Блэк: другие произведения.

Месть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Жил-был дракон. Плохой или хороший, но дракон. И главным в его жизни было - быть драконом. А, когда у него это отняли, он отправился на поиски своей сущности.


Месть

  
   Дракон Вильрэй Дан-Лерти лежал в пещере и слушал. Шаги снаружи приближались, и он чувствовал смутную угрозу от того, кто шел к его жилищу. Угроза была непонятна. Из всех, живущих в мире, он мог опасаться только более крупных драконов, но они водились только на островах и не интересовались делами материка. На этой земле Вильрэй был хозяином, с тех пор, как поселился в этой пещере более ста лет назад. Срок не такой уж большой, однако, как считал Вильрэй, вполне достаточный, чтобы местные жители, слабые и трусливые двуногие, поняли, кто он такой, и держались от его пещеры подальше. Но тот, кто сейчас шел к нему в гости, явно был двуногим, Вильрэй различал характерный запах. К этому запаху примешивался другой -- запах магии. Слабенькой магии двуногих, с которой Вильрэй уже сталкивался в молодости. Уже тогда их бормотания и травки были безвредны для дракона, сейчас -- тем более. Вильрэя удивляло даже не как то, что двуногий покусился на его покой. Гораздо больше его удивляло ощущение опасности.
   -- Ты здесь?
   Вильрэй насмешливо посмотрел на фигуру, возникшую в светлом проеме входа. Он мог испепелить дерзкого одним выдохом, но ему не хотелось делать это прежде, чем он поймет, в чем дело.
   -- Я -- маг, -- продолжил двуногий. -- Я служу сейчас в деревне, что у слияния рек. Ты кормишься их стадами на протяжении многих лет.
   Вильрэй лениво подумал, что, кормись он только стадами, давно бы умер с голода. Деревня была небольшая, и стада, которое держали ее жители, хватило бы где-то на пару месяцев.
   -- Я понимаю, драконам тоже надо есть. Но тем летом была засуха, и крестьяне заготовили мало корма для скота. И для себя тоже. Очень многих животных пришлось зарезать зимой, и сейчас деревня сильно обеднела. Вчера ты убил двух ягнят...
   Вильрэй хотел было ответить, что ягнята были настолько глупы, что сами отбились от стада и приблизились к его пещере. Но он не собирался разговаривать с двуногим.
   -- Ты не представляешь, что значили для хозяев эти ягнята! Они же родились в голодный год, когда овец осталось так мало... Если ты будешь продолжать питаться от нашего стада, крестьяне останутся совсем без скотины. Они попросили меня убить тебя.
   Если бы Вильрэй был человеком, он бы рассмеялся.
   -- Я не хочу. Драконы нужны, раз природа создала их. Да, вы опасны, но вы еще и красивы... В общем, я не воин, я ученый. И я подумал, что мы можем договориться. Ты не тронешь деревенских стад, а я не трону тебя.
   Вильрэй молчал, хотя прямо-таки закипал от бешенства.
   -- Ты, конечно, не веришь, что я могу причинить тебе вред. Возле твоей пещеры, справа, растут три березки. Возле них я устрою одну из магических ловушек. Если тебе угодно убедиться, что я не шучу, ты можешь попробовать ее пройти. Я специально сделал ее не смертельной, но, думаю, после нее ты зауважаешь людей.
   Маг потоптался немного у входа в пещеру. Потом сказал:
   -- Ты, конечно, понимаешь человеческую речь, но знакомо ли тебе здешнее наречие? Тебе повторить на языке островов?
   Дракон не ответил, и маг повторил. После этого он повернулся спиной и ушел.
   Вильрэй слышал, как он возиться возле пещеры. Он подождал, когда двуногий закончит, и выбрался из пещеры.
   Возле березок ощущался запах магии. Вильрэй повел носом, поморщился. Обошел березы, чувствуя себя глупо. Чем мог угрожать ему двуногий? Однако, когда он хотел взлететь (навестить пастбище, чтобы двуногие не расслаблялись), обнаружилось, что мышцы на крыльях ослабели.
   Что такое бабочка с оторванными крыльями? Безобразный червяк. Вильрэй почувствовал себя простой ящерицей, он чуть не взвыл от унижения -- и от страха. Как теперь добывать пищу? Да и как вообще жить? Полеты доставляли Вильрэю настоящее удовольствие. Он любил летать больше всего на свете. Мысль о том, что какой-то двуногий слабак лишил его этого, была непереносима. Вильрэй, не веря в свое несчастье, вновь и вновь пытался развернуть крылья. Когда ему это, наконец, удалось, они повисли по бокам тела, словно в них были подрезаны жилы. Волоча за собой крылья, Вильрэй вернулся в пещеру. Ему хотелось кричать, и он до боли кусал лапы, чтобы не дать себе проявить слабость.
   Через час действие магии кончилось. Вильрэй вылетел из своего укрытия, посмотрел, прищурившись, на березы, и дохнул на них пламенем. А потом развернулся и полетел к деревне.
   Запах мага был силен. И Вильрэй довольно быстро нашел дом, к которому он вел...
   Он столкнулся с магической защитой, но она была примитивна. Такая сгодилась бы от воров, от враждебно настроенных двуногих, может, и от дракона -- только от совсем слабого. Вильрэй смял защиту, разорвал ее резким взмахом крыльев. И превратил дом в гигантский костер.
   Он знал почти сразу, что маг мертв. Но продолжал жечь, желая, чтобы от дома, где жил дерзкий, не осталось даже остова. Когда он прекратил, довольный своей работой, землю в том месте, где стоял дом мага, покрывал толстый слой пепла. Вильрэй поднял крыльями ветер, который разнес этот пепел по ветру.
  
   -- Я пришел убить тебя.
   Голос мага был безжизненным и серым. Вильрэй подумал было, что имеет дело с зомби -- но нет, запах двуногого не изменился. Человек.
   -- Я, конечно, сам виноват, -- тон мага изменился, сломался.
   Светловолосый парень в серой мешковатой одежде, которая была ему велика, неожиданно согнулся от рыданий. Потом выпрямился и посмотрел в глаза лежавшему перед ним дракону.
   -- Я поставил защиту. И запутал след. Я слишком понадеялся на свои силы. Я сам виноват в том, что моя сестра и ее ребенок погибли. Но убил их -- ты.
   Вильрэю надоел сентиментальный бред мальчишки. Он приподнял голову и лениво дохнул пламенем в сторону двуногого.
   Ничего не произошло.
   -- Я прочел всю Книгу Драконов, -- сказал маг, смахивая слезы широким рукавом. Он протянул ясеневый жезл в сторону Вильрэя; голос мага, только что негромкий и слабый, стал звонким, наполнил собой всю пещеру. Непонятные слова заклинания окружили дракона. Он беспокойно поднялся, рванулся к выходу, но свет померк перед ним. Он рухнул перед победившим его. Зеленые глаза Вильрэя Дан-Лерти медленно закрылись.
  
   Он не чувствовал ни боли, ни головокружения -- ничего. Только легкий холод, как было с ним однажды, когда он из любопытства залетел далеко на север. Вильрэй открыл глаза и уставился на вход в пещеру, вспоминая. Куда делся тот маг? Что произошло? Дракон помотал головой, пытаясь поставить мысли на место, но это совсем не помогло. Он не помнил, что было после того, как маг закончил читать заклинание. И еще... ему было холодно. И неудобно.
   Вильрэй рывком встал. Что за...
   Он уставился на свои руки. Руки, а не лапы. Противные конечности людей, с безобразно длинными пальцами и никуда не годными когтями.
   Вильрэй Дан-Лерти, бывший дракон, медленно встал на две ноги, как стоят люди. И тут же снова сел, теперь по-человечески.
   Он был смел и вынослив, и потому не дал воли ни гневу, ни отчаянию. Осмотрев себя еще раз, он убедился, что действительно стал человеком. Как же отвратительно выглядит человек... Вильрэй обвел взглядом пещеру, стараясь внутренним взором проследить магию. Но внутреннее зрение изменило ему. Он видел теперь так, как, он догадался, видят люди. Слабые двуногие оказались к тому же и слепы наполовину.
   Несмотря на ужас положения, Вильрэй не мог не оценить сообразительности мага. Действительно, смерть была бы для Вильрэя гораздо менее тяжелым наказанием, чем превращение в человека. Однако... Маг оказался сильнее, чем полагал Вильрэй, сильнее, чем вообще может быть человек. Бывший дракон отметил это без страха, скорее -- просто принял к сведению. У него не было ни малейших сомнений в том, как жить дальше. Просто найти этого гаденыша и заставить его вернуть Вильрэю нормальный облик. Как -- неважно. Важно -- скорее. И еще важно, чтобы потом этот мерзавец-маг долго мучился перед смертью...
   Вильрэй поймал себя на том, что методично бьет рукой по каменному полу. Он все же потерял контроль. Да... Не потеряешь тут!
   Он вскочил. Ярость захлестнула его, хотелось реветь и крушить камни.
   Болела разбитая рука, и было холодно...
  
   Час спустя, слегка успокоившись (или выбившись из сил?) Вильрэй обнаружил одежду, оставленную для него магом. Он брезгливо посмотрел на нее и оставил было ее в пещере. Обойдется. Впрочем, почти покинув свой дом, он подумал о том, что двуногим будет смешно смотреть на него, обнаженного. Он немного знал их привычки и повадки -- о, недостаточно, чтобы быстро выследить своего врага, но достаточно, чтобы презирать его в той же мере, что и ненавидеть. Вильрэй вовсе не собирался строить из себя балаган, так что, подумав, он облачился в оставленное ему тряпье. С тесемками на куртке вышла небольшая заминка, но в конце концов он так спутал узлы на тесемках, что нужда в узлах отпала.
   Стало теплее, но Вильрэю мешал запах кожи, исходивший от одежды. Обоняние у него стало гораздо хуже драконьего, и все же лучше, чем человеческое -- пригнувшись низко к земле, он смог почувствовать запах мага. Слабый, но пока ощутимый, он вел прочь от пещеры, мимо сожженных берез. Там на пепле отпечатались и его следы -- Вильрэй на всякий случай запомнил размер и форму отпечатков. Он пригляделся -- и усмехнулся. Его обидчик слегка хромал на левую ногу, в обличье дракона Вильрэй не обратил на это внимания, теперь же это могло оказаться важным.
   -- Держись, Хромой, -- произнес он, и человеческая речь далась ему без труда, -- клянусь мраком, ты станешь таким же пеплом, как тот, во что превратился твой дом. Может, это будет не так скоро, как хотелось бы мне, но тебе точно еще захочется, чтобы это произошло поскорее.
   Вильрэй устремился по следу. Идти на двух ногах было непривычно, но, когда он попробовал передвигаться на четырех, выяснилось, что человеческие лапы к такому не приспособлены, так что он продолжил путь на двух. Вообще, человеческий облик имел массу недостатков, например, лезли в лицо волосы... Вильрэй подумал, что их можно было бы обрезать, но у него не было ни кинжала, ни даже ножа, так что пришлось просто затолкать их за ворот куртки.
   Через несколько часов запах начал исчезать. Вильрэй бежал, хотя понимал уже, что скоро потеряет след. Все равно, он старался выиграть хоть несколько футов на пути к врагу... хоть несколько дюймов...
   След исчез совсем. Именно в этот момент Вильрэя окликнули.
   -- Куда спешишь, почтенный?
   Вильрэй мгновенно почувствовал презрение, с которым было сказано "почтенный". Он поднял голову и увидел всадника, мужчину, кажется, среднего возраста. На всаднике были легкие латы и темная накидка с изображением белой хищной птицы. Вильрэй скользнул взглядом по птице и посмотрел в глаза человека.
   В бывшем драконе вновь всколыхнулась ненависть. Это был не тот человек, не Хромой, но -- одного с ним рода, значит, враг. Или -- добыча.
   -- Отвечай, когда тебя спрашивают!
   Всадник мог бы быть и любезен. Он мог бы и развернуть коня и поехать прочь. Вряд ли бы это что-то изменило. Но так -- произошло быстрее.
   Человек на коне приблизился; кажется, он не собирался пока нападать, а хотел только припугнуть. Длинная палка с железным концом, которую он держал в руке, обратилась в сторону Вильрэя. Он бросился ей навстречу, схватил повыше железного наконечника двумя руками, дернул. Сила его также уменьшилась многократно, усилия, которое он приложил, недостало даже чтобы вырвать палку у человека. Всадник вцепился в копье, одновременно приказывая лошади наехать на дерзкого. Конь был отлично выучен, и повиновался немедленно, хоть и заржал несколько обеспокоено: от незнакомца пахло как-то не так. Вильрэй увидел у своего лица копыта, он успел увернуться, но не вполне: лошадь задела его плечо, и Вильрэй упал. Однако копье он не выпустил.
   Ноги лошади снова опускались на него; снизу ему было видно железные скобы на каждой из ног. Плечо горело, словно... Впрочем, ему не с чем было сравнивать -- боли он прежде не испытывал. Вильрэй зарычал и снова дернул палку на себя, на этот раз изо всех сил. И -- она оказалась в его руках.
   Он даже успел откатиться, копыта опустились на то место, где он только что лежал. Вильрэй вскочил: в глазах всадника мелькнул страх. В следующий миг наконечник его же собственного копья пронзил всадника насквозь. Вильрэй сбросил свою жертву с седла, неловко освободил копье и следующим ударом заколол лошадь: он был слишком зол на нее, чтобы попытаться сесть верхом.
   А еще он хотел есть.
  
