Бескаравайный Станислав Сергеевич. Кладоискатель

БескаравайныйС.С.

КЛАДОИСКАТЕЛЬ

Только змеи сбрасывают кожи,

Чтоб душа старела и росла.

Мы, увы, со змеями не схожи.

Мы меняем души, не тела.

Н. Гумилёв Память.

Старик, сидевший в большом, с вычурной спинкой кресле, невидящими глазами уставился в потолок. Губы его чуть шевелились - он быстро, но беззвучно шептал цифры. В остальном он был совершенно неподвижен: артритные пальцы казались продолжением резных подлокотников, и даже крошечная жилка на виске не пульсировала. Казалось, что владелец поместья готовится отойти в мир иной, и наговаривает так и не составленное завещание.

Позади кресла стояла девушка, чья одежда балансировала на тонкой грани между дерзостью и вульгарностью. На глазах у неё были очки-визуалы, руки - в управляющих перчатках, а лицо её контрастировало с мертвенной неподвижностью старика. Она будто исполняла десять ролей сразу - одновременно улыбалась и хмурилась, так же беззвучно что-то нашептывала и неслышно кричала.

Пожилой, элегантно одетый джентльмен, до того сидевший против кресла на маленькой скамеечке, вдруг щелкнул пальцами.

- Дорогая, закругляйся, он всё скинул, - показал пальцем на экран мобильного.

- Сейчас.

- Быстро, - почти зашипел "джентльмен", - Ногти синеют.

Девушка резко вдохнула, дернулась раз, другой - и шагнула в сторону, уступая дорогу воображаемой машине.

Старик тоже дернулся, потом судорожно вздохнул. Но больше не двигался - глаза закрылись. Всё походило на то, что из непонятного, выворачевшего наизнанку, но запрещавшего двигаться и дышать кошмара, он провалился в обычный шок. В пустоту.

- Этот живчик ещё до своего банкротства дотянет, шеф, - девушке тоже стало легче. Она быстрым движением сняла со спинки кресла маленький коврик эмо-антенны, подхватила с пола сумочку и хоть сейчас была готова садиться на обратный рейс.

- Нам повезет, если будет дышать часов пять, - "джентльмен" пропустил девушку впереди себя, и только когда закрыл дверь парадного зала особняка, назвал её по имени, - Клара, ты увлекаешься, сколько раз говорил. Он уже плывёт, а ты давишь, и давишь.

Девушка только усмехнулась. К тому же, ей было не до выслушивания нотаций. Она отстегнула красную подкладку на воротнике блузы, сняла клипсы, вывернула пояс, одернула юбку - и вот Клара уже не раскованная студентка, но вполне себе скромная воспитанница пансиона, у которой в голове только экзамены на следующей неделе.

"Джентльмен" и сам знал, что его поучения как мёртвому припарки. Ворчал скорее для вида и поддержания субординации. Главное, что взяты пароли, и на обратном пути из дождливой Англии можно будет начать скрести сусеки, в которых хозяин этого особняка держал "сбережения".

Клара по пути домой всегда отсыпалась - слишком тяжело давалась работа с "эхом" и вся гонка по коридорам подсознания клиента.

"Джентльмен" встретил утро выходного дня в собственном офисе. Почти все свои дела, конечно, он мог бы вести, не слезая с дивана - только по интернету. Но Родион Сергеевич был старомоден, временами даже напоказ старомоден.

Офис помещался в окружной галерее его пентхауса. Когда-то здесь был роскошный зимний сад - под прозрачными потолками росли орхидеи, шумели десятки маленьких фонтанов. Но с тех пор как Родион Сергеевич отошел от действительно серьезных дел, настоящий офис, рассчитанный на приём посторонних посетителей, стал для него дороговат.

Сейчас ничего тропического в галерее не росло, исчезла открытая вода и в кадках стояли кусты и деревья, привычные для окрестных лесов. Только дневного света они больше не видели: кладоискатель не без резона опасался видеокамер, потому затемнил все окна. Гибкие экраны, которые закрывали стёкла, показывали галактики и облака космической пыли. Родион Сергеевич любил повторять, что такой пейзаж - лучшая метафора его профессии.

