Блюм Иван. Дон Казанов. Преферанс разведки

Блюм Иван

ДОН КАЗАНОВ.

ПРЕФЕРАНС РАЗВЕДКИ

Часть первая

КОМИССАРША

Студент технического университета Дон Казанов попал в поле зрения военной контрразведки и был направлен на стажировку за границу в Западную Европу. По возвращению в Россию он зачислен в штат министерства иностранных дел, но работает в контрразведке помощником личного курьера российского царя полковника Борисова, осуществляющего конфиденциальную связь с царствующими домами по всему миру. После революции Казанов попадает в тюрьму и им интересуется лично Дзержинский, который отдает под надзор молодой чекистке и пролетарке по имени Мария. Дзержинский дает им разрешение на выезд за границу для поиска полковника Борисова и создания условий для контактов Советской России с правительствами европейских стран для прорыва дипломатической блокады. С началом репрессий они получили возвращаться в Россию, но Казанов отказался ехать, хотя полковник Борисов решил вернуться в Россию. Присланный боевик из Центра пытался убить Казанова, но Мария закрыла его своей грудью. Оставшись один, Казанов уезжает в Испанию и вступает в ряды интернациональных бригад.

Глава 1

Всех сидящих за судейским столом я не знал. Видеть видел, но лично знаком не был. Кто же интересно с ликами на иконах личное знакомство имеет?

Председательствовал, конечно, он Сам. Бог. Ему сам Бог велел. Что за ерунда? Председательствовал Иисус Христос, а прокурором был апостол Петр. Раньше он был Симоном, сыном рыбака и Иисус сказал ему: "Иди за Мной, и Я тебя сделаю ловцом человеков". Вот и я попался в его сети.

- Этот человек не простой грешник, - вещал апостол Петр. - Это дважды грешник. И имя его - Дон Казанова - символ греха, символ большого греха.

Дон Жуан ненавидит женщин и потребляет их как необходимую для него пищу. Встреча с Дон Жуаном всегда заканчивается трагедией, упадком сил и полосой неудач.

Казанова же любит женщин. Он отдает им все, чем обладает. И Казанова расстается с женщинами, но без трагедий, давая им силы для нового счастья. И тот, и другой разбивают женские сердца, оставляя в них сладкую и горькую боль.

Дон Жуан ищет и не находит в женщинах совершенства, а Казанова видит совершенство во всех женщинах. И их обоих ведет греховный девиз: "Когда хочешь чего-нибудь по-настоящему, можно стать даже Папой Римским".

Дон Жуан - вампир. Он соблазняет женщину исключительно для зарядки энергией. При ухаживании настойчив до настырности и нагл. С самого начала начинает диктовать свои правила игры и подавляет женщину как личность. Много обещает, умеет вызвать интерес, даже страсть. В постели более всего заботится о себе. Всегда уходит первым, оставляя женщину неудовлетворенной.

Казанова - донор. Он ценит женщину и принимает ее правила игры. В постели доводит ее до высшей степени наслаждения и не бросит ее первым, а дождется, когда она сама объявит о разрыве. Он будет страдать, но вскоре найдет новый объект для сброса избыточной энергии.

- Так в чем же вы его обвиняете? - спросил председательствующий. - С одной стороны он грешник, а с другой стороны - он безгрешная душа, праведник, можно сказать. В чем же вы его обвиняете?

- Учитель! - воскликнул Петр. - Если бы он был Дон Жуаном или Казановой, то грех у него был бы один. А он и тот, и другой. Его вина состоит в том, что он не дает женщинам ни единого шанса избежать греха с ним. И еще он шпион...

- Ну, шпионаж это не такой уж большой грех, - сказал председатель, - это работа. В чем-то даже похожая на ту, что проводим и мы, приобретая себе друзей и строя царствие свое на земле. Что же предлагаете вы?

- Я предлагаю, - сказал прокурор, - отправить его в ад на вечные времена, пусть он жарится в кипящем масле, пройдет все круги ада и узнает, как страдают души, погубленные им.

- Петр, разве это наказание для него? - сказал укоризненно Иисус. - Наказанием будет его вечная жизнь. Годы и люди будут проходить рядом с ним, и он постоянно будет чувствовать боль потери близких людей, и мечтать о том, чтобы и его жизнь была такой же короткой, как у всех смертных людей. Пусть живет вечно.

Глава 2

- Больной, просыпайтесь, - кто-то теребил меня приятными пальцами за щеку.

- Может, он уже умер? - сказал знакомый голос.

- Он еще вас переживет и даже не простудится на ваших похоронах, - сказал насмешливый голос, - больной, просыпайтесь же, наконец...

Я открыл глаза. Там, где я был, было безмятежное спокойствие, не нарушаемое звуками улицы. Вокруг была сиреневая дымка, скрывающая что-то там вдали. Почему сиреневая дымка? Не знаю. Любой туман бывает только сиреневым. Присмотритесь.

Около меня сидели два лейтенанта, приставленные ко мне моими учениками в качестве адъютантов. Я слышал, как они наставляли молодежь:

- Он не старикан, а глыба, летопись нашей разведки, начинал еще во времена Дзержинского и даже еще раньше. Да что я вас уговаривать буду? Поедете замполитами на пограничные заставы и будете мух бить журналом "Коммунист Вооруженных сил"...

Я слушал доносившиеся голоса из-за неплотной прикрытой двери кабинета и думал, где же я это слышал? Да это же я всегда так говорю. Хорошо, что меня только копируют, не дай Бог, еще и конспектировать заставят. А сейчас эти ребята сидели у моей постели. Кстати, а зачем? И что я делаю здесь?

Последнее, что я помню, это был мой дом. Вернее, моя квартира. Я сидел у компьютера и пытался вспомнить что-то из моей молодости, чтобы записать это в качестве мемуаров. Иногда, знаете ли, бывает у стариков желание оставить молодежи какие-нибудь умные мысли в наследство в надежде на то, что они будут потом читать это и дивиться, какой мудрый человек был дедушка.

Ерунда все это. Никто не читает умные мысли. Читают глупые или остроумные мысли, например такие: не ходи по косогору - сапоги стопчешь. Вот это и есть мудрость, истина, причем изложенная в такой форме, что она запоминается сразу. Автора никто не запомнит, а мысль эту будут повторять везде.

Вот и я сидел у компьютера и трудился умственно по-китайски. Как это по-китайски? А у них есть такая поговорка: для достижения цели нужно активизировать мыслительный процесс до раны в мозгах. Это в переводе звучит так длинно, а сами китайцы выражаются короче. Dao tou shang dong nao tai. Интересно, а откуда я знаю китайский язык? Ладно, потом выясним.

Так вот, я сидел за компьютером, который не так давно освоил. Вот ведь чудо техники. Что неправильно написал, взял, стёр, и продолжаешь дальше печатать. А я помню, как я печатал документы на пишущей машинке "Olympia". Сделаешь ошибку, останавливаешься, стираешь или соскабливаешь ненужную букву, а потом на это место впечатываешь нужную. А если на место одной буквы нужно впечатать две? Вот тут и начинается искусство. Придерживаешь каретку рукой, чтобы она не ушла на определённое ей конструкцией расстояние, прицеливаешься сквозь прорези для рычага с литерой и нажимаешь кнопку. Бац. И мимо. Начинаем все с начала. Так как бумага тонкая, то придумали белилку, которая замазывает буквы. При тренировке вставка букв и исправления становятся делом легким, даже в какой-то степени интересным.