   Его органы вкуса изменились тоже; вкус сырой конины оказался противным, само мясо -- жестким. Однако оно годилось на то, чтобы утолить голод. Наевшись, Вильрэй обыскал труп человека.
   Конечно, он не был настолько наивен, чтобы есть и мародерствовать прямо на том месте, где он убил. Вильрэй оттащил и человека, и лошадь поглубже в лес, мимоходом подумав о разных мелких тварях, которые могут сбежаться на запах крови. Раньше ему не была страшна ни одна из них, теперь об этом также следовало подумать. У человека оказался короткий меч, Вильрэй много раз видел, как люди ими пользуются, и попробовал повторить их движения. И столкнулся с новой проблемой: плечо, ушибленное подкованным копытом, распухло, оно не просто болело -- оно вообще отказывалось служить. Вильрэй промучился довольно долго, убеждая себя, что только двуногий стал бы обращать на это внимание, и что дракон может вынести все... Потом он все-таки переложил меч в левую руку. Ножны он, соответственно, прикрепил справа. Еще у трупа нашелся мешок, в котором лежало два куска вяленого мяса, яблоко и кошелек. Вильрэй забрал все себе вместе с мешком, туда же он положил еще несколько кусков мяса. Можно отправляться дальше...
   Он вышел на дорогу, и тут его скрутил новый приступ отчаяния, еще более сильный, чем прежний. Следов больше не было, и кто знает, удастся ли их вообще найти? А людей в мире много, очень много, и магов тоже -- а теперь он даже не сможет издалека отличить человека от мага. Что, если он вообще не найдет Хромого? Что, если придется остаться человеком навсегда?
   Он понял, что, раз допустив эту мысль, сойдет с ума. Безумие знакомо и драконам тоже, а люди -- они слабее и наверняка поддаются ему легче. Но Вильрэй вовсе не хотел быть слабым! Он вытер воду, появившуюся на щеках -- он знал, это называется "слезы", и знал, когда они бывают, и от этого злился на себя, -- и решительно пошел по дороге в ту сторону, откуда приехал всадник.
  
   Ворота закрывались. Серые створки медленно ползли навстречу друг другу; стражники в начищенных шлемах вяло переругивались о чем-то. При виде людей у Вильрэя зачесались руки, но он тут же понял, что никогда не найдет Хромого, если будет бросаться на каждого встречного человека. Так что он ограничился злобным взглядом в сторону каждого.
   -- А ну стой, -- сказал правый, которому очень не понравился этот взгляд (а также окровавленная куртка и вообще подозрительный вид незнакомца).
   -- Чего -- стой? -- тут же откликнулся левый, словно сказано было ему. -- Идет себе человек, и идет...
   Вильрэя передернуло от "человека", и он ускорил шаг. Он прошел сквозь закрывающиеся створки, зацепив за одну из них мешком. На створке осталось бурое пятно, но в наступающих сумерках это было не заметно.
   Он не знал, что будет делать в городе. Наверное, было бы разумнее переждать в лесу, но ему не хотелось терять время: он собирался не спать, а продолжать поиски. Судя по окнам, светившемся в большом доме неподалеку от ворот, а также по шуму, который оттуда раздавался, некоторые люди тоже не спали. Вильрэй направился к этому дому.
   Запах жира, мяса, вина, пота и человечины ударил ему в ноздри, когда он только приближался к порогу. Вильрэй замотал головой, но это слабо помогло. Он толкнул дверь, зажмурился от света и уставился на открывшуюся ему залу.
   Люди. Множество гадких, нечистоплотных, презренных, ненавистных людей. Одни сидели за столами и пили отвратительное пойло, от которого стошнило бы любого дракона, другие лежали под столами, зарывшись лицами в прелую солому, третьи орали что-то кошмарное, что они сами принимали за песни. Вильрэй пересек залу, всматриваясь в лица людей. Они казались такими похожими друг на друга, и в то же время так сильно отличались от Хромого...
   Толстый человек, стоявший за стойкой из грязного, покрытого пятнами дерева, ругался с другим, тощим, размахивавшим пустой бутылкой. Почти пустой -- когда он сильно взмахивал, вокруг летели мутные брызги. Одна из капель упала на подошедшего Вильрэя; того передернуло и он едва сдержался, чтобы не ударить того, с бутылкой. Трактирщик -- толстый мужчина пристально посмотрел на Вильрэя, и его глаза недовольно сощурились. От незнакомца просто на милю несло неприятностями.
   -- Ты не видел здесь хромого мага? -- спросил Вильрэй. Звуки человеческой речи дались ему легко, а вот интонация получилась привычно-холодная, командная. Словно говорил сюзерен. Трактирщик даже растерялся на миг, потом проворчал:
   -- Нет, таких не было, -- и тут же, сердясь на себя за растерянность: -- А тебе какое дело? Либо заказывай, либо проваливай!
   Вильрэй выбрал бы второе, но что-то в голосе трактирщика его насторожило. Будучи драконом, он легко распознал бы ложь, сейчас это было значительно труднее. Но он был почти уверен, что трактирщик обманывает.
   -- Мяса, -- сказал Вильрэй, доставая пару монет из кошелька. Ему хватило сообразительности сделать это так, чтобы трактирщик не рассмотрел, что кошелек густо покрыт пятнами крови.
   Трактирщик окликнул кого-то, и вскоре перед Вильрэем оказался хороший кусок мяса. Он ел медленно, устроившись неподалеку от стойки. Ему нужно было дождаться, когда трактирщик останется один.
   К его разочарованию, толстяк, похоже, не собирался покидать своего места. Вильрэй думал было подождать, пока разойдутся посетители, но и этого дождаться было не суждено: когда стало совсем поздно, некоторые сгребли солому в кучи и устроились на ней, завернувшись в плащи. К его удивлению, Вильрэй тоже захотел спать. Драконы вообще почти не нуждаются в сне, а когда у дракона есть цель, или когда он рассержен, или когда преследует кого-то, то может обходиться без сна несколько недель. У Вильрэя же неудержимо слипались веки. Разум какое-то время принуждал его бороться со сном, говоря, что трактирщик наверняка скоро выйдет из дома -- хотя бы до деревянного сарайчика на заднем дворе, -- но Вильрэй так этого и не дождался.
   Проснулся он за полночь. В трактире было довольно темно; огонь в камине погас, и только тлеющие угольки, да лунный свет через закрытые ставни давали немного света. Вильрэй посмотрел на место трактирщика за стойкой: естественно, оно пустовало. Бывший дракон рассердился на себя, он вскочил, не зная, куда идти -- наверх ли, искать комнату хозяина среди комнат постояльцев, или во двор, дожидаться трактирщика в каком-то укромном месте... Он выбрал второе, очень уж не хотелось оставаться больше в душной комнате.
   Ему неожиданно повезло: едва Вильрэй вышел и начал присматривать подходящее для засады место, как услышал недовольный голос трактирщика:
   -- Куда это ты? Думал уйти, не заплатив?
   Ночлег в общей комнате стоил гроши. Право, не стоило бы трактирщику беспокоиться из-за таких пустяков... Он почти сам пожалел о том, что окликнул мрачного постояльца, когда Вильрэй повернулся к нему, и трактирщик уловил в его облике угрозу.
   -- Сай! -- крикнул он, подзывая вышибалу. Вышибала спал обычно у порога, и трактирщик очень надеялся, что он услышит отчаянный призыв. Дан-Лерти одним прыжком оказался рядом с трактирщиком, поднял его за шиворот.
   -- Здесь был хромой маг? -- спросил он, встряхивая свою жертву. -- Был?!
   Трактирщик был не робкого десятка. Поняв, что от рук Вильрэя ему не освободиться, а вышибалу не дождаться, он выхватил кинжал, ранее не замеченный Дан-Лерти. Дракон отпрыгнул, схватился за свой меч. Его положение было, несмотря на разницу в оружии, труднее, чем у трактирщика, он же совсем не умел драться. К тому же к трактирщику могла подоспеть помощь...
   -- Эй! Что здесь происходит?
   В ворота входила девушка, видимо, путешественница. Она быстро оценила обстановку: краем глаза Вильрэй увидел, как распахивается ее плащ и показывается арбалет. Поняв, что он оказался против двоих, Вильрэй яростно бросился на стоявшего перед ним трактирщика. Толстяк успел ударить его в бок, но Вильрэй в последний момент увернулся, и лезвие только скользнуло по ребрам.
   -- Был здесь маг? -- выкрикнул Дан-Лерти еще раз, хватая трактирщика за горло. Тот не ответил, вновь занося кинжал. Вильрэй ударил мечом, и тут в его плечо, и так пострадавшее от копыт, вонзился арбалетный болт.
   У Вильрэя вспыхнуло красным перед глазами. Он закричал от боли, выпустил трактирщика, но тут же, интуитивно поняв, в чем его спасение, снова подхватил обмякшее тело и закрылся им от следующего болта. Девушка, уже спустившая тетиву, увидела, как ее болт вонзается в спину трактирщика -- впрочем, тот и так был уже мертв.
   Арбалетчица вскрикнула и опустила оружие. Из сеновала показался Сай-вышибала, в трактире тоже проснулись... Вильрэй понял, что пора бежать. Он отбросил труп и, сжав окровавленный меч, бросился прямо на Сая. Тот совсем не хотел умирать, и потому отступил, что не помешало ему тут же схватить вилы -- первое, что попалось под руку -- и побежать за убийцей. В первый момент никто не обратил внимания на девушку, а она метнулась в сторону и тоже бросилась прочь.
  
   Вильрэй бежал по пробуждающемуся городу. Он совершенно не знал расположения улиц, да и почти ничего не видел -- в глазах по-прежнему темнело от боли, -- и бежал совершенно наугад. Каким-то чудом он выбежал к воротам, и там дрался с одним из стражников, но у него не осталось никаких воспоминаний об этом бое, который он выдержал только на драконьей злости и на человеческом стремлении выжить. Ему удалось отбросить нападавшего. Тот упал и не рискнул подняться -- Вильрэй был очень страшен в те минуты, израненный, окровавленный, шатающийся -- и все же стоящий на ногах, все же сражающийся. Второй стражник и вовсе не вступил в драку, укрывшись за какой-то телегой. Оттуда он стрелял в Дан-Лерти, но то ли ему не хватало слабого предрассветного света, то ли он был слишком напуган -- его стрелы миновали цель.
   Вильрэй бы все равно умер, потому что сил бежать больше не было. Сай уже приближался, за ним спешило еще несколько человек, но тут какой-то из преследователей, вырвавшийся вперед на коне, оказался рядом с Вильрэем. Тот схватил его за ногу и стащил с седла, не обращая внимания ни на сопротивление, ни на новые раны. Последним усилием он вскинул себя в седло и ударил лошадь. Она поскакала.
  
   Вильрэй очнулся в лесу. Он почти ничего не помнил и не чувствовал ничего, кроме боли. Он лежал на земле; лошадь, с которой он упал, паслась неподалеку. Вильрэй с трудом приподнялся, при этом нечаянно оперся на правую руку, застонал и вновь упал лицом вниз. Ему хотелось умереть, и он почти жалел, что его никто не догнал. Некоторое время он лежал без движения, потом заставил себя все же встать. К его удивлению, он вполне мог держаться на ногах и даже идти. Три раны -- две от меча и одна от кинжала -- были неглубокими, кровь уже остановилась, хотя потерял он ее, похоже, немало. А вот плечо... Вильрэй вспомнил девушку с арбалетом и зарычал. Он ненавидел ее почти вполовину так, как Хромого -- если бы ненависть могла убивать, эти двое умерли бы.
   В седельной сумке нашлось немного еды, Вильрэй быстро поел и вновь забрался в седло. Он понятия не имел, куда ехать, но знал, что надо удалиться от города.
   Шатаясь в седле лошади, Вильрэй обдумывал свои ошибки. Он приучал себя к мысли, что теперь (временно, конечно... Конечно?) он всего лишь слабый человек. Что теперь он не может приказывать и не слишком способен угрожать. Что надо будет учитывать впредь, что люди поддерживают друг друга, и потому нападая на одного из них надо помнить об остальных... Вильрэй фыркнул. Он ведь немало видел людей, будучи драконом, и часто наблюдал, как вассал покидает лорда, друг -- друга, а брат -- брата, не в силах сдерживать страх перед драконом и думая только о спасении своей жизни. Вильрэй презирал людей и за это тоже, хотя драконы редко дружат. Выходит, люди способны на то, чего он от них не ожидал, и не так трусливы, и не так уж безопасны.
   Да нет, глупости. Будь он драконом, они бы бежали перед ним, и никогда бы какая-то человеческая самка не вступилась бы за его жертву.
   На этой мысли Вильрэй резко остановил лошадь. Кажется, он уже проезжал мимо этого сухого дерева...
   Он огляделся, беспомощно морща лоб. Проезжал или нет? Теперь он не думал уже ни о чем, только всматриваясь в окружающий лес. Он казался одинаковым, однако через час с небольшим Вильрэй снова увидел то же дерево.
   Он устал и отчаялся, его лихорадило. Запутав повод лошади в ветвях дерева, он сполз на землю и забылся.
  
