В Душанбе мне не раз говорили вооруженные бородатые люди, головы которых были украшены белыми повязками: "Кулябцы - это коммунисты. Им помогает Россия. Мы их уничтожим".
И я отправился в Куляб - посмотреть на "заповедник коммунизма".
"Красный" Куляб
В Кулябе ничего не напоминает о войне. Спокойный, размеренный ритм южного города.
- Область в блокаде, - сказал мне при встрече зампред Кулябского облисполкома Махмадсаид Убайдуллоев. - Более полугода к нам не поступает ни капли топлива, ни грамма продовольствия. А в области проживает более 800 тысяч человек да плюс около 150 тысяч беженцев. Начался голод. У нас осталось сорок тонн муки. Что будет дальше, одному Богу известно.
- Из двухсот новорожденных сто пятьдесят умирают, - вступает в разговор Кимат Рустамова. - Рожениц мы выписываем на следующий день после родов. Нет медикаментов - все отдаем раненым. А противник заявляет, что блокада будет продолжаться до тех пор, пока мы все не умрем. В области гуляют брюшной тиф, дизентерия.
При вопросе о Кози-колоне и его роли в нынешних событиях у моих собеседников недобро загорались глаза. Именно его они обвиняют в том, что происходит ныне в Таджикистане.
- Этот человек исподтишка руководит всей республикой. Ему нужно исламское государство, - утверждает Исмаил Ибрагимов, командир национальной гвардии Кулябской области.
- В Таджикистане начался процесс "иранизации", - говорит лидер кулябцев Рустам Абдурахимов, председатель Кулябской общественно-политической организации "Ошкоро" ("Гласность"). - Нас хотят сделать колонией Ирана.
Убайдуллоев, чтобы не оставалось никаких недомолвок в разговоре, коротко подвел итог:
- Нас отождествляют в Душанбе с русскими, т.е. неверными. Это не так. Мы - мусульмане, но мы помним о всем хорошем, что было сделано за эти годы в республике. Мы получили свет, газ, дома. Сейчас в области проживают люди более тридцати национальностей. Нас обвиняют в отсутствии патриотизма. Это ложь. Мы - таджики, но с уважением относимся ко всем народам, которые живут здесь. Мы не приемлем создание исламского государства, не желаем поддаваться силовому диктату фундаменталистов. Подумайте, в области живет первый заместитель председателя партии Исламского возрождения. Сам председатель находится в Уфе. Почему такая география? Я считаю, что ислам, который сегодня пытаются навязать нам, страшен не только для нас, но и для вас. В мире дважды были попытки ислама взять верх. Они не удались. Теперь третий заход. И последний... Исламизация опасна и для вас - русских! Вы пока еще не понимаете этого!
Утверждения о приверженности к тоталитарному коммунизму кулябцы отвергают с ходу.
- Мы не за коммуниста Набиева, а за президента Набиева, - уточняет Рустам Абдурахимов, - за возрождение законности в республике. Наше требование одно: восстановление прежнего парламента, затем проведение новых выборов.
На улицах, расспрашивая случайных прохожих, я не раз слышал: "Почему Россия нас бросила? Почему помогает фундаменталистам? Ведь они выгоняют русских из Таджикистана, убивают ваших офицеров!"
Кулябцы категорически против вывода российских войск и пограничников. Батальон спецназа, пришедший в Куляб на усиление дислоцирующейся там российской части, встречали цветами. Руководство области подарило десантникам два цветных телевизора и привезло машину фруктов. А в Курган-Тюбе танк, угнанный из местной части и воюющий на стороне "юрчиков", носит на башне надпись: "За Игоря Ковалева" - в знак памяти о старшем лейтенанте 191-го полка российской армии, застреленном средь бела дня фундаменталистами.
В то же время кулябцы, понявшие, что надеяться не на кого, спешно приобретают оружие. В августе-сентябре в области никому не была выплачена зарплата. Деньги пошли на закупку вооружения в одной из республик СНГ.
В Кулябе также находится прииск, где добывается золото. Семьдесят пять килограммов в месяц. И если в мае-июне кулябцы сдавали Душанбе по пятьдесят килограммов, то в последующие месяцы - ни грамма. Нетрудно догадаться, на какие цели был использован желтый металл.