Так, о чем это я? О компьютере. Что-то мысль моя летает как бабочка с цветка на цветок. Будто хочется все сказать сразу, а выбрать самое главное и не могу. Так вот, сидел я за компьютером и вдруг почувствовал сильную боль в груди. От боли даже в глазах темнеть стало. Стал я по карманам искать свое лекарство и не нашел. А потом в глазах все потемнело, и вот я проснулся здесь.

Я лежал неподвижно с закрытыми глазами и старался вспомнить события недавнего времени, но ничего не вспоминалось. Шепот ребят стал как-то прояснять положение вещей.

- Слушай, а он случайно снова не того? - сказал один.

- Кто его знает? Годов-то ему сколько, пора бы и честь знать, тут только Бог решает, сколько ему осталось жить, - сказал другой.

- Сколько же ему сейчас лет? - спросил первый.

- Считай сам, - ответил второй, - если ему в тысяча девятьсот семнадцатом году было двадцать шесть лет, то в этом году ему будет ровно сто восемнадцать лет.

- Ну да, люди столько не живут. А вообще-то, за это время, сколько воды утекло, - сказал первый, - жалко, если старик уйдет, не написав ничего путного. Вот и мы с тобой тут, чтобы записывать все, что он скажет. Кстати, аппаратуру ты проверил? Если очнется, поговорим с ним, а если не очнется, то наденем так на голову. Все равно какие-то мысли бродят в его старой голове, а эти мысли дороже золота.

Эх, ребята, знали бы вы, что за мысли бродят в моей голове, так не сидели бы с важным видом рядом с моей постелью. Что ж, становится все понятнее, что со мной произошло.

Был сердечный приступ, кто-то меня нашел и вызвал врачей. На инсульт не похоже, так как мозги работают и все тело шевелится. Похоже, что я все-таки был там и Божий суд мне не приснился. Суд состоялся. А точно ли Бог сказал о вечной жизни?

Читать далее...

Часть вторая

ВРАГИ

Органы НКВД разыскивают Дона Казанова для воплощения в жизнь идеи генерального комиссара безопасности ССС Николая Ежова создать сеть агентов, которыми СССР будет заменять руководителей враждебных ей стран. Поиски поручили полковнику Миронову, который установил, что предки Дона Казанова были выходцами из Германии, фон Казенами, но обрусели и стали просто Казановыми. Миронов нашел объекта в Испании и установил с ним контакт, призвав его послужить Советской Родине. Миронову удалось внедриться в немецкую Миссию в Испании и познакомиться с начальником гестапо Генрихом Мюллером. За заслуги Казанов-Казен был произведен в офицеры и награжден орденом. Позднее Мюллер включил Дона Казанова как специалиста по русскому вопросу и знатока русского языка в состав делегации на переговоры между ГЕСТАПО и НКВД. После оккупации Польши Мюллер направил Дона Казанова для работы с украинскими националистами и подготовки из них вместе с абвером диверсионно-разведывательных групп. Казанов передал в Центр информацию о скором начале войны с Германией, по получил ответ - не поддаваться на провокации, а радиста у него отозвали. В Кракове Дон Казанов стал жертвой террористического акта.

Глава 1

- По заданию какой разведки ты приехал в СССР, - следователь НКВД брызгал слюной на бывшего полковника царской армии Борисова, поверившего Лиону Фейхтвангеру и возвратившегося в Россию - СССР. Его арестовали прямо на трапе судна и доставили на Лубянку. - В молчанку задумал играть, сука, сейчас мы тебе язык развяжем, - следователь ударил полковника кулаком в лицо.

- Извольте называть меня на вы, - сказал следователю полковник.

- Ты меня, белогвардейская сволочь, решил этикетам учить? - взъярился следователь. - Ты у меня сейчас за эти этикеты палкой резиновой по ребрам получишь.

- Молодой человек, - сказал Борисов, - ваш главный чекист Дзержинский разработал кодекс поведения сотрудников ВЧК...

- Ты Дзержинского не тронь, он - наше знамя, - ухмыльнулся чекист, закурив папиросу и дыхнув дымом в лицо допрашиваемого, - хотя фрукт еще тот был, если бы не откинулся вовремя, то сидел бы на этой табуретке, мотал сопли на кулак и отвечал бы на мой вопрос - по заданию чьей разведки он проводил работу по разложению органов ВЧК-ОГПУ. Но это наши дела, а ты отвечай, по заданию чьей разведки ты прибыл в СССР?

- Я с вами вообще разговаривать не буду, - сказал полковник Борисов и внимательно посмотрел на следователя. На следователя он не смотрел, он смотрел сквозь него и видел класс, в котором сидели молодые поручики и подпоручики и лекцию поручика Хамада, который был офицером императорской армии и как разведчик был направлен в Читу в качестве прачки. В течение двух лет он вручную стирал мужские и женские подштанники, разнося выстиранное бельё по домам высокопоставленных людей, потому что заслужил репутацию самого модного стиральщика исподнего белья. И там, в Чите, он влюбился в одну женщину, красивее которой он не видел никогда. Вечерами он писал ей сонеты и отправлял их по почте, перевязывая конверт нежно-голубой как небо лентой.

Своей небесной красотой

Затмила солнце и луну,

А что ты сделала со мной?

Тебя я вижу в своих снах,

Ты словно облако в выси,

И недоступна как княжна.

Я душу свою предлагаю тебе

И царство любое, на выбор бери,

Я буду покорен небесной судьбе

И в май превращу январи.

Муж этой женщины посмеялся над ним вместе с объектом его обожания. Стиральщик белья вызвал невежду на дуэль, но кроме смеха супругов он не получил ничего в ответ.

Это было выше его сил. Он пришел в жандармское управление, сообщил о себе, что он японский дворянин, поручик Хамада и уже на следующий день во фраке под конвоем двух жандармских офицеров он повторил свой вызов и убил обидчика на дуэли.

Прекрасной вдове он выразил своё сожаление, перестал писать ей красивые стихи и постарался поскорее забыть, потому что над высокими чувствами может смеяться только чёрствый человек.

Для своей родины он был уже погибшим человеком, и никто не числил его в числе погибших за императора. Кодекс "бусидо" он считал уделом слабых людей, пытающихся уйти от настоящих трудностей и снять с себя ответственность за неудачу, вместо того, чтобы исправить положение.

Самые известные праведники получаются из великих грешников. Но это в мире, а не в России. Специальным именным секретным указом поручику императорской армии Хамаде было присвоен чин поручика российской императорской армии с причислением в службу военной контрразведки.

Как всегда бывает, пророков в своём Отечестве нет, так и военное руководство больше прислушивалось к мнениям американских и английских советников, нежели к мнению настоящего японца поручика Хамады, и проиграла русско-японскую войну. Доморощенные патриоты всегда пытаются любое поражение превратить в победу, рассказывая о том, если бы да кабы, да вот только Цусиму с Порт-Артуром в мешок не спрячешь, это шило большое.