   Уже темнело, когда он очнулся во второй раз. Лошадь тыкалась в него носом и беспокойно ржала. Страх лошади был понятен: они находились в самой чаще, а ее наездник почему-то совсем не заботился ни о своей, ни о ее, лошадиной, безопасности. Вильрэй с трудом вспомнил, что теперь ему надо опасаться лесных зверей, и задумался, как защищают себя от них люди.
   Свой меч он потерял где-то по пути от города к лесу, другого оружия не было. На всякий случай он еще раз посмотрел в седельной сумке, но там не нашлось даже захудалого ножа. Зато ему попалось огниво: при взгляде на него Вильрэй впервые за бытность свою человеком рассмеялся, и лошадь вздрогнула от звука его смеха.
   Искру он выбил сразу, на растопку пошли ветки того же сухого дерева. Вильрэй обломал все ветви, до которых смог дотянуться, и вскоре костер уже весело трещал, согревая несчастного Дан-Лерти.
   Костер напоминал о прошлых временах. Он был такой родной, красновато-оранжевый, теплый, жизнерадостный... Глядя на огонь, Вильрэй задумался о том, что в том, чтобы быть драконом, есть еще масса достоинств, кроме силы и могущества. Он помнил, как кипит в жилах жизнь, как тонкие перепонки крыльев ловят воздушные потоки, как драконья магия проясняет взор... Драконы видят по-иному. Он помнил, какими ему виделись закаты -- буйство красок, недоступных человеческому зрению, симфония цвета... И душой заката рдело живое солнце, ему часто казалось, что, если долететь до солнца, оно окажется большим драконом. Человеку не почувствовать, не понять...
   Вильрэй протянул руку к огню. Он знал, что людей пламя обжигает, но сейчас был готов на любую боль. Ему просто хотелось, чтобы этот живой добрый огонь коснулся его.
   Он убрал руку, спокойно глядя на ожог. Боли он уже не чувствовал, но ожог все равно был обиден. Впрочем, это не имеет столь большого значения. Он же все равно догонит Хромого. Он же все равно заставит Хромого вернуть то, что он украл. И снова будет пламя и небо...
   Небо медленно темнело. Вильрэй сидел, сжавшись в клубок. Костер все так же был его другом и очень старался помочь, но тут он, кажется, был бессилен. Холод подступал изнутри, мучительный, безжизненный... Вильрэй закрыл глаза, уже безразлично прислушиваясь к далекому вою волков и реву большой кошки.
   -- У вас мало хвороста, а у меня нет огнива, -- услышал он вдруг и открыл глаза. Возле костра стояла девушка; он сразу узнал ее. -- Давайте я принесу вам веток для костра, а вы позволите мне зажечь факел.
   Дан-Лерти поднял голову. Она узнала его и отступила, быстро заряжая арбалет. Болт хищно нацелился в грудь Вильрэя. Какое-то время он прикидывал, не сумеет ли достать ее в последнем прыжке, потом понял, что не сумеет, и не пошевелился. Некоторое время оба не двигались. Девушка заметила, что Вильрэй безоружен, заметила также его бледность и окровавленную куртку. Рука с арбалетом медленно опустилась.
   -- Зачем вы убили трактирщика? -- спросила она.
   -- Я не собирался его убивать, -- ответил Дан-Лерти. -- Он знал то, что нужно было узнать мне. Я спросил... Он достал оружие. Он первым воспользовался им.
   -- Да, я видела, -- она виновато посмотрела на болт в его плече. -- Я зря вмешалась?
   Вильрэй молчал. Если она подойдет поближе, можно попытаться ударить ногами...
   -- Теперь они думают, что это мы вдвоем убили трактирщика, -- закончила девушка. Вильрэй бессознательно отметил это противопоставление: мы -- они. -- Так я принесу хвороста?
   Он не ответил. Она ушла за деревья, он слышал хруст веток, и еще раз -- рев кошки. Кажется, на этот раз ближе. Девушка появилась вновь, положила возле костра ворох сучьев, бросила на Вильрэя короткий взгляд и снова ушла. Когда она принесла хворост во второй раз, было уже довольно темно.
   -- Я никуда не пойду, -- сказала она хмуро. -- Я знаю, вы на меня обижаетесь. Но без меня ваш костер бы скоро погас, а сами вы за дровами, я вижу, пойти не можете. Так что это теперь не только ваш костер.
   Она говорила упрямо и не глядя на Вильрэя. Он не стал возражать, тем более, теперь она была гораздо ближе. Он попробовал приподняться, это получилось, хотя и оказалось, что лихорадка вконец его ослабила. Ничего, если арбалетчица подойдет еще немного, он сможет до нее добраться.
   Девушка повернулась к Вильрэю, когда он заворочался. Зашарила на поясе, достала флягу.
   -- Я вижу, что вас мучает рана, которую я нанесла. У меня есть неплохой отвар. Вы не против, если я вас перевяжу?
   Она достала из сумки кусок полотна, смочила его отваром и безбоязненно подошла к Вильрэю. Он на мгновение замер, готовясь уже схватить ее за горло, но в последний момент остановился. Да, она была человеком, да, он имел все основания ненавидеть ее, но сейчас она хотела ему помочь. Вильрэй был жестоким и мстительным, но подлым -- не был. Смирившись с тем, что месть придется отложить (а там, если и дальше так пойдет, чего доброго, вовсе оставить) он помог ей разорвать куртку на плече, обнажив рану.
   -- О-ой, -- горестно сказала она. -- Вам и без меня досталось. Да и вы хороши, разве можно так запускать ушиб? Сейчас я принесу еще корешков... Очень больно?
   Не дожидаясь ответа, она поднесла флягу к его губам, давая хлебнуть мятной прохладной жидкости. Потом занялась его раной -- где-то на середине Вильрэй вновь потерял сознание.
  
   Солнце светило сквозь ветви и сомкнутые ресницы. Оно было бледное и неяркое, это человеческим зрением видимое солнце, но Вильрэй неожиданно улыбнулся ему. Плечо не болело, вместо горячечного жара он ощущал приятную прохладу. Еще ощущал вкусный запах от костра. Сев, он увидел вчерашнюю девушку, она как раз пробовала варево в маленьком котелке, повешенном над огнем.
   -- Доброе утро! -- сказала она, обернувшись. -- Как вы?
   -- Ты расплатилась, -- сказал Вильрэй. Он имел в виду, что больше не испытывает к ней злобы и больше не хочет ее убить. Это было не совсем правильно, она только исправила ей же причиненное зло, да и то не полностью -- возможности что-либо узнать у трактирщика больше не представится. Но думать о плохом Вильрэю не хотелось. Чувство благодарности знакомо и драконам, а сейчас оно просто переполняло Дан-Лерти, особенно -- когда он повертел плечом и почти не почувствовал боли.
   -- Эй, полегче! -- забеспокоилась девушка. -- Вчера я наложила два шва. Конечно, отвары ускорят выздоровление, но, если хотите, чтобы все хорошо зажило, постарайтесь так больше не делать. И, если можно, не влипать в неприятности ближайшие день-два. Постараетесь?
   Вместо ответа Вильрэй спросил:
   -- Тебе не встречался хромой маг?
   -- Нет, -- она немного подумала и спросила: -- А зачем он вам нужен?
   -- Он должен мне кое-что.
   -- Вы собираетесь его убить?
   -- Какое тебе дело?
   -- Никакого. Если не считать, что мы в чем-то родственники.
   -- Родственники?
   -- Он человек, и я тоже.
   Вильрэй посмотрел на нее, сузив глаза от злости. Да уж, и не следует об этом забывать. Все они, люди, в чем-то родственники. И если одни чуть лучше других, это не значит, что могут в их мерзком роду быть вообще хорошие!
   -- Это не помешало тебе убить трактирщика, -- заметил он. -- Хотя то тоже был человек.
   -- Мне показалось... -- она растерялась, он наслаждался жалобным выражением ее лица. -- Показалось, что он уже умер...
   -- Я смотрел ему в лицо и мне лучше знать, -- бросил он.
   Может, арбалетчица и не поверила ему полностью, но сомнение в ее душу он все же заронил. Она поникла и, кажется, собралась плакать.
   -- Где ближайший город? -- спросил Вильрэй, презрительно глядя на нее.
   -- Я так же заблудилась, как и вы... Впрочем, он должен быть на востоке. А солнце всходило там, -- она махнула рукой налево от сухого дерева. Вильрэй внимательно посмотрел в ту сторону, надеясь, что теперь не заблудится.
   -- Я немного лучше вас ориентируюсь в лесу, -- сказала девушка. -- Мы могли бы поехать вместе.
   Таковы они, эти люди -- могут быть тебе врагами, и все равно будут пытаться использовать.
   -- Нет, -- ответил Вильрэй, поправляя седло на лошади и не глядя на девушку.
   -- Почему?
   -- Потому что я верхом, а ты нет.
   Он уже сел в седло, когда заметил на земле, возле потухшего костра, позабытое огниво. Мелькнула было мысль оставить его арбалетчице, но он сразу передумал. Слез с коня, пошел за огнивом, демонстративно поворачиваясь спиной к девушке, нагнулся...
   И увидел желто-зеленый блеск глаз в кустах.
   В следующее мгновение на поляну выпрыгнула лесная кошка. Может быть, та самая, что рычала ночью. Охота, видимо, была неудачной, но теперь ей повезло: она выследила двух слабых двуногих. И один из них, ближайший, был даже безоружен.
   Вильрэй тоскливо посмотрел в глаза кошке, потом бросил взгляд на землю, думая найти хоть палку какую-нибудь, ничего подходящего не увидел. Очень глупая смерть для дракона -- от зубов какой-то кошки трех футов в холке...
   Арбалетный болт просвистел мимо его лица и впился кошке в плечо. Она взвизгнула, взмахнула лапами -- Вильрэй еле успел увернуться. Второй болт вошел в грудь, кошка как-то задумчиво припала к земле, словно собираясь прыгнуть, и завалилась на бок.
   -- Ты могла убежать, -- сказал Вильрэй, поворачиваясь к девушке. -- Кошке хватило бы меня одного, да и лошадь была рядом с тобой...
   -- Еще чего! -- фыркнула девушка.
   -- Я тебе не друг и не родич...
   -- Не понимаю, чего ты удивляешься. Думаешь, это очень трудно -- попасть в кошку с нескольких шагов?
   Вильрэй пожал плечами:
   -- Просто на твоем месте я бы этого не сделал.
   Она снова фыркнула и подошла к кошке, чтобы вырезать болты. Бросила через плечо:
   -- Ты вроде уезжать собрался.
   -- Поедем вдвоем, -- сказал Вильрэй. -- По-моему, это животное вполне может вынести двух наездников.
   Сидеть в одном седле вдвоем было довольно неудобно. Оба ворочались около минуты, устраиваясь. Потом арбалетчица сказала:
   -- Давай хоть познакомимся наконец. Я Ривенна. А ты? Как тебя зовут?
   Он молчал; она повернулась -- пышные каштановые волосы пощекотали ему лицо.
   -- Вильрэй, -- ответил он. Драконы никогда не называют людям истинных имен, но он подумал, что часть имени особой беды не сделает.
  
   В этом городе ему повезло. Может быть, потому, что въехал он в него относительно чистым -- куртку Ривенна отстирала в мелком озерце, мимо которого они проезжали. В том же озере Вильрэй сполоснул лицо и руки, и стал "гораздо больше похож на человека", как с неудовольствием услышал от Ривенны.
   В городе она молча указала ему на здание постоялого двора и ушла, не оглядываясь. Он тоже не особо смотрел ей вслед.
   -- Хромой? -- переспросил его трактирщик. -- Да, был. Пошел в горы. А тебе чего от него нужно?
   Вильрэй не ответил. Он пошел было к двери, потом вспомнил, что у него теперь нет оружия, а оно бы не помешало. Деньги он потерял, так что теперь, похоже, придется наняться работать. Вильрэй поморщился и вновь обернулся к трактирщику.
   -- Хочешь пообедать, а не на что? -- догадался тот. -- Возьми в углу топор. На дворе, под навесом, дрова. Переколешь половину -- обед. Все -- обед и ужин.
   -- Можно деньгами?
   -- Конечно, -- трактирщик прикинул стоимость своих харчей. -- Пять медных.
   Вильрэй понятия не имел, сколько это, но подозревал, что мало.
   -- А вы не купите мою лошадь?
   -- Видел я ее во дворе. Хм... Один золотой.
   Это было уже лучше. Вильрэй понимал, что деньги ему, скорее всего, понадобятся во время поисков. Он задумался, не мало ли это -- золотой за лошадь.
   -- Она ведь краденая, -- снисходительно сказал трактирщик, видя его сомнения. -- Больше тебе все равно никто не даст. Ну так что там с дровами?
   Потоптавшись немного возле топора Вильрэй все же взял его и вышел во двор.
   Время близилось к полудню, и солнце стояло прямо над головой. Вильрэй медленно взялся за непривычную работу. Поначалу выходило не очень: дрова соскальзывали с поленницы, кололись неровно, топор был тяжелый... Потом вроде привык и немного наловчился.
   -- Добрый день!
   Вильрэй с неудовольствием узнал голос Ривенны. Он буркнул что-то, отвлекся, и только что отколотое полено угодило ему по ноге. Вильрэй почувствовал, что краснеет. Не хватало еще выставлять себя на посмешище перед человеком!
   -- Кажется, это дело для тебя не очень привычно, -- продолжала противная девчонка. -- Слушай, я собираюсь в горы. Мне нужен спутник. Я бы заплатила серебряный.
   Вильрэй думал недолго. Отряхнул от мелких щепок брюки:
   -- Погоди, топор отнесу.
  
