Бескаравайный Станислав Сергеевич: другие произведения.

Осень демиурга

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что делать веб-мастеру, если электронные мозги уже работают лучше.


  

Бескаравайный С.С.Џ

Осень демиурга.

   Когда детей прекратят обучать тем принципам, на которых основана работа машин, и будут рассказывать только, как с этими машинами обращаться - кончится индустриальная цивилизация и начнется магическая.
   Это увертливое прилагательное никак не желало появляться из хаоса мыслей.
  -- Не бесполезным, а скорее безвыигрышным.
  -- Мне больше по сердцу безвыгодность, - крякнула в ухо трубка.
  -- Тогда уж давайте бескорыстность, - собеседник вышел на свет и серебристый корпус телефона по цвету стал почти неотличим от редких прядей седых волос.
  -- Добро. Я особо отмечаю, что никакой выгоды от нашего сотрудничества не получу, - голос в трубке налился официозом, как помидор соком.
  -- Совершенно верно: ваше участие в нашем исследовательском проекте чисто добровольное, - такие же официальные интонации в ответ.
  -- В три недели уложитесь?
  -- Если постараемся, то и в две.
  -- Ну не знаю. Я не могу настаивать, - намекнул голос по ту сторону телефонного узла.
  -- Да при чем тут ваши пожелания, нам и самим поскорее все это надо.
  -- Тогда до свидания.
  -- Отбой, - телефон выдает еще одну трель.
   Собеседнику - высокому, чуть полноватому человеку - можно бы и расслабиться после такого разговора, но он вдруг подозрительно, стараясь не выдать свою тревогу, оглянулся на глазок камеры. Решил, что здесь нельзя оставаться, хоть и прекрасно знал, подслушать и подсмотреть могут везде. На всякий случай вызвал такси и успокоился только на заднем сиденье.
   Чем хороши гражданские права - тем, что любую улику надо привязать к делу. Вот сейчас он договорился о взятке, а поди докажи это. Обычное участие в психологических исследованиях. Физиономия взяточника, искривленная и обезображенная, появится в разных порталах сети. Картинка в шкале оценок - на нее надо нажать, чтобы выразить неудовольствие. Её увидят миллионы человек и преисполнятся отвращения.
   Обладатель исходника - лица из мяса, жира и кожи - станет знаменит. Реклама не принесет выгоды, одни неприятности. У чиновника такое невзрачное лицо, что его не звали сниматься в самых дешевых роликах. Зато потом, если поймают на другой взятке, можно будет отклонять любого присяжного - ведь подсознательно его никто не любит.
   Аргенид Юрьевич не первый раз проворачивал подобные комбинации. Уж сколько лет в седле, сколько тысяч сайтов выросли под его началом. Если хочешь продавать людям информацию в красивой упаковке - надо ловчить. Много чего было за эти годы - поденка и триумфы, аресты и оправдания. Двенадцать лет работы на корпорацию, ее крах и жизнь вольной птицы. Сейчас - надо было организовывать последнее дело. Заодно подбирать хвосты, накопившиеся за двадцать лет работы. Если не все, то хотя бы один, тот, которого он сейчас боится. Пора.
   Он вдохнул полной грудью кондиционированного машинного воздуха, предвкушая все выверты будущей интриги, но в проблемы осаждали его разум и он длинно, разочарованно выдохнул. Вот приходится отправляться в скучное, серое путешествие, а дома останется непогашенная ссора. Позавчера ругался с женой - до сорванного голоса и взбухших на лбу вен. Все так и осталось, мириться нет времени.
   Такси остановилось возле дома, он махнул над сканером телефоном, и выбрался на фигурные плитки тротуара - под бугристое от туч осеннее небо.
   Аргенид Юрьевич жил на четвертом этаже и всегда поднимался домой пешком. Уже не получалось перескакивать через две ступеньки, пятый десяток за плечами: волейбол, быстрая реакция, железное здоровье - все в прошлом. Потому вебмастер аккуратно переставлял ноги со ступеньки на ступеньку, стараясь не сбить дыхание.
   А дома тишина. Жена собрала вещи в дорогу и выставила пухлый баул в прихожую - это она так презрение выразила. Сидит сейчас за пультом в задних комнатах и не хочет, чтобы ее отвлекали. Аргенид и не собирался. Сборы по такому случаю не заняли много времени: новая куртка с подкладкой, ноутбук и документы - теперь все дешевые гостиницы страны открыты перед ним.
   На кухне обнаружился аккуратно сервированный, с блюдцами, салфеточками и полированными столовыми ножами, обед. Он так же аккуратно, будто на званом приеме, пользуясь всеми вилочками и ложками, съел его. Поставил посуду в мойку. Посидел на дорожку, думая, не заглянуть ли к детям - те жили этажом ниже. Решил, что не стоит ломать деловой настрой, и тихо закрыл за собой дверь.
   Поначалу ни в какую особенную даль вебмастер не стремился. Первый адрес - Отрубево. Типовой во всех смыслах микрорайон, - вмятины в свежем асфальте и еще не выросшие деревья. Десяток стандартных высоток на отшибе, куда не доходит монорельс. Жил там, правда, один хороший знакомый Аргенида Юрьевича.
   Сидя в автобусе и думая, как половчее начать разговор, вебмастер вставил наушник, пошире раздвинул экран телефона и провалился в сеть. Чиновник уже выполнил свою часть сделки, а его физиономия стала появляться на сайтах еще до разговора.
  -- Внимание! - призыв разошелся по нужным адресам, - Есть контракт. Начинаем работать. Объект прежний...
