Бобин-Васильев Владимир Иванович: другие произведения.

Том 8

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья

  
  * * *
  
  љ
  
  Владимир Бобин-Васильев.
  
  Во Славу Всевышнего Бога Отца, Сына и Духа Святого!
  Во Славу верной России Русской Освободительной Армии!
  Во Славу верной России героической Белой Гвардии!
  Во Славу Великой России!
  
  Том 8.
  
  Книга была уничтожена ФСБ России.
  Восстановлена близко к оригиналу. Не редактирована.
  
  Коммунисты
  
  палачи
  
  России.
  
  
  
  Россия. Ленинград 1975 -1977 год.
  
  1
  
  
  * * *
  
  От издательства "Patriot".
  
  Владимир Михайлович Васильев.
  
  1950 год, в детском саду за антикоммунистические стихи
  воспитательницей сломана левая рука поэта.
  1956 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос,
  сломаны рёбра, вырван кусок мяса на указательном пальце
  правой руки поэта.
  1964 год, за антикоммунистические стихи первый суд.
  Дело на суде развалилось. Отправили на доследование.
  Поэт сбежал из-под подписки о невыезде.
  1971 год, за антикоммунистические стихи на допросе
  раздроблены пальцы на левой ноге поэта.
  1972 году арест, заключение, допросы под растормаживающими
  инъекциями, заборы крови до потери сознания, детектор лжи.
  1973 год, Задержание, арест жены. Её били на допросах,
  повреждён позвоночник. Дело на суде развалилось. Суд отправил
  дело на доследование, Поэт перешёл на нелегальное проживание.
  1981 год, за антикоммунистические стихи отбиты почки,
  повреждена грудная клетка, отбиты лёгкие, в горло был залит
  кипяток.
  1982 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросах вырваны без наркоза все зубы. Тюрьма, суд, срок....
  1985 год, за антикоммунистические стихи арест, уголовное дело,
  побег из под ареста.
  1989 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе черепно-мозговая травма. Вторая группа инвалидности.
  1990 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе травма кожного покрова черепа.
  1992 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос.
  За отказ от показаний сожгли дом поэта в селе Дубровке.
  Побег, проживание под чужим именем.
  1996 год, за антикоммунистические стихи сотрудники ФСБ РФ
  (члены КПРФ) отравили жену и дочь и сына поэта, они стали инвалидами.
  2000 год, сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) за антикоммунистические стихи отравили сына поэта, пробыв
  месяц в страшных муках, он умер.
  В 2006 году, 2007 году, 2008 году, 2009 году, 2010 году,
  2011 году, 2012 году сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) пытались отравить поэта радиоактивными веществами.
  Поэт тяжело заболел. Обратился за помощью к Президенту России, после чего был вынужден уехать в Германию.
  
  Подробности читайте в книге "Том 33".
  2
  
  
  * * *
  
  От автора.
  
  Стихи написаны мною под страхом смерти.
  Мои стихи это моей души боль.
  Мои стихи, это трагедия моей жизни
  и жизней моих родственников.
  Всевышний Господь всем дал талант.
   Мне Господь дал талант такой.
  
  На всё Воля Божья.
  
  * * *
  
  Светлой памяти
  бесчисленным безвинным
  жертвам коммунизма
  настоящую книгу посвящаю.
  
  * * *.
  
  Покупкой этой книги вы принимаете
  участие в создании памятника многомиллионным жертвам коммунизма.
  
  * * *
  
  Европейский день памяти жертв
  коммунизма и фашизма
  отмечается во всех странах
  23 августа.
  
  
  
  3
  
  
  * * *
  
  Коммунисты с фашистами на Польшу напали!
  
  Тысяча девятьсот тридцать девятый год
  ночь очень страшная первого сентября!...
  Эту дату помнит свободной Европы народ!
  Помнит весь мир эту дату совсем не зря!
  
  Всё стирается годами мглистыми!
  Это вы позабыли или не знали?
  Коммунисты вместе с фашистами
  одновременно на Польшу напали!
  
  Поляки русским войскам сдавались...
  (Сдаться фашистам никто не посмел!)
  Тысячи поляков в тюрьме оказались,
  потом все поляки пошли под расстрел!
  
  Расстрелы были в смоленской Катыни.
  Совершено всё это было не фашистами.
  Сердце моё всё ещё скорбит поныне
  по полякам, убитым коммунистами!
  
  Никому никогда не забыть старину!
  Этому служит память, Муза, и Лира!
  Коммунисты с фашистами развязали войну
  для порабощения в рабство всего Мира!
  
  "Никто не забыт и ничто не забыто",
  иначе даже вовсе не может и быть!
  Помним сколько коммунистами убито!
  Только правду коммунистам не убить!
  
   С коммунизмом борюсь, не бью баклуши!
  Наделал я уже немало разных ратных дел
  за безвинные коммунистами загубленные души,
  за ужасного коммунизма жуткий беспредел!
  
  Первое марта. 1975 год.
  4
  
  
  * * *
  
  Ты одного меня любила!
  
  Без тебя жизнь мне не стала шуткой!
  Твои письма прочитал, душа заныла!
  Все тебя считали проституткой,
  и я, хотя ты одного меня любила!
  
  На могилку ложу цветы аккуратно.
  Слёз немало я здесь уже проли́л!
  Ты мне всегда отдавалась бесплатно,
  а я не понимал тебя и не ценил...
  
  Как же быстро годы пролетели!...
  Между нами смерть стала стеной.
  Ты была царицею моей постели
  только ради редких встреч со мной.
  
  Веселились в ребре моём черти!
  Но катилась под горку жизнь моя!
  Лишь только после твоей смерти
  я вдруг понял, что ты - это я!...
  
  Пред твоею валяюсь могилой!...
  О тебе безутешно душою скорбя,
  теперь называю тебя своей милой,
  за всё проклинаю лишь только себя!
  
  Из-за меня случилось всё это так!
  Грешен, только каяться не смею!
  Я нисколько не ценил тебя, дурак!
  Теперь вот имею... - что имею...
  
  Моя душа страдать уже устала!
  Она словно к стенке припёрта!
  Если бы ты с могилы встала...
  я поверил бы в Бога и в чёрта!
  
  Третье марта. 1975 год.
  5
  
  
  * * *
  
  Здесь коммунистов беспредел!
  
  Завален каждый кучей дел!
  Хоть у кого теперь спроси я:
  "Здесь коммунистов беспредел!
  Здесь СССР, вовсе не Россия!"
  
  Русский поэт я. Этого довольно.
  Негодованием рассудок мой нали́т!
  Моей душе так за Россию больно!...
  За Россию моё сердце так болит!...
  
  Из Финляндии гуляй по всей Европе!
  Хочешь, хоть весь мир исколеси!
  Мы торчим, словно у негра в жопе,
  в коммунистами изгаженной Руси!
  
  В жизни, словно в дремучем лесу,
  среди людей одиноких скитаюсь.
  Чудной природы российской красу
  своей рифмой прославить пытаюсь!
  
  Наши реки губит коммунизма сушь!
  Россию бесхозяйственность терзает!
  Лесов дремучая нетронутая глушь
  теперь в России быстро исчезает!
  
  В седых преданьях старины
  на Россию не раз дьявол являлся.
  Часто мне порою снятся сны
  о том, как с ним народ сражался!
  
  Пусть от невзгод у меня проседь!
  Пускай в России мне грозит беда!
  Только поэту русскому не бросить
  свою Россию ни за что и никогда!
  
  Пятое марта. 1975 год.
  6
  
  
  * * *
  
  Хочу тебя! Очень хочу!...
  
  Много я слов произнёс!
  Иногда их вспоминаю...
  То, что я бешенный пёс,
  сам без тебя давно знаю!
  
  У тебя я груди не сосал!
  Для тебя ведь это не беда?
  Я много стихов написал,
  но всё это лишь ерунда!
  
  Всё, что писал я, это навоз,
  только о том пока промолчу.
  Теперь ты мой бешенный пёс!
  Ох, как очень тебя хочу!
  
  Хочу тебя! Очень хочу!...
  Ты по другим меня меришь!
  О любви пока промолчу,
  мне всё равно не поверишь.
  
  Не поверишь, что ты мне нужна
  ни на ночь, ни на день, ни на час!
  Только ты мне отдаться должна,
  раз судьба уж так сблизила нас!
  
  Милашка, очень жду ночку нашу!
  Со мной или с другим? Выбирай!
  Всю постель твою так разукрашу,
  что ты примешь её словно рай!
  
  Седьмое марта. 1975 год.
  7
  
  
  * * *
  
  Для коммунистов я опаснее, чем вор!
  
  Всю жизнь за то я лишь молился,
  чтобы Россию коммунистам не продать!
  Чтоб я издох иль даже провалился,
  но никогда от славы не хотел страдать!
  
  Зовя в мятеж я пера жалом
  стихи пишу при тусклой лампе!
  Мне в тёмном углу с кинжалом
  куда спокойней, чем на рампе!
  
  Русь во мне не видит сына...
  (Но, может, в этом моя сила?)
  Только лишь Иванова Марина
  нежным словом меня похвалила!
  
  Привык я слушать только лишь хулу.
  Для коммунистов я опаснее, чем вор!
  Не знаю, как принять мне её похвалу
  за счастье, радость или за позор?
  
  Она вогнала меня в краску,
  со мной такого не бывало.
  Только пред нею сниму маску:
  таких, как я, мерзавцев мало!
  
  Дикому зову Ада потакая
  я всем чертям давал пример!
  С рожденья сволочь я такая...
  дитё пред мною Люцифер!
  
  Его я много более опасный,
  коммунисты это поняли давно!
  Марина, ты поэт прекрасный!
  (Но и я ведь тоже не говно!)
  
  Одиннадцатое марта. 1975 год.
  8
  
  
  * * *
  
  До сих пор ты влюблена!
  
  До сих пор ты влюблена?
  Как это здорово, Галина!
  Ты любому ведь нужна!
  Только твоя где половина?
  
  Он себя ведёт достойно?
  Опять какой-то бред и стрём!
  Подожди, давай спокойно
  с тобою эту тему перетрём!
  
  Кому путь освобождаешь?
  Кому его хочешь отдать?
  За любовь, сама же знаешь,
  надо бороться и страдать!
  
  Чтоб не ушёл бы этот гад,
  чтобы его вдруг не отняли,
  таких наделай баррикад,
  чтоб суки ноги поломали!
  
  И пускай он понимает,
  что его номер не прошёл!
  А если сам ноги сломает,
  то будет очень хорошо!
  
  Его рядышком оставишь,
  ему прикупишь посошок.
  Утром клизмочку поставишь,
  к ночи сводишь на горшок.
  
  Тринадцатое марта. 1975 год.
  9
  
  
  * * *
  
  Душа моя коммунистов не прощает.
  
  Моей жизни танец закружился,
  когда я был ещё очень молодой.
  Когда танец жизни остановился,
  то оказалось, что я совсем седой!
  
  Всю жизнь учусь только молчать,
  не в бровь целюсь, прямо в глаз.
  Сладкую ложь от правды отличать
  всё время жизнь учит глупых нас!
  
  Но мне поздно что-то изменить,
  хотя теперь сожалею о то́м ведь.
  Мне что-то хочется вовсе забыть,
  мне что-то хочется запомнить!...
  
  Теперь уже убавился мой пыл,
  отдохнуть давно пора мне бы.
  Хорошо помню, где когда я был!
  Помню тоже, где я вовсе не́ был.
  
  Я был там, где каждый верил.
  (Ты от такого себя побереги),
  Звери, - люди. Люди, - звери!
  Люди очень страшные враги!
  
  В СССР коммунисты-черти,
  кишит коммунизма гнильё!...
  Может быть, приду к смерти,
  может мне повезёт, пройду её!
  
  Мне всех простить хватило сил,
  но жизнь мне покой не обещает!
  Мой разум всех давно простил,
  коммунистов душа не прощает.
  
  Семнадцатое марта. 1975 год.
  10
  
  
  * * *
  
  Ты и так ведь подо мною!
  
  Тебя чего-то, Маша, не пойму.
  Вообще, чего от меня хочешь?
  Даже в толк никак не возьму,
  о каких крыльях бормочешь?
  
  Мне твои слова острее шильев!
  Люди обо мне тебе болтают ложь!
  Нет у меня, кроме пениса, крыльев,
  как же сама-то это не поймёшь?
  
  Всё будешь верить моему чуду?
  Ну, милашка, всё же, даёшь!...
  Меня, конечно, тянет к блуду,
  но пенис мой на чудо не похож.
  
  "Исполнять желания рыбки?"
  Это что ещё за такая муть?
  Это всё пишешь о моей пипке,
  или, может, ещё о чём-нибудь?
  
  Будешь одета в песни плача?
  Да с чего тебе-то уж страдать?
  Для меня нелёгкая очень задача
  твои потаённые мысли разгадать!
  
  Нам с тобой без секса нету дня!
  Ты за мною как за каменной стеною!
  Говоришь: "Нежно коснись меня!..."
  но только ведь ты и так подо мною!
  
  Девятнадцатое марта. 1975 год.
  11
  
  
  * * *
  
  Не хочу с коммунистами дружить!
  
  Вокруг меня веселье и улыбки,
  до меня вовсе нету дела никому.
  Мои мысли сумрачны и зыбки,
  и от них мне страшно самому!
  
  Не хочу с коммунистами дружить,
  словно на меня навёл кто порчу.
  Мне уж давно не хочется жить...
  Только собой никогда не покончу!
  
  Будет, может быть, судьба добра!
  Но пока мне черти не внимают!
  Мне давно уж на Тот свет пора,
  черти на Тот свет не принимают!
  
  К доброте душой пока я не оглох!
  Рассудок мой мраком загружен!
  На Тот свет не отпускает меня Бог,
  видно, здесь Ему я очень нужен!
  
  Смерть не раз я видел и не дважды.
  Только не расскажу о ней никому!
  Если кто убьёт меня однажды,
  за это буду очень благодарен ему!
  
  Я пока один и не хочу что-либо...
  Хотя я очень рад порою воробью!
  Кто убьёт меня, скажу спасибо.
  (Если только сам того не убью).
  
  Двадцать третье марта. 1975 год.
  12
  
  
  * * *
  
  Не моя-ли ты незабвенная любовь?
  
  Помню о цыганки пророчестве,
  что всю жизнь буду скитаться один.
  О любви моей, о моём одиночестве
  в стихах написал я немало картин!
  
  Пережить любовь и измены я смог.
  Я оставил о счастье в покое мечты.
  Я уже позабыл, что я так одинок...
  Мне сегодня об этом напомнила ты!
  
  Вдруг вернулись мне прежние грёзы...
  возник образ, что всю жизнь люблю!
  Из грешной души моей катятся слёзы,
  в сердце боль через силу терплю!...
  
  Чувства прежние волком завыли,
  перед любимым портретом стою.
  Моя любимая, уж это не ты ли
  взбудоражила мёртвую душу мою?
  
  Грешной душою в сомнениях маюсь,
  проклиная рассудком, сердцем любя!
  Всю жизнь жалею о прошлом и каюсь,
  всю жизнь любя только одну тебя!
  
  В сердце моём нестерпимая боль,
  такая, будто влюбился я вновь!
  Мне в сердце словно всыпали соль.
  Не моя-ли ты незабвенная любовь?
  
  Двадцать девятое марта. 1975 год.
  13
  
  
  * * *
  
  От коммунистов гонения терплю!
  
  Век наш, - духовный калека!
  Мается в нём русский человек.
  Я, Пушкин двадцатого века,
   не зря явился я в этот век!
  
  И вот в порыве вдохновения
  от вас теперь уже не скрою,
  что я из камней предкновения
  фундамент памятника строю!
  
  Стихи свои пишу или читаю,
  иль просто так смотрю в окно.
  О своём будущем мечтаю,
  о том, что мне Богом дано!...
  
  Хочу лишь только возлюбить
  всех людей, но никак не могу...
  Коммунистов никогда не забыть,
  я перед Русью в неоплатном долгу.
  
  Все обиды свои готов я позабыть!
  В жизни пусть буду самый нижний.
  Я очень рад бы ближнего любить!
  Но только где он, этот ближний?...
  
  Среди мгновений быстрых свиста,
  как поэт, никогда не пропаду!
  Не через сто, так через траста
  тяжёлых лет стихами к вам приду!
  
  Не всё в судьбе благополучно:
  от коммунистов гонения терплю!
  С людьми нормальными скучно,
  быть с антикоммунистами хочу!
  
  Тридцать первое марта. 1975 год.
  14
  
  
  * * *
  
  Знала бы, как её хочу!...
  
  Подумаешь, нашлась мне "Мисс"
  Вся из себя такая!... (Промолчу!)
  На эту леди могу даже пис-пис!..
  (могу, но, почему-то, не хочу!)
  
  Её портрет... Не буду плакать!
  (Я перед нею вовсе не в долгу!)
  На неё бы написать и накакать!
  Очень хочу, но только не могу!
  
  Боюсь её пристального глаза!
  Не кончится всё наше подобру!...
  Эта девчонка, стерва и зараза!...
  Только, Господи, без неё умру!
  
  Нашей жизни терплю контраст!
  Из-за неё скоро ослепну и оглохну!
  Но, ежели она мне просто даст,
  от счастья, наверное, просто издохну!
  
  Читатель, пасть на неё не разевай!
  (особливо те, кто пенис дрочит!)
  Она вся такая!... Этот каравай
  сам сожру! (Если она захочет!)
  
  Моя душа почти что обалдела!
  От неё, как с наркоты, торчу!
  Господи, только бы захотела!
  Сразу узнала бы, как её хочу!
  
  Первое апреля. 1975 год.
  15
  
  
  * * *
  
  Ленин-сифилитик педераст!
  
  Ленин-сифилитик педераст!
  вытирал жопу советским талмудом!
  Сегодня обратись, куда ни глядь,
  попадёшь к коммунистам-иудам!
  
  Ленина сношали все, как хотели!
  Но русским кобелям он был не мил!
  Большевики с того очень обалдели,
  что Ленин их своей спермой опоил!
  
  Заслуга в том была большевиков,
  что умные у них в застенках гнили!
  Ленинской спермой русских дураков,
  дерьмом разбавив, досыта поили!
  
  Недолго Ленин-сифилитик правил бал!
  Настиг его русский всевластный рок!
  Не однажды Сталин Ленина отъебал!
  Скончался после этого Ленин-пророк!
  
  Сгорела душа Ленина-сатаны дотла!
  Мысли Ленина-дьявола так мглисты!
  Сперма у Ленина из задницы текла,
  ему лизали жопу все коммунисты!
  
  Ленин Люцифера был намного злей!
  Крупская не раз с ним лезла в драку!
  Ленина-педераста положили в мавзолей,
  коммунисты ходят нюхать его сраку!
  
  Третье апреля. 1975 год.
  16
  
  
  * * *
  
  Хочу ласкать твоё тело!
  
  Былого никогда не вернуть,
  но его в душе своей таскаю.
  Твои губы, писеньку и грудь,
  часто по ночам во сне ласкаю!
  
  Надо мной судьба смеётся!
  За строки я свои в ответе!
  Но что мне делать остаётся,
  коль ты милее всех на свете?
  
  Иногда, тебя встречая,
  тобой любуюсь, как дурак!
  Но ты, меня не замечая,
  проходишь мимо просто так.
  
  Проходишь мимо гордо, смело,
  никого, вроде, даже не любя...
  Пишешь, что тебе всё надоело!
  Мне жить надоело без тебя!...
  
  Хочу ласкать твоё тело!
  Другие тоже есть мечты!
  Тебе же всё уж надоело...
  С чего так вдруг устала ты?
  
  Не сбылось то, о чём мечтала?
  Или счастье ускользнуло прочь?
  Коль ты действительно устала,
  то я мог бы так тебе помочь!...
  
  Сердце моё тебе так радо!
  Душа моя страдать устала.
  Всего ведь только ночь и надо,
  что б снова ты весёлой стала!
  
  Пятое апреля. 1975 год.
  17
  
  
  * * *
  
  Коммунизм кладбище надежд!
  
  Приготовлено разных конфузий
  нашей жизнью много для невежд!
  Коммунизм кладбище иллюзий!
  Коммунизм кладбище надежд!
  
  Мне только плохое пророчится,
  живу словно в кошмарном сне.
  На нож упасть мне не хочется!
  Не хочу даже качаться в петле.
  
  Пока я жив, - это равно чуду!
  Но в родной России я изгой...
  О себе писать не хочу, не буду.
  Обо мне напишет пускай другой.
  
  Уже давно не испытываю страх,
   на коммунистов только злюсь.
  На коммунизма скорых похорона́х,
  если смогу, от души повеселюсь!
  
  Я очень дерзок, душою молод,
  как дикий взбешённый конь!
  В душе моей обжигающий холод!
  В моей голове леденящий огонь!
  
  Тоска по душе моей воло́чится,
  самому себя никогда не простить!
  Жить с коммунистами не хочется!
  Хочется над ними "пошутить"!
  
  Я, среди судьбы моей кручений,
  немало наломал коммунистам дров!
  Очень хочу смерти без мучений,
  но и на страшные муки я готов.
  
  Седьмое апреля. 1975 год.
  18
  
  
  * * *
  
  Могу стихами одарить любовниц!
  
  Парнас, - это такой бардак!...
  Здесь стихи пегасы полистали!...
  Сюда зашёл я только просто так,
  но вы и здесь меня уже достали!
  
  Не пойму, чего тут за базар?
  Вы все скопились тут зачем?
  Лишь писать стихи имею дар,
  в остальном не помогу ничем.
  
  Могу стихами одарить любовниц!
  Ну, смелее! Уже чего скрывать?
  Среди поэтесс много знаю скромниц
  готовых своему мужу яйца оторвать!
  
  Хотя такие есть среди нас поэты,
  (которых, даже очень, не люблю!)
  они способны только на минеты,
  свою задницу подставить кобелю!
  
  Но наши поэтессы!... Это душки!...
  Красавицы, наша любовная напасть!
  Их весёлые доступные мандушки
  манят всех к ним пенисом припасть!
  
  Что поделать, жизнь торопит нас!
  Любой женщине мужское сердце радо!
  Но однажды наступает в жизни час,
  когда мужчинам женщины не надо.
  
  Душой грешные, согбенные и злые,
  жалеем, что не сбылось, о чём мечтали,
  что, когда мы были дураки и молодые,
  мы женщину за мусор посчитали.
  
  Одиннадцатое апреля. 1975 год.
  19
  
  
  * * *
  
  Коммунистами Есенин был убит!
  
  В России от коммунистов беда!
  Коммунизм жизнь в смерть превращает!
  Коммунистами убитый Есенин иногда
  меня своими стихами посещает!
  
  Я не съел с Есениным пуд соли.
  Моё сердце давно мечется от боли!
  От того моя душа стонет и болит,
  что коммунистами Есенин был убит!
  
  На лице Сергея Есенина печальном
  легли жестокого мучения черты.
  О Сергее Есенине, поэте опальном,
  правду когда-нибудь узнаешь ты!
  
  Его стихи в русские души влезали!
  Но пришли кровожадные большевики,
  и их кровавые антирусские штыки
  Сергея Есенина всю Музу истерзали!
  
  Не знал Есенин, что такое злоба,
  не посыпал себя в трауре золой.
  Страдалица Россия, мы поэты оба!
  Есенин добрый гений, а я злой!
  
  Солнце всё ярче, горы ниже,
  когда у поэтов счастья пиры!
  По воле поэтов становятся ближе
  людям далёких Галактик Миры!
  
  Гумилёв и Есенин Серёжка...
  Всех просто мне тут не назвать!
  Подождите, осталось немножко,
  в России будите снова сиять!
  
  Тринадцатое апреля. 1975 год.
  20
  
  
  * * *
  
  Поэта ты с ума свела!
  
  Лежишь!... Вся из себя такая!...
  Этим и смогла меня привлечь!
  Своей похоти безумной потакая
   на тебя очень хочется прилечь!
  
  Ресниц твоих чудесным волоскам
  дань безумия уже давно плачу!
  Губами к твоим гру́дям и соскам
  прикоснуться очень хочу!...
  
  Милашка, ты для меня наркотик!
  Не могу от тебя просто отстать!
  Полизать хочу твой животик,
  пупочек языком пощекотать!
  
  Я тебя не вдруг-то найти смог,
  но, наконец-то, всё же повезло!
  Очень хочу потрогать между ног,
  души твоей почувствовать тепло!
  
  Пишу!...Карандаш искромсал!
  Хотя с тобой почти я не знаком,
  я бы тебе нежно ляжки искусал,
  груди твои б погладил языком!
  
  Давай, милашка, не стесняйся!
  (Подумаешь, - поэту вдруг дала!)
  На коленях прошу: "Отдайся!"
  Поэта ты совсем с ума свела!
  
  Семнадцатое апреля. 1975 год.
  21
  
  
  * * *
  
  Коммунистов проклинаю!
  
  Смерть, стражник на часах,
  она мне будет как награда.
  Уже давно горит на небесах
  мне поминальная лампада.
  
  Бездна не очень мне страшна́,
  в ней почти тону который год.
  Соломинка мне вовсе не нужна!
  Очень хочу белый теплоход!
  
  Всех коммунистов проклинаю,
  часто меняя тюрьму на суму.
  Каюсь в чём, сам не знаю.
  Каюсь, но в чём, не пойму.
  
  Столько я в жизни терпел,
  что душу мою не разбудишь.
  Я всё позабыть бы хотел!
  Но разве такое забудешь...
  
  У меня всё прекрасно, вроде,
  но душой предчувствую беду.
  Нервы мои всегда на взводе!
  Как всегда, только плохое жду.
  
  Хотя прожи́л я очень мало,
  сердце как-то вдруг устало.
  Вдруг внезапно понеслись
  все мои злые мысли ввысь!
  
  То-ли петля, а то-ли плаха
  ждёт меня, но не дрожу.
  Жизнь моя страшнее страха,
  ею никогда совсем не дорожу.
  
  Девятнадцатое апреля. 1975 год.
  22
  
  
  * * *
  
  Твоей любви очень хочу!
  
  Горечь судьбы я пил до дна.
  Со мною многие здесь были,
  но ты осталась лишь одна,
  и чувства все мои завыли!
  
  Нам эта выпала судьба!...
  Судьбе следовать должны!
  Я господин, а ты раба?...
  Любовью мы поражены!
  
  Пред Богом стою один
  и перед Ним не солгу.
  Ты или я здесь господин?
  Пока ответить не смогу!
  
  Своих любовниц вспоминаю.
  Об этом лучше промолчу!
  Любви не ведал и не знаю,
  твоей любви очень хочу!
  
  Хотя порою, между ног,
  за молодость или за что,
  я иногда заметить мог
  что-то там порой не то!
  
  Быть может, счастья не стою,
  и вовсе не по мне та высота,
  упасть пред женщиной-мечтою
  моя самая заветная мечта!
  
  Двадцать третье апреля. 1975 год.
  23
  
  
  * * *
  
  Не боюсь быть застреленным коммунистом!
  
  Не хочу ни работать, ни красть!
  (как и все одарённые гении).
  Мне б напиться, забыться, упасть,
  утопиться в бредовом забвении!
  
  Никогда ровным не станет
  моей жизни изломанный путь.
  Жизнь в приключения тянет!
  Не слабо́ мне собою рискнуть!
  
  Тень коммуниста-палача за мною
  недобрым призраком скользит.
  Не жалуюсь, не плачу и не ною,
  хотя смертью от тени той сквозит.
  
  Подошёл я к самой смерти дверце.
  Смерти тень к моим ногам легла.
  Не боюсь быть застреленным в сердце
  коммунистом-иудой из тёмного угла.
  
  Вот опять стою перед ней я
  который раз, но словно вновь.
  Смотрю, растерян и бледнея,
  как по руке струится кровь.
  
  Покуда миг тот не настанет,
  что может жизнь остановить,
  моё горячее сердце не устанет
  страдать, сочувствовать, любить!
  
  "Друзья" и сло́ва не проронят,
  хотя вполне могли бы проронить.
  Какая разница, как меня схоро́нят?
  Меня в России не будут хоронить.
  
  Двадцать девятое апреля. 1975 год.
  24
  
  
  * * *
  
  Тебе за ласку, нежность и тепло!
  
  Такое мне ни одна не говорила:
  "Покой твой навсегда нарушу..."
  Но лишь прекрасная Людмила
  вдруг всколыхнула мою душу!
  
  Знала бы ты, как же тебя жду
  в своей жизни сумрачном бараке!
  "К тебе когда-нибудь приду..."
  звучит словно колокол во мраке!
  
  Откуда он звучит? Понять пытаюсь.
  Наполнен он и лаской, и теплом!...
  К одной тебе упрямо пробиваюсь
  сквозь жизни страшный бурелом!
  
  Меня совсем не зная, но любя,
  словами меня сделала добрее!
  Когда-нибудь, но найду тебя,
  сейчас желаю встречи поскорее!
  
  Твои слова от судьбы привет!
  Твоё тепло дорога не остудит!
  Приду! Пусть через много лет,
  но наша встреча всё же будет!
  
  Как же мне с тобою повезло!
  Всех и всё ради тебя забуду!
  Тебе за ласку, нежность и тепло
  и кобелём, и рыцарем буду!
  
  Первое мая. 1975 год.
  25
  
  
  * * *
  
  О коммунистах страшно говорить!
  
  По страданиям легла моя дорога,
  только Бог мне говорит: "Не трусь!"
  Но ещё мне очень далеко до Бога,
  вряд ли до него когда-то доберусь.
  
  Я посетил многие священные места,
  где за Христа печаль душу гложет.
  Жизнь прожить и не охнуть! - мечта.
  При коммунистах того быть не может.
  
  Не успокаивают меня папиросы,
  хотя этот вечер спокоен и тих.
  У коммунистов ко мне вопросы,
  но не дам им ответа на них.
  
  Живу открыто, бесшабашно!
  Водку пью, но не буду курить.
  О душе подумать мне страшно!
  О коммунистах страшно говорить!
  
  Дело не в чести, не в престиже,
  о дружбе мне не многословь!
  Мне старый друг намного ближе
  друзей, приобретённых вновь!
  
  Увы, мне не всегда успех...
  Я далеко не со всеми дружен.
  Я уже давно оставил всех,
  мне теперь никто не нужен!
  
  Во избежание многословья
  не дам разгул пустым словам!
  Желаю счастья и здоровья,
  без коммунистом иметь вам!
  
  Третье мая. 1975 год.
  26
  
  
  * * *
  
  Тебя любить, безумие иль нет?
  
  Мои пути по жизни не просты́,
   от того вот зверем завываю!
  За собой не жгу любви мосты,
  их просто-напросто взрываю!
  
  Взрываю всё! Всё летит к чертям!
  Счастье строю на собственной крови́!
  Даю волю всем чувствам и страстя́м,
  полную свободу безумию любви!
  
  Тебя любить, безумие иль нет?
  Меня совсем пока не любишь.
  Глаз твоих такой приятный свет!
  Этим светом меня погубишь!
  
  Разве не так? Скажи уж, ради Бога!
  Разве не так? Разве любовь не яд?
  Ты ко мне необъяснимо строга!
  Тебя люблю, и, значит, виноват?
  
  Моя в чём вина? Об этом промолчу.
  Но твоего теперь так желаю тела!...
  Моя вина лишь в том, - тебя хочу!
  Тебя хочу, а ты меня перехотела.
  
  Моей жизни страшные версты!...
  За мною много трупов и смертей!
  Если вдруг меня захочешь ты!...
  Ради тебя всех перебью чертей!
  
  Пятое мая. 1975 год.
  27
  
  
  * * *
  
  Лезу с коммунистами в драку!
  
  Хотелось поэтов послушать.
  Так обидно, что не было их.
  Пришлось мне водку кушать
  от души, я бы сказал, за двоих!
  
  Я русский поэт, какой-никакой!
  От коммунистов нету спокойного дня!
  Очень люблю тишину и покой,
  но коммунисты угнетают меня.
  
  Мало сплю, мне вдохновения
  покоя не дают и полчаса.
  Любви прекрасные мгновения
  уносят мою душу в небеса!
  
  Мои книги подобны надгробию.
  Хотя далеко я, увы, не хорош,
  но по своему образу и подобию
  я на Отца Небесного похож.
  
  Лезу с коммунистами в драку,
  тихо не сижу, молчание храня.
  Я послал коммунистов в сраку,
  они все давно издохли для меня!
  
  Говорю стихами слова гневные,
  за стихи осуждать меня не спеши.
  Стихи, мои чувства душевные,
  рвутся на волю из моей души!
  
  На Музу дерзкую мятежную мою
  с высокомерием не смотрите.
  Над Россией звездою чёрною стою
  в антикоммунистическом зените!
  
  Седьмое мая. 1975 год.
  28
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-палачи терзают нас!
  
  К нам опять явился тёплый май!
  Ему, наверно, радуется кто-то.
  Ходи себе по городу, гуляй!...
  Праздновать мне вовсе не охота.
  
  В русских умах теперь брожение.
  Свободной жизни хочется народу!
  Победой называют поражение
  надежд народов на свободу!
  
  Уж тридцать лет как фашизма нет
  во всей Западной Германии сейчас.
  В СССР сейчас на свободу запрет!
  Коммунисты-палачи терзают нас!
  
  С коммунизмом стихом драться
  продолжаю, не покидая страну!
  Я так хотел бы немцам сдаться
  в ту, Европой проклятую, войну!
  
  Но я в войну только родился,
  так уж тогда родила меня мать.
  Я в России очень пригодился,
  чтобы коммунистов проклинать!
  
  Победил коммунизма сброд...
  Если бы нет, то, хвала небесам,
  коммунизм русский народ
  тогда уничтожил бы сам!
  
  Одиннадцатое мая. 1975 год.
  29
  
  
  * * *
  
  Не я, жаль, в Ленина стрелял!
  
  Драный нищий из Иваново,
  с родины советских советов,
  не дам даже рубля рваного
  никогда тебе за всё за это!
  
  Терплю коммунизм-неволье...
  Я очень агрессивен, дерзок, смел!
  Я сейчас в таком глухом подполье,
  что лишь только пока этим уцелел!
  
  Хоть я антикоммунист уже битый,
  примирения у коммунистов не прошу.
  Ремень кадетский, пулею пробитый,
  десятки лет на себе с гордостью ношу!
  
  Нахватались от коммунизма пошлого,
  этой дрянью русский рассудок забит!
  Блики жуткие страшного прошлого
  теперь освещают наш нищенский быт!
  
  В сердца к нам Ленин влез змеёю,
  он смог русские души опленять.
  Ленин небо с грешною землёю
  очень хотел местами поменять!
  
  Кто-то мне скажет: "Ты нахал!
  Ты на святое замахнулся..."
  Не я, жаль, в Ленина стрелял!
  Уж я б в него не промахнулся!
  
  Тринадцатое мая. 1975 год.
  30
  
  
  * * *
  
  Люблю её, но так боюсь!
  
  Вот и влюбился я уж снова!
  Сердце моё от радости поёт!
  Милашка, Маша Иванова,
   мне спать ночами не даёт!
  
  Её во сне нежно обнимаю!
  Мне с нею, точно, был бы рай!
  Что делать мне, даже не знаю!
  Люблю и всё! - хоть помирай!
  
  Непредсказуема дерзкая она!
  Идёт от неё кру́гом голова моя!
  Говорит: "Ведь я женщина́!", -
  а то: "Я погибель твоя..."
  
  Полно вокруг меня невест!
  Но в душе Маша, как змея!
  Говорит: "Я твой крест...", -
  а то: "Наказанье тебе я..."
  
  С нею душою своей бьюсь!
  Меня то хвалит, то ругает!
  Люблю её, но так боюсь!
  Она же так меня пугает!...
  
  От обиды катят слёзы,
  мне они сердце рвут!
  Её все ласки и угрозы
  меня то гонят, то зовут!
  
  Парни, с нею не дружите,
  она напугать может быка!
  Хотя бы вы-то ей скажите,
  чего пугает поэта-мужика!
  
  Семнадцатое мая. 1975 год.
  31
  
  
  * * *
  
  Коммунистам делаем гадость!
  
  Коммунисты судьбу рвут на куски,
  когтями наши души рвут как черти!
  Все живём для любви, для тоски,
  для рожденья живём и для смерти!
  
  Очень нелёгок нашей жизни путь,
  ещё не одна приключится беда!...
  Сделал добро, - навсегда забудь!
  Получил добро, - помни всегда!
  
  Своими взорами тупыми
  нам далеко не просмотреть!
  Мы в мир брошены слепыми,
  чтобы выжить или умереть!
  
  День начался, - его уже нет!...
  Время мчится, - все скучаем.
  Наблюдаем в небе ход планет,
  жизни бег совсем не замечаем!
  
  Вовсе не прекрасна жизнь наша,
  давно недоволен ей русский народ!
  В русских головах такая каша!...
  В душах у нас царит разброд!...
  
  Всё время вертим-крутим!...
  На других всё грязью льём!
  Всю свою жизнь воду мутим,
  эту воду потом сами пьём!
  
  Коммунистам делаем гадость
  так, чтоб не видел этого никто.
  Если коммунизм не радость,
  то тогда для русских это что?
  
  Девятнадцатое мая. 1975 год.
  32
  
  
  * * *
  
  Буду лишь только твой!
  
  Люди тихо годы провожают,
  друг друга не жалея, не любя!
  Меня все только обижают...
  Тут-то и припомнил я тебя!
  
  Кругом разные болезни, рак
  куда в России только ни пойду!
  Ночью вдруг путану я, дурак,
  встретил на счастье иль беду!
  
  Не доволен я своей судьбой,
  свои мечты на лучшее лелею!
  Путана, так хочу болеть тобой!
  И тобой уже, наверное, болею!
  
  Очень со многими я был,
  но заволокло память угаром!
  Уже я многих как-то позабыл.
  Путана пришла ко мне недаром.
  
  Не надо мне зрелищ и хлеба!
  В моих мыслях только ты одна!
  Ждёшь на край седьмого неба,
  я сейчас на краю седьмого дна!
  
  Перестала меня мучить амнезия!
  Мне от разлуки, - ну хоть вой!
  Хоть меня чем-то зарази, я
  всё рано буду лишь только твой!
  
  Двадцать третье мая. 1975 год.
  33
  
  
  * * *
  
  Перед коммунистами не дрожал.
  
  Не проклята ли Русь навсегда?
  Мне как ей, родимой, помочь?
  Редкая птица заглянет сюда
  и тут же торопится прочь...
  
  Под коммунизма перезвон
  на русские бескрайние края
  стон стоит со всех сторон!
  Стонет Россия, Родина моя!
  
  Мы коммунизма никогда не хотели,
  жизнь нам страшное горе принесла.
  Через страшные кровавые метели
  история России-матушки прошла!
  
  Во времени, борьбой объятом,
  в тихом углу вряд ли усидишь!
  Ни красотою, ни даже развратом
  Россию теперь уже не удивишь!
  
  Чего Бог на душу ни даст,
  хотя беда в родном краю,
  никогда русский не предаст
  ни честь, ни Родину свою!
  
  Иная жизнь и половины
  не стоит той, что нам дана́!
  Душа и Родина едины!
  Честь и Правда лишь одна!
  
  Давайте выпьем же за тех,
  кто в жизни не имел успех,
  перед коммунистами не дрожал,
  кто нам Свободу приближал!
  
  Двадцать девятое мая. 1975 год.
  34
  
  
  * * *
  
  Если замуж не захочешь...
  
  В жизни, как в природе,
  отношения между тел.
  Полюбил тебя я, вроде?
  Или тебя только захотел?...
  
  Как понять? Уж я на взводе!
  Но об этом лучше помолчу.
  В жизни часто, как в природе.
  Так люблю тебя или хочу?...
  
  Не боюсь любви плена,
  хоть непокорный я судьбе!
  Не пойму никак, Елена,
  у меня чего сейчас к тебе?...
  
  Давай встретимся однажды,
  чтоб мои чувства проверять.
  Если жить не будем дважды,
  то чего же нам с тобой терять?
  
  Скажу тебе при всём народе,
  (но, для храбрости, напьюсь),
  в жизни часто, как в природе...
  Если понравишься, - женюсь!
  
  Может мозги мне морочишь?
  (Я ж в любви словно дурак.)
  Если замуж не захочешь,
  давай тогда побалуемся так!
  
  Тридцать первое мая. 1975 год.
  35
  
  
  * * *
  
  На могиле Ленина будет туалет!
  
  Информация давно проверена,
  (об этом говорят со всех сторон):
  Сталин совсем затрахал Ленина,
  от прободенья геморроя умер он!
  
  Среди лживого шума и треска
  Сталин русским только лгал!
  В сапогах, начищенных до блеска,
  по крови русской Сталин шагал!
  
  Понапрасну Сталина-вора обличали
  святой России лучшие русские умы!
  Все от страха при Сталине молчали,
  боясь жестокой советской тюрьмы...
  
  Был Сталин-кровавый лживым!
  Россией правят коммунисты-воры́!
  В России детство не было счастливым
  из-за коммунизма у русской детворы!
  
  Из коммунистов-сумасбродов
  Сталин кадры убийц создавал!
  Я Сталина, палача всех народов,
  злым паразитом России называл!
  
  Сталин русских убил много!
  Издох злобный Сталин-тиран,
  как мерзкий гадкий таракан!
  Туда Сталину-палачу дорога!
  
  Моя мятежная строка нацелена
  на мавзолея мрачный свет!
  На могиле дьявола Ленина
  скоро будет русский туалет!
  
  Первое июня. 1975 год.
  36
  
  
  * * *
  
  Ты не могла б меня бы полечить?
  
  Проснулся я тут с бодуна!...
  Странно, даже выпить нету...
  Настолько жизнь моя сложна́!
  И что же делать мне, поэту?
  
  Хоть я пьяньчуга, но поэт!...
  Да, к стати, зовут меня Вова.
  Тут подвернулся мне портрет,
  а на нём Любашка Иванова.
  
  Как же мне на жизнь не злиться?
  Мне плохо так!... Аж нету слова!
  Мне даже нечем похмелиться!...
  а тут ещё Любашка Иванова!...
  
  Смотрю с тоскою на её портрет.
  Её взор: тоска, печаль истома...
  У меня теперь даже и такого нет.
  А любовь мне вовсе не знакома.
  
  Я не на шутку очень разозлился!
  Теперь даже похмелиться не хочу!
  Мой друг сказал, что я влюбился.
  А я в ответ ему тихо сижу, молчу.
  
  Мне плохо так, как рухнул с дуба!
  С другом сидим, молчим, не пьём.
  А что и верно, эта Иванова Люба
  виновна в плохом состоянии моём?
  