   Запаха Хромого не было, но Вильрэй не терял надежды. Все может случиться. Он добьется своего.
   К тому же окружающие горы поднимали настроение. Здесь он привык дышать свободно, здесь, среди нагромождения камней, поросших выносливой горной травой и коротким густым мхом, Вильрэй был дома. Здесь все было так похоже на него -- огромное, твердое, чуждое людям... Не зря же драконы обычно селятся в горах.
   Следы горного барана привлекли его внимание. Судя по запаху, баран прошел недавно.
   -- Поохотимся? -- спросил он Ривенну. Она поверила ему и заплатила вперед, он уже купил себе хороший кинжал, но не гоняться же за бараном с ножом. Он уже начинал задумываться о достоинствах арбалета и прикидывать, в каких обстоятельствах можно его забрать.
   -- Я вообще-то устала, -- они шли уже несколько часов, и почти все время по бездорожью. -- Хочешь, одолжу тебе арбалет? Ты поохотишься, а я пока обустрою это место для ночлега.
   Место, выбранное Ривенной, казалось самым уютным на взгляд человека. Здесь, видимо, когда-то была трещина в скале, туда нанесло земли, смогли вырасти несколько деревьев. Ривенна, явно не привыкшая к горам, была рада этой крохотной роще.
   -- Хорошо, -- Вильрэй взял арбалет. Мрак, это было слишком легко! Он быстро пошел по следам барана, оглянувшись пару раз. Ривенна села, видимо, действительно очень устала, и сидя выкладывала камнями что-то вроде очага. Она уже заплатила ему, и оружие у Вильрэя уже есть... Почему бы не уйти сейчас? Неужели тащить за собой в погоню за Хромым эту слабую самку, которая садиться отдыхать, едва дело к вечеру?
   Дракон шел по следам, хмурясь и ругая себя. Он откуда-то знал, что обязательно вернется к Ривенне.
   Баран стоял возле быстрого горного ручья, красивый рогатый силуэт на фоне воды. Ветер шел от него, поэтому запаха охотника он не чувствовал. Вильрэй уже прицелился (вспомнив при этом, что в жизни не стрелял из арбалета), и тут что-то показалось ему подозрительным. Баран не пасся и не пил, он стоял, замерев, как натянутая струна, и что-то слушал. Вильрэй подумал было, что животное услышало его шаги, но тут баран вздрогнул, сорвался с места и побежал прямо на Вильрэя.
   От неожиданности Дан-Лерти спустил тетиву, естественно, не попал, тут же вновь зарядил арбалет... И тут почувствовал то же, что и горный баран. Опасность.
   Проклиная огрубевшие человеческие чувства, Вильрэй бросился бежать прочь от ощущения сокрушающей мощи. Чутье, обострившись почти до звериного, указывало ему путь... Но почти сразу
   же он вспомнил о Ривенне. Заколебался, неуверенно пошел назад. Земля загудела, предупреждая. Вильрэй побежал.
   Вскоре он вынужден был остановиться. Скала под ногами дрожала, и было страшно. Действительно страшно! Вильрэй посмотрел вверх, и у него перехватило дыхание. Прямо на него несся камнепад. Огромные камни, подпрыгивая, летели вниз, оставляя в земле глубокие борозды и выбоины. Камни поменьше, увлекаемые бешеным бегом больших валунов, сдвигались с места -- одни свистели в воздухе, как ядра, другие струились по земле... Каменная река бежала по склону вниз.
   Вильрэй наблюдал за этим потоком с каменной гряды, на которую успел забраться в последний момент. Здесь ему, похоже, ничего не угрожало; если он не ошибался, то и Ривенне тоже: она, кажется, была южнее пути камнепада.
   Это просто не могло долго продолжаться. Вильрэй терпеливо ждал, пока камнепад закончится. Но вот в грохот вплелся новый звук.
   Горный ручей оказался на пути селя. В несколько секунд возникла плотина; ручей некоторое время сопротивлялся, размывая камни, но это ему оказалось не под силу. Вильрэй видел, как вода яростно бьется о камни, потом поток воды смирился с поражением -- и с удвоенной яростью устремился в сторону, прокладывая себе новое русло.
   Вот тут Вильрэй вскочил.
  
   Ривенна как раз пошла за водой для ужина. Когда земля задрожала, она перепугалась и побежала назад. Она видела, как мимо проносится поток камней, но рощица была в стороне, и Ривенне казалось, что она в безопасности. Когда же рядом с каменной рекой появилась река обычная, бежать было уже поздно. Девушка с ловкостью кошки взлетела на дерево, самое старое и высокое из деревьев, под которыми устроилась на отдых. Вода сразу нахлынула, заструилась по обе стороны от дерева, вскипая буруном возле ствола. Какое-то время Ривенна надеялась, что дерево выдержит, потом увидела, как камни, влекомые ручьем, ломают, кромсают росшие рядом деревья, как несут их вниз, и закричала.
   -- Какие же вы, люди, глупцы! -- воскликнул Вильрэй, появляясь на вершине каменной гряды в полусотне шагов от ручья.
   -- Помоги!
   -- Как?
   Она беспомощно посмотрела на поток, который вот-вот мог снести вместе с деревом. И крикнула:
   -- Я знаю Хромого! Слышишь? Я отведу тебя к нему! Помоги!
   Вильрэй нахмурился. Подошел чуть ближе.
   -- Веревка у тебя есть?
   Все вещи, оставленные под деревом, давно уже утащило потоком. Но веревка была обмотана вокруг пояса Ривенны, и она принялась быстро ее разматывать. Завязала петлю на конце, кинула Вильрэю. Веревка упала далеко от цели.
   -- Быстрее, -- он обеспокоено смотрел на ствол дерева, державшийся пока чудом.
   На этот раз Ривенна привязала в качестве груза кошелек. Вильрэй поймал его, закрепил конец на каменном уступе.
   -- Что теперь? Если я обвяжусь веревкой, ты меня вытащишь?
   -- Тебя снесет в сторону и разобьет о камни, -- ответил Вильрэй. На пути потока то тут, то там виднелись острые клыки камней, к тому же течение было так сильно, что он был не уверен, что одолеет его.
   -- Что ты предлагаешь?
   -- Идти по веревке.
   -- Что?!
   -- Закрепи ее и иди!
   Дождавшись, когда Ривенна привяжет веревку, Вильрэй ступил на веревку, сделал несколько шагов туда-сюда.
   -- Нет, -- жалобно крикнула Ривенна. -- Если ты -- циркач, то я так не могу.
   -- Тогда ты погибнешь!
   -- Я и так погибну!
   Если бы течение было не таким сильным, и если бы не деревья и ветки, которые нес ручей, Ривенна могла бы еще попытаться пересечь поток, держась за веревку. Но так -- обоим было ясно, что ей это не удастся. Вильрэй помянул мрак и снова стал на веревку. Словно по твердой земле, он направился к Ривенне. В груди крепла радость: он понял, что это умение не человеческое, и начал было думать, что начинает возвращаться драконья природа. Неудивительно, что эта мысль несла его, как на крыльях.
   Он дошел до дерева. Ривенна сидела на толстой ветке и смотрела на Дан-Лерти округлившимися глазами.
   -- И что ты дальше будешь делать? -- жалобно спросила она.
   -- Идти обратно.
   -- А мне что делать?!
   -- Постараться не удушить меня.
   Он подхватил ее на руки и, развернувшись, легко зашагал в обратном направлении. Ривенна, действительно, вцепилась было в него, но тут же взяла себя в руки и ослабила хватку.
   Вильрэй поставил ее на твердую землю и с сожалением посмотрел на веревку.
   -- Жаль, -- сказал он, -- веревку мы потеряли.
   -- Вильрэй, -- окликнула его Ривенна.
   -- Что?
   -- Я тебя обманула. Я не знаю Хромого.
   Он кивнул.
   -- Ты благодарна мне, не так ли? Поможешь найти Хромого?
   Ривенна закусила губу. Задумалась на мгновение.
   -- Нет. Я тебе благодарна, Вильрэй, но я не буду помогать тебе в убийстве.
   Вильрэй снова кивнул, ничуть не удивленный.
   -- Я тоже тебя обманул, -- сообщил он. -- Когда сказал, что трактирщик был жив, когда ты в него попала.
   -- Я это подозревала, -- вздохнула она.
   -- А я точно знал, что ты врешь. Я чувствую, когда обманывают.
   Ривенна зябко сжалась на камне.
   -- Ты странный, -- сообщила она, -- ты какой-то... не такой. Кто ты?
   Вильрэй, не отвечая, снял с себя веревку в несколько локтей длинной, которую носил вместо пояса, закрепил ее концы на двух камнях. Стиснув зубы от догадки, попробовал пройти по веревке, сорвался на третьем шаге. Попытался еще раз, еще... Ривенна наблюдала за ним с растущей робостью.
   -- Так я и знал, что это долго не продлиться, -- он сел спиной к ней. Не хотелось двигаться -- больше никогда. Не хотелось ни о чем говорить, но она переспросила:
   -- Кто ты? Человек не смог бы сделать того, что сделал ты сейчас.
   -- Я не человек, -- тихо сказал он.
   -- А кто?
   -- Дракон.
   Он думал, она удивится или не поверит. Но она просто посмотрела ему в глаза и повторила:
   -- Кто?
   -- Дракон, -- Вильрэй начал рассказывать о том, как он вызвал гнев и месть мага, как превратился в человека. Он говорил сперва вяло, но по мере того, как рассказ продолжался (а она не перебивала) апатия куда-то делась, и теперь ему уже хотелось, чтобы она поверила.
   -- Мне трудно поверить в это, -- Ривенна помотала головой, как-то укоризненно посмотрела на Вильрэя. -- Ты... Ты уверен, что это тебе не привиделось?
   -- Конечно. Мне труднее поверить в то, что я такой, каким стал сейчас. Ты не представляешь, чего я лишился, став человеком. Я только надеюсь, что это не навсегда...
   -- И тот Хромой, которого ты ищешь...
   -- Да. Он смог сделать это со мной -- сможет и расколдовать.
   -- Тебе ведь не только это нужно?
   -- Да, -- холодно ответил Вильрэй.
   Ривенна нахмурилась, затеребила тетиву арбалета.
   -- Не понимаю, -- сказала она. -- Ты причинил ему зло, очень большое зло. Он в ответ причинил зло тебе. Теперь ты снова хочешь ему отомстить... Когда это кончится?
   -- Не беспокойся, -- жестко заверил ее Вильрэй. -- На нем это и кончится. Едва я стану драконом...
   -- Во-первых, тогда, сразу после смерти женщины и ребенка, ты не смог сжечь мага. Почему ты думаешь, что на этот раз получится? Во-вторых, думаешь... Вильрэй, прости, но ты думаешь, он захочет превращать тебя обратно?
   -- Я заставлю его!
   -- Нет. У тебя ничего не выйдет, разве что он убьет тебя.
   -- Лучше умереть, чем жить вот такой ущербной жизнью! -- запальчиво крикнул Вильрэй, забывая, что она-то человек. -- Или -- чем потерять надежду на избавление.
   -- Я вовсе не хочу, чтобы ты терял надежду. Просто, когда мы найдем этого мага, позволь мне поговорить с ним! Я расскажу, каким ты стал. Расскажу, что ты мой друг, что ты помогал мне, спасал...
   Он чуть прищурившись взглянул на нее, но беспокойная его ярость была сильнее удивления.
   -- Ты ведь права, -- медленно сказал он. -- Хромой и слушать меня не станет, тем более -- расколдовывать. Конечно, мило с твоей стороны было предложить помочь, но вряд ли это что-то изменит. Я обманывал себя все это время... Я и сейчас себя обманываю, мрак меня побери! Потому что иначе -- как жить?
   Она чуть отодвинулась, потому что он вскочил и протянул к ней руки; лицо у Вильрэя исказилось от бешенства.
   -- Смириться с этими обрубками? Забыть про крылья? Ползать всю жизнь?!
   -- Мы ведь так живем!
   -- Вам и не дано было большего! Вы -- как те домашние птицы, которых вы разводите на пищу. Они бродят по навозу и копаются в нем, и никогда не смотрят в небо!
   -- Нет, вы только посмотрите! -- Ривенна необыкновенно возмутилась. -- Я называю его другом, а он меня -- курицей!
   Вильрэй смутился. Действительно смутился. Ривенна отвернулась, скрестив руки на груди, он посмотрел на ее прямую обиженную спину и ему стало стыдно.
   -- Прости, -- проговорил он.
   С минуту она молчала, обдумывая это предложение. Потом обернулась, кивнула.
   -- Ладно, забудем. Так ты дашь мне возможность поговорить с Хромым?
   -- Я подумаю, -- ответил Дан-Лерти. И прибавил с неизвестной еще Ривенне мягкой интонацией: -- Жаль, что ты не дракон.
   Она подумала было обидеться, но передумала. Улыбнулась, поправила волосы.
   -- И какой я была бы?
   -- Зеленой, -- она рассмеялась, и он смутился еще больше. -- Нет, ты не понимаешь! Изумрудной, с платиновым оттенком, с жемчужно-белыми рогами... Это очень красиво.
   -- Верю. А какой был ты?
   -- Синий, -- он помрачнел. -- Очень глубокого цвета, почти черный, а гребень зеленоватый...
   Она поняла, что ему очень тяжко вспоминать, и пожалела, что спросила. Неловко порылась в карманах, извлекла на свет яблоко, сообщила:
   -- Похоже, это весь наш ужин... Вильрэй, все будет хорошо.
   -- Да? -- довольно саркастично спросил он.
   -- Только не начинай все сначала!
   -- Ладно, -- вздохнул Вильрэй. -- Так что у нас там на ужин?
  