Сам он мало походил на космонавта или садовника. Почти облысевший череп, впалые щеки. Седые усы и короткая борода, которые на манер пушистой гусеницы обвивались вокруг губ и подбородка. А хитрый калмыцкий прищур завершал портрет и превращал Родиона Сергеевича в живой портрет какого-нибудь джинна или некроманта. Кладоискатель мог бы легко продать свой образ гейм-разработчикам, но и деньги от этого пришли бы крошечные, и лишнюю рекламу себе делать не хотелось.

Он как раз подрезал куст шиповника, когда "домовой" сообщил о визите Клары.

- Во что одета?

Вместо туманности "Конская голова" в ближайшем окне стала видна девушка в деловом костюме. "Домовой" выделил новые серьги и брошь с хризолитами, высветил короткую справку - они только вчера были куплены "у Галины". Маленький робот-ящерица, примостившийся на её левом плече, теперь вмещал куда более мощную систему.

Кладоискатель только улыбнулся - недели не прошло, а компаньонка уже успела потратиться. Деньги жгли ей руки.

Картинка погасла, и одновременно открылись двери лифта.

- С добрым утром, Родион Сергеевич.

- И тебе не хворать, - кладоискатель критически осмотрел срезанную веточку, - В архив заглянуть хочешь?

- Лучше. Я свой принесла.

Кладоискатель хмыкнул, отложил секатор и приглашающе махнул рукой в сторону стола. Пока ученица устраивалась, Родион Сергеевич стащил с себя рабочий фартук, и сам расположился в привычном кресле. По правую руку от него был дисплей, а по левую - маленький бюст Остапа Бендера.

Ящерица на плече Клары встопорщила металлическую чешую - и "домовой" получил доступ к файлам. На фоне созвездий одно за другим стали возникать лица и документы.

- Колчив, Алексей Игнатьевич, так, начало карьеры в бизнесе, потом переход на чиновный статус, но строительства не оставил, - кладоискатель бегло просматривал первые документы, - Фирма на жену, потом на сына. Ага, вот, после отставки мэра - исчезает. Розыск, розыск, пусто. И что ты раскопала?

- Архив клиники на Мальдивских островах. Через семь лет после исчезновения, там брали анализы по эпидемии. Есть только часть показателей генокода, зато они совпадают, - Клара выглядела как отличница, решившая задачу сверх программы, - На очереди возник житель Тироля герр Шмюкер.

В высшей степени обыкновенный и при том вполне солидный бизнесмен. Капитал сколотил на бирже, после чего решил спокойно пожить. В городке Ахенкирх. Из развлечений кегельбан, горные лыжи, умеренное потребление пива. Потом свадьба, ребёнок. Этот человек ничем не походил на Колчива - внешность, мимика, психологический портрет, всё было другим. Отпечатки пальцев попросту не упоминались.

- Я думаю, его обработал "Азимут", - в её голосе слышалась непробиваемая уверенность.

- Никогда не повторяй таких выдумок. Тем более с другими искателями.

- Я тут еще статистику подпрягла, и распределение...

Но Родион Сергеевич движением пальца смахнул графики с экрана.

- У нас мало информации о работу фирм. Просто прими это как факт. Вот опубликуют пару архивов, тогда и сможем говорить, в какую фирму обратился. Ладно, что дальше с этим Колчивым?

- Шмюкер исчез. Сын пошел в школу, а папаша испарился. Розыска не было - оставил записку родным.

Дисплей отразил рассказ малоизвестного писателя о поиске материала для мелодрам. Среди прочего в двух строчках упоминался и Ахенкирх.

- Мг. Думаешь, проклюнулся?

- Именно, Родион Сергеевич, именно. Фальш-память ему сделали, новую жизнь обустроили, всё в шоколаде. Но после побега девять лет прошло, срока вышли. И с такими деньгами он что, должен в провинциальные бюргеры записываться? Да он с собой столько прихватил, - Клара сбилась на мечтательный тон, но, видя хитрую улыбку учителя, взяла себя в руки.

- Через два года фиксируется один из запросов полиции Камбоджи. Тут всё железно - полное тождество генокода. Но господина Кристалецкого уже не было на территории.

- Ага, - кладоискатель просмотрел запрос, - Сам ни во что не вляпался, но вкус к опасным развлечениям до добра не доводит.

- Снова сменил шкуру. Наверное, недешево это ему стало. Потому как больше никуда не лезет. Сидит в Квебеке. Следов никаких, даже не скажу, в каком городе, однако с сыном идёт что-то вроде переписки.