  Так тяжела мужская доля наша!...
  А у женщин жизнь, - весёлый кич!
  Пожалей меня, Иванова Любаша,
   ты не могла б меня бы полечить?
  
  Третье июня. 1975 год.
  37
  
  
  * * *
  
  Моя душа коммунистам не рада!
  
  Знаю со времени школьного,
  с коммунистами опасная игра!
  От сумасшествия добровольного
  России давно избавиться пора!
  
  Слова гнева вырывая из глотки
  коммунистам в ожесточении кричу:
  "Мне не надо ни пива, ни водки!
  Вина коммунизма тоже не хочу!"
  
  Музыкою мне в душу залезает
  полупьяный седой скрипач!
  Мою душу чувствами терзает
  он, словно безжалостный палач!
  
  Душа моя коммунистам не рада,
  словно как в пьяном угаре кричу:
  "Дайте скорее мне русского яда,
  от коммунистов отдохнуть хочу!"
  
  Из-за коммунистов-гадов много лет
  русским вино стало жизни дороже!
  Все у нас алкоголики, избавления нет!
  Русский бунт назревает, похоже...
  
  Погода в душе моей ниже нуля...
  Нет у меня теперь даже и рубля!
  Из-за коммунистов, может быть,
  уж никогда не перестану пить...
  
  Зря слов пустых напрасно не трачу,
  хоть рифмы мятежные здорово плету.
  Давай же выпьем за в борьбе удачу!
  Давай же выпьем за свободы мечту!
  
  Пятое июня. 1975 год.
  38
  
  
  * * *
  
  В постели с нею ночью тёмной!
  
  Красота ещё никого не спасла.
  Сколько тому людьми принято мер!
  Тому в жизни примеров нет числа!
  Взять вот я, хотя бы, например...
  
  Прошла уж жизни половина,
  а я так никем и не спасён!...
  Может спасёт меня Ирина?
  Я ею просто словно потрясён!
  
  Восхищён очень я её грудью!
  (Это опять пишу тут про своё!)
  Меня так и тянет к рукоблудью,
  мне потрогать очень хочется её!
  
  Но всегда себя держу в узде,
  не поддаваясь страсти блуду!
  Её потрогать хочется везде!
  Но без разрешения не буду.
  
  Меня любовь к Ирине понесла!
  Куда меня любовь ни занесёт!
  Красота ещё никого не спасла,
  может меня Ириночка спасёт...
  
  Если вру, то только на треть,
  и то ложью очень скромной.
  Мне не даст Иринка умереть
  в постели с нею ночью тёмной!
  
  Говоря это даже сам краснею.
  (Попробуй тут не покрасней!)
  Ну а коль помру вдруг с нею,
  так это лучше, чем без ней!
  
  Седьмое июня. 1975 год.
  39
  
  
  * * *
  
  Коммунист ничего не стоит!
  
  Не пылает уж огонь в крови,
  с каждым часом к смерти ближе.
  Мне до падения как до любви,
  но упаду ада намного ниже!
  
  Среди жизни бурного течения
  перед коммунистами не трушу!
  Приходят ко мне вдохновения,
  рифмы рвутся в мою душу!
  
  Очень хочу быть хорошим,
  я очень плохим уже был.
  Любил заниматься дебошем
  коммунистам вредить любил.
  
  Моей грешной душе надоело
  томиться в греховном плену!
  Давно тянет моё грешное тело
  мою душу ко греховному дну!
  
  Кровь у коммуниста на косе,
  душа моя с горя тихо воет...
  В этой жизни ценны все, -
  коммунист ничего не стоит!
  
  Напролом рвусь к своему дому
  по России нехоженым местам,
  по жизни непролазным бурелому,
  как бульдозер по чьим-то кустам!
  
  От свободы пока очень я далёк,
  хотя позади годы пути пролетели!
  Дойду обязательно, я не такое смог!
  Доберусь до своей заветной цели!
  
  Одиннадцатое июня. 1975 год.
  40
  
  
  * * *
  
  Ради любви лишь стоит жить!
  
  "Не привыкай ко мне, забудь!"
  Слова мне в душу залезают!
  Слова мне эти режут грудь,
  мою душу жестоко терзают!
  
   Умна ты больно, как погляжу!
  Но меня совсем не слышишь!
  "На твой хвост банку привяжу",
  сумасшедшая, что мне пишешь?
  
  Тебя знаю уже очень много лет!
  Меня уж столько за нос водишь!
  Очнись, опомнись! Что за бред
  тут мне, безумная, городишь?
  
  Твоя грешная душа горит в огне,
  в страстной похоти вся млеешь!
  Прошу тебя, скорей отдайся мне,
  клянусь, ни о чём не пожалеешь!
  
  Меня не любишь, это допускаю!
  Моя любовь тебе лишь только смех!
  Поверь, тебя так ночью приласкаю,
  забудешь сразу всё, забудешь всех!
  
  Со мною больше не ругайся!
  Давай друг другом дорожить!
  Ложись в постель и распрягайся!
  Ради любви лишь стоит жить!
  
  Тринадцатое июня. 1975 год.
  41
  
  
  * * *
  
  Скольких сгубил палач Сталин!
  
  Нам предстоит ещё предстать
  перед Господними весами.
  Мне не даст Господь солгать,
  нам жизнь отмерена часами.
  
  Не слушайте, что болтают в кремле!
  Даю вам здесь своё слово честное,
  не собирайте сокровищ на Земле,
  вам откроется Царство Небесное!
  
  Всегда на небе ангелы плясали,
  русский Царь приказы писал...
  Часто Россию бунты сотрясали,
  но Россию всегда Бог спасал!
  
  Коммунистам-палачам нет межи!
  Грехи им церковь не прощала!
  В России часто были мятежи,
  Россию Мать Божья защищала!
  
  Никуда от прошлого не деться!
  Нам не забыть печального его.
  Могу душою в жизни опереться
  только лишь на Бога одного!
  
  На Земле каждый человек уникален,
  второго такого человека не будет!
  Скольких сгубил палач Сталин!
  За злодеяния пусть Бог его судит!
  
  Семнадцатое июня. 1975 год.
  42
  
  
  * * *
  
  На коммунистов проклятия шлю!
  
  Давно закончилась война...
  Но в памяти её мне не стереть.
  Моя победа ещё не видна,
  но я за свободу готов умереть!
  
  Жизнь моя как в страшном сне!
  Мне вовсе нечем дорожить.
  Хоть в России очень плохо мне,
  но всё больше хочется мне жить.
  
  Но из России никуда не уеду,
  хотя счастья в России не ищу.
  На могиле клялся своему деду,
  что коммунистам за всё отомщу!
  
  Доживу ли до победы, не знаю.
  Россию-Родину очень люблю!
  Предков с уваженьем вспоминаю,
  на коммунистов проклятия шлю!
  
  России в той войне не повезло.
  По местам войны боёв гуляю.
  Пишу, коммунистам на зло!
  Свободу стихами прославляю!
  
  Не люблю ненастную погоду,
  звон коммунистических оков.
  Хорошо русскому народу
  пусть будет во веки веков!
  
  Девятнадцатое июня. 1975 год.
  43
  
  
  * * *
  
  Коммунисты издохнут, поэты вечны!
  
  Среди непонятно какой-то трухи
  лежат пока в недвижимом покое
  краны, задвижки, трубы и стихи!
  Возможно ль вместе быть такое!
  
  Никогда не бросаю слов на ветер
  лишь только потому, что слова эти
  (такое очень даже может быть)
  могут кого-нибудь запросто убить.
  
  Не прожить поэту дольше...
  Все дни его Богом сочтены!
  Поэты есть меньше, больше,
  но все перед Богом равны́!
  
  Нашей жизни брызги заразные
  мятежными стихами разливаются!
  Стихи мои бывают очень разные,
  не всеми людьми они понимаются.
  
  Поэзия могучая форма искусства,
  за которую платят лишь только гроши.
  Стихи на бумаге сердечные чувства,
  рвущиеся с поэта мятежной души!
  
  Порою веселы мои стихи, беспечны,
  но они нигде и никогда не пропадут!
  Коммунисты издохнут, поэты вечны!
  Вечен поэтов их бесценный труд!
  
  Двадцать третье июня. 1975 год.
  44
  
  
  * * *
  
  Убей меня, или за всё прости!
  
  Любуюсь на твой портрет,
  похоти своей низкой потакая!
  Я думал, что таких на свете нет!
  Оказалось, есть красивая такая!
  
  Ох, как мне приятна твоя грудь!
  Животик, ножки! (И не только!)
  Прочти мои стихи и позабудь,
  во мне, знаешь, дури сколько!
  
  Прочитай мои стихи спокойно,
  но постарайся позабыть к утру!
  Веду себя часто недостойно!...
  Это только с ревности! (Не вру!)
  
  Ты такую фотку здесь вкатила!...
  Хоть я давно познал горечь измен,
  ты мою душу любовью захватила,
  ты моё сердце взяла себе в плен!
  
  Меня не знаешь и не слышишь,
  своего чёрта какого-то любя!
  Жаль, что здесь не мне пишешь!
  А ведь здесь издохну без тебя!
  
  Я тобой сражён и околдован!
  (Но, как мужчина, я не слаб!)
  Словно цепями я закован
  у ног твоих, как верный раб!
  
  Не могу справиться с любою!
  О своём чёрте не очень грусти!
  С одной к тебе я лишь мольбою:
  Убей меня, или за всё прости!
  
  Двадцать девятое июня. 1975 год.
  45
  
  
  * * *
  
  Страна Советов, это преисподняя!
  
  Всем давно понять пора:
  Страна Советов, это преисподняя!
  Жить хочу не завтра, не вчера...
  Жить хочу именно сегодня я!
  
  Россию лишили славного венца,
  штыками искололи России тело!
  В страшное паденье без конца
  моя грешная Россия полетела!
  
  Страну советов, как ни береги,
  она вся переполнена грехами!
  Враги поэтов, - Родины враги!
  Никогда их не порадую стихами!
  
  На Мир коммунисты наводят страх!
  Цель одна: за власть борьба тупая!
  Коммунизм-зверь на глиняных ногах
  скоро упадёт, зловонье испуская!
  
  Нам коммунизм давно не светит!
  Кто вверг нашу великую страну
  в братоубийственную войну?
  Кто за жертвы теперь нам ответит?
  
  На коммунизм в атаку в полный рост
  смело иду походкой республиканской!
  Полетят грязному псу под сраный хвост
  "герои" антирусской войны Гражданской!
  
  Первое июля. 1975 год.
  46
  
  
  * * *
  
  На руках однажды в рай тебя снесу!
  
  Зачем ты назвалась так скверно?
  Мне не понять никак такого бреда.
  Совсем не понимаешь, наверно,
  что Виктория, это значит, победа!
  
  Я вспомнил очень много дев,
  память свою на волю отпуская!
  Ты, Вика, в страсти просто лев!
  Ведь ты такая!... Ты вся такая!...
  
  Всё к нам возвращается с весной,
  когда метели зимние уже отвыли!
  Как жаль, не ты сейчас со мной!
  Мы с тобой любовь бы закрутили!
  
  Полураскрыты твои нежные губы!
  Страсти любви желаешь сама!
  Твои глаза, груди, улыбка, губы!...
  От тебя скоро совсем сойду с ума!
  
  Ты не со мной, локти кусаю!
  Ты с другим, только что с того?
  Свою старую подругу бросаю,
  бросай Стёпу, охламона своего!
  
  Тебя в постели ждёт моя подушка!
  Сердцем так люблю тебя, красу!
  Моя будущая любимая подружка,
  на руках однажды в рай тебя снесу!
  
  Третье июля. 1975 год.
  47
  
  
  * * *
  
  Коммунист меня за мои стихи судит.
  
  Лишь только тот почтения достоин,
  кто дарит людям души своей свет!
  Воин один в чистом поле не воин,
  если он не русский мятежный Поэт!
  
  "Зачем стихи пишешь, как никто?",
  невежды часто говорят специалисту.
  Поэту Музой часто прощается то,
  что нередко запрещают прозаисту.
  
  Мне восхваления вовсе не важны́,
  мне они как кошмара наваждения.
  Награды от коммунистов не нужны́,
  мне не нужны́ их вознаграждения.
  
  Русский поэт несчастен, очень беден,
  если у него с коммунизмом борьба!
  Для таланта отдых настолько вреден,
  как безделье для ленивого раба.
  
  Коммунист меня за мои стихи судит,
  сам даже пера в руки никогда не брал.
  Конца и края моим стихам не будет,
  покуда Господь мою душу не забрал!
  
  Мне день и ночь молиться надо
  за все тяжкие души моей грехи.
  Мне слово Господа как награда!
  Благословение, - мятежные стихи!
  
  Мои стихи совсем не лепет детский!
  Я против коммунистических знамён!
  Поэт я только русский, не советский,
  против коммунизма страшных времён!
  
  Пятое июля. 1975 год.
  48
  
  
  * * *
  
  Милашка, тебя хочу!
  
  Меня знаешь или вовсе нет?
  С тобой мы вместе не росли.
  Я лишь взглянул на твой портрет,
  и меня черти куда-то понесли!...
  
  Ты так прекрасна и красива!...
  Это сознаёшь ли ты сама?...
  Твоих волос шальная грива
  совсем уже свела меня с ума!
  
  А о другом уж промолчу!...
  (Оно подобно будет раю!)
  Тебя потискать так хочу!...
  Без тебя совсем тут умираю!
  
  Только не прими это за позор,
  очень хочу тебя раздевать!...
  Где ты шаталась до сих пор?
  А, впрочем, на то мне плевать!
  
  В твоём взгляде любви такая сила!
  Меня с тобою сблизил жизни рок!
  Любовью меня за душу зацепила,
  и я теперь уже почти у твоих ног!
  
  Изменишь мне? Вполне то допускаю!
  (Тебе же только всё: "Ха-ха! Хи-хи!...")
  Тебя так зацелую, закружу и заласкаю!...
  Забудешь всё на свете, даже и стихи!
  
  С тобой проснуться, выпить кофе!...
  Об остальном уж просто промолчу!
  Не страшно оказаться на Голгофе
  с тобой. Милашка, так тебя хочу!
  
  Седьмое июля. 1975 год.
  49
  
  
  * * *
  
  Коммунисты не сломили русским дух!
  
  Стих в борьбе стал долей малой,
  но моя Муза в нём отозвалáсь!
  В моей душе, от мук уже усталой,
  искра Божья вдруг зажглась!
  
  Где конь от страха спотыкался,
  там со своими стихами я прошёл!
  Стать известным даже не пытался,
  без того мне пока очень хорошо.
  
  Мне бывает просто невозможно
  в сердце сдержать протеста вал!
  Вчера опять скрытно, осторожно
  я везде свои стихи распространял.
  
  Никогда я не бываю одиноким,
  моя Муза, - мать мне и сестра...
  Сон мой не бывает глубоким,
  тревожны бывают мои вечера.
  
  Хотя не читаю свои стихи вслух,
  но моя гордость этим не задета.
  Не сломать коммунистам дух
  мятежного опального поэта!
  
  Мои судьи страшные невежды,
  я свободы Поэт, поэзии Гигант!
  Облачён в кровавые одежды
  палач, казнивший мой Талант.
  
  Меня прочтут или услышат!
  А если нет, то мне и не беда.
  Другие лучше меня напишут,
  но так, как я, - уж никогда!
  
  Одиннадцатое июля. 1975 год.
  50
  
  
  * * *
  
  Забудь меня. Не приходи, не надо.
  
  Ты так бледна, болезненно худа.
  Чахоткой, наверное, страдаешь.
  Чахотка в наше время ерунда.
  До сих пор этого не знаешь?
  
  Кода я рядом, слишком хорошо!
  Нет меня, сразу слишком плохо.
  Но не навек же я от тебя ушёл!
  Что за такие крайности, дурёха?
  
  Сервизы бьёшь китайские легко,
  лишь затем, чтобы потом страдать.
  Мне об этом думать очень нелегко,
  но можешь ведь по яйцам дать...
  
  Несёшь всегда какой-то бред,
  который совсем не понимаю.
  Про секс оральный, про минет!...
  Что это такое? Даже и не знаю.
  
  Про вьюжные бормочешь дали,
  молотком сервизы лупишь вдруг!
  Тебе уже к психиатру не пора ли?
  Говорят, что тебе он старый друг.
  
  Забудь меня. Не приходи, не надо.
  Забудь меня на много-много лет!
  Моё сердце будет очень радо,
  что этой истерички больше нет!
  
  Тринадцатое июля. 1975 год.
  51
  
  
  * * *
  
  Коммунизма лжи течёт река.
  
  Хотя поэт я вовсе небольшой,
  только уже давно смог понять,
  что нельзя с метущейся душой
  нежные стихи любви писать.
  
  Коммунизма лжи течёт река!
  В ней даже не найти концов.
  Давит коммунизма злая рука
  всех Русских поэтов и певцов!
  
  Сроки тюремные, расставания,
  коммунизма лютый беспредел,
  мои тяжкие грехи и покаяния
  среди антикоммунистических дел!
  
  Нелёгким получился моей жизни путь
  среди коммунистов-палачей-невежд!
  Очень хочу душой и телом отдохнуть,
  я очень устал от мыслей и надежд.
  
  Не читал своих стихов я при народе,
  как в пропасть в жизнь их столкнул!
  Я на России литературном небосводе
  искрой Божьей дерзко промелькнул!
  
  Всю жизнь России служу словом,
  мне так назначено моей судьбой!
  Однажды вдруг в венке терновом,
  Россия, предстану перед тобой.
  
  Как живу? Даже и сам не знаю.
  Я от страха уже много раз дрожал.
  Только сейчас ясно понимаю,
  чего я в своей жизни избежал!
  
  Семнадцатое июля. 1975 год.
  52
  
  
  * * *
  
  Руками лазают в женские трусы.
  
  Что даётся не храним, не ценим...
  Не любя часто о любви орём.
  Друг другу запросто изменим!
  "Всё равно когда-нибудь помрём."
  
  Что такое, правда, между нами?
  Не остановились же наши часы?
  Просишь развести хандру руками,
  но руками лазают в женские трусы.
  
  Всё это, конечно же, пустяк,
  что трусы с кого-то снимаю.
  Но зачем тебе второй дурак?
  Этого пока никак не понимаю.
  
  Вдруг опять кому-то мы нужны,
  я тебе, а ты нужна другому...
  Чувства не причём и не важны,
  привыкаем только лишь к дому.
  
  Потом клянём судьбу и плачем,
  вновь делая ошибки почему-то
  Мы друг другу ничего не значим...
  Хочется быть значимым кому-то.
  
  Я к тебе привык. В изменах каюсь.
  Ты тоже смогла душу расплескать.
  Терем тебе построить постараюсь,
  если меня в него будешь впускать.
  
  Я тебе построю чудный терем
  но меня в него к себе впусти!
  Мы с балкона всех осерим,
  кто к терему захочет подойти!
  
  Девятнадцатое июля. 1975 год.
  53
  
  
  * * *
  
  Готовьтесь к войне с коммунистами!
  
  Я вам доброй вести не привёз.
  Не разгребу ваших грехов груду.
  Я же совсем ведь не Христос,
  коммунистов спасать не буду!
  
  Коммунисты творят глупости,
  не покладая окровавленных рук!
  Не от большого ума, от тупости
  коммунисты всё губят вокруг.
  
  Ленинградский вьюжный февраль
  всё колючие злые крутит метели.
  Коммунист, это падаль и враль,
  но вы ведь сами вранья захотели.
  
  За бестактность меня простите,
  знаю, что учить уму вас не мне.
  Но, если вы мира очень хотите,
  готовьтесь с коммунистами к войне!
  
  Пока мы молоды, счастливы́!...
  Дух свободы замер в нашей груди.
  Коммунисты-палачи это не вы?
  Всё лучшее России давно позади.
  
  Коммунистов выделяет из толпы
  то, что они страшно безумно глу́пы!
  Все тонкости коммунистов толсты́,
  остро́ты коммунистов грубы, тупы!
  
  Двадцать третье июля. 1975 год.
  54
  
  
  * * *
  
  Ему верна ты! - что с того?
  
  Ну что ж, знакомая картина...
  Ему верна ты! - что с того?
  Он просто грязная скотина,
  ты лишь подстилка для него!
  
  По привычке тебе неплохо с ним.
  Но этим ты сама себе же врёшь.
  Говорит он всем друзьям своим,
  как ты в рот здорово берёшь!...
  
  Твоя душа к нему чувством горит!
  Не можешь без него даже кушать!
  Всем он про тебя такое говорит!...
  Не приведись тебе это послушать!
  
  Всем болтает, как делаешь минет,
  когда случается вдвоём остаться вам!
  Что тебя грязнее шлюхи просто нет!...
  (если только верить всем его словам.)
  
  Рассказами и стал он знаменит!
  Говорит, с любой можешь раздеться,
  что от тебя его давно уже тошнит,
  что от тебя не знает куда деться!
  
  Всем друзьям твердит упорно,
  что тебя грязнее не знал сучку!
  Тебя обнажённой фотографии-порно
  продаёт всем по рублю за штучку!
  
  Двадцать девятое июля. 1975 год.
  55
  
  
  * * *
  
  Стихи пишу коммунистам назло!
  
  Вино пролито, песня не допета,
  неслышен струнный перебор...
  Голос очень подпитого поэта
  несёт какой-то разный вздор!
  
  К подъезду уже подана карета...
  Вот и покидает вас поэт-смутьян.
  Простите русского пьяного поэта
  за то, что он не слишком пьян.
  
  Жизнь моя меня волной качает!
  Стихи пишу коммунистам назло!
   Лишь когда выпью мне легчает.
  Водку не пью, - очень тяжело...
  
  Крепкого рома бачок, ведро икры,
  русской дури очень большая бочка...
  Пока гуляем шумно до той поры,
  пока тюрьмой не поставлена точка!
  
  Ведро чёрной икры, спирта бочка
  русскому не помешают никогда!
  Русскому любая жизни заморочка
  вовсе не несчастье, даже не беда!...
  
  Ресторана русского столики,
  разговоры пьяные, шумный уют...
  Ночами гуляют русские алкоголики,
  слёзы по пропащей России льют.
  
  Русские выпьют, если нальёте,
  о жизни пропащей тихо скорбя.
  Люди русские, что же так пьёте?
  Неужто не жалко самим вам себя?
  
  Тридцать первое июля. 1975 год.
  56
  
  
  * * *
  
  Измены боль и любви злые муки!
  
  Текут неспешно твои годы!
  Напрасно ты судьбу ругаешь!
  Тебе так хочется свободы?
  Милашка, меня этим пугаешь!
  
  В тебе так много своеволья!
  От безделья иногда не уснёшь.
  Свободы хочешь и раздолья?
  Тебе дай волю, - всё снесёшь!...
  
  Все твои слова остры до боли!
  Душа твоя стремлением полна!
  То клетки хочешь, то вдруг воли...
  Ты, наверное, в кого-то влюблена!
  
  Каждая твоя мысль очень непроста!
  Никак мне не понятна. Почему?
  Ты этим всем уже, наверное, сыта?
  Никак, как ни стараюсь, не пойму.
  
  Мысли твои, бесспорно, очень милы,
  мерцают светом среди жизни тьмы!
  Проcишь себе у Бога чувства силы.
  Без Бога все совсем бессильны мы!
  
  Очень добрый я к тебе в душе!
  Нас душевной доброте учат науки!
  Вместо рая будут в жизни шалаше,
  измены боль и любви злые муки!
  
  Первое августа. 1975 год.
  57
  
  
  * * *
  
  Ещё наломаю коммунистам дров!
  
  Немного было праздных дней,
  но много было страшных лет!
  В советской биографии моей
  дня спокойного не было и нет.
  
  Так в жизни моей получается,
  что денег как не было, так и нет.
  По России советской скитается
  русский нищий мятежный поэт.
  
  У каждого судьба и жизнь своя.
  Кровавый след по России стелется.
  Кровоточит грешная душа моя.
  Всё заметает памяти метелица.
  
  Хороших много потерял я людей,
  теперь живу, о них душой тоскуя.
  Петь хочу про России белых лебедей,
  но опять про смерть и кровь пою я!
  
  С моей души давно всё выбито,
  как грушу жизнь меня трясёт.
  Ещё не всё вино мной выпито,
  но потеряно мной хорошее всё!
  
  Стихов я уже много настрочил.
  Мятежные песни русским пою.
  Сердцем я для всех давно почил,
  но душою я всё ещё в строю!
  
  До сих пор я живой, как ни странно,
  к тому же плотью отменно здоров.
  Потому хоронить меня ещё рано!
  Ещё наломаю коммунистам дров!
  
  Третье августа. 1975 год.
  58
  
  
  * * *
  
  Меня не вздумай полюбить!
  
  Воспоминания порою нам вредят,
  сознанье разъедая жгучей солью!
  Раны старые мне душу бередят,
  впиваясь в сердце злою болью!
  
  Память своим прошлым дорожит,
  карая нас за всё непримиримо!
  За плечами груз у каждого лежит,
  болью душу давит нестерпимо!
  
  Кровоточит души моей рана
  болит, мне от неё не убежать!
  Только лишь любимая Татьяна
  смогла меня лаской поддержать!
  
  Я ещё тот развратник и невежда!
  Лет, зря истраченных, мне жаль!
  Но только скромная надежда
  развеяла в душе моей печаль!
  
  Вспомнил, как гадала мне цыганка.
  Моя память меня в прошлое несёт.
  Мне нагадала она, что Татьянка
  меня полюбит и от беды спасёт!
  
  Цыганке не поверил я, подлец!
  Потом со мною многое случилось!
  Но встретил я Татьяну наконец,
  и сердце моё радостно забилось!
  
  Татьяна, не подумай там что-ли́бо!...
  Я хам такой!... (Могу и нагрубить).
  За слово доброе скажу тебе спасибо,
  только меня не вздумай полюбить!
  
  Пятое августа. 1975 год.
  59
  
  
  * * *
  
  С коммунизмом насмерть бой!
  
  Мне очень крутая выпала судьба,
  стихи мятежные, гонения, борьба!...
  С коммунизмом насмерть бой!...
  Я недоволен советской судьбой!
  
  Открыта моей квартиры дверь!
  Всегда рад я встретить гостей!
  Злая судьба моя, словно зверь!
  Но через слёзы улыбаюсь ей.
  
  Кого-то белый журавль принёс,
  меня в клюве ворон приволок.
  Судьба моя как злобный пёс,
  но я всё же укротить её смог!
  
  Свою птицу счастья ловить?...
  Счастья словно вовсе не стóю...
  Зачем надеждой душу травить,
  гонясь за призрачной мечтою?
  
  Ни за что не позволю мне мешать
  в борьбе с коммунизмом никому!
  Несчастную судьбу свою решать
  Господь доверил мне самому!
  
  Благодарю за то свою судьбу,
  что не лежу пока ещё в гробу!
  Благодарю за то Господа снова,
  что грешная плоть моя здорова!
  
  "Помни свою историю со ста́ри".
  Так говорили отец мне и мать.
  Коммунисты-кровавые-хари,
  смогли Россию под себя подмять!
  
  Седьмое августа. 1975 год.
  60
  
  
  * * *
  
  Любовь всегда бывает первой!
  
  Всё обман, с начала до конца!
  Но твоя песня ещё не допета.
  Жених сбежал из-под венца,
  это очень прекрасная примета!
  
  Милашка, да ещё цветущая,
  страдаешь там из-за кого?
  Что на себя такая злющая?
  Да наплевать-то на него!...
  
  На сердце шрам, но не беда!
  Тебя, милашка, любовь ждёт!
  На сердце шрамы, это ерунда!
  На них пописай, всё пройдет!
  
  Ты над прошлым вдруг зависла
  и на себя же хмуришь бровь!
  Милашка, ты чего раскисла?
  Тебя уже другая ждёт любовь!
  
  Любовь всегда бывает первой!
  Забудь того, тебя кто не берёг,
  и будь неотразимой стервой!
  Все мужики у твоих будут ног!
  
  Тебе в любви так повезёт!...
  Но однажды ночью хмурой
  твой бывший к тебе приползёт
  кобелём с облезлой шкурой!
  
  Хоть холодна, дождлива ночь,
  на дворе злобное ненастье,
  но тогда его прогонишь прочь!
  Ведь у тебя уж будет счастье!
  
  Одиннадцатое августа. 1975 год.
  61
  
  
  * * *
  
  Коммунист стал злобным душегубом!
  
  Живём в тревогах и заботах!
  Коммунисты не любят никого.
  Здоровье губим на работах.
  Зачем губим? Губим для чего?
  
  Кто-то набить хочет живот!
  Кто-то стремиться погулять!
  Коммунист просто так живёт,
  лишь только б дурака валять!
  
  Коммунист стал злобным душегубом
  всем русским священникам святым.
  Кто-то стал просто лесорубом,
  кто-то рабочим стал простым...
  
  Несутся наши дни, проходят годы,
  коммунизма смерти приближая час!
  Коммунизма злые духовные уроды
  стращают смертью грешных нас.
  
  Смерть работает без выходных!
  От косы на костях вековая мозоль.
  Коммунисты у нас забирают родных,
  нам взамен оставляя лишь боль...
  
  Как ни живи, - всех ожидает
  коммунизма безжалостный конец.
  Никто из нас туда не опоздает,
  ни старец дряхлый, ни юнец.
  
  Тринадцатое августа. 1975 год.
  62
  
  
  * * *
  
  Если тебе хоть раз изменю!...
  
  В своей любви ты очень одинока?
  Пишешь, этим же свою душу губя.
  Милая, трещишь там, как сорока.
  Хочет иметь любой мужик тебя!
  
  И я тебя очень хотел бы целовать!
  Но ты же как за каменной стеною!
  Как это больно мне осознавать,
  что до сих пор пока ты не со мною!
  
  Себе внушаешь, что ты одинока!
  А счастье, оно рядом! - лишь бери!
  Судьба моя, не будь ко мне жестока,
  как надежду мне милашку подари!
  
  Любви ответной ты устала ждать?
  Твои прихоти тебя только губят!
  Тебе самой так нравится страдать,
  ясно сознавая, что тебя все любят.
  
  Любить совсем по-другому умею!
  Хоть раз попробуй сама себя предать!
  Прости за дерзость, сказать посмею,
  что тебе просто нравится страдать!
  
  Ты прости меня, мое сердечко.
  Милашка, брови зря не хмурь!
  Такое прошепчу тебе словечко,
  что сразу позабудешь свою дурь!
  
  Пойдём по жизни с тобой вместе!
  За прошлое тебя нисколько не виню!
  Да провалиться мне на этом месте,
  если тебе хоть раз однажды изменю!
  
  Семнадцатое августа. 1975 год.
  63
  
  
  * * *
  
  При коммунистах люди сгорают как свечи!
  
  Наше время быстро пролетает
  в коммунизма кровавой мгле.
  Наша жизнь очень тихо тает
  на грехами измученной Земле.
  
  Не сдержать ужасный бег
  жизни мчащихся мгновений!
  На Земле каждый человек
  потенциально большой гений!
  
  Моя жизнь встала на дыбы́!
  Отдохнуть мне надо бы́...
  Только как мне отдохнуть?
  Душа рвётся куда-то в путь.
  
  В памяти нашего прошлого
  скрыта вся наша судьба.
  Не жди ничего хорошего,
  жизнь очень злая борьба!
  
  Память сердце беспокоит,
  словно бы рана от ножа.
  Может вовсе жить не стоит,
  перед всеми бедами дрожа?
  
  Разлуки, случайные встречи,
  нашей жизни суетная ерунда...
  Тихо люди сгорают как свечи
  при коммунистах без следа.
  
  Девятнадцатое августа. 1975 год.
  64
  
  
  * * *
  
  Когда текут слёзы из глаз.
  
  Когда текут слёзы из глаз,
  невольно в душу лезет страх.
  Больше всего пугает нас,
  когда вдруг писенька в слезах!
  
  Да, да, вы верно прочитали,
  стихи пишу о писеньке, о ней!
  Теперь намного вы умнее стали
  прочитав стихи поэзии моей.
  
  Пишу о том как он или она,
  когда захочет или спьяну...
  Мне отдаться милая должна,
  только ей всё по барабану!
  
  Не собираюсь вовсе врать,
  что так мне хочется порою!...
  Пенис о женщину марать
  мне очень нравится, не скрою!
  
  Наша судьба и жизнь такова...
  Муза со мною распростилась.
  О мне, как о развратнике, молва
  небось до вас уж докатилась?
  
  Судьба всю жизнь учит нас,
  и меня учит тоже, кстати.
  Когда текут слёзы из глаз,
  то здесь уже не до кровати.
  
  Двадцать третье августа. 1975 год.
  65
  
  
  * * *
  
  Коммунисты Христа на крест прибили!
  
  Россией не русские правят!
  Всех русских держат за рабов!
  Нас наркотой и водкой травят!
  На нас не жалко лишь гробов!
  
  Коммунисты лжи грязную жижу
  пытаются в наши головы класть!
  Русских теперь в России не вижу,
  кругом лишь нерусская масть!
  
  Немало жутких заблуждений
  временем посеребрили нам виски!
  Хоть не одних мы убеждений,
  но по духу мы очень близки́!
  
  Конца нашим страданиям не видно!
  Кто правит, Россию нещадно губя?
  Мне очень горько, больно и обидно
  за Русь, за русских, за самого себя!
  
  Пока не испил ещё я жизни мёда,
  но зато дёгтя нахлебался всласть!
  Всю мою жизнь ненастная погода!
  На меня злобой дышит власть!
  
  Героев павших никогда не забудем!
  Душою мятежной об этом всем кричу!
  Враньём не пачкаю мозги людям,
  о злодеяниях коммунистов не молчу!
  
  Коммунисты Россию невзлюбили
  за то, что в душах с Господом живём!
  Коммунисты Христа на крест прибили,
  за то всех коммунистов просто убьём!
  
  Двадцать девятое августа. 1975 год.
  66
  
  
  * * *
  
  Неужто уж любви конец?
  
  "Не вернусь...", - сказала ты.
  подо мной земля поплы́ла!...
  Исчезли разом все мечты!...
  Душа моя с горя заныла!...
  
  Как-то вдруг беда подкралась!
  (Ох, как всё это не к добру!)
  Куда ты, милая, собралась?
  Ведь без тебя скоро умру!
  
  Среди жизни пустоты
  повторяю тебе вновь.
  Моя теперь лишь только ты
  вера, надежда и любовь!
  
  Тебя я встретил, полюбил!
  (Влюбился, словно бы дурак!)
  Из-за тебя я всех забыл!...
  Зачем же ты со мною так?
  
  Зачем куда-то там стремишься?
  Тебя ведь звал я под венец...
  За что же на меня так злишься?
  Неужто уж любви конец?
  
  Твои слова: "Я не вернусь..."
  Серьёзно так, или смеёшься?
  Но буду тебя ждать, клянусь!
  Умру, если не вернёшься!
  
  Тридцать первое августа. 1975 год.
  67
  
  
  * * *
  
  Не поддаваясь коммунизма бремени!
  
  Помню как раннею весною
  пошёл я на первый срок свой.
  Святой Владимир был со мною,
  как мой бессменный часовой!
  
  Бурно хлынули вешние воды,
  торопясь за ушедшей зимой.
  Среди злой осенней непогоды
  я из тюрьмы пришёл домой...
  
  Я всласть поскитался по миру,
  побывал в отдалённых местах.
  Коммунисты мрачную квартиру
  мне приготовили в "Крестах"!
  
  Я носил тюремную одежду,
  на замке держал я долго рот.
  Нам тюрьма даёт надежду!
  Только могила нам волю даёт!
  
  Не поддаваясь коммунизма бремени,
  у коммунистов прощения не прошу.
  В тюрьму сажусь время от времени.
  Между этим вольной свободой дышу!
  
  Мне часто снятся тюремные нары!
  Строй, в котором стояли по пять...
  Рокот серых дней, громовые удары,
  предвещают грозную бурю опять.
  
  Часто, скучая в комнатном тепле,
  тюрьму рисую пальцем на стекле.
  Часто вспоминаю России ширь:
  тюрьму, концлагерь и Сибирь...
  
  Первое сентября. 1975 год.
  68
  
  
  * * *
  
  Лишь одну тебя только люблю!
  
  Говоришь: "Для тебя я забава".
  В словах твоих боль и досада.
  Милашка, как же ты не пра́ва!
  Только тебе душа моя рада!
  
  Тебя видя всегда улыбаюсь!
  Ты мне стала необходимой!
  Часто тобой забавляюсь...
  (Забавляются лишь любимой!)
  
  О тебе я всё время мечтал!
  Что же такое вдруг сталось?
  Я слова твои лишь прочитал,
  и сердце моё с горя сжалось!
  
  Слова твои хуже угрозы,
  ты ими сердце моё искусала!
  С души моей катятся слёзы
  на строки, что ты написала!
  
  Мне такое читать неприятно!
  Душа моя страдать устала!
  Милая, взяла бы уж обратно
  то, что ты мне здесь написала.
  
  Отгони же тоску мою злую!
  В раздумьях о тебе не сплю!
  Обниму, закружу, зацелую!...
  Одну тебя только люблю!
  
  Третье сентября. 1975 год.
  69
  
  
  * * *
  
  Меня коммунисты осуждают.
  
  Хожу безвестный по свету,
  коммунистов обхожу мимо.
  Слава шумная русскому поэту
  мне как кабала невыносима!
  
  Стихами свой путь ме́чу,
  но объяснять всем не хочу.
  Если спросят, тогда отвечу.
  Если не спросят, промолчу.
  
  Брожу в России городами,
  нигде пристанища мне нет.
  Я, уже потрёпанный годами,
  но молодой, в душе, поэт.
  
  Моё в том только достижение,
  что всю жизнь живу тихо в тени.
  Мои стихи пришли в движение,
  и вот уже для всех звучат они!
  
  Стих мой, кровью окроплённый,
  слышен в русской тревожной тиши!
  Как для босого камень дроблёный,
  так мятежные рифмы мои для души!
  
  Где могу, стараюсь быть честным!
  Могу только правдой дорожить!
  Боюсь быть поэтом известным,
  мне громкую славу не пережить.
  
  Тот, кто меня совсем не знает,
  кричит повсюду: "Он всё врёт!..."
  Меня коммунисты осуждают,
  должно быть зависть их берёт!
  
  Пятое сентября. 1975 год.
  70
  
  
  * * *
  
  Если дашь, то лучше станет?
  
  "Если дашь, то лучше станет."
  Это он так нагло тебе сказал.
  Забеременеешь, отстанет,
  и чемодан, билет, вокзал...
  
  Про с носа про лужу крови
  будешь очень долго сожалеть!
  Уж такой, как с ним, "любови"
  никому лучше вовсе не иметь!
  
  Охладела в сердце твоём кровь,
  ты вдруг сама словно уснула...
  Твоя к нему нежная любовь
  в луже его спермы утонула.
  
  О любви всё рассуждаешь.
  Ну а он давно уже с другой!
  По нему, глупая, скучаешь...
  "Где-то мой милый, дорогой"
  
  Но ты ему не стала дорогою.
  В том вини только одну себя.
  Теперь со своею милою другою
  подробно рассуждает про тебя!
  
  Говоря о тебе очень мерзко,
  они, довольные своею судьбой,
  теперь весело смеются дерзко
  над глупою дурёхою, тобой!
  
  Седьмое сентября. 1975 год.
  71
  
  
  * * *
  
  Даже в коммунизма застенках!
  
  Скажу теперь тебе, как другу,
  так тяжела мне ноши кладь,
  что Музу, лучшую подругу,
  хотел ко всем чертям послать!
  
  В борьбе осилю любую преграду!
  Мятежные песни свободы пою!
  За свои стихи не ищу себе награду,
  людям стихами душу свою раздаю!
  
  На покой ещё пока что не спешу,
  в борьбе ещё много дорог пройду.
  Ночами свои стихи мятежные пишу.
  Пишу их просто так, бывает на ходу.
  
  Хоть прав я в борьбе или, может, нет,
  но всех нас давит коммунизма страх!
  Каторжный труд моих ушедших лет
  остался навсегда в моих черновиках.
  
  Узники тюремные пишут на стенках,
  стихи мои мятежные стали приветом!
  Даже в коммунизма тюремных застенках
  остаюсь антикоммунистическим поэтом.
  
  В борьбе не покидаю строя переднего
  вот уже много ужасных кровавых лет!
  От первого вздоха до вздоха последнего
  сердцем я одарённый от Бога Поэт!
  
  Одиннадцатое сентября. 1975 год.
  72
  
  
  * * *
  
  Любви никакой давно нет!
  
  Слова о любви уже сказаны.
  Как обычно, ведь то не внови́.
  Наши души нежные связаны
  лживыми словами о любви.
  
  Сначала всё очень прилично:
  слова объясненья, цветы!...
  Ну, а потом всё как обычно...
  Ведь об этом сама знаешь ты.
  
  Поверишь и всё позабудешь,
  довольная будешь судьбой.
  Даже и думать не будешь,
  что потом будет с тобой.
  
  Всё это давно ведь известно,
  всем известно уже много лет.
  Если признаться уж честно,
  то любви никакой вовсе нет!
  
  Есть только гениталии, груди...
  Перечислять не стоит до конца.
  Любовь для того придумали люди,
  чтобы морочить наивные сердца.
  
  Души грешные похотью связаны,
  это грязной лжи сотворили слова.
  Слёзы с тушью по щёчкам размазаны.
  Не плачь милая, это жизнь такова...
  
  Тринадцатое сентября. 1975 год.
  73
  
  
  * * *
  
  Я антисоветский элемент!
  
  Кто я такой?... Что, меня не знали?...
  Вы что, не знали, что я диссидент?...
  С чего же вы в штанишечки насрали?
  Представьте, я антисоветский элемент!
  
  Кто я?... Кто вы? Кто остальные?...
  Вот возник вопрос такой шальной.
  Все мы патологически больные!...
  А я, наверно, самый есть больной!
  
  Я болен неприязнью нашей грязи,
  мне сифилис иль триппер - не дела!
  Вокруг коммунистические мрази,
  триппер и сифилис коммуна дала!
  
  Коммуна нам дала педерастию!
  Коммуна нам дала свободу тел!
  Коммунисты превратить Россию
  хотели бы в безумный беспредел!
  
  В беспредел, где всё против закона!
  В беспредел, где люди на ноже!...
  В беспредел, где нету Царя трона!...
  В беспредел, где все умерли уже...
  
  Но я жив!... И россияне тоже живы!
  У всех теперь свои проблемы на уме!
  Коммунистов лозунги все лживы!
  Коммунисты все в таком дерьме!...
  
  Потому-то вам хочу теперь сказать,
  что коммунисты, это педерасты!
  Пенис мой они пытаются лизать,
  коммунисты все из хуесосов касты!
  