   -- Что тебе понадобилось-то в этих горах?
   Они оба устали и были голодны. Горные животные куда-то подевались, то ли напуганные селем, то ли -- Вильрэю приходило в голову и это -- ощущением близости дракона. Вильрэй постоянно пытался найти след Хромого, но пока не продвинулся в поисках, и это его раздражало. Еще раздражала слабость этой самки, которая зачем-то отправилась в такое неподходящее путешествие.
   -- Я несу письмо в Нединбер, -- ответила она. -- Это город почти у самого подножья.
   -- Письмо? Ты гонец?
   -- Можно и так сказать. Я иногда доставляю письма в разные труднодоступные места. Платят за это хорошо, а мне интересно путешествовать.
   -- По-моему, не совсем обычное занятие для девушки.
   -- Угу, -- она указала на почти неприметную тропку, по которой они шли, -- ее проложила я.
   -- Зачем тебе такая работа?
   -- А что мне еще делать? -- Ривенна пожала плечами. -- Девушки моего возраста либо живут в замках и не делают ничего труднее и опаснее вышивания, либо гнут спины на полях и рожают по ребенку в год. Мне не по душе ни то, ни другое. Мой отец был менестрелем, а мама -- танцовщицей. Они бродили из города в город и выступали. А у меня не слишком красивый голос, и танцую я не очень, зато хорошо стреляю и не меньше, чем мои родители, люблю дороги. Вот я и нашла это занятие.
   Вильрэй моргнул -- он ощутил в словах Ривенны не то чтобы ложь, но какую-то недоговорку. Но понять, в чем дело, он не смог, а расспрашивать не стал -- в конце концов, много ему было дела до этой человеческой самки?
   -- Хочешь, я научу тебя стрелять из арбалета?
   Вильрэй кивнул. Он давно уже завидовал умению Ривенны. А она, кажется, нашла предлог для привала.
   -- Болт сюда. Во что будем стрелять?
   -- Давай вон в то дерево.
   -- Здесь и так не слишком много деревьев. Давай лучше вон в тот камень. Держи арбалет ровнее. Не торопись, тебя никто не догоняет. Не торопись, говорю!
   Первый болт ушел сильно в сторону.
   -- Давай еще раз. Чуть выше, кажется...
   Вильрэя злило, что она дает советы. Он даже чуть опустил арбалет, но в последний момент выровнял его и выстрелил вновь. На этот раз стрела попала туда, куда он целился -- в выступающий кусок базальта размером с голову. Вильрэй заметил, что камень слегка сдвинулся, и это заинтересовало его. Отправившись за болтом, он тронул камень рукой и попытался качнуть его. Ему это удалось. Вильрэй прислушался к своим ощущениям, кивнул сам себе и решительно взялся за валун.
   -- Что ты делаешь? Пытаешься организовать еще один обвал?
   -- Здесь какой-то тайник, -- Вильрэй пошатал камень. -- В нем золото или что-то вроде того. Надо вытащить эту глыбу.
   -- Надо найти какой-нибудь рычаг, -- Ривенна осмотрелась, но, кроме молодого и гибкого дерева и ее арбалета на эту роль ничего не годилось. Пока она раздумывала, нельзя ли засунуть в щель между камнем и остальной скалой конец арбалета, Вильрэй увеличил эту щель ножом и потянул камень на себя. У него получилось, хотя он едва не уронил камень себе на ноги; Вильрэю и Ривенне открылась узкая щель, в ней было темно, но дракон чувствовал запах золота.
   Некоторое время они сосредоточенно выгребали наружу старые, потертые монеты. Убедившись, что больше в щели ничего не осталось, пересчитали найденное: монет оказалось шестьдесят три.
   -- Правду ли говорят, что драконы любят золото больше всего на свете? -- спросила Ривенна, глядя, как Вильрэй вертит в пальцах золотой кругляш.
   -- Так говорят?
   -- Да. В наших легендах драконы всегда сидят на кучах золота и драгоценных камней, и копят свое богатство всю жизнь.
   -- Зачем, если не на что тратить? -- Вильрэй вернул монету к остальным. -- То, что нам нужно, мы берем за так, не платя за это деньги. И уж, конечно, глупо любить больше всего на свете то, что не имеет ценности само по себе. Золото само по себе не ценнее, скажем, гранита. То, что вы называете золотом -- это ваше мнение о нем. Драконы свободны от подобных предрассудков.
   -- Тогда что вы любите?
   -- А что любите вы, люди?
   -- Ну, одни любят одно, другие -- другое...
   -- Думаешь, драконы хуже вас и все на одно лицо?
   -- Все люди любят, чтобы им было хорошо, -- Ривенна, кажется, серьезно задумалась над тем, чтобы объяснить дракону то, что любят люди. -- Большинство при этом любит, чтобы было хорошо тем, кого они любят -- друзьям, родственникам. Люди любят, когда не надо беспокоиться о безопасности или крове. Чтобы было место, где тебя всегда ждут. Кажется, это любят все...
   -- Драконы любят летать. Кажется, все. Еще мы любим чувствовать этот мир... Я не знаю, у вас, кажется, нет такого слова, потому что нет такого ощущения -- когда солнечный свет проходит сквозь тебя, как через каплю росы, когда в твоих глазах отражается мир, и ты вбираешь его в себя, пьешь, словно воду в жаркий день. И знаешь, что твое дыхание -- это часть ветра, гонящего по небу облака. Пламя, рождающееся в твоих недрах -- часть жара земли. Ты знаешь, что у земли есть сердце? Оно горячее, гораздо горячее, чем человечье, оно подобно пламени дракона. Мы -- дети земли, нет, опять не то! Слово "земля" придумали люди, и вы называете этим словом и почву, в которой вы роете червей, и звезду, на которой живете. Но мы-то знаем, что мы -- дети звезды, самого ее сердца. Оно бьется в нас, неукротимое и огромное, и мы знаем, что, если умрем, оно будет биться все равно, и поэтому мы так отважны -- нам не жаль умирать... Хромой сделал бы мне гораздо меньшее зло, если бы убил. Он лишил меня моей сущности, моей способности видеть мир и быть его живой частью...
   Вильрэй перевел дыхание. Он перекатывал на ладони монеты, желая успокоиться, Ривенна со смесью восхищения и жалости смотрела в его раскрасневшееся лицо.
   -- А вы думаете, нам нужны красивые камешки и желтый метал! Нет, нам нужно гораздо большее. Весь мир. И мы знаем, что он у нас есть. И у меня -- был. До того, как появился Хромой.
   -- Мы не так уж отличаемся, -- возразила Ривенна. -- Я же могу понять тебя!
   -- Думаешь, можешь?
   -- Да. Я иногда чувствую то, о чем ты говорил...
   Вильрэй рассмеялся -- невесело и зло. Потом он отвернулся и стал смотреть на Солнце. Оно садилось, и даже его человеческие глаза могли смотреть на него как раньше, не мигая.
   -- Извини, -- ее голос раздался не меньше чем через пол часа. -- Что будешь делать с золотом? То есть я не отрицаю, что нашел его ты один, но, если ты так и будешь сидеть над ним, замерев, то ты будешь весьма похож на дракона из наших легенд!
   -- Дать тебе половину? -- он посмотрел на монеты. -- Мне нужно только столько, чтобы не отвлекаться на заработки, пока я буду искать Хромого.
   -- А тебе не жалко?
   -- Если деньги закончатся раньше, чем я его найду, то станет жалко. Но этот тайник я нашел очень легко. Может, найду еще.
   -- Здесь шестьдесят три монеты...
   -- Можешь забрать себе больше половины.
   Ривенна отсчитала тридцать два золотых и убрала их в дорожный мешок.
   -- Ты хорошо считаешь, -- Вильрэй сгреб свои деньги в кучку, взял предложенный Ривенной кошелек и неторопливо начал складывать монеты туда. -- Насколько я видел, как люди делят деньги, они раскладывают их на кучки а потом считают, у всех ли поровну.
   -- Меня учил отец. И не все такие невежды, как те, что тебе встречались.
   -- Ты и раньше была не особо бедна. Хорошие заработки для гонца.
   -- Не жалуюсь, -- она взглянула на него немного подозрительно. Но Вильрэй уже раскладывал костер на ночь и сделал вид, что не заметил ее взгляда.
  
   На следующий день им встретился ребенок. Он шел по направлению к городу и играл на свирели, видимо, только что сделанной. Вид у маленького свистуна был оборванный и независимый, а мелодия -- веселой и прихотливой.
   -- Далеко до города? -- окликнула его Ривенна, хотя видно было и так -- стена показалась у горизонта.
   -- Не очень, -- мальчик любопытно осмотрел путешественников и вывел длинную трель.
   -- Ты хорошо играешь.
   Музыкант кивнул, не прерывая мелодию.
   -- Слушай, Вильрэй, та непарная монета, -- Ривенна полезла в мешок, -- она просто не дает мне покоя.
   -- Вы, люди, слишком много думаете о деньгах.
   -- Понимаешь, эта монетка -- это еда, теплая постель, крыша над головой, новая обувь... А у него и старой нет.
   -- Делай как знаешь, -- Вильрэй проводил взглядом блеснувший на солнце кругляш, который Ривенна отдала оборванцу. Тот поблагодарил, сунул монету куда-то в складки своего тряпья и заиграл вновь, быстро обогнав Вильрэя и его спутницу.
  
   Они устроились на постоялом дворе Нединбера. Вильрэй, недовольный, что в горах ему не встретилось и следа Хромого, расспрашивал о нем посетителей двора, Ривенна куда-то исчезла, наверное, побежала относить свое письмо. Никто из тех, к кому обращался Вильрэй, не мог ему сообщить ничего о Хромом. Похоже, маг здесь не появлялся. Может, он до сих пор в горах? Или просто прошел мимо этого города? Вильрэй нервничал. Клонился к закату еще один день, который он прожил человеком, и не было даже призрачной надежды на скорое избавление.
   Ривенна вошла в зал, нашла его глазами и поспешила к нему. Кажется, она хотела спросить, как его поиски, но поняла по виду Вильрэя, что и спрашивать не стоит.
   -- Я уже закончила свои дела здесь. Слушай, давай пойдем опять вместе, мы обшарим эти горы, все, до камешка, и найдем след твоего мага!
   -- Пожалуй, это нам и остается, -- кивнул Вильрэй. -- Но прежде переночуем здесь и купим все, необходимое для долгой дороги. Слушай, а если нанять кого-нибудь для поисков?
   -- Я понимаю, ты торопишься, но это будет рискованно, -- Ривенна оглядела постоялый двор, -- здесь полно сброда, который прирежет за золотую монету.
   -- Вы, люди, вечно...
   -- А вы, драконы, вечно все меряете под одну мерку, -- перебила она его. -- Уж не думала, что такие необычные создания могут мыслить так примитивно.
   Вильрэй хотел рассердиться, но тут же понял, что это было что-то вроде шутки. Так, он уже и юмор человеческий начал понимать...
   -- Пошли поедим? -- Ривенна хищно смотрела на окорок, висевший над жаровней. -- Я угощаю!
   Они устроились за относительно чистым столом и приступили к еде, когда к стойке подошел какой-то человек в длинном плаще.
   -- Есть здесь мужчина и женщина, пришедшие утром с гор? -- крикнул он в зал. Большинство людей обернулось к нему -- кажется, назревало что-то любопытное. Ривенна и Вильрэй беспокойно переглянулись.
   -- У меня к ним послание насчет мальчика, -- продолжил мужчина в плаще. -- Если они здесь есть, подходите, я сегодня весь вечер тут.
   Вильрэй покачал головой.
   -- Кажется, твое легкомыслие не доведет нас до добра, -- прошептал он.
   -- Они, наверное, решили, что мальчик имеет к нам какое-то отношение, -- зашептала Ривенна. -- Что он наш сан, или брат. Кто-то наверняка захватил его из-за той монеты и просит за него выкуп.
   -- Во-первых, возможно, дело совсем не в этом, -- Вильрэй внимательно изучал лицо человека в плаще. -- Во-вторых, в ваших городах дети мрут куда чаще от грязи, чем от разбойников. В-третьих, этот оборванец нам не ребенок и не брат.
   -- Но, если все так, как предполагаю я, они его убьют! Из-за меня!
   -- Раньше надо было думать, -- бросил Вильрэй. Ривенна опустила голову и закусила губы, стараясь не заплакать.
   К типу в плаще начали подходить люди. Он занял столик почти у самой стойки, и за столик этот почти сразу уселась целая компания. Им всего лишь было интересно, и они пытались вытянуть из таинственного глашатая подробности. Тот же с удовольствием пил предлагаемое пиво, но дальше этого не шел, и от него отстали. Время от времени, впрочем, кто-нибудь и подходил, надеясь, наверное, что увеличивающееся количество алкоголя сделает его разговорчивее. Кажется, успеха они не добились.
   -- Я подойду к нему, -- встала Ривенна. Вильрэй протянул было руку, чтобы остановить ее и усадить обратно, но понял, что это не удастся, и продолжил сидеть, глядя, как девушка приближается к типу в плаще. Они начали разговаривать, мужчина ничем не показывал своего интереса и, похоже, отвечал коротко. Ривенна казалась совершенно спокойной, все же хладнокровия ей было не занимать. Потом она коротко кивнула и вернулась к Вильрэю.
   -- Они просят выкуп, -- сказала она, садясь. -- Я даже не знаю, сколько. Этот человек сказал, что он тут вообще ни при чем и что ему просто заплатили, чтобы он передал нам это. Встреча собственно с похитителями у моста, на закате.
   -- Это довольно глупо.
   -- Это уже дело чести. Я пойду.
   Вильрэй хмыкнул.
   -- Значит, сделаем так. Я спрячу свои деньги где-то неподалеку от моста, иначе они их просто отберут, и неизвестно, оставят ли в живых мальчика. Когда договоримся, отведу их туда, где деньги. Ты со мной не пойдешь.
   -- Естественно.
   -- Ты будешь следить за мной на расстоянии и поможешь, если что-то пойдет не так.
   Вильрэй хмыкнул вторично. Ривенна продолжила ужин, теперь абсолютно спокойная. Потом посмотрела на окно и пошла к выходу, оставив спутнику арбалет. Вильрэй искренне удивился ее уверенности в том, что он пойдет следом -- секунду назад он сам был в этом не уверен.
  
