Бобин-Васильев Владимир Иванович: другие произведения.

Том 9

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья

  
   * * *
  
  љ
  
  Владимир Бобин-Васильев.
  
  Во Славу Всевышнего Бога Отца, Сына и Духа Святого!
  Во Славу верной России Русской Освободительной Армии!
  Во Славу верной России героической Белой Гвардии!
  Во Славу Великой России!
  
  Том 9.
  
  Книга была уничтожена ФСБ России.
  Восстановлена близко к оригиналу. Не редактирована.
  
  Коммунисты
  
   враги
  
  Православия.
  
  
  
  
  Россия. Ленинград. 1977 - 1979 год.
  
  1
  
  
  * * *
  
  От издательства "Patriot".
  
  Владимир Васильев.
  
  1950 год, в детском саду за антикоммунистические стихи
  воспитательницей сломана левая рука поэта.
  1956 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос,
  сломаны рёбра, вырван кусок мяса на указательном пальце
  правой руки поэта.
  1964 год, за антикоммунистические стихи первый суд.
  Дело на суде развалилось. Отправили на доследование.
  Поэт сбежал из-под подписки о невыезде.
  1971 год, за антикоммунистические стихи на допросе
  раздроблены пальцы на левой ноге поэта.
  1972 году арест, заключение, допросы под растормаживающими
  инъекциями, заборы крови до потери сознания, детектор лжи.
  1973 год, Задержание, арест жены. Её били на допросах,
  повреждён позвоночник. Дело на суде развалилось. Суд отправил
  дело на доследование, Поэт перешёл на нелегальное проживание.
  1981 год, за антикоммунистические стихи отбиты почки,
  повреждена грудная клетка, отбиты лёгкие, в горло был залит
  кипяток.
  1982 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросах вырваны без наркоза все зубы. Тюрьма, суд, срок....
  1985 год, за антикоммунистические стихи арест, уголовное дело,
  побег из под ареста.
  1989 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе черепно-мозговая травма. Вторая группа инвалидности.
  1990 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе травма кожного покрова черепа.
  1992 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос.
  За отказ от показаний сожгли дом поэта в селе Дубровке.
  Побег, проживание под чужим именем.
  1996 год, за антикоммунистические стихи сотрудники ФСБ РФ
  (члены КПРФ) отравили жену и дочь и сына поэта, они стали инвалидами.
  2000 год, сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) за антикоммунистические стихи отравили сына поэта, пробыв
  месяц в страшных муках, он умер.
  В 2006 году, 2007 году, 2008 году, 2009 году, 2010 году,
  2011 году, 2012 году сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) пытались отравить поэта радиоактивными веществами.
  Поэт тяжело заболел. Обратился за помощью к Президенту России, после чего был вынужден уехать в Германию.
  
  Подробности читайте в книге "Том 33".
  2
  
  
  * * *
  
  От автора.
  
  Стихи написаны мною под страхом смерти.
  Мои стихи это моей души боль.
  Мои стихи, это трагедия моей жизни
  и жизней моих родственников.
  Всевышний Господь всем дал талант.
   Мне Господь дал талант такой.
  
  На всё Воля Божья.
  
  * * *
  
  Светлой памяти многомиллионным безвинным мученическим жертвам коммунизма настоящую книгу посвящаю.
  
  * * *.
  
  Покупкой этой книги вы принимаете
  участие в создании памятника многомиллионным безвинным
  мученическим жертвам коммунизма.
  
  * * *
  
  Европейский день
  памяти многомиллионных
  безвинных мученических жертв
  сталинизма и нацизма
  отмечается во всех странах
  23 августа.
  
  3
  
  
  * * *
  
  Звон коммунистических оков!
  
  У всех людей чего-то есть,
  лишь у поэта нету ничего.
  Если поэт не пишет лесть,
  то коммунисты клеймят его!
  
  Серо-прозрачною шалью
  в небе мрачно висят облака.
  Скрыта за дальнею далью
  моей Музы мятежной река!
  
  Содержание моего куплета
  режет душу словно сталь!
  Зовёт куда-то русского поэта
  в неизвестность бегущая даль!
  
  Сильно поддатый и небритый
  к нам пришёл русский поэт...
  От вас ушёл совсем подпитый.
  Того поэта с вами уже нет...
  