  Семнадцатое сентября. 1975 год.
  74
  
  
  * * *
  
  Глаза её горят как омут страсти!
  
  Я пьяный!... (Как любой поэт.)
  Только про любовь не забываю.
  Представьте, я даже не брюнет,
  пьяным очень частенько бываю.
  
  Я и сегодня снова очень пьян,
  и меня ждёт опять ненастье.
  Машка Иванова водки стакан
  мне поднесла... Какое счастье!
  
  Ей за стакан я благодарен так,
  что сердце рвётся аж на части!
  Уже не влюбился ли я, дурак?
  Глаза её горят как омут страсти!
  
  Глаза её горят как омут страсти!
  Что у меня с ней будет впереди?
  В жизни я встречал такие масти,
  которым в рот пенис не клади!
  
  С ней познакомится поближе,
  чтобы других не вспоминать?
  Её грудь и что там у ней ниже
  очень теперь хочется узнать!
  
  Но не желаю над нею власти!
  Пусть она девственность блюдёт.
  Глаза её горят как омут страсти! -
  я безразличен, холоден как лёд.
  
  Девятнадцатое сентября. 1975 год.
  75
  
  
  * * *
  
  За тебя коммунистов убиваю!
  
  Только что вчера будто бы вроде
  твоих грудей касался я во тьме!
  Мы с тобой гуляли на свободе,
  сегодня уже сидишь в тюрьме!
  
  Не скорби над письмами моими.
  Моя жизнь в непроглядной тьме!
  Нас коммунисты сделали такими,
  из-за коммунистов сидишь в тюрьме!
  
  Моя родимая, там топчешь зону...
  Тобой одной могу лишь дорожить!
  На воле здесь живу не по закону,
  здесь по закону невозможно жить!
  
  Но никогда здесь тебя не забываю!
  Одиноким волком среди людей бреду!
  За тебя здесь коммунистов убиваю!
  Часто бывает, у коммунистов краду!
  
  Мне все ботва в сравнении с тобою!
  Мне нужна одна лишь только ты!
  Ты одна стала моей мечтою голубою,
  унеслась, как ласточка, в "Кресты"!
  
  По тебе только одной душой болею!
  Стихов тебе я очень много настрочил!
  Об одном теперь лишь только сожалею,
  что я коммунистов ещё мало замочил!
  
  Двадцать третье сентября. 1975 год.
  76
  
  
  * * *
  
  После свадьбы, - импотент!...
  
  Ревность, это такое дело!...
  Мне лично, на́ хрен бы сдала́сь!
  Дать сначала одному она хотела,
  только вдруг другому отдала́сь...
  
  Всем о любви она растру́бит!
  Всё для него: грудь и нога!...
  Она его, конечно, очень любит,
  но любит лишь только за рога!
  
  В брачную ночь он только ахнул!...
  Так здорово она ему тогда дала!...
  Если бы он раньше её трахнул,
  она бы за него замуж не пошла!
  
  А он, несносный недоносок,
  до свадьбы был уже интеллигент!
  До свадьбы был умён и бро́сок,
  вдруг после свадьбы импотент!...
  
  После того уже какое лето
  она в страсти мучениях с того.
  Она ему подставит то, и это!...
  Он совсем не понимает ничего!
  
  Планы он грядущего рисует!...
  На то она ему: "Перекрестись!".
  Но он, дурак, её ещё ревнует,
  вместо того, чтобы развестись!
  
  Двадцать девятое сентября. 1975 год.
  77
  
  
  * * *
  
  Коммунистов не прощая!
  
  Не оставят добром кресел
  те, кто народу только врёт!
  Теперь потому-то и не весел
  в России нищий русский народ.
  
  Коммунистов-гадов защищая
  продают им люди честь свою.
  Всех коммунистов не прощая
  мятежные песни свободы пою!
  
  Ложь коммунизма бывало
  иногда меня и забавляла!
  Хрущёв когда выступал,
  я от смеха просто умирал!
  
  Признаться имею смелость,
  у нас что дело, - то беда!...
  Лучше сделать захотелось, -
  только получилось, как всегда!
  
  Не соблюдаю законов рамки,
  но не сквернословлю нигде,
  не строю воздушные замки,
  не пишу вилами на воде!...
  
  Прошлое за Русью воло́чится,
  за собой оставляя кровавый след.
  Мне жить сейчас очень хочется,
  но с коммунистами жизни нет!
  
  Первое октября. 1975 год.
  78
  
  
  * * *
  
  Милая, стань моей женою!
  
  Хотя тебя знаю пока мало,
  не останусь у тебя в долгу!
  Ты так прекрасно написала,
  что тебе не ответить не могу!
  
  Ты написать дерзко посмела,
  тебе не ответить я не смог!
  Милая, ты так меня задела...
  сердцем я уже у твоих ног!
  
  Я прочитал твою записку...
  Меня в нос хочешь целовать?
  Расцелую твои груди и писку,
  только ляг со мной в кровать!
  
  Уж прости меня за дерзость.
  что о сексе сказал напрямик!
  Но ведь это же не мерзость:
  ты мне желанна, я мужик!...
  
  В твоём письме такая сила!...
  Ей Богу, нисколько не лгу!
  Меня сама ты раздразнила!
  Теперь молчать уж не могу!
  
  Как же нравишься ты мне!
  Так страдаю по тебе, любя!...
  Вся моя душа горит в огне,
   хочу распалить любовью тебя!
  
  Не хочу с другой дружить!...
  Даже спать не хочу с иною!
  Без тебя даже не хочу жить!
  Милая, стань моей женою!
  
  Третье октября. 1975 год.
  79
  
  
  * * *
  
  Коммунистами убитый, но живой!
  
  Мне в России счастья не дано,
  давно здесь ничего не мило мне.
  В России умер я очень давно...
  Воскресну ли в другой стране?
  
  Хоть я пока ещё в воле и в силе,
  хожу всё ещё с поднятой головой.
  Мертвец, - но только не в могиле!
  Коммунистами убитый, но живой!
  
  Хоть переплыл я горя своего реки,
  но моя жизнь невесёлая еле ползёт.
  Без коммунистов в грядущем веке
  надеюсь, что мне, может, повезёт!
  
  Своим талантом я не возгордился,
  грешной душою нищий и наго́й...
  Хотя в советской России родился,
  но умру в чужой стране другой!
  
  Я из чрева Земли пришедший.
  Мне очень по нраву Земли краса!
  Люблю этот мир сумасшедший,
  люблю разум, рвущийся в небеса!
  
  Ни Карабах мне не нужен, ни Крым!
  Не прожить мне двух столетий.
  Быть не хочу ни первым, ни вторым!
  Везде, всегда я лишний третий...
  
  В моей судьбе всего уже бывало,
  только смерти я всё же избежал!
  За свою долгую жизнь немало
  я рук предательских пожал...
  
  Пятое октября. 1975 год.
  80
  
  
  * * *
  
  Моя любовь тебя не опалит!
  
  Девах так много развелось!...
  Мои слова это совсем не ложь!
  Куда только пенис ни брось,
  в какую-нибудь попадёшь!
  
  Только вот моя одна Томила
  совсем не такая, как все те!...
  Она меня любовью зацепила,
  я как в виртуальной пустоте!
  
  Томила, милая, ну ты даёшь!...
  Ну вообще!... Ну я в отстое!...
  Ты мне это вправду, или врёшь?
  Мне с чего пишешь тут такое?...
  
  Если в отместку, то за что?
  С негодования я даже дрожал!
  Мне пишешь будто ты никто...
   С кем же я тогда вчера лежал?
  
  Ты фонтом? Но ты во отчую
  (о чём я часто вспоминал!)
  меня отделала так ночью!...
  Я такого раньше и не знал!...
  
  За что так злишься на меня?
  (Мой пенис до сих пор болит!)
  Не бойся, как мотылёк, огня,
  моя любовь тебя не опалит!
  
  Седьмое октября. 1975 год.
  81
  
  
  * * *
  
  Коммунистам навредить!
  
  Хоть мне не нравится работа,
  но на неё хожу баклуши бить.
  У меня только одна забота:
  коммунистам как навредить?
  
  Вызывают их лозунги рвоту!
  Русских давят законом стальным!
  Отдай здоровье за рабскую работу,
  выйдешь на пенсии больным.
  
  У коммунистов лжи слова...
  но дела никакого нет за ними!
  Только кружится у людей голова
  коммунизма словами пустыми!
  
  Ушёл от коммунизма инквизиции
  антикоммунистический мой стих.
  К коммунистам я в оппозиции,
  только это очень плохо для них.
  
  Моя строка выходит хороша,
  мятежный ветер в стихах моих дует!
  К Музе жёсткой стремится душа,
  давно нежная Лира её не волнует.
  
  Мои стихи прогонят любой сон,
  не подарят они чувств нежных...
  Моё сердце бьётся всегда в унисон
  моих дерзких стихов мятежных!
  
  Побывали многие русские поэты
  в зловещей коммунизма тюрьме.
  Песни о них не все ещё спеты...
  Когда-то пропоют и обо мне!
  
  Одиннадцатое октября. 1975 год.
  82
  
  
  * * *
  
  И бандитам любовь нужна!
  
  Мои стихи тем лишь и знамениты,
  что не молчат, судьбу мою кляня!
  Только одни шлюхи да бандиты
  всю мою жизнь снуют вокруг меня!
  
  Хоть у меня не всё благополучно,
  но на судьбу не злюсь, её не хаю!
  Мне только с бандитами не скучно!
  С ними душою грешной отдыхаю!
  
  Как же всё смогло так получиться?
  Сам до сих пор не в силах я понять.
  Прошлое в памяти молнией мчится!
  Только никогда не буду слёз ронять.
  
  Свою судьбу уже никак не переиначу.
  К расстрельной приведёт она стене.
  По братве павшей никогда не плачу.
  Но одна женщина заплачет обо мне.
  
  Не истратил пока дерзость я и силу!
  Но скорая расплата, знаю, мне грядёт!
  Только сердцем верю, на мою могилу
  одна женщина но всё-таки придёт!
  
  Сначала я над ней просто смеялся,
  потом её всем сердцем полюбил!
  Лишь ради неё тюрьмы я опасался!
  Лишь ради неё я многих не убил!
  
  Под водку болтать лишнего не стану!
  Но и бандитам ведь любовь нужна!
  Братва, так выпьем за мою Татьяну!
  Пошли вам Бог такую, как она!
  
  Тринадцатое октября. 1975 год.
  83
  
  
  * * *
  
  Антикоммунистические листовки!
  
  Я своими ночами соловьиными
  не с нежными девчонками гулял.
  Я листовки ночами длинными
  антикоммунизма распространял!
  
  С одиночеством я очень дружен,
  но мне кричать об этом ни к чему.
  Потому никто мне совсем не нужен,
  да и я сам совсем не нужен никому.
  
  Правда в этом мрачном пророчестве,
  хоть мне лично на всё это наплевать,
  буду старость встречать в одиночестве,
  в одиночестве буду свой век доживать.
  
  Не легко мне далось в том признание,
  что всю свою жизнь я прожил не так!
  Я только лишь сам себе наказание...
  Я хоть русский поэт, но такой дурак!
  
  Стою на Невском, потупив тихо взор...
  Что со мною? Это сон или забвение?
  Предсказания цыганки как приговор!
  В них то-ли смерть, то-ли спасение...
  
  Живут лишь те, кто смелы и упрямы!
  Кто жаждет жить, бороться и плясать!
  Жизнь коротка, короче телеграммы,
  но как в ней много можно написать!...
  
  Семнадцатое октября. 1975 год.
  84
  
  
  * * *
  
  Просто лишь тебя одну люблю!
  
  Я весь мужик по плоти и по духу!
  Мужик я весь до мозга и костей!
  Людской молве не верьте слуху!
  Среди сексуальных живу страстей!
  
  В меня влюбилась или не влюбилась?
  Сомнения мне пережить пришлось!
  То-ли мечта заветная вдруг сбы́лась,
  то-ли со мною что-то не сбыло́сь...
  
  Словно упал я с дуба или с клёна!
  Душой ушибся! (Словом не солгу!)
  Не рви письмо, почитай, Аксёна!
  Уж без тебя даже кончить не могу!
  
  В смысле кончить не могу письмо.
  Слов много, но они словно не те...
  Свои стихи (точней сказать дерьмо)
  тебе пишу в кромешной темноте.
  
  Совсем не хочу с тобой скандала!
  (Кое-чего другого очень хочу!...)
  Аксёна, если бы ты только знала!...
  О чём? Лучше сейчас промолчу!
  
  Промолчу, что мною ты любима,
  что лишь тебя только одну хочу!
  Что ты мне никем не заменима!
  Как трахнул бы тебя я промолчу!
  
  Что ещё?... Да, о твоём портрете,
  его, пожалуй, себе и прикуплю.
  Нет, не подумай, я не о минете!...
  Просто лишь тебя одну люблю!
  
  Девятнадцатое октября. 1975 год.
  85
  
  
  * * *
  
  Мои антикоммунистические стихи.
  
  Мои антикоммунистические стихи,
  куда меня только уже ни заносили!
  Они намного серьёзнее злой блохи,
  коммунистов не раз они укусили!
  
  Писать буду своей жизни дольше!
  Сколько в языке моём разных слов,
  столько написано будет мною стихов!
  А, может быть, ещё даже и больше!
  
  Стихи мои мной не украдены
  у несчастных бездомных сирот.
  Мои рифмы, души моей ссадины,
  непосильных трудов кровь и пот!
  
  Стихов много во мне набрало́сь!
  В них любую встретите заразу!
  Лишь только авторучку брось,
  так и сожрут стихи меня сразу!
  
  Горя на душу несколько капель,
  мой рассудок опасность почует.
  Авторучка нож мой и скальпель
  губит кого-то, кого-то врачует!
  
  В моих стихах огнём играют
  златые россыпи русской души!
  Пусть стихи мои люди собирают,
  скажут, плохи они или хороши...
  
  Не собираю коммунистов объедков,
  этим уже с раннего детства не грешу.
  На суд моих потомков, моих предков
  все свои мятежные рифмы выношу!
  
  Двадцать третье октября. 1975 год.
  86
  
  
  * * *
  
  Не давай уж сразу трахнуть.
  
  Не слышна твоя мольба?
  Милая, что ты, в самом деле?
  В твоих руках твоя судьба!
  Ты вспомни-ка, на той неделе,
  когда ещё вороны крик... -
  рядом с тобою был мужик!...
  Тогда все девки обалдели!
  Он к тебе и так, и этак,
  подарил цветов, конфеток...
  Ты от него всё тогда забрала́,
  всё потом девкам раздала́!
  
  А теперь вот, такую мать!...
  "Кто бы мог меня понять..."
  Мозги мужикам морочишь!
  Только сама-то чего хочешь?
  
  Себя ты мучить так не вправе!
  Забудь об этом своём мудаке!
  Он где-то там с другой в канаве,
  иль, может быть, на чердаке!
  
  Очень красива ты, умна́!...
  Да ты любому бы нужна!
  А ты в тоске как по колено.
  Найдётся твоему другу замена,
  не успеешь даже ахнуть!...
  Не давай уж сразу трахнуть.
  
  Двадцать девятое октября. 1975 год.
  
  87
  
  
  * * *
  
  Многих антикоммунистов я знавал!
  
  Мы очень редко посещаем храм,
  нам оправданья есть тому едва ли.
  Наивно верим коммунистов именам,
  которые матушку-Россию обокрали!
  
  Так уже не раз бывало, что испуг
  мне сердце страшной болью рвал.
  Бывало предавал меня даже друг.
  Подругой брошен часто я бывал...
  
  Для чего, даже и сам не знаю,
  (прошлое не вернётся никогда!),
  часто с нежной болью вспоминаю
   все прошлые свои, пропащие года́.
  
  Позади все ссоры и измены,
  обманы коммунистов-жулья...
  Жаждет моё сердце перемены
  жизни, друзей, работы и жилья!
  
  Людей никчёмные волнения
  уже не раз я в жизни наблюдал!
  Мой ум омрачали сожаления,
  от которых я в прошлом страдал.
  
  С коммунистами я никак не связан.
  Многих антикоммунистов я знавал!
  Тем, кому я был жизнью обязан,
  никаких вопросов я не задавал.
  
  Мне теперь безрадостно веселье,
  которым я был в прошлом утомлён.
  Мне теперь монаха скромная келья
  намного дороже пламенных имён.
  
  Тридцать первое октября. 1975 год.
  88
  
  
  * * *
  
  Половой похоти злая отрава!
  
  Милашка, ты здесь пра́ва!
  Любовь порою как тюрьма!
  Половой похоти злая отрава
  сводит порою девчонок с ума!
  
  Даже знаю всё наперёд,
  хоть ничего не обещай,
  так тебя он заплетёт!...
  Только его не оклещай!
  
  Перед тем не нюхай маки,
  спиртного тоже не прими,
  а то схлестнётесь, как собаки,
  потом попробуй, разними!
  
  А если только это будет,
  ему-то будет побольней!
  Он эту ночку не забудет
  до своих последних дней!
  
  Может быть ты и постонешь,
  тебе будет жалко всё-таки его.
  Не отравишься и не утонешь...
  Даже не почувствуешь ничего...
  
  Но топом, когда расцепят,
  любовь встретишь не одну!
  Твои взоры снова встретят
  любовь, любимого, весну!
  
  Первое ноября. 1975 год.
  89
  
  
  * * *
  
  От коммунистов рана моя.
  
  Совсем не бархатом дороги,
  а русскими костями устелены мои!
  От коммунистов лишь тревоги...
  Мне русские не поют соловьи.
  
  Всё нам на свете временнόе,
  даже тот же солнца тёплый свет.
  В моей груди солнце совсем иное
  сжигает моё сердце много лет!
  
  От коммунистов рана моя
  до сих пор зажить не может.
  Живу пока, в сердце боль тая,
  она мне душу болью гложет!
  
  Страшных злобных слов
  мне никогда не произнести.
  Я очень на многое готов,
  чтобы других от бед спасти!
  
  Годы мои сном пролетели,
  хотя всё со мною было наяву!
  Царь-огонь, уж не тебе ли
  теперь обязан тем, что я живу?
  
  Вижу весну весёлую в окне!
  Желтовато стекло, словно слюда.
  Грущу о счастье только во сне,
  днём грустить мне некогда́!
  
  Маяться в безделье и тепле
  не буду ни за что и никогда!
  Скоро исчезнут как во мгле
  кровавого коммунизма года!
  
  Третье ноября. 1975 год.
  90
  
  
  * * *
  
  На что ты мне сдалась?
  
  Будешь только моей? Хорошо!
  Мне до тебя не большая охота.
  Я с блядями все трубы прошёл,
  ты мне пригодишься для счёта!
  
  Ты моей быть собралась мечтой?
  Да на что, вообще, ты мне сда́лась?
  Совсем сдурела ты что ли? Постой!
  Ничего себе, как ты размечталась!
  
  С чего ты решила, что я никакой?
  Но я с головой пока ещё дружен!
  Вряд ли обрету с тобою покой...
  Да на хрен покой мне и нужен!
  
  Ты сказала, что будешь моею?
  Слова твои мне вовсе не важны́.
  Много лучших, чем ты, имею,
  даже они мне совсем не нужны!
  
  Мне возразить не посмеешь,
  ещё скажу тебе, кроме того.
  Разделишь со мной, что имеешь?
  Только нет у тебя совсем ничего!
  
  Обо мне нечего больше страдать!
  Ты сама под меня ведь легла!
  Всё, что только могла мне дать,
  ты мне в первую ночь отдала́!
  
  Пятое ноября. 1975 год.
  91
  
  
  * * *
  
  Коммунистов душой ненавидя!
  
  СССР, это чудовище болотное!
  Живу, все мысли и дела тая.
  В памяти детство беззаботное
  манит меня в демянские края!
  
  Не дал я ставить в сердце штампа,
  не дал Коммунизмом себя гнуть!
  Лишь только керосиновая лампа
  мне освещала к знаниям путь!
  
  Кишит гадами коммунизма море!
  Наша жизнь ужасна и совсем пуста.
  Моя душа убивается в жизни-горе,
  о светлом счастье поют мои уста!
  
  Я часто улыбался-притворялся.
  Только не забыть мне никогда,
  как в тюрьме по свободе убивался,
  как душою плакал я тогда!
  
  За тюремной решёткой сидя,
  среди волнений и тревог,
  коммунистов душой ненавидя,
  боролся с ними я как мог!
  
  Я, как упрямый Ирландец,
  коммунизму готовлю кранты!
  Живу как Летучий Голландец,
  чтоб меня не поймали менты!
  
  Седьмое ноября. 1975 год.
  92
  
  
  * * *
  
  Потому, что тебя люблю!
  
  Снова моё сердце терзаешь!
  Не нравишься! вот мой ответ!
  Мне в душу зачем залезаешь?
  Сделала б мне хоть минет...
  
  Если от тебя не будет минета,
  то к другой уйду, но не грусти.
  От меня не дождёшься ответа.
  Я опять погорячился, прости...
  
  Моё сердце и так тебе радо,
  так нечего в чувствах копать!
  От тебя ничего мне не надо!
  (Хочу лишь с тобой переспать!)
  
  На передок ты не сла́ба!
  И это, конечно не ложь!
  Посуди же, ну что ты за баба,
  если мне, мужику, не даёшь?
  
  На тебя давно имею виды!
  Как же мне надоело страдать!
  Страдаю так лишь от обиды...
  от того, что не хочешь мне дать!
  
  Думаю, ты со мной справишься,
  в думах этих себя часто ловлю!
  Милашка, ты мне не нравишься
  лишь потому, что тебя люблю!
  
  Одиннадцатое ноября. 1975 год.
  93
  
  
  * * *
  
  На коммунистов злоба меня греет!
  
  В моей жизни всё давно неладно!
  Надо мной ворон всюду реет!
  Мне от любви порой прохладно.
  На коммунистов злоба меня греет!
  
  Точно также вышло и с тобою!...
  Я любил тебя, иль не любил?...
  Ты мне дана была моей судьбою,
  а я, дурак, сам всё и погубил!
  
  Прошёл я и огонь, и воду,
  и медных труб шальную тьму!
  Вместо тебя выбрал я свободу,
  но привела она меня в тюрьму.
  
  Забыть меня ты поклялась,
  от слов твоих я зверем взвыл!
  Такая жизнь здесь началась,
  что тебя я уже почти забыл!
  
  Тюрьма коммунизма не Сочи,
  где я всю жизнь жить мечтал!
  "Я жду. Хотя уже нет мочи!",
  вдруг от тебя я прочитал!...
  
  Все мои нервы разом взвыли!
  И понял, что лишь тебя люблю!
  Вдруг воспоминания поплыли!...
  В Сочи большой дом тебе куплю!
  
  Жду, когда снова мне напишешь!
  Теперь нету спокойного мне дня!
  Однажды в телефоне услышишь
  голос мой: "Встречай меня..."
  
  Тринадцатое ноября. 1975 год.
  94
  
  
  * * *
  
  Одиночество вдвоём...
  
  Среди венчания затей
  фата пушинкой вьётся!
  Жена и я... Но нет детей!
  Что нам делать остаётся?
  
  Мы друг от друга устаём...
  Давно друг другу уж не верим!
  Мы одиночество вдвоём...
  в постели общей ночью делим!
  
  По жизни серой куда идём?
  С нервов приходится дрожать!
  Мы, - одиночество вдвоём...
  Куда и как от этого сбежать?
  
  Мы друг другу не нужны!
  Здесь не поможет и минет!
  У меня уж почти нет жены,
  у тебя мужа уже почти нет.
  
  Долгие годы, месяцы, недели
  я тебе даже слова не сказал.
  Чужие, но в одной постели...
  За что Господь так наказал?
  
  Тихо глядишь куда-то в стену,
  душевный заглушая зной!...
  Уйди, прощу тебе измену.
  Другая станет мне женой!
  
  Семнадцатое ноября. 1975 год.
  95
  
  
  * * *
  
  У коммунистов под конвоем я ходил.
  
  Нервы струнами напряжённые,
  когда бывало по зоне я бродил.
  Я едал харчи тюремные казённые,
  у коммунистов под конвоем ходил.
  
  Люблю наш житейский мир,
  хоть он порой несправедливый.
  Мне снится пьяный конвоир,
  снится следователь лживый...
  
  Я в жизни многое предвидел,
  хотя скитался как во тьме.
  Я издали тюрьму не видел
  потому, что жил в тюрьме!
  
  Когда засов тюремный звякал,
  тогда свет белый был не мил!
  Я никогда под пытками не плакал,
  я о спасении Господа молил...
  
  Всё в сплетении злополучном.
  Грешную душу мне тюрьма дерёт!
  День прошёл в безделье скучном,
  завтра тоже безнадёжно пройдёт.
  
  За стеной собачий лай и часовые...
  Дружба в тюрьме дороже даже хлеба!
  Решётки тюремные, вышки постовые
  очень мешают нам смотреть на небо.
  
  Безразлично, при жаре или ветре,
  иногда нас выпускают из тюрьмы,
  На проклятом сто первом километре
  друзьям назначаем свидания мы!
  
  Девятнадцатое ноября. 1975 год.
  96
  
  
  * * *
  
  Мне отдайся, ради бога!
  
  Хотел я, было, попостится,
  душа уж не грешить кляла́сь.
  Только вот печаль струится...
  Откуда вдруг она взяла́сь?
  
  Хоть на грехи нету запрета,
  но не грешу. Вам не солгу!
  Откуда взялась печаль эта?
  Понять никак сам не могу!
  
  Душа и мечется, и злится,
  словно её свели в тюрьму!
  Откуда-то печаль струится...
  Только откуда? Не пойму!
  
  Я не дурак и понять смог,
  что открылась в сердце рана!
  Печаль струится между ног,
  гонит её в меня Татьяна!
  
  Меня простите, поросёнка,
  только не смогу вам солгать.
  Ведь эта чудная девчонка
  печаль в ширинку может гнать!
  
  Не будь со мною стро́га!
  Прогони с меня печаль!...
  Мне отдайся, ради бога!
  (Или тебе меня не жаль?)
  
  Двадцать третье ноября. 1975 год.
  97
  
  
  * * *
  
  Не могу против коммунистов не писать!
  
  Я не унижен, не возвышен,
  хоть обо мне плохо говорят.
  Звук речей моих не слышен,
  зато стихи мои очень гремят!
  
  С Музой никогда не расстаюсь!
  Копаю с ней слов золотую жилу.
  Ярмо Таланта очень тяжкий груз,
  нести его не каждому под силу!
  
  Глядя взором отрешённым
  дерзкой мыслью прорезаю даль!
  Я стал поэтом запрещённым.
  Слишком поздно, очень жаль.
  
  Тихо сижу, былое вспоминаю
  средь тишины нахмуренного дня.
  Муза, дня того не знал, не знаю,
  когда бы ты покинула меня!
  
  Я в поэзии уже почти старик,
  не увлекусь вознёй мышиной.
  Я от пера давным-давно отвык,
  увлёкшись пишущей машиной.
  
  Разбиты мои многие мечты,
  но я на жизнь не разозлился.
  Словно с громадной высоты
  на меня Талант мой свалился!
  
  Ведя антикоммунизма жизни путь,
  я стихов смог много разбросать!
  Теперь очень хочется мне отдохнуть.
  Не могу против коммунистов не писать!
  
  Двадцать девятое ноября. 1975 год.
  98
  
  
  * * *
  
  Ты не хотела, я тебя хотел!...
  
  Плоть становится грешнее...
  Ты не хотела... Я тебя хотел!...
  Смешно? Чего же уж смешнее,
  не пошло слиянье наших тел.
  
  Мне решить задачу непростую
  для меня бы было словно честь!
  Время лишь потрачено впустую,
  только у меня ещё надежда есть!
  
  Такая моей жизни вот картина!
  О прочих странностях молчу.
  Вдруг да и захочет Валентина?
  Валентину очень давно хочу!
  
  На небе нам светили б лунки!
  Светили б звёздочки чудней!
  У меня даже текут слюнки,
  когда только думаю о ней!
  
  Под нами б пыжилась перина...
  Я так ласкал бы нежно её грудь...
  И верно, слышишь, Валентина,
  нельзя ли нам чего-нибудь?...
  
  Хоть думать так мне и грешно,
  (хоть ночью б, а то среди дня!)
  Но, согласитесь, ведь смешно,
  что Валентина пока без меня!
  
  Первое декабря. 1975 год.
  99
  
  
  * * *
  
  С оружием вставайте за Русь!
  
  Русские, сестры и братья,
  как поэт обращаюсь к вам!
  Не верьте, вам хочу сказать я,
  коммунистов лживым словам!
  
  Русских считают ушехлопами
  коммунисты, наши господа!
  Только коммунизма холопами
  русские не будут никогда!
  
  В России дьявола распевы,
  русским он верёвки вьёт!
  Русские герои, все где вы?!
  Вас на помощь Россия зовёт!
  
  За Россию смело сражайтесь!
  Россия на смертельной полосе!
  Люди русские, объединяйтесь,
  поодиночке погибнете все!
  
  Призываю Россию спасти!
  В русской крови её твердь!
  У русских лишь два пути:
  свобода России или смерть!
  
  Коммунизм на Россию прёт!
  Коммунизм скоро прикроем!
  Кто за свободу Россию умрёт,
  будет свободной России героем!
  
  Патриотов не буду ругать я!
  Их судить ни за что не берусь!
  Все русские, сёстры и братья,
  с оружием вставайте за Русь!
  
  Третье декабря. 1975 год.
  100
  
  
  * * *
  
  Давай любовью забавляться!
  
  Ой, милашка, ты такая!...
  О тебе в стихах толкую!
  Ты же супер!... Ты крутая!
  Очень люблю тебя такую!
  
  Как избавиться от страсти?
  И зачем за страсть цепляться?
  Всё, милашка, в твоей власти!
  Давай любовью забавляться!
  
  За любовь выпьем до дна!
  Ты мне душу рвёшь на части!
  "Дайте мне глоток вина!", -
  просишь в порыве страсти!
  
  Благословляю свою долю!
  Мне тебя лучше в свете нет!
  "Отпусти меня на волю", -
  это ты мне про туалет?
  
  Тебя, судьбы моей награду,
  моя душа принять должна!
  "Дайте, дайте больше яду",-
  просишь пьяная вина!
  
  Меня просишь пьяная сама
  в своей страсти неуёмной:
  С тобой хочу сходить с ума
  на постели ночью тёмной!
  
  Лишь о тебе мои мечты!
  Моё сердце тебе радо!
  Нет второй такой, как ты!
  Только ты одна мне надо!
  
  Пятое декабря. 1975 год.
  101
  
  
  * * *
  
  Исчезнут коммунизма страхи!
  
  Множество назойливых вопросов
  снова будоражат голову мою!
  Родом я из Скандинавских Россов,
  но только лишь России славу пою!
  
  Своей душою я с Россией вместе!
  В будущее дорога России чиста́!
  Не хочу прожить лет двести,
  дай, Бог, дожить мне до ста.
  
  В России во всём не прогресс.
  Но себе радости в том не ищу.
  Недавно я ещё один стресс
  пережил с Божьей помощью.
  
  По мне всё в России не так...
  Надо предков традиции чтить.
  Ни опытный доктор, ни маг
  не смогут Россию лечить.
  
  Лазают нищие неряхи
  по помойкам, грязью шурша.
  Исчезнут коммунизма страхи,
  тогда успокоится русская душа.
  
  Перед святой Россией стоя
  ни духом, ни словом не лгу.
  Точно знаю, откуда и кто я,
  только о том сказать не могу.
  
  В какие б ни уехал дальние края,
  знаю точно, Россия, к тебе вернусь!
  Без коммунистов Россия, - это я!
  Я, - это святая свободная Русь!
  
  Седьмое декабря. 1975 год.
  102
  
  
  * * *
  
  Мне бы надо влюбиться!
  
  Память мучает... Больно!
  Снова ноет сердце моё!
  Ему говорю: "Довольно!",
  только оно опять за своё!...
  
  Шрамами сердце изрыто.
  Не успокоить его никак.
  Что там памятью скрыто?
  За что же страдаю так?...
  
  Всё я хотел бы забыть!
  Ведь жизнь не кончается.
  Стараюсь всех полюбить,
  но никак не получается.
  
  От боли душа моя иссохла.
  Кричу, свою память кляня:
  "Память, да чтоб ты издохла!
  Сколько будешь мучить меня?"
  
  Память судит меня строго.
  Свою память очень боюсь.
  Грешил я, наверно, много,
  раз так теперь мучаю́сь.
  
  Перед многими я в долгу!
  Памятью душу свою бодаю,
  но вспомнить никак не могу,
  за что так душой страдаю!
  
  На память не буду злиться.
  Злость мне на душу как соль.
  Мне давно бы надо влюбиться,
  чтобы сбросить памяти боль.
  
  Одиннадцатое декабря. 1975 год.
  103
  
  
  * * *
  
  Коммунистов-кровавых скотов!
  
  Страх внезапный оправдался:
  снова меня сцапали менты!
  Но не сам я ментам сдался,
  меня предали друзья-скоты!
  
  Мой друг по фене тоже бóтал,
  (хотя мне не друг он был, а пёс!)
  Много он на том не заработал,
  что на меня ментам-псам донёс.
  
  Я всё в дневник записывать пытался.
  Когда меня загнали вдруг в тупик,
  чтобы ментам дневник не достался,
  тогда я уничтожил свой дневник!
  
  Хотя в меня менты стреляли,
  я всё равно от них дерзко бежал!
  Лишь тогда меня менты поймали,
  когда в луже своей крови лежал.
  
  Ментами был я плотно окружён,
  сволочи меня крепко связали...
  Если бы я был тогда вооружён,
  живым бы меня менты не взяли!
  
  Судили меня коммунисты-паразиты!
  Загнали меня в тюремный вагон!
  Невинною русской кровью зали́ты
  стёкла тех вагонных тюремных окóн!
  
  Я был избит! (Чуть не убили!)
  Но я к борьбе опять готов!
  До сих пор мои раны не забыли
  коммунистов-кровавых-скотов!
  
  Тринадцатое декабря. 1975 год.
  104
  
  
  * * *
  
  Для колдовства нужна кровать!
  
  Я ни с кем так близко не бывал.
  С тобою в карты всё продую!
  Говоришь, что я тебя заколдовал,
  так я тебя возьму и расколдую!
  
  Расколдовать? Так это просто!
  Тебя запросто могу расколдовать!
  Давай выпьем грамм уж по́ сто,
  и ляжем после этого в кровать!
  
  Как мне тебя там называть?
  Меня называют поэтом, вором.
  Для колдовства нужна кровать!
  Не колдовать же под забором?
  
  Колдую год я, даже с гаком!
  Знают меня все эти... те...
  В общем так, становись раком
  и будешь словно на кресте!
  
  Тут сомненьями не майся,
  прикинься, будто бы в бреду!
  Потом не сразу поднимайся,
  немного подожди, когда уйду.
  
  Не подумай, будто это ложь!
  Тебе стану верным другом!
  Расколдованной пойдёшь
  на зависть твоим подругам!
  
  Сомненье пусть тебя не гложет.
  На сомненья просто наплевать!
  Если сразу тебе не поможет,
  потом сможем ещё поколдовать!
  
  Семнадцатое декабря. 1975 год.
  105
  
  
  * * *
  
  Коммунистов-палачей проклинать!
  
  Остротой память подобна бритве,
  режет, как начнёшь что вспоминать!
  Хорошо по утренней ранней молитве
  коммунистов-палачей проклинать!
  
  Новый Завет к своему изголовью
  ложу, чтобы с Христом говорить!
  Хочу наполнить душу любовью,
  чтобы всем людям любовь дарить!
  
  Честно работаешь, маешься...
  от коммунистов награда, - труха!
  Не согрешишь, - не покаешься!
  Нам никак не прожить без греха.
  
  "Священный Рим" и "Святой Папа",
  православному просто пустые слова.
  Лежит на древнем Риме чёрта лапа,
  на нём лежит и Люцифера голова.
  
  Кто душой о Боге всюду помнит,
  тот плотью не боится ничего!
  Кто волю Господа исполнит,
  тот увидит святое царствие Его!
  
  Своими узкими глазами
  Восток на Русь давно глядит!
  Бог своими святыми образáми
  Россию от коммунизма сохранит!
  
  Я верой в Бога очень слаб,
  Заветов мною много позабыто...
  Я плотью Царь, а духом - раб,
  это всё во мне в едино слито!
  
  Девятнадцатое декабря. 1975 год.
  106
  
  
  * * *
  
  Сижу и слезы по щекам.
  
  Сижу и слезы по щекам...
  Кто бы знал, как страдаю!
  Своё прошлое рву по кускам
  и в бездну те куски кидаю!
  
  Кидаю в бездну то, что было!
  Кидаю в бездну то, что есть!
  Сердце бедное с горя заныло,
  в нём остались отвага и честь!
  
  Только честь в нём и отвага!
  Я из потомственных дворян!
  Но любовь... Она как шпага,
  нанесла мне очень много ран!
  
  Я весь изранен и избит!
  Но с состраданьем погоди.
  Пока что у меня стоит,
  и все страданья впереди!
  
  Если только кто бы знал бы,
  скольких женщин я любил!...
  Коль у меня бы не стоял бы,
  тогда меня никто бы и не бил.
  
  Не бедный я и не богатый,
  я на язык совсем не ядовит.
  Но меня каждый муж рогатый
  очень обидеть всё норовит!
  
  Рога всем ставлю мужикам...
  Аж гениталии мои вспотели!
  Сижу и слезы по щекам...
  Ведь так их жёны захотели!...
  
  Двадцать третье декабря. 1975 год.
  107
  
  
  * * *
  
  Москва в коммунизма грехах.
  
  Наша жизнь надвое распорота,
  словно как чёрная ночь и день.
  Яркие огни большого города
  к себе всех манят с деревень.
  
  Не полюбил я жизнь столичную,
  хотя её хвалят все мои друзья.
  Жаргон блатной и речь приличную
  в своих речах давно не смешиваю я.
  
  Москва погрязла в коммунизма грехах.
  По Москве брожу как мелкий муравей.
  Всегда вызывает очень жуткий страх
  злая Москва в грешной душе моей!
  
  Как многоглазые громадные титаны
  Москвы дома серо-угрюмые стоят.
  Во дворах все не сыты, но пьяны...
  тихо нищие на мусорниках спят.
  
  Дворы московские мне не уютны,
  не как в той, старинной, старине.
  Девки так же все очень беспутны...
  это, в общем, нравится в них мне.
  
  Москве нищие и бляди срамота!
  До них нет никакого дела никому.
  Москва теперь уже совсем не та,
  какой была назад лет сто тому...
  
  Поведал летописец древний
  нам пророка грозные слова:
  "Скоро станет серою деревней
  когда-то золотоглавая Москва!"
  
  Двадцать девятое декабря. 1975 год.
  108
  
  
  * * *
  
  В битве той! (Под одеялом).
  
  Всколыхнулось вдруг былое
  среди грехов, среди молитв...
  Мне что-то уж совсем плохое
  написала дева любовных битв!
  
  Не безвинный я дурак.
  Да и ты же ведь не дева!
  Так за что ты меня так?...
  Поясни мне, битв дева.
  
  Тут меня ты разыскала.
  Так не ругал меня никто.
  А за что? Мне не сказала.
  Ну, так, всё-таки, за что?
  
  Не веду себя примерно.
  Без грехов нету ни дня!
  Ты перепутала, наверно,
  уже с кем-нибудь меня.
  
  Тебе не сделал я плохого,
  хотя тебе я вовсе и не друг.
  Приняла, знать, за другого
  ты почему-то меня вдруг!
  
  Твоё сердце не боится,
  и сама же рвётся в бой!
  На меня не надо злиться.
  Дева, встретимся с тобой?
  
  Понапрасну меня злишь.
  Тут мечтаю лишь о малом,
  что меня однажды победишь
  в битве той! (Под одеялом).
  
  Тридцать первое декабря. 1975 год.
  109
  
  
  * * *
  
  Коммунизм терзает мне грудь!
  
  Прощайте, дурни и учёные,
  мне давно пора уж на вокзал.
  Свои слова, неизречённые,
  я в своих рифмах досказал.
  
  По моему тревожному вокзалу
  все суетятся, словно муравьи.
  Не спеша хожу по ожидания залу,
  всё тяжкие думы думаю свои.
  
  Вокзал, как улей растревоженный,
  шумит средь ночи, среди дня!...
  Ловлю взгляд настороженный,
  но в сердце тревоги нету у меня.
  
  Где же цыгане привокзальные,
  власти коммунизма атрибут?
  На месте их нищие печальные
  в бесцельных поисках снуют.
  
  Печальный скучною порой
  захожу в кабак вокзальный,
  где людей разных шумный рой
  здесь коротает час прощальный.
  
  Мне ничего теперь уж неохота,
  а ведь ещё не край моего пути.
  "В конце пути вспомянешь что-то,
  что тебе силы даст дойти!"
  
  Не без добра мир просторный!
  Коммунизм терзает мне грудь,
  своей судьбы раб я покорный,
  поеду вдаль куда-нибудь!...
  
  Первое января. 1976 год.
  110
  
  
  * * *
  
  Любой из вас я готов отдаться!
  
  Случайно привела меня дорога
  сюда, чтобы лишь время убить.
  Девчонки, вы красавицы от Бога!
  Прекрасны, я вас готов любить!
  
  Девчонки, вы подобье чуда!...
  Ранее так откровенно я не говорил.
  Вся ваша красота, она откуда?
  Бог или чёрт ей вам подарил?
  
  Вам прочитаю стих лишь только,
  сети не собираюсь для вас вить.
  Девчонки, прекрасны вы настолько!...
  Покойника способны вдохновить!
  
  А я живой, да ещё, к тому, поэт,
  мои чувства женщин не забыли!
  Хоть мне давно полсотни лет,
  вы красотой меня омолодили!
  
  Вы меня сделали плотью моложе!
  Наполнили мне душу счастья верой!
  Уже почти влюбился я, похоже!...
  Вами любуюсь, словно Венерой!
  
  Как же мне вами не любоваться?
  В любви признаться не побоюсь!
  Любой из вас я уж готов отдаться!
  Любой из вас, в которую влюблюсь!
  
  Третье января. 1976 год.
  111
  
  
  * * *
  
  Душа от коммунистов страдает!
  
  Не от того ли болит моя голова,
  что я не в силах жить безгрешно?
  Не нужны мне утешенья слова,
  моё сердце скорбит безутешно.
  
  Откровенной мольбы слово чьё-то
  мой грешный рассудок шевелит.
  Вот, наверно, потому от того-то
  моя грешная душа очень болит.
  