   Они не собирались ее отпускать. И мальчишку, конечно, тоже. Вильрэй, притаившийся у моста, расслышал только "У меня нет таких денег", Ривенна произнесла это нарочито громко. Кажется, они ей угрожали. Потом, кажется, на чем-то сошлись. Подошел еще один человек с фонарем, остальные прошли за ним и вошли в какой-то дом.
   Вильрэй промаялся полчаса у этого дома, злясь на Ривенну и на себя. Уже совсем стемнело, когда двери дома раскрылись, из них показались похитители. Ривенна шла рядом с первым из них, наверное, главарем, она показывала путь. Вильрэю удалось подобраться достаточно близко, чтобы услышать, как она громко объясняет:
   -- Затем мы спустимся в ущелье и там находится остальной клад.
   -- А твой дружок, что сбежал, не заберет его прежде нас?
   -- Честно говоря, я не знаю, -- пожала плечами девушка.
   -- На постоялом дворе его нет, -- главарь подозрительно посмотрел на Ривенну. -- Он пошел за кладом?
   -- Откуда мне знать? Я вообще-то надеялась, что он принесет выкуп, но он, очевидно, решил, что сто золотых слишком высокая цена за женщину и мальчишку.
   -- И он не ошибся. Если денег там нет, я за вас двоих и медяка не дам.
   Вильрэй нахмурился. То ли Ривенна переоценивала свои силы, надеясь сбежать от разбойников по дороге, то ли переоценивала силы Вильрэя, надеясь, что он их отобьет, то ли просто тянула время. Он пересчитал болты в колчане -- их было восемь, на два меньше, чем похитителей. Да на что она надеется? На чудо?
   А почему бы не случиться чуду? Вильрэй вспомнил, как шел по веревке с Ривенной на руках. Может, и тут получится что-то необычное, что-то волшебное, стоит ему только придти ей на помощь? Он так сильно захотел этого чуда, что был даже в глубине души благодарен девушке, когда бросился вперед -- встретить разбойников в ущелье.
  
   Он нашел удобную позицию для стрельбы, это было наверху той скалы, в которой они нашли тайник. Он также приготовил несколько валунов, чтобы сбросить их на головы первым, кто подойдет к скале.
   Вперед разбойники пустили Ривенну. Один из них шел сразу за ней, приставив к груди девушки нож. Увидев это, Вильрэй заколебался, риск для Ривенны был очень велик, но избежать его тоже было нельзя. Поэтому он хорошенько прицелился и выстрелил.
   Болт попал не в сердце, как метил Вильрэй, а в правую руку -- что, впрочем, оказалось в чем-то лучше: разбойник вскрикнул и схватился за древко болта, выронив нож, и Ривенна оказалась свободна.
   -- Прячься! -- крикнул ей Вильрэй, видя, что разбойники схватились за арбалеты. Она метнулась за нагромождение камней чуть левее скалы, на которой залег Вильрэй, который тем временем целился в главаря. Еще один болт бесполезно ударился рядом с головой цели, и, хотя Вильрэю удалось попасть со второго раза, а следующим выстрелом добить раненого, болтов у него оставалось теперь четыре -- а бандитов восемь. К тому же они тоже были вооружены, и Вильрэй вжался в камень, не желая представлять собой мишень. "Самое время для чуда", -- подумал он.
   -- Эй! -- крикнул один из разбойников. -- Бросайте оружие и выходите оба, иначе вашему щенку конец!
   Меньше всего Вильрэй сейчас думал о мальчишке. Он вообще почти забыл про него. Но Ривенна жалобно вскрикнула -- и Вильрэй понял, что она сейчас выйдет!
   -- Стой! -- крикнул он. -- Оставайся, где стоишь. Все равно я сдаваться не собираюсь.
   -- Я отрежу ему сперва уши, -- предупредил разбойник, -- а затем перережу глотку. Выходите! Раз!
   -- Сделай что-нибудь! -- крикнула Ривенна Вильрэю.
   -- Два!
   -- Я выхожу, -- произнесла она.
   Вильрэй поднял голову и увидел, как она огибает свое укрытие, подставляясь под болты разбойников. Он увидел также мальчика, бьющегося в руках здорового мужчины, приставившего стилет к его шее, и словно какая-то сила толкнула его к мальчишке. Вильрэй спрыгнул со своей скалы, вернее, перепрыгнул с нее на другую, за спиной разбойника, в своем прыжке умудрившись как-то ударить того болтом по голове. Вильрэй с удивлением почувствовал, что кость поддалась под его ударом, а потом ошалевшими глазами смерил расстояние между скалой, на которой сидел, и той, у подножия которой лежал теперь разбойник с проломленным черепом. Было четыре его роста.
   Двое похитителей застыло, испугавшись, но остальные пятеро бросились к Вильрэю. Арбалет он оставил на прежнем своем месте, и теперь был безоружен.
   -- Держи!
   Мальчишка протягивал ему снизу меч убитого. Вильрэй схватил его как раз вовремя, чтобы встретить первого из бандитов. Ему удалось отбить первый выпад, а потом он оказался прижатым к каменной стене -- на него нацелились пять мечей. Внезапно один из мечников зашатался и упал вниз: в голову ему угодил камень, брошенный Ривенной. Мальчик, остававшийся у подножья скалы, добил упавшего, впрочем, Вильрэй узнал об этом позже: в этот момент оставшиеся разбойники напали все разом.
   Они мешали друг другу, и это помогло ему продержаться первые несколько секунд, и вдруг один из разбойников вскрикнул: меч Вильрэя, проносясь в доброй ладони от его лица, обдал его сильным жаром. Вильрэй и сам заметил, что клинок на глазах краснеет, словно его положили в огонь, вот меч разбойника, столкнувшись с розовым лезвием, выбил сноп искр -- и переломился, а потом противники Вильрэй отступили в страхе -- меч дракона пылал.
   Вильрэй расхохотался, глядя на этот огонь. Он крепко сжал рукоять, чувствуя, как из его рук исходит сила, та самая, что превращает в пламя дыхание драконов. Он описал круг над головой огненным мечом и засмеялся вновь -- видя, как убегают перепуганные разбойники.
   Он не знал, сколько простоял так, глядя на пламя. А потом оно погасло, оставив мгновенно остывший клинок и ощущение огромной усталости во всем теле. Вильрэй покачнулся и осел на землю.
  
   Ривенна и мальчик развели костер. Он горел ровно и жарко, ночь была безветренной. Вильрэй смотрел на огонь сквозь ресницы, не показывая вида, что он очнулся (или проснулся?). Не хотелось двигаться, не хотелось разговаривать. Ему не надо было даже касаться меча, чтобы понять, что чудо оставило его так же внезапно, как посетило, что он снова всего-навсего двуногий, такой же, как эти двое, что сидят у костра и разговаривают на какие-то неважные, банальные темы. Мальчик (Ривенна называла его Лат) рассказывал что-то о себе, голос Ривенны, когда она обращалась к нему, звучал ласково -- с Вильрэем она так никогда не говорила... Впрочем, это было неважно, совершенно неважно -- какое дело дракону до каких-то двуногих?
   Ему наконец надоело лежать с закрытыми глазами, и он рывком сел.
   -- Как ты себя чувствуешь? -- спросила Ривенна.
   -- Нормально.
   -- Я объяснила Лату, что ты иногда бываешь волшебником, -- сказала девушка, -- но только очень редко.
   -- Реже, чем хотелось бы, -- бросил Вильрэй. -- Мне нужно отойти.
   Он все же взял, когда зашел за скалу, в обе руки свой кинжал, пытаясь согреть его внутренним жаром дракона, но сила, как он и думал, не откликалась, словно ее и не было. Он закрыл глаза, размышляя. Похоже, ему не стоит расставаться с Ривенной. Надо продолжить поиски, как только рассветет. С этой мыслью он вернулся под чахлое дерево, на ложе, которое соорудили для него Ривенна и Лат из своих плащей, когда он был без сознания, и уснул. На рассвете, едва открыв глаза, он увидел у своего лица след хромой ноги, оставленный на влажной земле.
  
   -- Странно, как я не почувствовал его запаха ночью, -- сказал он Ривенне, когда они, быстро шагая, направлялись на восток.
   -- А ты чувствуешь запахи, как собака? -- спросил Лат, с некоторым трудом поспевая за ними.
   -- Да, как собака, -- Вильрэй бросил на мальчика раздраженный взгляд. Ривенна сказала, что Лат может пригодиться им как проводник, потому что хорошо знает эти места. -- Кажется, проводнику полагается идти впереди, или я ошибаюсь?
   -- Сбавь немного шаг, -- Ривенна остановилась и взяла Вильрэя за руку, вынуждая его замедлить движение. Лат быстро обогнул их, сообщив:
   -- Здесь все равно одна дорога. Через пару миль будет развилок, там две дороги. Северная ведет к морю, там город и порт, а южная, если по ней идти достаточно долго, приведет в столицу. Вам куда?
   -- Туда, куда Хромой, неужели не ясно, -- Вильрэй беспокойно посмотрел на небо. Кажется, на этот раз дождя не предвидится, а след достаточно свежий. Может быть, теперь удастся наконец найти мага. -- Ривенна, в ближайшем городе купи болтов для арбалета.
   -- Я собрала двенадцать штук там, где их бросили эти трусы, когда убегали. Этого, наверное, хватит...
   -- Не знаю, -- Вильрэй потрогал рукоять трофейного меча. Он чувствовал, что приближается к цели, и сильно нервничал. -- Эй, проводник, ты куда опять?
   -- Здесь ягоды, -- Лат присел, собирая мелкие красные ягоды с какого-то колючего куста.
   -- Вилл, он же со вчерашнего дня ничего не ел, -- вмешалась Ривенна, чувствуя, что Вильрэй сейчас рассердится. Он повернулся к ней:
   -- Вилл?
   -- Само вырвалось, -- она вроде оправдывалась, но явно ей больше нравилось называть его так, этим коротким, словно собачья кличка, именем двуногого.
   -- Меня зовут Вильрэй.
   -- Хочешь, Вильрэй? -- Лат протягивал ему на ладони ягоды. С ума сойти, дракон, которого женщина называет сокращенным именем, а мальчишка кормит.
  
   След и запах на развилке показали, что Хромой повернул на север. Лат был рад покинуть горы, а Вильрэй заволновался. Что, если Хромой решил уплыть куда-нибудь?
   -- На островах живут варвары, -- сообщила ему Ривенна. -- они называют себя лодрами. Они очень воинственные, мы вряд ли сможем искать Хромого на их территории.
   Вильрэй перешел на бег. Ривенна, как ни странно, не отставала, да и Лат продержался две мили, но потом выдохся.
   -- Кажется, проводник нам больше ни к чему, -- крикнул Вильрэй на бегу.
   -- Погоди, -- Ривенна остановилась. -- Я не могу его бросить.
   Вильрэй тоже остановился, от неожиданности.
   -- Почему?
   -- Потом объясню. Я... Я не знаю, бежать мне с тобой или подождать его...
   -- Там есть таверна "Морской конек", -- крикнул Лат, задыхаясь. -- Если хочешь, подожди меня там. Я тебя найду!
   -- До встречи! -- крикнула Ривенна и последовала за Вильрэем. Тот на бегу подумал, что двуногие довольно загадочные существа.
   Он утвердился в этой мысли, когда они приблизились к городу. Навстречу им из ворот бежали люди. Они что-то кричали, но даже до Вильрэя не сразу дошел смысл их криков. Ему казалось, что это какой-то единый звук, похожий одновременно на рокот волны и на звериный рев. А потом он понял, что это звучало, повторяемое множеством голосов, одно-единственное слово: "дракон". И только потом он увидел его.
  
