянула глазами-бусинками и дернула плечами. Но шаг не ускорила.

- Вот нахалка! - восхитился Фаркаш.

- Сааминьш и Фаркаш. Пройдите в зал ожидания. - раздался от двери негромкий голос, однако слышный всем.

Парень, отошедший от них, с изумлением и завистью проводил их взглядом.

Протолкавшись сквозь ожидающую вызова толпу, парни вошли внутрь. В большом фойе стояли столики, где приглашенные абитуриенты заполняли анкеты под надзором старшекурсников, дотошно объясняющих, что и в каком месте писать.

Но к ним, осматривающимся в поисках свободного столика, подошла девушка с косичками и, улыбаясь, пригласила следовать за собой.

- А что там? - Не выдержал Иржи.

- Собеседование. - Оглянулась она, сверкнув ясными карими глазами.

Перед массивной дверью с надписью "ректор" она остановилась и постучала. А потом засунула голову внутрь.

- Сааминьш и Фаркаш. - Сказала она.

- Пусть войдут. - Раздался голос. - Спасибо, Дина.

- Заходите, мальчики! - она отступила и раскрыла дверь пошире.

Иржи, как старший, вошел первым, а за ним, почему-то отчаянно труся, Йожеф.

- Ну, здравствуйте, беглецы! - раздался такой знакомый голос.


Совещание в кабинете Главы Клана Оленей, ввиду прилета высоких гостей, было срочно перенесено в столовую. Риалон рассказал гостям, при каких скорбных для всего Клана обстоятельствах ему пришлось познакомиться с Иржи и Йожефом. Как Сааминьш нашел цепь и определил того, кто ее спрятал.

- Представляете, та, чей ум я так высоко ставил, влюбилась в начальника службы безопасности дворца! В эльфа! А, - он махнул рукой, - от такой матери... Я теперь думаю, что в его отнюдь не дружеских объятиях перебывали все женщины моего дворца.

Риалон печально опустил голову.

- Мариила никак не хотела верить, что Фэлин ее просто использует, чтобы добраться до сокровища. Только никак не могу понять, зачем это ему понадобилось?

- А где этот субъект? - Покрутив длинным носом, поинтересовался Альеэро. - Ты его допросил?

- Я не могу его найти. - Вздохнул Глава Клана.

- Во-первых, ты сделал ошибку, назначив на этот пост не относящееся к твоему Клану существо. Смотри, какие взрослые у тебя сыновья! Пора бы им заняться дворцовыми делами.

- Я хотел, чтобы они немного поразвлекались. Почувствовать ответственность они еще успеют. Вспомни нас в их возрасте.

- Времена изменились, Риалон. Разве не чувствуешь разлитое в воздухе напряжение? Пора браться за работу, молодые люди!

Те согласно закивали головами. А Альеэро продолжил:

- Во-вторых, скажи мне, друг, что должно произойти такое, чего раньше не бывало? Возможно, это связано с похищением.

- Приезд делегации с другого континента. Но зачем им цепь? Они просто хотели наладить торговые отношения с нашей долиной.

- В-третьих, то, что кажется простым, на деле может оказаться многоступенчатой и хорошо продуманной комбинацией. - Альеэро поймал себя на мысли, что начал говорить, как Иржи, раскладывая выводы и соображения по пунктам. - Точный ответ на твой вопрос знает только эльф. Из этого следует, что сейчас дружно будем искать эльфа.

- Да он уже убежал! - Высказал общую мысль старший сын Риалона.

- Не думаю.

И Альеэро, встав из-за стола, мгновенно обернулся Змеем. Сверкнув золотыми очами, он прошипел:

- С-са мной!

Саэрэй, не утруждая себя отодвиганием стула, увеличился в габаритах. Мебель, не устояв от произошедшей неожиданности, упала сама. Хорошо, двери во дворце оказались достаточно широкими и высокими, чтобы выпустить драконью тушу. Риалон, Кейрин, их сыновья вслед за гостями обратились оленями и отправились их догонять. Дело в том, что в изначальной ипостаси члены Кланов отлично чувствуют чужую магию, являясь, по сути, существами волшебными, и никаким отводом глаз или колдовством их не проведешь. Поэтому распределив между собой цепочки эльфовых следов, все бросились на поиски. Так случилось, что самый свежий след достался Сааминьшу. Побегав по этажам, он наткнулся на зачарованную от чужого проникновения узенькую дверку в стене. Оттуда просто фонило эльфийским пряным запахом. Дракон, не долго думая, кликнул сбор, а затем, обратившись, саданул кулаком по двери, выбив ее так, что она впечаталась в противоположную стену маленькой комнатки. За ней кто-то стонал и копошился.

Сааминьш вошел внутрь и приподнял упавшую створку. Под ней обнаружился бессознательный Фэлин с наливающейся шишкой на лбу, а рядом - приникшая к нему испуганная Мариила.

- Ой, а у нас тут находка, - нехорошо усмехнулся Саэрэй, - наш изменник со своей идиоткой!

И, намотав волосы эльфа себе на руку, он вытащил его из комнаты, а за ним с плачем выскочила девушка.

- Ему же больно! Миленький, родненький Фэлин! Чудовище! - вдруг бросилась она на Сааминьша. - Отпусти его, ты не имеешь права...

Он легко толкнул девушку в угол и, когда она упала, в назидание проговорил:

- Ты тоже не имеешь права Родине изменять!

- Он - моя Родина! - снова залилась слезами она.

Около двери появились Олени и Змей.

Альеэро обернулся и железной рукой подхватил эльфа за шиворот.

- Мы побеседуем. Девушку пока закройте!

И удалился в покои напротив. Мариила дернулась за ними, но отец втолкнул ее в соседнюю дверь и запер.

- Пока предлагаю вернуться к столу. - Предложил Сааминьш. - Результаты переговоров нам непременно сообщат.

И Олени, скорбно склонив головы, медленно пошли за уверенным в себе и своих близких Драконом.

Тем временем Альеэро внес эльфа в большую светлую комнату и посадил на стул, обездвижив тело, но прояснив сознание. И, как только тот открыл глаза, задал вопрос:

- Почему?