- Господа офицеры, - говорил Хамада, - иногда возникает такая ситуация, когда нужно вытерпеть очень сильную боль и ничего не сказать, а иногда возникает ситуация, когда остается много времени от провозглашения приговора до его приведения в исполнение. Тогда человек может потерять самообладание и проявить слабость перед врагом.

Чтобы быть всегда твёрдым, нужно учиться отключать свои органы чувств и обращаться к небу за поддержкой. И такая поддержка будет. Вся боль физическая и нравственные страдания будут приняты небом, и вам будет даровано спокойствие и безмятежный переход в мир иной. Итак, расслабились, контролируем дыхание, оно как бы замедляется и сердцебиение еле слышно

А сейчас представьте, что вы облако и плывёте к водопаду, который шумит вдали, там вас ждёт прохлада, прозрачная вода и отдых...

Полковник Борисов слышал, как что-то гулко стукало по его телу, и улыбался тому, что он уже приблизился к роднику прозрачной воды, которая журчала прямо около его уха...

Глава 2

- Полковник, ты жив? - спросил мужчина в комсоставовской гимнастерке, вытирая смоченной тряпочкой разбитое лицо Борисова.

Полковник потихоньку приходил в себя. Откуда-то появлялась боль в теле. Попытка пошевелить пальцами вызывала нестерпимую боль.

- Похоже, пальцы мне дробили молотком, - подумал Борисов, - не НКВД, а какое-то гестапо фашистское.

Попытка пошевелить языком добавляла еще боли. Лохмотья поврежденных изнутри губ и щёк упрямо лезли на шатающиеся зубы и требовали откусить эти куски мяса.

- Только не кусать, - приказывал себе Борисов, - слюна сама дезинфицирует все раны и будет заживать всё как на собаке, только не добавлять новые раны.

Кто-то пытался влить ему теплый чай, но полковник Борисов молча сопротивлялся, принимая только холодную воду.

- Почему эти сволочи прекратили меня бить, - думал Борисов, - сейчас бы моя душа летала над всем этим, созерцая то, во что превратили мою родину марксисты-ленинцы. Такой же марксист-ленинец вытирает мне лицо, а ведь если бы мы встретились с ним в открытом бою, то вряд ли бы он меня пожалел, как и я его. А вот раненых не добивают и помогают им только нормальные люди. Как же так получилось, что Россия состоит из нормальных людей, а ненормальные в ней при власти?

На второй день Борисов стал более отчетливо воспринимать окружавшую его действительность. Камера была переполнена. Сначала Борисов их даже не успел разглядел, как его поставили на конвейер пыток. Сейчас он мог глядеть на них, спавших, кто где, кто на нарах, кто под нарами, интеллигентные люди и крестьяне. Больше все-таки интеллигентных людей. Гражданских и военных поровну. Вот у того, который помогал мне, на петлицах давлёнка от двух ромбов. Командир дивизии. На рукаве гимнастерки нет следа от звезды, значит строевой офицер, не политработник. За что их? Вероятно, в прапорах был в войну, офицер, буржуй, несмотря на то, что работал рабочим на фабрике.

Судя по солидности других заключенных, они не простой народ, беспартийных на такие должности не назначают. Треть - представители нации, которой была проведена черта оседлости, да только они переступали через эту черту, перекрестившись, как от чёрта, становились крещёными, не забывая свою веру и достигая немалых результатов на том поприще, куда им удавалось устроиться. Большая часть из них шла в революцию в надежде, что их люди получат со всеми равные права.

Военные - каста особая. Это те, кто разваливал армию, чтобы она не выступила на стороне царя. Потом пришлось учиться у оставшихся в живых офицеров, чтобы государство могло существовать как государство. Военная выправка, офицерские манеры, никуда от этого не денешься. Как ты командира не обзови, офицерский дух поселяется в него, кем бы он ни был. И этот дух заразителен.

Каким бы новым ни было офицерство, а офицерский дух возрасту имеет не менее тысячи лет и с ним еще никто не мог справиться. Всякий, кто посягал на этот дух, становился жертвой его. Приснопамятный Павел Петрович не потрафил офицерству и получил золотой табакеркой по макушке. Матушка Елизавета Петровна была ласкова с офицерами и стала государыней-императрицей.

Новая власть борется с этим духом, да только придёт то время, когда офицеры золото будут носить не в петлицах, а на погонах и на мундирном шитье, и ордена будут с бриллиантами и генералов, выметенных на свалку, вспомнят добрым словом и их победы будет для всех примером. Не вы первые, не вы последние.

Остальные - малороссы и представители закавказской и среднеазиатской буржуазии, которые под шумок хотели расхватать то, что собиралось веками, и стать местными царьками, ханам и беями-беками. Этим-то нужно мозги вправить. Генсек Сталин сам грузин, он-то уж знает, что с ними делать, чтобы держать в покорности и уважении к центральной власти.

- Как вы чувствуете, полковник? - к Борисову подошел комдив и предложил папиросу.

- Знаете, господин генерал, я счастлив, - сказал полковник Борисов.

- Счастливы? - удивлённо переспросил комдив.

В камере воцарилась тишина. Никак спятил тот, кто приехал во всем заграничном, никак шпион какой-нибудь. Полковник только успел представиться, как его утащили на допрос.

- Да, счастлив, господа, - повторил Борисов, - я всю жизнь мечтал, чтобы тюрьмы российские были переполнены марксистами, социалистами, либералами, евреями и инородцами, и мечта моя сбылась, - сказал Борисов и засмеялся.

В наступившей тишине кто-то хихикнул, за ним кто-то засмеялся, и скоро вся камера загудела хохотом. Хохот был такой, что он больше походил на истерику, чем на смех от шутки. Всё, что копилось в людях, начало выплескиваться наружу в виде рыданий, криков, матюгов. Закупоренные человеческие души, верящие в партийную справедливость, поняли, что ждать им нечего, нужно просто выживать в мясорубке, в болезни, которую во всех странах называют страшным словом геноцид. И они не знали, что болезнь эта лечится покаянием, состраданием к погибшим и пострадавшим, и уничтожением системы, приведшей к геноциду.

Читать далее...

Часть третья

БАРБАРОССА

Выжив после покушения, Дон Казанов получает задание готовить диверсионные группы, а с началом войны организовать работу по сбору советских архивов. После оккупации Украины и Белоруссии Мюллер дал Казанову поручение найти в России колдуна, который мог бы предсказывать характер развития событий, как на фронте, так и в международных делах. Колдуна звали дед Сашка, он создал особую настойку, с помощью которой можно перемещаться в будущее, оставляя свое тело в прошлом. Дон Казанов и дед Сашка при помощи снадобья перенеслись в эпоху самошагающих и летающих машин, энергетических зданий и всеобщей компьютеризации. Там они узнали, что Германия проиграет войну. Возвращение из будущего осуществляется причинением боли самому себе. По приказу Мюллера дед Сашка был доставлен в Берлин и размещен на конспиративной квартире под особой охраной. Он предсказал поражение немцев под Москвой, сообщил о выдвижении сибирских дивизий и сказал, что у Мюллера под носом работает иностранный разведчик. На Рождество Мюллер вместе с Доном Казановым выехали в родовое имение Казанова на отдых, где приняли настойку деда Сашки, перенесясь в будущее, в начало пятидесятых годов. Встретившийся бывший сотрудник гестапо рассказал о том, как закончилась война и результатах Нюрнбергского процесса. Миронов передал Казанову личное письмо от Сталина Гитлеру для передачи адресату. Письмо было передано по цепочке Мюллер - Борман - Гитлер. Дон Казанов был арестован и подвергнут проверке. После проверки Казанов и дед Сашка были направлены в Аргентину для открытия валютных счетов на предъявителя и получения подлинных аргентинских паспортов на Мюллера и Бормана. В гестапо был раскрыт советский агент гауптштурмфюрер Вилли Леман, псевдоним Брайтенбах. НКВД стало подозревать в его провале Дона Казанова и потребовало вернуться в СССР.