   Вильрэй шел по опустевшим улицам, то и дело спотыкаясь о брошенные людьми в панике корзины, наступая на рассыпавшиеся овощи. Дракон описал круг над городом и теперь присматривался к башне в его центре. Он не обращал внимания на то, что творилось внизу, зато Вильрэй не спускал с него глаз. За свистом крыльев не очень хорошо слышно то, что происходит внизу, он знал по себе, и потому ему нужно было подобраться как можно ближе. А еще -- дракон просто притягивал его к себе...
   Сзади раздался шум. Резко обернувшись, Вильрэй увидел Ривенну, держащуюся за край телеги. Видимо, она поскользнулась на вывалившейся из телеги рыбе.
   -- Ты здесь зачем? -- раздраженно крикнул он.
   -- Я... с тобой!
   -- Дура! Он тебя убьет!
   -- А тебя?
   Дракон, действительно, вовсе не выглядел настроенным на разговоры. Он кружил над башней, огромный (приблизительно с Дан-Лерти, когда тот был в своем настоящем облике), рассерженный, поражающе мощный. "Не хватало еще бояться дракона", -- сказал себе Вильрэй и позвал его.
   Зов был слабым подражанием зову, принятому у драконов. Однако даже человеческие связки Вильрэя смогли выдать что-то настолько подобное, что дракон понял -- зовет свой.
   Хлопнули огромные крылья. Дракон сел на ворота и наклонил голову к человеку, знающему язык драконов.
   Вильрэй сразу же отметил, что тянуть к нему голову нет нужды. У драконов отличное зрение, но этот, видимо, хотел напугать. Действительно, гигантская голова с роговыми выступами, узкими глазами и большой пастью, усаженной множеством длинных зубов -- на расстоянии вытянутой руки выглядела достаточно внушительно. Вильрэй почувствовал, что за его спиной Ривенна сжалась от страха.
   -- Тебе знакомо имя Вильрэя? -- спросил Дан-Лерти, изучая своего нового знакомого. Чем больше он смотрел, тем меньше ему он нравился. Дракону было совсем немного лет, по драконьим меркам он еще не достиг совершеннолетия, а так как размеры у него были отнюдь не детские, обещал стать впоследствии одним из самых крупных драконов. Обломанные чешуйки у основания рогов показывали, что юноша был драчуном, остальные признаки Вильрэй бы затруднился бы назвать, тем не менее они указывали ему на дурной характер этого юнца-переростка.
   И как же ему не хотелось рассказывать ему о своем позоре! Но другого выхода у него не было.
   -- Знакомо, -- ответил тот.
   -- Это я.
   Дракон фыркнул. Это было сделано достаточно осторожно, чтобы не испепелить стоявшего перед ним, но также достаточно нагло.
   -- Смотрю, дела у тебя идут не очень, -- сказал дракон.
   -- Я ищу мага...
   -- Который это с тобой сделал? Да уж, на твоем месте я бы тоже его искал!
   -- Прекрати, -- Дан-Лерти медленно закипал. -- Этот человек хромает. И от него пахнет магией.
   -- Я не различаю вони двуногих, -- презрительно ответил дракон, поднимая голову -- он возвышался над Вильрэем и Ривенной на несколько десятков метров. -- А вообще, их много тут разбежалось, может, какой из них и хромал. Не знаю. Ищи сам, раз это тебе нужно. А это что за самка?
   -- Не твое дело.
   -- Она деревенская дурочка, да? Только деревенские дурачки не убегают, когда я прилетаю.
   -- Замолчи.
   -- Это что, теперь твоя самка, да? Ну конечно, раз стал двуногим, надо искать себе под стать...
   Вильрэю показалось, что он сейчас просто умрет от унижения и злости. Его лицо и уши пылали.
   -- Кстати, раз ты теперь двуногий, почему же ты не бежишь от меня? -- крикнул дракон, упиваясь своим превосходством. Он начал разворачивать крылья.
   -- Кажется, тебя никто не учил вежливости, -- отчетливо сказала Ривенна, и, прежде, чем дракон ответил, выстрелила.
   Естественно, арбалетный болт не может убить дракона. Он и вред-то может нанести только в одном случае -- если угодит в глаз. Но именно туда Ривенна и попала.
   Рев, перемешанный с искрами и черным дымом, разнесся над площадью. Вильрэй схватил Ривенну за руку и толкнул ее за сомнительное, но единственное укрытие -- телегу от рыбы.
   -- Ты зря это сделала, -- прошептал он. -- Зря. Но это было здорово!
   Он посмотрел на дракона, извивающегося в воздухе, визжащего от боли и ярости. "А мы не так уж красивы, -- подумал он вдруг. -- И не так уж могущественны..."
   Впрочем, заниматься критикой времени не было. Дракон, потихоньку успокаиваясь, высматривал в рассеивающемся дыме две человеческие фигурки. Самое время было снова стать драконом, как Вильрэй начал про себя называть всплески прошлой силы.
   Он даже представил себе, как за спиной возникают невидимые крылья, цвета тумана и серого вереска, как тело вновь обретает мощь, а зрение -- ясность... В груди Вильрэя что-то заныло при воспоминании своей сущности. Какое право имеет этот детеныш насмехаться над ним, когда память дракона еще жива? Насмешка над слабым -- тоже слабость, и Дан-Лерти внезапно ощутил свое превосходство над молодым драконом. К тому же, в конце концов, это всего лишь ребенок, вошедший в ту пору, когда считаешь себя взрослым, но на самом деле весьма далек от этого.
   -- Тебе дали урок, -- негромко сказал Вильрэй, не сомневаясь, впрочем, что его слышат. -- Я понимаю, ты казался самому себе таким сильным, красивым и замечательным, и, представь себе, в какой-то степени ты прав. Ты действительно неплохой дракон, просто еще не набрался мудрости и опыта. Теперь их прибавилось, не так ли?
   Вой сверху был ему ответом.
   -- Научись уважать других существ. Эта самка лучше, чем многие драконессы, которые мне встречались. Она верная и смелая, хотя ей и дано так мало по сравнению с нами. Тебе же дано больше, значит, ты должен быть еще лучше.
   "Что я делаю? -- мелькнула у Вильрэя мысль. -- Вместо того, чтобы превращаться, воспитываю этого детеныша... но ведь он действительно нуждается в воспитании".
   -- Лети домой. Глаз будет регенерировать около года, и тебе нужно быть осторожнее в этот период, так что у тебя будет время подумать. Через год можешь прилетать, если будешь думать так же, как сейчас, сразимся.
   Сказав это, Вильрэй спокойно повернулся к дракону спиной. Ривенна смотрела на него из-под телеги, на коленях у нее лежал перезаряженный арбалет.
   -- Ты не очень сильно испугалась? -- спросил Вильрэй.
   Выражение ее лица и сильный ветер, ударивший в спину, подсказали, что надо обернуться. Дракон опустился на площадь, его пасть была раскрыта, но он пребывал в нерешительности.
   -- Ты что, не понял меня? -- Вильрэй сделал шаг в направлении дракона. -- Живо домой!
   Дракон заворчал, но Дан-Лерти направился прямо к нему, и задира отступил. Он пятился все больше, а, когда развернул крылья, это было уже не для нападения, а для бегства. Дракон поднялся в небо и вдруг резко развернулся, решив, что против огненного потока у дракона-двуногого аргументов не найдется. Вильрэй, не думая, вскинул руку.
   -- Прочь! -- крикнул он. И дракон улетел, как будто у Дан-Лерти действительно была сила, чтобы ему противостоять.
   Вильрэй сел на землю рядом с телегой. Тошнотворно пахло рыбой, и он устал -- но не так, как обычно.
   -- Знаешь, что это было? -- сказала Ривенна, протягивая руку и касаясь его плеча. -- Ты был сильнее его. Ты ни капельки не был похож на дракона, но только внешне. Внутри ты прежний. Ты ведь понял, что не обязательно быть драконом, чтобы быть сильным?
   Вильрэй устало кивнул. Ему показалось, что что-то внутри его словно сломалось, как будто разом оставило напряжение, живущее в нем с того момента, как он очнулся человеком.
   -- Тебе плохо? -- раздался обеспокоенный голос Ривенны, Вильрэй слышал его словно издалека. Запах Ривенны, мостовой, рыбы -- сильнее всего рыбы -- захлестывал его, словно волны, а потом вдруг все запахи разом исчезли.
  
   Он проснулся в самой чистой постели, в каких только спал со времени своего превращения. Накрахмаленные простыни были белоснежными, как снег на горных вершинах, возле кровати лежала рубашка того же цвета и темно-синие камзол и штаны. Вильрэй поискал глазами свою прежнюю одежду и не обнаружил ее. Зато он увидел тазик для умывания и приготовленное рядом полотенце.
   Он умылся, оделся и как раз возился с завязками, когда в дверь постучали.
   -- Да? -- крикнул он.
   -- Доброе утро. Ты уже встал?
   -- Да. Заходи.
   Ривенна вошла, толкнув дверь ногой, так как в руках она несла поднос. Вильрэй взял у нее поднос -- там оказалось блюдо с пирожками и кувшин с молоком, -- поставил его на столик у окна.
   -- Я подозревала, что узлы вызывают у тебя трудности, -- Ривенна коснулась его завязок.
   -- А всего-то надо было посмотреть внимательно, как это делаете вы, -- с досадой ответил Вильрэй, глядя, как она завязывает ему камзол. -- Я просто все время слишком спешил.
   -- Ну, несмотря на спешку, время на завтрак у тебя найдется, правда?
   Вильрэй взял с блюда пирожок, он был мягкий, горячий, и от него шел пар. На вкус он оказался вполне приличным.
   -- Мы сейчас в лучшей гостинице, -- сказала Ривенна, убирая постель. -- А еще нам выдали сто золотых за то, что мы прогнали дракона. Вернее, тебе выдали. Жители города на руках нас готовы носить...
   Она замолкала, посмотрела на Вильрэя настороженно:
   -- Есть и плохая новость...
   -- Хромой уплыл в неизвестном направлении, -- кивнул Вильрэй. -- я сразу подумал, что ты наверняка о нем спросила. И что, раз не говоришь ничего, значит, он ускользнул.
   -- Его видел один рыбак, он сидит внизу, говорит, он что-то сможет тебе сообщить. Пожалуй, я позову его сюда -- здесь вам будет удобнее разговаривать.
   Рыбак оказался стариком в длинном, засаленном плаще. Из-под капюшона, наброшенного на голову, виднелся острый нос и седая ухоженная борода, пожалуй, даже слишком ухоженная для простого рыбака. Но не это заставило Вильрэя вскочить, едва Ривенна открыла перед стариком дверь.
   Магия. Сильный запах слабой магии двуногих.
   -- Да, я то, о чем ты подумал, Вильрэй, -- сказал маг, входя. Ривенна насторожилась, Вильрэй увидел, как ее рука легла на рукоять кинжала. -- Я того же племени, что и тот, кого ты ищешь, -- продолжал старик. -- Хотя и не такой силы. Я принес тебе весточку от него. Получай же!
   Маг вскинул руку, и искры сорвались с кончиков его пальцев и полетели к Дан-Лерти. Его ударило в грудь так, что он откинулся на стоящий позади него стул, а потом словно невидимые цепи приковали его к стулу так, что он едва мог пошевелиться. Затуманенными от ярости и унижения глазами Вильрэй увидел, как Ривенна бросается на старика с кинжалом. На этот раз маг использовал другое заклинание: Ривенну отшвырнуло к кровати, за спину Вильрэя. Он смог немного повернуть голову и увидел, что она лежит без движения, а на губах показалась кровь.
   -- Что тебе за дело до нее, старик? -- крикнул Дан-Лерти, отчаянно пытаясь понять, жива ли девушка. -- Ты пришел ко мне, со мной и разбирайся!
   -- И разберусь, -- маг подошел ближе, так что Вильрэй был вынужден смотреть на него снизу вверх, -- тот, кого ты называешь Хромым, рассказал мне, какое зло ты ему причинил. Мы, маги, знаешь ли, всегда стоим друг за друга! И, раз у Хромого не было времени, чтобы с тобой разделаться, я...
   Старик вдруг прервался и посмотрел поверх плеча Вильрэя. Тот, едва не свернув шею, посмотрел туда тоже. Ривенна сидела на полу, держа наизготовку заряженный арбалет.
   -- Ты не успеешь выстрелить, девочка, -- сообщил ей маг.
   Ривенна все же успела. Правда, толку от этого не получилось. Стрела, нацеленная в грудь старику, столкнулась с маленькой шаровой молнией, пущенной магом, вспыхнула и рассыпалась в прах. Дан-Лерти увидел, как маг вновь создал молнию и направил ее на Ривенну...
   Дракон почти не мог ничего сделать. Только качнуться навстречу молнии, загораживая собой девушку. Стул упал; Ривенна закричала, видя, как молния несется к ним, прямо в лицо Вильрэя. Тот зажмурился, не вынеся ослепительного блеска... И потому не увидел, как маг развернул молнию, и она снова мягко вошла в его ладонь.
   Узы, державшие Вильрэя, исчезли. Он открыл глаза; после молнии в его глазах плясали зеленые круги, и казалось, что в комнате полумрак. Тем не менее, Дан-Лерти хорошо видел, что маг смеется.
   Он понял, что действительно выглядит смешно и жалко, и вскочил. Маг выставил перед собой руки, не переставая смеяться -- его бородка подпрыгивала на животе, в такт смеху.
   -- Эй, потише, потише! -- сказал маг. -- Еще одно нападение -- и я просто умру от смеха.
   -- Может, хоть так тебя получится убить, -- проворчал Вильрэй, вставая.
   -- Конечно, я не замышлял ничего плохого ни тебе, ни этой смелой леди, -- маг сел на краешек кровати и жестом пригласил сесть Дан-Лерти и Ривенну. Они остались стоять. -- Хотя я не солгал, что видел Хромого. И он действительно рассказал мне о твоем преступлении и о том, какая кара тебя постигла. Рассказал он также, что следил за тобой с тех пор, как ты превратился в человека. И о том, что наказание, похоже, превратилось для тебя в награду.
   -- Что?!
   Маг указал на Ривенну. Она чуть покраснела.
   -- Я только что показал вам обоим, насколько вы цените друг друга. Вильрэй, разве до этого у тебя был кто-нибудь, кого бы ты ценил больше жизни?
   Дан-Лерти не ответил. Он понимал, что маг прав, и в то же время испытывал ужасную тоску. Значит, все это время Хромой видел его, значит, силы мага еще больше, чем он мог предположить, и значит, Вильрэю никогда не догнать своего врага.
   -- Да, ты никогда не сможешь найти Хромого и вернуться в прежний вид, -- подтвердил старый маг. -- Но разве тебе так плохо в этом виде?
   -- Куда поплыл Хромой? -- вместо ответа спросил Вильрэй.
   -- На острова.
   -- Я буду искать его.
   -- Это бесполезно.
   -- Я не сдамся.
   -- И я тоже, -- Ривенна повесила на плечо арбалет. -- Мы купим лодку, возьмем с собой запасы воды и пищи, и будем плавать среди этих островов, пока...
   -- Пока вас не сожрут драконы, селящиеся на них, -- закончил маг. -- Правда, есть еще возможность налететь на рифы, утонуть во время бури, попасться пиратам или варварам из Лодрии. А еще -- умереть от старости. Все это случится скорее, чем вы найдете мага, который не желает, чтобы его находили. Разве об этом ты мечтаешь, девушка?
   Ривенна медленно покачала головой, виновато посмотрев на Вильрэя.
   -- Расскажи, о чем же ты мечтаешь, -- вкрадчиво сказал маг. Дан-Лерти, чувствуя чары, сделал протестующий жест, но Ривенна уже заговорила:
   -- Я мечтаю, чтобы у меня был дом, -- сказал она. -- Где-нибудь на краю города, или даже за городом. Чтобы у меня был ребенок. Я не могу иметь своих детей, и поэтому я бы взяла одного из беспризорников и любила бы его, как своего. Еще я хочу, чтобы вокруг дома был сад с яблонями и вишнями...
   -- Ты кое-что умалчиваешь, -- заметил маг. Ривенна покачала головой.
   -- Я не хочу говорить этого.
   -- Скажи, -- попросил старик.
   -- Я хочу, чтобы в нашем доме жил и ты, Вильрэй, -- закончила девушка и отвернулась.
   Наступило недолгое молчание. Нарушил его маг:
   -- Вот две дороги, Вильрэй. Что ты выберешь: вечный поиск или счастье для нее и для себя?
   Дан-Лерти почувствовал на себе печальный взгляд Ривенны, но не посмотрел на нее. Не отвечая, он вышел.
  