  В душе моей мрак и тишина,
  теперь ничто её не потревожит.
  Как будто давно умерла она,
  воскреснуть она уже не может.
  
  От коммунистов поседевшая
  моя душа всё ещё молода́.
  Она, полюбить не успевшая,
  давно знает, что такое "Беда!".
  
  Я опять на повороте крутом,
  только мне на всё наплевать!
  Лишний раз убеждаюсь в том,
  что душу нельзя раскрывать.
  
  Взгляд от книги боюсь отвести,
  чтобы не встретить твой взор.
  Меня поскорее забудь и прости.
  Не любовь между нами, - позор!
  
  Порою гложет сердце моё стыд,
  порою мою душу совесть заедает.
  Моя душа под бременем обид
  от коммунистов-палачей страдает!
  
  Пятое января. 1976 год.
  112
  
  
  * * *
  
  Тебя не знаю, но люблю!
  
  Твои стихи случайно я прочёл,
  в душе кружилась осени листва.
  Не знаю почему, только не учёл:
  твои стихи как бездна колдовства!
  
  Раньше я время прожигал с любою,
  в постели любую одинаково любя!
  Теперь я околдован лишь тобою!
  Теперь мне очень плохо без тебя!
  
  К тебе путь стихами освещаю,
  не поддаваясь сволочной тоске.
  Физически тебя рядом ощущаю,
  хоть от меня ты где-то вдалеке.
  
  Влечение к тебе шальной волною
  вдруг разбросало все мои мечты!
  Так ощущаю, будто подо мною
  вовсе не другая, а, как будто, ты!
  
  Не подумай, что тебе всё лгу
  там из-за каких-нибудь наград.
  С собою ничего поделать не могу!
  Я и сам уже тому совсем не рад.
  
  Сам себя за то не прощаю,
  что тебя не знаю, но люблю!
  Физически тебя с собою ощущаю,
  хотя, пока, с тобою и не сплю!
  
  Седьмое января. 1976 год.
  113
  
  
  * * *
  
  Долой коммунизма-ада беспредел!
  
  Пойди попробуй, заглуши,
  (власть коммунизма не шутка!),
  боль настрадавшейся души,
  боль возмущённого рассудка!
  
  В России не общество, а стадо!
  Все живут, как в страшном сне.
  Мне коммунизм совсем не надо!
  Только лишь свобода нужна мне!
  
  Я с коммунизмом бороться не устал,
  хотя много от коммунистов я терпел.
  Меня коммунизм давно уже достал!
  Долой коммунизма-ада беспредел!
  
  Я коммунистов проклял всех!
  Мне с ними Мир не мил и тесен.
  Нищих проституток пьяный смех
  мне милее коммунизма песен!
  
  Коммунисты говорят нам "сказки"!
  Коммунисты продают мать и отца...
  Всюду коммунизма кровавые маски...
  Всюду коммунистов лживые сердца!
  
  Пошли войною брат на брата,
  забыв о России, о чести, о Христе!
  Коммунистами-палачами распята
  святая Россия на кровавом кресте!
  
  Одиннадцатое января. 1976 год.
  114
  
  
  * * *
  
  Первую любовь не забывают.
  
  Среди всех своих посланий
  лишь одной тебе шлю привет.
  В тебе ни мысли, ни желаний...
  Наверно чувства никакого нет.
  
  Катятся горькие слёзы...
  никак их сдержать не могу!
  Пылают кровавые розы
  под ногами на грязном снегу!
  
  Тебе дарили многие цветы,
  ухажёров у тебя была рать!
  Не представлял, как будешь ты
  мне еду готовить и стирать.
  
  Не верю в разные приметы,
  никогда не вижу вещих снов.
  Не люблю дарить букеты
  срезанных умирающих цветов.
  
  Вовсе не хочу быть с любой,
  только тебя со мной рядом нет!
  Лютая зима между мной и тобой
  продолжается уже много лет.
  
  Всё как-то не так получается...
  Почему так, даже сам не знаю.
  Сердце моё кровью обливается,
  когда вечерами тебя вспоминаю.
  
  Мужчины, неспособные любить,
  тебя всю твою жизнь окружают.
  Тебя мне никогда не позабыть,
  первую любовь не забывают.
  
  Тринадцатое января. 1976 год.
  115
  
  
  * * *
  
  Коммунистов не прощу никогда!
  
  Не могу валяться на матрасе,
  временем стараюсь дорожить.
  Есть у меня ещё годы в запасе,
  надо с достоинством прожить.
  
  Моя женщина меня бросила.
  "Друг" мой тоже "кинул" меня!
  Судьба мрачно прогундосила,
  что не будет мне спокойного дня.
  
  Я видел, плакали мужчины...
  Не нарываясь на скандал:
  тот, кто не кушал мертвечины,
  тот в жизни вовсе не страдал!
  
  Едва еле заметною чертою
  от смерти жизнь отделена...
  Я Человек, и вполне того стою,
  чтоб жизнь лучше стать должна!
  
  Пингвин, хотя он тоже птица,
  но никогда никуда не полетит.
  Журавль лучше, чем синица,
  но он меня уж не прельстит.
  
  Оставлю жизнь беспечную.
  Рано утром однажды проснусь,
  в даль уеду хоть не в Вечную,
  никогда в Россию не вернусь.
  
  У людей, мне гостеприимных,
  для меня найдётся место и еда.
  Много в жизни обид взаимных.
  Коммунистов не прощу никогда!
  
  Семнадцатое января. 1976 год.
  116
  
  
  * * *
  
  Если любовь к тебе возникнет...
  
  "Тебя талантливей на свете нет".
  Такое обо мне откуда знаешь?
  Ну что ж, привет тебе, привет!
  Только зря по мне страдаешь.
  
  Я далеко совсем не идеал,
  душа моя сокрыта темнотою.
  Не стою твоих громких похвал,
  твоей любви совсем не стою.
  
  Пока мы знакомы лишь заочно,
  но с тобою нас пути ещё сведут!
  Я вовсе не красавиц, это точно,
  меня все Дерзким Ангелом зовут.
  
  Я очень вредный, старый и седой, -
  твоё сердце страстной любви просит!
  На Парнасе горю чёрною звездой,
  она всем лишь только мрак разносит.
  
  Я на Парнасе очень дерзкий воин!
  Со мной встречаться не спеши!
  Мне стихов не надо, - не достоин!
  Мне лучше грустный реквием пиши.
  
  Если любовь к тебе возникнет -
  сам себя тогда за всё прощу!
  И моё сердце тебе крикнет:
  "Жду! Люблю! Не отпущу!...".
  
  Девятнадцатое января. 1976 год.
  117
  
  
  * * *
  
  С коммунистами бороться хватит сил.
  
  Я любил с цыганами общаться,
  слушать их песни ночью до утра!
  Только с моей юностью прощаться
  мне однажды вдруг пришла пора.
  
  Своего мне прошлого не жаль!
  Живу не для ублажения желудка.
  Память моя жгучую печаль
  таит от моего бедного рассудка.
  
  Сменил я очень многие одежды,
  но мне не ими в жизни дорожить.
  Затменья Веры, Любви и Надежды
  пришлось мне душой пережить.
  
  Прошёл немало в жизни я дорог.
  Куда-то мимо меня время мчится.
  За столько лет жизни так и не смог
  самого себя любить я научиться!
  
  Встречал я коммунистов-падаль,
  не раз я в дерьме кровавом побывал.
  Очень много раз я в жизни падал,
  но я гордо каждый раз вставал!
  
  Жизнь меня несёт как бурный вал!
  Но деньги не бывают в моём кармане.
  Где только в жизни я ни побывал!...
  От коммунистов скрывался в Магадане.
  
  Я жизни путь прошёл неровный!
  Не раз я у людей по́дати просил...
  Хотя не изведал я Мир огромный,
  с коммунистами бороться хватит сил.
  
  Двадцать третье января. 1976 год.
  118
  
  
  * * *
  
  Твоя любовь мне как награда!
  
  Со льда души моей одежды, -
  ты вся горишь в любви огне!
  Ты огонёк моей надежды!
  Ты то, что очень надо мне!
  
  Сердце моё тебе не врёт,
  меня вполне понять сможешь.
  Моё сердце, это жгучий лёд.
  Только этот лёд уничтожишь!
  
  Только знай же наперёд
  (тебе нисколько не совру!)
  Живу, пока я дикий лёд.
  Меня растопишь, - умру.
  
  В сердце моём уже мерцает
  надежды скромный огонёк.
  Моё сердце-лёд растает,
  и умру тогда у твоих ног.
  
  Твоя любовь мне как награда!
  Но сам себя я не простил...
  Скоро умру, - так мне и надо!
  (Зачем себя в лёд превратил?)
  
  Если не хочешь ледяного,
  тебе посланного судьбой,
  тогда не будет никакого...
  Моя любовь будет с тобой!
  
  Судьба... Вечно спорим с ней,
  свои мосты сжигаем, корабли!...
  Замёрзни от холода любви моей,
  или меня своей страстью спали!
  
  Двадцать девятое января. 1976 год.
  119
  
  
  * * *
  
  В России от коммунистов страдания!
  
  В каждом возрасте свои прелести!
  За молчанием что-то громкое стоит.
  Кто-то скрывает вставные челюсти,
  кто-то за пазухой нож и камень таит!
  
  Времена прошли, настали сроки,
  когда пора платить за всё долги.
  Чем высказывать какие-то упрёки,
  уж лучше мне деньгами помоги.
  
  Что может быть нежнее розы?
  Что сердцу русскому милей?
  Разве только русские берёзы...
  На сердце мне от них теплей!
  
  В движении моря́ и океаны,
  в движении грешная Земля.
  В движении народы, страны...
  Жизнь создана движенья для.
  
  Рука моя, взводящая пистолета курок,
  никогда не дрогнет перед выстрелóм.
  Всему наступит когда-то свой срок,
  забудут люди всё плохое о былом.
  
  Один за другим день проходит,
  к нам приближая нашей смерти час.
  В мученьях жизнь к нам приходит,
  наша жизнь в мученьях покидает нас.
  
  Давно все сожжены мои воспоминания
  в душе моей седой угрюмою тоской.
  В России от коммунистов страдания!
  От коммунистов пользы нету никакой!
  
  Тридцать первое января. 1976 год.
  120
  
  
  * * *
  
  Всю ночь в экстазе были мы!
  
  Бурно начался у нас роман
  под ресторана шум и гам!
  Мои чувства, словно ураган,
  бросили меня к твоим ногам!
  
  Только что за столиком сидели,
  но уже страстно желанием горим!
  Вдруг оказались мы в постели,
  не понимая в страсти, что творим!
  
  Сознание у нас было никакое!...
  Ночь в экстазе были, бесспорно!
  В постели вытворяли мы такое!...
  Такого я не видел даже в порно!
  
  Ночь как мгновение продлилась!
  Скинув меня промолвила: "Прости"
  Ты замерла, как словно притаилась,
  и тихо мне сказала: "Заплати..."
  
  Не понял я такую перемену!
  (Другой тут понял бы едва ль).
  Я заплатить готов любую цену!
  За тебя и жизни мне не жаль!
  
  Ты потянулась, сладенько зевая,
  а я от страсти продолжал дрожать!
  "Все кончено." - сказала ты вставая.
  А я с тобой всю жизнь хочу лежать!
  
  Первое февраля. 1976 год.
  121
  
  
  * * *
  
  Впереди с коммунистами драки!
  
  Скоро придут иные времена!
  (о них ещё Писания говорили).
  Только не укроет даже старина
  грехов, что коммунисты творили!
  
  Шар земной словно колодка
  для слабой человеческой ноги!
  Коммунизм проклятый и водка
  человечества коварные враги!
  
  В вечных поисках истоков
  заблудился русский человек.
  Не зная ни время, ни сроков
  он свой коротает жалкий век.
  
  Часы уходят, дни, недели,
  летят за ними месяцы, года́...
  Мгновенья те, что улетели,
  к нам не вернутся никогда!
  
  От коммунизма в душе мутно,
  вот потому стихами не хвалюсь.
  Мне отбивает строго поминутно
  время моей жуткой тревоги пульс.
  
  Тень чёрная растёт в часы заката,
  притихает усталый шумный день.
  Завтра в России будет новая утрата,
  коммунизма злая кровавая тень.
  
  Мои годы как гончие собаки
  куда-то мчатся в памяти моей!
  Впереди с коммунистами драки!
  Жизнь хороша... И Бог же с ней!
  
  Третье февраля. 1976 год.
  122
  
  
  * * *
  
  Опасно, милая, очень опасно...
  
  Ты написала так прекрасно,
  чувства в душе не удержать!
  Опасно, милая, очень опасно
  перед всеми душу обнажать!
  
  Смысл твоего стиха глубокий,
  но наш мир совсем не свят.
  Наш этот мир такой жестокий!
  Всё плюнуть в душу норовят!
  
  Душа томится в жизни гадкой,
  страдая, мучаясь, надеясь и любя!
  Так пусть же будешь ты загадкой
  для всех людей и для самой себя!
  
  Загадки очень любят мужики
  только покуда их не разгадают!
  Мужчины от идеалов далеки,
  женщины по мужчинам страдают!
  
  Свою ранимую душу так закрой,
  чтобы стала она странной загадкой.
  Вокруг тебя будет поклонников рой!
  Будешь для всех конфеткой сладкой!
  
  Но не беги к мужчинам резво!
  Лишь для одного создай тюрьму.
  Спокойно оцени чувства трезво!
  Душу раскрой лишь только одному.
  
  Пятое февраля. 1976 год.
  123
  
  
  * * *
  
  Коммунизма тяжкий труд!
  
  Пробита нашим предком колея,
  жизнь по ней нас провожает.
  Муза антикоммунистическая моя
  мою душу стихом освежает!
  
  Коммунизма тяжёл труд, но гроши
  русские лишь заработают на нём.
  Поэмы длинные тем только хороши,
  что писать в них можно ни о чём.
  
  Везде, где было можно, я не лгал!
  С коммунистами я иногда общался.
  Ненужных встреч всегда я избегал,
  но с людьми хорошими встречался.
  
  Музы огонь в душе моей пылает,
  от него кругом становится светло.
  С моими стихами к людям улетает
  моей души сердечное тепло!
  
  Мои стихи шумной гурьбою
  давно с моею спорятся судьбой:
  "Не всё в жизни задумано тобою,
  стихи мятежные написаны тобой!
  
  Ты о себе совсем не беспокойся!
  Доверься Богу, России и судьбе.
  Рифма пропала, за неё не бойся,
  ещё не раз опять придёт к тебе!
  
  Твои стихи, твоей души осколок,
  но в жизни ты его не раз бросал.
  Поторопись!... твой век недолог,
  а ты ещё так мало написал!"
  
  Седьмое февраля. 1976 год.
  124
  
  
  * * *
  
  Я влюблён!
  
  На свете очень много есть чудес!
  Одну тебя люблю, и это чудо!
  Я не полу-ангел и не полу-бес...
  Я человек! (Но разве это худо?)
  
  Меня теперь не вспоминаешь,
  а я в душе чувства терплю!...
  Хорошо меня, конечно, знаешь...
  Лишь не знаешь, что тебя люблю!
  
  Тебя любить буду до могилы!
  Мне без тебя так тяжек день!
  Так люблю! - терпеть нет силы!
  А ты прохладна, словно тень.
  
  Иногда, со мной встречаясь,
  говоришь мне: "Привет..."
  От смущенья даже заикаясь,
  тихо стою, слов ответить нет.
  
  На моей душе с того и скверно,
  что всё молчу, молчу, тебя любя!
  Ведь себе думаешь, наверно,
  что люблю лишь самого себя.
  
  Моя любовь, она как стресс!
  (Тому и сам я очень удивлён!)
  Я не полу-ангел и не полу-бес...
  Даже хуже! - я в тебя влюблён!
  
  Одиннадцатое февраля. 1976 год.
  125
  
  
  * * *
  
  Для коммунистов я очень опасен!
  
  Если побеспокою, прости,
  но тебе написать посмею.
  Меня просишь: "Отомсти!"
  Чего-чего, а мстить умею!
  
  Для коммунистов я очень опасен!
  Вся жизнь моя, это борьбы кураж!
  С тобой, милашка, я согласен!
  (На всё согласен, что мне дашь!)
  
  Теперь, пока сижу тут не у дел,
  с того уж сердце разболелось.
  На твой портрет я поглядел
  и снова мстить мне захотелось!
  
  Мне мстить без разницы кому!
  За что мстить мне безразлично!
  Потроха вырежем коммунисту, ему
  их продадим! И всё будет отлично!
  
  Месть приятна мне всегда!
  Друг другу радости подарим!
  Адрес коммуниста давай сюда,
  с его башки студень сварим!
  
  Я ведь тот самый, - Люцифер!
  А коммунист, он просто баран!
  Всем коммунистам в пример
  натянем шкуру его на барабан!
  
  Не сможет он больше тебя ранить!
  На него теперь всем будет плевать!
  Будешь резво ритмы барабанить,
  буду тебе из ада громко подвывать!
  
  Тринадцатое февраля. 1976 год.
  126
  
  
  * * *
  
  Буду тебя всю жизнь любить!
  
  Красива, молода, толкова!...
  Угодно, видно, так судьбе,
  что тебе стихи пишу снова,
  сердце моё страдает по тебе!
  
  На твой портрет смотрю снова,
  не могу никак найти себе покой!
  Я рад, что весела́ ты и здорова!
  Дай Бог тебе и дальше быть такой!
  
  Твой взгляд мне душу нежно ранит,
  настолько ты вся очень хороша!...
  Не знаю, что меня к тебе так тянет?
  Наверно твоя безгрешная душа.
  
  Так хороша ты! - это уж без спора!
  Но не ко мне тебе судьбой дан путь.
  Твои глаза чувства бездонные озёра!
  Очень хотел бы я в них утонуть!
  
  Как бы хотелось мне с тобой забыться,
  позабыть всей моей жизни жуткий бред!
  Не знаю, как я мог в тебя влюбиться?
  Наверно тебя лучше в свете просто нет!
  
  Помечтал я о тебе немного и довольно.
  Мысленно шлю тебе подарки и цветы!
  Мне почему от слов твоих так больно?
  "Тебя не люблю!", - ответила мне ты!
  
  Смогу скорее позабыть о чести,
  чем смогу тебя навсегда позабыть!
  Не будем никогда с тобою вместе,
  но буду тебя всю жизнь любить!
  
  Семнадцатое февраля. 1976 год.
  127
  
  
  * * *
  
  Коммунисты Россию продают!
  
  Где вы, коммунисты-педерасты?
  Вы все уже в аду, или вы где?
  Господа из самой высшей касты,
  наколотить бы вам бы по балде!
  
  Уже два дня рецензий ваших нету...
  Вы мне сказали: "С нами не балуй!"
  Может быть сосёте там конфету?
  А, может, делаете в жопы поцелуй?
  
  Не подумайте, что вас прощаю,
  даже если в гроб ляжете плашмя!
  Сегодня всем своим телом ощущаю,
  как опять лижите тут жопу у меня!
  
  Не подумайте что я совсем бездельник,
  мой пенис о ваши губы давайте утрём!
  Ко мне подключайтесь в понедельник,
  там эту тему между нами перетрём!
  
  В КГБ лично мне знакомые есть хари!
  От коммунистов меня, Боже, сохрани!
  В КГБ коммунисты-палачи поганые твари,
  против России и русских работают они!
  
  Пока поверят в это многие едва ли,
  коммунистам дороже России свой уют!
  Коммунисты в России всё уже продали!
  Теперь коммунисты Россию продают!
  
  Коммунисты наркоту распространяют!
  России простор ядом-наркотой объят!
  В том, что по России наркотики гуляют
  один лишь только коммунизм виноват!
  
  Девятнадцатое февраля. 1976 год.
  128
  
  
  * * *
  
  Как бы хотел я кого-то полюбить!
  
  То встреча у нас, то разлука,
  то непредвиденный секса час!...
  Жизнь очень беспощадная сука!
  Но что-то сближает ведь нас.
  
  Грешу, но в грехах не каюсь!
  Злобой душу я смог разогреть!
  Дурью, конечно, часто маюсь...
  За это в Аду мне, наверно, гореть!
  
  Может кого мне пора бы убить?
  Хотя совсем не убийца ведь я...
  Как бы хотел я кого-то полюбить!
  Но любовь, это такая злая змея!
  
  Жизнь как клоака огромная!
  Но и в ней пробивается свет.
  Ты, словно собака бездомная,
  то приходишь ко мне, а то нет!
  
  Да и сам я такой же гуляка!
  В тоске подыхаю живьём!
  Жизнь, это огромная срака,
  но мы в этой сраке живём!
  
  Книжки в свои ручонки берёте
  для просвещенья тёмного ума.
  Теперь чего от поэта вы ждёте?
  Дождётесь не стихов, а дерьма!
  
  Двадцать третье февраля. 1976 год.
  129
  
  
  * * *
  
  День Красной армии, скука...
  
  День Красной армии, но скука
  холодом сковала душеньку мою.
  Мне этот праздник словно мука.
  Песен в этот праздник не пою.
  
  Своих стихов тоже не читаю,
  в России быть поэтом не хочу.
  О свободной России мечтаю,
  о мечтах своих с детства молчу.
  
  В России живу словно на мине,
  житьё моё нельзя жизнью назвать.
   Быть хочу в Париже, в Берлине...
  Стену берлинскую хочу взорвать!
  
  На Западе свобода, - на востоке нет!
  Скоро с Запада свобода к нам придёт!
  Через эту стену уже пробивает свет!
  Держитесь, немцы, эта стена падёт!
  
  Коммунисты упрямостью ослиной
  мир свободный продолжают злить!
  Германия снова станет единой!
  Ничто её не сможет разделить!
  
  Красная армия будет не в силах
  навязать рабство немецкому народу.
  Золотом напишут на святых могилах
  имена русских, павших за слободу!
  
  Двадцать девятое февраля. 1976 год.
  130
  
  
  * * *
  
  Фемиды меч и стрелы Купидона!
  
  Опять просвет печального заката
  наводит на меня тихую печаль.
  Я вспомнил, как любил когда-то,
  той любви теперь слегка мне жаль.
  
  С тобою жизнь моя была как ад.
  Тебя не обижал, тебе я не грубил,
  всегда тебе был сердцем очень рад
  лишь потому, что я тебя любил!
  
  Твоего чудного голоса звуки
  заставляли молчать соловья,
  разжигали в душе моей муки,
  но с восторгом их впитывал я!
  
  Я не встречал тебя забавней!
  Ты одна из всех моих потерь.
  Милая женщина юности давней
  где и с кем-то живёшь теперь?
  
  Ты яркий огонёк в моей душе!
  Мне с тобой рай был в шалаше!
  Но только был этот милый шалаш
  квартира, коттедж, машина, гараж...
  
  Твоя любовь ко мне недолго длилась,
  она прошла тихо, скромно, не спеша...
  В холодный чёрный уголь превратилась
  от твоей любви моя страстная душа.
  
  Не мог терпеть я своего сердца стона,
  я с тобой жил, любовь свою кляня!
  Фемиды меч и стрелы Купидона
  всю мою жизнь злобно ранят меня!
  
  Первое марта. 1976 год.
  131
  
  
  * * *
  
  На защиту России, русские, встаньте!
  
  Я дворянского рода и племени,
  никогда не ем коммунизма ухи!
  Намного раньше своего времени
  состарили меня мои злые стихи.
  
  Теплится ещё огонь в моей крови.
  На защиту России, русские, встаньте!
  Очень люблю русские песни о любви,
  но пишу только о борьбе, об анти!...
  
  Мне с собою никак не справиться,
  здесь мне уже не поможет никто.
  Очень мне коммунизм не нравится!
  Коммунизм для меня совсем не то!...
  
  Мне Святой России память свята!
  На коммунизма кровавом берегу,
  как завещанье старого пирата,
  свои стихи от коммунистов берегу!
  
  Во мне стихи, как в иноверце,
  не пребывают долго никогда!
  Попадают они людям в сердце,
  хотя метят в голову всегда!
  
  Мои рифмы как прутья стальные!
  Их как копья стараюсь точить!
  Как врач русские души больные
  своей болью пытаюсь лечить!
  
  Третье марта. 1976 год.
  132
  
  
  * * *
  
  Всегда любовь своё берёт!
  
  Что же, Иванова Мария,
  твоя поэзия очень нужна!
  Прочитал стихи твои я,
  ты рассудительна, умна!...
  
  И хороша ведь ты собою!
  Умеешь мудро поступать!
  Очень хотел бы я с тобою...
  Нет-нет, совсем не переспать!
  
  Я бы хотел с тобою вместе
  сразиться строчкой, не одной!
  Было б моей приятно чести,
  что ты хоть раз была со мной!
  
  Мысли, что тебя тревожат,
  меня очень терзают и гнетут,
  они только страданья множат,
  но все со временем пройдут.
  
  С этим будешь иль с другим,
  это время лишь проверит.
  Всегда он будет дорогим,
  покуда сердце ему верит!
  
  Всё жизнь временем стирает.
  Всегда любовь своё берёт!
  Последнею надежда умирает,
  твоя надежда никогда не умрёт!
  
  Пятое марта. 1976 год.
  133
  
  
  * * *
  
  Коммунистами уничтоженной страны!
  
  Уже давно пишу стихов книги.
  Только стихи в России не нужны.
  В благодарность одни только фиги
  вижу всюду с коммунизма стороны!
  
  Теперь у кого хочешь расспроси,
  тебе скажет любой простолюдин,
  что развелось поэтов много на Руси,
  но такой, как я, в России лишь один!
  
  Тёмной ночью по Ленинграду гуляю,
  днём тихо сижу, просто в окно гляжу.
  Коммунизм стихами не прославляю,
  причин тому в душе своей не нахожу!
  
  В СССР самолёты, пушки есть и танки!
  Об этом помнить в Европе все должны:
  СССР, это лишь кровавые останки
  коммунистами уничтоженной страны!
  
  Что ни год, то в СССР опять беда!
  В СССР беды намертво застряли!
  Русские нищие люди сами никогда
  своей Россией и не управляли!
  
  Помню, ещё с малых детских лет,
  мне о России былой мечталось!
  Давно святой России уже нет,
  только одно название осталось!
  
  На душе моей от коммунизма раны!
  Но душой любую боль стерплю!
  Мне нравятся многие страны.
  Но лишь только Россию люблю!
  
  Седьмое марта. 1976 год.
  134
  
  
  * * *
  
  Под твоей юбкою музей!
  
  На твой портрет смотрю, мне худо!
  Таких в жизни ещё не видел я!
  Милашка!... Ты вся такое чудо!...
  До сих пор ну почему ты не моя?
  
  К тебе любовь... она как нож!...
  Но как противиться судьбе?...
  Я стал совсем на дурака похож,
  и всё из-за любви к одной тебе!
  
  Я мальчик не из правил строгих,
  только лишь гордился всегда тем!
  Когда любил я девок очень многих
  никаких у меня не было проблем.
  
  Все мысли словно куда делись.
  Сам не знаю, что теперь со мной.
  Все мои чувства будто разлетелись,
  осталась лишь любовь к тебе одной!
  
  Ты мозги мне лишь заморочишь!
  Теперь тебе не верю даже на треть.
  Уж если сразу мне дать не хочешь,
  тогда давай, хотя бы, посмотреть...
  
  С тобою всегда честно говорю,
  тебе я не какой-то ротозей!
  Всего лишь только посмотрю
  под твоей юбкою музей!
  
  Не подумай, что над тобой смеюсь.
  Исполни же мою заветную мечту!
  Ослепнуть нисколько не побоюсь,
  под юбкою твой увидев красоту!
  
  Одиннадцатое марта. 1976 год.
  135
  
  
  * * *
  
  Зверства коммунизма не исправить!
  
  Помню всё, что было когда-то
  до мельчайших подробностей дня.
  Память моя, как удары набата,
  густым басом взывает меня!
  
  О коммунизме кровавом не молчу.
  Из памяти коммунизм таращится.
  От своего прошлого убежать хочу,
  но оно за мной хвостом тащится!
  
  Память за мной хвостом тащится,
  за моё сердце она зацепилась...
  Словно дерзкая души приказчица
  в моём разуме память поселилась.
  
  Часто терзаюсь в мыслях никчёмных.
  Порой людей хороших от себя я гнал.
  Среди коммунистов нашёл виновных,
  я с детства коммунистов проклинал!
  
  Забавы грешные давно пора оставить!
  Мне в прошлом просто нечем дорожить.
  Зверства коммунизма нам не исправить,
  свою жизнь заново не можем пережить!
  
  Мне на́ слово, пожалуйста, поверьте,
  признаться в этом никогда не стыжусь,
  мне бессмертие намного хуже смерти.
  Никогда за свою жизнь не держусь.
  
  Тринадцатое марта. 1976 год.
  136
  
  
  * * *
  
  Раба порока, моей стань!
  
  У лжи ни времени, ни срока,
  нет у неё начала и конца!
  Послушай-ка, раба порока,
  кормишь плотью подлеца.
  
  Он сказал, ему и веришь...
  От него всё чего-то ждёшь.
  Сама себе же лицемеришь,
  сама себе же гнусно врёшь.
  
  От него ждёшь ласки слова,
  он же ведь ещё из тех скотов!...
  Ты быть им обманутой готова,
  он тебе правду сказать не готов.
  
  Слезу стерев со своих глаз,
  надеясь, что счастье заглянет,
  веришь ему в последний раз...
  Он тебе врать не перестанет.
  
  От счастья очень ты далёка!
  Тебе бедой не буду угрожать.
  Покуда ты его раба порока,
  от него беды тебе не избежать.
  
  Кончай себя ты линчевать,
  над собой не надо плакать!
  Да на таких, как он, плевать!
  (А можно даже и накакать!)
  
  Не посыплет с неба манна!
  Ложью душу свою не рань!
  Раба порока, ты желанна!
  Раба порока, моей стань!
  
  Семнадцатое марта. 1976 год.
  137
  
  
  * * *
  
  России коммунизм горем платит.
  
  Где только Рок меня ни носил!
  России коммунизм горем платит.
  Постигнуть жизнь не хватит сил,
  на то никакой мудрости не хватит!
  
  Бесконечное время вечная река!
  По ней народы жизнь сплавляют.
  Во время прошлое уходящие века
  вечные следы в народе оставляют!
  
  Под покрывалом России небосводов
  рабами живём, от коммунистов устав!
  Мы жуткий сплав Миров, народов...
  Мы вечной жизни непонятный сплав!
  
  Нам давно пора нажать стоп-кран,
  только нам на это духа не хватает.
  У меня от коммунистов много ран,
  их на том свете ангел сосчитает.
  
  В страшной опасности, как за стеною,
  я дожил до такого желанного дня,
  когда шорох чьих-то шагов за спиною
  теперь уже страхом не беспокоит меня.
  
  Теперь мне даже мухи не обидеть,
  уже не растоптать зелёную траву.
  Что мечтал в детстве во сне увидеть,
  теперь перед собой не вижу наяву.
  
  Грешной душою бедным и голодным
  продолжаю тернистый путь кривой.
  Жестоким одиночеством холодным
  согреваю мятежный разум свой!
  
  Девятнадцатое марта. 1976 год.
  138
  
  
  * * *
  
  Думал, что нету любви конца!
  
  Когда совсем устал ждать я,
  ты вышла вдруг из-за куста!
  В долгожданный миг объятья
  с устами встретились уста!
  
  Ты дрожащими руками
  одежду сбросила с себя!
  Я словно был под небесами,
  когда забрался на тебя!
  
  Такою доброй ты была́,
  что рога мужу подарила.
  Ты на него была так зла,
  что всем об этом говорила!
  
  Сердитый взгляд твоей свекрови
  тебя даже ничуть не испугал.
  Знать изменять тебе не в нови,
  твой взор так безупречно лгал.
  
  Я с нежной страстью целовал
  твой сладко-лживый чудный рот!
  Я в жизни никогда не унывал,
  уверенно верил, что мне повезёт!
  
  Бывал влюблён я, даже и не раз,
  в мои бездумные годы молодые.
  На себя смотрю в зеркало сейчас,
  стали мои виски совсем седые.
  
  Много лет как я уж позабыл
  нежные черты любимого лица.
  Но ведь когда-то так я любил!...
  Думал, что нету любви конца.
  
  Двадцать третье марта. 1976 год.
  139
  
  
  * * *
  
  Злодеянья коммунистов!
  
  Никогда за самого себя не дрожу.
  Что со мной в жизни станется?
  Всегда свою форму лихую держу,
  содержание к форме подтянется.
  
  Не жалею о том, что было,
  и о будущем тоже не грущу.
  Моё сознанье все позабыло,
  на волю память свою отпущу.
  
  Не прожигаю бесценные дни.
  Иногда призадумаюсь малость...
  "Всю прелесть своей жизни оцени,
  оцени всю её жестокую ярость!"
  
  Мне надоел стук судьбы колёс:
  слишком гулкие судьбы колёса.
  Я направил судьбу свою под откос,
  повалилась она с громом с откоса.
  
  Словно резкий ветер переменный
  рвусь между кровавых берегов!
  Мой взгляд колючий и надменный
  пугает коммунистов-палачей-врагов!
  
  Со мною в жизни всё уже бывало,
  я злодеянья коммунистов не забыл.
  Преступлений натворил я немало
  потому, что очень добрым был.
  
  Вопрос в моём сердце застрял,
  в нём звучит, как холодная медь.
  "Где ты годы свои растерял,
  когда ты успел постареть?"
  
  Двадцать девятое марта. 1976 год.
  140
  
  
  * * *
  
  Где ты, любимая женщина?...
  
  Люблю одну, сплю с другою.
  Её в постели лишь терплю...
  Мне она не будет дорогою.
  Другую женщину люблю!
  
  Люблю так, что силы нету!
  Даже у Бога помощи прошу.
  Однажды, ближе к рассвету,
  свою стерву всё же задушу!
  
  Задушу!... И всё в порядке!
  Или возьму зарежу её, блин!
  Сердце моё в такой зарядке!
  Между ног моих адреналин!
  
  Убил давно бы, задушил!...
  Она уж мне невыносима!...
  Но я пока терпеть решил,
  встречу ту, что мной любима.
  
  Кто она? Сам чёрт не знает!
  (А может знает, не спросил)
  Моё сердце так страдает!...
  Я бы на весь мир заголосил!
  
  "Где ты, что мне Богом обещана?
  Я в постели с другой поутру...
  Где ты, любимая женщина?...
  Здесь без тебя ведь скоро умру."
  
  Тридцать первое марта. 1976 год.
  141
  
  
  * * *
  
  При коммунистах нету счастливого дня.
  
  Коммунизма тюрьмы холодные
  я в них рано под стоны вставал.
  Люблю слушать песни народные,
  что в тюрьмах народ распевал!
  
  Мне бабуля стала милой,
  коммунизма власть иной...
  Коммунизм, всем опостылый,
  всё время он рядом со мной.
  
  Среди борьбы, утрат, открытий,
  среди страдания гонений, и тогда
  дерзкие грёзы, праматерь событий,
  со мною в жизни бывают всегда!
  
  Разных формул и чисел череда
  со школьных лет во мне застряла.
  Против коммунистов я всегда,
  мои знания борьба проверяла!
  
  Нервы гудят от напряжения,
  всё зло в душе моей слилóсь!
  Азарт, успех и поражения...
  всё пережить мне довелось.
  
  С детства был я парнем озорным,
  в борьбу, как в омут, окунулся!
  Я раз уехал поездом ночным, -
  тюремным поездом вернулся.
  
  Потому не стала моя жизнь сладкой.
  При коммунистах нет счастливого дня.
  Стало тёмною сложной загадкой
  моё происхожденье для меня!
  
  Первое апреля. 1976 год.
  142
  
  
  * * *
  
  Меня зачем терзаешь до сих пор?
  
  Всё так давно... Годы уплыли...
  Давно исчезли графы и князья...
  Историю давно все позабыли,
  но только ничего не позабыл я!
  
  Я был пират! Я был разбойник!
  Я на дуэлях часто слышал стон!...
  Кто не со мной, тот был покойник!
  Одна лишь только Леди Гамильтон,
  она только одна!... Одна на свете
  могла сказать мне только: "Нет!"
  Она была в золотой моей карете...
  Она часто в ней выезжала в Свет!
  
  Сколько роскоши, брильянтов,
  серебра и злата злобный звон!...
  Среди придурков и мутантов
  тогда сияла Леди Гамильтон!
  
  Я с нею счастлив мог бы быть!
  Она ж, смеясь, только дерзала!
  Мне будет никогда не позабыть
  того, что мне тогда она сказала!:
  
  "Мне никогда не позабыть тебя!
  (Помню, что она мне говорила!)
  Покидаю, Вас, родной, любя"
  Эмма, что ты тогда натворила...
  
  Ведь очень люблю тебя, заразу!
  Ты мне в ответ лишь только укор!
  Убила бы меня тогда ты сразу!
  Меня зачем терзаешь до сих пор?
  
  
  Третье апреля. 1976 год.
  143
  
  
  * * *
  
  От коммунистов души поникли.
  
  Хотя часто города в огне пылают,
  наша жизнь бесследно не пройдёт!
  Хотя злые собаки-пустобрёхи лают,
  но караван своей дорогою идёт!
  
  Жизнью беспощадно перемолото,
  всё давно сгинуло в страшной пурге.
  На Колыме уже не раз я мыл золото,
  уже не однажды я замерзал в тайге...
  
  Не своё всегда я делал дело,
  часто оно валилось с моих рук.
  Но мне так жить поднадоело,
  всё изменил я враз и вдруг!
  
  Я за то благодарен судьбе,
  что я жизнь хорошо познал!
  Я вдруг вернулся сам к себе,
  но сам себя я даже не узнал...
  
  От коммунистов души поникли,
  как осенью пожелтевшая листва.
  В мою душу холода́ проникли,
  без времени поседела моя голова.
  
  В дрожь уже не раз меня бросало,
  от коммунистов. Хорошо потому,
  что хоть натворил я дел немало,
  только не мной утоплена Му-Му.
  
  Вышибают клин другим клином,
  Только сам себе свою судьбу крою.
  Русской водкой, как адреналином,
  часто балую грешную душу свою!
  
  Пятое апреля. 1976 год.
  144
  
  
  * * *
  
  Расцелую твои нежные руки!
  
  Слышу снова: "Где ты? Где?"
  задаёшь вопрос своей судьбе.
  Я побывал со многими, везде...
  Но сейчас издалека иду к тебе!
  
  Пишешь, что так много было их
   в твоей жизни прошлых днях,
  кобелей близких, но тебе чужих
  на холодных жестких простынях.
  
  И у меня тоже всего уже бывало!
  В женских слезах вся моя грудь.
  Перебрал женщин я немало!...
  Но теперь к тебе держу я путь!
  
  Кто из нас чувством сожжёт кого?
  Лечу к тебе, как мотылёк на свет!
  Кроме тебя уж больше никого
  в моей грешной душе теперь нет!
  
  Расцелую твои нежные руки,
  Слезами горькими омою их!
  Мы так устали от разлуки!...
  Мы так устали от других!...
  
  Забудем всё! Забудем всех!
  Нам счастье будет не во сне!
  Твой звонкий и задорный смех
  святой наградой будет мне!
  
  Седьмое апреля. 1976 год.
  145
  
  
  * * *
  
  Коммунизма зверские законы!
  
  Уже в детстве стихи писал
  я дерзкие антисоветские.
  На ваши портреты наплевал
  я, злого кремля дворецкие!
  
  Коммунистов много толп
  нашли приют себе в кремле,
  Талант мой, это позорный столб,
  всем коммунистам на Земле!
  
  Жизнь как оглушительный зал,
  наши судьбы сети нам вяжут.
  То, что когда-то я не сказал,
  теперь стихи мои расскажут!
  
  Не ношу коммунизма погоны,
  я давно в диссидентском строю!
  Коммунизма волчьи законы
  грешную душу терзают мою!
  
  Быть может, труд мой непочётен,
  но моих предков мне не позабыть!
  Почётным членом Чёрных Сотен
  с детства мне очень хотелось быть!
  
  Я зверства коммунистов не забыл!
  Для борьбы имею дерзкую смелость!
  Только вот не я, жаль, Баумана бил.
  Но мне бы этого очень хотелось!
  
  Одиннадцатое апреля. 1976 год.
  146
  
  
  * * *
  
  Буду тебе как верный пёс!
  
  Мне пишешь: "Возвращайся".
  Я в буйное разгулье погружён!
  Тебе скоро отвечу (не смущайся).
  Твоим письмом я просто поражён!
  
  Меня зовёшь к себе, Маринка!
  Тем страданья мои множишь.
  Хотя в сердце моём и льдинка,
  но меня чувствами тревожишь.
  
  Сижу, читаю, что мне пишешь...
  (Откуда-то письмо твоё взяло́сь.)
  "Возвращайся ко мне! Слышишь?"
  Моё сердце кровью облило́сь!
  
  С тобой уснуть, с тобой проснуться,
  с тобою я готов хоть под венец!...
  Но как же мне к тебе вернуться?
  ведь я совсем законченный подлец!
  
  Я бесстыжий, наглый сердцелов,
  вдруг для тебя чего-то значу...
  От твоих нежных, тёплых слов
  над своей судьбою горько плачу!
  
  Всю мою жизнь опрокинешь!
  (Без тебя я столько перенёс!...)
  И, если только меня примешь,
  буду тебе как верный пёс!
  
  Тринадцатое апреля. 1976 год.
  147
  
  
  * * *
  
  Я коммунистам навредил немало!
  
  Цена счастья, конечно, любовь!
  Цена любви, несомненно, свобода!
  Стою на каком-то распутье вновь.
  Куда-то вновь иду, не зная брода.
  
  На счастье имею хорошие виды,
  но, к прошлому память храня,
  на коммунистов-палачей обиды
  порою ночной посещают меня!
  
  Коммунисты говорят о равноправии.
  Как только происхождение ни таи,
  но находятся где-то в Скандинавии
  новгородские родовые корни мои.
  
  К коммунистам ненависть как море!
  Не найдя в Европе себе берегов.
  в Россию явилось кровавое горе
  от коммунистов-проклятых-врагов!
  
  Я сердцем научился, слава Богу,
  за нехорошее других прощать,
  жить во всю, на широкую ногу,
  своих друзей и подруг угощать!
  
  Попробуй рискни путями такими
  за мною по тюрьмам пройди!
  Стон стоит за плечами моими!
  Меня неизвестное ждёт впереди.
  
  Моя судьба то плача, то смеясь
  меня швыряет по жизни как попало!
  Жизнь, в общем, все же удалась,
  я коммунистам навредил немало!
  
  Семнадцатое апреля. 1976 год.
  148
  
  
  * * *
  
  Я свою оставил милую.
  