- Н-да. Пишет тебе с деревни твой неизвестный папочка, у которого полный склероз. Кто следующий?

Насчет склероза - это была шутка лишь отчасти. Фальшивая личность после оговоренного периода растворялась, и человек вспоминал несколько лет своей жизни. Как приятный сон. Но сны - тонкая материя.

- Тут проще. Бывший префект сошел с ума - он менял то ли третью, то ли четвертую личность, но пошла шизофрения. Протоколы почистили - он захотел прямо в Уэллсе жить, под крылышком фирмы, и там контроль - но в "прикольном видео" всплыл ролик.

Потом на фоне созвездий показались еще три персоны. Целиком их жизненный путь раскопать не удалось, только случайные упоминания.

Кладоискатель потянулся за своей паровой трубкой - по здоровью Родион Сергеевич уже не курил, но привычка осталась, и теперь он дышал "мятой на пару". Клубы дыма на вид были как настоящие.

- Только девочка, это ведь никуда не годиться.

- Свежие?

- Да. Попадьина вон - и двадцати лет не прошло, как сбежала.

- Ну и что? - Клара упрямо тряхнула кудрями, - Забыли её все. Это наверняка, Родион Сергеевич. Последняя публикация - шестнадцать лет назад.

- Ты в каких архивах смотрела?

- Во всех, у меня и список есть, и ...

- Во всех доступных, в открытых, - перебил ученицу кладоискатель, - Причем наследила. Будь уверена, в десяток списков твою фамилию занесли.

- Боитесь вы всё, - она надула губки.

- Когда ты пришла в первый раз - какой уговор был? Работаем только по моим наводкам, и только как я скажу.

- Помню я всё, - слова кладоискателя её явно не убеждали, - У нас через год человека забывают, если сам не отсвечивает, то всё, из декларации выбывает. Ну пожалуйста, Родион Сергеевич. Следаки даже по экономическим делам дольше чем...

- Ты знаешь такого "искателя" Симчёва? Арнольда Панкратьевича?

- ?

- Поищи. Кличка у него была "Чох".

Спустя буквально полминуты перед Кларой развернулась странная биография. Жил себе человек, тоже сбежавших воров тряс. Потом исчез - наглухо. Несколько знакомых, которые пытались его найти, проиграли иски в судах. Клеветой стали считаться даже утверждения о существовании Симчёва.

Вся эта история случилась еще до рождения Клары.

- Что это было?

- Навозну кучу разрывая, петух случайно выдернул чеку. Понимаешь? И самого на клочки, и вокруг всё в... Тогда многим кровь попортили. А почему именно - до сих пор неизвестно. Он кого-то не того тронул. Ты думаешь, только беглые чиновники себе фальш-память вставляют? Сколько людей просто хотят жизнь с чистого листа начать? Какая-нибудь любовница министра - приказ на убийство он не отдаст, но исчезнуть должна, политической карьере мешает.

- Я такого еще в фильмах насмотрелась, - было хорошо заметно, что в детстве такие истории казались Кларе до ужаса романтичными, и даже теперь, когда она знала подлинную цену "вставным личностям", память о прошлых переживаниях окончательно не исчезла.

- Девочка, пойми, мы не детективы с железными кулаками. Это вот он, - палец Родиона Сергеевича уткнулся в бюстик Великого Комбинатора, - Он настоящим сталкером был, за "горячие" деньги хватался. Мы ждем, пока всё остынет.

- Когда я пришла - у нас ещё про одно договор был... - она мгновенно будто смысла грим ученицы. В дело пошла совсем другая роль.

- Тебе не дает покоя призрак деда? - Родион Сергеевич знал, что согласится. Раскапывание таких биографий - всё равно что очередной экзамен.

- Пора. У него вчера восемьдесят пятый день рожденья был. Так и можно и упустить.

- Хорошо, девочка, - неожиданно легко согласился учитель. - Включаем его в список на ближайшую охоту.

- Точно?

Кладоискатель выдохнул колечко мятного "дыма".

- Да. Ливерская, Скирдов и Шовгин. Наши клиенты в следующем месяце. Работаем.

Клара просияла.