...А в кинотеатрах Куляба демонстрируется американский фильм "Око за око".
Призрак Вахшской долины
Следующий пункт моей командировки - Курган-Тюбе. Город являет собой страшное зрелище.
Причина здешних столкновений, говорили мне, в том, что при освоении Вахшской долины туда переселилось много выходцев из Куляба и Гарма, что обострило противоречия.
Результаты "противоречий" видны на каждом шагу. Разрушенные взрывами и сгоревшие здания. Стены домов испещрены пулями. А относительно благополучные районы, которые не пострадали от междоусобной борьбы, безжизненны. Изредка проходят беженцы с чемоданами в руках, толкая небольшие тележки с пожитками. Стреляют снайперы. Вооруженные люди грабят безоружных. Долгое время город находился под властью "вовчиков". Затем "юрчики" начали одерживать верх в разных районах областного центра. Борьба велась не за собственно Курган-Тюбе, а за стратегические выходы на Душанбе и к железной дороге, которые контролировались исламистами.
Захвати кулябцы душанбинскую трассу - они бы отрезали значительную часть "вовчиков" от поддержки из Душанбе. Ну а овладение железнодорожным узлом означало бы для них окончательный и полный прорыв экономической блокады. Поэтому самые тяжелые бои велись именно на этих направлениях. И к середине октября шаг за шагом кулябцы начали одерживать верх. Перелом объясняется угрозой голода в Кулябе и широкой поддержкой "юрчиков" кишлаками, которые устали от произвола исламистов.
Победы, одержанные кулябцами в Курган-Тюбе, коренным образом повлияли на ход всех боевых действий. Курган-Тюбе явился для кулябцев ключом к Душанбе.
А в самой столице настроения резко изменились.
Душанбе
- Если раньше эти, вооруженные, бродили по всем улицам, то теперь их нет - попрятались, - злорадствовал шофер, который вез меня по вечернему городу. - Вот крысы! Чувствуют, что их смерть наступает!
Кулябцы были уже в шестидесяти километрах от города!
Душанбинцы всегда относились с неприязнью к вооруженным людям в столице Таджикистана. Многие из них пришли из кишлаков "устанавливать" новое правительство и после победы не торопились обратно или же на фронт. Из-за них душанбинцы живут в постоянном страхе. Распоряжается тот, у кого сила.
Руководители оппозиционных партий, пришедшие к власти, понимая, что вооруженные группировки ускользают из-под контроля, призвали все отряды, находящиеся в Душанбе, сложить оружие. Последовал возмущенный отказ.
Отправляюсь в штаб народного ополчения. Вооруженный парень на пороге долго вызывает командира. Его нет, а заместитель не торопится обратить на меня внимание. Наконец, появляется в дверях. Колоритный мужик: густая черная борода, панама, где над звездочкой защитного цвета примостился значок с надписью по-арабски: "Аллах велик", в руках, конечно же, автомат. Представляется:
- Я начальник штаба Собирсода Нормухаммад. Разоружаться? Не будем и не собираемся. Выводите свои войска. Только они мешают нам разбить кулябцев!
На этом интервью закончено. Начальник штаба демонстративно разворачивается, дает указание пареньку гнать всех журналистов взашей и уволакивается вместе с автоматом, к которому приворочено целых три магазина с патронами.
Я спрашиваю, к какой партии или движению относится штаб, охраняемый пареньком. Тот долго думает, но так и не может ничего ответить. Зато называет фамилию своего "главного командира" Джумы, "который с Памира".
Что дальше?
Пламя войны, в конце концов, докатилось и до Душанбе. Вооруженные гиссарцы вошли в город. Они пытались сместить нынешнее правительство. Акция эта оказалась неудачной. Их не поддержали кулябцы.
Как бы там ни было, но война в Таджикистане продолжается. При любом результате будут недовольные сложившимся положением, которые постараются с помощью оружия изменить ситуацию в свою пользу. Будет ли у такого противостояния предел? Наверное, нет.
Необходима третья сторона, которая встала бы между "юрчиками" и "вовчиками." Судя по всему, ею вновь будет Россия.