Эльф, усмехнувшись, ответил:

- Все банально. Мне обещали власть в этой долине. Я насажал бы деревья, цветы и кусты, открыл плотины и выселил отсюда людей и прочую бестолковую пену вроде троллей и гномов. Это был бы райский уголок на земле! Дриады и русалки, нимфы и водяные... Красота и гармония. А не пьяные оргии молодых парней и постоянные погони за удовольствиями блудных женщин этого Клана.

- Но ты сам ими с удовольствием пользовался... Кто твои хозяева?

- Какая теперь разница? Все равно они захватят ваши долины. А мы вернем им их первозданность!

- Это они сами тебе сказали, или ты так подумал?

- Они это предложили! И я им верю, поскольку деревья и трава их не интересуют. Только коротко живущие люди. Может, еще тролли. В них много жизненных сил.

- В тебе, эльф, их тоже много. Помнишь ли ты легенды о Великом исходе и блуждании по просторам без конца и начала, пока вашему Великому вождю не показали край обетованный? И вы пришли сюда, расселившись по всем континентам, посадив в теплую, согретую светом двух солнц, землю ростки вашего священного древа! Помнишь ли ты это?

Фэлин усмехнулся:

- Я еще не забыл историю своего народа, Ромьенус.

- Выходит, все-таки, забыл, эльф. А от кого бежали эльфы со своей старой земли? Не припоминаешь?

- От чудовищ, захвативших ее.

- Неужели ваша история не называет их имена? Они, Фэлин, пришли убить тот мир, выпивая его энергию. Начали они, как раз, с эльфов, гномов, наяд, дриад и прочего магического народца. Когда часть их вымерла, а часть Боги развели по другим мирам, они принялись за оставшихся там никому не интересных людей, укорачивая время, им отмеренное, отъемом жизненных сил. Болезни, эпидемии, бесконечные войны... Даймоны снимали хороший урожай, Фэлин. А те, кого они себе подчиняли, совершали для своих хозяев обряды жертвоприношения. Люди, Фэлин, слабы. Их нужно много. А эльфы - они сильны. И медленно умирают. Ты бы долго мучился, парень!

- Ничего не знаю ни о каких даймонах и даяках. - Презрительно сморщил нос эльф.

- Черные друиды, Фэлин.

- Я не работаю на выходцев с изнанки.

- А при чем тут изнанка? Она живет по своим законам. И если кто-то выбирается сюда и пытается получить то, что ему не положено, за него крепко берутся инквизиторы. А даймоны, красавчик, ходят по мирам и выжирают их изнутри.

Эльф недоверчиво поднял голову и посмотрел на Альеэро.

- Откуда это тебе известно?

- Я расскажу тебе. Однажды, сидя за столиком в ресторане, я увидел поющего юношу. Почти мальчика. Я - сын Клана, Фэлин. И начальник службы безопасности в своей долине. По привычке я пытался его просканировать. Но у меня не получилось. Выходила какая-то ахинея. И я заинтересовался этим мальчишкой. Их оказалось двое. Я взял ребят во дворец, поставив в комнаты прослушку. И хоть один из них в последствии оказался драконом, разговоры они вели весьма интересные. Их волновал тот же вопрос, который сейчас обсуждаем мы с тобой. Умирающий мир без магии. Людские умы полностью подвластны идеям, внушаемым им даймонами. Отец убивает сыновей. Дети - родителей. Власть в государствах жирует за счет собственного народа, обрекаемого на нищету. Одни Боги - против других. И нет никакой защиты. Тотальный страх и быстрая смерть. И я, Фэлин, начал поднимать летописи и предания наших народов. И прочитал в одной магической библиотеке историю эльфийского исхода. Так что ты, эльф, безнадежный глупец.

- Я тебе не верю, сын Клана.

- А я и не заставляю. Ты все увидишь сам. Чуть позже. Поскольку, как предателя и изменника, мы тебя депортируем.

- В Вековечный лес? - поднял бровь Фэлин.

- Нет, голубчик. На другой континент.

- Ну и отлично! - широко ухмыльнулся эльф. - Там тоже есть леса и луга. Горы и реки.

- Да. - Поднялся Альеэро. - Но только уже без эльфов, полагаю. Посиди пока. Меня зовут.

И, бросив взгляд, полный сожаления, на запутавшегося в своих амбициозных планах эльфа, он вышел за дверь. Там уже стояли Риалон, его сыновья, Кейрин и Саэрэй.

- Приближается чужой корабль! - выпалил старший сын.

- Со мной связался Иржи. - Тихо сказал Риалон. - Сообщил, что на них напали даяки с целью проведения обряда.

Альеэро побледнел и крепко сжал плечо друга. Глаза тут же запылали расплавленным золотом.

- Ай, мне больно! - Риалон с трудом оторвал крепкие пальцы от своего тела. - Живы они. А даяки - мертвы. Мальчишки собираются в Академию.

- Так! - Спокойно проговорил Альеэро. - Эльфа - на корабль к пришельцам. Саэрэй! Отнесешь красавчика?

- Не вопрос. - пожал плечами Сааминьш. - Как скажешь.

- В бухту его не пускать. Стрелять на поражение. Иначе - всем смерть! Это - черные друиды, посланцы даймонов.

Увидев абсолютное непонимание в глазах, он спокойно повторил:

- Это - смерть всему живому. Даяки - черные маги.

В лицах присутствующих, наконец, появился осмысленный ужас.

- И еще. В заповедной долине живет последний Хранитель мира - Олерин. Риалон, поговори с ним. Он тебе сможет рассказать многое.

- А ты откуда...?

- Не сейчас. Саэрэй, берем эльфа и полетели.

- Куда? - Дружно спросили Олени.

- За детьми. - Важно ответил Сааминьш.

- Мой им привет, Саэрэй. Прилетайте все вместе по осени. Привози семью, девочек. Видишь, какие пацаны вымахали? - Пацаны усмехнулись и опустили глаза. - Потанцуем, выпьем молодого вина... И ты, Альеэро, с братьями и сестричками, тетями и дядями. Жду в гости!

- Заметано. - Кивнул Ромьенус. - А сейчас - в дорогу.

Открыв дверь покоев, Альеэро снова поднял за ворот одежды эльфа и потащил за собой по коридорам. Одна из дверей, мимо которых он проходил, внезапно распахнулась, и из нее выбежала Мариила.