   Это была библиотека. Место в сети, куда можно зайти за информацией. Любой. Спрашивается, зачем вообще оформлять библиотеку, если любая карманная игрушка с процессором найдет все что угодно? А затем же, что и груды старых бумажных книг, и кино, и радио. Для общения и досуга. Для красоты и удовольствия. Словом, чтобы приятно провести время. Но вот беда - если где-то люди собираются отдыхать, немедленно найдутся те, кто захочет этим воспользоваться. Прокрутить рекламу, вывесить листовку. И сколько не защищайся от этих поползновений - объявления, как тараканы, поползут из всех щелей.
   Есть, правда, способ. Отдаться под покровительство сильного. Крупная корпорация вмонтирует свой логотип во все значимые орнаменты, однако, криками о пользе своих товаров надоедать не будет. Только этого было мало выходящему на покой вебмастеру. Нормальную защиту от рекламы дает только государство. Оно желает продать читателям только один товар - лояльность. Большинство из них и так согласны его купить.
   Только Аргенид Юрьевич закончил давать первые инструкции своей старой команде, пришлось выходить из автобуса.
   Человек, живший на пятом этаже наряженного в поляризованные панели жилого блока, был домовитым, порой слишком загруженным семейными делами обывателем. Шестеро детей и старшему не исполнилось пятнадцати.
  -- Мне нужен Тарас Семенович!
  -- А папы нету дома, - детский голосок уверенно соврал ему в третий раз и вебмастер тупо залез в сеть и сказал Ларгу, чтоб тот открыл дверь.
   В рабочем кабинете спеца по эстетике не нашлось второго стула - он не любил когда его отвлекали - пришлось ждать, пока обладатель правдивого голоска не принес его из другой комнаты.
  -- Какого лешего ты приперся? - оторванный от работы Ларг был не в настроении, - Все могли и так решить.
  -- Мне надо лично посмотреть качество материала, - Аргенид Юрьевич расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, в квартире было жарковато.
  -- ?
  -- Вот так. Проверить исходники, разрешение, технику всякую. Ну это мелочи. Главное, чтоб стопроцентно классная вещь получилась, чтоб глаз оторвать нельзя было.
  -- Ты не доверяешь мне как специалисту? - бульдожья физиономия эстета выразила крайнюю степень недовольства.
  -- А что в позапрошлый раз учудил? Абстракцию задвинул - люди через три минуты глаза протирали?
  -- Та-ак, - Тарас упер кулаки в колени, - Значит, що, за спиной стоять будешь? Как у студента.
  -- Зачем за спиной? Спокойней. Что я оттуда увижу? Просто тебя заносит - указаний можешь не слушаться. А так задавай цветовую гамму с чистой совестью. Часика через три исчезну.
   Эстет подвигал челюстью, будто пережевывал на редкость вязкую кашу, и молча указал на стол. Вторая пара очков лежала в нижнем ящике. В сети уже все собрались.
   Раньше их было пятеро, спецов по выделке сайтов. Виртуальная компания, разбросанная по трем областям. Довольно давно они разделили между собой роли в этой работе, да и не вытянуть творение нового объекта в одиночку. Сейчас в пустом пространстве, больше напоминающем внутренности глобуса пять разноголосых точек начинали работу.
  -- Гоша, скелетолог ты наш, прикидки есть?
  -- Всегда, - и пространство взорвалось десятками схем, - От входной страницы попадаем в разделы...
   И тут же эти схемы превратились в тесто, за которое взялись три пары рук, - каждый хотел вставить свои акценты.
  -- Переход к истории - слишком рано...
  -- Филалет, оставь свою методологию!
  -- Ларг, давай раскраску.
  -- Если это работа под классику - то спокойная цветовая гамма! - эстет крикнул громче всех, и к нему прислушались. Он проходил первое приближение, самый грубый набросок, - Вход пусть будет кабинетом.
  -- Опять викторианский стиль? - ехидный смешок Юноны.
  -- Нет. Камень в оформлении. Мозаики на стенах и много полированных поверхностей. Бежевое настроение. Глаза должны быть внимательны. Потом - разбивка на сектора.
  -- Только не делай науку теми грязными чертежами.
  -- Наука - строгая графика. Я только снижу цветность...
   Пошло нормальное обсуждение и Аргенид чуть сдвинул очки. Вызвал на второй экран тот хаос подпрограмм, что служили рабочими инструментами Тарасу. Секунду вникал - и не увидел следов левого интеллекта. Эстет работал сам. Можно было нырять обратно.
  -- А я говорю текстура тумана здесь не пойдет! - Филалет тоже любил напрягать голосовые связки.
  -- Спокойно, - бархатный шепот Аргенида отрезвлял многих, - Прям как дети. Это будет на втором круге. Оставьте мелочи.
   Они проспорили еще пару часов. Потихоньку добрались до содержания. Мастер исполнял роль ограничителя: слишком много хотели засунуть в те емкости, что выделили им под работу, слишком просто запихивали в разделы уже готовые коллекции и библиотеки.
   Аргениду было пора. Он тронул Тараса за плечо, кивнул, у двери попрощался с хозяйкой, подхватил баул и зашагал вниз по лестнице. Наушник исправно передавал затихавшую дискуссию.
   Уже на выходе из подъезда Аргениду почудилась опасность. Она вилась в воздухе, как дымок от торопливо затоптанной сигареты. Он шел к двери, предметы вокруг не двигались, а снаружи урчал какой-то механизм и деловито переругивались работяги. Все вокруг на секунду стало виртуальным, будто он был сети. Мастер остановился и прижал ладонь к заколовшему виску - слишком много паранойи, подумалось ему. Надо успокоиться, медленно вдохнуть - раз другой, третий. Открыть глаза. И в такт этим вдохам заскрипели тросы, ругань поменяла тональность - погрузка пошла наперекосяк. Кто-то из грузчиков особенно яростно дал руководящие указания и скрип прекратился.