Бумажные архивы всегда казались Кларе перебором. Латунная стим-панковская шестеренка на шляпке - хороша для стиля, механические часы на стене - дизайн помещений. Но занимать две комнаты бумагами - просто ужас. Тем более, хранить все в железных герметичных шкафах. Умом она понимала опасения Родиона Петровича, но глотать пыль ей категорически не нравилось.

Кладоискатель же неизменно осторожничал. Исходные личности тех людей, которые становились объектами охоты - ни при каких условиях не должны были запрашиваться в поисковых сервисах. Все необходимые справки по ним Родион Сергеевич навёл много лет назад. Спрашивать о второй или третьей личности - куда ни шло. И то, лучше не прямо, лучше в большом обзоре.

- Конкуренты, твари, не дремлют, - пояснял кладоискатель.

Обычно папки с распечатками занимались весь стол, и лишние приходилось расставлять по полкам. На электронном небе стало трудно заметить хотя бы одну звезду - одновременно бывали открыты десятки "окон", которые занимались весь потолок и стену.

Гражданина Скирдова, бывшего банкира средней руки, они вычислили сравнительно быстро, не потратили и трёх дней. Тот чересчур осторожничал. Деньги с собой он унёс очень большие, и теперь мог менять личности каждую пару лет.

- Где столько перемен, обязательно сыщется постоянство, - с довольным видом кладоискатель показал ученице свежую работу.

- Вино "Шанталь", игристое, - Клара в первую секунду не разобралась, - Он живет только там, где к обеду подают этот сорт?

- Причем вино должно быть из Аргентины, - кладоискатель смеялся, - В это время суток он желает пить исключительно аргентинское.

Еще бывший банкир любил белое шёлковое белье, обожал ванильное мороженное. Вообще, пан Пшёнкевский на отдыхе напоминал всех своих предшественников.

- Съездим в Польшу? - уточнила Клара.

- Ммм.. По нему изъятие проведём месяца через четыре. Если он меняет личность каждые два года, то очередная перемена - вот-вот. Будем считать, что балтийское побережье ему надоело, и может исчезнуть в любой момент. А как сменит личину, мы его в неделю вычислим. И в новом доме, по свежачку, навестим.

А вот с Шовгиным было глухо. Родной дед Клары отслеживался еще по бумажным досье, но четырнадцать лет назад - попросту испарился.

Кладоискатель и ученица перелопатили груды материалов, они испробовали практически все методы непрямого поиска. Объект не фиксировался. Почти три недели напрасных усилий. У Клары не сходили круги под глазами, и Родион Сергеевич все уши прожужжал ей, чтобы не пользовалась прямыми запросами.

- А если умер? Могила ведь молчит?

- И могилка заговорит, девочка. Это у нас, лег в землю, и лежи, если всё кладбище оптом не перенесут, а в цивилизованных странах как, особенно где места попрестижней? Если в гробу хочешь, то очень много заплатить надо - иначе тебя через полста годочков с кладбища турнут. И потом места захоронений - они прибыль приносят, налоги всякие, отчисления,- Родион Сергеевич попыхивал трубкой, - Есть, правда, один поганый вариант, когда концов вообще никаких не остается. Если твой дед во время процедуры дуба дал, прямо у фирмачей в кресле.

- И что - тогда полная анонимность?

Хитрая калмыцкая физиономия кладоискателя сделалась очень печальной.

- Оттуда - как из крематория, вестей нет.

- Ну тогда бы они всех сразу, того, потрошили. Или в бомжей перепрограммировали бы...

Родион Сергеевич потянулся, несколько раз вдохнул-выдохнул, помассировал виски. Они не в первый раз засиживались за полночь, и доверяй чуть меньше кладоискателю его супруга - были бы сейчас в главных комнатах пентхауса жуткие скандалы.

- Когда-то давно ходила по Европе поговорка: Америка такая богатая, потому что туда бегут все жулики-миллионеры. Бред, конечно, но с крупинкой истины. Потом, очень долго, эту роль пыталась играть Швейцария. За ней - Кипр и прочие оффшорные земли. А после очередного кризиса, когда и денег не было, и строить из себя независимых европейцы уже не могли - возникли фирмы. Ты к ним заходишь, новую психику тебе в мозг всаживают, физиономию слегка правят - и всё. Новый гражданин. Живи, деньги трать, экономику подпитывай. Многие бы и со старой психикой побегали, но - страшно. Свои найдут, мало не покажется.