- Мой Фэлин! Куда вы его тащите?! - она со слезами схватила неподвижную руку эльфа. - Я с ним!

- Мариила, не позорься! - сказал один из братьев.

- Пусть идет. Она выбрала свой путь. - С каменным лицом ответил Риалон. - Можете прихватить и младшую сестричку. Она с ним тоже спала.

- Бесплатные шлюхи! - оскалил зубы эльф. - Бордель с доставкой на дом.

- Это ты - шлюха. Хорошо оплачиваемая. Можно сказать, элитная. - Спокойно сказал Саэрэй. - А они - безмозглые дуры.

Выйдя из дворца, Саэрэй обернулся драконом и, взяв в лапы эльфа с Мариилой, полетел в направлении застывшего у входа в гавань корабля. Олени и Альеэро увидели, как заложив круг над палубой, он поставил на ноги живой груз и взмыл в небо.

- А теперь - гоните их! - Воскликнул Ромьенус.

Риалон что-то тихо прошептал, и ударили пушки. Корабль начал разворачиваться кормой к берегу.

- Вот и хорошо. А мне пора. До встречи, Риалон, Кейрин, ребята!

Альеэро запрыгнул в повозку, запряженную пегасами, и тихо пошевелил вожжами. Волосы цвета меди зашевелились на ветру, поднятом широкими крыльями. Ударили копыта, и фаэтон понесся, набирая скорость. Последний толчок - и крылатые кони уже бегут по небесам, постепенно превращаясь в точку, которую уже нагоняла другая, летящая с моря.


Пегасы и черный Дракон, отчаянно торопясь, перемахнули через горный перевал, отделяющий долину Оленей от долины Рысей и, скользя вдоль осыпанного сверкающим снегом хребта, влетели во владения Огненных Саламандр. Тут Сааминьш ориентировался хорошо, поскольку бывал у родственников частенько. Пару раз взмахнув крылами, он обогнал фаэтон Альеэро и полетел впереди, указывая кратчайшую дорогу. Завидя на горизонте столицу долины Вожерону, расплывшуюся по обоим берегам полноводной речки Капицы, он связался с Главой Клана Лайкоником.

- Здорово, дядюшка! Как жив-здоров? У нас-то? Даяков от наших берегов прогоняли. Нет, это только начало. Придется Большой Совет Глав Кланов созывать. Когда буду у тебя? Наверное, сегодня заночую. Только не один. С Ромьенусом. Нет, не со старым желтым червяком. С Альеэро. Чур тебя?! Не узнаю храброго воина. Дворец на уши поднимал с братками? Ха-ха. Риалон эти времена до сих пор вспоминает с нежностью. Нет, спаивать твоего сына не собираемся, и вообще, мы ненадолго. Зачем? В Академию. Мой сын сбежал туда. сам решил поступить, без рекомендаций! Какой сын? А, я тебе не говорил... Иржи. Хороший мальчик. Только гордый... Весь в меня! Познакомиться? Тогда обязательно! И винцо от первого урожая поставь на стол. Люблю твои виноградники! У Ромьенусов? Встретитесь, сравните. Да, мы сейчас - в Академию, а залетим потом.

Саэрэй повернул голову:

- Эй, Альеэро, дядюшка все еще помнит, как ты с братками развлекался вместе с его сыном в далекой молодости.

Ромьенус слегка раздвинул в улыбке губы. Сейчас это его нисколько не интересовало. А интересовали его двое парнишек, упрямо лезших в Академию. Отбиться от даяков! Какой же силой надо обладать, чтобы одолеть магию подчинения?! Нет, с мальчишками обязательно надо поговорить начистоту. Да и Сааминьш знает что-то еще, только скрывает за обликом своего парня "душа нараспашку". Ох, не прост его сосед!

Тем временем, под крыльями и копытами уже поплыли городские кварталы. А вот, на краю города, отгороженные от мирного населения постоянно подновляемой стеной, возвышаются башни, купола и просто местами ржавые крыши столичной Академии.

Дракон и пегасы заложили разворот и по крутой спирали начали спускаться на ближайший к воротам луг. Умные животные медленно побрели в тень деревьев, а Ромьенус и Сааминьш вошли в ворота. Абитуриенты, с утра толпившиеся перед заветными дверями, сами собой раздвигались, очищая дорогу двум бывшим здешним студентам. Толкнув заветные для новичков створки, они сразу поднялись на второй этаж. Вот и знакомая массивная дверь, переносящая психозы и нервные срывы огромного количества поколений студентов и их родителей из аудиторий в кабинет ректора и обратно. Но авторитет, да и сам ректор на протяжении веков оставался незыблемым, хотя магическая защита подновлялась каждый день. Мало ли как поведет себя еще неуравновешенная подростковая магия! Эх, и частенько же Ромьенусу и Сааминьшу попадало за разные выкрутасы в этом кабинете от вечного ректора межклановой Академии Герина Эрайена!

Стукнув пальцем в дверь в качестве жеста уважения, ибо Эрайен почувствовал их энергетику еще на подлете, Сааминьш первым вошел в кабинет. За ним - с извечным упрямством во взгляде - Альеэро.

- Здравствуйте, мальчики! - первым поздоровался ректор и вышел из-за стола пожать им руки.

Альеэро и Саэрэй поклонились.

- Ну, будет кланяться! Присаживайтесь. Рассказывайте, с чем пожаловали. - Высокий черноволосый мужчина средних лет с волевым лицом и бровями вразлет над прозрачно-серыми глазами сел на кресло напротив гостей, положив ногу на ногу. Неизменный свободного покроя серый костюм привычно скрывал фигуру ректора, а также браслеты, кулоны и амулеты, которые висели на руках и под рубахой в большом количестве неизвестно зачем, ибо, как маг, он был вне конкуренции. Когда его об этом кто-то спрашивал, он таинственно улыбался и говорил только одно слово: "ностальгия". Что сие для него значило, не ведал никто.

Дракон и Змей переглянулись и замялись, не зная, как начать рассказ. Первым все же открыл рот Саэрэй.

- Сын у меня сбежал.

Герин вопросительно изломал черную бровь.

- Нет, я не за тем. То есть, он сбежал поступать сюда вместе с другом, белым магом. Ни рекомендаций у них, ни денег.

- И что же ты такого совершил, что он настолько неуважительно покинул твой дом?