   Аргенид Юрьевич осторожно выглянул из дверей: тяжелый фонарный столб, непонятно для чего поднятый краном у подъезда, теперь упирался основанием в землю, а вторым, ажурным, концом, в козырек подъезда. Сцена вероятного несчастного случая прокрутилась в сознании мастера на повышенных оборотах: он прежним бодрым шагом выходит на улицу, не видит столба, висящего прямо над ним, и получает аккуратный клевок металлическим прутом в темечко.
  -- Эй, трудяги, кран-то у вас - компьютерный? Чего ж такие дела?
  -- Компьютерный, компьютерный. Радуйся, что жив остался, - неприветливый механик пресек дискуссию на корню.
   Аргенид Юрьевич побыстрей ретировался. Надо было звонить. Этот сопляк, заплеванный молокосос, любитель хакерских баек, все-таки взялся за свое. Решил убрать его. Конкуренция, чтоб ей пусто было. И с кем? Добро бы с человеком, ну с корпорацией солидной в крайнем случае - тут бы он всегда договорился. Но этот мальчишка сам ведь почти ничего не делал: сынок богатых родителей, он управлял громадным ворохом полуразумных программ. Ему достаточно было пожелать, и план действий уже зажигался перед ним на дисплее.
   Тут садившийся в автобус Аргенид Юрьевич тревожно прищурился - понял, почему уцелел. Эту сцену он видел десятки раз: в играх и фильмах - человек выходит из подъезда, а на голову ему падает тяжелый предмет мебели. Несчастный случай устраивала программа: стандартный поход и никакой фантазии. Если у пацана есть хоть капля соображения, следующий раз он будет действовать сам.
   Собственный канал связи показался Аргениду Юрьевичу не таким надежным и юридическую консультацию он получил по вокзальному выходу в сеть. Оттуда же поговорил с тем прокурорским работником, что мог проникнуться его проблемами.
   Собственно, не был Аргенид Юрьевич таким уж беззащитным и одиноким вебмастером. Та пятерка, что работала непосредственно под его началом, была вершиной пирамиды. Как одному человеку никак невозможно создать такой сложный, выверено структурированный сайт, так и шестерым было не плечу. Тарас почти ничего не смыслил в музыке - а ее приходилось монтировать куда как тщательно. И как он договарился с той парочкой композиторов, старых неудачников теперь дававших уроки детишкам, никому не говорил. Логик-скелетолог, Гоша, как это не смешно, мало понимал во внутренностях программ - составлял тысячи схем, а программы писали подчиненные. Юнона не разбиралась в юриспруденции - и многое из ее любимых психологических приемчиков приходилось вымарывать. Так что под началом вебмастера была неполная сотня человек. Вполне приличная команда.
   Гоша жил в Нижнем Новгороде, и Аргениду Юрьевичу было именно туда. За окнами мелькали леса и умирал закат, болтали и угощались попутчики, но мастеру было не до того - сейчас он творил. Лежа на верхней полке, давя клавиши и нашептывая в микрофон, Аргенид Юрьевич занимался тем неуловимым трудом, который так редко удается оценить публике. Редактурой. По настоящему талантливый, преданный своему делу редактор не может быть простым фильтром. У всех творений найдутся недостатки, каждого можно заподозрить в незнании основ владения компьютером или скрытом графоманстве. Редактор должен проникнуться идеей проекта и так сложить, подогнать, подправить работы подчиненных, чтобы получилось то новое, что все назовут чудом.
   Когда этим занимается дирижер - ему аплодируют, когда продюсер или режиссер - им платят. Журнальных редакторов порой ненавидят. А вот ему выпала безвестность. Сиди он всю жизнь на одном и том же сайте, окучивай его антивирусами, поливай новыми книгами и картинами, удобряй медиа-проектами - он бы прославился как его держатель. Перебивайся от заработка к заработку и устраивай скандалы - стал бы мастером андеграунда, широко известным в узких кругах. Трудился бы до пенсии на корпорацию - почет и уважение сотрудников у него бы не отняли. А так всего было понемножку. Десятки тысяч людей пользовались его работами, но в лицо знали едва ли полсотни. Отчасти это было даже удобно.
   А библиотека все больше напоминала кристалл, растущий в колбе, бутон розы, распускающийся в новогодней игрушке. Та емкость, что им отвели под информацию, та память государственного сервера, она была как границы того пространства, в котором действовали пять бесплотных точек.
   Туда напихивалось все, до чего они могли дотянуться. Вся классика прошлых веков, что имелась на тысячах сайтов, популярная, но чуть устаревшая беллетристка, которую читали скорее от скуки, справочники, монографии, исследования - те, что бывают нужны каждый день или один раз в жизни. Новейшие выдумки бойких перьев, пока еще слишком дорогие для всех посетителей. Словом, получалась энциклопедия.
   Потом тоже самое случилось с живописью и скульптурой, архитектурой и парковым искусством. За ними пошла музыка: неловкие выдохи первой флейты и ритмичное бурчание синтезатора, гармоничные увертюры к симфониям и кряканье рэпа. Не забыли о картинках всей этой вакханалии - если читатель желает слышать скрипку работы Амати, то он же и должен видеть, как на ней играют. Да и какой идол популярной музыки позволит выпустить себя в сеть без собственного клипа? За такое и в суд могут подать. За всей этой лавиной информации шла еще большая - фильмы. Старые, плохо сохранившиеся, где актеры дергаются как бракованные марионетки, привычные Аргениду цветные ленты, потом объемные, поливариантные, интерактивные и все прочие, какие только позволяло взять авторское право. Еще игры - аркады, викторины, стратегии. От детских до антимаразматических.
   И самое обидное, вначале надо было сделать ту, черновую, выморочную работу. Вебмастер вместе с Гошей метался от раздела к разделу - распределял гигабайты жилплощади и выкидывал самое бесперспективное.
  -- Откуда взялась вся эта структуралистская чушь?
  -- Пусть будет - места не занимает.
  -- Ладно. А пять тысяч часов молчания? И это искусство? Почему съедает так много памяти?
