# Городской сад

Михаил Михайлович Блатник

Несказанно ласковые дни и ночи мая!

Томная радость обуяла нынче меня.

Я вспомнил полное света небо своей юности.

Очень живо припомнились мне: городской сад обнесённый ажурной каменной оградой, прохлада пышной дубравы на берегу роскошного пруда, шелковистая трава с россыпями одуванчиков и удивительно царственная лень от разогретой солнцем земли до самых глубин голубого неба.

Сегодня какое-то далекое, давно забытое празднество сияло с новой силой в бликах из света и тени, а качающиеся узорные тени и трепет листвы наполняли своей тоской пространство.

Невнятная повесть природы!

Некогда в такой же пестрой светотени по аллеям этого сада, посыпанным белоснежным песком, бродили парами мужчины и женщины в

праздничных нарядах. И когда свет скользил по нарядам гуляющих, тогда всё преображалось, как бы наполняло воздух праздничной музыкой и таинством движения жизни.

О, несказанные дни и ночи мои с томной радостью, скорбным томлением в ожидании чего-то нового, необычного, таинственного.

Это было так недавно - и все же время принесло большие перемены.

Теперь полураздетые, усыхающие дубы мрачно смотрят на серое стекло обмелевшего пруда, где в былые времена, веселясь, купались люди.

Аллеи и дорожки поросли колючим бурьяном да скучно белеют развалины кирпичной ограды. А в печальном шелесте камыша объявшего замусоренный пруд, теперь одни неугомонные лягушки звонко перекликаются между собой.

Везде теперь царит трезвый полуденный свет новой жизни. Он даже из души моей изгнал тень досугов сада. Шум улицы, гул машин, дым

цивилизации проникли во все области существования. Быть может это и к лучшему, но я никак не могу видеть в этом только хорошее.

Очаровательные дни моей юности!

Как недавно и давно я смотрел на склоняющийся день и видел, как закатное небо закрывает киоски золотых игрушек и на востоке, над тёмною каймой деревьев восходит луна. Посеребренная тишина вступает в свои права и разливается над землей, над заброшенным садом, над суетой улицы с копотью, горьким запахом гари и грохотом нового времени. Не слышно плеска воды,

шелеста деревьев, одетых в серебристую тень майской ночи, лишь лунный свет течет, как прежде, на черное зеркало зачахшего пруда. Как недавно и - давно!