  Тяжело мятежного поэта бремя,
  что тут от всех горе скрывать!
  Только не наступило время
  русскому поэту нынче унывать!
  
  Муза стихами славит умных,
  ругает коммунистов-дураков!
  Слышен среди рифм шумных
  звон коммунистических оков!
  
  Души поэтов стихи распирают!
  Поэты с Музой стихами говорят!
  Поэты никогда не умирают!
  Рукописи даже в огне не горят!
  
  Седьмое мая 1977 год.
  4
  
  
  * * *
  
  Любовь, это беда!
  
  Тебя я встретил, полюбил...
  И вот живу, любовь кляня!
  Ради тебя я даже всех забыл.
  А ты не хочешь знать меня!
  
  Не хочешь знать... А почему?
  Мне ответа не было и нету...
  Тебя никак я что-то не поёму.
  Я без тебя не рад уж свету!...
  
  Не рад я свету, не рад ночи.
  Не чему я без тебя уже не рад!
  Твои чудесные чарующие очи
  подарить мне обещают рай и ад!
  
  И я готов! Готов, ты слышишь?
  Я за тобой готов даже хоть в ад!
  Если хоть слово мне напишешь,
  оно будет ценнее всех наград!...
  
  Буду рад, коль мне ответишь
  на слов моих любовный звук!
  Ты однажды меня встретишь,
  тогда меня избавишь ты от мук.
  
  Моё сердце будет кровоточить,
  ведь для него любовь, это беда!
  Не стоит мне голову морочить
  тем, чего не будет вовсе никогда!
  
  Одиннадцатое мая. 1977 год.
  5
  
  
  * * *
  
  От фашизма Германия первой пострадала!
  
  Май... Прошло девятое число...
  Черёмуха скоро начнёт цвести.
  Немцам тогда так не повезло!...
  А ведь могло бы очень повезти!
  
  Выпил за мать я, выпил за отца...
  За победу уж не пьёт наша страна.
  Случилась из-за Сталина-подлеца
  та, всеми трижды проклятая, война!
  
  На моём сердце печали тяжкий груз.
  Скорбью душа моя рвётся на части!
  Ведь именно наш Советский Союз
  помог фашизму прийти к власти!
  
  Сталин Гитлеру много чего дал!...
  Не знают многие, но знаем зато мы!
  Народ немецкий первым пострадал
  от фашизма красно-коричневой чумы!
  
  Сталин думал, Гитлер будет помогать
  достигнуть господства нашей стране!
  До сих пор коммунисты продолжают лгать
  о своих планах, о фашизме и о той войне!
  
  Продолжают коммунисты миру угрожать!
  Брежнев еле держит свою голову больную.
  В Германию мне очень хочется бежать...
  Своими стихами с коммунистами воюю!
  
  Тринадцатое мая. 1977 год.
  6
  
  
  * * *
  
  Умереть за тебя я готов!
  
  Мне надеждой в душу веешь!
  Только меня всё злость грызёт.
  Как же много ты умеешь!...
  Как твоему мужу повезёт!
  
  Тебе всё это дала мама?
  Ещё добавил твой отец?
  Твои стихи тебе реклама!
  Ты вся такая!... Молодец!
  
  Признаний слышал я немало,
  но их душа моя уже забыла!
  Здесь ты мне такое написала!...
  Ты наповал меня сразила!...
  
  С душой холодной, не любя,
  я брёл бесцельно по судьбе...
  Жить не смогу уж без тебя!
  Всей душою рвусь к тебе!
  
  От жизни бурь давно устала
  моя заблудшая грешная душа!
  Ты теперь моей мечтою стала!
  Но не слишком-ли ты хороша?
  
  Дала ты повод мне мечтать!
  (Чтобы не обидеть, промолчу).
  Очень хочу твои письма читать!
  Всю тебя тоже очень хочу!...
  
  Пишешь, что умеешь прощать!
  Много скажу тебе нежных слов.
  Не буду тебе ничего обещать,
  но умереть за тебя уже я готов!
  
  Семнадцатое мая. 1977 год.
  7
  
  
  * * *
  
  В коммунистах вижу врагов!
  
  Люди России, обращаюсь к вам!
  С коммунистами пришла беда!
  Коммунистов лживым словам
  не верьте ни за что и никогда!
  