- Но закон о свободе духа, независимость... - Клара понимала, что ляпнула редкую глупость, но голова гудела от цифр, от ошибочных гипотез, и хотелось просто послушать очередную лекцию.

Родион Сергеевич недовольно пыхнул - маленький клуб "дыма" совершенно не походил на кольцо.

- Глупости. Уже шестьдесят лет работают фирмы, больше полстолетия как психику правят, а к ним ни один нормальный политик не обратился. Придурков и юродивых было много, но чтобы кто-то из... Нет, не было такого. Потому что марионеткой становиться не хочется. К фирмачам, Клара, идут социальные самоубийцы. Понимаешь, те, кто желает себе удобства и больше ничего. Все маленькие люди, занесенные в мир больших денег, которые хапают раз, другой, а потом понимают, что сидят на спине дракона - больше всего на свете хотят убежать, и спрятаться в норке хоббита. Чтобы тепло и сухо. И мы идем по следу только вот таких личностей. Даже те, кто сохраняет после обработки деятельный характер - нам уже недоступны. Они делают свою карьеру, у них почти всегда большая семья и куча наследников.

Молчание в ответ - Клара откровенно клевала носом.

- Давай пока за Ливерскую возьмёмся. Завтра и начнём, то есть сегодня.

- Мг, - она положила голову на стол.

Родион Сергеевич не стал тормошить засыпающую ученицу, а, зевая, пошёл к жене.

- Женщина, женщина, фрау, сувенир не вы обронили?

- Спасибо, девушка, - пожилая туристка пользовалась электронным наушником-переводчиком, потому отвечала с задержкой и грубоватым акцентом, - Рада видеть мою вещь...

Сложно разговориться с человеком, если не понимаешь его языка, если разница в возрасте больше сорока лет и тем более, если это опасливо настроенная немка. Но видимо Кларе передалась толика дедовской пройдошливости и всепролазности. Не прошло и получаса, как за чашечкой кофе две женщины обсуждали моды, украшения, бутики, съемные квартиры, флористику, разведение рыбок и рестораны.

Родион Сергеевич составил психологический портрет очередной "личины" клиентки, подготовил базу для разговора - пришлось изрядно повозиться. Зато в процессе уточнений выяснилось, что старушка частенько ездит по родным местам, потворствует смутным воспоминаниям из своего прошлого. Так что Клара в гламурном облике, но притом вежливая и самую малость услужливая - была идеальной ностальгической наживкой.

Меньше чем через двое суток состоялось изъятие.

Уютнейшая гостиная в арендованном коттедже, продумано расставленные чашечки на столике, "окно" телевизора, включенного на шоу Фёклы и Дарины - старушка зазвала к себе юную компаньонку, чтобы обстоятельно поговорить о личной жизни молодого поколения, посоветовать, поделиться опытом.

И снова эмо-антенна на спинке кресла - только в этот раз не кошмары, не предсмертные судороги, а шепотки и сюсюканье. Бывшая гражданка Ливерская будто пересказывала лучшей подруге собственный сон. Клара держала старушку за руку, улыбалась в её невидящие глаза и что-то шептала в ответ.

Родион Сергеевич, в этот раз спокойно ходил вокруг, перепроверял системы охраны дома - и камеры были вырублены, и маломощные "домовой" коттеджа не оказывал сопротивления. Кладоискатель не любил сами моменты изъятия - они казались ему чересчур бандитскими. Кто угодно мог бы отключить электричество и попытаться выбить из старухи пароли к счетам. Конечно, у вульгарного костолома ничего бы не получилось - фальш-память защищала своих обладателей от подобного давления. У человека под пытками просто язык не поворачивался произнести коды. И только во сне - пусть и в навеянном электронном бреду - открывалась правда.

Кладоискатель механически фотографировал все документы, которые попадались ему на глаза, сгрузил на флешку память "домового" - как и в прошлых проектах, он готовился "сопровождать" клиентку. Пусть та обеднеет, даже станет жить на пособие, но руку на пульсе держать следует. Вдруг старушка, продав мебель, купит снайперскую винтовку? Неприятности лучше предупреждать.