Глава 1

- С прибытием, господин майор! - Надо мной стоял военный врач в белом халате и улыбался.

- Куда я прибыл, - спросил я, с трудом разлепив губы.

- На этот свет, господин майор, - сказал врач.

Возможно, что я уже свыкся с моей новой шкурой, потому что меня раздражало, когда армейские чины называли меня майором. Штурмбанфюрер соответствует майору, но он никогда не будет равен майору. Он всегда выше. Как сотрудники ЧК-НКВД в Красной Армии. Звание сержант, а знаки различия офицерские. Так-то вот.

Кто же в меня стрелял? Поляки. Могли и поляки. Могли, но уж они за Сталина горой не стоят. Хотели спровоцировать войну с СССР? Глупости. В это никто не поверит и вообще, майоры это маленькие сошки, из-за которых войны не начинают. Польские коммунисты? У польских коммунистов нынешний лозунг такой же, как и у некоммунистов - "Ещё Польска не сгинела". Хотели бы пристрелить, то стрельнули и убрались бы восвояси, не оставляя следов. Тем более с коммунистическими лозунгами. Оуновцы исключаются из этого списка. Они с немцев пылинки сдувают, сапоги чистят, лишь бы мы им Украину на блюдечке преподнесли. Мы вам её преподнесём. Потом скажете спасибо за то, что разрешим вам в холуях у нас работать. Что-то я уже как настоящий немец и фашист заговорил. А кем мне ещё говорить, если у меня в спине три пули, причем две смертельные и пущены они были за родину, за Сталина? Я не хочу делать лезущий на язык вывод, но сама действительность заставляет делать это.

Мюллер говорил, что система сыска в СССР поставлена намного лучше, чем в Германии. Немцев связывают многие законы и традиции, а русских не связывает ничего. Немцы дорожат каждым немцем, а у русских людей много, миллион вправо, миллион влево, миллион в лагерь, миллион на плаху, никто и не заметит этого. Все пойдут дальше, просто "отряд не заметит потери бойца и яблочко-песню споёт до конца". При всеобъемлющей системе безопасности неподчинение законам чревато массовыми репрессиями, подобно инквизиции. А репрессии могут поглотить и того, кто их начал. Был у русских Ежов, и были "ежовы рукавицы". Где он и где его рукавицы? Сгинул вместе с рукавицами. Расстреляли. И Сталин не вечен. И Берия. Их тоже поглотит система, созданная ими.

Чем закончил врач Гильотен, по чертежу которого был сделан свободно падающий тяжелый косой нож, названный по его имени гильотиной? Гильотиной? К сожалению, нет. Он - просто исключение из правила, хотя был личным другом Робеспьера и Марата. Не рой другим яму, сам в неё и провалишься. Зато все родственники страдали от его предложения до такой степени, что вынуждены были сменить фамилию. А это не лучше гильотинирования - не иметь собственного имени, а прятаться за чужим из-за кого-то из предков, морально гильотинировавшего весь последующий род.

Второе. По данным абвера, у нас очень много агентуры в России. Приобреталась она еще в дореволюционное время. Большевики и меньшевики притулялись к тому, кто им сочувствовал и деньгами помогал. Второй отдел Генштаба знал, как можно деньги вложить с растущими каждый год процентами. И сейчас многие люди, которые занимают высокие посты, числятся по линии военной разведки, только вряд ли они будут работать на Германию. А это и не надо. Они сделали то, что от них требовалось, и сейчас они помогают уже тем, что они есть и что они большие персоны.

Контрразведка у русских еще при царе чётко определяла агентуру, но ей никто не верил. Потому что царская чета была немецкой крови, командующие армиями, министры, сановники, руководители департаментов были немцами. Но немцы немцам рознь. Из-за пары-тройки гнид теряется вера ко всем, но немецкая разведка ой как часто обжигалась на русских немцах, которые зачастую были большими патриотами России, нежели сами русские. Поэтому и агентура вербовалась из русских.

С какой бы просьбой не обращались немцы, всегда они находили понимание у большевиков. В Рапалло Германия и Советская Россия единым фронтом прорвали международную изоляцию. Кто интернировал и содержал в достаточно нормальных условиях красноармейцев, попавших в окружение и уходивших от преследования после неудачного штурма Варшавы? Немцы. Кто готовил офицеров и специалистов для рейхсвера? Русские. Кто помогал русским инженерными кадрами? Немцы. Кто помогал сырьем германской промышленности? Русские. И перечислять можно много, но в большем выигрыше всегда оставалась Германия. Это так, к слову пришлось.

Затем между германской агентурой в России началась настоящая война. Каждый стремился уничтожить того, кто знал о его связи с разведкой. Уничтожались архивы, фабриковались дела, процессы, стрелки переводились на немцев, евреев, меньшевиков, уклонистов, оппортунистов и прочих, кто мог бы замаскировать вычищение документов и архивов.

В первую очередь уничтожались свидетели и очевидцы. Я предвижу обывательские вопли о том, что вот у нас никого не уничтожили, а казнокрада завсклада посадили. Вот и все репрессии. Обывателям я посоветовал бы помолчать при обсуждении этого вопроса. Об обывателях вспоминали только тогда, когда наступала пора выборов в Думу или когда необходимо было пополнять вспомогательные полицейские силы на оккупированных территориях.

Под сурдинку борьбы с агентурой были уничтожены и те, кто могли сказать трибунам революции:

- Не ври, когда мы в атаку ходили, ты в лазарете с поносом маялся.

А сейчас Советский Союз начал уничтожать тех, кто предупреждал о далеко идущих планах Германии в отношении России. По данным гестапо и абвера, большинство людей, которые подозревались в разведывательной деятельности, отозваны домой. Похоже, что началась новая волна борьбы с немецкой и антинемецкой агентурой. Последняя шифровка из Центра говорила о том, что моим сообщениям не верят и называют их дезинформацией. Тогда зачем же мне прислали радиста? Кто бы понимал этих русских? Это я о себе, потому что я сам русский и часто совершенно не понимаю, какими доводами пользуются наши политики, проводя российскую внешнюю политику.

Глава 2

Находясь на излечении в госпитале, я не отрывался от дел курируемого мною направления. Коллеги по группе часто навещали меня. Вообще, в немецкой армии и в спецслужбах в порядке вещей было внимание к своим коллегам. Никогда не оставлялись без внимания семьи погибших сотрудников, уволившиеся от нас по выслуге люди получали поздравления с праздником за подписью начальника управления или начальника РСХА.