  Привет, приятная блондинка!
  К тебе не спешу. Да и куда?...
  Была бы в сердце только льдинка,
  но в моём сердце глыба льда!
  
  В моих руках журавль и синица...
  Я витал от счастья в облаках!
  Но суждено было случиться,
  превратилось всё вдруг в прах!
  
  Как хитрая коварная пума
  ты подкралась ко мне без шума.
  Всего лишь мгновеньем одним
  почему-то стал я вдруг твоим!
  
  Устами, счастья полными,
  мне пела ты песню свою!
  Разноцветные ленты волнами
  обвивали нежную шею твою!
  
  Так ласково ты пела в мои уши,
  от того кружилась моя голова!
  Я долгими часами слушал
  нежные приворотные слова!
  
  Чувства мои чудесной силою
  в душе моей огнём горят!
  Но я свою оставил милую
  уж года два тому назад!
  
  Девятнадцатое апреля. 1976 год.
  149
  
  
  * * *
  
  На борьбу с коммунизмом!
  
  Кому-то дамы, короли... -
  мне лишь копейки и рубли!
  Кому-то счастье так и прёт! -
  лишь мне всю жизнь не везёт.
  
  Туманным утром облака
  зовут меня с собою в дали!
  Бежит угрюмая жизни река,
  её воды это России печали...
  
  То печаль, то горе, то тревога
  из-за коммунистов вокруг!
  На борьбу с коммунизмом дорога
  в детстве увлекла меня вдруг!
  
  Помолюсь негромко Богу,
  тихо посетую на горе судьбе...
  Одиночество в дальнюю дорогу
  пожелаю лишь только себе.
  
  Их Ленинграда иду пешком
  в далёкий и опасный Магадан.
  Не жалею ни о чём, ни о ком!
  Меня даже не тянет в ресторан.
  
  Это утреннее лёгкое опьянение
  всегда с толку сбивает меня.
  От него ко мне наваждения
  приходят среди ясного дня:
  
  Божья милость незримо реет
  над моею страдалицей страной!
  Она мне грешную душу греет
  славной русской стариной!
  
  Двадцать третье апреля. 1976 год.
  150
  
  
  * * *
  
  С женщиной ложусь благословясь.
  
  Как на духу скажу не ложно,
  что с Богом испытываю связь.
  Живу, быть может, и безбожно,
  с женщиной ложусь благословясь.
  
  "Благослови. Господь, сейчас
  чтоб получилось с этой стервой,
  чтоб это было не последний раз,
  раз допустил Ты раз уж первый!"
  
  Дерьмо такое в душу лезет!...
  Такие мысли в башку прут!...
  Такими смертник и не грезит,
  когда палачи на казнь ведут!
  
  И ничего не сделать уже тут,
  как бы душа была тому не рада!
  Ведь эти бабы, точно, доведут!...
  (Адама Ева из Рая довела до Ада!)
  
  Так прежде, чем на какую лечь
  и к её телу нежно прикасаться,
  душу свою приходится беречь,
  приходится за яйца опасаться!
  
  Бывает с пьянки даже рвота...
  Будь ты пьяный хоть какой,
  покажет... и вдруг так охота!...
  Похмелье снимет как рукой!
  
  Двадцать девятое апреля. 1976 год.
  151
  
  
  * * *
  
  От коммунизма ужасов!
  
  Был враг, - сегодня стал уж друг.
  Смотрю на всё, молчание храня.
  Ещё не замкнут моей жизни круг,
  ещё есть большой выбор у меня!
  
  Душою на чужие беды отвечая,
  если есть, не жалко мне гроша.
  Боль свою живу не замечая, -
  чужою болью занята моя душа!
  
  Я бы мог затеряться в толпе,
  только сам себе путь пролагаю!
  По антикоммунистической тропе
  с детства к свободе смело шагаю!
  
  Из-за коммунистов-палачей-злых,
  своего уже почти не помню детства.
  От коммунизма страха ужасов былых
  мне никуда никак теперь не деться!
  
  Люблю тихо в ванной посидеть,
  где пузыри моей мечты витают,
  в мечтаньях свои косточки погреть!
  В тепле мои заботы словно тают.
  
  Опасный путь пройти я смог.
  Судьба меня по жизни покрутила!
  На перепутье всех моих дорог
  мне лишь одна звезда светила!
  
  Немало мне пришлось пройти!
  Я повидал в жизни много всего!
  Но, подойдя к концу своего пути,
  я так и не понял пока ничего!
  
  Первое мая. 1976 год.
  152
  
  
  * * *
  
  Любить грешно?
  
  Я прочитал, что пишешь ты!
  Заиграл огонь в моей крови!...
  Только о любви все мои мечты!
  Все мои мысли только о любви!
  
  Кому-то, может, и смешно,
  что кого-то кто-то любит...
  Но нам любить разве грешно?
  (Хотя, вдруг любовь погубит?).
  
  Ты о любви так славно пишешь!...
  (Жаль, что, по пьяне, не пойму.)
  Ты на меня любовью дышишь,
  всею душой любовь твою приму!
  
  Приму и сердцем, и душою,
  и плотью грешною приму!
  Своей строкою небольшою
  свою любовь к тебе опишу!...
  
  Хоть рифмою, хоть просто так,
  напишу, что ты мною любима!
  В тебя влюблённый я, как дурак!
  Ты мне теперь никем незаменима!
  
  Я не поэт, я просто пьяный...
  Душой читаю все твои стихи.
  Зов моей плоти окаянный!...
  Тебе лишь всё ха-ха, хи-хи!...
  
  Всё шутки бы, если б не но!...
  Любовь, ведь это же не ложь!
  Любить, конечно же, грешно!
  Но без греха не проживёшь!
  
  Третье мая. 1976 год.
  153
  
  
  * * *
  
  От коммунизма ран в душе рубцы!
  
  Темнеют тёмных гор зубцы
  в лучах пурпурного заката!
  От коммунизма ран в душе рубцы
  болят и ноют, как когда-то...
  
  Я выстрадал страшную даль
  всею душою грешной своей!
  Мне прошлой жизни не жаль,
  но никогда не позабуду о ней!
  
  Хотя прошло уже немало лет,
  злодеянья коммунистов помню.
  Что со мной были, - тех уж нет,
  не ищу средь коммунистов ровню.
  
  Я когда-то ночь очень любил,
  теперь ночи просто ненавижу!
  Я когда-то смел и дерзок был,
  теперь даже и мухи не обижу.
  
  Знавал я жёсткие тюремные нары,
  смерть я видел в тюрьме наяву...
  Мне не нужны литавры и фанфары,
  здесь жизнь свою спокойно доживу.
  
  Зла от коммунистов я выдержал много!
  В борьбе с коммунизмом имею успех.
  Можно быть намного хитрее другого,
  только никак нельзя быть умнее всех!
  
  Жизнь прошёл я как жаровню,
  её изведал я весь жар и пыл!
  То, чего не было, хорошо помню.
  То, что со мной было, не позабыл.
  
  Пятое мая. 1976 год.
  154
  
  
  * * *
  
  Любовь безумьем заражает!
  
  Твои страницы вечером листаю.
  В них все твои мысли и мечты
  с большим удовольствием читаю!
  Очень прекрасно пишешь ты!
  
  Пишешь просто, но искусно!
  Не умею так писать, прости.
  Мне читать тебя не грустно,
  без меня ты тоже не грусти.
  
  Начать всё заново не бойся,
  не надо манны с неба ждать!
  Любовью своей новою умойся,
  это такая будет благодать!...
  
  Любовь нам души освежает,
  в наши сердца вливает свет!
  Любовь безумьем заражает!
  Любви прекрасней чувства нет!
  
  С тобою чем-то мы похожи,
  и пишем с тобой тоже про одно!
  Хоть рядом нет приличной рожи,
  но наше сердце любит всё равно!
  
  Любовь-змея в душе клубком!...
  Зелье любви любой разум опо́ит!
  Ради любви можно стать дураком!
  За это только жить, наверно, сто́ит!
  
  Седьмое мая. 1976 год.
  155
  
  
  * * *
  
  Празднуют коммунисты-угоды.
  
  Празднуют коммунисты-угоды
  праздники, всех за собою в ад маня!
  Вспоминаю свои послевоенные годы...
  Коммунисты инвалидом сделали меня!
  
  Коммунисты до смерти пытали мою мать!
  Жестокий коммунист-палач Россией правит!
  Ни умом, ни сердцем коммунизм принимать
  теперь меня даже сам дьявол не заставит!
  
  В этом году мне скоро будет сорок два...
  Только я, как Бродский, пенис не дрочил.
  Пока в России ещё не идёт о мне молва
  лишь потому, что я конспирологию учил.
  
  Когда над Ленинградом ночи тишь,
  в страхе свои стихи мятежные пишу.
  Я, как у Гайдара мальчиш-плохиш,
  по городу мятежные листовки разношу!
  
  Сейчас хотел бы оказаться я в Берлине...
  Боже праведный, меня за суицид прости,
  добровольно сам себя подорвал бы на мине,
  чтобы проклятую стену берлинскую снести!
  
  Паденье коммунизма вижу как наяву!
  Через пятнадцать лет свободу предвижу!
  Хотя до своей победы вряд ли доживу,
  но своими стихами свободу приближу!
  
  Одиннадцатое мая. 1976 год.
  156
  
  
  * * *
  
  Коммунисты как дикие звери!
  
  Когда-то был я на волне!...
  Теперь же стал я под волною.
  Вспомню, разве что во сне,
  как жизнью жил совсем иною.
  
  Коммунисты как дикие звери!
  Но всегда я удачлив и смел!
  Открылись мне тюрем двери,
  куда идти я очень не хотел.
  
  Заключённых мрачные лица...
  Узнаю в них покорных совков.
  Я на них и не думаю злиться,
  у меня своих много грехов.
  
  Чем ночь темней, тем звёзды ярче,
  тем больше в мраке тёмных сил...
  Зима была мне лета много жарче,
  когда по городу листовки разносил.
  
  За свою жизнь часто опасаясь,
  я это от коммунистов скрыть умел.
  Иногда дрожью втайне сотрясаясь,
  я казался холоден, спокоен и смел.
  
  Против коммунистов написано немало!
  За столько лет мною немало сожжено.
  В моей судьбе чего уж ни бывало!...
  Стойко вынес всё, что Богом суждено.
  
  Пусть буду своими стихами блистать,
  всё же жизнь моя не зря пролетела.
  Никак невозможно от жизни устать!
  Невозможно, чтобы жизнь надоела!
  
  Тринадцатое мая. 1976 год.
  157
  
  
  * * *
  
  С коммунистами в ад все идём!
  
  Куда только меня жизнь ни кидала,
  слышу коммунистов лживые слова!
  Всего на свете вдоволь повидала
  раньше веря поседевшая моя голова!
  
  Скучно мне в компании шумной.
  Не хочу пить, слушать и врать!
  Смычок не хочет непослушный
  мне туш победы проиграть.
  
  От чёрной зависти смущаясь,
  с коммунистами в ад все идём!
  Принародно, даже не стесняясь,
  теперь сами убиваем и крадём...
  
  Без ножа друг друга режем!
  Везде сами ищем себе беды́!
  На жизни, как асфальте свежем,
  оставил я свои заячьи следы.
  
  Никак не утаите в мешке шило.
  Решетом никому не наносить воды.
  К утру снежком припорошило
  все мои ночные путаные следы.
  
  Очень горжусь своим отчеством.
  Моя голова полна новых идей!
  Укрываюсь своим одиночеством
  от обид, от невзгод, от людей...
  
  Коммунистам во всём потакая,
  часто допускаешь гнусную ложь.
  Да нужна ли тебе жизнь такая,
  какою при коммунистах живёшь?
  
  Семнадцатое мая. 1976 год.
  158
  
  
  * * *
  
  Любви не может быть конца!
  
  По всему знойному пляжу
  здесь девчонки как цветы!
  Солнце льёт загара сажу,
  всем добавляет красоты!
  
  Бренчат на гитаре ребята,
  девчонок целуют в засос!
  Вдруг хочется ехать куда-то
  под стуки вагонных колёс!
  
  Кругом любовь, а ему мало!
  Своё дело чётко знает он:
  стрелы шлёт куда попало
  всем златокудрый Купидон!
  
  Счастливый, стрелами своими
  любовь вонзает он в сердца!
  Меж молодыми, пожилыми...
  любви не может быть конца!
  
  Смотрю сквозь тёмные очки
  на женщин, что я знал когда-то.
  По струнам врезали смычки, -
  понеслась душа моя куда-то!...
  
  Когда-то я тоже гулял с гитарой,
  тому назад лет этак пятьдесят.
  Теперь, как кот больной и старый,
  бреду, куда мои глаза глядят.
  
  Для меня скромные ромашки
  намного красивее васильков!
  Щебечут беззаботно пташки!...
  Верить в счастье я душой готов!
  
  Девятнадцатое мая. 1976 год.
  159
  
  
  * * *
  
  Против коммунизма бьюсь за Христа.
  
  В церкви пламя на свечах сальных
  призывает мою душу отдохнуть.
  Хочу любить ближних, дальних,
  во Вселенской любви утонуть!
  
  Перед Богом грешен я, не скрою.
  Но прошу: "Господь, не карай!,,,"
  Как и все, тоже когда-то открою
  дверь, ведущую в ад или в рай...
  
  Я для России теперь что-то значу!
  Грешной душой не кривя, скажу:
  над святою Россией часто плачу,
  своими предками очень дорожу!
  
  Выбрал я сам себе борьбы дорогу.
  Не раз я испытывал жуткий страх.
  Однажды душа улетит моя к Богу,
  плоть опять превратится в прах.
  
  Злые ветры кусками неровными
  серое небо над Ленинградом рвут!
  Над золотыми куполами церковными
  кровавые тучи мрачно плывут.
  
  Средь гонений дождался я снова
  Святого Рождества Христова!
  От коммунистов беды как град!...
  Но Рождеству я душою очень рад!
  
  Христианами пост введён неспроста,
  в нём смысл очень глубокий есть!
  Против коммунизма бьюсь за Христа,
  за Святую Россию, за предков, за честь!
  
  Двадцать третье мая. 1976 год.
  160
  
  
  * * *
  
  Ты мне была небезразлична!
  
  Как не раз у нас уже бывало,
  то восхваляя меня, то браня,
  ты нагло смеялась, а то рыдала,
  себе пытаясь удержать меня!
  
  Своей слезой (такой горячей!)
  насквозь ты душу мне прожгла!
  Я был совсем словно незрячий,
  раз ты обмануть меня смогла.
  
  Твои глаза меня тревожили!
  О них я часто вспоминал...
  Они страдания мне множили!
  Но я тебя совсем не знал...
  
  Нахальна, дерзка, но мила́!
  Речь твоя вполне прилична.
  Тогда ты действительно была́
  мне далеко небезразлична!
  
  Все твои слова и изречения
  сияли ярко, словно фейерверк!
  Но разгадал я твои ухищрения,
  тогда потому я тебя и отверг.
  
  Я стоял посреди весёлой весны,
  посреди зимы оказался я вдруг.
  Улетело всё, словно ночные сны.
  Я остался один, - никого вокруг!
  
  Теперь храню твой образ суеверно,
  как некую память невозвратных лет.
  Сколько лет уже прошло!... Наверно,
  тебя в живых давным-давно уж нет...
  
  Двадцать девятое мая. 1976 год.
  161
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов мы на кол!
  
  Господь, нашей России помоги,
  не к коммунизму нам влечение.
  Даже иуды платят за свои долги,
  коммунисты-палачи исключение!
  Мы с коммунистами заклятые враги!
  Скоро кончится наше терпение!
  
  Коммунист никогда не заплатит!
  Он всё себя лишь всегда златит!
  Он лишь всё себе хапает, сука!...
  Он за Россию никогда не страдал,
  Всю Святую Россию он прода́л!...
  Нам всем за то наука. Всем наука!
  
  Но мы всё стерпим, не впервой!
  Пусть он Россией покуда правит!...
  Слышим тюремный собачий вой.
  Себя любить коммунист не заставит!
  
  Не хотим коммунизма власть,
  но она с дьяволом давно слила́сь!
  Все мы от этого лишь страдаем!...
  Порой не знаем даже, что к чему,
  за что должны мы умирать? Почему
  коммунистов не убиваем? Подыхаем!
  
  Россию много лет уже трясёт!
  Но только русских Бог спасёт,
  Россия русским всего дороже!
  Пройдёт в России произвол.
  Всех коммунистов мы на кол!...
  Всех КГБистов на кол тоже!
  
  Тридцать первое мая. 1976 год.
  
  
  162
  
  
  * * *
  
  Проститутки различных мастей.
  
  Проститутки различных мастей
  словно мёдом меня к себе ма́нят!
  Вихри буйные грешных страстей
  мой рассудок беспутный туманят!
  
  Табачный смрад завесой душной
  тебя и сцену плотно закрывал.
  Скрипки стон, смычку послушной,
  словно муки ада во мне вызывал!
  
  Вся ты радостью тёплой сияла
  под весёлым платочком цветным.
  Мои нежные чувства подмяла
  ты страшным жаргоном блатным!
  
  Тебе не подыскать себе дружка.
  Тебе ведь надо чтобы по колено...
  Те все, - члены твоего кружка.
  Все эти, - кружки моего члена.
  
  Ты сравнима лишь с бабой Ягой,
  ты ведь во всём такая неуклюжая.
  Но по ночам часто тебя утюжу я
  только потому, что нету другой.
  
  Как только напьёшься водки,
  становишься сразу так хороша!
  Всегда на тебе светлые колготки,
  но в грехах твоя тёмная душа!
  
  Твой крик среди драки шумной
  всех сразу в бегство обратил!
  Тебе, такой уж слишком умной,
  все обиды я давно простил.
  
  Первое июня. 1976 год.
  163
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-звери жестокие!
  
  Предатели России не нужны́,
  но исключения в этом бывают...
  Таланты каждому человеку даны́,
  их коммунисты в землю зарывают.
  
  Пусть пока я не круче всех,
  но на Парнас всё же влез и я!
  У коммунистов не вызовет смех
  моей мятежной души поэзия!
  
  В душе моей уже много лет,
  словно от Музы дерзкой привет,
  веселятся стихи, как дети малые!
  "С коммунистами дурака не валяй,
  по всем городам походи, погуляй,
  разомни свои мысли усталые!"
  
  Коммунистов-проклятых ложь
  нам вредна, как тифозная вошь!
  Душа моя в чистой правде моется!
  "Уже хватит листовки писать,
  давным-давно пора уже спать.
  Душа усталая пусть успокоится".
  
  В России очень надолго зависла
  коммунистов песня без смысла.
  Теперь все ночи и дни напролёт
  мне коммунизм покоя не даёт!
  
  Мои стихи в борьбе не одинокие.
  Живу, всех коммунистов кляня!
  Коммунисты-звери жестокие
  нещадно терзают Россию и меня!
  
  Третье июня. 1976 г.
  
  164
  
  
  * * *
  
  Не люблю, но говорю: "Люблю..."
  
  Тебя опять сегодня вспоминаю...
  Вспоминаю... Ну и что с того?
  На меня колдуешь... (Я же знаю.)
  Только у тебя не выйдет ничего.
  
  Ничего не будет между нами!
  От меня ничего хорошего не жди!
  Мы не повстречаемся ночами!
  Ничего не ждёт нас впереди...
  
  Между нами ничего не будет
  из того, чего желаешь ты!
  Охладеет сердце и забудет
  прошлого безумные мечты!
  
  Те мечты, что грели нас когда-то!...
  Те мечты, что нас бросали в дрожь!
  Всё былое нам теперь не свято.
  Всё былое нам теперь как ложь.
  
  Что мне делать, я и сам не знаю!
  Сердце моё тоски напитки пьёт.
  Часто, когда тебя вспоминаю,
  моя душа о прошлом слёзы льёт.
  
  Слёзы льёт душа моя, изнемогая!
  От страданий порой даже не сплю.
  Но со мной теперь уже другая,
  которую даже вовсе не люблю.
  
  Беззвучно вопль от боли испускаю!
  С нелюбимой только лишь тоску коплю.
  Вовсе не люблю. Но так её ласкаю!...
  Не люблю, но говорю: "Люблю..."
  
  Пятое июня. 1976 год.
  165
  
  
  * * *
  
  Оборвут коммунисты мой след...
  
  В России несчастье случилось,
  упорхнула от нас вдруг синица...
  Под крутую горку покатилась
  моя антисоветская колесница!
  
  После страшной этой драмы
  как под камнепадом стою!
  Злых несчастий килограммы
  с неба падают на голову мою!
  
  Моя кровь в огне и в перце,
  разбавляет её русский алкоголь.
  Я когда-то не чувствовал сердце,
  а сейчас в нём несносная боль!
  
  Живу то как дряхлый игумен,
  то вдруг как отважный герой,
  бываю порою словно безумен,
  очень мудрым бываю порой!
  
  Я ещё не старый, не ленивый,
  но даже думаю порою не спеша.
  День сегодня какой красивый,
  веселись, наслаждайся, душа!
  
  Но душа моя стала угрюма.
  Оборвут коммунисты мой след...
  Не услышу весёлого праздника шума,
  не увижу свободы чудный свет...
  
  Для многих я что-то стоил!
  В стихах для всех на прощание
  замок воздушный построил,
  написал на воде завещание.
  
  Седьмое июня. 1976 год.
  166
  
  
  * * *
  
  В стакан смотрю, тебя вспоминая...
  
  Я один! И мне никто не нужен!
  Я один! Тем теперь всё решено!
  На зонах я морозами простужен!
  А счастье мне по жизни не дано!
  
  Не дано мне счастье и не надо!
  Горе я познал своей спиной!
  Моё сердце даже тому радо,
  что фотография твоя со мной!
  
  На фото ты со мною рядом!
  На фото ты всегда со мной!
  Самым последним буду гадом,
  если познакомлюсь с иной!...
  
  Я отсидел!... Но только тебя нету...
  Я отсидел!... Ко мне ты не придёшь!
  Без тебя не рад я даже белому свету!
  Ты умерла... Но для меня то ложь!
  
  В кабаке себе заказываю столик,
  я, поседевший временем, брюнет.
  Для кого-то я, может, алкоголик,
  для всех от Бога русский я Поэт!
  
  Документы здесь никто не спросит,
  откуда, как и что за господин!...
  Пью со всеми, кто мне преподносит.
  Бывает даже выпиваю и один!...
  
  За тебя здесь водку пью, родная!
  Дело не в водке! Да и Бог бы с ней!
  В стакан смотрю, тебя вспоминая,
  от того мне только лишь больней!...
  
  Одиннадцатое июня. 1976 год.
  167
  
  
  * * *
  
  Пока жив хоть один коммунист!
  
  Пройти коммунизм-кровавое болото
  теперь не пожелаю не врагу, никому!
  Может быть хорошее было там что-то...
  Но только что? Никак ничего не пойму.
  
  Грешной душой за Россию страдая
  стойко переживу невзгоды все!...
  Россия для меня, снова молодая,
  скоро расцветёт во всей красе!
  
  Россия пока на пути не новом!
  Душою никак не могу принять
  то, что не вымолвить словом,
  мне рассудком чего не понять!
  
  Мои мятежные жёсткие строки
  всех коммунистов-палачей клянут!
  Мне от них столько много мороки!
  Из-за них иногда попадаю под суд.
  
  Отцвели уже очень давно
  хризантемы в русском саду...
  Диверсии, как навоз и говно,
  коммунистам-гадам кладу!
  
  В голове моей разная муть,
  но мысли словно пули свист!
  Никак не смогу спокойно уснуть,
  пока жив хоть один коммунист!
  
  Не хвастаю никому никогда,
  о диверсиях всегда везде молчу.
  От коммунистов нам злая беда!
  По-тихому коммунистов мочу!
  
  Тринадцатое июня. 1976 год.
  168
  
  
  * * *
  
  Мы столько ждали нашей встречи!
  
  Читаю то, что ты мне пишешь.
  Сердце аж сжимается, любя!
  Зову тебя, но ты не слышишь....
  Моя милашка, слышу я тебя!
  
  Лишь только звёзды и луна
  стали связью между нами.
  "Ты там один, я здесь одна."
  В душу вгрызается зубами!
  
  Моя мечта звездою высоко
  сияет мне, но так далече...
  Сейчас мне очень нелегко,
  но и тебе сейчас не легче.
  
  До тебя дойти пытаюсь!
  Хотя немного мы знакомы,
  душою к тебе прорываюсь
  через своей жизни буреломы!
  
  В душе желания как свечи!...
  Мысли сыплются дождём!
  Мы столько ждали нашей встречи!
  Ещё немного подождём.
  
  Мы с тобой будем до гроба!
  (Душу моя мечтою бередит...)
  Мы счастье выстрадали оба.
  И нас Господь вознаградит!
  
  Семнадцатое июня. 1976 год.
  169
  
  
  * * *
  
  Про коммунистов гадости...
  
  Сними все свои одежды
  в ужасный СССР входящий.
  Все оставь свои надежды,
  здесь ад жуткий настоящий!
  
  Русь люблю и проклинаю!
  Своей душой страдаю за неё!
  Что будет дальше, я не знаю,
  но в небе кружит вороньё...
  
  Я хотел бы жить в любви и ласке!
  Хотел бы я счастливым стать!
  Но это может быть лишь в сказке,
  можно об этом только мечтать.
  
  "Будет справедливость для всех!
  Счастье для человека каждого́!"
  Этот лозунг имеет большой успех,
  только ведь нету в жизни того!
  
  Про коммунистов гадости
  пишу уже не первый стих!
  Только нету никакой радости
  мне от моих стихов таких.
  
  В моей душе от горя колики,
  мысли бороться меня зовут!
  По всей России алкоголики
  рабской жизнью скорбно живут.
  
  Не живу, а лишь только маюсь
  потому, что своими стихами не лгу.
  Хотя вместе со всеми спиваюсь,
  но с коммунизмом бороться могу!
  
  Девятнадцатое июня. 1976 год.
  170
  
  
  * * *
  
  Не обещай любви мне вечно!
  
  Тебя я сердцем понять смог!
  Моя душа тебе очень рада,
  но потухший ссоры уголек,
  мне душу жжёт как пламя ада!
  
  Пишешь мне: "Будь спокоен!"
  Забыв про гордость и про стыд,
  тобой любовью к тебе я опоен,
  я ревностью уже по горло сыт!
  
  Но от тебя услышать сло́ва
  я рад! (Я разлюбить не смог!)
  Пишешь: "Полюби меня снова..."
  Словно я опять у твоих ног!
  
  Меня опять любовью мутишь!
  Ты предо мной словно мираж!
  Любого парня ты окрутишь!
  (Только окрутишь, но не дашь!)
  
  Опять с тобою дурью маюсь!
  Кру́гом от любви моя голова!
  Люблю тебя, лишь в этом каюсь!
  Тебе любовь как трын-трава!
  
  Любишь так тихо и беспечно...
  А я из-за тебя душой страдай!
  Не обещай любви мне вечно!
  (Для начала мне хоть дай!)
  
  Двадцать третье июня. 1976 год.
  171
  
  
  * * *
  
  Поэтам, коммунистами убитым!
  
  Мы не помним время детского,
  вместо него лишь кровавая тьма...
  Мы родились из болота советского,
  мы все из коммунизма-дерьма!
  
  От весенней синей прохлады
  на полях раскричались грачи.
  Коммунисты, проклятые гады,
  нам всем приказали: "Молчи!..."
  
  Поэтам, коммунистами убитым,
  они же теперь "славу" воздают.
  Нами никто не будет позабытым,
  хотя коммунисты многих убьют!
  
  Коммунистов, где можем, лупим!
  Коммунизм, это неслабый орех!...
  Мы за Россию все грехи искупим!
  Нам за Россию погибнуть не грех!
  
  Коммунистам доверия нашего нет!
  Вся Россия в коммунизма вранье!
  Я мужик русский, от Бога Поэт!
  Я мятежный русский шансонье!
  
  Объём души своей безмерный
  горячей любовью к России залью!
  Я, святой России ворон верный,
  коммунизм-падаль расклюю!
  
  Душу жжёт мне призывами месть!
  Со своей судьбой не смирюсь никак!
  Не продам свою дворянскую честь
  за коммунизма кровавый пятак!
  
  Двадцать девятое июня. 1976 год.
  172
  
  
  * * *
  
  О прошлой любви мечтаю!
  
  Я долго нянчился с тобой,
  тебя бросить духа не хватало.
  Для тебя я жертвовал собой,
  всегда тебе всё было мало!
  
  Я о тебе уже почти забыл.
  С другой пока я не связался.
  Я тебя даже вовсе не любил,
  я очень одиночества боялся.
  
  Когда я тебя всё же покинул,
  совсем ничем уже не дорожил,
  будто моё сердце кто-то вынул
  и в грудь мне камень положил.
  
  Я не позабыл ночи шальные!
  Я вспомнил тот наш сеновал,
  где уста твои медовые хмельные
  я до утра, безумный, целовал!
  
  Твои ослиные все тупости
  я за чувства любви принимал.
  Из-за тебя по своей глупости
  я всю судьбу свою переломал!
  
  Твои письма старые иногда читаю,
  слышу твои приворотные слова...
  Порой о прошлой любви мечтаю
  так, что крýгом идёт моя голова!
  
  Мне никогда тебя не позабыть.
  Теперь водку пью беспробудно!
  Хорошо совсем свободным быть!
  только очень-очень это трудно...
  
  Первое июля. 1976 год.
  173
  
  
  * * *
  
  С паденьем коммунизма мир придёт!
  
  Что ни день, то с коммунистами бой!
  Призовёт их Всевышний к ответу!
  Мы коммунизм все строим гурьбой,
  но от этого радости никакой нам нету.
  
  Мне часто с собою не справиться.
  Я перед Святою Россией в долгу.
  Очень многое мне не нравится,
  но всё по-своему изменить не могу.
  
  Хотят коммунисты, чтоб я умолк,
  чтоб перед ними пустил я слезу...
  Но я, России русский верный волк,
  коммунистам-палачам глотки грызу!
  
  Какая бы ко мне ни пришла Беда,
  хотя буду грешной душой уставшим,
  Россия, Бог и любовь не умрут никогда
  в моём сердце, за Россию страдавшем!
  
  Коммунистическому правительству
  Богом в аду приготовлен приют!
  Я давно специалист по вредительству,
  везде вредить буду, пока не убьют!
  
  Стальной коммунистический занаве́с
  от свободной Европы отделяет нас.
  Свет Свободы в России вдруг исчез...
  Но Господь не покинул грешных нас!
  
  В цивилизованной Европы объятья
  моя свободная святая Россия упадёт!
  Мы будем жить тогда как братья!
  С паденьем коммунизма мир придёт!
  
  Третье июля. 1976 год.
  174
  
  
  * * *
  
  Ты со мной встречалась не любя.
  
  Ко мне ты вышла на крыльцо
  той ночью тихою чудесной!
  Твоё при луне бледное лицо
  сияло прохладой небесной!
  
  Сердце от любви твоё не ныло.
  Ты со мной встречалась не любя.
  Вдалеке мне эхо повторило,
  что во тьме я слышал от тебя!
  
  Мою душу больше не тронь,
  хотя дни прошлые мне святы!
  Слишком дорого стоил огонь,
  что в поэта душе разожгла ты!
  
  В моей грешной жизни ты была́
  первой красавицей, без спора!
  Вдруг расцвела, вдруг отцвела
  в моей жизни ты как Мандрагора.
  
  Мне тебя никак не позабыть,
  чувства мои совсем не ерунда!
  Не прошу тебя меня любить,
  вспоминай меня хоть иногда.
  
  Я целовал твой нос, лоб, щёки,
  твои дерзкие очи, лживые уста!...
  Как теперь те дни уже далёки!...
  Без тебя мне жизнь совсем пуста́!
  
  Тогда не верил я твоим слезам,
  но это так давно уж позади....
  Буду верить твоим дерзким глазам,
  лишь ко мне, молю тебя, приди!
  
  Пятое июля. 1976 год.
  175
  
  
  * * *
  
  Среди коммунистов-подлецов!
  
  Измученным сердцем скучаю
  среди коммунистов-подлецов!
  В потоке лиц порой встречаю
  лица русских отважных борцов!
  
  В России я поэт пока незнаменитый,
  с коммунистами истерзанной судьбой.
  Санкт-Петербург, мечтам открытый,
  мне спокойно только лишь с тобой!
  
  Много горя я в жизни отведал
  в скитаниях по русским городам!
  Россию родную я не пре́дал,
  и в дальнейшем её не предам!
  
  Моя Россия, я ведь сын тебе,
  но ты мне матерью не стала.
  Бывало многое в моей судьбе:
  моя душа и пела, и страдала...
  
  Мечту столетий о свободе
  я воплотил в своих стихах!
  Их иногда читаю при народе,
  в сердце испытывая страх.
  
  Речей мятежные погасшие огни
  своим стихом повсюду раздуваю!
  Пусть в душах разгораются они!
  К борьбе за свободу призываю!
  
  Мои стихи мне как на раны соль!
  Пишу не для коммунистов сытых!
  В моих стихах звучит шальная боль
  всех жертв, коммунистами убитых!
  
  Седьмое июля. 1976 год.
  176
  
  
  * * *
  
  Нас любовь мотыльками носила!
  
  В душе зеркальность тихих вод
  давно мутными волнами покрыта.
  С тех пор прошёл уже который год,
  а в моём сердце любовь не забыта.
  
  Пишу одной тебе стихотворения,
  в них для любви такой простор!...
  Случайной встречи впечатления
  мне душу нежно греют до сих пор!
  
  Нахлобучив шляпу на лоб ниже,
  других прохожих толкая и грубя,
  я подошёл тогда к тебе поближе,
  чтобы всю рассмотреть я мог тебя.
  
  Среди дней тех, мне незабвенных,
  гулять не раз я приглашал тебя.
  Ты золота и камней драгоценных
  зачем-то много надевала на себя!
  
  Я с тобой бывал как в небесах!...
  Несла нас любви чудесная сила!
  Я мог бы в твоих утонуть трусах,
  ты, почему-то, трусы не носила.
  
  Я так любил тебе стихи читать!
  С того удовольствия ты получала!
  Только стал я о счастье мечтать,
  как беда в мою дверь постучала...
  
  Душу я пред тобой распростёр,
  нас любовь мотыльками носила!
  Ты мне душу зажгла как костёр,
  и сама тот костёр погасила.
  
  Одиннадцатое июля. 1976 год.
  177
  
  
  * * *
  
  Мою мать коммунисты на казнь увели.
  
  Я душой всегда голодный!
  В сердце моём огонь горит!
  Мне ветер с Запада свободный
  сознание надеждами бодрит!
  
  Много раз меня уже бранили!
  Судьба не раз мою душу трясла!
  Меня живого не раз хоронили,
  только Божья воля меня спасла!
  
  Вам сердца́ стихами не ласкáю.
  Палец в тихом раздумье не сосу.
  Свободу из плена стихом выпускаю!
  Свободы свет стихом до вас несу!
  
  Меня иногда посещают отчаяния,
  это, видно, совсем неспроста.
  Обетом мятежного молчания
  коммунистами мои закованы уста.
  
  Убиты коммунистами правые!...
  На их могилы со скорбью гляжу.
  Как вынес я муки кровавые
  всем теперь стихами расскажу.
  
  Перед весами беспристрастной Фемиды
  никогда ни в чём прощения не попрошу.
  Достали всех в России коммунисты-гниды!
  Но их, кровавых палачей, стихами крушу!
  
  Когда лежал я тихо в колыбели,
  мать коммунисты на казнь увели!...
  Коммунисты против русских озверели!
  В ад всех их надо гнать с лица Земли!
  
  Тринадцатое июля. 1976 год.
  178
  
  
  * * *
  
  До сих пор ту девочку люблю!
  
  Детство моё промчалось бесследно.
  Ещё в детстве я смог поэтом стать!
  Говорят, что будто мечтать вредно,
  но я решил о прошлом помечтать!
  
  Никогда своё детство не забуду!
  Я душу свою детством излечил.
  Я в детстве получал простуду,
  но и любовь я в детстве получил!
  
  Детство моё шло обыкновенно.
  В душе звенела радости струна!
  Музу и любовь одновременно
  мне подарила девочка одна!
  
  Только ей моя душа внимала!
  Только с ней я думал и мечтал!
  Подняв подол трусы она снимала,
  и я куда-то в небо улетал!...
  
  Это всё мне было вовсе не потеха.
  Горечь разлуки в душе терплю!
  Для любви ведь годы не помеха!
  До сих пор ту девочку люблю!
  
  Она смеялась весело и звонко!
  (А её бабушка глотала валидол).
  Всё бы отда́л за то, чтоб та девчонка
  опять сняла трусы и подняла подол!
  
  Семнадцатое июля. 1976 год.
  179
  
  
  * * *
  
  Здесь коммунисты русских жрут!
  
  Господи, какая там любовь,
  Господи, какие там приличия,
  когда с соплями лижем кровь
  со страшной манией величия?
  
  Представляют в чудном свете
  всё коммунисты и "врачи"!
  На самом деле люди эти
  кровавые России палачи!
  
  Во тьме ночной пламенеют
  чьи-то крылья в вышине.
  Коммунисты стервенеют:
  их души в адовом огне!
  
  Мчимся вперёд, а там стенка!...
  Там ужас коммунизма-застенка:
  страх и пытки всех русских ждут!
  Здесь коммунисты русских жрут!
  
  Ложью отравлены народы,
  пустыми взглядами глядят!
  Коммунисты-палачи-уроды
  подобных себе же плодят!
  
  Злоба в души к нам прорва́лась!
  Только мы уже смогли понять:
  власть коммунизма проворовалась,
  давно пора её на свободу менять!
  
  Много коммунистов-поросят,
  перед нами всюду голосят!
  Они вниманья у нас просят,
  в души нам дерьмом поносят!
  
  Девятнадцатое июля. 1976 год.
  180
  
  
  * * *
  
  "Стерпится-слюбится" В это не верь!
  
  Когда-то женщин я бросал,
  как будто вялые цветы,
  пока тебя не повстречал,
  пока моей не стала ты!
  
  Ничего тебе не запрещаю.
  Скажу даже более того:
  тебе вольности прощаю. -
  ты не прощаешь ничего!
  
  Уйду, тихонько помолясь,
  ты в тоске одна останешься.
  Ты любовь втоптала в грязь.
  Кому-то ты достанешься?...
  
  Мне надоела твоя ложь,
  покидаю твою крышу.
  Если меня ты позовёшь,
  то твой голос не услышу.
  
  Кому-то - вешняя вода,
  мне - ликующий апрель!
  Больше не согрею никогда
  твою холодную постель.
  
  Отведал я твоё причастье,
  мне его всю жизнь не забыть!
  Твоя любовь - моё несчастье!
  Иначе даже и не может быть.
  
  "Стерпится-слюбится". В это не верь!
  Всё это просто людское враньё!
  Жизнь без любви из одних потерь.
  Так береги как святыню её!
  
  Двадцать третье июля. 1976 год.
  181
  
  
  * * *
  
  Скоро ли коммунизму конец?
  
  Ночами в мозглую погоду
  люблю по городу бродить.
  Я готов пойти в огонь и в воду,
  чтоб коммунистам навредить!
  
  Призыв свободного набата
  из-за границы слышу я!
  Должна осыпаться когда-то
  с коммуниста-змеи чешуя!
  
  Рвутся яростные волны!
  Бьются с рёвом об утёс! -
  то стихи, проклятий пóлны,
  коммунистам я принёс!
  
  При скоплении народа
  открыто посмел я сказать,
  что до девяностого года
  коммунистам Русь терзать!
  
  Из коммунистов-обормотов
  уже давно никого не люблю!
  Среди коммунистов-идиотов
  свой талант в России гублю!
  
  Очень люблю свою семью
  любовью тихой беззаветною!
  Но в стороне от ней стою
  тенью никому незаметною!
  
  Тихо брожу по серой Неве
  с тяжкой думой в голове:
  Казнены мои дед и отец...
  Скоро ли коммунизму конец?
  
  Двадцать девятое июля. 1976 год.
  182
  
  
  * * *
  
  Отдастся! - этим и убьёт!
  
  Моя подружка, из Тобольска,
  всем в уши ласково поёт!
  Хитра она, как рыба скользка!
  Отдастся! - этим и убьёт!
  
  Ей чувства только лишь игра!
  Но в сексе она соображает!...
  Ей давно уже замуж пора, -
  собой мужчин всё обижает!
  
  Пишет, даже не краснея,
  о совокупности полов!...
  Душа аж сжалась, цепенея
  от её страшных, жутких слов!
  
  От слов её мой разум спятит!
  Моя душа от них словно горит!
  "Раз меня трахнул ты и хватит!" -
  мне ласково нахалка говорит!
  
  Меня сама же развратила,
  и от меня теперь в кусты!...
  Моя душа её простила,
  все мои помыслы чисты́!
  
  В сердце мне любовь вонзила
  так, что не вытащат врачи!
  Уж раз меня любовью заразила,
  давай, теперь меня сама лечи!
  
  Тридцать первое июля. 1976 год.
  183
  
  
  * * *
  
  Против коммунизма я в первом строю!
  
  Народ спивается, как сапожник!
  Против коммунизма стихами грешу.
  В церкви каюсь, грешный безбожник,
  в русском храме у Бога защиты прошу!
  
  Мне бы любви хотя бы хоть малость...
  Перед святою иконой скорбно стою.
  Покой, тишина и немая усталость
  навалились на грешную душу мою.
  
  Мои мысли... как в степи ковыль.
  Против коммунизма я в первом строю!
  Горькой памяти ядовитую пыль
  со скорбью тяжёлой душою пью.
  
  Всех русских призываю к мести!
  Антикоммунистам даю свой совет.
  Не может в русской душе быть чести,
  если в ней даже России и Бога нет!
  
  В мятежном сознании моём убогом
  очень много разных мыслей-грехов.
  Перед святой Россией и перед Богом
  душой и телом грешен я до потрохов!
  
  Мысли мятежные язвами жгучими
  насквозь моё сознание прожгли!
  Тяжкие грехи мои тёмными тучами
  мою душу мятежную заволокли.
  
  Пролегла моей жизни дорога
  среди мутной воды и тёмного огня.
  Не было бы моей России и Бога,
  не было бы тогда грешного меня!
  
  Первое августа. 1976 год.
  184
  
  
  * * *
  
  От той, сжигающей, любви!
  
  Мои чувства ключом били,
  пронзая моего сердца тишину!
  Женщины многие меня любили,
  но выбрал я из них тебя одну!
  
  Моё чувство так глубόко,
  что верен лишь тебе одной!
  Жизнь занесла меня далёко,
  но ты и здесь передо мной!
  