Родион Сергеевич не сразу сообразил, что одна из фотографий на каминной полке была куда важнее всех остальных. Госпожа Ливерская - еще не совсем старушка, но уже весьма пожилая дама - стояла у яхтенной мачты, обнимаясь с господином Шовгиным. На заднем плане было озеро, берег и дома, по которым опытный Родион Сергеевич сразу узнал Женеву. Подпись на фото была весьма красноречива: "Моей любви из параллельной вселенной". И дата - всего лишь десять лет назад.

- Девочка, у нас тут джек-пот, - кладоискатель одними губами прошептал эти слова. Клару нельзя было отвлекать во время работы.

До Пскова они ехали в одном купе. Кладоискателю было неуютно - любому станет неуютно путешествовать в одной клетке с тигрицей.

- Дедуля, выскребок гнойный, семью бросил, ничего не оставил. Квартиру на Глинской забрали, дачу он, оказывается, продал уже, матери только трехкомнатная квартира в новостройке осталась. В Англии ей без денег делать было нечего - доучиться она всё равно не успевала. Мать переводчицей пошла, потом младшим менеджером, потом вообще учительницей. У неё жених был - бросил, аборт пришлось делать, она еще в больнице заболела, чуть не умерла. Я только через двадцать лет родилась.

Родион Сергеевич всё это знал - он несколько раз проверял свою будущую ученицу, и подноготную её выучил наизусть.

- Париж, Женева, потом Бразилия, снова Женева, - Клара бубнила под нос географию дедовских путешествий.

Родион Сергеевич уже более-менее представлял, какую модель фальш-памяти организовали господину Шовгину. Поначалу он почти всё помнил, совершенно не опасался ностальгии. Но потом прошлое стало надоедать. Жизнь приедалась - он бросался от одних удовольствий к другим, искал работу, был готов даже заняться политикой, но всё не то.

У кладоискателя было несколько теорий, почему психика входит в штопор - похожие случаи ему уже попадались. Человек заказывал себе вечное развлечение, а стоит взяться за любое дело основательно, сделать его своим - как оно получает привкус работы. И тогда приходит отвращение.

Правда, финал всегда неизменен.

- Клара, - перебил он очередное шипение ученицы, - Скоро на выход.

- Да, - она была где-то далеко.

- Мыза около Пярну. Валун-морена со сколотым боком у дороги. Еще не забыла, куда мы едем?

Клара усмехнулась.

- Да, и последнее - если это будет приманка...

- То робот, изображающий дедулю, будет шамкать и скрипеть суставами так же как человек, - Клара "вернулась", и. стоя перед зеркальной дверью купе, расческой быстро поправляла локоны, - Что говорить, если арестуют, я помню.

Родион Сергеевич потянулся за шляпой, а ученица распахнула дверь.

Билеты теперь каждому надо было покупать самостоятельно - до той самой мызы они разделились.

Если кладоискатель и опасался чего во время изъятий, так это приманки. И он сам, и все его конкуренты - не больше полудюжины на всю страну - были очень мелкой сошкой. Они играли на противоречии между официозом Европы и её же реальными интересами. Последние полгода выдались исключительно удачными, но Родион Сергеевич уже чувствовал, что пора сделать перерыв, остыть. Пока он выбивает стариков, уже стоящих на пороге смерти, да и то не всех, с большим разбором - лишь в этом случае можно работать спокойно. Как бы не цеплялись фирмы за свою репутацию, но есть такая штука, как смена поколений. Даже если стариков осталось довольно много, то всё равно бал правят нынешние, те, у кого в руках основные нити. И как-то так получается, что предыдущие поколения они страшно не любят. Плюс неизбежные политические пертурбации - обязательство вчерашнего начальства редко беспокоят сегодняшнее. И если не делать рекламы для своих изъятий, не объявлять себя Робин Гудом, то можно очень долго потрошить кубышки.

Был, конечно, еще фактор всяческих спецслужб. Знакомства в этой среде у Родиона Сергеевича имелись, куда ж без них. Но и здесь кладоискатель опасался перебора - в тот момент когда в нём перестанут видеть свободного охотника, и разглядят агента, станет для него финалом.

Потому, предъявляя таможенникам документы - Профессия? Антрополог, - он каждый раз гадал, не завернут ли его прямо на границе? И уж конечно опасался приманки.

Морена со сколотым боком была дорожным указателем. Массивные металлические буквы, выступавшие из плоскости скола, сообщали, что "мыза Ветреная" - это направо. Родион Сергеевич поехал еще несколько от метров, стал перед оградой и без всяких лишних затей позвонил в пульт на воротах.

