СТРОЧКИ ВДОЛЬ ПРОВАНСА
Пришла весна. Зазеленело
И осветилось все окрест,
И, как обычно, одолела
Охота к перемене мест.
Битком набивши чемоданы,
Купили аэробилет
И, обминув Париж и Канны,
Простейший выбрали сюжет.
В России скажут - "полустанки":
Парк Люмини, массив Колянки,
У моря старенький готель,
Наперсток коньяка "Мартель".
Рулады томные Доминго,
Шум моря, вечно молодой,
И дивные цветы фламинго
На длинных ножках над водой.
Гарсон, что с кожей загорелой,
Суфле приносит - вуаля!
И паренек, не в меру смелый,
Вслед проворкует: "О-ля-ля!"
Здесь легкий флирт скрепляет пары
На миг, на час, на год, навек...
Ни молодой, ни даже старый,
Судьбы не знает человек.
Француз - что ангел-искуситель
И для видавших виды дам,
Нимфеток юных соблазнитель,
Тех, что резвы не по годам.
Мистраль - коварен: треплет яро
На тамарисковых кустах
Он имя доброе Тамары,
Младым прелестницам на страх.
Здесь грязно-белые лошадки,
На лакомство и ласку падки,
Туристов терпеливо ждут,
Их тяжесть не сочтя за труд.
Легки из ситца занавески
И сытный завтрак по утрам,
В церквах затейливые фрески
И, где ни плюнешь - "Нотр Дам".
С утра позавтракали быстро
И снова в путь; спешим не вдруг:
Прованс - картина пейзажиста,
Природа дивная вокруг.
Здесь всяк - художник; неспроста
Маэстро щеголяет робой -
А ну-ка, удержись, попробуй,
Не замарай хоть раз холста,
Своих силенок не испробуй!
На том вся Франция стоит:
Тотчас же предъявляй таланты,
Коль в живописи не фартит,
Ты, может, музы фаворит,
Иль подавайся в музыканты.
Почаще виршами марай
Всему покорную бумагу,
Пусть не для всех Парнас - дерзай,
Любовь получишь за отвагу.
Вот и пример на эту тему:
ведь я сама
Пишу старательно поэму -
сошла с ума.
Злой мистраль в клочья рвет над городом
облака...
Не считай то для грусти поводом
ты, строка.
Не шурши обреченно ворохом
всех обид,
Отпусти их по ветру порохом -
пусть летит,
Оседает фламинго розовым
на крыло,
Было грустью, а станет - грезами...
так, светло,
Завершится мистраль над городом,
а пока
Не считай то для грусти поводом,
ты, строка!
Здесь Рейн, а не Брамапутра.
Мистраль присмирел, утих...
Приходит новое утро,
Меняет размер мой стих.
Вот город известный - Фрейус,
Античного Рима следы.
Немногим присуща прелесть
Быть враз молодым и седым.
Какой здесь тиран - Атилла?-
По улицам важно гулял?
И кто-то безвестный, милый,
Мыслил, любил, страдал...
Вот еще городок симпатичный,
И, собратьям достойный пример,
Называется он романтично:
"Санта Мария де ля Мер"
Здесь цыган всех заступница-дева,
Некто "Черная Сара" жила.
К городку теперь справа и слева
Льнут паломники без числа.
Побывали в местечке Оранжевом,
Где оранжево ходят в кино,
Суп из лука едят оранжево
И оранжево смотрят в окно.
Обитала здесь знати банда:
Там - домен, там - шато-променад.
И повсюду - лаванда, лаванда,
И лавандовый аромат.
Сизый голубь с индиговой грудкой
На антенне, на крыше сидит,
Потому телевизор жутко,
Непростительно барахлит.
Говорят о войне в Багдаде,
Эпидемиях и смертях.
Надо думать или не надо
Нам о том, что стоит в новостях?
Жизнь - комочек, пустяк, минутка.
Вспыхнув вдруг, исчезает, как дым.
Это просто нелепой шуткой
Представляется молодым.
Понимаешь уже с годами:
Все имело свой тайный смысл,
И не все умирает с нами,
Потому как бессмертна мысль...
Толкает ветер тень платанов
Нам под колеса вдоль дорог,
И выдувает из карманов
Все больше денег в меньший срок.
Однажды видим - Боже правый!
От нас так, метров, может, сто,
На резком повороте вправо
В лепешку сплющилось авто.
И не понять, как все случилось:
Автомобиль лежит вверх дном,
Но - есть на свете божья милость -
Водитель жив, и цел притом.
Он - в шоке, смотрит ошалело
И теребит на шее крест.
Да, видно в этом все и дело:
Не выдаст Бог - свинья не съест.
Как время пролетело быстро!
Обратный путь нам предстоит
И Мекка всяческих туристов -
Аэропорт - людьми кишит.
Три вышколенных стюардессы
Улыбки щедро раздадут,
Спиртное принесут и прессу,
Но в прессе беспардонно врут.
Наш самолет готовит шасси,
И приближается земля...
Мы - дома! Это ли не счастье?
Порт Копенгаген - вуаля!