Саэрэй опустил голову.

- Сначала его обидел Юори, а потом - я. А он очень независимый и самостоятельный. Уже успел у Ромьенусов поразить черного колдуна, ну, их дядюшку по матери. Тот совсем с катушек съехал... Альеэро! - Вдруг осенило Сааминьша. - А вдруг выступление материного братца и даяки - звенья одной цепи?

- Да-а. - Протянул Альеэро. - Я тоже об этом думал.

- Меня долго здесь не было. Рассказывайте все по порядку. - Привычно приказал Эрайен. - Причем тут даяки и дядюшка Ромьенусов? С чего все началось?

Сааминьш задумался. Никому не хочется выставлять на обозрение свое грязное белье. А тем более, перед ближайшим соседом.

- А давайте я начну с конца? - Похлопал он ресницами, копируя Иржи, у которого подсмотрел этот жест. - Тогда будет проще понять, где у истории начало.

И дополняя друг друга, бывшие студенты рассказали ректору то, что знали и чему были свидетелями сами.

- Что ж, получается, вся история завертелась с того момента, когда от тебя ушел сын? А ведь ты чего-то не договариваешь, Сааминьш. Даймоны и даяки сидели на голодном пайке веками, выращивая потихоньку себе еду и не лезли на наш континент. Отчего сбилось это равновесие, Альеэро? Как думаешь?

- Прости, Саэрэй, но вся история началась с Юори.

- Помню красивого, но глуповатого, прости, Сааминьш, мальчика, влюбленного в дочь Единорогов. Лайрина, кажется? И что с ним произошло?

- Мы со старым Кераано хотели породниться, поженив Юори и Эвангелину. Это его дочь. Она в Академии не училась, ее воспитывал тот самый дядюшка Альеэро. - Пощадил чувства соседа Саэрэй. Тот оценил поступок, мысленно поблагодарив.

- Юори от предстоящей женитьбы пришел в ужас, - продолжил Дракон, - а Эвангелина, увидя моего красавца, влюбилась. И Юори с Лайриной не придумали ничего лучше, чем украсть одноразовый портал и сбежать в умирающий мир. Эвангелина очутилась там же. Извини, Альеэро, но это сказать необходимо. Девушка так же, как и ее дядя, занималась черной магией. У Юори и Лайрины там родился ребенок. Обыкновенный человек с небольшим магическим потенциалом. Так получилось, что мой сын и его жена застряли на века в этом мире. Их потомки жили недолго, рождая в каждом поколении по ребенку. Так сложились обстоятельства, что отправить обратно их смог бы только родич по крови, обладающий сильным даром. Но таких в роду не было. И вот последним носителем крови Сааминьшей на той земле и оказался Иржи. Извини, Альеэро, но он убил Эвангелину и освободил Юори с Лайриной.

- Знаю, мне Иржи сказал. - Махнул рукой Ромьенус.

- Получается, они были мертвы в том мире? И убила их именно Эвангелина? - Продолжил расспросы Эрайен.

- Да, господин ректор. Она питалась энергией Сааминьшей, продлевая свою жизнь. А потом Иржи провел обряд обретения тела и Юори, и его воплощения разлетелись по мирам.

- И этот мальчик оказался в нашем мире?

- Да, он и его друг Йожеф.

- Тогда выходит, что именно так и был нарушен магический баланс... - Ректор постучал пальцами по подлокотнику кресла. - Даймоны почувствовали вкус неожиданно проявившейся силы, и будут лезть за ней, пока мальчишки тут. Саэрэй, я хорошо отношусь ко всем Кланам, но чужакам, рожденным под другим небом, сейчас не место в нашем мире. И все же я хочу на них посмотреть. Дина! - прикрыв глаза, он позвал секретаря. - Придут абитуриенты Сааминьш и Фааркаш, сразу проводи ко мне.

Он открыл глаза и обвел взглядом поскучневшего Саэрэя и засверкавшего глазами Ромьенуса.

- Я парня не отдам. - Твердо сказал Альеэро. - Он пришел просить помощи, а мы дружно его выталкиваем. Это неправильно.

- Зато на земле восстановится равновесие. Понимаешь, Альеэро, паренек несет в себе мощнейшую положительную энергетику. И вся чернота будет тянуться к нему, словно мотыльки к свету. Ты хочешь воевать?

- Его уже несколько раз пытались убить.

- Пострадает огромное количество народа из-за твоей прихоти быть хорошим, Змей.

- Пока он в опасности и не может защитить сам себя, я буду его защищать. И мои братья.

- И я. - Принял решение Саэрэй. - Не хочу терять такого отличного и решительного парня! Олени, между прочим, тоже. Я выращу из него нового Главу Клана!

- Олени? - задумчиво протянул ректор. - А чем твой мальчик может заработать на жизнь, кроме магии?

- Юори говорил, что он - отличный художник.

- Подтверждаю. - Сказал Альеэро, вспомнив портрет, и тряхнул аккуратными медными волосами.

- Тогда возможно...

Тут дверь открылась, и Дина просунула в нее свою головку:

- Сааминьш и Фааркаш. - Сказала она.

- Пусть войдут. - Сказал ректор. - Спасибо, Дина.

- Заходите, мальчики! - она отступила и раскрыла дверь пошире.

Иржи, как старший, вошел первым, а за ним, потирая разом вспотевшие пальцы, Йожеф.

- Ну, здравствуйте, беглецы! - раздался такой знакомый и уже ставший родным в этом мире голос Альеэро.

И трое взрослых мужчин встали, окружив съежившихся мальчишек.

Но тут Иржи, вспомнив хорошие манеры, взял себя в руки и, с вызовом посмотрев всем троим в глаза, почтительно поклонился.

- Здравствуйте, господин Сааминьш, господин Ромьенус и... - он внимательно посмотрел на третьего мужчину, - господин Герин Эрайен.

- Надо же, запомнил! - расхохотался ректор.

- У меня великолепная зрительная память. - Скромно сказал художник.

- Иржи, сынок! - Саэрэй присел на корточки перед парнишкой и взял его руку. - Ну зачем ты убежал? Я бы дал вам с Йожефом рекомендации и деньги на обучение! Ты же мой сын!