- Здравствуйте, господин фон Казен, - специальный представитель адмирала Канариса подполковник абвера фон Шнееман с широкой улыбкой и саквояжем в руке вошел в мою палату. - Врачи говорят, что опасность миновала, и вы проживёте ещё сто лет. Не знаю, завидовать вам или нет, но я пришел специально, чтобы вдохнуть в вас силы, потому что нас ждут великие дела.

- Что за великие дела, дорогой фон Шнееман, - улыбнулся я. С Шнееманом у меня установились хорошие деловые и личные отношения. Он был дворянин и я был из дворян, поэтому и общение между нами изобиловало приставками "фон", чего были лишены и на что недобро косились многие из офицеров.

- Сначала терапия, дела потом, - сказал подполковник и стал выставлять на тумбочку принесённое с собой добро. - Вот смотрите, целебный бальзам, который мне передали из Риги и русская водка. Рецепт, одна треть стопки бальзама и две трети водки. Взгляните, как они быстро смешиваются и принимают одинаковый тёмный цвет. Как мне рассказали, бальзам очень крепкий, в него входят секретный растительный экстракт, перуанское бальзамное масло, сахар, коньяк, малина, черника, имбирь, медовый ароматизатор. Если выпить рюмочку и закусить краковской колбасой, то любой человек при полном отсутствии сил начинает шевелить не только конечностями, но и извилинами. Ваше здоровье, фон Казен, врачи не возражают против внутренней дезинфекции вашего организма.

Мы выпили. Закусили. Хмель сначала ударил в голову, а затем растекся по телу состоянием лёгкой эйфории.

- Скоро у нас будет море бальзама и море русской водки, - рассмеялся Шнееман.

- Собираетесь заняться торговлей, дорогой Шнееман, - спросил я.

- Может быть, производством русской водки, дорогой фон Казен, - сказал Шнееман, разливая лекарственную смесь по стопкам. - Заведу себе в России маленький заводик и буду поставщиком русской водки.

- И уже обо всём договорились с русскими, - смеялся я.

- Не я, наш фюрер уже всё решил, - сказал Шнееман, приложив палец к губам. - Из достоверных источников. Наш фюрер нашёл ключ к мировому господству. И этот ключ - Россия. Смотрите. Наш враг Англия надеется только на Россию и Америку. И в этой пирамидке главный элемент - Россия. Если выключить Россию, то на самом Дальнем Востоке неимоверную мощь приобретет Япония, которая всё приберёт к своим рукам и Америка помчится туда защищать свои интересы, бросив Англию на произвол судьбы. А одна Англия - в поле не воин, вот тогда во всей Европе, в каждом её уголке будет господствовать наш фюрер. Поэтому все наши усилия будут направлены на Россию. И время тянуть нельзя. В мае 1941 года начинаем кампанию и за пять месяцев выходим на рубеж Архангельск - Волга - Астрахань. Наш первый удар будет на Киев с выходом на Днепр. Второй удар через Прибалтийские государства на Москву, потом двусторонний удар с севера и юга, а затем операция по овладению районом Баку. И нет России.

- А где же немецкий практицизм при планировании операции? - обескуражил я Шнеемана.

- Не понял, - сказал озадаченный собутыльник.

- Что же здесь непонятного, - сказал я, показав пальцем на бутылку, - а русские поля засевать будет Вермахт?

- Какие поля, - не понимал Шнееман.

- Сельскохозяйственные, - сказал я с расстановкой. - Если сорвать работы по посеву зерновых, то к осени Вермахт останется без продовольствия, а это, извините меня, будет целенаправленным действием по подрыву немецкой военной мощи.

- А ведь вы чертовски правы, дорогой фон Казен, - сказал подполковник и поднял рюмку. - За вашу светлую голову! Вам нужно в оберкоммандоверхмат в генералах заседать, а не быть просто штурмбанфюрером в вашем ведомстве. Я обязательно доложу ваше соображение по команде.

Я жевал краковскую колбасу и думал о том, что до начала войны осталось три месяца, а я тут разлеживаюсь в постели и ничего не делаю. Нужно вскакивать с постели, звонить во все колокола, нужно что-то делать... А что прикажете делать? Начни звонить во все колокола, так звон-то услышат и те, кому этот звон слушать не положено, вот они и сбросят этого звонаря с колокольни, чтобы язык от колокола держал привязанным и секреты не разглашал. Кому ты нужен?

Если честно сказать, то нужным я оказался только РСХА, а вот для НКВД я оказался именно тем, кто задарма хлеб государственный ест. Вот тут уж извините, если и я и ем чей-то хлеб, то только гестаповский с абверовской колбасой. Я не думаю, что я единственный сотрудник НКВД в Германии. Но я НКВД не подчинённый, а вот как другим сотрудникам? Мне их просто жалко. Расстреляют ни за что ни про что.

Иван Грозный, казнивший цвет нации, оставил после себя Великую Смуту. Что оставят после себя большевики? То же самое. Будет великая Смута, когда низвергнут большевистских царей и на смену им придут те, кому они не давали развернуться. Но потом, потому что сейчас, перед лицом фашистской опасности должны сплотиться все люди России, как бы кто ни относился к большевикам. И победа будет за нами. Наше дело правое. Сначала мы осудим фашизм, а потом осудим и коммунизм. А это может произойти тогда, когда наша Россия будет выглядеть проигравшей в очередной мировой войне. Только принесет ли это очищение России? Есть большие сомнения в этом. Новые революционеры пойдут по тому же пути и будут разрушать всё, что было создано, а потом... Как же избежать этого?

Читать далее...

Часть четвертая

ГРОМ ПОБЕДЫ

Война приближалась к концу. Гиммлер отправил Дона Казанова с дедом Сашкой найти самое безопасное место и ждать лучших времен. Во время полета над территорией Франции их сбили шальной пулей. У Дона Казанова нашли удостоверение, подписанное Гиммлером, и власти стали решать, как судить важного сотрудника СС. Из тюрьмы ему помог бежать бывший сотрудник личной охраны гетмана Украины Скоропадского. На корабле Дона Казанова переправили в Африку и спрятали в одном бедуинском племени. Через год ему Казанову прислали новые документы и адрес, по которому он должен явиться в Париже. В Париже по указанному адресу Дон Казанов нашел деда Сашку, который разбогател и был в числе инвесторов компании "Ситроен". В Париже на Дона Казанова было организовано покушение представителями советской разведки, в связи чем главный герой и дед Сашка отправились в Австралию. В Канберре Казанов вызвал на встречу полковника Миронова и получил от него задание по поиску нацистских преступников Бормана, Мюллера и, возможно, Гитлера. Поиски Мюллера и Бормана начались с Мадрида. Во время поисков Дон Казанов и дед Сашка были схвачены бывшими фашистами и в качестве меры устрашения их выбросили в пустынном месте далеко от Мадрида.

Глава 1

Победа приближалась неотвратимо. Это уже понимали все, даже те, кто был уперт так, что на нем клейма партийной канцелярии ставить некуда было. Так и казалось, что в воздухе реют строчки сенатора Гаврилы Романовича Державина:

Гром победы, раздавайся!

Веселися, храбрый Росс!

Звучной славой украшайся.

Магомета ты потрёс!

Мы ликуем славы звуки,

Чтоб враги могли узреть,

Что свои готовы руки

В край вселенной мы простреть.