  Коммунисты злобствуют опять!
  Продолжают сердца русских ранить!
  Поверьте, лет через двадцать пять
  не будут коммунисты нас тиранить!
  
  В России сейчас правде зажим!
  Коммунизма гнёт не терпите!
  Скоро падёт коммунизма режим!
  Воруйте, поджигайте, вредите!
  
  Народ всё разворует, раскрадёт,
  по тайникам ворованное пряча!
  Режим коммунизма скоро падёт,
  как полудохлая больная кляча!
  
  Издохнуть помогаю этой кляче!
  Я с коммунистами не дружил!
  Но как теперь мне быть иначе?...
  Мой дед в полиции Царя служил!
  
  Я русский от ногтей и до мозгов!
  На борьбу всех русских призываю!
  В коммунистах вижу Миру врагов!
  Этих врагов ночами тихо убиваю!
  
  Девятнадцатое мая. 1977 год.
  8
  
  
  * * *
  
  Её стих любовью дышит!
  
  Я в Новгород приехал снова,
  чтобы стихом душу встряхнуть!
  Вдруг читаю: "Маша Иванова..."
  Сразу я решил к ней заглянуть!
  
  Заглянуть просто, между дел.
  До того душа моя была в покое.
  Письмо её прочёл и обалдел!
  Ведь надо ж написать такое!...
  
  Весь её стих любовью дышит!
  Из первых строк уж это видно!
  Но почему не мне всё пишет?
  Мне очень больно и обидно!
  
  Её прочёл, - стал как во сне,
  хотя и спать уж вовсе не хочу!
  А вдруг она всё пишет мне?!
  Сразу вспухло!... (Где, молчу!)
  
  Её стихам, ну, как не внять!
  Как не прислушаться к такому!
  Мария, как мне тебя понять,
  тут пишешь мне или другому?
  
  Это мне в любви клянёшься,
  в душе любовь ко мне храня?
  Иль надо мною так смеёшься?
  Скажи, не мучай же меня!...
  
  Презрев мещанскую молву,
  могу поклясться на крови́,
  что голым к тебе через Неву,
  переплыву, только позови!
  
  Двадцать третье мая. 1977 год.
  9
  
  
  * * *
  
  С коммунизмом-палачом врагом!
  
  Читатель, уж меня прости:
  жажда мести в моей крови́!
  В моих стихах много ненависти́
  и очень в них много любви.
  
  Как такое вдруг случилось,
  почему так, зачем и отчего?
  Сердце моё как остановилось,
  не слышно мне стука его.
  
  Тюремной камеры дверца
  скрипит под перезвон оков.
  Вместо стука моего сердца
  во мне стон мятежных стихов!
  
  Кто не сможет никого обидеть,
  тот не сможет никого убить!
  Кто не может врагов ненавидеть,
  тот не может и друзей любить.
  
  Душа моя стихами точится,
  с неё текут они, словно кровь!
  Как-нибудь ненависть кончится.
  Бурно хлынет стихами любовь!
  
  Сижу в тюрьме лёжа и стоя,
  сижу даже шагом, даже бегом.
  Силы коплю для смертельного боя
  с коммунизмом-палачом врагом!
  
  Двадцать девятое мая. 1977 год.
  10
  
  
  * * *
  
  Люблю тебя и тебя боюсь!...
  
  Жизнь нам даёт немало знаний!
  Но, увы, не всем в ней повезло!
  Не хочу никаких воспоминаний,
  всё, что было, всё уже прошло...
  
  В волнении моя душа и кровь,
  но внешне спокойным остаюсь!
  Ты моя незваная любовь!...
  Люблю тебя и тебя боюсь!...
  
  Очень боюсь тебя обидеть...
  Я до тебя, всем лишь грубил!
  До тебя я мог лишь ненавидеть!
  Но я тебя за что-то полюбил!...
  
  Я думал, что душа моя уснула...
  Но искра пробежала между нами!
  Ты всю мою жизнь перевернула,
  словно я теперь кверху ногами!
  
  Хоть вызывает это во мне страх,
  только на тебя не буду злиться!
  Я всё витаю где-то в облаках!...
  (Так ведь недолго и разбиться!)
  
  Словам твоим душою внемлю!
  Тебе в любви признаться не боюсь!
  Пожалей, спусти меня на землю,
  а то ведь и вправду разобьюсь!
  