  -- Это неслышные уху песни китов, - рассуждал из наушника редко появлявшийся голос композитора.
  -- Оставь ссылку. И не ставь к нам подобного. А это, это что за ужас? - цветовой хаос бился в окошке.
  -- Его посещают.
  -- Столько? Нет. Это может быть наркотиком. Не пойдет.
   До Нижнего оставалось минут сорок, когда Аргенид решил хоть немного поспать. В коротком, сумбурном сне он казался сам себе бегуном, у которого под ногами - тонкий лед. Тот трещал, не хотел держать и приходилось все быстрее и быстрее убегать от полыньи за спиной. Страх наполнял его, изменяя облик - ноги постепенно превращались в лапы, наподобие лягушачьих, и вот он уже бежит не по льду, а по редким не доломанным льдинам, отталкивается перепончатыми ступнями от воды, и нельзя останавливаться.
  -- Вокзал! - проводница трясла его за локоть.
  -- Да! Уже встаю! - мастер дернул настороженный перед сном ноутбук, побыстрей отключил пищалку, подхватил баул и вышел в нижегородскую ночь.
   Гоша жил в коттедже, а коттедж стоял в поселке, претендующем на дачный статус. Так что пришлось брать такси. Полусонный шофер лениво сверялся с "лоцманом" и бубнил себе под нос бесконечные обвинения в адрес таких несознательных пассажиров, которые норовят забраться черте куда. Аргенид Юрьевич молчал и только вызывая Гошу к калитке, делал это еще из машины - не хватало остаться в одиночестве перед не тем домом посреди незнакомых дач.
   От коттеджа, кстати, долго не подавалось признаков жизни.
  -- Ё! - скелетолог до последнего не верил, что к нему пожаловало виртуальное начальство.
  -- Принимай гостей, - Аргенид порядком устал.
  -- Заходите, - анемичный молодой человек в наспех одетой куртке развел руками.
   Гостеприимством коттедж Гоши не отличался - обычное жилище сетянина, у которого нет времени на уборку. Да и сам он, похоже, очень уж давно не видел на пороге людей. Рассеяно близоруко смотрел на запылившуюся гостиную и пытался суетой замаскировать провалы в памяти.
  -- Чай будет через... Варенье, бублики.
  -- У тебя есть бублики? - Аргенид Юрьевич картинно удивился, а Гоша еще больше удивился тому, что вспомнил о них, - Я не налоговая, пошли на кухню.
   Минут через десять, когда мастер чуть расслабился, и сон стал меньше давить на веки, состоялся разбор полетов.
  -- Гоша, мне нужна простая, надежная как валенок схема.
  -- Вы говорили.
  -- Знаешь зачем?
  -- Дык, устойчивость. Надежность. Сильвер, Аргенид Юрьевич, вы рубили лучше меня в этом деле еще двадцать лет назад. Можете мне лекцию прочесть. Я тоже могу, - эффект неожиданности кончился и хозяин коттеджа чувствовал себя на своей территории.
  -- На вырост. Начальную архитектуру будем гнать только под это.
  -- Думаете, это дело раскрутится?
  -- Должно, - мастер рассеяно, думая о своем, рассматривал внутренности кухни. Они больше напоминали склад консервов перед мировой войной, - Потому все делай тихо, чинно.
  -- Если на вырост, то надо брать новое, - Гоша успел по дороге на кухню захватить свой ноутбук, теперь поднял экран и увлеченно тыкал пальцами в схемы, - Эти критерии подбора - самое оно. Скорость взаимодействия с психикой...
  -- Скелето-олог, - Аргенид Юрьевич позвал его из сайта обратно на кухню, - Слушай сюда: двадцать лет назад для быстроты люди железо новое покупали, сейчас меньше, но все равно. Еще программы покупают. Но это все для рефлекса. В библиотеки для мыслей ходят.
   Подчиненный скривил физиономию, но субординацию сохранил.
  -- Да. Границы между секторами оставь, подборку по словам стандартную делай.
  -- Вот как раз думать и не будут.
  -- Еще чего. Главное, чтоб над материалом думали, а не над поисками. В интерфейсе логика должна быть - чтоб ее и ребенок понял. Гоша, я не против оригинальности - раскопаешь новую хорошую идею, вставляй немедленно. Даже больше - одна абсолютно оригинальная придумка должна быть обязательно. Только дело не испогань. Ну чего я тебе это втолковываю!? - Аргенид Юрьевич чуть повысил голос.
  -- Ладно, - Гоша взъерошил ладонями редкую белесую шевелюру, - Подумаем, сделаем... Чего приехали-то?
  -- Дела. Да и вообще. Сотрудников проведывать надо. Второй час ночи - наши все уже отрубились, можно отдохнуть: хозяйство свое покажешь?
   Сфера полного выхода в виртуальность - "калитка в астрал", где костюм владельца висел на десятках проводов, и достигалась полная иллюзия парения, - чистотой и хорошим запахом похвастаться не могла. Аргенид Юрьевич почти равнодушно внимал рассказу Гоши, стараясь лучше присмотреться к нему самому.
  -- Слушай, тебе в таком свинарнике еще колоться не хватало, - слова балансировали на грани между вопросом и констатацией.
  -- Вы че... Нет, мне этого добра хватает, - Гоша начал путано объяснять, как он ловит кайф от работы с машиной.
   Укладываясь спать в самой холодной и мрачной, зато свежей комнатке, мастер все никак не мог решить - этот человек наркоман или у него ясное сознание.
   Утром интернет не включился. Молчала львиная доля техники в коттедже. Это мог быть только очередной ход его противника. Чем их накрыли - не суть важно. Исхитрились запустить новый вирус в системы, или подъехала неприметная машинка, высунулось из нее рыло импульсной пушки и погорели в доме все схемы.
  -- Бегом к соседям, такси вызывай, - отсюда надо было быстрее выбираться.