Иржи искоса посмотрел на Альеэро. Тот заметил и улыбнулся:

- Видишь, я до сих пор ношу потерянный тобой шнурок. - Узкая и теплая рука Змея легла парню на плечо. - Мы искали вас, мальчики, чтобы сказать, что вы оба для нас очень важны, и наши семьи ни в коем случае не ограничат вашу свободу. Наоборот, только хотим вам помочь. У тебя так выросла коса, Иржи!

Парень улыбнулся ласковым ореховым глазам.

- У тебя тоже замечательные волосы, Альеэро! Тебе к лицу этот цвет!

Этого Ромьенус уже не выдержал и, сделав шаг, обнял парнишку, прижав к себе его голову. И снова Иржи услышал, как быстро стучит взволнованное сердце Змея.

Неожиданно для него самого перед глазами встал образ старшего брата Берната, который заменил ему отца с матерью, вспомнил его запах и тепло родных, обнимающих и защищающих от всех проблем рук. Ну почему они оказались в разных мирах? Шмыгнув носом, Иржи вжался в грудь Альеэро лицом и смочил его темную рубаху брызнувшими слезами. А уже через пару секунд пришел в себя и отстранился:

- Но за нами идет смерть! Нам бы с Йожефом хоть немного выучиться, и мы уйдем!

- Никуда вы не уйдете! - Сурово сказал Сааминьш. - Ты - мой сын. И мой долг тебя защищать!

Пока Змей с Драконом объясняли Иржи, как они с другом были не правы, ректор утянул к себе оставшегося в стороне Йожефа. Поставив его перед собой, он спросил:

- Тебе не обидно, что твоего друга так любят, а тебя - нет?

Тот усмехнулся:

- Иржи Измирского невозможно не любить. Он - честный, верный и преданный друг, и это - самое главное. Я тоже его люблю. И он меня. Я для него сделаю все, что смогу. И он тоже, я знаю.

- Иди сюда, я тебя посмотрю.

Йожеф подошел ближе, и ректор приложил ладонь к его груди. А потом поднял глаза.

- В тебе - его кровь?!

- Да, господин. Этот мир не хотел принимать меня. Я умирал, а друг поделился со мной своей кровью.

- Интересно. Скажи, почему я не могу просмотреть твоего друга? Он специально закрывается?

- Да. Он не хочет, чтобы кто-то увидел, что он - ангел.

- У него есть крылья?

- Да. - Глядя в глаза ректору, честно отвечал Фаркаш, который бы с удовольствием промолчал, но не мог этого сделать. - Он - дракон и ангел. Я - вижу, а другие - нет.

- Ты это увидел, когда он поделился своей кровью?

- Нет, я это видел и раньше.

- Хорошо, мальчик, только никому об этом не говори.

- И вам?

- Умный парень. - Ушел от ответа ректор.

- Но мы все-таки будем здесь учиться?

Иржи тоже высунул черноглазую и счастливую мордаху из-за плеча Альеэро.

- Будете. - Твердо сказал ректор. - Негоже разбрасываться тем, что посылает нам в дни испытаний Творец. Возможно, я был не прав в своих предположениях, путая причину со следствием.

Мальчишки рванулись друг к другу и обнялись, подпрыгивая от радости, что их примут в Академию.

- Но. - Продолжил Эрайен. - Вы должны пообещать, что больше никогда не станете уходить или принимать какие-то ответственные решения в своей жизни, не предупредив отца или опекуна. При нахождении в учебном заведении - меня. Договорились?

- Да! - одновременно проговорили парни и посмотрели друг на друга.

- Тогда присядьте в кресла и помолчите, а мы немного подумаем.

- А можно я скажу? - Спросил Иржи.

Ректор кивнул.

- У детей Клана Жаб глаза точно такие же, как у даяков!

Змей и Дракон переглянулись.

- А как вы справились с даяками? - задал вопрос Эрайен.

- Это йонси. - Улыбнулся Иржи. - Собрала их в мешок и бросила далеко в море.

- Они даже с йонси договорились! - Покачал головой ректор.

- Отличные парни! - Согласился Сааминьш, а Альеэро обнял Иржи за плечо и прижал к своему боку.

Эрайен задумчиво поглядел в окно и продолжил:

- Надо созвать Совет Кланов. Ибо в нашем мире грядут перемены.

- Когда и где объявлять сбор? - поинтересовался Змей.

- До начала занятий еще время есть. Тогда давайте здесь, в Вожероне, через две декады. Заодно привезете ребят обратно. Молодые люди, вы должны подтянуть язык. Кроме того, неплохо бы выучить азы колдовского.

- faciam, господин Эрайен!

- Молодец, Иржи. Подтяни Йожефа.

- Конечно.

- Сааминьш, Ромьенус, у кого из вас будут жить мальчики?

- Мы сейчас в долину Змей, а Саэрэй возьмет семейство - и к нам в гости.

- Породниться задумали? Это правильно. Удачи. Жду вас на общую встречу.

Сааминьш и Альеэро вышли из кабинета, утаскивая за руки вновь обретенное сокровище и оставив Эрайена в одиночестве,. А старый и мудрый ректор в раздумье сел за стол.

"Да, за этого мальчика стоит побороться и дать ему вырасти. Возможно, он принесет свет не только нашему миру. Благослови нас Творец!"


Эпилог.


Эльф Тонимэл расхаживал по своему тихому дому с холодной кухней и пустой гостиной. Деньги на его счет, как и обещал Риалон, пришли на третий день. Новой работы пока не было и в ближайшем будущем не предвиделось. И вроде все складывалось просто отлично, можно было бы спокойно покинуть город и махнуть на смотрины в Вековечный лес, но словно какая-то заноза сидела в его мозгу, не давая расслабиться и успокоиться после удачно завершенного дела. Он чувствовал, что пропустил нечто важное, лежащее на поверхности, но в суете не замеченное.

Делая по дому уже четвертый круг, и почти пройдя гостиную, Тони заметил за креслом слетевший туда со стола лист бумаги. Он наклонился и, распрямив линии перегибов, посмотрел на изображение. С белого листа на него пристально смотрел крупный черноволосый мужчина, сидевший в широком кресле. Одежда была едва намечена, зато лицо с прозрачными, похожими на опрокинутое серое небо, ясными глазами, было выписано превосходно.