  Без меня ты там не скучай!
  Я сегодня пьяный в стельку!...
  Выпей на ночь кофе или чай
  и ложись тихо в постельку.
  
  Моя любимая поклонница
  ко мне сегодня не придёт.
  Вместо неё меня бессонница
  в холодной кровати ждёт.
  
  В душе моей надежды уголёк
  пока не гаснет до сих пор!
  День моего счастья недалёк!
  В душе моей поёт веселья хор!
  
  Неровны мои чувства как ухабы
  моей жизни строгой, непростой.
  Не цепляйтесь ко мне, бабы,
  я теперь ведь парень занятόй...
  
  Слепая ревность - злая мука
  огнём горит в моей крови!
  Не сможет спасти меня разлука
  от той, сжигающей, любви!
  
  Третье августа. 1976 год.
  185
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских поэтов убивают!
  
  С коммунизмом борюсь я с детства!
  Корабль коммунизма сядет на мель!
  Неверно людьми выбранные средства
  жестоко искажают выбранную цель!
  
  Наши плоти полны коммунизма отравы,
  наши души сожрал коммунист-зверь!
  Не знаем: пра́вы мы, или не пра́вы?...
  Правды не знали, не знаем даже теперь.
  
  Выходные у коммунистов не бывают
  между их страшных кровавых дел!
  Коммунисты русских поэтов убивают!
  Коммунисты всюду творят беспредел!
  
  С коммунистами к бездне несёмся!
  Коммунистические песни поём!...
  Хватит пить, а то совсем сопьёмся!
  Хватит колоться, а то все скоро умрём!
  
  Всё в России далеко не прекрасно.
  Не смеем веселиться и плясать.
  Жить в России до сих пор опасно!
  Мне опасно в ней стихи писать...
  
  Русский Поэт, известный за рубежом,
  из-за коммунистов-палачей-жулья
  скитается по своей России БОМЖом,
  нигде не имея себе тёплого жилья.
  
  Коммунисты убить всех могут,
  только Православие им не убить!
  России Небесные силы помогут
  коммунистов-людоедов громить!
  
  Пятое августа. 1976 год.
  186
  
  
  * * *
  
  Всё равно тебя люблю!
  
  Я тебя встретил зимою снежной
  с душой холодной, как глыба льда.
  Ты была со мной такою нежной,
  ты моё сердце отогрела тогда.
  
  Моя душа к тебе стремилась,
  я отдал чувства тебе все! -
  Пропало всё! И обнажилась
  вся жизнь в уродливой красе.
  
  От тебя уходить хотел я не раз.
  Решил я так вовсе не со зла.
  Свет в любимых глазах угас,
  из души любовь куда-то ушла.
  
  Нет замков на этой дверце,
  что душою вечной назвалáсь.
  Очень плохо, если в сердце
  вдруг злая льдинка завелась.
  
  Где же чувства пропавшие?
  Где же все мечты голубые?
  Мы друг от друга уставшие,
  мы друг на друга очень злые.
  
  Все обиды все тебе прощаю,
  что мне наносишь, не любя.
  Зато ночами "просвещаю"
  непросвещённую тебя.
  
  Скажу тебе тут раз не первый,
  что жизнь свою с тобой гублю.
  Стала ты такою злою стервой!...
  Но всё равно тебя очень люблю!
  
  Седьмое августа. 1976 год.
  187
  
  
  * * *
  
  Коммунисты пытают нас с тобой!
  
  Душа иной девицы некрасивой
  красивее всех наших грязных душ!
  Сравнима лишь с плакучей ивой,
  играют ей тихо ангелы туш!
  
  Как люблю я глазки эти!
  Я при них душой смелей.
  Нету на всём белом свете
  мне их дороже и милей!
  
  Звёзды твоих синих глаз
  мне небосвод напоминают!
  В этот вечерний светлый час
  с души сомненья прогоняют!
  
  Моё сердце с тобой поёт!
  С тобою я словно новый!...
  Любимое платье лёгкое твоё
  словно цвет вишнёвый!
  
  Не дарил я ещё тебе цветы.
  (Хотя женщины им рады.)
  Но не раз уже слышала ты,
  как пою для тебя серенады!
  
  Всё отдаю для искусства!
  В этот судьбоносный час
  связали нас не узы чувства,
  а беды лишь сроднили нас!
  
  Страшными долгими ночами
  коммунисты пытают нас с тобой!
  Убито наше счастье палачами!
  Наша жизнь загублена судьбой.
  
  Одиннадцатое августа. 1976 год.
  188
  
  
  * * *
  
  Вместо твоей ко мне любви!
  
  Патрон единственный в стволе...
  Сердце моё с горечи заныло!
  Была бы водка на моём столе,
  мне бы намного легче было!
  
  Я тобой брошен, одинок...
  Вдруг угас огонь в моей крови.
  Один патрон сберечь я смог,
  вместо твоей ко мне любви!
  
  Мне водку пить бы, всех любя,
  но и того теперь уж не могу!
  Одни патрон... Но не для тебя,
  его давно для себя берегу...
  
  Да, я бессовестный скотина,
  перед тобою в большом долгу!
  Вернись ко мне, прошу, Ирина!
  Без тебя жить больше не могу!
  
  Без тебя одиночество терплю!
  Но непокорен я своей судьбе!
  Говорил тебе, что не люблю...
  Этим я, лишь только, врал тебе!
  
  Портрет твой вижу на стене!
  Ты с него тоску мне множишь!
  Очень сейчас нужна ты мне!
  Вернёшься, мне поможешь!
  
  На тебя уже давно не злюсь.
  Не предаюсь злому суеверью.
  Не вернёшься, - застрелюсь
  у тебя прямо перед дверью!
  
  Тринадцатое августа. 1976 год.
  189
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-кровавые суки!
  
  За всю Россию всем вам не отвечу,
  но своё веское слово всё же скажу:
  С коммунистом случайною встречу
  я предпочёл бы бандитскому ножу!
  
  Иду... Надо мной звездопады...
  А тут вокруг коммунизма террор!
  Коммунисты-палачи пустили, гады,
  России Божьи храмы под топор!
  
  Коммунисты-кровавые-суки!
  (Может быть перед Болом грешу...)
  Мне коммунисты не свяжут руки, -
  против них стихи мятежные пишу!
  
  Я в Россию хотел бы влюбиться,
  но в ней жизнь - коммунизм-говно!
  Русским порой помогает забыться
  от коммунистического быта вино.
  
  Через бутылку глядим, улыбаемся...
  Через бутылку нам розовый свет...
  Из-за́ коммунистов-палачей спиваемся!
  От коммунистов русским жизни нет!
  
  Коммунисты давно в меня целят!
  Я их пытки и тюрьмы прошёл...
  Если мне они сердце прострелят,
  скажу только лишь: "Хорошо..."
  
  Я русский мятежный поэт удалец!
  Не придётся мне вас убеждать,
  что коммунизму скоро конец!
  Но только надо ещё подождать.
  
  Семнадцатое августа. 1976 год.
  190
  
  
  * * *
  
  Любимая, без тебя страдаю!...
  
  Я Русский Поэт, но этого мне мало!
  Об одной тебе все мои строки и мечты!
  Моё творчество так ярко б не сияло,
  если б в моей судьбе не оказалась ты!
  
  Вспомню тебя, - во мне вскипает кровь!
  Другой, лучше тебя, мне не было и нет!
  Ты лишь одна моя Муза и моя любовь!
  Только для тебя одной живу, как Поэт!
  
  Одну тебя я полюбить лишь смог!
  Горечь любви пью душой до дна!
  Ради тебя всю свою жизнь я одинок.
  В моей душе лишь только ты одна!
  
  Что ещё могу сказать, добавить
  о моей, любовью сгубленной судьбе?
  Тебя стихами мог бы я прославить,
  но только это надо ли самой тебе?
  
  Милашка, стала ты моей мечтою!
  Ко мне являешься по ночам во сне.
  Быть может, я совсем тебя не стою?
  Быть может, ты не то, что надо мне?
  
  Писать стишки даром обладаю.
  Но стоит ли мне этим дорожить?
  Любимая, так без тебя страдаю!...
  Мне без тебя не хочется и жить!
  
  Девятнадцатое августа. 1976 год.
  191
  
  
  * * *
  
  В коммунизма страшных коридорах!
  
  Этот крик был печален и долог,
  он мне душу тоскою пронзил.
  Словно старый военный осколок
  остриё в моё сердце вонзил!
  
  Сердце в бесконечных спорах
  своего счастья так и не добилось.
  В коммунизма страшных коридорах
  моё счастье где-то заблудилось!
  
  Фортуна во сне мне явилась,
  открыла мне таинственный путь.
  В восторге душа прослезилась,
  я от счастья не в силах уснуть!
  
  Над могильным курганом светит
  бледный скорбный месяц молодой.
  Только он никому никогда не ответит,
  когда покончим с коммунизмом-бедой.
  
  Путь до счастья не просто один шаг!
  Только вот толку мне что с того?
  Коммунисты-палачи не дают никак
  мне, мятежному поэту, прошагать его!
  
  Очень часто, того не желая, замечаю
  сзади за собою недобрый взгляд.
  Коммунистам на зло злом отвечаю,
  остальным делать добро я очень рад!
  
  С детства верю в Христа и Бога свято!
  Верю, что у России счастье впереди!
  Всё то, мне мечталось о чём когда-то,
  всё бесследно пропало где-то позади!
  
  Двадцать третье августа. 1976 год.
  192
  
  
  * * *
  
  К тебе когда-нибудь вернусь.
  
  Вновь сведены мы дерзкою судьбою!
  Ты мне любовь и Муза, и мечта!...
  Но только я всю жизнь не с тобою.
  Вся моя жизнь - в кошмаре суета!
  
  Наша встреча, это просто чудо!
  Ты моя с детства Муза и любовь!
  Хорошо с тобой и мне с тобою худо.
  С тобою умираю и воскресаю вновь!
  
  Господи, что же со мной такое?...
  Взор мне застилает розовый туман!
  Моё дерзкое сердце снова не в покое,
  а на душе моей открылось много ран!
  
  Сердце ликует в страсти неуёмной!
  Мысли грешные в сознание мне льют!
  Но в душе моей грешной и тёмной
  картины прошлого, как палачи, встают!
  
  От прошлого мне никуда не деться!
  Всё вспомнил, словно в страшном сне!
  Смотрю!... Мне на тебя не наглядеться!
  Но почему сейчас так очень плохо мне?
  
  Прости меня, пожалуйста, прости!
  Прости за то, что разлюбить не смог!
  Мне от тебя сегодня лучше бы уйти,
  а то издохну ведь у твоих чудных ног!
  
  Судьбу свою хвалю и проклинаю,
  но изменить её даже не стремлюсь.
  Всё, ухожу, но только точно знаю,
  что к тебе когда-нибудь вернусь.
  
  Двадцать девятое августа. 1976 год.
  193
  
  
  * * *
  
  Коммунистам стихи мои мешают!
  
  Мне Талант мятежный Богом дан,
  рифма, как кровь, с сердца бежит!
  Каждый стих душою выстрада́н,
  каждый мой стих мною пережит!
  
  Я выбрал дорогу неровную,
  но никогда не сверну с ней!
  Всегда мою комнату скромную
  освещает свет Музы моей!
  
  Мои стихи меня не украшают,
  но мне их не прогнать, не забыть!
  Коммунистам стихи мои мешают!
  Остальным помогают они жить!
  
  За стихи с усердием я взялся!
  За то, что с мятежною Музою дружу,
  в свежих росах до зари валялся,
  теперь на нарах тюремных лежу...
  
  Порою меня мучают сомнения:
  "России моя поэзия нужна́?"
  Душа, оставь свои смятения,
  ведь ты же мне Богом дана́!
  
  Законы своей Музы не нарушу,
  их прилежно изучил я не верхами.
  Проза, прошедшая сквозь душу,
  становится мятежными стихами!
  
  Они звучат довольно странно,
  (Вы не привыкли к ним пока),
  мятежные стихи поэта хулигана!
  Стихи русского поэта-мужика!
  
  Тридцать первое августа. 1976 год.
  194
  
  
  * * *
  
  Стихами о любви кричу!
  
  Никак ни вспомнить, ни забыть
  мне образы, что в памяти встают!
  Порою мне так хочется любить!...
  Но памяти измен того мне не дают.
  
  Всех своих подруг я давно позабыл,
  теперь уже не вспомнить их никак.
  Даже не верю, что кого-то я любил...
  но только выходит, что всё это так.
  
  Мне так давно и очень надоело
  с ветряными мельницами биться!
  Утомились мои сердце и тело...
  мне пора бы в кого-то влюбиться!
  
  О любви стихи писать мечтаю!
  В сердце любить желанием горю!
  Музе своей во сне стихи читаю!
  Часто во сне с Венерой говорю!
  
  Сердце моё волнуется слегка,
  его страданьями рифмы нагрузили!
  Но только стрелы Купидона пока
  любовью сердце мне не поразили.
  
  Стихами о будущей любви кричу!
  Со мною часто такое случается,
  что очень хочу любить, кого хочу,
  но у меня пока всё не получается.
  
  Давно душа моя желанием болит!
  Только я до сих пор всё ещё один.
  Так моё сердце любовью горит!...
  Уже надо звонить "ноль-один"!...
  
  Первое сентября. 1976 год.
  195
  
  
  * * *
  
  Коммунизма тёмный злой народ.
  
  Бултыхаемся, как в воде мутной.
  Нам невиден Свободы рассвет!
  Без борьбы в этой жизни беспутной
  совсем ничего, кроме горечи, нет!
  
  Кто погибель народу пророчит,
  тот не выстроит пламенный мост!
  Кто не боится коммунизма-ночи,
  видит Свободу в мерцании звёзд!
  
  За Свободу не грех и подсесть!
  Уж лучше, чем пьянка, гульба...
  Просвещает моё сознание месть,
  мою душу греет святая борьба!
  
  Наша жизнь никчёмна и пуста,
  жалкое нищенское существование!
  Страхом сомкнуты русских уста!
  От страха тускнеет наше сознание!
  
  Коммунизма тёмный злой народ,
  Голосует он только лишь "за".
  Гнётом коммунизма зажат его рот,
  страхом кровавым закрыты глаза!
  
  В исполнение кровавых идей
  держат русских у тюремных дверей!
  Когда-то весёлых русских людей,
  превратили коммунисты в зверей!
  
  Все Заветы Господни оболганы!
  Ценней чести стала у нас клевета!
  Коммунистов терпим долго мы,
  только ведь будет когда-то черта!
  
  Третье сентября. 1976 год.
  196
  
  
  * * *
  
  Ты - погибель для мужчин!
  
  Святая ты или ты грешница?...
  Ты мне такое пишешь почему?
  Колдунья ты или чудесница?
  пока никак тебя и не пойму.
  
  Просишь: "Полежи со мной",
  меня совсем не зная, но любя.
  Может откажется кто-то иной,
  а я всегда готов, хоть под тебя!
  
  С тобой не только полежу!...
  Тебе всё сделаю, что хочешь!
  Где хочешь поглажу, полижу!
  Меня своим соком измочишь!
  
  Говоришь: "Сердце нетрожь!"
  Не надо слов! - тебя прошу!
  В тебя воткну любви свой нож!
  Чувства в тебе распотрошу!
  
  Ты до безумия вся страстна!
  Своею красотою ты страшна́!
  Для мужчин ты так опасна!...
  Только ты мне такая нужна!
  
  Ты как Венера вся прекрасна!
  В лице ни складок, ни морщин!
  Красота твоя просто ужасна!...
  Ты, - погибель для мужчин!
  
  Давай, ложись! Не надо слов,
  раз суждено уж так судьбою!
  Издохнуть я давно уже готов
  хоть на тебе, хоть под тобою!
  
  Пятое сентября. 1976 год.
  197
  
  
  * * *
  
  Меня коммунисты осуждают.
  
  Хожу безвестный по свету.
  коммунистов обхожу мимо.
  Слава мне, русскому поэту,
  как злая кабала невыносима!
  
  Свой путь своими стихами ме́чу,
  объяснять ничего никому не хочу.
  Если спросят, может быть, отвечу.
  Если не спросят, просто промолчу.
  
  Незаметно брожу России городами,
  (пока нигде пристанища мне нет),
  я, потрёпанный жестокими годами,
  но молодой, в душе, русский поэт.
  
  Моё в том лишь только достижение,
  что всю жизнь живу словно в тени.
  Мои стихи пришли в движение,
  и вот уже в России звучат они!
  
  Стих мой, кровью окроплённый,
  дерзко разносится в русской тиши.
  Как для босого камень дроблёный,
  так рифмы для моей грешной души.
  
  Где я мог всегда был честным!
  Могу лишь правдой дорожить!
  Очень боюсь быть известным,
  в России славу мне не пережить.
  
  Те, кто меня совсем не знают,
  кричат повсюду: "Он всё врёт!..."
  Меня коммунисты осуждают,
  должно быть зависть их берёт!
  
  Седьмое сентября. 1976 год.
  198
  
  
  * * *
  
  Не буду с тобой мириться!
  
  Когда тебе вернуть кольцо?
  Можно завтра иль сегодня?
  Другое, более милое, лицо
  мне подобрала уже сводня!
  
  Как смогла ты в крайность впасть?
  Находишься словно в каком-то сне!
  Говоришь, что забрала меня часть.
  Если ты про пенис, то он при мне!
  
  Ты у гадалки уже не раз бывала.
  Я к такому обращенью не привык!
  Гадалке темной ты давала?...
  Она ж ведь баба, не мужик!
  
  Все верну тебе по пунктам точно,
  но не скажу слов любви в ответ.
  Требуешь, чтобы я явился срочно?
  Сейчас, как будто дел у меня нет!
  
  Ты думала, что буду долго злиться,
  только разве я к этому стремлюсь?
  Никогда не буду с тобою мириться,
  хотя никогда на тебя не разозлюсь.
  
  Что ты такое мне бормочешь?
  Только мне мозги словами не правь!
  Отдайся когда и кому захочешь,
  только меня, пожалуйста, оставь!
  
  Одиннадцатое сентября. 1976 год.
  199
  
  
  * * *
  
  Коммунистов стихами обижу.
  
  На берегах глубокого залива
  стихи читаю день-деньской!
  Звучат они в волнах прилива,
  когда бушует Царь морской!
  
  Олимпа пламенем свободным
  мятежные стихи в душе горят!
  Тем, кто душою стал голодным,
  мои стихи о многом говорят!
  
  Чтобы понять язык людей,
  их слушать надо научиться.
  Поэт, он словно чародей,
  рифмой вглубь души стремится!
  
  Стихи, как прошлогодний снег:
  только что были, - их уж нету!
  Моему мятежному стиху разбег
  даёт моя душа порывом к свету!
  
  Наша жизнь лишь мгновение,
  но все мечтаем вечно жить.
  Напишу это стихотворение,
  но им не буду дорожить.
  
  Говорить много не буду тут,
  в грехах своих тяжких каясь.
  В России так поэты и живут,
  с хлеба на квас перебиваясь.
  
  Мечты несбыточный мираж
  грешной душою частенько вижу.
  Книг моих маленький тираж,
  но коммунистов ими обижу.
  
  Тринадцатое сентября. 1976 год.
  200
  
  
  * * *
  
  Твоя писька... Я поклонник ей!
  
  Сегодня я расслабился слегка.
  Кажется, что я умом рехнулся.
  Мог бы сегодня съесть я и быка,
  но чем-то вдруг я поперхнулся.
  
  Выпил, закусил, червяка заморил...
  Перед зеркалом стою, такой франт!
  С кем-то по телефону я поговорил...
  И посмотрел с чего-то на сервант...
  
  Там, на серванте, лежит что-то...
  Наверно, это женский твой приём.
  Там это твоё разорванное фото...
  Ты совсем страстно голая на нём!
  
  Ты совсем голая!... А я во фраке.
  Сразу я вспомнил наши все дела!
  Так бы и дал тебе по голой сраке,
  если бы рядом ты со мной была!
  
  Погорячился, вовсе не по сраке,
  по попочке лизнул бы я твоей!
  Между нами нету места драке.
  Твоя писька... Я поклонник ей!
  
  Поклонник ей! Её так обожаю!...
  С ней похоти сближают нас!
  Приди, тебя уж так поублажаю!...
  Кончишь за ночь семнадцать раз!
  
  Семнадцатое сентября. 1976 год.
  201
  
  
  * * *
  
  Коммунистов проклиная!
  
  Опять стою у стойки бара,
  словно бессменный часовой.
  От коммунистического угара
  давно своей рискую головой!
  
  Коммунистов стихами проклиная
  я сам на себя навёл ужасную грозу!
  Нежный голос скрипки, замирая,
  гонит из глаз моих горючую слезу.
  
  Живу как все, мучаясь, страдая...
  Влачу страшные годы как-нибудь.
  Тюрьму советскую снова покидая
  ухожу в далёкий и опасный путь.
  
  Надоело мне жить жизнью такой!
  За клином стремлюсь журавлиным!
  Откажусь от того, что уносит покой.
  С одним Богом останусь Единым.
  
  В неуверенном зыбком рассвете
  тени призраков бродят ночных.
  Людей много я видел на свете
  от бомжей до русских блатных.
  
  Мои годы стрелой пролетели.
  Я теперь совсем почти старик.
  Привык я к холодной постели,
  давно к опасной жизни привык.
  
  Честно признаюсь вам, друзья,
  что свои локти не однажды кусал!
  Мятежные стихи сам сочинил я,
  Сам все свои книги написал.
  
  Девятнадцатое сентября. 1976 год.
  202
  
  
  * * *
  
  Встреча с моею Музой и любовью.
  
  Судьба опять ведёт меня по кругу
  через тоску, невзгоды и враньё.
  Сегодня встретил я свою подругу,
  двадцать три года не был у неё...
  
  На её глядя свою жизнь вспоминаю.
  С тихой болью в душе на неё смотрю.
  Что ей сказать? Даже и сам не знаю.
  Но через силу ей что-то говорю...
  
  Что говорю и сам того не понимаю.
  Слова сейчас, наверно, ни к чему.
  Её словам душою, вроде бы, внимаю,
  только слов её никак тут не пойму...
  
  Сейчас словами стоит ли сорить?
  Словно в розовом тумане моя голова!
  Память мешает мне с ней говорить,
  мои чувства заглушают все её слова.
  
  В памяти былое годами не стереть.
  Жестоко душу память мне карает!
  Сейчас у её ног готов я умереть!...
  Сердце то бьётся, то вдруг замирает.
  
  Она сидит передо мной в тиши,
  мне на слова чего-то отвечает...
  Слёзы кровавые текут с моей души,
  но слёз моих она не замечает.
  
  Душа моя вся истекает кровью!
  В волнении сижу, прошлое кляня!
  Встреча с моею Музой и любовью
  в пропасть памяти сбросила меня.
  
  Двадцать третье сентября. 1976 год.
  203
  
  
  * * *
  
  От коммунистов-палачей!
  
  Мятежные стихи пишу запоем
  против коммунизма много лет!
  При коммунистах я стал изгоем,
  хоть я только лишь русский поэт.
  
  Свой взгляд на разные предметы
  я с тяжёлого детства раннего имел,
  не верю ни в какие разные приметы,
  коммунистов боюсь, но всегда смел!
  
  Я душою с миром уединения искал,
  от гонения коммунистов спасался.
  Я в прохладных щелях северных скал
  от коммунистов-палачей скрывался!
  
  Сонный залив в оправе серых скал
  тихо дышит смиреньем и покоем.
  Когда-то тоже здесь я покой искал,
  отсюда взят был тогда под конвоем.
  
  Я побежал, услышал выстрел позади!
  Вдруг что-то горячее в моей груди
  меня, совсем замёрзшего, согрело,
  сразу как-то вдруг обмякло моё тело....
  
  Долго я во рву могильном валялся
  умирая, с окровавленным виском.
  "Если выживу, тогда я поклялся,
  Россию обойду всю босиком!"
  
  Тогда я выжил, мне Господь помог!
   Коммунизм переживаю как простуду!
  Стихами вспомнить очень много б мог,
  но только делать этого пока не буду.
  
  Двадцать девятое сентября. 1976 год.
  204
  
  
  * * *
  
  В детстве я любовь и Музу приобрёл!
  
  Хоть в детстве я и не был как орёл,
  но моё сердце риску всегда было радо!
  В детстве я любовь и Музу приобрёл!
  А большего русскому поэту и не надо.
  
  Со своей Музой часто я встречался,
  с нею в её доме в детстве пил и ел...
  Когда я со своей Музою расстался,
  тогда я на всю жизнь тоскою заболел.
  
  "Как-то живёт она там без меня?"
  Но где была она тогда я и не знал.
  В моей жизни не было ни единого дня,
  чтоб Музу я в душе не вспоминал.
  
  Через семь лет встретились мы снова.
  Уже тогда я был безрассудно смел!
  Она была со мной на многое готова...
  Я ничего с ней сделать не посмел.
  
  Не думаю, что она с того страдала,
  ведь её чувства легки, как балет...
  Тогда опять судьба нас раскидала.
  Встретились мы через тридцать лет.
  
  Вот и опять мы сведены судьбою.
  Но стоит ли всё снова начинать?
  Свою любовь и Музу пред собою
  вижу, но не могу никак её узнать.
  
  Милая, вот в жизни как бывает...
  Не поможет мне никто, ничто...
  Тебя поэт стихами воспевает,
  ты свою жизнь губишь ни за что.
  
  Первое октября. 1976 год.
  205
  
  
  * * *
  
  Гумилёв коммунистами-палачами казнён.
  
  Ты стихами защищал страну
  от коммунистов много лет!
  Ты в такую прыгнул глубину,
  с какой и возврата даже нет!
  
  Ты не проснёшься с того сна.
  Твой сон сладок, словно мёд.
  Глубокая Вселенной тишина
  за тобой всех нас к себе зовёт.
  
  Среди той холодной тишины,
  (когда-нибудь в ней тоже буду я)
  ты будешь вечно видеть свои сны
  за гранью нашего шального бытия.
  
  Днём и ночью смерть бродит
  между нами нищенкой босо́й.
  Не ждёшь её, но она приходит
  с острой окровавленной косой!
  
  Приходит гостья в чёрном платье
  с тупой кровавой страшною косой!
  Всех людей страшит её рукопожатье
  за жизни тёмной страшной полосой!
  
  Когда к нам вдруг является беда,
  её так просто не отведёшь словами!
  Наши любимые уходят навсегда,
  но души их всегда живут меж нами!
  
  Гумилёв коммунистами-палачами казнён,
  не пропадёт память о нём с годами.
  Жертв коммунизма много миллионов имён!
  Гумилёв тоже среди них, он между нами!
  
  Третье октября. 1976 год.
  206
  
  
  * * *
  
  Вернись, любимая, вернись!
  
  Ты мне сказала резко: "Ухожу!"
  Ничего я даже не успел понять!...
  Милашка, откровенно тебе скажу:
  ни в чём тебя не буду обвинять!
  
  Тебя одну в мыслях обнимаю,
  свою любовь к тебе одной храня!
  До сих пор никак не понимаю,
  за что тогда ты бросила меня?
  
  Была же любовь между нами!
  От меня твой уход, он так нелеп...
  То грозна была ты, как цунами,
  то тиха, как тихой ночью склеп.
  
  Пойти к тебе теперь уже не смею,
  хотя душа моя ещё в любви огне!
  Жестокой непонятностью своею
  ты уже всю душу измотала мне!
  
  Или ты мне голову морочишь?
  Любовь проверить хочешь ты?
  Скажи мне прямо, чего хочешь,
  тогда сбудутся все твои мечты!
  
  Моя распрекрасная милашка,
  что вытворяешь мне? Очнись!
  Мне без тебя сейчас так тяжко...
  Вернись, любимая, вернись!...
  
  Пятое октября. 1976 год.
  207
  
  
  * * *
  
  При коммунистах нету воли!
  
  Тяжёлой грудью парохода
  расколот старенький причал.
  Была очень тоскливая погода,
  так Магадан меня встречал.
  
  Сжимается сердце до боли!...
  Не скоро эта боль пройдёт.
  При коммунизме нету воли!
  Воля теперь на Западе живёт.
  
  Все леса, озёра, реки и поля...
  пришли в России в запустение.
  Совсем осиротела русская земля,
  даже птиц не слышно пение.
  
  В серых избах русских деревень
  люди тёмные забитые живут.
  Словно страшной смерти тень
  над Русью облака кровавые плывут.
  
  Память веков, России славу...
  всё коммунисты-палачи отмели,
  опозорили Великую Державу,
  опоганить всю Россию смогли!
  
  Коммунизма временем суровым
  много безвинных русских убито зря!
  Рдеет на Западе пламенем багровым
  нашей святой свободы чудная заря!
  
  Для коммунистов светлая Свобода
  страшнее, даже чем тёмная тюрьма!
  Туда Россия идёт, не зная брода,
  где навечно сгинет ложь и тьма!
  
  Седьмое октября. 1976 год.
  208
  
  
  * * *
  
  Будешь любима не мной, а другим!
  
  Мне тебя никогда не забыть...
  Но такие, как я, только губят.
  Уже устала ты меня любить,
  таких, как я, совсем не любят.
  
  Такие, как я, холодны и спокойны,
  их чувства не волнуют никакие,
  Такие, как я, любви не достойны.
  Любят одну лишь свободу такие.
  
  Напрасно ты всё не позабыла.
  О прошлом теперь не скорби.
  Ты напрасно меня полюбила.
  Меня, умоляю, забудь, не люби!
  
  Моя душа как холодная льдинка.
  Самому мне обидно, что это так.
  Ты вся просто как чудо-картинка!
  Я очень грубый и дерзкий дурак.
  
  По прошлому в мыслях скользя
  со временем станешь спокойней.
  Так жить дальше больше нельзя!
  Найди себе парня достойней.
  
  Больше нечего в прошлом копать.
  Станет другой для тебя дорогим.
  С ним будешь в любви утопать.
  Будешь любима не мной, а другим.
  
  Одиннадцатое октября. 1976 год.
  209
  
  
  * * *
  
  Не продал я коммунистам свою честь!
  
  Не продал я коммунистам свою честь!
  Стремлюсь к свободе долгожданной!
  Жизнь люблю такой, какая она есть!
  Доволен я судьбой, мне Богом данной!
  
  Много прошёл я тюрем-отстойников,
  где били меня коммунисты под дых.
  Ленинград, это злой город покойников!
  Санкт-Петербург славный город живых!
  
  Честью и клятвою с Богом я связан!
  Жизнь не раз меня в пропасть бросает.
  Смерти я больше чем жизни обязан.
  Смерть меня, как ни странно, спасает.
  
  Мне никуда от прошлого не деться.
  Горя много мне пришлось познать.
  Мне пришлось много натерпеться...
  Коммунистов стал я проклинать!
  
  Русские, нас, как осенние листья,
  гонит куда-то злой ветер судьбы.
  Если бы мог я, взял бы кисть я,
  нарисовал советских виселиц столбы.
  
  Среди коммунизма будней лихих
  страдали не раз мои душа плоть!
  Не люблю коммунистов-плохих!...
  Остальных, - как завещал Господь!
  
  Со страшных сталинских времён,
  антикоммунистическим поэтом слыву.
  Поменял я очень много кличек и имён.
  До сих пор под чужим именем живу.
  
  Тринадцатое октября. 1976 год.
  210
  
  
  * * *
  
  Казни меня! (Но перед этим дай!)
  
  Может быть очень заблуждаюсь
  в наивном убеждении своём.
  В словах утешения не нуждаюсь,
  нуждаюсь очень лишь в теле твоём!
  
  Мне пишешь так отчаянно и смело!
  Читать умею лишь только по слогам.
  Мне хочется лишь только твоё тело,
  за него тебе свою грешную душу дам!
  
  Всех, что были до тебя, вспоминаю...
  Всех их в своей мутной памяти коплю.
  Люблю-ли тебя? Пока ещё и не знаю.
  Но, мне кажется, очень тебя люблю!
  
  Из всех тебя я только смог отметить!
  Но даже сам не понимаю, почему?...
  Сможешь на мою любовь ответить?
  Не сможешь, не дурак, тебя пойму.
  
  Не буду из-за тебя пороть горячку,
  в душе ревность жуткую храня.
  У тебя мозги словно в раскорячку.
  (Точно так же, как у самого меня!)
  
  Тебе же все желанья по плечу!
  Мне и приказала ты: "Страдай!"
  Сам иду к тебе, словно к палачу!
  Казни меня! (Но перед этим дай!)
  
  Семнадцатое октября. 1976 год.
  211
  
  
  * * *
  
  О жертвах коммунизма скорбя...
  
  Ещё я далеко не пенсионер,
  но новую жизнь начинаю.
  С кого в жизни брать пример
  всё до сих пор пока не знаю.
  
  Всегда я в думах и мечтах!
  Всегда душе моей покоя нет!
  Хотя порой наводит страх
  всей моей жизни винегрет!
  
  Порой не в силах я вздохнуть,
  воспоминанья давят мою грудь!
  Груз моих прошлых тяжких дел
  мне на сердце тяжестью осел.
  
  Жизнь моя: провалы, пики!...
  Нет в моём кармане ни гроша.
  Ужасна боль, беззвучны крики,
  страдает от коммунистов душа.
  
  Пишу против собственной воли,
  хотя от рифмы душа моя болит.
  Моё сердце разрывается от боли,
  спокоен рассудок мой, как спит.
  
  Не признанным поэтом, не забытым
  сижу тихонько, о делах своих молчу.
  В России не хочу быть знаменитым,
  только лишь безвестным быть хочу.
  
  Свой антикоммунистический слог
  пишу, о жертвах коммунизма скорбя.
  Я уже вех обидел, кого только смог,
  не пощадил даже и самого себя!
  
  Девятнадцатое октября. 1976 год.
  212
  
  
  * * *
  
  Любить научишь меня ты!
  
  Моя милашка!... Ну не знаю!...
  Такой, как ты, второй уж нет!
  Других тут девок вспоминаю!...
  Пишешь мне приятный бред!
  
  Только лишь с твоего бреда,
  (поймёшь, о чём тут говорю),
  твоего мужа, твоего соседа,
  скоро с ними такое сотворю!...
  
  Пока есть время, выбирай.
  Одной тебе всегда буду рад!
  Или ты со мною идёшь в рай,
  или с ними? (Но только в ад!)
  
  Лишь о любви все твои речи.
  Тебя не буду больше и просить...
  Угаснут все наслажденья свечи,
  костёр любви ничем не погасить!
  
  Пока ты мне ни разу не дала́!
  (Мне это хуже, чем экстрим!)
  Костёр любви ты разожгла,
  давай с тобою в нём сгорим!
  
  Среди слов никчёмного потока
  с любовью пред тобой стою!
  Со мною будешь в плену порока
  так, как Ева Райская в Раю!
  
  Тебя однажды взять посмею!
  Лишь только о тебе мои мечты!
  Всех ненавидеть давно умею!
  Любить научишь меня ты!
  
  Двадцать третье октября. 1976 год.
  213
  
  
  * * *
  
  В коммунизма тюрьме суровой.
  
  Негодования смолкают речи,
  когда коммунист мимо проходил.
  С коммунистом боимся встречи,
  для нас опасен он как крокодил!
  
  Судьи-коммунисты-уроды,
  не раз меня судили! И тогда
  мгновенья, долгие как годы,
  я тихо ждал приговора суда.
  
  Горькая жизнь моя арестантская
  мне очень много чего показала.
  Мне много раз скрипка цыганская
  душу грешную чувством терзала!
  
  В коммунизме-тюрьме суровой,
  проклятой людьми русскими на век,
  в тесной камере шестиметровой
  набито было нас двенадцать человек.
  
  Где-то хранится в письмах старых
  нежный аромат чудных твоих духов!
  Вспоминаю, как на тюремных нарах
  очень часто я не спал из-за стихов!
  
  Прошла дорожкой чуть заметной
  моей страшенной жизни колея.
  Не скоро пробил час заветный,
   на желанную свободу вышел я.
  
  Лицемерию я научился ещё в школе.
  В России счастья нету... Ну и пусть.
  Песни тюремные, спетые в неволе,
  на душу грешную наводят грусть.
  
  Двадцать девятое октября. 1976 год.
  214
  
  
  * * *
  
  Любви от неё очень жду!
  
  Много писать вам тут не стану,
  всё написать не хватит мне дня.
  Теперь люблю только Татьяну!
  Только Татьяна любит не меня...
  
  Читаю, и болит моя печёнка,
  от её строк душа моя завыла!...
  Мне, эта вредная девчонка,
  пишет, что она меня забыла...
  
  Из-за того мне очень больно!
  От её слов мои нервы поют!...
  Татьяна, лицемерить довольно!
  Пожалей, лежачего не бьют...
  
  Моё сердце снова не в покое,
  опять горько слезятся мои очи...
  Разве можно позабыть такое...
  после нашей страстной ночи?
  
  Под утро лишь со мной уснула...
  Теперь кричит, что всё враньё!
  Видать, она уж многих обманула!
  Я лишь просто жертва для неё.
  
  Её понять мне очень сложно...
  Мне слёз обиды не сдержать!
  Скажите, девки, разве можно
  собою так мужчину обижать?
  
  Для неё стало, видно, модно
  в мужчинах разжигать вражду.
  Теперь от неё жду чего угодно!...
  Любви от неё тоже очень жду!
  
  Тридцать первое октября. 1976 год.
  215
  
  
  * * *
  
  Про коммунизма страшный беспредел.
  
  За моей дверью затвор щёлкнул,
  в ночное время я ещё не спал.
  Я в замочную выстрелил щёлку,
  кто-то за дверью громко упал!
  
  Беда злобным воплем аукнула!
  Прямо среди ясного белого дня
  пуля в окно моё звонко стукнула,
  коммунисты стреляли в меня!
  
  Я в угол был зажат ментами,
  но всё же горячку не порол!
  Дрожа, стуча от страха зубами,
  я всё же страх в себе переборол!
  
  Я ко всему давно уж был готов,
  что бы со мной ни случилось!
  Сколько ментовских "хвостов"
  мне обрубать приходилось!...
  
  Часто у меня обыски бывали
  моего скромного убогого жилья!
  Не раз коммунисты перерывали
  груду моего грязного белья...
  
  Между мрачных тюремных зданий
  есть, где мыслям дерзким побродить.
  В тюрьмах мне не было свиданий,
  родня, друзья боялись приходить.
  
  Сижу в тяжких думах, между дел,
  про коммунизма лютый беспредел.
  За что в "Крестах" "могилу" жру
  и жизнь свою пускаю по ветру́?
  
  Первое ноября. 1976 год.
  216
  
  
  * * *
  
  Стала бы ты мне желанной!
  
  Больше не хочу писать стихи я,
  но Муза не подвластна тормозам!
  Ну, здравствуй, Светлая Мария!
  Светишься так, больно глазам!...
  
  В приключений жажде неуёмной
  я очень не доволен сам собой!
  Была бы ты Марией Тёмной,
  тогда повеселились бы с тобой!
  
  Я пьяница, задира и гуляка,
  какого полюбишь едва-ли.
  Была бы ты Марией Мрака,
  как бы с тобой подгуляли!...
  
  Стала бы ты мне желанной,
  познала б счастья ты часы!
  На святой земле Обетованной
  ты предо мной сняла б трусы!
  
  Ты ж не какая-то там кляча!
  Нас увидев все бы обалдели!
  На старинной стене Плача
  твои бы трусики висели!...
  
  Была бы ты от счастья пьяной!
  День пролетал бы словно час!
  По всей земле Обетованной
  говорили бы только про нас!
  
  Среди святых Израиля мест
  мы так друг друга бы любили,
  что нас с тобой на один крест
  евреи, точно бы, прибили!
  
  Третье ноября. 1976 год.
  217
  
  
  * * *
  
  У коммунистов милость не прошу!
  
  С самого дня СССР создания
  не посещаю коммунистов собрания.
  На наркотиках пока что не торчу,
  даже не сквернословлю, молчу...
  
  Ничто меня теперь не удивит,
   не обрадует меня теперь ничто.
  Разум людей дерьмом забит.
  Хоть это очень плохо, но зато,
  я не Христос и на Голгофу
  коммунисты меня не поведут,
  или мне подстроят катастрофу,
  иль просто так они меня убьют.
  
  Может занял я не свой путь?
  Может кто-то спешит по пятам?
  Умереть бы мне, как уснуть,
  тогда не стал бы мешать я вам.
  
  Милость лишь только от Бога жду,
  у коммунистов милость не прошу.
  В страшном советском кровавом аду
  против коммунистов стихами грешу!
  
  Всё в моей жизни не случайно...
  Не знаю, что Бог мне может дать.
  Талант поэта, это такая тайна,
  какую в жизни мне не разгадать.
  
  Не весь мною порох растрачен!
  Пусть кто-то кричит, что всё лгу.
  Очень хотел бы писать я иначе.
  С коммунистами иначе не могу!
  
  Пятое ноября. 1976 год.
  
  218
  
  
  * * *
  
  По-прежнему ты мне мила и люба!
  
  Сижу за столом, а предо мною
  ты, которая дороже всех на свете!
  Но от меня ты словно за стеною,
  как горизонт на розовом рассвете.
  
  По-прежнему ты мне мила и люба!
  Но стоит ли тем душу бередить?...
  Вот сижу, словно упавший с дуба!
  Мне плохо так, что лучше уходить.
  
  Плохо так, что хуже не бывает!
  Моё сердце рвётся на куски!
  Моя душа волчицей завывает
  то-ли от счастья, то-ли от тоски.
  
  Милая, тут ничего не видишь...
  До меня-ли тебе? Да где уж там!
  Ты меня сегодня не обидишь,
  сегодня самого себя обижу сам.
  
  Сейчас всё былое вспоминаю...
  Знала бы ты, как люблю тебя!...
  Всё и всех на свете проклинаю!
  Первым проклинаю сам себя.
  
  Сыплю на себя проклятья градом,
  грубой рифмой украшая мата слог!
  Каким я оказался всё же гадом!...
  Сам себя сгубив тебе я не помог.
  
  Больно сердцу, голове, печёнке!...
  Ведь я жизнь твою устроить мог.
  Я мог помочь тебе, вредной девчонке.
  Я мог помочь... Но всё же не помог.
  
  Седьмое ноября. 1976 год.
  219
  
  
  * * *
  
  Коммунисты нас мучают на зоне!
  
  Напарник мой страшнее тучи!
  По тюрьмам жизнь он изучил.
  Мента он грохнул и до кучи
  ещё трёх коммунистов замочил!
  
  Коммунистов он мочил без правил!
  Не знал пощады никогда ни к кому!
  Себя он однажды под пули поставил.
  Успел тогда я скрыться, но в тюрьму.
  