  -- Лучше вы - у вас лицо представительней.
  -- А черт! Куда тут идти?
   Окрестные дачи пустовали. Аргенид Юрьевич вернулся замерзшим и чрезвычайно злым на человека, который не знает, что делается вокруг его жилья. По счастью ругаться, а потом ехать на велосипеде к ближайшему шоссе не пришлось - дали себя знать меры предосторожности. Аккуратный синий фургончик затормозил прямо у ворот. Егорыч, запасной модератор, понял что нет связи и звякнул в службу технической поддержки пользователей - прибыла на помощь "красная армия".
  -- Да, новая зараза!! Кто впустил?! Не знаем! - звук в телефоне еще не восстановился, и тот норовил стать громкоговорителем, - Работали только по нам! Проекты не пожрали! Антивирус пашет!
  -- Отбой! - рявкнул в трубку Аргенид Юрьевич. Техники остались разбираться с коттеджем Гоши и наладить систему обещали только к вечеру. Сам вебмастер уже сидел на вокзале. Ему подобные формы конкуренции нравились все меньше и меньше. Если этого паршивца не поймают в пару ближайших дней - он может пустит все дело коту под хвост. Взятка взяткой, но чиновник тоже не ангел - будет задержка и он сменит подрядчика.
   Старый и седой человек, примостившийся в кресле зала ожидания, вдруг как-то очень сосредоточено посмотрел на телефоны и черные, смертельные мысли можно было прочесть в этом взгляде. Подумал, подышал на болевшие от холода пальцы. Нет. Потом за это придется слишком много отдать. Билет, поезд, Саранск.
   В очереди к турникету мастер пытался вспомнить, что уже сделали по стилистическому единству. На этой проблеме стирались зубы почти у всех - цветовая гамма рядом не стояла. Как не превратить эти мириады бит информации, что будет усваивать пользователь, в кондовый монолит. И как не впасть в другую крайность - пестрый хаос. Где середина между собранием сочинений и грудой брошюр? Без компьютера думалось плохо.
   В купе Аргенид Юрьевич наконец смог зайти в сеть.
  -- Шеф, а ваши алгоритмы подделывали! - обрадовал его Петр-эклектик из низового звена. Раз библиотека еще стояла, значит коряво подделывали.
   Но работу все равно надо было осматривать. Как садовник обходит свои владения, так и мастер оглядывал выросшие за ночь конструкции. Лакуна в сети почти заполнилась - в нее заложили все, что только могли.
  -- Юнона. Юнона! Твой выход, - специалистка по семиотике и психологии могла начинать сольную партию.
  -- Эх, Сильвер, меня с самого начала выпускать надо! - голос цыганки и позвякивание бус.
  -- Нет Юноночка, ты тогда все завитушками покроешь, - влез конкурирующий на этой почве Ларг, но его выставились подбирать шероховатость обоев.
  -- Тема твоя проста, как ядерная бомба, - мастер не до конца все продумал, потому в голову лезли сторонние ассоциации, - Люди должны, при всей легкости чтения, захотеть учиться. Сделай так, чтобы от развлечения они перешли к познанию.
  -- Этого... достаточно? - все яды и токсины, известные науке, были в ее голосе.
  -- Там еще по мелочам - Ларга на контроле держать, цензуру прикрывать. Ну, ты знаешь.
   Слушая ответную филиппику Юноны, Аргенид успел познакомиться с попутчиками, а мирясь и вспоминая прошлое - выпить пару кружечек чаю.
  -- Ты разыщи, главное, механизмы этих приемов. Чтоб в ясных как день ответах была капелька тайны, символизма.
  -- Скрытый смысл.
  -- Именно, кха, - мастер чуть не поперхнулся долькой лимона, - Только не переборщи, я тебя умоляю. Ясность для клиента - прежде всего, от намеков голова болеть не должна.
  -- Хорошо. Какие у нас допуски на подсознание? - актуальный вопрос для всех сайтов, - Где у нас кончаются подсказки и начинается внушение?
   Аргенид Юрьевич тяжело вздохнул.
  -- Заведение это государственное. У него есть маленькая цель - патриотизм. Под него надо выстроить весь скрытый смысл знаков. Человек должен начать гордиться отчизной.
  -- Это политика, Сильвер!
  -- Вот потому ты и главная среди психологов, Юнона, что осторожней других. Нам в первый раз, что ли? Словом, ты можешь пользоваться всем, кроме встраиваемых в подсознание комплексов, - мастер выбил на клавиатуре ссылку на список запретов, - Вот такие пироги.
  -- А посетитель должен стать думающим или патриотом? - яда в ее голосе убавилось не слишком.
  -- Знание должно толкать его к дыму отечества, - нашелся Аргенид Юрьевич, - И Юнона, я ведь надеюсь на тонкую работу. Гусарскими мундирами тут не отделаешься.
  -- Тогда надо перекраивать систему ссылок, а не обкуриваться.
  -- Как вам всем хочется стать главным, - восхищение в голосе мастера не уступало токсичности ответов Юноны, - И ведь знаете, что систему не удержите. Ты бы еще потребовала цензуры в подборке текстов... Зачем Гошу обижать? Тебе библиотеку не в критский лабиринт превращать надо, а чтоб человек там сам к знанию потянулся.
   Они продуктивно переругивались еще довольно долго.
  -- Да, еще одно. Я ж в гости к тебе еду.
  -- А я будто не знаю. Ларг всем раструбил.
  -- Ты на колесах, забери меня с вокзала. И поосторожней.
   Юнона в миру была Аленой Макаровой - сухонькой пожилой женщиной с тяжелой затейливой прической и умными прищуренными глазами. Иногда Аргенид думал, что встреть он ее раньше, плюнул бы на все и развелся. Вот только редко они виделись, и поводов особенных к таким мыслям она не давала.