У него имелось приглашение на мызу - и подпись на этом приглашении была неотличима от настоящей. Равно как и предлог для посещения.

- Да, всё готово уже, - его неожиданно встретил голос Клары из динамика и приветственный лязг открывающегося замка.

Шовгин лежал на ковре прямо посреди холла - рыхлая, облаченная в халат, масса.

- Ты как внутрь попала?

- Импульсник купила, - Клара показала коробочку, которая вырубала всю электронику в радиусе нескольких десятков метров, - А его - снотворным, аэрозолем. Помоги в кресло затащить.

- Зачем поднимать? Он черт знает сколько весит. Антенну ему под голову, ложись рядом.

Родион Сергеевич в быстром темпе, со своего телефона, проверял окрестную электронную активность - надо было выдать сигнал в местную сеть, что "всё в порядке". Он успел перехватить сигнал тревоги, но именно что в последний момент - Клара слишком рвалась отомстить, и забыла дать отбой медицинской системе наблюдения.

Уладив ситуацию, кладоискатель принёс от камина скамеечку для ног, сел рядом с дедом и внучкой. Те лежали макушка к макушке, и Клара уже провалилась в царство иллюзий. Родион Сергеевич устроился поблизости и, едва ли второй раз за время их работы, подключился к системе.

Внутри была буря, и не просто в пустоте, но в лабиринте страхов и ожиданий. Клара выбрала самую быструю, таранную тактику - атаковала психику фобическим шоком. Из сотен неприятных ассоциаций в мгновение ока умудрялась выбрать самую отвратную, самую страшную - и повторять её снова и снова, пока не отыскивалась еще ужаснее.

Родион Сергеевич уже много лет не мог так работать.

Было видно, что Кларе совершенно не нужны коды, пароли, доступ к счетам - все эти хитрые манипуляции, которые позволяли хранить большие деньги, не прибегая к проверке генокода. Ей надо было сорвать маску с деда, разбить фальш-память, добраться до той, самой первой личности.

Учитель, не забывая проверять пульс клиента, стал терпеливо ждать, когда у неё получится.

Фальш-память, та сконструированная личность, которая теперь существовала в теле старика - отчаянно сопротивлялась. Это был как бегство от верной смерти. Как попытка спрятаться от пожара в чулане, только вот чуланов хватало. Но Клара знала куда бить наверняка - надежные, подробные воспоминания, вот чего не имелось у фальшивой психики. "Где ты был", "что ощущал", "на что надеялся" - если правильно, остро задать эти вопросы, то ужас вдруг прийдет сам.

Наконец, когда в дело была пущена та самая фотография на женевском озере, что-то сломалось в старике. Неслышный треск, невидимые отсветы с разлетающихся прозрачных заслонок - и психоблоки рухули. Клара начала гнать волну паники, не столько острой, побуждающей к действию, сколько гнетущей, когда кажется, что ещё чуть-чуть, и тебя раздавит гирей.

Но в ответ - тишина.

- Ты выслушаешь меня? - Родион Сергеевич вошел в иллюзию, и теперь говорил с Кларой покачиванием черепов на палках, отсветами пожаров, болотным зловонием. Он не разрушал иллюзию, но казался сам себе ужасно неповоротливым.

- Чего тебе надо?

- Ты кого хочешь убить, девочка?

- Его! Где он прячется!? - будто огненный шквал прошёл над болотом.

- Боюсь, Шовгина Александра Геннадьевича здесь больше нет. Совсем.

- Есть!! Должен быть!

Тяжелые толчки землетрясения.

- Ты видела, как он тут жил, на мызе? Когда последний раз принимал гостей? Сколько лет прошло с тех пор, как он выбирался в город? Он сидит на одной и той же диете. Из напитков - апельсиновый сок и чай. Он читает единственный набор книг и по десятому разу смотрит любимые сериалы.

- Ну он же старик!

- Он умер. Просто тушка до сих пор сама ходит. В каждой из своих фальшивых жизней он любил что-то из своего прошлого. Увлечение. Навык. Какое-то знание. Он игрался с этой чертой старого себя, пока она ему не надоедала. А потому как игрался - ничего нового не приобретал, не учился. Понимаешь? Он кончился, надоел сам себе, он стёр сам себя.