  И теперь, волнуясь и любя,
  тебе не пожалею любви слов!
  Не боюсь разбиться о тебя!...
  Даже погибнуть за тебя готов!
  
  Тридцать первое мая. 1977 год.
  11
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских убивают!
  
  Начитавшись лживых страниц
  может быть сюда придёте,
  при коммунистах честных лиц
  вы даже и в музее не найдёте!
  
  Коммунисты русских убивают!
  Коммунист хуже вонючего клопа!
  В России всю землю покрывают
  русские кости, кровь и черепа!...
  
  Хочу русской водки напиться,
  от коммунизма позабыться!
  Не хочу никого вспоминать,
  но в сознании дед мой и мать!
  
  Мой дед был генералом царским.
  Мать с сестрою детей в школе учили.
  Тёмным страшным вечером январским
  коммунисты-людоеды всех их убили.
  
  Рассудок призывает меня к мести!
  Моя душа, протестуя, злобой дрожит!
  Русь в крови без креста и без чести
  под коммунистом-душегубом лежит.
  
  Я всё против коммунизма делаю!
  Коммунистов никогда не прощу!
  Коммунизма жизнь кроваво-белую
  в разноцветную скоро превращу!
  
  Теперь о счастье только грежу.
  О борьбе с коммунизмом говорю!
  Не одного коммуниста зарежу,
  ещё очень много чего натворю!
  
  Первое июня. 1977 год.
  12
  
  
  * * *
  
  Что люблю скажу ей в лоб!
  
  Я на портрет её поглядел...
  Такие мне только снились!
  Её увидел, даже обалдел!
  Другие девки позабылись!
  
  Она красива, как картина!...
  Из-за неё не пью, не ем!...
  Передо мной Екатерина,
  тут стою и глух, и нем!
  
  Ведь написать такое смеет!...
  Ей не прожить без меня дня!
  Она всё может, всё умеет!...
  И всё лишь только для меня!
  
  Её красивей есть на свете,
  но их слова одно враньё!
  Но за все её слова, за эти,
  я готов издохнуть для неё!
  
  Пока не знаю с нею кто мы.
  Но как подумаю, аж страх!
  Не запрещённые-ль приёмы
  она использует в стихах?
  
  Хоть по другим её и мерю,
  что люблю, скажу ей в лоб!
  Ей, почему-то, душой верю.
  А там пусть будет хоть потоп!
  
  Третье июня. 1977 год.
  13
  
  
  * * *
  
  От коммунизма России беда!
  
  Связав себя с Музой своей
  обрёк себя я на невзгоды.
  Поют стихи, как соловей,
  песни борьбы и свободы!
  
  Свою честь не запятнаю
  тем, что песни свободы пою!
  Коммунизм, хорошо тебя знаю,
  чтобы поверить в ложь твою!
  
  Одно говорим, - делаем другое!
  (Это коммунизм так нам велит!)
  Коммунистов совесть в покое,
  их сердце за Россию не болит!
  
  Коммунисты опасны и лживы!
  От коммунизма России беда!
  Коммунисты... Да пошли вы
  в ад или подальше бы куда!...
  
  В нашей жизни всё не шоколадно,
  даже перец в нашей жизни есть!
  Хотя в судьбе моей пока неладно,
  не запятнал я ложью свою честь!
  
  Падут в борьбе одни, падут другие!
  Затем придут совсем иные времена...
  Никогда Россия не забудет дорогие
  русскому сердцу героев имена!
  
  Пятое июня. 1977 год.
  14
  
  
  * * *
  
  Ограбление любви.
  
  В тоске о тебе думаю снова.
  Душой страдаю по тебе вновь...
  А ты здесь ночи ждёшь покрова,
  хочешь ограбить мою любовь!
  
  Ты что, опомнись, Катерина!
  Сердцем от строк твоих немею!
  Может, я тот ещё скотина...
  но любовь грабить не посмею!
  
  Сама меня порой ругаешь,
  (даже смертью мне грозя),
  а здесь такое предлагаешь!
  Катя, этого делать нельзя!...
  
  Как можно низко так упасть?
  Понять мне это очень сложно.
  Любовь ограбить иль украсть
  совершенно невозможно!
  
  Любви нельзя и обучить!
  Любовь прекраснее чудес!
  Её лишь можно получить,
  как дар бесценный от небес!
  