   Вечером, когда Ривенна уже думала идти его искать, он вернулся.
   -- Где деньги, которые нам дали горожане? -- спросил он.
   -- Вот, -- Ривенна протянула ему тяжелую сумку, радуясь, что он пришел, она уже опасалась, что Вильрэй уплывет один. -- Ты договорился насчет лодки, да?
   -- Нет. Насчет дома.
  
   Они прожили в этом дом две недели. Ривенна оставила свою работу -- оказалось, она переносила письма от разведчиков, следящих за воинственной Лодрией, -- а еще они усыновили Лата. Вильрэй сначала немного чурался приемыша, но вскоре они привыкли друг к другу. Вильрэй с Ривенной собирались обвенчаться, но священник настоял, чтобы венчание отложили хотя бы на месяц -- он настаивал на проверке чувств. Пока Ривенна сообщила Вильрэю, что намерена закрываться на ночь на щеколду. "Или эта предосторожность излишняя?" -- "Излишняя, конечно. Что я, враг себе, лезть к тебе ночью? Пристрелишь еще... любя".
   Это были две недели жизни двуногих, во время которых Вильрэй не раз думал, что наказание Хромого действительно стало наградой.
  
   Лат ставил силки на кроликов в небольшом лесу, неподалеку от их дома. Мальчику нравилась охота, и добычу он приносил регулярно и с немалой гордостью. Но последние четыре дня силки постоянно пустовали.
   -- Мне кажется, кто-то вынимает моих кроликов, -- сказал он за завтраком.
   -- Может, это просто хищники? -- предположила Ривенна.
   -- Тогда оставались бы следы и кровь.
   -- Тогда люди, -- сказал Вильрэй.
   -- Или просто кролики поумнели и не подходят к твоим силкам.
   -- Ты не мог бы проверить? -- спросил Лат, обращаясь к Вильрэю. -- С твоим чутьем тебе это легко.
   -- Хорошо, -- Вильрэй кивнул. -- Покажешь мне сегодня, где твои охотничьи угодья. Посмотрим, что мне удастся вынюхать.
   Силки действительно опустошал человек. Дан-Лерти смог сказать это с абсолютной уверенностью. Он отослал сына домой и пошел по следу. Через некоторое время ему пришлось остановиться, выловить Лата из кустов, убедить, что он не собирается попадать в беду из-за пары кроликов, что все будет в порядке, и вновь отправить его домой.
   Все действительно было совершенно безопасно. Вильрэй догнал мужика, воровавшего кроликов, выразил ему свое неудовольствие парой затычин, потом мужик полез за ножом и был бит. Кончилось все обещанием никогда не приближаться к чему-либо, имеющему отношение к Вильрэю и его семье, и мужик был отпущен.
   Через два дня Дан-Лерти пошел в город присмотреть лошадь -- они с Ривенной решили подарить Лату скакуна на Летний праздник. Когда через несколько часов Вильрэй вернулся, он увидел на месте своего дома пепелище.
  
   Он разгребал обгорелые доски и бревна, ломая ногти, разбивая в кровь пальцы, обжигаясь о горящий еще пепел. Он спешил так, как будто это еще могло что-то изменить, а иногда принимался звать, но никто не откликнулся. Наконец он нашел их обоих...
   Из оцепенения его вывело жалобное ржание коня, которого он купил для сына. Конь тыкался мордой в плечо человека, безжизненно застывшего над двумя телами, пока Вильрэй не очнулся окончательно. Тогда он встал и неверными шагами побрел к саду -- рыть могилу.
   Он не знал, кто сделал это -- тот ли проходимец, которого он избил в лесу, или, может быть, шпионы Лодрии. В конце концов, это не имело никакого значения. Он не знал, кому мстить, да и не хотел мести. Для того, чтобы ненавидеть, надо чувствовать, а у Вильрэя словно не осталось для этого сердца. Когда он засыпал могилу, он лег рядом. Садилось солнце. Вильрэй закрыл глаза, зная уже точно, что утром не проснется.
  
   -- Проснись.
   Дан-Лерти сдавленно застонал, чувствуя, что его вырывают из пропасти забытья, попытался уцепиться за дарящую забвение тьму, но ничего не вышло. Он открыл глаза и уставился на человека, стоящего пред ним. Хромой.
   -- Все получилось хуже, чем я хотел, -- сказал маг. Его голос звучал глухо и печально.
   -- Это ты их убил? -- закричал Вильрэй, бросаясь к нему. Нет, оказывается, силы ненавидеть у него еще остались. Он мгновенно преодолел расстояние, отделяющее его от Хромого, и только тут понял, что вернулся в прежнее состояние. Он снова был драконом.
   -- Нет. Их убил ты, -- ответил Хромой.
   -- Я?!
   -- Я рассказывал тебе о своей сестре и ее сыне, -- напомнил маг. -- Я любил их. Не так, как ты любил Ривенну и Лата, но не менее сильно. Просто убить тебя показалось мне слишком легким наказанием за их смерть. Я поступил иначе.
   -- Ты превратил меня в человека и сделал так, чтобы я тоже полюбил и потерял любимых...
   -- Нет. Я погрузил тебя в сон. Все то, что ты видел, вся твоя человеческая жизнь была лишь сновидением, полностью созданным мной.
   Вильрэй замотал головой, пытаясь поверить, что Хромой лжет. Но, похоже, он говорил правду...
   -- Раздробленное плечо не может выздороветь за одну ночь, -- сказал Хромой. -- И дрался ты настолько плохо, что тебя много раз убили бы, будь это на самом деле. Там было еще достаточно много натяжек -- например, твои способности, которые ты обретал, когда у тебя не было сил чтобы сделать то, что я хотел, чтобы ты сделал. А еще..., -- маг вдруг всхлипнул, -- дом не может сгореть за час! Если только его не жгут драконьим пламенем...
   Хромой отвернулся, силясь сдержать слезы. А Вильрэй стоял над ним, и осознание того, что жизнь, которой он жил, была только лишь сном, медленно наваливалось на него.
   Не было ничего. Ни безнадежной погони за Хромым, ни борьбы с этим странным миром двуногих, ни Лата, ни Ривенны...
   -- Ривенна и Лат были на самом деле, -- сказал Хромой, поднимая голову. -- Иначе мне было бы стыдно за то, что я сделал с тобой. Но они были, и в твоем сне они действовали именно так, как действовали бы в подобных ситуациях. Отважная арбалетчица Ривенна была моей сестрой. А Лат -- ее приемным сыном.
  
   Вильрэй Дан-Лерти поднял голову и уставился на вход тусклыми желтыми глазами. Запах Хромого, который он теперь узнавал издалека, приближался.
   -- Что еще тебе нужно от меня? -- спросил Вильрэй, когда Хромой показался у входа.
   -- Пришел посмотреть, как ты.
   -- Смотри.
   Он почти не двигался с тех пор, как маг ушел -- несколько дней. Драконы не слишком нуждаются в еде и воде. Они выносливы, и даже на то, чтобы умереть от тоски, им нужно время.
   -- Знаешь, мне приходило в голову не мстить, -- сказал Хромой, садясь на камень неподалеку от входа. -- Когда я уже все это начал, когда ввел в твои сны Ривенну и вы подружились, мне стало страшно от того, что я делаю с тобой. А когда вы купили дом... Я мог бы поддерживать твое сновидение многие годы, Вильрэй. Но потом я бы умер и ты бы все равно узнал, что это ложь.
   -- Ты мог бы убить меня во сне, -- подсказал Дан-Лерти.
   -- Мне приходило в голову и это. Может, я зря не стал этого делать.
   -- Может, и зря.., -- Вильрэй повернулся, немного меняя позу. -- А мне приходило в голову вот что: вы, люди, постоянно сочиняете сказки, в которых наделяете существ какой-то определенной плохой чертой. Эльфы у вас коварны, гномы жадны, тролли тупы, великаны агрессивны, оборотни жестоки... А драконы в ваших сказках совмещают все недостатки. На самом же деле их совмещают в себе люди.
   -- Наши народы не так непохожи, как ты думаешь. И как я думал.
   -- Может быть, -- неожиданно согласился Дан-Лерти. -- И поэтому повторяю опять: что тебе от меня нужно?
   -- Помощь.
   -- И ты полагаешь, я буду тебе помогать?
   -- Варвары-лодры, -- объяснил Хромой. -- Они собираются напасть.
   -- Какое мне дело?
   -- Ты можешь помочь нам защититься от них.
   -- Зачем?
   -- Затем, что, будь Ривенна жива, она бы уже пробиралась через горы, чтобы сообщить королю и привести помощь.
   -- А что, теперь некому сделать это? Почему не пошел кто-нибудь другой?
   -- Потому что на короля надежда слаба, -- признался Хромой. -- Нам нужно быть готовыми обороняться самим.
   -- Ну и обороняйтесь... сами, -- сказал Дан-Лерти и отвернулся.
   -- Подумай, хорошо? По моим сведениям, они нападут с севера. Сегодня ночью.
   Вильрэй пролежал в своей пещере до заката. Потом он вышел, сделал два круга над скалой, чтобы размять затекшие крылья, и полетел к деревне.
   Они там готовились к нападению варваров. Вильрэй сверху увидел большие костры, при их свете люди достраивали укрепления, готовили оружие, то и дело тревожно посматривая в сторону моря. На Дан-Лерти они почти не обратили внимания.
   Хромой стоял на обрыве, глядя на море. Перед ним был круглый щит, отполированный, как зеркало. В его поверхности Вильрэй, приземляясь, увидел множество огненных точек -- факелы, прикрепленные на носах лодок варваров. Увидев дракона, Хромой оставил свое магическое зеркало и встал, опираясь на ясеневый посох.
   -- Значит, летишь? -- спросил он, хотя вопросы были тут излишни. Хромой торопливо добавил: -- Будь осторожен. У них там неплохие стрелки, и наверняка есть парочка магов. Кстати о магах -- я мог бы помочь тебе отвести их атаки, если ты возьмешь меня с собой и позволишь ехать на твоей спине.
   Дан-Лерти не ответил. Он вообще подумал, что зря подлетал к Хромому.
   -- Нас осталось двое, тех, кто любил Ривенну и Лата, -- сказал маг тоскливо. -- Нам обязательно быть врагами, Вильрэй?
   Дракон не ответил и на это. Он только скользнул взглядом по человеку и полетел на север.
   Хромой вздохнул, посмотрел на свой посох и с силой воткнул его в землю. Если он не вернется, посох пустит корни и станет ясенем. Маг не стал говорить Вильрэю, что вообще-то мог заставить его помочь. Он прочел всю Кингу Драконов, так что это было для него возможно. Также, как и...
   Изумрудно-зеленые крылья со свистом прорезали воздух, разворачиваясь над ним. Какое-то время Хромой еще сохранял подобие человека, потом его тело содрогнулось и стало телом дракона. Он сразу зажмурился от буйства красок, открывшихся ему, а ночной воздух почти опьянил его, но он заставил себя сосредоточиться на подплывающих варварах, на деревне и Вильрэе. Дракон не успел еще улететь далеко; Хромой полетел следом за ним. Он догнал Вильрэя уже через минуту. Дан-Лерти обернулся к нему, но ничего не сказал.
   Два дракона летели рядом, к скоплению лодок на черной воде, и от их дыхания сгорал воздух у их морд.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) М.Моран "Неземной"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) О.Гринберга "Отбор без правил"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"