- Я его убью!

- Чтобы убить, его надо сделать заново. Ты можешь слепить старую личность из этого дерьма!?

- Ну почему, почему!!?

- Потому что мы ищем клады, а не грабим могилы. Тела уже разложились, скелеты рассыпались, даже память о них кончилась. Осталось только золото в банковских ячейках.

Родион Сергеевич дал вспышку, будто сверхновая вспыхнула на небосводе. А вокруг - только бесконечные унылые камыши, окна с болотной водой, мхи и редкие сожженные развалины. Свалка, а не душа.

Клара молчала. Куда лучше слов учителя на неё действовало ощущение пустоты, будто никто не отзывался на её крики.

- Выйди из системы, посмотри, что тут в доме, я сам поработаю.

Клара исчезла. Сдернула с лица очки-визуалы, стащила перчатки, в бешенстве уставилась в потолок. Родион Сергеевич сидел рядом на скамеечке, и пальцы его отстукивали мелодию на невидимой клавиатуре.

Ученица поднялась с ковра, вздохнула, пошла по комнатам. Родион Сергеевич не лгал - это была стандартная, необжитая гостиница. Застеленная роботом-лакеем кровать. Ванная комната с одним, строго горизонтально повешенным полотенцем. Новая зубная щетка в прозрачном стаканчике. Никаких книг рядом с унитазом. Чистый рабочий стол, ящики в нём без единой бумажки, а на компьютере - только сериалы и недавние премьеры.

Старик будто существовал в рекламном ролике, здесь не было ничего своего, ни намёка на личность.

Клара опустилась на первый попавшийся стул и зарыдала.

А кладоискатель с величайшим трудом, только на старых навыках и силе воли, вытаскивал из остатков психики Шовгина коды доступа к счетам.

Большой туристический автобус миновал Тверь. Второй этаж был полупустым, и только на передних сиденьях резвились детишки, играли в капитана корабля.

Ученица уже отошла от шока и разочарования первых часов, свыклась с фактом своей несостоявшейся мести. Можно было поговорить.

- ...и знаешь что, Клара, как походишь - возвращайся.

- Куда?

- Ко мне. Тебе ведь скоро надоест работать под моим зонтиком, захочется самой загнать пару кабанчиков.

Ученица улыбнулась - весьма многообещающе. У неё в голове явно бродили похожие мысли.

- Так вот, скоро многое изменится. Не завтра, но лет через десять точно. Наши друзья медики таки сделают омоложение серийным товаром.

Клара недоверчиво подняла бровь.

- Уверен, уверен. За этим вопросом я слежу чуть пристальнее тебя. Знаешь ли, интерес к молодости имею. И люди не в девяносто будут на покой уходить, а скрипеть, пока кирпич на голову не упадёт.

- Мне придется работать с молодыми?

- И даже больше, ведь перестанут убегать с мешком денег, чтобы сладко пожить до смерти. Смерть будет так далеко, то столько не наворуешь.

Клара пока не могла представить всю картину, и Родион Сергеевич не настаивал. Важнее было другое.

- И я тоже рассчитываю поправить здоровье. Внуки вырастут - своя жизнь, свои дела.

- А вы снова затеете большой бизнес?

Кладоискатель улыбнулся в ответ.

За окном автобуса мелькали стволы берез и редкие поляны, на которых только начинал сходить снег.

Клара ушла через три месяца - оказывается дед, в еще первом своём контракте с душеведческой фирмой, оставил завещание на имя внучки. Денег было немного, да и порастрясли его копилочку перед смертью, но на свой крошечный офис Кларе хватило.

Официально фирма "Кораллы" занималась программированием снов.

Ноябрь 2010

Комментарии: 4, последний от 11/01/2011. © Copyright Бескаравайный Станислав Сергеевич (beskarss@rambler.ru) Размещен: 10/01/2011, изменен: 10/01/2011. 34k. Статистика. Рассказ: Киберпанк Прогностика		Ваша оценка:
Аннотация: Некоторые чиновники убегают с деньгами. В будущем они смогут не только менять внешность, но и редактировать воспоминания. Все бы хорошо, только вот Остапы Бендеры тоже не переведутся.

Бескаравайный Станислав Сергеевич: другие произведения.

Кладоискатель