  Безумьем свою душу не трави!
  Поверь же в то, что говорю!
  Если желаешь так любви,
  тебе свою любовь подарю!
  
  Седьмое июня. 1977 год.
  15
  
  
  * * *
  
  Русских убивают коммунисты-палачи!
  
  Затравленный коммунистами-ментами,
  всё я выстрадал он на своём горбе!
  Обманутый прекрасными мечтами,
  народ проклятья шлёт своей судьбе!
  
  Одичала Россия в кровавой ночи,
  загублены лучшие русские люди!
  Русских убивают коммунисты-палачи!
  Что-то в России с нами ещё будет?...
  
  Долго я тяжкие муки терпел,
  мечтая о странах далёких.
  Коммунистам неведом предел
  в истязаньях и пытках жестоких!
  
  В русских душах многое убито!
  Звереют коммунисты-палачи!
  Русское небо тучами закрыто,
  кровавая темень, кричи не кричи́!
  
  Мне дружба ни с кем не нужна,
  но не один за Свободу борюсь!
  Пусть победа пока ещё не видна,
  но к ней всей душою стремлюсь!
  
  С каждым разом всё проворней
  свои стихи мятежные пишу.
  Чем ночь темней, тем спокойней
  по Ленинграду листовки разношу!
  
  В кровь пришлось нам окунуться!
  Страшная явилась к нам напáсть!
  России желаю скорее очнуться
  и к могилам прадедов припасть!
  
  Одиннадцатое июня. 1977 год.
  16
  
  
  * * *
  
  За что люблю и сам не знаю!
  
  Читаю твоего письма строку,
  я в неё всею душою впился!
  Но объясни мне, дураку,
  в чём опять я провинился?
  
  "Раз меня не любишь, - уходи"
  Ты в письме такое мне сказала.
  Постой, послушай, погоди!...
  Совсем, что-ль, разум потеряла?
  
  Что, ты мне больше не жена?
  Как перед Богом, не солгу,
  ты настолько мне нужна!...
  Жить без тебя даже не могу!
  
  Но от ревности всё стонешь!
  Кроме тебя не нужен мне никто!
  Вот опять вдруг меня гонишь!
  Но объясни мне хоть за что?
  
  Как оскорбить меня знаешь!
  Сама любого оскорбишь!...
  Ребёнком будущим пугаешь!
  Подумай, что мне говоришь!
  
  Твои все оскорбления терплю!
  Тебя совсем другою вспоминаю!
  Хоть ты и стерва, - но люблю!
  За что люблю и сам не знаю!
  
  Тринадцатое июня. 1977 год.
  17
  
  
  * * *
  
  Такой удел нам коммунизмом дан!
  
  В лес идя собак не кормят,
  на поминках не поют!
  И не рубят дуба корни,
  под которым вино пьют!
  
  Веселее от вина не будет,
  если нету веселья в душе.
  Кто сердце своё осту́дит,
  никогда не зажжёт его уже!
  
  Кто-то плотно сжимает зубы,
  чтобы зуд похмелья прошёл!
  У кого-то горят внутри трубы,
  у меня же всё всегда хорошо!
  
  Тихо провожая этот год,
  душою все надеемся на тот!
  Давайте выпьем же до дна,
  у нас бутылка водки не одна!
  
  Наши годы бурные кипят!
  Уйдут они и нас не спросят!
  Брызги шампанского летят,
  мысли печальные уносят!
  
  Никто ведь даже не заметит,
  что живёшь во вражьем стане.
  Порой звезда в душу и светит,
  но её видим лишь в стакане!
  
  Где бы ни жил, повсюду ссылка!
  Такой удел нам коммунизмом дан:
  подруга моя верная водки бутылка,
  мой друг единственный стакан!
  
  Семнадцатое июня. 1977 год.
  18
  
  
  * * *
  
  Твой голос нежный и божественный!
  
  Мир в соответствии строгом
  весь полон Господа чудес!
  Милашка, ты создана Богом,
  но только дьявол в тебя влез.
  
  Вырвавшийся из ураганов,
  или из жизни какой-то иной,
  язык кастаньет, барабанов,
  приятный тебе лишь одной!
  
  Выступаешь тут на сцене
  под рампы чарующий свет!
  Мы с тобой валялись в сене...
  Ты меня любила или нет?
  