  Все свои словечки и привычки
  по тюрьмам собираем теперь мы.
  Мы, словно перелётные птички,
  от свободы летим до тюрьмы.
  
  Коммунисты нас мучают на зоне,
  срок у каждого из нас большой.
  Мы, как скоты, загнаны в загоне,
  все непокорной маемся душой!
  
  Мой старый тюремный браток,
  тюремная камера нам квартира.
  Оставь и мне ещё один глоток,
  горький глоток горячего чифира.
  
  Кто уж попробовал хоть разок
  вкус коммунистического мира,
  и тёмно-бурого цвета кипяток,
  тот никогда не скопит жира.
  
  Кто-то душой мается на зоне,
  кто-то сердцем грустит в кабаке.
  Мой журавль где-то на небосклоне,
  нету заветной синицы в моей руке.
  
  Одиннадцатое ноября. 1976 год.
  220
  
  
  * * *
  
  Люблю эту дерзкую девчонку!
  
  Всю жизнь люблю Машку Иванову!
  Довелось мне в детстве с ней дружить.
  Тогда она меня, дерзкого поэта Вову,
  влюбила так, что мне не разлюбить!
  
  Даже разлюбить её и не пытаюсь
  среди моей жизни тягостных грехов.
  Очень часто искренне стараюсь
  ей написать восторженных стихов.
  
  Стихи пишу ей, а она не знает,
  что из-за неё порой не сплю.
  Она меня навряд ли вспоминает,
  и вряд ли знает, что её люблю.
  
  Мне от неё ведь ничего не надо.
  Люблю её!... А толку что с того?
  Поклонниц у поэта всегда стадо,
  мне даже и от них не надо ничего.
  
  Люблю эту дерзкую девчонку!
  Помню с нею проведённые часы.
  Задирала предо мной юбчонку
  и снимала предо мной трусы...
  
  Были мы тогда ещё ведь дети...
  Её вспомнив нежно улыбнусь.
  Мне она дороже всех на свете!
  Но встречи с нею очень боюсь.
  
  Боюсь, но только ехать надо.
  "Надо!...", - сам себе говорю.
  Моё сердце встречи будет радо!
  А как она? Тогда вот посмотрю.
  
  Тринадцатое ноября. 1976 год.
  221
  
  
  * * *
  
  Коммунисты Россию тянут к сатане!
  
  В своих выводах непоспешный,
  живу, всех коммунистов кляня!
  До такой степени я грешный,
  что есть ли кто грешнее меня?
  
  Грех душу мне зубами гложет,
  прошу Бога мне в борьбе помогать!
  Даже церковный ладан не сможет
  коммунистов-чертей отогнать!
  
  Грех очень заманчив и сладок!
  Страшен только лишь чуть-чуть.
  Полон тревог и тёмных загадок
  моей жизни неизведанный путь!
  
  Бушуют моей жизни волны!
  У меня круглый год весна!
  Все мои сны порока по́лны.
  Вся моя жизнь греха полна.
  
  Все тайны прошлого таятся
  в душе за пламенем огня.
  Они мне очень часто снятся.
  Живу, за грехи себя кляня!
  
  Ко греху душою я не стойкий.
  Жизнь меня куда-то гонит, колотя.
  Пью коммунистов яд горький,
  мятежными стихами им платя́!
  
  Коммунистам всё никак неймётся!
  Они и в тюрьме не дают покоя мне!
  Грешная душа моя к молитве рвётся!
  Коммунисты Россию тянут к сатане!
  
  Семнадцатое ноября. 1976 год.
  222
  
  
  * * *
  
  Добровольно сам отдамся ей!
  
  Почему, не знаю, как на зло.
  С чего-то так-то настроенья нету.
  А тут вдруг ещё: "Не повезло..."
  Читаю почему-то поэтессу эту...
  
  Эту самую... Иванову Маню
  (Её со мной, пока что, нет).
  Её строкой сердце себе раню!
  Но как хорош её портрет!...
  
  Её такие чудные глазёнки!
  В них любви безумной муть!
  У этой миленькой девчонки
  наверно есть чего-нибудь!...
  
  Чего-нибудь у ней такое!...
  (О её грудях лучше промолчу!)
  Сердце моё и так уж не в покое!
  Давно от неё кое-чего хочу!...
  
  Она и я, это такой контраст!...
  Она, вроде, как-то странна...
  Она, наверно, мне не даст...
  Но мне расстраиваться рано.
  
  Я к ней любовь поймал как пулю!
  Стала теперь она мечтой моей!
  Когда-нибудь её подкараулю
  и добровольно сам отдамся ей!
  
  Девятнадцатое ноября. 1976 год.
  223
  
  
  * * *
  
  Против коммунистов протестую!
  
  Всем сообразительность нужна,
  нами ум всегда и всюду правит.
  Поэту муху превратить в слона
  даже труда большого не составит.
  
  Моя мечта волчицею матёрой
  болью душу всю изгрызла мне.
  Я поэт, сын звезды о которой
  Земля давно скучает в тишине.
  
  Ем икру, ветчину и салями...
  Вспоминаю школу... и не рад.
  Перед всеми своими учителями
  во всём я бесконечно виноват.
  
  Давно все умерли мои учителя,
  но с теплом их часто вспоминаю.
  На науки никогда не жалел рубля,
  потому теперь так много знаю.
  
  Прощайте близкие, друзья!...
  Хоть на душе моей тревога,
  опять зовёт за собою меня
  моя, в даль уходящая, дорога!
  
  Чтобы не сломало меня горе
  я в себе всё дурное истребил!
  Я русский луг в цветном уборе
  на всю жизнь душою полюбил!
  
  Ненавижу антирусский "свист"!
  Против коммунистов протестую!
  Я, русский дерзкий экстремист,
  в борьбе за Россию святую!
  
  Двадцать третье ноября. 1976 год.
  224
  
  
  * * *
  
  Не знаешь прелестей своих!
  
  Если меня к себе вдруг позовешь
  в свою тёплую постель обратно!...
  Знаю, что это будет просто ложь.
  Но это будет мне очень приятно!
  
  Кроме тебя я женщин знал иных...
  Подробности узнаешь, захохочешь!
  Я о женских прелестях земных...
  Показывай их всем, кому захочешь!
  
  Жаль, что я не знал тебя с пелёнок!
  (Не подумай, что я какой-то псих!)
  Милашка, ты же ведь ребёнок...
  Ещё не знаешь прелестей своих!
  
  Только о другом все мысли мои.
  Сердце моё тому лишь только радо!
  Стройного тела прелести твои!...
  Они даже и на́ хрен мне надо.
  
  Сама себя мечтами забавляешь,
  что вдруг тебя полюбит паренёк!
  Но ты сама того даже не знаешь,
  что небо рая между твоих ног!
  
  У тебя парней теперь аж стадо!
  Смотри, судьбу не прозевай!
  Земных мне прелестей не надо,
  ты лучше мне небесных давай!
  
  Покажешь, только лишь охну!
  Но в тайне буду всё хранить!
  Не покажешь, тогда издохну,
  меня сама будешь хоронить!
  
  Двадцать девятое ноября. 1976 год.
  225
  
  
  * * *
  
  . Коммунисты убивают нас!
  
  Солнце тихо к закату склонилось.
  Я усталый на тюремную койку упал.
  Ночь прошла, ничего не приснилось,
  словно в эту ночь я вовсе и не спал.
  
  Никто, даже ангелы и черти,
  в тюрьме давно не снятся мне.
  Моя жизнь страшнее смерти,
  её страшно увидеть даже во сне!
  
  Россия страшной жизнью такою
  живёт уже много десятков лет.
  Моё сердце стремится к покою,
  но никому в России покоя нет.
  
  Разрывается моё сердце на части!
  Жизнь страхом душу мою сту́дит.
  Пока коммунисты ещё у власти,
  никому жизни в России не будет!
  
  К лучшему нет никакого движения.
  Вся Россия коммунистов клянёт!
  Россия терпит позорные унижения,
  русские терпят коммунизма гнёт!
  
  Я коммунистов не хвалил ещё ни разу!
  Коммунисты на Россию гноем плюют...
  Коммунисты свою страшную заразу
  русским людям прямо в души льют!
  
  Русские, хватит слёзы проливать!
  В этот, России судьбоносный, час
  давайте всех коммунистов убивать
  так, как коммунисты убивают нас!
  
  Первое декабря. 1976 год.
  226
  
  
  * * *
  
  Люблю её как Музу, как мечту!...
  
  Помню девочку с весёлыми глазами,
  а моя жизнь словно в страшном сне.
  Моя душа наполнена слезами...
  Та девочка совсем забыла обо мне.
  
  До сих пор её всё помню и люблю,
  хоть моя жизнь затянута ненастьем!
  О том теперь лишь Господа молю,
  чтобы её глаза всегда сияли счастьем!
  
  Её глаза!... Что может быть прекрасней
  её прекрасных, чудных, дерзких глаз!
  Ей без меня сейчас намного безопасней.
  Наверное за то судьба и разлучила нас.
  
  Расстались с нею мы уже давно.
  Разлука с нею меня очень злит!
  Пью тоску по ней, словно вино,
  и от того давно душа моя болит!
  
  Душа болит! Терпеть уж нету мочи!
  Люблю её как Музу, как мечту!...
  Когда-нибудь загляну в её очи.
  Что, интересно, в тех очах прочту?
  
  Прочту в них любовь или презренье?
  Что б ни прочёл, в ответ ей промолчу.
  Моё действительно кончается терпенье!
  Её одну теперь увидеть очень хочу!
  
  Своей душою к ней хочу прижаться!
  Ни взглядом ей, ни словом не солгу!
  Этого всю жизнь пытаюсь удержаться,
  но только долго удержаться не смогу!
  
  Третье декабря. 1976 год.
  227
  
  
  * * *
  
  Коммунисты, дьяволу покорные.
  
  Мы, Бога душой не забывая,
  коммунизма вдыхаем ложь.
  Свои чувства людям отдавая
  обретаешь больше, чем даёшь!
  
  В России свободой даже не пахнет.
  В России коммунизма смрад стоит!
  За грехи Россию Бог скоро шарахнет!
  Бог никаких грехов нам не простит.
  
  "Не будет жизнь в беспечности",
  давно сказал древний пророк.
  Две тысячи лет для вечности?...
  Для Бога это, конечно, не срок.
  
  За грехи всех нас Бог карает.
  Без веры слово, это звук пустой!
  Душа моя смиренно замирает
  перед церковной иконой святой.
  
  Греховным обладают нравом
  всех коммунистов души чёрные.
  Топчутся в своём грехе кровавом
  коммунисты, дьяволу покорные!
  
  Других людей судим и мерим,
  сами не боясь, как будто, ничего.
  В Судный День, вроде, и верим,
  только, греша, совсем не ждём его.
  
  Господь знает и помнит о нас,
  и судить за грехи будет строго!
  Живём лишь только один раз,
  но нам слишком и этого много!
  
  Пятое декабря. 1976 год.
  228
  
  
  * * *
  
  Разошлись, не разлюбив друг друга.
  
  С тобою встретились случайно.
  Мною то мгновенье не забыто.
  Сначала мы встречались тайно,
  потом уже при всех открыто.
  
  Друг друга мы с тобой любили!
  В любви поклялись на крови!
  С тобою счастливы мы были!
  Казалось нет конца любви!
  
  Но твои "верные" подруги...
  Ты думала, что их вернее нет.
  Они мне часто делали услуги...
  (Норовили всё больше минет).
  
  А я же слабый, я ж мужчина...
  Мне любая женщина нужна.
  Моя душа была совсем невинна,
  Моя плоть... Она всегда грешна.
  
  Тебя прекрасней нет на свете!
  Но разве возразишь судьбе?
  Только все твои подруги эти
  всем гадости болтали о тебе.
  
  Потом случилось, что случилось!
  Подо мной была твоя подруга...
  Вот так у нас и получилось!...
  Разошлись, не разлюбив друг друга.
  
  Седьмое декабря. 1976 год.
  229
  
  
  * * *
  
  Мне коммунисты измотали нервы!
  
  Я не поклонник вонючих юбок,
  в этом вам нисколько не солгу!
  Но я ещё способен на поступок!
  Ещё даже очень многое смогу!
  
  У меня нету любви, как ни странно.
  Мне от этого даже больно до слёз!
  За любовь, как Каренина Анна,
  не лягу под коммунизма паровоз.
  
  У меня всё давно могло бы быть,
  если бы только я умел любить.
  Очень стараюсь прошлое забыть.
  После тюрьмы учусь заново жить.
  
  Никому не лгу в большом и в малом.
  Я уже давно устал душой любить.
  Нет любви в моём сердце усталом,
  даже нету желания с кем-нибудь быть.
  
  Мне коммунисты измотали нервы!
  Свободы хочется мне, хоть глоток!
  Грешной души моей, раненой стервы,
  все чувства зажаты в твёрдый комок!
  
  Любить никого не хотел, не хочу,
  но против воли в омут любви лечу!
  Наши чувства, это просто труха́...
  Нету на свете любви без греха!
  
  Хоть ты русский, хоть ты грек,
  только по жизни куда ни плыви,
  очень опасен, как зверь, человек,
  выросший без материнской любви!
  
  Одиннадцатое декабря. 1976 год.
  230
  
  
  * * *
  
  Продолжает в сердце любовь тлеть.
  
  Сколько бывает в жизни встреч!...
  Мне незабвенна наша встреча!
  Но как в душе любовь сберечь,
  когда жизнь крутит нас, калеча?
  
  Мы любили!... Волновались!...
  Любовь не помешает никому.
  Но почему-то мы расстались.
  А, в самом деле, почему?...
  
  Вопросом этим часто задаюсь,
  хотя и сам тому даже не рад.
  Себе ответить на него боюсь.
  Наверно сам во всём я виноват.
  
  Виновен я в этом или нет,
  всё ты сама решить должна.
  Тебя со мною теперь нет,
  но ты как воздух мне нужна!
  
  Нужна! Нужна, да ещё как!...
  Я без тебя душою загрустил.
  Теперь мучаюсь, словно дурак,
  что своё счастье тогда упустил.
  
  Продолжает в душе любовь тлеть.
  И я вместе с моей любовью тлею.
  Сейчас не хочу ни о чем сожалеть.
  Лишь только об одной тебе жалею.
  
  Тринадцатое декабря. 1976 год.
  231
  
  
  * * *
  
  В СССР живём, как в клетках звери!
  
  В СССР живём, как в клетках звери!
  Русские не слышат, о чём кричу.
  Коммунисты открывают мне двери,
  в которые заходить вовсе не хочу!
  
  Когда-то, в прошлом, я гремел!
  Но вот я теперь остался не у дел.
  В душе моей тревожная печаль,
  но прошлого нисколько не жаль.
  
  На сердце тревога и усталость,
  это от коммунистов болит оно.
  К России испытываю жалость,
  ей страданья много суждено!
  
  Жизнь в СССР, во всём контраст!
  Только свою родину всё же люблю.
  Россией правит коммунист-педераст,
  которого всем сердцем не терплю!
  
  Судьбою все мечты мои разбиты
  среди советских бездушных тел.
  Мне очень многие двери закрыты,
  куда бы пойти я очень хотел.
  
  Как все люди счастья стою!
  Скоро наступит век золотой!
  Жизнь не пойдёт за мечтою,
  жизнь пойдёт рядом с мечтой!
  
  То вдруг засада, то измена!...
  То вдруг любовь мне на беду!
  Но мне море жизни по колено!
  Ничего, нигде не пропаду!
  
  Семнадцатое декабря. 1976 год.
  232
  
  
  * * *
  
  Была любовь святой и чистой!
  
  Здесь, под ветвями ив плакучих
  о тебе с любовью вспоминаю.
  Воспоминаний этих колючих
  как из души прогнать не знаю.
  
  Сердце моё ещё не позабыло,
  как волновалось, мучаясь, любя!
  Помнишь, как всё тогда было?...
  Ведь я же тогда умирал без тебя!
  
  Тогда я благодарен был судьбе!
  С тобою годы текли как во сне!
  Все мои чувства нежные к тебе
  навсегда останутся во мне!
  
  Речь твоя подобна скрипке!
  Тебе одной внимая я страдал!
  Тайну женственной улыбки
  я до сих пор ещё не разгадал.
  
  Под сенью ивы серебристой
  не раз встречались мы с тобой!
  Была любовь святой и чистой!
  Но не дано было судьбой
  нам оставаться долго вместе.
  Я счастья много получил!
  У тех нет совести и чести,
  кто с тобой нас разлучил!
  
  Ты была тогда меня моложе.
  Только моею ты тогда была́!
  Пролетели годы, ну и что же...
  Наша жизнь ещё не отцвела!
  
  Девятнадцатое декабря. 1976 год.
  
  233
  
  
  * * *
  
  Я с коммунистами в ссоре.
  
  Не одну уже тяжёлую потерю
  нанесли мне коммунисты-подлецы!
  Я живой, но в это с трудом верю,
  вокруг меня одни лишь мертвецы.
  
  Кто-то о жизни загробной мечтает,
  маясь в коммунистическом бытье.
  Воображения мне просто не хватает
  мечтать о том, загробном, житье.
  
  Взрастают сплетни, как грибочки!
  Я не дошёл пока ещё до точки,
  а коммунисты-палачи много лет
  кричат, что я уже оставил свет...
  
  За окошком печальная слякоть,
  в сером грустном окошке торчу...
  Нагадить, (напи́сать, накакать)
  на коммунистов очень хочу...
  
  За Россию мне очень обидно...
  Даже думать не хочу о том,
  в будущем хорошего не видно,
  всё плохое в мною прожито́м.
  
  Моя жизнь как пуля у виска,
  каждый день смерти ожидания.
  Вдруг взрывает тяжкая тоска
  в душе моей воспоминания.
  
  Не пишу о коммунизме на заборе,
  хотя много есть заборных тем.
  Хотя я с коммунистами в ссоре,
  но ругаться не хочу пока ни с кем.
  
  Двадцать третье декабря. 1976 год.
  234
  
  
  * * *
  
  Где она, которую люблю?
  
  Вдруг на меня нахлынула тоска.
  Со мною никого нету вокруг...
  Словно пулей у моего виска
  моя жизнь пролетела вдруг!
  
  Теперь в воспоминаниях я весь!
  Судьба моя очень страшна́!
  Совсем один я остался здесь.
  А где-то там и с кем-то она?...
  
  Со мною лишь печальная луна.
  Теперь с того ночей не сплю.
  Далеко где-то там живёт она,
  та самая, которую люблю!
  
  Уже давно её со мною нет...
  Очень люблю её, а толку что?
  Она мне словно жизни свет!
  Кроме её не нужен мне никто!
  
  Теперь только одну её люблю!
  Не нужен мне больше никто!
  Острую боль в душе терплю
  только лишь из-за неё за то!
  
  Давно страдаю просто так
  лишь за то, что её люблю!
  Наверно я влюблённый дурак!
  Любовью к ней себя гублю!
  
  А мои мысли всё грешней!
  Уже мне стало не до сна!
  Мне поехать, что ли, к ней?
  Но только где сейчас она?...
  
  Двадцать девятое декабря. 1976 год.
  235
  
  
  * * *
  
  Коммунистами я арестован за стихи!
  
  В наручники я коммунистами закован.
  От следователя французские духи́...
  Коммунистами-сволочами арестован
  опять я за свои мятежные стихи.
  
  Никогда не путаюсь в вопросах,
  что следователь мне задаёт.
  Всегда молчу на допросах.
  Кто в тюрьме был, меня поймёт.
  
  Знаю на любой вопрос ответ.
  В тюрьме о многом вспоминаю.
  Но только кроме слова "Нет!"
  на допросах слов других не знаю!
  
  Удача завтра мне или наоборот?
  Жду коммунистического суда.
  Завтра мой выход или вход.
  Завтра счастье моё или беда!
  
  Меня взахлёб хвалят одни...
  Меня неистово бранят другие!
  Но, кто бы только ни были они,
  для меня они все очень дорогие!
  
  Живу мятежно, каясь и греша.
  Мне жизнь такая очень удобна.
  На борьбу моя свободная душа
  с коммунизмом ещё способна!
  
  Тюрьмы строят для народа.
  Пьёт безбожно голытьба...
  Между тюрьмами свобода!
  На свободе мне лишь борьба!
  
  Тридцать первое декабря. 1976 год.
  236
  
  
  * * *
  
  Будешь моей!
  
  В своём прошлом рыться начинаю.
  О мерзопакостях лучше промолчу.
  Кто ты такая?... Тебя пока не знаю
  Но узнать давно тебя очень хочу!
  
  Хочу, чтоб ты была мне рада!
  Хочу, чтоб ты мне волновала кровь!
  Ты одна мне радость и награда!
  Лишь ты одна мне Муза и любовь!
  
  Судьбу не хвалю, но и не хаю!
  Кроме тебя чего мне вспоминать?
  Всех других в сраку запихаю!
  Хочу тебя не только лишь узнать!
  
  Годы хотя клонят нас всё ниже,
  но любви у каждого есть срок!
  Хочу тебя узнать поближе!
  (Не слаба́ ли ты на передок?)
  
  Подо мною многие бывали.
  Да и ты не с жара пирожок...
  Только удержусь уж едва ли
  от того, что между твоих ног!
  
  Всё! Короче, - ты моя девчонка!
  Ты среди всех одна лишь хороша!
  С твоей душою радостно и звонко
  в Новый Год будет моя душа!
  
  Похотью мне душу не трави!
  Будешь моей! (Предполагаю!)
  Здоровья, счастья, радости, любви
  в Новый Год тебе лишь пожелаю!
  
  Первое января. 1977 год.
  237
  
  
  * * *
  
  Коммунизма страшный беспредел.
  
  После дурного Никиты Хруща
  не стало легче для моей страны.
  Всюду высятся бомбоубежища,
  атрибуты нашей холодной войны.
  
  Хрущёв, пастырь свинский,
  напивался очень часто в хлам!
  Черноморский берег крымский
  он за так отдал своим хохлам.
  
  Моей душе ненавистна страна эта!
  На Генсеке вижу чёрта страшного рога!
  Не коммунисты из меня сделали поэта.
  Коммунисты из меня сделали врага.
  
  Что творится в стране не приемлю!
  В моём сознании Россия, Бог и я.
  Зачем Господь прислал на Землю
  меня с неведомо какого небытия?
  
  "Как с коммунистами сражаться?"
  Никогда Бога о том не вопрошай!
  Если страх, не надо тогда браться,
  лучше людям бороться не мешай!
  
  Меньше спишь, больше напишешь,
  Господа грешной душой услышишь!
  Поэта русского ужаснейший удел
  терпеть коммунизма беспредел.
  
  Третье января. 1977 год.
  238
  
  
  * * *
  
  Той, которую люблю.
  
  Стихами женщин прославляю!
  У многих всегда имею успех.
  Словно кот, сам по себе гуляю,
  как зверь, озлобленный на всех!
  
  Сколько я жил? Даже не знаю!
  Ночами, глядя на мрачную луну,
  бывших любимых вспоминаю...
  Помню из них только тебя одну!
  
  Наша жизнь очень дерзкая игра!
  Судьба слепая по ней бродит!
  Мне уже остановиться бы пора,
  смерть на помощь не приходит!
  
  Моя душа страдать устала,
  и я стал злобен, словно бес!
  Но ты мне такое написала!...
  Я сердцем и душой воскрес!
  
  Воскрес! Но снова боль терплю!
  Сердце моё тебе лишь очень радо!
  От той, которую давно люблю,
  моему сердцу много-ли надо?...
  
  Очень страшна судьба моя!
  Всё лучшее куда-то улетело.
  Но ты сказала: "Я твоя...".
  Готов ласкать я твоё тело!
  
  Не промолвлю лишних слов.
  Все слова давно мне надоели.
  Я для тебя всегда на всё готов,
  только давай начнём с постели.
  
  Пятое января. 1977 год.
  239
  
  
  * * *
  
  В тюрьмах коммунизма болеем.
  
  Опять стою перед вами на сцене,
  на всех вас уважительно смотрю.
  Говорю открыто совсем не о лени,
  о святой борьбе стихами говорю!
  
  Коммунисты строят нам "рай", -
  всех загнали в тюремный сарай!
  При таком кровавом разнообразии
  у коммунистов нету фантазии!
  
  Мы не общество, а дикое стадо!
  Коммунистам близок смерти час!
  В России русские вовсе не надо!
  Нам говорят: " Россия не для вас!"
  
  Горят огни советских новостроек, -
  питаются русские дети с помоек...
  С коммунизмом несогласные молчим.
  Жизнь в России жалкую влачим.
  
  Мутную хлебаем брагу вместо ви́ски,
  жрём с помойки вонючие сосиски...
  Очень часто нам, русским, на обед
  даже чёрствого хлеба и того нет.
  
  Свою мечту о свободе лелеем,
  в тюрьмах коммунизма болеем...
  Больными плодятся больные дети!
  За нищету коммунисты в ответе!
  
  Седьмое января. 1977 год.
  240
  
  
  * * *
  
  Ты со мной, но мне так нелегко!
  
  Любя тебя, влюблялся я во многих.
  (В моей душе их не́ было и нет!)
  Но в любви я правил очень строгих!
  Как ни крути, я всё-таки Поэт!
  
  Ты в моей душе расположилась!
  И травишь душу мне десятки лет!
  Но вот мне ты вдруг приснилась.
  Знаю, что без тебя мне жизни нет!
  
  К тебе несусь, от чувств изнемогая!
  К тебе стремлюсь и телом, и душой!
  Тебе, все приличия законы низвергая,
  готов признаться я в любви большой!
  
  Вот замер я у твоего порога!...
  И ты сама мне открываешь дверь.
  Нелегка моей судьбы дорога!
  Люблю тебя! (На́ слово поверь).
  
  Любимая, давно мы не встречались!
  Двадцать три года словно один день!
  Мне дни счастья редко выдавались.
  И на тебе тоже легла несчастий тень.
  
  Сдержался чудом я, чтобы не ахнуть!
  Я благодарен Богу, чёрту и судьбе!
  Не то, чтобы прошу тебя трахнуть,
  позволь мне прикоснуться хоть к тебе.
  
  От тебя, дорогая, душой обалдеваю!
  Ты со мной... Но мне так нелегко!
  Сижу, тебе свою душу изливаю.
  Милашка, милая, а ты так далеко...
  
  Одиннадцатое января. 1977 год.
  241
  
  
  * * *
  
  Коммунизм для России позор!
  
  Коммунизм... Все боремся с ним!
  Свято чтим жертв имена дорогие!
  К нам на смену безумцам одним
  вдруг явились безумцы другие.
  
  Может где-нибудь в Ню-Йорке
  те, кто смог убежать из Колымы,
  частенько вспоминают о махорке
  той, что курим в концлагерях мы!
  
  У коммунистов всё под запретом.
  Коммунизм для России позор!
  Я стал не только русским поэтом,
  стал я мошенник, вредитель и вор!
  
  Ничего не вернуть, не исправить!...
  Себя коммунизмом не буду кормить.
  Буду стихами Россию и Бога славить!
  Коммунистов стихами буду громить!
  
  Много жуткого страшного прошлого
  навечно хранит моей памяти соль.
  От коммунизма поганого, пошлого
  на душе моей лишь обида и боль!
  
  Что бы там обо мне ни говорили,
  когда только возможно, не лгу.
  Что со мной коммунисты творили,
  никогда ни за что позабыть не могу!
  
  Скоро Россия сбросит позорную узду,
  разгонит коммунистов-палачей стадо!
  Коммунисты проклятые, идите в пизду,
  Русским в России коммунизма не надо!
  
  Тринадцатое января. 1977 год.
  242
  
  
  * * *
  
  Тебя ласкать готов я до рассвета!
  
  Плохо так, что хуже не бывает!
  Устало сердце от тоски стонать!
  Душа моя с тоски аж завывает!
  Ты могла б тоску мою прогнать.
  
  Ты знаешь-ли, о чём тут говорю?...
  Не знаешь. Да оттуда тебе знать.
  Уже давно к тебе желанием горю!
  Ты меня не хочешь вспоминать.
  
  Не хочешь, от того мне скверно.
  И от тоски мне избавления нет!
  Ты так сыта мужчинами, наверно,
  что зачем тебе какой-то там поэт.
  
  Мы с тобой, наверное, равны́.
  Ты в другом души не чаешь!
  Любуюсь тобой со стороны,
  ты меня, увы, не замечаешь.
  
  Как же твои груди хороши!...
  Тебя ласкать готов я до рассвета,
  женщина для ветряной души
  и любви заблудшего поэта!
  
  Очнись ты! - пред тобой стою!
  К тебе пришёл. Тебя не покину!
  Стихами твои ноги воспою,
  рифмой напишу о них картину!
  
  Оставь свои все прошлые мечты,
  они, как цветы осенью, засохнут.
  Кто знал тебя, не видя красоты,
  с моих стихов от зависти издохнут!
  
  Семнадцатое января. 1977 год.
  243
  
  
  * * *
  
  На коммунистов зло коплю!
  
  Кто-то коммунизм строит, -
  кто-то коммунизму яму роет!
  С болью смотрю со стороны
  на терзания родной страны.
  
  В землю свой талант не зарываю,
  его в горькой водке не топлю.
  Порою словно зверем завываю!
  На коммунистов зло давно коплю!
  
  Как только уж они ни хороши́,
  но надоели мне давно до рвоты!
  Ни рук, ни мыслей, ни души
  нет у меня для коммунизма работы!
  
  Живу притворно нищим и голодным.
  Плачу́ за "свободу" своим горбом!
  Быть очень трудно "свободным",
  при коммунистах легче быть рабом.
  
  В наше грядущее с тревогою гляжу.
  России прошлое часто вспоминаю.
  Сегодня по Ленинграду бодро брожу,
  что будет со мной завтра не знаю...
  
  Затянуть мне бы песню кабацкую,
  только почему-то никак не могу.
  Коммунизма жизнь дурацкую
  не пожелаю даже своему врагу!
  
  Говорю в стихах о том, о сём...
  Не догадываются люди и не знают:
  "Вредить всегда! Вредить во всём!" -
  меня совесть и честь призывают!
  
  Девятнадцатое января. 1977 год.
  244
  
  
  * * *
  
  Сжигает мою душу любви зной!
  
  Спорить с молвой людскою
  всё равно, что в зеркало плевать!
  Мне на брудершафт с тоскою
  приходится частенько выпивать.
  
  Пью в намереньях благих,
  которые меня ведь и погубят!
  Но больше выпиваю за других,
  которые меня, увы, не любят.
  
  Какая разница там любят или нет?
  С этого не пострадает моя честь!
  Но на одной сошёлся клином свет!
  Эта одна как раз вот ты и есть!
  
  Такие вот сейчас мои дела...
  Но я даже и худшее терпел.
  Тебя, в чём тебя мама родила,
  я увидеть очень бы хотел!
  
  Но ты мне даже не покажешь...
  С горя этого в стакан уткнусь!
  Обо мне ты всем расскажешь,
  но от своих слов не отрекусь!
  
  Не отрекусь, что мною ты любима,
  что к одной тебе душою рвусь!
  Ты для меня никем незаменима!
  От тебя никогда не отрекусь!
  
  Вином своё сердце успокою!
  Сжигает мою душу любви зной!
  Теперь на брудершафт с тоскою
  буду пить пока ты не со мной!
  
  Двадцать третье января. 1977 год.
  245
  
  
  * * *
  
  Коммунизм, это больная утопия!
  
  Вольных дум, надежд, сомнений,
  дерзких мыслей бушующий град,
  как время на стыках мгновений,
  в душу мне напряжённо стучат!
  
  "Для чего от родных, тепла и уюта
  спешишь в беспокойную даль?
  Может ищешь полегче маршрута?
  Может денег потраченных жаль?"
  
  Сердце бьётся в груди беспокойно,
  словно в страхе от жизни отстать!
  Наше время вполне нас достойно!
  Все мы нашему веку под стать!
  
  Мы не терпим средь нас ушехлопия,
  равнодушья, безделья, чванства и лень!
  Коммунизм, это больная утопия!
  Не наступит с ним завтрашний день!
  
  Зла коммунистам-палачам не прощая
  не устану стихами на них злословить!
  Коммунисты-кровососы, меня истощая,
  не смогут мятежный мозг обескровить!
  
  Не устану стихами русских призывать
  коммунизма заводы и фабрики взрывать,
  добро коммунистов-палачей воровать,
  всех коммунистов безжалостно убивать!
  
  Выше голову, русские братья по классу!
  Смелей и решительней к свободе шаг!
  Скоро приведёт нас к победному часу
  борьба с коммунизмом - свободы маяк!
  
  Двадцать девятое января. 1977 год.
  246
  
  
  * * *
  
  Любимая, без тебя страдаю!...
  
  Я Поэт! Но этого мне очень мало!
  Об одной тебе все мои строки и мечты!
  Моё творчество так ярко б не сияло,
  если б в моей судьбе не оказалась ты!
  
  Вспомню тебя, - во мне вскипает кровь!
  Другой, лучше тебя, мне не было и нет!
  Ты одна лишь моя Муза! Ты моя любовь!...
  Ради тебя только одной живу, как Поэт!
  
  Одну тебя я полюбить лишь смог!
  Горечь любви пью душой до дна!
  Ради тебя всю жизнь я одинок!...
  В моей душе лишь только ты одна!
  
  Что ещё могу сказать, добавить
  я о своей загубленной судьбе?...
  Тебя стихами мог бы я прославить,
  но только это надо ли тебе?...
  
  Милашка, стала ты моей мечтою!...
  Ко мне являешься частенько во сне.
  Быть может, совсем тебя не стою.
  Быть может, ты не то, что надо мне.
  
  Писать стихи даром обладаю.
  Но стоит ли мне этим дорожить?
  Любимая, без тебя страдаю!...
  Мне без тебя не хочется и жить!
  
  Тридцать первое января. 1977 год.
  247
  
  
  * * *
  
  О коммунистах не хочу знать!
  
  Тюрьмы, зоны, вышки...
  по России на моём пути.
  Прошлого яркие вспышки
  картинками в моей памяти́.
  
  О коммунистах не хочу знать!
  Всё больше теперь молчу.
  Не хочу ни о чём вспоминать,
  теперь обо всём позабыть хочу.
  
  Прошлое, календаря листочки,
  в памяти туда-сюда снуют!...
  Они душу режут на кусочки,
  мне они нигде покоя не дают!
  
  Подавляя тупое отчаяние
  я всегда на допросах молчал,
  И в награду за это молчание
  мне свободу Господь обещал!
  
  Три минуты... Всего три минуты,
  и распутаются тюремные путы!...
  Для меня споёт последний звонок,
  закончится заключения мой срок!
  
  Свою жизнь вспоминая былую
  покидаю коммунизма тюрьму.
  Детей своих родных расцелую!
  Любимую жену свою обниму...
  
  Мне свобода словно кипяток,
  но я жадно душою отведал её!
  Желанный горячий свободы глоток
  ошпарил мятежное сердце моё!
  
  Первое февраля. 1977 год.
  248
  
  
  * * *
  
  Я бы на руках её носил!
  
  Душу мою терзают рифмы снова!
  Сердцем опять звуки любви ловлю!
  Подружка детства, Маша Иванова.
  Одну её действительно люблю!
  
  Вспоминаю её ласковые руки,
  её глаза и то, что между ног!...
  Без неё живу в тоске и скуке,
  словно мотаю тюремный срок.
  
  Каждый день её вспоминаю!
  (Как любовь не вспоминать?)
  Где она? Толком и не знаю.
  Как она? Даже боюсь узнать.
  
  Без неё душе моей так скверно!
  (Будто я какой-то жуткий вор.)
  Замужем она давно, наверно.
  И детей, наверно, целый двор.
  
  Так зачем лезть мне в её судьбу?
  На это просто права не имею.
  Не разлюблю её даже в гробу!
  Но мешать ей в жизни не посмею.
  
  Муж её, наверно, очень любит,
  днём её ласкает и во сне...
  К ней моя любовь меня погубит.
  Но, наверно, так и надо мне!
  
  К ней заявиться не посмею.
  Буду любить покуда хватит сил!
  Если бы она только была моею,
  я бы на руках её носил!
  
  Третье февраля. 1977 год.
  249
  
  
  * * *
  
  Ленин убивал детей и стариков!
  
  Коммунисты горе России умножили!
  Они пели Дьяволу-Ленину хвалу!
  Генофонд России уничтожили!
  Русский народ загнали в кабалу!
  
  Ленин опоражнивал парашу
  в умы русских наивных дураков!
  Ленин испоганил жизнь нашу!
  Ленин убивал детей и стариков!
  
  Ленин написал ужасные декреты,
  что коммунистам-педерастам важны́.
  Коммунизма советские Советы,
  они в России русским не нужны́!
  
  Миллионы русских поглотила тьма!
  Ленин лучших из русских уничтожил,
  потом сошёл со своего безумного ума!
  Ленин-дьявол сам недолго прóжил!
  
  Коммунистам-палачам править вечно
  русским народом не позволит Бог!
  Жизнь человека очень быстротечна,
  Ленин-дьявол уже давно издох!...
  
  Ленин, строитель нового "ума",
  бесславно от безумия скончался!
  Русских губит родина-тюрьма!...
  Я коммунизму мстить поклялся!
  
   Ленина-сифилитика не позабыли.
  О Ленине всё уже сказано давно!
  При нём народы России с горя выли!
  Ленин, это просто дьявола говно!
  
  Пятое февраля. 1977 год.
  250
  
  
  * * *
  
  Любовь под запретом.
  
  Любовь, много написано об этом!
  Из-за любви порой даже не сплю.
  Но моя-то любовь под запретом
  потому, что замужнюю люблю.
  
  Замуж выйти она поторопилась.
  Нам от жизни каждому своё....
  Только почему-то так случилось,
  что вдруг полюбил я именно её.
  
  Лишь в ней одной души не чаю!
  Из-за неё мне ночью не до сна.
  Иногда похожую встречаю...
  Но похожая ведь это не она...
  
  Её портрет в платьице белом
  словно драгоценность берегу.
  Её люблю душою и всем телом!
  Её семью разрушить не могу.
  
  Что делать? Даже и не знаю...
  Ко мне она является во сне.
  Её очень частенько вспоминаю
  и от того бывает плохо мне.
  
  В её лице читаю только скуку,
  замирает сердце вдруг моё...
  Боль невыносимую и муку
  в душе терплю, глядя на неё.
  
  Бывает, обменяемся приветом,
  сердце моё от боли заскулит...
  Любовь держу под запретом,
  хотя душа моя страдает и болит.
  
  Седьмое февраля. 1977 год.
  251
  
  
  * * *
  
  Русских детей Ленин казнил сам!
  
  Ленин-сифилитик просто гондон!
  (Я говорил о нём со своим дедом!)
  Простой и скромный с виду он,
  Ленин-палач оказался людоедом!
  
  В России всегда вблизи и вдалеке
  вижу только лишь одни страдания!
  Ленин-сифилитик с кепкой в руке
  коммунистам-палачам давал задания!
  
  Кровавыми штыками и плетьми
  коммунисты ломали рёбра нам!...
  Коммунисты издевались над детьми!
  Русских детей Ленин казнил сам!
  
  Не подходил я к ленинскому гробу,
  его заветы я не хотел даже учить!
  Я копил на коммунистов злобу,
  чтобы победы радость получить!
  
  Даже стена кремлёвская дрожит,
  в страхе глядя на ужасный мавзолей!
  Ленин-дьявол в нём гниёт-лежит!
  На свете нету Ленина-палача злей!
  
  "Мавзолея поганого крышу,
  Бога молю, - поскорее разрушь!"
  В песнях коммунизма с ужасом слышу
  стоны русских загубленных душ!
  
  Как на ужасной зияющей вершине
  стоит зловещий бардак-мавзолей!
  Коммунизма не будет в помине,
  тот здесь лежит, кто чёрта злей!
  
  Одиннадцатое февраля. 1977 год.
  252
  
  
  * * *
  
  Милашка, по тебе скучаю!...
  
  Привет, души моей отрада!
  Молю, как Бога: "Не забудь!..."
  Моя душа была бы очень рада,
  если бы с тобою как-нибудь...
  
  Милашка, по тебе скучаю!...
  В душе моей как будто зной!
  Даже время уже не замечаю!
  Что сотворила ты со мной?
  
  Хватит! Всё! Мне надоело!...
  Душу я устал тобой терзать!
  Да, кстати, как твоё там тело!
  Нельзя-ли твои груди полизать?
  
  Тебя лизал бы как конфету!...
  Одиночество меня уже достало!
  И верно, дала бы ты поэту?...
  Глядишь, обоим легче б стало!
  
  Вчера я водки выпил литр!
  Теперь мне плохо! Ну и что ж...
  Я так ласкал бы тебе клитор!...
  (Но разве ты это поймёшь?...)
  
  Плохо мне, но только не ною.
  И ты, пожалуйста, тоже не ной.
  Умрёшь, заласканная мною,
  и вновь воскреснешь подо мной!
  
  Тринадцатое февраля. 1977 год.
  253
  
  
  * * *
  
  Перед коммунистом-палачом иудой!
  
  В камере коммунизма тесной
  русские коротают свои дни.
  По законам жизни честной
  в России мы такие не одни!
  
  Дерзко с коммунистами дерёмся!
  Каждый русский коммунизм клянёт!
  Когда до коммунистов доберёмся,
  коммунистов наш гнев ужаснёт!
  
  Подобно больному струсившему волку,
  весь дрожит который от стрельбы,
  пока живые вы, но что в том толку,
  если боитесь с коммунизмом борьбы!
  
  Русские, никогда ни в чём не трусьте,
  какие бы в России ни начались дела!
  Мутным окном уныния и грусти
  для меня стали истории зеркала́.
  
  В денег тюрьму мне не шлите.
  На зону не шлите мне передач.
  Письмами душу мою не злите
  тёмную, как русский чёрный грач.
  
  Мне совершенно не случайно
  Богом дана русского поэта прыть!
  Распространяю свои стихи тайно,
  меня коммунистам не раскрыть.
  
  Горьким пьянством, как простудой,
  Россия страдает много ужасных лет.
  Перед коммунистом-палачом-иудой
  не поклонится русский мятежный Поэт!
  
  Семнадцатое февраля. 1977 год.
  254
  
  
  * * *
  
  Может быть любовь пришла?
  
  Ты красива!... Так это мило!
  Любовь? Как быть мне с ней?
  Что так больно защемило
  вдруг в промежности моей?
  
  И меня, интеллигента,
  вдруг потянуло на добро!
  Может выпил я абсента?...
  Может чёрт залез в ребро?
  
  Но взгрустнулось почему-то.
  Тоска мне душеньку грызёт.
  Повезло в любви кому-то,
  мне в любви всё не везёт...
  