   Машина ее - сильно подержанная "хонда" - на стоянке оказалась в самом крайнем ряду, и Аргениду Юрьевичу пришлось ориентироваться по телефону.
  -- Слушай, Аргенид, я думала над этим проектом, - она уже минут пять лихо вертела руль и в очередной раз мастеру казалось, что они не впишутся в поворот, - Поняла, почему ты на всех взъелся.
  -- И?
  -- Это дело для вечности.
  -- Эп, - машину подбросило на очередной колдобине.
  -- Мы все вкалываем над рутиной. Каждый день. У меня львиная доля работы - исправление ошибок. Что исправила - нужно людям пять минут. А чтоб навсегда - до этого руки не доходят.
   Алена резко затормозила у старого, недавно поштукатуренного, двухэтажного домика.
  -- Я на втором этаже тут. Квартирую. Так что по поводу вечности? - у нее получилось говорить все без перерыва на соображение собеседника.
  -- Не вечность, - Аргенид Юрьевич выбрался сам и втягивал баул с заднего сиденья, - Но мыслишь верно. Так это и есть твое милое обиталище?
  -- Чем плохо? - она задорно сверкнула глазами.
  -- А кто говорит, что плохо?
   Из открытой двери потянуло запахом той особой, полумузейной ветхости, каким пропитываются все старушечьи обиталища. Квартира сороки, воспитанной в немецкой семье: аккуратность и система в немыслимой груде книг, вазочек, вышитых платочков и маленьких нефритовых статуэток. Рабочее место было апофеозом этого упорядоченного хаоса - пять не выключенных дисплеев, по периметру утыканных гроздьями записок на цветных листиках. На самих экранах тоже монотонности не наблюдалось: окна наползали друг на друга, как чешуя карася, да еще и шевелились в придачу - выполненные задания мигали зелеными рамочками.
  -- Вот деньжат на этом деле поднакоплю - прикуплю еще десяток экранчиков, чтоб с бумагой не мучаться. Каждую неделю приходится новые пачки покупать, - она показала на стул, с которого мастер аккуратно переложил на бюро груду альбомов.
  -- Так возьми новую оболочку, или камеру купи - за зрачком следить, - Аргенид Юрьевич успокоился: его подозрения в том, что семиотик по крупному ворует, не оправдывались.
  -- Привыкла я к этому, - ее пальцы ударили по клавишам и окна пришли в движение, - Основным мотивом будет недочитанная глава.
   И символы усеяли дисплеи, как ветрянка - физиономию мальчишки.
  -- Книги - тут просто. В заглавиях, орнаментах и наших текстах мы выкладываем не перевернутые страницы. Тут нашли свежую подборку гравюр - вполне подойдет.
  -- У нее тематики хватает?
   Вместо ответа экраны запульсировали десятками вариантов одной и той же картинки - пальцы приподнимали край листа.
  -- Что в кино? - мастер с трудом поспевал улавливать все, что делалось на экранах.
  -- Там сложнее. В оформление заставок надо ставить вырезки из умных фильмов. Но там подходящих кадров - стенку обклеить не хватит. Надо монтировать, делать коллажи. Сейчас я с Ларгом...
  -- А смысловые уровни?
  -- Порядок - мы от детской литературы к энциклопедиям не отсылаем.
   Прошла еще одна серия изображений, уже совмещенная с заглавиями: иллюстрации соответствовали названию, но красными техническими контурами в них были обведены элементы, которых не было в тексте. Ссылки от них вели к новым, лишь чуть более сложным, книгам.
   Тоже было и с музыкой: намеки на качество адажио, судьбу скрипок и конкурирующие симфонии, маскировались в самых неожиданных местах.
  -- Ну, Аргенид, теперь о главном, - Алена отстучала на клавишах особенно забористую очередь.
   Был вызван Ларг, мастер вынул из баула ноутбук, чтобы приказывать от своего имени, и началась многочасовая, утомительнейшая перепалка, которую несведущие в подобных делах люди именуют творческим спором. Выясняли нужную степень пушистости перьев и необходимую сочность цветов, толщину штриха и ширину мазка, свирепость физиономий пиратов и степень обнажения нимф. Закончили с начатками статичной агитации, надо было приступать к динамической.
  -- Инструктора нужно делать Вергилием, как у Данте!
  -- Какой Данте, все скажут, что у нас здесь черти с котлами!
  -- Надо делать несколько проводников!
  -- Начинается! Ты еще семерых козлят на подмогу позови!
   Определить, кто есть кто в этом сплетении выкриков, картинок и сумбурных доводов, обычно затруднительно даже для самих участников диалога. Но когда все охрипли, ушел задор и глаза отказывались видеть мелкие штрихи - в сухом остатке обнаружилась некая новая мудрость. В том самом кабинете, с которого будет начинаться общение с библиотекой, поселяться разнокалиберные персонажи. От колобка до мумии. Они будут весело проводить время - играть и спорить (игры, тексты диалогов, конкретный дизайн каждого из проводников сочинятся позднее). Посетитель, если ему скучно, прислушается к их беседе, сыграет с Гермесом в кости, а у терминатора сможет выкрутить топливный элемент. И проводником по библиотеке возьмут того, кто придется по душе. Захотят обойтись вообще без компании - сами прочтут название книги, путь даже оно изменится под их взглядом.
  -- Перерыв, - Аргенид потянулся, и отсиженную ногу разом укусили тысячи мурашек.
  -- Ужинать будешь? - за окнами была ночь.
  -- Неплохо бы. Что ты делаешь!? - зашипел мастер.
  -- Сопроводиловку вывешиваю, - Алена удивилась.
   Стандартное объявление - работа вчерне готова - и семиотик решительно не понимала, почему надо играть желваками и щурить глаза.
  -- Ты такое каждый раз сбрасывала? - мастер совершенно забыл об этом!