Гимн сей был написан по случаю взятия крепости Измаил войсками Александра Суворова, но сейчас под его звуки Краснознаменные дивизии орденов Суворова, Кутузова и Богдана Хмельницкого рвались к европейскому Измаилу - у коего в союзниках была и ранее блистательная Порта и многие страны, на знаменах которых сиял полумесяц. Много у них было общего и много их объединяло, взять хотя бы общую ненависть к иудеям.

Звук гимна был слышен не только в рейхсканцелярии, но и в Белом доме в Вашингтоне и в резиденции на Даунинг-стрит, десять в центре Лондона. Там прекрасно понимали, что если они опоздают к концу войны, то русская армия может просто напросто попереть их с освобожденных территорий, имея полное право на все, куда ступила нога русского солдата. И против законов войны все доводы являются совершенно неубедительными.

В середине марта меня вызвал Мюллер.

- Как дела, коллега Казен, - ехидно осведомился он.

- Все в порядке, господин группенфюрер, - ответил я.

- Как вы посмотрите на то, если мы присвоим вам очередное звание - штандартенфюрер, - спросил он, - время военное, сроки выслуги значительно сокращаются, да и дубовая веточка на ваши петлицы будет хорошим украшением.

- А нужно ли это, господин группенфюрер? - ответил я вопросом на вопрос. - Если наша победа будет зависеть от количества штандартенфюреров, то мы можем победить через неделю.

- Даа, воспитал я вас на свою голову, - протяжно сказал Мюллер, - смотрите, не вздумайте ехидничать где-то в другом месте, там я вам вряд ли смогу помочь. Вернее, неизвестно, захочу ли я вам помогать. Вы меня поняли?

Я кивнул головой.

- Вот приказ о вашем производстве, распишитесь, - и он протянул мне лист приказа о присвоении очередных званий по ведомству гестапо. - А вот за это распишитесь отдельно.

Я расписался в двух документах и взял в руки карточку, запаянную в тонкий целлулоид. Это было удостоверение на штандартенфюрера Дитриха фон Казена унд Либенхалле. Предъявитель сего удостоверения имеет право делать все во имя Рейха и на благо Рейха. Подписи Гиммлера и Бормана. Печати партийной канцелярии и канцелярии рейхсфюрера.

- Так уж и все? - усомнился я.

- Все, коллега Казен, - заверил меня Мюллер. - И в первую очередь - вы должны убраться со стариком в самое безопасное место. Куда, решите сами. Никаких командировочных документов, приказов об убытии, снятия с довольствия и прочей строевой чепухи. Вся документация попадет в руки англичан или русских, и сразу начнутся поиски вас и вашего объекта. Это нам не нужно. Будете действовать на свой страх и риск. Мы не потерпим поражения в войне. Будет временная неудача. Война начнется тогда, когда Кейтель поставит свою подпись под актом о безоговорочной капитуляции. Мы еще покажем всему миру, кто победил на самом деле. Вы должны создавать финансовую сеть по всему миру. Высшим пилотажем будет такая система, когда запущенная в одной из стран мира некая сумма вдруг потеряется в процессе перечисления с одного счета на другой. Но она не потеряется, просто она возникнет на одном из счетов, которым будет владеть член нашей организации. Вы меня понимаете. По вашей заявке курьер доставит вам необходимую сумму в любую точку мира. Вот для этого и нужен вам этот документ. И не бойтесь применять силу там, где не помогают уговоры и хорошее отношение. Хайль Гитлер!

- Хайль Гитлер, - ответил я и вышел из кабинета.

Практически я был запущен в свободное плавание.

Дед Сашка жил на вилле и занимался разбором трав, которые ему присылали со всей Германии и тех стран, где авторитет фюрера германской нации был еще высок или, если не высок, то там стоял сапог немецкого солдата. Я стоял и смотрел на моего уже старого друга, который был занят своим делом и для него то, что творилось на улице, являлось лишь элементом, отвлекающим его от основных занятий.

Так, вероятно, и Архимед Сиракузский рукой отодвинул римского воина, который загородил ему солнце. Так и дед Сашка совершенно не обращал на меня внимания и не слышал, как я вошел в его комнату, напоминающую то ли мастерскую, то ли лабораторию. Дед любил заниматься всем, переключался с одного дела на другое с неимоверной быстротой и никогда не чувствовал, что такое скука или безделье.

Я стоял и думал над своей судьбой. До определенного момента я был гражданином Великого государства - Российской империи. Потом Российской империи не стало. На ее месте появилась Советская империя, но в ней мне не нашлось места.

Это как в уравнении, поменяли знаки, положительные стали отрицательными, отрицательные - положительными. Два каторжника стали положительными, два положительных обывателя так и остались положительными. Положительный человек, якшавшийся с каторжником, стал элементом отрицательным, так и каторжник, пообщавшийся с человеком положительным, тоже становится отрицательным. Как ни крути, а при всех математических выкладках число отрицательных элементов должно быть равно количеству положительных, иначе корабль государства либо пойдет на дно, либо взлетит наверх.

Отрицательные элементы тянут корабль на дно, но положительные вытягивают его наверх. Поэтому и руководители советской империи не всех положительных людей пустили под нож, понимали, что с одними каторжниками и челкашами им не построить светлого будущего для своих детей. А дети челкашей и так проживут.

А кто я для этого государства в начале 1945 года? Никто. По большей части элемент отрицательный. Я передавал стратегическую информацию, но чувствовал, что мне не доверяют как классово чуждому элементу, да еще работающему в карательных органах Рейха. Я мог бы выложить все, что я знал, меня бы, может, и орденом каким-нибудь наградили, посмертно.

Интересно, а Вилли Лемана, советского агента, работавшего с нами бок о бок в гестапо, наградили каким-нибудь советским орденом? Уверен на сто процентов, что нет. Раз провалился, то значит, что всех выдал. А раз всех выдал, так значит - враг. А врагов не награждают. Если после его ареста не было других провалов, то это просто хитрость гестапо.

Если бы я выложил все, как Леман, то и меня ждала бы его судьба. Вот штука жизнь! Для государства, которое верит тебе и которое стоит на твоей стороне, жизнь отдать не жалко. Даже немцы, которых мы в то время считали поголовно фашистами, по-человечески относились к своим гражданам и тем, кто служил им. Их считали людьми, а всех других - недочеловеками.

Нельзя противопоставлять себя всему миру. За это они и получат свое по полной мере. Но почему же я, русский по своей сущности, верящий в нашу победу и знающий, что она уже близко, с каким-то внутренним содроганием жду прихода своих соотечественников? Я не делал ничего во вред моей родине, но со мной даже церемониться не будут. Коммунисты не церемонятся со своими же соратниками по партии и по борьбе с фашизмом. Поэтому, я принял для себя твердое решение уходить в безопасное место вместе с дедом Сашкой.

Глава 2

- Здоров, дед, - довольно бодро сказал я.

Дед Сашка даже не вздрогнул. Слышал, старый лис, как я вошел и спокойно занимался своим делом, ожидая, когда я выйду из своих дум.

- Здоров, мил человек, - сказал дед, - что-то ты сияешь как новенький пятак. Никак твои начальники тебя генералом сделали. Так, тащи давай бутылку, обмывать звездочки будем.