  Не везёт, да хоть ты тресни!
  Выходит как-то всё наоборот!
  В душе моей унынья песни,
  в моей голове мыслей разброд.
  
  Почему-то всё так сложно!...
  Может любовь не там ловлю?
  Полюбить, конечно, можно!
  (Может быть уже люблю?...)
  
  Чувство моё сердце утомило,
  мне душу всю сожгло дотла!
  Что же так больно защемило?
  Может быть любовь пришла?
  
  Девятнадцатое февраля. 1977 год.
  255
  
  
  * * *
  
  Следы коммунизма душевных ран!
  
  Серой порой предутренней ночною
  над Невой туман стелется как дым...
  Силуэт мента, следящего за мною,
  очень часто вижу зрением боковым.
  
  На Невском ярко-жёлтые огни
  ночью мне кажутся кровавыми!
  Много русской крови видели они,
  убитых коммунистами неправыми!
  
  Утро гудит, город проснулся!...
  В городе кругом возня и суета!...
  Я в эту гущу незаметно окунулся,
  нету здесь ни Бога, ни Христа!
  
  Ленинград как больной паразит!
  Кругом коммунизма вонючая рвота!
  От названия улиц русских тошнит!
  От имени города всем срать охота!
  
  Сейчас Смольный Обкомом зовут...
  Но только скажу, (между нами):
  заполнен весь Смольный институт
  продажными коммунистами-блядя́ми!
  
  Ряды подчёркнуто очень красивых
  на Невском вижу коммунизма путáн...
  Но на лицах всех их несчастливых
  следы коммунизма душевных ран!
  
  Русским не проходящую печаль
  нищие края России навевают...
  В какую ни посмотришь даль,
  везде с тоски собаки завывают!
  
  Двадцать третье февраля. 1977 год.
  256
  
  
  * * *
  
  От любви нету спасенья.
  
  Все чувства тратим, а взамен
  без чувства получаем ночь.
  Так очень хочешь перемен?
  Я мог бы в том тебе помочь!
  
  Почему тебе так грустно?
  Уж не тебя-ли я так искал?...
  Я бы очень нежно и искусно
  тебя бы всю бы обласкал!
  
  Что, надоели все тебе до рвоты?
  Вокруг внимательней гляди.
  Что делать если парни идиоты?
  На ночь ко мне скорее приходи!
  
  Милая, ведь жизнь лишь игра
  на судьбы смертной борозде.
  Тебе со мною встретиться пора!
  Давай обсудим всё: когда и где?
  
  Оно всё было бы так отлично!...
  Судьба... Не совладаешь с ней!
  Если бы встретились мы лично!...
  Если бы вдруг стала ты моей!...
  
  Развею сразу все твои стесненья!
  Нам на всё возможно наплевать!
  Нам от любви ведь нет спасенья,
  как только спрятаться в кровать!
  
  Первое марта. 1977 год.
  257
  
  
  * * *
  
  Коммунистов банда Ленина-тирана!
  
  Россия была страна прекрасная,
  но только стало теперь всё не так.
  Жизнь в Россию пришла опасная:
  поэт русский, - коммунизму враг!
  
  Сгущается смерти тьма красная
  в России русским людям на беду!
  Коммунизма кровавого ночь ужасная
  в России много страшнее, чем в аду!
  
  Распространяют в русском народе
  коммунисты-паразиты винопитиé!
  Вязнут светлые мысли о свободе
  в коммунизма поганом гнилом бытие!
  
  Народ под руководством сатаны
  по всей России водку пьёт, гуляет!...
  Все отдать готовы даже хоть штаны
  тому, кто спиртное зелье наливает!
  
  Ко кнуту коммунизма привыкшему,
  своей головой сиротливо поникшему,
  теперь от горя всему русскому народу
  хоть в огонь, даже можно хоть в воду!
  
  Из трудолюбивого рабочего класса
  коммунисты сделали русского папуаса.
  За тяжкий рабский непосильный труд
  коммунисты лишь гроши ему дают.
  
  Среди коммунизма ужасного обмана
  в нищете чахнет русский человек!
  Коммунистов банда Ленина-тирана
  к власти в России пришла не на век!
  
  Третье марта. 1977 год.
  258
  
  
  * * *
  
  Я о тебе всю жизнь мечтал!
  
  Милашка, милая, привет!
  Моё сердце тебе не соврёт!
  Лишь от тебя так жду ответ!...
  Ведь без тебя поэт умрёт!
  
  С чего ты о моём портрете?...
  В душе своей сомнения развей!
  Меня красивей есть на свете.
  Ты других намного красивей!
  
  Тебе грустить нету причин!
  Но я тебе такой далёкий...
  Там у тебя столько мужчин...
  А я такой здесь одинокий...
  
  Тебя к стихам не склоняю,
  чем их писать уж лучше пить.
  Стихи сам давно сочиняю,
  мне бы тебя развеселить!...
  
  Без тебя мне очень худо!...
  Без тебя я даже жить устал!
  Милашка, ты такое чудо!...
  Я о тебе всю жизнь мечтал!
  
  Займёмся с тобою грехами!
  Согрешим, - я тут же прочь!
  Воспою твою красу стихами,
  за одну лишь только ночь!
  
  Пятое марта. 1977 год.
  259
  
  
  * * *
  
  Будь трижды проклят дьявол-Ленин!
  
  Враги непримиримые Ленин и я!
  Когда в поганой Москве бываю,
  то, даже для простого приличия́,
  никогда ни от кого не скрываю!
  
  Тихо гуляю по парку Есенина.
  Пока без конвоя хожу, - ничего!
  Проклинаю по-всякому Ленина,
  коммунистов страшную банду его!
  
  От Ленина-палача, могу сказать я,
  мне совсем не надо вовсе ничего!
  Давно наслал Господь проклятья
  на коммунистов банду-партию его!
  
  Ленин на свете всех опасней!
  Кое для кого он жив ещё пока.
  Тирана на земле не было ужасней
  за все прошедшие истории века!
  
  По Красной площади в гробу
  ночами Ленин-палач проезжает,
  дует в коммунизма страшную трубу,
  русским всем расправой угрожает!
  
  Ленина-педераста ненавижу!
  Тихо гниёт он в уюте и в тепле...
  Фашистский знак ясно вижу
  на его гнилом сифилисном челе!
  
  Стою здесь, у Камня Соловецкого...
  Со мной казнённые: Цветаева, Есенин...
  Познали много мы дерьма советского!
  Будь трижды проклят дьявол-Ленин!
  
  Седьмое марта. 1977 год.
  260
  
  
  * * *
  
  Прошу, приди, отдайся...
  
  Здравствуй, милая девуля!
  До тебя знал я много дев.
  Только далеко я не кисуля,
  я просто сексуальный лев!
  
  Не живу, а в страсти пропадаю!
  Ты там затаилась, словно мышь.
  Только по одной тебе страдаю,
  но в ответ мне всё молчишь...
  
  Поэт я нищий (но не бедный).
  Лучше тебя мне не сыскать!
  Говоришь, будто я вредный...
  Так дай тебя мне приласкать!
  
  Мне далеко не наплевать
  чем сначала мы займёмся.
  Всё не надо раскрывать,
  по ходу дела разберёмся.
  
  Свои стихи пишу классно!
  Лучше любого, может быть!
  Милашка, мне не безопасно
  тебя немножко полюбить?...
  
  Моей любви не стесняйся,
  такую встретишь уж едва ль!
  Прошу тебя, приди, отдайся...
  (Неужто тебе плоти жаль?)
  
  Одиннадцатое марта. 1977 год.
  261
  
  
  * * *
  
  Зверь и коммунист, это одно и то же!
  
  Вот опять ночь минула бессонная,
  словно кто-то с души покой пьёт!
  Власть коммунистов зловонная
  русским спокойно жить не даёт!
  
  Где можно, стараюсь быть честным.
  Давно я от лжи коммунистов устал!
  Никогда не мечтаю стать известным,
  я всегда лишь только о воле мечтал!
  
  Совсем не жалею о тяжких утратах,
  коммунистов своими стихами круша!
  Словно рыцарь, закованный в латах,
  с коммунизмом бьётся моя душа!
  
  Коммунизм ничего сделать не может,
  разве что только вызвать рвоту и смех!
  Зверь и коммунист, это одно и то же!
  Мне свобода России дороже всех!
  
  Безумные строители ада-коммуны
  сатанинские песни по России поют.
  Перетянуты народа нервы-струны,
  лишь только фальшивые ноты дают!
  
  Теперь доживают коммунисты-псы
  в России свои последние дни и часы!
  Коммунисты подыхают, ну и пусть!
  Моей России это не навеет грусть!
  
  Тринадцатое марта. 1977 год.
  262
  
  
  * * *
  
  В любви я дерзкий и упрямый!
  
  Нас с тобой судьба столкнула.
  Наш рок... Он же всегда неправ!
  Да я чуть-ли не рухнул со стула,
  твоё ко мне посланье прочитав!
  
  Ты что, во мне признала друга?
  В поэте есть, конечно, нежность.
  Ну что ж, приколемся, подруга,
  раз зачесалась вдруг промежность!
  
  Я много знал прекрасных дев!
  В любви я дерзкий и упрямый!
  Милашка, я в любви как лев!...
  Да я же ведь и есть он самый!
  
  Это тебе ничуть не страшно...
  Ведь то, что пишешь, это ложь!
  Живу разгульно, бесшабашно!...
  Как без меня ты там живёшь?
  
  Милашка, ты как лучик света!
  Мне без тебя хоть зверем вой!
  Если захочешь вдруг минета,
  то я пожалуйста!... Я твой!...
  
  Не надо мне в стихах ответа!
  Тут о тебе мечтаю при луне!
  Мне, конечно, хочется минета,
  но ты и так очень приятна мне!
  
  Всё равно, мне так приятно!...
  Грешной душой тебе кричу:
  Не возьму свои слова обратно!
  Только тебя взять очень хочу!
  
  Семнадцатое марта. 1977 год.
  263
  
  
  * * *
  
  Кого коммунизм погубил!
  
  Стать коммунистом не желаю никому!
  Пусть лучше руку сам себе отрубит!
  За инакомыслие нас судят потому,
  что правду коммунизм не любит!
  
  За решётками свобода прячется!
  Думать о ней в России нелегко!
  Опять долгий срок мне корячится!
  До свободы мне, ой, как далеко!...
  
  Как тяжело теперь мне самому
  помнить концлагерь и тюрьму,
  всех тех, кто со мной рядом был,
  того, кого коммунизм погубил!
  
  Кто в тюрьме сидел голодным,
  этого уже никогда не забудет!
  Мой разум ветром холодным
  мою душу горячую студит.
  
  Бело-розовой акации веточку
  вижу через тюремное окно...
  Небо расчерчено в клеточку,
  мне от того лишь дороже оно!
  
  Мне сидеть приходится за всех
  в лютой тюрьме за этих и за тех!...
  Кто в тюрьме от пыток не стонал,
  тот жизни советской не узнал!
  
  Если кого я обидел, - прости.
  Дело моё теперь почти в шляпе.
  Тем желаю теперь доброго пути,
  кто сейчас на тюремном этапе!
  
  Девятнадцатое марта. 1977 год.
  264
  
  
  * * *
  
  В её глазах печаль и тайна...
  
  Я с нею познакомился случайно,
  пришёл просто друга подождать.
  В её глазах была печаль и тайна...
  Тогда решил я её тайну разгадать.
  
  Наши встречи бархатным летом
  я до сих пор ещё не позабыл!...
  Она вся тогда сияла светом, -
  я при ней темнее угля был.
  
  Тогда я о богине всё мечтал,
  а встретил женщину простую.
  Её стихом возвёл на пьедестал,
  как деву благоверную святую!
  
  Верил тогда я её многословью,
  разбавленному нелепой тупостью.
  Чувства, что посчитал я любовью,
  оказались простою глупостью.
  
  Слова страсти, полные истомы,
  слушал я от милой той змеи...
  Были с нею близко мы знакомы!
  Не раз в кустах нам пели соловьи!
  
  Я долго с нею быть не смог.
  Таким вопросом я разочарован:
  "Зачем позорный лилии цветок
   на её плече татуирован?..."
  
  Когда смотрел я молча на неё,
  то видел девушку совсем другую.
  Но почему-то до сих пор её враньё
  в душе храню как память дорогую.
  
  Двадцать третье марта. 1977 год.
  265
  
  
  * * *
  
  Коммунизма мрак.
  
  Из-за стихов, на других не похожих,
  меня арестовывал коммунист-мент.
  В глазах столпившихся прохожих
  я стал мятежный поэт и диссидент!
  
  Душой познал я коммунизма страх.
  Смерть предо мной не раз вставала.
  В глубоких ленинградских дворах
  мысль о Свободе во мне созревала!
  
  Я родился в созвездии Льва,
  всю жизнь так Львом и прóжил!
  От бед стала седою моя голова.
  Я себе с годами травмы множил.
  
  Я, идя коммунизма дорогой,
  стал раньше времени старик.
  Глаза мои подёрнуты тревогой,
  в моих движеньях нервный тик.
  
  Хотя давно совсем не верю чудесам,
  но на распятье часто я крестился,
  мольбой взывая к вещим небесам,
  чтоб коммунизма мрак прекратился!
  
  Мне вслед проклятия кричали
  те, кого я не знал, не проклинал.
  Пришлось вкусить мне яд печали,
  и боль разлуки сердцем я познал.
  
  Не раз на ложь я напоролся,
  хотя её, как мог, я избегáл.
  В тюрьмах за правду я боролся,
  но в жизни много раз солгал!
  
  Двадцать девятое марта. 1977 год.
  266
  
  
  * * *
  
  Мы друг друга безумно любили!
  
  Мы повстречались в чайной,
  я розу преподнёс тогда тебе!
  Была ты прихотью случайной
  в моей, измотанной, судьбе.
  
  Между статуй в Летнем парке
  с тобой бесцельно мы бродили.
  Говорили о Пушкине, о Ремарке...
  Просто веселились и грустили...
  
  Сколько часов, не замечая,
  мы хорошо вместе провели!
  На твои ласки душой отвечая
  во мне вдруг чувства расцвели!
  
  Наших прощаний тихие звуки...
  Наших свиданий весёлые речи!...
  Нам были печальны наши разлуки.
  Радостны были с тобою нам встречи!
  
  Мы друг друга безумно любили!
  Нас даже молва разлучить не могла!
  Мы с тобою так счáстливы были!...
  Но вдруг однажды любовь умерла́...
  
  Певец нам пел про Буги-Вуги!
  Нам было очень весело тогда!...
  Но из-за одной твоей подруги
  мы вдруг расстались навсегда.
  
  Вспоминаю здесь, за далью,
  того лета наши прошлые дела...
  Пришла бы ты, своей печалью
  мою печаль бы прогнала́.
  
  Тридцать первое марта. 1977 год.
  267
  
  
  * * *
  
  От коммунистов не жду пощады...
  
  Историю коммунизма учишь...
  Только всё это лишь грязная ложь!
  Ложью свободу себе не получишь!
  Изменою друзей не обретёшь!
  
  Слова мои в пути не позабудь!
  Мои слова запомни навсегда:
  "Опомнишься когда-нибудь,
  но будет уже поздно тогда!"
  
  От тебя правды долго ждали, -
  теперь лишь ложь от тебя ждут!
  Те, что деньги в долг тебе давали,
  больше в долг тебе уж не дадут!
  
  Ты горделив и хладнокровен.
  Никто совсем не нравится тебе.
  Не обвиняй, в чём не виновен!
  Свою вину возьми назад себе.
  
  Ответишь только лишь за то,
  что на себя сам наговоришь.
  Не обвинит тебя никогда и никто
  в том, что от коммунистов таишь!
  
  От коммунистов гонений и холода
  плотью познал я, людей возлюбя.
  Лучше издохну от лютого голода,
  чем крошку хлеба приму от тебя!
  
  У всех на будущее разные взгляды.
  России нету коммунизма впереди!
  От коммунистов не жду пощады...
  Коммунист, пощады от меня не жди!
  
  Первое апреля. 1977 год.
  268
  
  
  * * *
  
  Я так тебя тогда любил!
  
  Сколько тебе я всего дарил!
  Тебе всё было мало, мало!...
  Я так тогда тебя любил!...
  Сердце моё любить устало.
  
  Звезда полночная сияла,
  округу месяц освещал...
  Одежду быстро ты снимала,
  когда тебя я посещал!
  
  Ты была́ такой счастливой!...
  Словно красная роза цвела!
  Очень злой и похотливой
  ты от излишества была́!
  
  Весь свет забыв я за тобою
  как тень влюблённая ходил.
  Ты хороша была собою!... -
  Но мой друг меня опередил.
  
  Ты от меня тогда сбежала...
  Мне на тебя теперь насрать!
  На кого ты меня променяла,
  теперь не желаю даже знать!
  
  У тебя было много холýев.
  Я, как они, тебя тоже любил.
  Не помню твоих поцелуев,
  все свои поцелуи забыл!
  
  Тебя держал я на примете,
  я за тобой ходил хвостом!
  Расстались мы на Этом свете,
  навряд-ли встретимся на Том.
  
  Третье апреля. 1977 год.
  269
  
  
  * * *
  
  Всё кровожадней коммунисты-палачи!
  
  В ад правит коммунизма кормчий!
  Русский, сиди, заткнись, молчи!...
  В России тише смех, стоны всё громче!
  Всё кровожадней коммунисты-палачи!
  
  Коммунисты всё прошлое забыли.
  Им путь за это Богом в Рай закрыт!
  Не воскреснут, кого коммунисты убили!
  Нами ничто не забыто, никто не забыт!
  
  Россию жалят коммунисты-змеи,
  чтобы хуже русским людям жило́сь!
  С мерзко-поганой Ленина идеи
  падение народов России началось!
  
  Русские люди в России обманутой
  молчание злобное пока ещё хранят!
  Нервы народа струною натянутой
  о чём-то недобром зловеще звенят!
  
  Коммунистами история позабыта.
  В России пьют с копейки до рубля!
  Ужасной мглой кровавою покрыта
  вся Новгородская древняя земля!
  
  Ласкает луны отблеск странный
  Ленинграда Адмиралтейскую иглу.
  То луч нашей Свободы долгожданный
  пронзает коммунизма кровавую мглу!
  
  Серебрятся над Россией небосводы!
  Кто с коммунизмом борется, поймёт!
  Заря желанная долгожданной свободы
  давным-давно к нам с Запада идёт!
  
  Пятое апреля. 1977 год.
  270
  
  
  * * *
  
  Мы друг друга тогда так любили!
  
  Сплетни для нас были не важны́!
  Обо всём на свете мы тогда забыли!
  Мы друг другу были так нужны́!...
  Мы друг друга тогда так любили!...
  
  Луг раскинулся безбрежным,
  мы валялись на нежной траве!...
  Много грёз под взглядом нежным
  рождалось в моей дурной голове!
  
  Наше счастье так недолго длилось:
  в злую ты тогда поверила молву...
  Может это только мне приснилось,
  или, может быть, всё было наяву!
  
  В любовь играть нам надоело,
  разбежались, как в марте коты!
  И кому теперь уже какое дело,
  что рассыпались наши мечты!
  
  Тебе стало чуждо всё мирское.
  Тебя я никогда не предавал.
  Ты мне познать дала такое,
  что я с другими не знавал!
  
  Душа моя помнить не устала
  о том лете страстном, жарком!
  Незабываемым тем летом стала
  для меня ты дорогим подарком!
  
  Где ты теперь и с кем не знаю.
  Твоё имя иногда во сне кричу!...
  Мы расстались, это понимаю...
  Только верить в это не хочу!
  
  Седьмое апреля. 1977 год.
  271
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-убийцы побояться!
  
  За сигаретой сигарету
  куришь утром натощак.
  Бросил бы привычку эту:
  Здоровье, ведь это не пустяк!
  
  Ведь сердце далеко не сталь,
  но в жизни столько поднимает!...
  Больные люди, мне вас жаль!
  Душа моя вас очень понимает.
  
  Вчера парторг, сегодня врач...
  С ними не издохнешь от тоски!
  Раз им попался, - плач-не-плач,
  коммунист "залечит" до доски!
  
  Хоть не живу, как все, трудом,
  моя жизнь растаяла свечкой!
  Коммунисты сдали в дурдом
  русских послушной овечкой.
  
  Пришлось со свободой прощаться.
  Хоть я молод, но здесь как старик.
  Коммунисты-звери побояться
  меня выпустить даже на миг!
  
  Мне бы водки бы целую кружку,
  я забылся бы от жизни бредний!
  Первый раз попадаю в психушку!
  Этот раз, разве он не последний?
  
  Нас всех уже выписывать пора,
  А то мы здесь от леченья усохли!
  Коммунисты-убийцы "докторá",
  чтобы вы, сволочи, все передохли!
  
  Одиннадцатое апреля. 1977 год.
  272
  
  
  * * *
  
  Мы свою любовь не сохранили.
  
  Увлечённая танцем цыганским
  ты такою доступной была́!
  Ананас запивала шампанским,
  ты в полупьяной улыбке плыла́!
  
  Как нежный ангел ты мне пела,
  хотя Сиреною злой ты была́!
  Ты всей моей плотью владела,
  но мою душу взять не смогла.
  
  "Всё!..." - сказала ты напевно,
  и от меня ушла, змеёй шурша.
  Но к твоим словам безгневно
  отнеслась моя грешная душа.
  
  Тебя так любил когда-то я!...
  Но друг от друга мы устали.
  Когда-то были мы друзья,
  вдруг теперь врагами стали.
  
  Иногда всплывают тенью
  твоего лица чудесные черты,
  как черёмухи с сиренью
  облетевшие с ветром цветы.
  
  Моя душа теперь глуха́ и нéма,
  и сам теперь ко всем я глух и нем.
  Мы расстались, в чём проблема?
  Да вовсе нету никаких проблем.
  
  С тобой несчастливы мы были,
  хотя от меня ты лучшего ждала́.
  Мы свою любовь не сохранили.
  Да только любовь-ли то была́?...
  
  Тринадцатое апреля. 1977 год.
  273
  
  
  * * *
  
  Вспоминая коммунистов зло!
  
  За стихи лишь меня посадили,
  схватив среди улиц Москвы.
  На долгие годы меня осудили.
  Это были, случайно, не вы?...
  
  А хоть бы и вы... Бог уж с вами!
  Но только вас прощу уж едва-ль!
  Делюсь со всеми своими стихами,
  если хотите, читайте... Не жаль.
  
  Вот ещё моей жизни страница.
  Многих в тюрьмы смогли посажать.
  Я же поэт, я как вольная птица,
  меня коммунистам не сдержать.
  
  Лютой зимою бежал я с этапа,
  надеясь на случая только успех.
  Мы тогда гурьбою дали драпа.
  Постреляли тогда, но не всех.
  
  Кто-то остался навечно в снегу,
  а мне тогда так очень повезло!
  Слёз горьких сдержать не могу,
  вспоминая коммунистов зло!
  
  Я замерзал, валяясь на снегу.
  Нож о собаку погони сломался.
  Даже вспомнить никак не могу,
  как я в чьей-то избе оказался.
  
  За окошком кружила метель,
  изба от мороза даже трещала.
  Женщина стелила мне постель,
  своим телом меня угощала...
  
  Семнадцатое апреля. 1977 год.
  274
  
  
  * * *
  
  Много-ли мужчине надо?
  
  Не сбываются часто мечты,
  превращаясь в туманную дымку.
  Со счастьем я редко на "ТЫ",
  с несчастьем всё время в обнимку.
  
  Я проклят жизнью и судьбою!
  Живу, сам судьбу свою кляня!
  Хочу быть только с тобой одною!
  Лишь только ты спасёшь меня!
  
  Опять о чём-то все молчишь...
  Опять всё споришься с судьбой!
  Передо мной в красе стоишь!...
  Но что же делать мне с тобой?
  
  Сердце моё тебе так радо!...
  Но только как мне поступать?
  Много-ли мужчине надо?...
  (Только с кем-то переспать...)
  
  Сердце моё кровью точится...
  Я устал в душе грехи копать.
  Мне тебя обнять очень хочется!
  (Да и не плохо бы переспать...)
  
  На меня, пожалуйста, не злись!
  Я, конечно, пьяница, дурак!...
  Коль в цене мы не можем сойтись,
  то не могла бы мне отдаться так?...
  
  Девятнадцатое апреля. 1977 год.
  275
  
  
  * * *
  
  Не боюсь от коммунистов пасть в борьбе!
  
  Колючим сизым холодком
  зима нас ранняя встречает.
  Прозрачным тоненьким ледком
  реки, озёра тихие венчает.
  
  Голова моя в ватном дурмане.
  Хоть бы где промелькнул свет...
  В предрассветном брожу тумане,
  я заблудился, но робости нет.
  
  Вдруг послал же Бог невзгоду
  мне, словно на темя кирпичи!
  В такую злую холодную погоду
  с девчонкой лежать бы на печи...
  
  Опять метёт суровая пурга.
  волк прилёг, устав от бега.
  Низко присели серые стога
  под тяжёлой шапкой снега.
  
  В глухом лесу, в глухую пору
  лютый мороз деревьями трещит.
  Сейчас не спится дьяволу и вору!
  Домовой под печкою пищит...
  
  Средь морозной непогоды
  я, как узник, неволей зажат.
  Весенние быстрые талые воды
  тайны зимние все обнажат!
  
  Теперь не беспокоюсь о себе,
  о чём бы мне пурга ни пела!
  От коммунистов пасть в борьбе
  боюсь, не закончив своего дела.
  
  Двадцать третье апреля. 1977 год.
  276
  
  
  * * *
  
  Пусть постель нам будет раем!
  
  Я нашей встрече сердцем рад!
  С тобой приятно время проводить!
  Встреча с тобой дороже всех наград!
  (Не могла бы ещё чем-то наградить?)
  
   С тобой любви отпустим тормоза!
  Если нальёшь мне только стопку,
  что ни предложишь, - буду "За!"
  (Захочешь, расцелую твою попку!)
  
  Друг другу мы пока не надоели.
  Мне тебя любить не сложно.
  Мне бы с тобою бы в постели!...
  (С твоей подругой тоже можно!)
  
  Со мною можно не грустить!
  Со мною можно веселиться!...
  Ближе меня могла бы допустить?
  Только прошу, не надо злиться.
  
  Стань мне Музой или стервой!
  Хоть кем угодно для меня стань!
  Мне станешь женщиною первой!
  (Прости, Господь, несу срань!)
  
  Мы друг без друга умираем!...
  Ты мне в ответ не промолчишь!
  Пусть постель нам будет раем!
  Ты на мне как ангел воспаришь!
  
  Двадцать девятое апреля. 1977 год.
  277
  
  
  * * *
  
  К борьбе с коммунизмом зовёшь!
  
  Мысли не мусор, не дрова,
  впрок много их не запасёшь.
  Хоть пусть распухнет голова,
  только умом её не набьёшь!
  
  Хотя сам же себя и осудишь,
  сам от себя никуда не убежишь!
  Меньше ешь, здоровым будешь!
  Меньше спи и жизнь продлишь!
  
  Когда вдруг события лихие
  тебя призовут к отдаче долга,
  тогда не твори дела плохие,
  проживёшь весело и долго!
  
  О людях думай как о братьях,
  но не давай врагам пощады!
  Будет мир в твоих объятьях,
  будут люди тебе всегда рады!
  
  Когда последний миг настанет,
  тогда твёрдо помни лишь одно:
  даже если смерть пристанет,
  и тогда не сдавайся всё равно!
  
  Всех своих ближних возлюбя,
  в своей душе любовь взрасти!
  Жизнь измени вокруг себя,
  но коммунистов не прости!
  
  Одной любовью сыт не будешь!
  Одной мечтой не проживёшь!
  Своё сердца́ горячие тем студишь,
  что к борьбе с коммунизмом зовёшь!
  
  Первое мая. 1977 год.
  278
  
  
  * * *
  
  Нам коммунисты смерть готовят!
  
  Смирились все, не протестуем
  против судьбы своей шальной.
  Не живём, а только существуем,
  все больны в стране больной!
  
  Коммунисты насаждают пьянство!
  За рабскую работу нам платят гроши!
  Даже огнём не выжгите Славянство
  из моей русской страждущей души!
  
  Нам коммунисты смерть готовят!
  Коммунисты как демоны глядят!
  Только солнце они не остановят!
  Свободы путь они не преградят!
  
  Коммунисты всё забрали в деревнях!
  Голод стал! - русские такого не знавали!
  Русские безгрешные души пожирает страх,
  из-за коммунистов выживем едва-ли...
  
  Нас коммунизм уничтожить хочет!
  Все живём, коммунистов кляня!
  В этой кровавой страшной ночи
  ясно вижу солнце завтрашнего дня!
  
  Всё у нас неладно и нестройно!
  Мы снова на неправильном пути!
  Люди, научите меня, как спокойно
  мне мимо горя людского пройти.
  
  Живём в жилищах обнищалых!
  Мы рабы коммунизма страны!
  В коммунизма идеях обветшалых
  видим сарказм Ленина-сатаны!
  
  Третье мая. 1977 год.
  279
  
  
  * * *
  
  О банде Ленина-сифилитика злодея!
  
  Не верьте коммунизма бреду,
  кто у коммунистов в плену!
  Расскажу вам про "Победу"!
  Всё расскажу вам про войну!
  
  Устроил кто Гражданский фронт?
  Кто истребил лишь для куражу
  Святой России Святой Генофонд?
  И об этом вам тоже расскажу!
  
  Кто враг России в самом деле?
  Кто превратил страну в тюрьму?
  Всё расскажу вам о беспределе!
  Всё вам расскажу про Колыму!
  
  Вам расскажу о заключённых!
  (меня ведь тоже конвой бил!)
  Кто истребил дворян, учёных?...
  Кто честных русских истребил?
  
  В разум набили экскрементов
  самим себе и всем большевики!
  Кто истребил интеллигентов,
  чтобы плодились только дураки?
  
  Сколько взорвали святых Обителей,
  чтоб коммуниста-сатану возлюбить?
  Сколько безвинных священнослужителей
  убили, чтобы в душах людей Бога убить?
  
  От коммунизма лжи ужасной холодея
  давно в диком страхе, как все, дрожу.
  О банде Ленина-сифилитика-злодея
  в своих стихах всему Миру расскажу!
  
  Пятое мая. 1977 год.
  280
  
  
  * * *
  
  СОДЕРЖАНИЕ.
  
   1. Титульная страница.
   2. От издательства.
   3. От автора.
   4. Коммунисты с фашистами на Польшу напали!
   5. Ты одного меня любила!
   6. Здесь коммунистов беспредел!
   7. Хочу тебя! Очень хочу!...
   8. Для коммунистов я опаснее, чем вор!
   9. До сих пор ты влюблена!
  10. Душа моя коммунистов не прощает.
  11. Ты и так ведь подо мною!
  12. Не хочу с коммунистами дружить!
  13. Не моя ль ты незабвенная любовь?
  14. От коммунистов гонения терплю!
  15. Знала бы, как её хочу!
  16. Ленин-сифилитик педераст!
  17. Хочу ласкать твоё тело!
  18. Коммунизм - кладбище надежд!
  19. Могу стихами одарить любовниц!
  20. Коммунистами Есенин был убит!
  21. Поэта ты с ума свела!
  22. Коммунистов проклинаю!
  23. Твоей любви очень хочу!
  24. Не боюсь быть застреленным коммунистом!
  25. Тебе за ласку, нежности тепло!
  26. О коммунистах страшно говорить!
  27. Тебя любить, безумие иль нет?
  28. Лезу с коммунистами в драку!
  29. Коммунисты-палачи терзают нас!
  30. Не я, жаль, в Ленина стрелял!
  31. Люблю её, но так боюсь!
  32. Коммунистам делаем гадость!
  33. Буду лишь только твой!
  34. Перед коммунистами не дрожал.
  35. Если замуж не захочешь...
  
  281
  
  
  * * *
  
   36. На могиле Ленина будет туалет!
   37. Ты не могла б меня бы полечить?
   38. Моя душа коммунистам не рада!
   49. В постели с нею ночью тёмной!
   40. Коммунист ничего не стоит!
   41. Ради любви лишь стоит жить!
   42. Скольких сгубил палач Сталин!
   43. На коммунистов проклятия шлю!
   44. Коммунисты издохнут, поэты вечны!
   45. Убей меня, или прости!
   46. Страна Советов, это преисподняя!
   47. На руках однажды в рай тебя снесу!
   48. Коммунист меня за стихи судит.
   49. Милашка, тебя хочу!
   50. Коммунисты не сломили русский дух!
   51. Забудь меня. Не приходи, не надо.
   52. Коммунизма лжи течёт река.
   53. Руками лазают в женские трусы.
   54. Готовьтесь к войне с коммунистами!
   55. Ему верна ты! - что с того?
   56. Стихи пишу коммунистам назло!
   57. Измены боль и любви злые муки!
   58. Ещё наломаю коммунистам дров!
   59. Меня не вздумай полюбить!
   60. С коммунизмом насмерть бой!
   61. Любовь всегда бывает первой!
   62. Коммунист стал злобным душегубом!
   63. Если тебе хоть раз изменю!
   64. При коммунистах люди сгорают как свечи!
   65. Когда текут слёзы из глаз.
   66. Коммунисты Христа на крест прибили!
   67. Неужто уж любви конец?
   68. Не поддаваясь коммунизма бремени.
   69. Лишь одну тебя только люблю!
   70. Меня коммунисты осуждают.
   71. Если дашь, то лучше станет?
   72. Даже в коммунизма застенках!
  
  282
  
  
  * * *
  
   73. Любви никакой давно нет!
   74. Я антисоветский элемент!
   75. Тебя люблю я очень!
   76. За тебя коммунистов убиваю!
   77. После свадьбы - импотент!...
   78. Коммунистов не прощая!
   79. Милая, стань моей женою!
   80. Коммунистами убитый, но живой!
   81. Моя любовь тебя не опалит!
   82. Коммунистам навредить!
   83. И бандитам любовь нужна!
   84. Антикоммунистические листовки!
   85. Просто лишь тебя одну люблю!
   86. Мои антикоммунистические стихи.
   87. Не давай уж сразу трахнуть.
   88. Многих антикоммунистов я знавал!
   89. Половой похоти отрава!
   90. От коммунистов рана моя.
   91. На что ты мне сдалась?
   92. Коммунистов душой ненавидя!
   93. Потому, что тебя люблю!
   94. На коммунистов злоба меня греет!
   95. Одиночество вдвоём...
   96. У коммунистов под конвоем я ходил.
   97. Мне отдайся, ради бога!
   98. Не могу против коммунистов не писать!
   99. Ты не хотела, я тебя хотел!...
  100. С оружием вставайте за Русь!
  101. Давай любовью забавляться!
  102. Исчезнут коммунизма страхи!
  103. Мне бы надо влюбиться!
  104. Коммунистов-кровавых-скотов!
  105. Для колдовства нужна кровать!
  106. Коммунистов-палачей проклинать!
  107. Сижу и слезы по щекам.
  108. Москва в коммунизма грехах.
  109. В битве той! (Под одеялом).
  
  283
  
  
  * * *
  
  110. Коммунизм терзает мне грудь!
  111. Любой из вас я готов отдаться!
  112. Душа от коммунистов страдает!
  113. Тебя не знаю, но люблю!
  114. Долой коммунизма-ада беспредел!
  115. Первую любовь не забывают.
  116. Коммунистов не прощу никогда!
  117. Если любовь к тебе возникнет.
  118. С коммунистами бороться хватит сил.
  119. Твоя любовь мне как награда!
  120. В России от коммунистов страдания!
  121. Всю ночь в экстазе были мы!
  122. Впереди с коммунистами драки!
  123. Опасно, милая, очень опасно...
  124. Коммунизма тяжкий труд!
  125. Я влюблён!
  126. Для коммунистов я очень опасен!
  127. Буду тебя всю жизнь любить!
  128. Коммунисты Россию продают!
  129. Хотел бы я кого-то полюбить!
  130. День Красной армии, скука...
  131. Фемиды меч и стрелы Купидона!
  132. На защиту России, русские, встаньте!
  133. Всегда любовь своё берёт!
  134. Коммунистами уничтоженной страны!
  135. Под твоей юбкою музей!
  136. Зверства коммунизма не исправить!
  137. Раба порока, моей стань!
  138. России коммунизм горем платит.
  139. Думал, что нету любви конца!
  140. Злодеянья коммунистов!
  141. Где ты, любимая женщина?...
  142. При коммунистах нету счастливого дня.
  143. Меня зачем терзаешь до сих пор?
  144. От коммунистов души поникли.
  145. Расцелую твои нежные руки!
  146. Коммунизма зверские законы!
  
  284
  
  
  * * *
  
  147. Буду тебе как верный пёс!
  148. Я коммунистам навредил немало!
  149. Я свою оставил милую.
  150. На борьбу с коммунизмом!
  151. С женщиной ложусь благословясь.
  152. От коммунизма ужасов!
  153. Любить грешно?
  154. От коммунизма ран в душе рубцы!
  155. Любовь безумьем заражает!
  156. Празднуют коммунисты-угоды.
  157. Коммунисты как дикие звери!
  158. С коммунистами в ад все идём!
  159. Любви не может быть конца!
  160. Против коммунизма бьюсь за Христа.
  161. Ты мне была небезразлична!
  162. Всех коммунистов мы на кол!
  163. Проститутки различных мастей.
  164. Коммунисты-звери жестокие!
  165. Не люблю, но говорю: "Люблю..."
  166. Оборвут коммунисты мой след...
  167. В стакан смотрю, тебя вспоминая...
  168. Пока жив хоть один коммунист!
  169. Мы столько ждали нашей встречи!
  170. Про коммунистов гадости...
  171. Не обещай любви мне вечно!
  172. Поэтам, коммунистами убитым!
  173. О прошлой любви мечтаю!
  174. С паденьем коммунизма мир придёт!
  175. Ты со мной встречалась не любя.
  176. Среди коммунистов-подлецов!
  177. Нас любовь мотыльками носила!
  178. Мою мать коммунисты на казнь увели.
  179. До сих пор ту девочку люблю!
  180. Здесь коммунисты русских жрут!
  181. "Стерпится-слюбится" В это не верь!
  182. Скоро ли коммунизму конец?
  183. Отдастся! - этим и убьёт!
  
  285
  
  
  * * *
  
  184. Против коммунизма я в первом строю!
  185. От той, сжигающей, любви!
  186. Коммунисты русских поэтов убивают!
  187. Всё равно тебя люблю!
  188. Коммунисты пытают нас с тобой!
  189. Вместо твоей ко мне любви!
  190. Коммунисты-кровавые суки!
  191. Любимая, без тебя страдаю!...
  192. В коммунизма страшных коридорах!
  193. К тебе когда-нибудь вернусь.
  194. Коммунистам стихи мои мешают!
  195. Стихами о любви кричу!
  196. Коммунизма тёмный злой народ.
  197. Ты - погибель для мужчин!
  198. Меня коммунисты осуждают.
  199. Не буду с тобой мириться!
  200. Коммунистов стихами обижу.
  201. Твоя писька... Я поклонник ей!
  202. Коммунистов проклиная!
  203. Встреча с моею Музой и любовью.
  204. От коммунистов-палачей!
  205. В детстве я любовь и Музу приобрёл!
  206. Гумилёв коммунистами-палачами казнён.
  207. Вернись, любимая, вернись!
  208. При коммунистах нету воли!
  209. Будешь любима не мной, а другим!
  210. Не продал я коммунистам свою честь!
  211. Казни меня! (Но перед этим дай!)
  212. О жертвах коммунизма скорбя...
  213. Любить научишь меня ты!
  214. В коммунизма тюрьме суровой.
  215. Любви от неё очень жду!
  216. Про коммунизма страшный беспредел.
  217. Стала бы ты мне желанной!
  218. У коммунистов милость не прошу!
  219. По-прежнему ты мне мила и люба!
  220. Коммунисты нас мучают на зоне!
  
  286
  
  
  * * *
  
  221. Люблю эту дерзкую девчонку!
  222. Коммунисты Россию тянут к сатане!
  223. Добровольно сам отдамся ей!
  224. Против коммунистов протестую!
  225. Не знаешь прелестей своих!
  226. Коммунисты убивают нас!
  227. Люблю её как Музу, как мечту!...
  228. Коммунисты, дьяволу покорные.
  229. Разошлись, не разлюбив друг друга.
  230. Мне коммунисты измотали нервы!
  231. Продолжает в сердце любовь тлеть.
  232. В СССР живём, как в клетках звери!
  233. Была любовь святой и чистой!
  234. Я с коммунистами в ссоре.
  235. Где она, которую люблю?
  236. Коммунистами я арестован за стихи!
  237. Будешь моей!
  238. Коммунизма страшный беспредел.
  239. Той, которую люблю.
  240. В тюрьмах коммунизма болеем.
  241. Ты со мной, но мне так нелегко!
  242. Коммунизм для России позор!
  243. Тебя ласкать готов я до рассвета!
  244. На коммунистов зло коплю!
  245. Сжигает мою душу любви зной!
  246. Коммунизм, это больная утопия!
  247. Любимая, без тебя страдаю!...
  248. О коммунистах не хочу знать!
  249. Я бы на руках её носил!
  250. Ленин убивал детей и стариков!
  251. Любовь под запретом.
  252. Русских детей Ленин казнил сам!
  253. Милашка, по тебе скучаю!...
  254. Перед коммунистом-палачом-иудой!
  255. Может быть любовь пришла?
  256. Следы коммунизма душевных ран!
  257. От любви нету спасенья.
  
  287
  
  
  * * *
  
  258. Коммунистов банда Ленина-тирана!
  259. Я о тебе всю жизнь мечтал!
  260. Будь трижды проклят дьявол-Ленин!
  261. Прошу, приди, отдайся...
  262. Зверь и коммунист, это одно и то же!
  263. В любви я дерзкий и упрямый!
  264. Кого коммунизм погубил!
  265. В её глазах печаль и тайна...
  266. Коммунизма мрак.
  267. Мы друг друга безумно любили!
  268. От коммунистов не жду пощады...
  269. Я так тебя тогда любил!
  270. Всё кровожадней коммунисты-палачи!
  271. Мы друг друга тогда так любили!
  272. Коммунисты-убийцы побояться!
  273. Мы свою любовь не сохранили.
  274. Вспоминая коммунистов зло!
  275. Много-ли мужчине надо?
  276. Не боюсь от коммунистов пасть в борьбе!
  277. Пусть постель нам будет раем!
  278. К борьбе с коммунизмом зовёшь!
  279. Нам коммунисты смерть готовят!
  280. О банде Ленина-сифилитика злодея!
  281 - 288 Содержание.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  288

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"