  -- Естественно. А по чем мои низовые звенья будут ориентироваться? Теперь пожалуйста, работать начнут.
   В голове у Аргенида прокручивались варианты событий: молокососу теперь некуда отступать, если хочет оставить работу за собой - должен работать немедленно.
  -- Золотце, ужина не будет, сваливаем отсюда, - он выбил на клавиатуре номер, проговорил в трубу адрес, вытащил из гнезда батарею и начал упаковываться.
  -- Так это серьезно? - она еще не понимала.
  -- Конечно. Тут есть другой ход на первый этаж?
   Через пять минут они уже сидели в просторном чулане под лестницей - за стальной дверью в палец толщиной и основательным засовом
  -- Жутко романтично, - возмущалась Алена, - Прятаться непонятно от кого в собственном чулане, где муж до развода мотоцикл держал!
  -- Тише, сейчас расскажу от кого, - и Аргенид действительно рассказал все что знал, особо не приукрашивая действительность, - Ребята из агентства уже наверняка в засаде сидят. Подождем, пока эти субчики не явятся - их возьмут и можно будет успокоиться.
  -- Знаешь, можно тебе в ноутбук жучка засадить - и мороки столько не будет, - оптимизма семиотик тоже не проявила.
  -- Нет. На вокзалах уже год тотальные проверки - как на взрывчатку. После самарской бомбы страхуются.
  -- Так они дом подпалят!
  -- Спокойно, - Аргенид думал, - Отсюда в подвал уйти можно?
  -- Нет. Только из соседнего чулана, а он вообще задраен, - Алена явно хотела на воздух.
   Мастер пощупал перегородку.
  -- Тут горбыль и обшивка. Проломлю.
   Хотел говорить и дальше, но тут явились гости - парадную дверь с треском и грохотом вышибли, а потом ломанулись по ступенькам. Лена дернулась к двери, но Аргенид перехватил ее. Судя по убогой ругани и плохой организации, это была банда молодых отморозков, из тех, что не переведутся никогда.
  -- Вот так и наступает момент истины, - прошептал мастер.
   Момент этот изрядно затянулся: еще с четверть часа неудачливые киллеры переворачивали квартиру вверх дном. Соседи снизу должны были уже оборвать телефон в милиции, но бандюки, очевидно, подстраховались - выставили помехи или еще что.
   Только, когда навьючившись вещичками поценнее, они выходили во двор, силы правопорядка решили, что все может закончиться без них. В чулане были слышны только крики, выстрелы и удары.
  -- А дело, дело не столько в вечности, сколько в бессмертии. Я хочу сделать вещь, которая переживет меня, - мастер говорил это, взявшись за ручку засова. Это нужно было сказать, и лучше до того, как Алена увидит разгром своей квартиры.
   Потом начался кошмар. Не тот быстротечный, когда убегаешь от ужаса во сне, и не тот спокойный, полный тишины страх, который держал их под лестницей. Нет. Деятельный и говорливый, он атаковал зрение и слух, а через них грыз совесть. Первосортный скандал, затеянный хозяйкой квартиры и одновременный допрос всех свидетелей прибывшей милицией. Аргенид Юрьевич, вынужденный отвечать на вопросы, попутно узнал о себе много нового - и кто он такой, и кто его родители, и что он умеет делать. По счастью, Алена переключилась на разбор вещей, которые прихватили с собой бандиты.
   Кончилось все это под утро в участке, в прокуренном, неряшливом кабинете.
  -- Капитан, - небритый, с мешками под глазами, мастер, утратил большую часть своей презентабельности, - Ко мне претензии есть?
  -- Вроде нет, - служитель закона, сидевший по ту сторону стола, делал вид, что смотрел на дисплей и упорно не замечал адвоката.
  -- Так я буду по месту жительства?
  -- Мг. Вот ваши документы, гражданин Инеев. Сканер отпечатков слева от выхода. Свободны.
   Надо было ловить машину и ехать на вокзал. Ночной морозец посеребрил траву и она хрустела под ногами.
   Большую часть пути домой он вульгарно провалялся на верхней полке. Попутчик снизу болел за "Спартак" и своими криками, как рыбу со дна реки, вытягивал его из глубин сна. Аргенид Юрьевич вспоминал где он, не разлепляя век тянулся к ноутбуку, но сил не было и он проваливался обратно. Проснулся мастер за полдень - крики в купе уже прекратились и мысли ворочались неспешно, как загружаемый из сети фильм. Зачем он поехал на поезде, да и в городе чаще на трамваях, чем на своей старенькой колымаге? Чтоб руки были свободны - всегда для работы не хватает времени. Но почему с ноутбуком, как вообще сохранилось это старье, когда вся его начинка умещается в телефоне? Наверное, в технике сохраняется все, что подделывается под человека - сколько тысяч лет дверной ручке, а никакой фотоэлемент ее не вытеснит. Человеку нравится самому открывать дверь. И клавиатура никогда не умрет - выбивать текст быстрей, чем говорить. Мысли улетели совсем уж далеко, когда мастер спохватился - работа.
  -- Юнона еще в седле? - жуя бутерброд и пытаясь одновременно запивать его чаем, Аргенид Юрьвич осматривал библиотеку.
  -- Куда мне деться!? Ты мне еще компенсацию выплатишь!
   Работа вернула живость пальцам. Библиотека напоминала розу, у которой слишком вычурные и одновременно слишком прозрачные лепестки. Скелет был, эстетика была, скрытый знаковый уровень проявлялся. Мастер срезал лишнее и помогал выбирать правильное. Надо было сделать еще тысячу и одну мелочь. Были и не мелочи - кровь из носа Аргенид Юрьевич должен был успеть до нового года перетащить в библиотеку несколько дискуссионных клубов. Но имелась еще одна задача. Решить ее можно было только в городе. В университете.