"Так. Мальчишки. Иржи и дворец Оленей. Корабль черных друидов, несущий смерть всему живому..."

- Надо отвести Риалона к Олерину! - осенило Тонимэла, и он, сложив рисунок и сунув его в карман, поспешил во дворец.

- Отец! - зашел к Риалону в кабинет старший сын, теперь помогавший правителю во всем. - Во дворец пришел тот эльф, Тонимэл. Говорит, что хочет поговорить о даяках.

- Скользкий тип. - Глава Клана задумчиво посмотрел на сына. - Возможно, он хочет еще денег?

- Он сказал, что если ты его не примешь, просто передать тебе этот рисунок на память о мальчишке Иржи. - И он протянул отцу сложенный лист.

Тот развернул бумагу и посмотрел на изображение. Его брови тут же удивленно выгнулись вверх.

- Ты смотрел, сын?

- Нет. Кто там? - Сын подошел и взял белый лист. - Герин Эрайен? Ректор? Откуда мальчик его знает?

- Зови эльфа. - Вздохнул Риалон. - Попробую выслушать его еще раз.

Сын кивнул и вышел, а Глава Оленей засмотрелся на такое знакомое и бесконечно мудрое лицо.

- И откуда мальчик его знает? - повторил он слова своего старшенького.

В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошел эльф. Поклонившись и присев на стул для посетителей, любезно предложенный Риалоном, Тонимэл промолвил:

- Я услышал Твой вопрос, Глава! Не знаю, откуда этот человек известен Иржи, но мне он почему-то напомнил о моем Учителе, старом друиде Олерине. Его дом находится в Заповедном лесу, у Светящегося водопада. Олерин живет в нашем мире с начала времен. Наверное, он - последний на нашем материке. Когда я встречался с ним, он сказал, что даяки, возможно, являются черными друидами, сосланными Богами за непослушание на другой континент. Вам бы встретиться, поговорить с ним! Вероятно, он знает, как с ними справиться!

- Хорошо...Только мне надо подумать. Прошу, пока не уезжай из города. Я решу этот вопрос в течение пары дней.

Тони поднялся и, поклонившись, вышел. А Риалон, сосредоточившись, позвал Ректора Академии.

- Здравствуйте, господин ректор! Да, это Ваша еще одна головная боль. - Глава Клана засмеялся. - Две, наверное, уже улетели? И парнишек забрали? Уговорили все-таки? Это хорошо, дети должны расти в семье. Альеэро решил стать опекуном? А Сааминьш? Не поругались? Хотят породниться? Ну, тогда и делить мальчишку не придется! А мне тут принесли Ваш портрет. Да, рисовал Иржи. Кто принес? Эльф, у которого они останавливались в городе. Но дело в другом. Он утверждает, что знаком с друидом Олерином, живущим в Заповедном лесу. Обещал проводить. Вы придете завтра? К которому обороту? Хорошо, эльф будет ждать.

Риалон, разорвав связь, позвал секретаря.

- Направь курьера к эльфу Тонимэлу. Напиши ему записку от моего имени. Пусть к десятому обороту приходит во дворец.

Секретарь кивнул и вышел. А Глава Клана снова склонился над договором с гномами о торговых пошлинах.

Утром следующего дня ректор магической Академии Герин Эрайен сидел на террасе дворца Клана Оленей вместе с Риалоном за чашечкой кофе, который заедал теплыми сладкими пончиками с изюмом. Перед ним на столе лежал карандашный набросок, сделанный Иржи.

- А хорошо рисует мальчишка! - Еще раз с восхищением произнес он. - Пойдет учиться, надо будет заказать ему портреты и пейзажи для нашей Галереи.

Риалон хмыкнул и посмотрел на Эрайена:

- Вы уверены, господин ректор? Сможет ли он писать картины при такой загруженности учебными дисциплинами?

- Мой дорогой, я столько лет отработал в Академии и немного разбираюсь в пристрастиях различных существ и мотивации их поступков. Поэтому могу тебе сказать совершенно точно, что такое задание мальчика весьма обрадует и даст возможность не только во всеуслышание заявить о себе, но и заработать.

- Вы собираетесь культивировать в нем тщеславие? Не задерет ли он нос, уверившись в своей гениальности? Тем более, что отец и так носится с ним, как курица с яйцом.

- Скорее, как петух, высидевший лебедя. - Эрайен улыбнулся. - Нет, Риалон. Ему это не грозит. Он и так знает, что великолепен. Понимаешь, ему в тягость жить за счет своих родственников. И хоть они вкладывают в него деньги с радостью, мальчик хочет общаться с ними на равных. А для этого нужна финансовая независимость.

- Но он еще очень мал. Разве ему есть, что сказать?

- У него цепкий и ясный ум. Хороший магический потенциал. Так что есть, с чем работать и что развивать.

- Господа! - На террасу зашел секретарь. - Внизу ждет эльф Тонимэл.

- Хорошо. Мы сейчас спустимся. - Риалон тщательно вытер руки влажной салфеткой и дождался ректора, который, свернув рисунок, убрал его во внутренний карман.

- Я похищаю это творение у тебя, Риалон. Повешу в своем кабинете в рамку и займусь самолюбованием и повышением самооценки, когда какой-нибудь из студентов снова нарушит вызубренные наизусть правила. Да-да, Риалон. В такие моменты меня иногда посещают мысли о никчемности собственной жизни.

- Как это?

- Так это: нарушать то, что установлено старшим, может только тот, кто этого старшего совсем не уважает...

- Нет! - Возмутился Глава Клана. - Мы Вас очень уважали! Но пар от скопившегося напряжения спускать куда-то надо...

- Как же я был счастлив, когда вы с Эрнаандо Ромьенусом выпустились из Академии и ушли дожигать остатки стресса по своим Кланам!

- Господин ректор! Вы к нам несправедливы! В Академии мы вели себя тише воды...

- Особенно тогда, когда пустили приток Капицы по девичьим дортуарам! Как же долго пришлось вас искать, чтобы ручками заставить убирать в корпусе речной ил...

Риалон опустил голову и усмехнулся.

- А привидение девицы, которой вы обещали найти могилку возлюбленного, если она уговорит старшего преподавателя по матричным проекциям допустить вас к зачетам? Представляешь состояние господина Симуса, с утра распахнувшего окно полюбоваться садом?