Да уж, дед зрит прямо в корень. То ли по мне действительно можно читать все, что происходит, то ли у деда все-таки есть сверхспособности видеть все на три метра ниже земли.

- Генерала не генерала, - сказал я, - но в полковники произвели, и билет на дальнюю дорогу выдали.

- Уж, не в Америку ли, - хитро улыбнулся дед Сашка. - Вместе поедем, али как? А то я, почитай что, сообщником твоим стал, с гестапо общаюсь, а за это у нас на родине по головке гладить не будут. Так что, дорога у нас одна, куда ты, туда и я.

- Вместе, дед, вместе, - сказал я, - только вот думать будем вместе, куда нам свои стопы направить.

- Подумать оно не помешает, конечно, - ответил дед Сашка, - ты уж сам и реши, где нам будет лучше, только вот хотел я подругу свою с собой забрать. Она хоть и из благородных будет, но баба хорошая и душевная. Если не забрать ее, то отвезут ее на родину и сгинет она все равно в колымских лагерях. Как ни крути, а ей только одна дорога с нами.

- Добро, дед, - сказал я, - она нам в обузу не будет. Вы как мои отец и мать, а я ваш сын, сопровождаю вас от ужасов большевизма. Вот и легенда есть. Документы подружке твоей сделаем. Сегодня же и поедем к ней, возьмем все данные, не будем затягивать. А как вернемся, так и звездочки мои обмоем. Только никаких звездочек уже нет. Одна ветка дубовая на петлицах.

- Все равно, как у генерала, - стоял на своем дед, переодеваясь в цивильный костюм.

Вряд ли кто-то узнал бы в представительном господине прежнего деда Сашку. Он так научился входить в банки, что у всех клерков сразу появляется желание как-то услужить богатому с первого взгляда человеку, а вдруг он окажется тем рождественским волшебником, который каждый год превращает золушек в принцесс, а бродяжек в прекрасных принцев. А как на него смотрят женщины? С вожделением, прекрасно понимая, что это не мальчик, у которого гормоны прыгают в разные стороны, а искушенный в любовных делах человек, одним словом - гурман, который и сам насладится любовью и даст отпить из ее таинственной чаши.

В отношении герра Александера классики правильно подметили, что бытие формирует сознание. Это определение глубоко индивидуально и подходит не ко всем. Смотришь иной раз на человека, который и ест и пьет на серебре, спит на раззолоченных кроватях, носит тонкие шелка, ходит в театры и на выставки, читает умные книги, а все такой же, как в тот момент, когда на него упала финансовая или деловая удача.

Тут все дело в математике. Обратная пропорциональность: чем изящнее человек тычет дорогой вилкой в икру, тем короче у него линия аристократизма или просто интеллигентного образа жизни.

На знакомой нам двери висела записка с надписью, что прием не ведется. Мы позвонили в дверь. Нам открыла женщина в одежде медицинской сиделки. Я ничего не стал объяснять и говорить, просто сунул ей под нос гестаповский жетон и мы прошли в комнату.

Гадалка лежала в кровати. При виде нас она улыбнулась, но улыбка получилась какая-то невеселая. Вымученная.

- Как я рада видеть вас, - сказала она по-русски. - Хоть перед смертью увидеть родных людей и иметь возможность попросить их поклониться от меня русской земле.

Читать далее...

Часть пятая

ПОЦЕЛУЙ КРЕСТА

Дон Казанов все-таки решил продолжить поиски в Испании. Деда Сашку он отправил во Францию, а сам стал заниматься частной практикой как психоаналитик. Как немца его пригласили к одному важному пациенту в монастырь монахов-бенедиктинцев. Братом-ключарем был бывший шеф гестапо Мюллером, а пациентом брат Алоиз - Гитлер. Брат Алоиз старался выговориться и ждал поддержки или осуждения тому, что он говорил, как бы проверяя, все ли он правильно делал. Наконец брат Алоиз попросил дать ему какое-нибудь оружие, потому что безоружным он чувствует себя незащищенным. Дон Казанов дал ему свой старый кортик, который был ему положен по службе в министерстве иностранных дел Российской империи. Дед Сашка обрабатывал его своими настоями, но это было как-то давно. В один из дней к Дону Казанову пришел брат ключарь - Мюллер и поблагодарил за положительное воздействие на брата Алоиза. Затем он предложил выпить. Дон Казанов выпил и очнулся в мадридском госпитале, где он находился в коме в течение десяти лет. Проведенными процедурами ему вернули подвижность. Еще он узнал, что деда Сашку застрелила любовница-блондинка, как это было ему предсказано ранее. Ущипнув себя, он снова вернулся в свое время. В Париже Дон Казанов встретился с полковником Мироновым и получил задание поехать в Аргентину на поиски Мюллера и Гитлера. В отдаленном аргентинском монастыре Дон Казанов попал на закрытую церемонию собрания масонов, на котором в члены вольных каменщиков принимали Гитлера. В конце церемонии новообращенный должен целовать холодное оружие, и он поцеловал кинжал, который ему дал Дон Казанов. На виду у всех Гитлер упал, вызвав панику среди присутствующих. Мюллер понял, что Гитлер перенесся в будущее и отправился за ним вместе с Казановым. Фюрера немецкой нации они нашли, но где и как, пусть это будет интригой перед окончанием повествования. И вы не догадаетесь, как сложилась дальнейшая судьба Гестапо-Мюллера.

Глава 1

Итак, советская разведка, а через нее все советское руководство поставили нам с дедом Сашкой задачу найти Гитлера с Борманом. Ни больше, ни меньше. И искать именно в Аргентине. Как будто доподлинно знают, где они скрываются, но хотят проверить собственные знания.

Есть одно уточнение. Задачу поставили мне, но работаем мы с дедом Сашкой вдвоем, и советское руководство не знает о моем помощнике. Как говорят, меньше знаешь, крепче спишь.

Если бы они узнали о способностях деда и его умениях, они бы спать перестали. Вольф Мессинг напророчил им не совсем хорошее будущее, и нет никаких средств, чтобы их успокоить и помочь избежать ненастного периода в жизни.

Деда Сашку превратили бы в секретный объект и сделали частью той закулисной жизни, которой жила советская элита, отгородившись от всего простого народа. Народ знал, что страна его богата, но не видел это богатство и не мог им пользоваться. Зато элита видела все и всем пользовалась. И из всех вместе получалась единая общность, это уже из области тавтологии, "советский народ", у которой была как бы средняя и равная на всех зарплата и среднее потребление всех производимых народом продуктов.

Если сложить кусок хлеба у одного и кусок окорока у другого, то вместе получалось, что все едят бутерброд с окороком. Социализм.

При капитализме никто не втюхивает в общественное сознание, что все бедняки объелись и просто не хотят кушать то, что им насильно дают.

При капитализме четко действует принцип коммунизма: кто не работает, тот не ест. Работать должны все и работа зависит от образования.

При наличии образования действует и второй коммунистический принцип: кто был никем, тот станет всем. Был пьяным негром, а стал владельцем крупной фирмы. Или был просто школьником и стал инженером, закончив университет. Стал получать приличные деньги и вошел в состав среднего класса в обществе.