   Длинные, тоскливые сумерки уже затянули небо, а улицы зажглись фонарями. Машины бесконечной рекой тянулись по асфальту. Оружейный магазин отнял совсем немного времени и скоро Аргенид Юрьевич стоял перед учебным корпусом и пытался разобраться со схемой на экране телефона.
  -- Поднимайся на третий этаж - там везде пройдешь, - Филалет двигал курсор по линиям.
   Кабинет философа, наверное не только его, стояло там еще пара столов, когда-то был частью большого зала. И сейчас за гипсовой стенкой шумело ученое собрание - доносились слова, то ли плохо расслышанные, то ли вообще непонятные.
  -- Пригласить домой не могу, извини. Ты, Аргенид, говорят, несчастье приводишь, - Михаил, суховатый человечек лет сорока, пил чай.
  -- Разве я?
  -- Хорошо. Не ты. Вот только что в библиотеке должно появиться такого, чтобы ты был здесь?
  -- Понимаешь, - разговор намечался длинный и мастер потянулся ко второй кружке, - Допусти, приходит к нам человек. Пусть он даже думающий. Порыщет он по сусекам, добудет знаний. Погордится Родиной. Но только надо, чтоб он сам поменялся.
  -- Понимаю. Самопознание человека. Однако, способом у меня сделать подобное много, как ты это видишь? Ведь с чего начинается познание? С проблемы, - Михаил подмигнул Аргениду, - В чем проблема этого посетителя?
   Тот немного помолчал.
  -- У многих людей проблемы одни и те же. Допустим, он сомневается в близких или коллегах.
  -- Согласен, в этом нет ничего противоестественного. Значит, мы должны помочь ему этот страх развеять. Спокойной обстановкой, логичными ответами. Но ведь этого мало. - Михаил достал из ящика кулек с бубликами. - Угощайся.
  -- Спасибо, - мастер потянулся к провизии, - Правда, мало. Что же нам делать?
  -- Искать причины этого страха. Пусть психологи ищут в нем самом, мы поищем в его работе.
  -- И что же мы там увидим?
  -- Он захотел оставить после себя нечто выдающееся. И дело тут не в старении населения. Общая для всех проблема - зачем вообще работа?
  -- Он не любит бить баклуши, мы ведь говорим о мыслящем человеке, - поправил Аргенид Юрьевич.
  -- Да. Вот только для него работа - вдумчивый и кропотливый труд. Он должен знать тысячи вещей, разбираться в десятках тем. А его конкурент не ходит в библиотеку. Компьютеры стали такими умными, что сами подсказывают ему ответы. Он чувствует себя владыкой сверхъестественного. Магам же ни к чему инструмент познания мира - их воля исполняется не от понимания, а от желания. Потому этот человек борется с конкурентом, как со злым волшебником: проверяет всех вокруг, не пользуются ли они слишком умными программами, заезжает ко всем своим старым знакомым - хочет убедиться, что они вообще еще есть на свете, не пользуются ли напропалую теми же умными программами. И как нам заставить его познавать себя? Ты знаешь?
  -- Скажи мне, ты же философ, - мастер смотрел ему в глаза.
  -- Ой, если б я знал наверняка. Я выяснил для себя только проблему этого человека - как заставить трудиться других, если те могут все взять и так? Оставаясь человеком, он хочет работать не хуже машин, - Михаил вздохнул и продолжил другим тоном, - Третьим слоем в библиотеке пойдут загадки, для решения которых надо измениться самому. Научиться принимать решения, творить. Тут нужен интерактив. Я собрал полсотни баек и притч, сейчас монтирую их по оглавлениям, но у меня тяжело с визуальным рядом. Подборки музыки для медитации на сайте уже есть, их получше разложить надо.
  -- Что с играми? Нашел подходящие?
   Деловой разговор затянулся - стихли дискуссии за стенкой, успели взять с вешалки свои куртки и плащи ее участники, за окном выключился фонарь, а они все разбирались, как заставить человека увидеть оплошность в себе, как сделать из посещения библиотеки способ самосовершенствования. Заваривали по третьему разу чай, а мастер, видя полутемные коридоры, на всякий случай закрыл дверь.
   Стук и звонок мобильного прозвучали одновременно. Михаил удивленно поднял брови, а мастер, увидев это, быстро сунул руку в баул.
  -- Поздно уже! Сдавайте ключи! - каркнул из-за двери старческий голос.
  -- Это обход, охрана, - успокоил Аргенида философ.
  -- Ты его узнаешь? - тому уже не просто было успокоиться.
   Вместо ответа Михаил приложил ладонь к уху - дескать, возьми трубу - и пошел открывать дверь. Мастер поставил левой рукой баул на стол, не вынимая оттуда правую, взял телефон и одновременно постарался внимательно смотреть на дверь.
  -- Аргенид Юрьевич? - это был звонок от того самого прокурорского работника, сочувствующего проблемам вебдизайнеров, - Мы его взяли. Ваш сигнал был обоснован - в его машине были файлы с описанием планов покушений на вашу жизнь. Сейчас можете быть спокойны.
  -- И запираются тут чегой-то, - негодовал сторож, - Не ресторан, однако. Выметайтеся поскорее.
   Время было позднее, но автобусы еще ходили. Старый мастер интернет-проектов сидел в просторном пустом салоне, смотрел на огни рекламы и ему казалось, что выиграв последнюю битву, он проиграл войну. Еще будут заказы, но такого мощного, впечатляющего, он вряд ли дождется. Или не проиграл - все-таки он сможет ухаживать за сайтом, как садовник, выращивать плоды сомнений и снимать урожаи вопросов. Это будет его хобби на остаток творческой карьеры.
   Остановка. Дом. Предчувствия тепла и покоя укутало Аргенида Юрьевича мягким одеялом и он улыбнулся: все-таки от этого приключения будет одна несомненная польза - не надо выдумывать предлога, чтобы помириться с женой.

Декабрь 2003.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"