- Но могилку мы все-таки нашли!

- Так это был тролль! Который восстал и пришел жаловаться на непрекращающуюся сырость и плесень от призрачных слез.

- Зато девушка была счастлива. - Легкомысленно пожал плечами Риалон. - А нам поставили зачет.

Эрайен вздохнул.

- Целый день ушел на то, чтобы его снова упокоить, а девушке - найти заросший холмик рядом с речкой. А вы сорвали зачетный день.

- Зато водопад "Девичьи слезы" получился шикарный! Все влюбленные там клянутся в вечной страсти друг другу! - Рассмеялся Риалон. - А вот и наш эльф.

Они сбежали по лестнице и поздоровались с Тонимэлом, ждущим их в зале на первом этаже.

- Господин Эрайен - господин Тонимэл. - Представил их друг другу Риалон. - Пегасы запряжены, можно лететь!

И все трое уселись в открытое ландо, запряженное четырьмя рыжими красавцами с широкими мощными крыльями. Кучер тронул вожжи, и экипаж взял разбег. Тони показал направление на западный склон Северных гор. Там, на заросшее древним лесом плато с желтых скал стекал великолепный искристый водопад. А под гиранскими кронами сросшихся деревьев было всегда сумрачно. Зато совершенно свободно, не боясь охотников, разгуливали дикие звери, а в чреве самого широкого дерева отшельником жил древний друид Олерин.

Ландо плавно развернулось среди скал, и пегасы осторожно опустили его на открытую поляну рядом с пенящейся между камнями рекой.

Тонимэл, а за ним Риалон и Эрайен сошли на траву и устроились на старом поваленном дереве без коры, лежащем на берегу реки.

- Олери-ин! - Крикнул эльф.

Лес вздохнул, а по небу побежали одна за одной сине-белые кучерявые тучки. Когда оба солнышка скрывались за ними, у водопада ощутимо холодало. Риалон скучал и ерзал. Тонимэл сидел спокойно и лишь украдкой посматривал на лесную опушку, которая несколькими парами глаз недружелюбно взирала на них. Эрайен сложил руки и медитировал на радугу, вспыхивающую в пробегающих солнечных лучах.

Через полчаса ожидания Тонимэл хотел встать, но сидевший рядом с ним Эрайен прижал того к бревну и приложил к губам палец. По ногам пронесся легкий ветерок, всколыхнувший невысокую траву на берегу и взлохмативший всем волосы. От опушки к пришельцам катился серый пылевой смерч.

Эрайен встал и гаркнул, подняв в воздух притаившихся в кронах птиц:

- Здорово, старый пыльный мешок! Совсем, совсем одичал в своем лесу. Уже и друзей не узнаешь?

Смерч тут же рассыпался, а на траве остался стоять невысокого роста старичок с длинной бородой. Поднеся белую руку к кустистым бровям, он прошептал:

- Кто это? Тони, кого ты ко мне привел?

Тонимэл подбежал к старику в серой хламиде и почтительно подал ему руку.

- Это господа Эрайен и Риалон.

Ректор, тем временем, быстро преодолел разделяющее их расстояние.

- Да хватит притворяться, Олерин! Ты и эльфа своего еще переживешь! Мы с тобой где-то можем побеседовать?

Старик, опустив взгляд, молча кивнул головой.

- Риалон, Тонимэл, мы скоро!

И порыв ветра мгновенно унес старика и Эрайена.

Глава Клана недовольно встал.

- Вот спрашивается, и чего я с вами навязался? - Он хмуро посмотрел на затянутое облаками небо.

Но в тот же миг тучи разбежались, и водопад заиграл сразу семью, одна над другой, радугами.

- Какая красота! - Восхитился, забыв недовольство, Риалон.

А эльф терпеливо уселся на траву и прикрыл глаза. Через некоторое время он задал вопрос:

- А господин Эрайен, он кто? Ведь это его рисовал мальчик?

- Эльф, из какого дремучего леса ты вылез? Живешь в миру и не знаешь ректора столичной Академии Саламандр?

- А-а... А как его полное имя?

- Герин Эрайен. Я учился там. Вот было времечко! - И Глава Клана Оленей мечтательно улыбнулся.

- Герин? - Задумчиво переспросил Тонимэл.

- Ну да.

- Ректор? Нет, господин Риалон. Вы ошибаетесь. Он - еще один, оставшийся в живых от начала времен на этой планете друид.

- Нет, эльф, этого не может быть. Столько не живут. Но, если ты прав, кто тогда первый?

- Олерин. Мой второй отец и Учитель.

Тем временем Олерин и Герин оказались внутри огромного полого древесного ствола.

- Твой дом? - Эрайен покрутил головой. - Неплохо устроился. Тепло, светло, никакие проблемы не трогают...

- А должны? - Спросил уже не старик, но высокий, светловолосый мужчина средних лет с цепким, пронизывающим взглядом.

И две пары прозрачных серых глаз впились в бесконечную глубину друг друга.

- Я думал, ты ушел. - Наконец, сказал Герин. - И я остался один.

- Почему ты остался? - Поинтересовался Олерин.

- Наверное, так же, как и ты. Следить за миром. Тем более, об этом просили Боги.

- Меня не просили. Я сам остался. - Олерин поставил на деревянную столешницу мед, ягоды и фрукты. - Угощайся.

- Спасибо. - Герин подцепил несколько земляничек и отправил себе в рот. - Давно не ел таких чудесных ароматных ягод.

- Тогда кушай. У меня этого добра много. - Мужчина поправил рукава на рубахе и уселся напротив Герина. - Что тебя привело ко мне, брат?

- Если честно, то смутные ощущения надвигающейся опасности. Я предполагал, что черные друиды вымерли, а на том континенте остались их потомки, которых называют даяками. Пока они жили тихо-мирно, я не обращал на них внимания. Но недавно они приплыли на наш континент и захватили мальчишек для обряда отъема силы. А их корабль пытался войти в гавань Клана Оленей.

- Зачем? Им стало не хватать своих доноров? Да и выбор странный - дети. Тут какая-то другая подоплека. И что за энергетический всплеск пронесся недавно по миру?

- Боюсь, это как раз связано с похищенными ребятами. Они пришли к нам из погибающего плана, легко обойдя защиту.