При социализме, сколько бы ты ни учился, но получать больше пролетария не будешь, если не станешь директором предприятия, а директором можно стать только при пролетарском происхождении и членстве в партии. Так что, как ни крути, кто был никем, тот никем и останется.

С такими мыслями в социалистическом обществе человек долго не мог прожить - одна дорога на нары или на депортацию в какую-нибудь капиталистическую страну. Почему так? Да просто крыть нечем. Ах ты, умник какой нашелся? Грамотный, математику изучил, квадратные корни извлекать умеешь? Так вот, пойдешь на раскорчевку лесосеки. Изучал шведский язык - в Туркмению. Немецкий язык? На китайский рубеж. С японским языком - в Москву, дядя уважаемый человек. Посев проводить по партийному приказу в мерзлую землю. Круглое тащить, квадратное - катить. Рационализаторов прищучить, а то сделают так, что на производстве будут лишние люди и куда их девать, скажите на милость?

Как можно было равнодушно взирать на это? Рациональные решения назывались буржуазной отрыжкой, и копировалось все буржуазное, что добывалось советской разведкой. А сколько добытых технологий было брошено в мусорную корзину?

Готовое развиваться общество развивается. Не готовое - гниет. Так вот и наше общество стало загнивать. Вывезенная из Германии техника дала некоторый всплеск в технологии и производительности труда и на этом все закончилось. Осталась водка по два рубля восемьдесят семь копеек, колбаса по два рубля двадцать копеек и грандиозные стройки типа Беломорканала и Днерпрогэса, где было загублено немало душ, хотевших лучшей жизни для своего государства.

Несколько раньше иностранные технологии и техника обеспечили экономический рост и промышленное развитие убитой гражданской войной страны. Народ рванулся строить новый мир, не понимая, зачем же нужно было разрушать тот, который у них был. Прогнали старую элиту, создали новую, и все осталось так, как и было до революции. Новый мир начался с насилия и насилием держался.

После смерти Ленина начался период демократии, партийных дискуссий и расцвета культуры. Дали всем свободу проявить себя и потом уничтожили всех, кто оказался в стороне от генеральной линии. Россия, а работала по китайскому принципу: пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ. Досоперничались.

Переворот семнадцатого года был окрашен кровью и весь последующий путь оставлял после себя кровавые следы. Вся государственная машина была брошена на то, чтобы замаскировать насилие и заткнуть рты недовольным. Что в таких условиях делать честному человеку? Вот вы, уважаемый, скажите. Ответьте мне на этот вопрос. Скажете, что честный человек должен открыть глаза руководству? Написать письмо прокурору? Опубликовать письмо в газете? Собрать митинг? Вам самому-то не смешно предлагать мне эти способы?

Разве так большевики приходили к власти? Возьмите курс лекций по истории КПСС и посмотрите, каким средствами большевики пришли к своему триумфу? А почему несогласные с ними люди не могут использовать те же, большевистские, средства для построения более справедливого общества? Ах, они будут государственными преступниками и будут подлежать самому суровому наказанию? То есть, одни преступники не дадут другим преступникам отобрать у них все захваченное? А сейчас ответьте мне на другой вопрос? Смогут ли преступники построить справедливое общество, использующее не уголовные, а общечеловеческие законы? Может?!!! Так, значит, у нас каждая зона и есть прототип этого справедливого общества?

Что-то, уважаемый собеседник, вы говорите совершенно непонятные вещи. Любой мало-мальски грамотный врач-психиатр поставит вам диагноз, где будет сказано о необъективном восприятии окружающей действительности.

А нам приходится жить в этом обществе и делать вид, что мы тоже поддерживаем действия всех наших правителей. Мы втайне надеемся на то, что у людей проснется чувство собственного достоинства, самоуважения, чтобы установить общественный контроль над всей системой голосования и избрать тех людей, которые обеспечат развитие народного творчества и самодеятельности во всех отраслях нашей жизни.

Не самодеятельного государственного устройства, а такого государственного устройства, которое не мешало бы жить людям. Только что-то мне кажется, что все мои мысли находятся где-то в области социальной фантастики и вряд ли это будет реализовано в ближайшие сто или двести лет.

Глава 2

- Садись, дед, будем проводить военный совет, - сказал я деду Сашке, вывалив в вазу на столе свежие круассаны.

Кто не знает, круассаны это рогалики из воздушного теста. Если начать говорить о рогаликах, то каждый вспомнит десятки их рецептов, воспоминания вызовут слюноотделение, ноги сами пойдут к холодильнику, руки достанут завернутый в пергамент кусок горбуши семужного посола с сахаром, солью, водкой, специями. Те же руки возьмут нож и отрежут янтарный кусок рыбы. Очистят луковицу и нарежут ее колечками. Сразу же нарежут и кусочек соленого сала, черного хлеба. И тут как бы ты ни хотел, но откроется рот, и хриплый голос пригласит своего товарища попробовать всю эту прелесть. А кто же ест это все просто так? Никто. А потом наутро человек начинает вспоминать, а причем здесь круассаны?

- Никак опять в поход собираться? - спросил дед Сашка, готовый к любому путешествию и приключению. - Чего нам собираться, только подпоясаться.

- На этот раз поеду я один, - сказал я, - ты останешься здесь и будешь моей палочкой-выручалочкой. Вот тебе адрес, все мои сообщения будешь пересылать туда. Если от меня прекратятся сообщения, то считай, что мне пришлось выпить твое снадобье, и я где-то в десяти годах от тебя живу параллельной жизнью в новом обличье, так как все старое будет похоронено теми, кто вынудил меня на это. А, если я просто не успею выпить твои капли, то вот мое завещание на тебя, Александра Ивановича Непомнящих, гражданина Аргентины Алехандро Гриваса. Все мое становится твоим, ты мой душеприказчик и наследник. Учти, что в права наследования лучше входить в Аргентине, там налоги меньше.

-Ты чего это, Дон Николаевич, как камикадзе заговорил? - заполошился дед. - Нам с тобой еще лет по двести отмеряно, если мы сами не откажемся от того, что нам в руки пришло.

Читать далее...

Комментарии: 11, последний от 28/01/2012. © Copyright Блюм Иван (ivanblum@yandex.ru) Размещен: 20/01/2012, изменен: 05/04/2012. 66k. Статистика. Глава: Детектив, Фантастика Гильдия авторов и правообладателей Иллюстрации/приложения: 6 шт.		Оценка: *9.003** Ваша оценка:
Аннотация: Роман из пяти частей: "Комиссарша", "Враги", "Барбаросса", "Гром победы", "Поцелуй креста". Приключения русского разведчика Дона Казанова с 1913 года и продолжаются до начала 2000 года. Работа с личным посланником последнего русского царя, председателем ВЧК Дзержинским, начальником Гестапо Мюллером, участие в поисках Бормана, Мюллера, Гитлера, путешествия во времени с помощью снадобий русского знахаря деда Сашки, любовь к чекистке-комиссарше, водоворот невероятных событий и ситуаций. И самое интересное, что он нашел спрятавшегося Гитлера. И вы даже не догадаетесь где. Там же и остался Мюллер. Всем авантюристам посвящается этот роман. Подробнее

Блюм Иван: другие произведения.

Дон Казанов. Преферанс разведки