- Следовательно... - задумчиво произнес Олерин, - ее кто-то или что-то усердно подтачивает изнутри.

- Даяки?

- Я уже думал над этим. Возможно, Боги уничтожили не всех даймонов? И теперь они направляют помыслы даяков, потихоньку пожирая энергию и готовя прорыв.

- И что будем делать? Призывать Богов? Но они тоже не всесильны, да и не любят, когда их отрывают от дел по пустякам.

- Если это даймоны, то пустяком ситуацию не назовешь. Надо бы посмотреть, что творится на другом континенте.

- Давай сделаем так. Пока мы их отогнали. Сейчас на море начнется осенний сезон бурь, и никакой корабль оттуда сюда не дойдет. Да и начало занятий в Академии...

- Ты закопался в делах тварных существ, брат! И позабыл, что для даймонов море - не препятствие? И для даяков, если они - настоящие друиды.

- Да-а...Есть сведения, что один из береговых слабых Кланов перемешал с ними свою кровь.

- Кто же?

- Жабы. Маленькая долина на краю материка, зажатая утесами.

- Хорошо. - Олерин задумчиво потер щеку. - Давай тогда сделаем так. Этот мир ведь важен для нас обоих?

Герин согласно кивнул.

- Тогда я покину лес и отправлюсь сначала к жабам, а потом - на соседний континент. - Увидев тревожные глаза брата, он вскинул руку в успокоительном жесте. - Я просто посмотрю. Вмешиваться ни во что не буду. Ауру скрою. Поймать меня не смогут даже даймоны. Единственное, что и определить их не смогу. Но хоть все увижу своими глазами. И возьму я, пожалуй, с собой Тонимэла.

- Спасибо, Олерин. Эльф твой воспитанник?

- Да, подобрал когда-то умирающего эльфенка в лесу. Выходил. Теперь он считает меня своим вторым отцом.

- Я рад, что ты не был одинок. Только прошу: когда отправитесь, постоянно держи со мной связь, хорошо?

- Договорились, Герин. Вернусь - познакомь с теми мальчишками.

- И тебя заинтересовали? Смотри. - Эрайен вытащил из внутреннего кармана куртки рисунок. Аккуратно развернул и подал брату.

- Красавец! - Хмыкнул Олерин. - Хочешь сказать, что это рисовал кто-то из них?

- Да. И знаешь, кто он?

Брат вопросительно поднял бровь.

- Сааминьш. Скалистый Дракон.

- Погоди, ты говорил, что они - из другого мира?!

- Вот так подчас странно раскладываются карты Судьбы, брат. И, кажется мне, что ой как недаром мальчик появился именно в этот момент нашей жизни. Возможно, он сыграет определенную роль в делах нашего плана.

- Почему бы и нет? Даже Боги не знают подчас целиком всю цепь событий, оставляя некоторый процент на свободу воли и погрешности расчетов. Давай не будем терять и так упущенное время. - Олерин встал из-за стола и, подойдя к поднявшемуся брату, обнял его. - Рад снова видеть тебя, Герин!

- Вот с этого и надо было начинать разговор! - Рассмеялся Эрайен.

Они еще раз пристально посмотрели друг другу в глаза.

- Жду от тебя вестей! - С этими словами Герин исчез из древесной комнаты, и снова оказался на лужайке рядом с Риалоном и Тонимэлом.

Те сразу встали и посмотрели на господина ректора.

- Поговорили. - Улыбнулся им Эрайен. - Подумали. Ты, эльф, сиди здесь и жди своего наставника. Он сейчас придет и объяснит план вашей с ним работы.

Тот кивнул головой и снова спокойно сел на траву.

- Ты, Риалон, сейчас отправляйся во дворец. Если узнаешь или заметишь что-либо нестандартное, не привычное или не поддающееся анализу - сразу связываешься со мной. И еще прошу - не расслабляйся. Возможно, грядут неприятности. И жду тебя на Большой Совет Кланов через уже двенадцать дней. Там всем все расскажу.

- А Вы куда, господин Эрайен? Как выберетесь отсюда? - Встревожено спросил Риалон.

- Своими тропами, мальчик. Обо мне не беспокойся! - Герин сделал шаг назад, улыбнулся и растаял туманом на глазах ошеломленных Главы Клана и эльфа.

Задумчивый Риалон, кивнув Тонимэлу на прощание, сел в свой фаэтон и взлетел в небо. И скоро лишь облачный след остался на фоне синеющих туч.

Тонимэл очень удивился, когда к нему на поляну вышел высокий светловолосый мужчина в дорожной одежде и высоких сапогах. В его руках была палка наставника. Мужчина улыбнулся и протянул руку.

- Давай знакомиться заново, мальчик! - Сказал он слышанным с детства голосом.

- Олерин?! - Тони восторженно всматривался в незнакомые черты лица. И лишь глаза под светлыми, ровными бровями остались теми же, мудрыми и спокойными. - Ты куда собрался? А я?

- А ты - со мной! Нас ждет большое расследование! - Старый друид взял эльфа за руку, и они исчезли с поляны у водопада. А Заповедный лес лишь грустно вздохнул, поворачивая вслед светилам свои пушистые ветви.


В кресле за столом своего кабинета сидел озабоченный Герин Эрайен и пристально всматривался в рисунок Иржи.

- Ведь ты не просто так попал на свою родину, парень. - Ректор положил собственный портрет поверх документов вновь поступающих в Академию. - Лишь Боги знают, кем ты сможешь стать для нашего мира: героем, негодяем или просто одним из многих... Но, глядя на то, каким участием и вниманием окружают твою персону ранее не знающие тебя существа, в тебе есть не только талант к рисунку и живописи. И мы сделаем все, что в наших силах, для полного раскрытия твоих способностей. Надо же, - он достал из стопки дело Иржи. - Альеэро Ромьенус - опекун наравне с отцом! И этот шалопай незаметно вырос, став ответственным и серьезным. Жаль, что они умирают, иногда даже не замечая, как меняется мир, наполняясь их свершениями... Так. - Он встал из-за стола. - Это все лирика. А где, собственно говоря, у нас завхоз? Скоро начало занятий, а корпус мальчиков все еще наполовину в ремонте! Дина! - Крикнул он секретарю в приоткрытую дверь. - А притащи-ка мне этого старого хрыча!


1