  О жизни счастливой мечтала,
  где было бы место двоим!...
  Чьей бы женой ты ни стала,
  только другом будешь моим!
  
  Зачем вдруг среди счастья
  сама разрушила нашу семью,
  сама себе накликала несчастья
  и подсудимую скамью?
  
  В связи с трауром надела
  ты платок чёрный до бровей.
  А ведь совсем недавно пела
  ты как весёлый соловей.
  
  Голос нежный и божественный
  в моей душе всегда звучит!
  Не напишу стих торжественный,
  моя душа давно уж в тоске спит.
  
  Девятнадцатое июня. 1977 год.
  19
  
  
  * * *
  
  . Я коммунизму камень преткновения!
  
  Берега Пицунды знойной
  много раз уже я посещал.
  В своей жизни беспокойной
  я многим счастье обещал...
  
  Жизнь как стена неприступная,
  но только вверх лезем по ней!
  Ты моя ошибка самая крупная
  в жизни непутёвой моей!
  
  То счастья нежные мгновения,
  то вдруг тоска, хоть волком вой!
  Я коммунизму камень преткновения,
  я только для тебя любимый твой!
  
  На закате выглядишь бледно,
  но речь твоя так очень горяча!
  Закат догорает тихо бесследно,
  как в церкви поминальная свеча!
  
  Когда мне было голодно,
  я много видел чудных снов.
  Мне не жарко и не холодно
  от твоих любезных слов!
  
  Ты меня очень обидела тогда,
  сказав, что я ни на что не годен.
  Я от тебя свободен навсегда,
  но от прошлого я не свободен!
  
  Я пережил с тобой разлуку,
  я исходил очень много дорог,
  изведал боль и страсть, и скуку...
  Изведал всё, что только смог!
  
  Двадцать третье июня. 1977 год.
  20
  
  
  * * *
  
  Нежно исцелую твои груди!
  
  К тебе зашёл я на минутку,
  тебе подарить букет цветов.
  Я разозлился не на шутку,
  у тебя увидев мужиков!
  
  Мне сейчас уже не до сук,
  живу, самого себя не любя.
  В дверь сексуальный стук
  часто выводит меня из себя!
  
  По былому теперь не скорбя
  другие песни льёт моя гитара!
  Всей душой люблю только тебя,
  хотя знаю, ты грязная шмара!
  
  Моё чувство дымкой тихо тает,
  теперь о том стихи свои пишу.
  Любви мне очень не хватает,
  свои чувства похотью глушу.
  
  Пускай нас хоть осудят люди,
  но нам не издохнуть от тоски!
  Нежно исцелую твои груди,
  губами обласкаю твои соски!
  
  Я в тебя такой влюблённый,
  словно как заворожённый,
  возле тебя я целый день
  брожу как печальная тень.
  
  Любви к себе у меня уже нет,
  страдая, лишь тебя одну любя.
  Я столько много долгих лет
  тихо сгублю себя из-за тебя!
  
  Двадцать девятое июня. 1977 год.
  21
  
  
  * * *
  
  Коммунизма кровавый топор!
  
  За тусклым светом фонаря
  коммуниста-дьявола вижу.
  С глазами цвета снегиря,
  он кровавую пьёт жижу!
  
  Мир ду́хов и привидений
  я во сне сегодня посетил.
  Терзает мою душу гений,
  но я его за всё простил.
  
  За думою видение явилось,
  хотело что-то мне сказать.
  Не на шутку разозлилось,
  пытаясь что-то доказать!
  
  Над серою угрюмою рекою
  кровавый стелется туман.
  Демон страшною рукою
  призывает из дали ураган!
  
  В тишине немой и странной
  коммунизм наши души крадёт!
  Льётся свет во тьме туманной,
  коммунист призрака ведёт!
  
  Там луны кроваво-медной
  всюду разливаются лучи.
  Демон там рукою бледной
  тихо шепчет мне: "Молчи.".
  
  В прошлое устремляя взор
  в нём будущее России вижу,
  коммунизма кровавый топор,
  злую мразь и кровяную жижу!
  
  Первое июля. 1977 год.
  22
  
  
  * * *
  
  От Марьи не нужен мне минет!
  
  Марья пишет: "Любовь нараспашку"
  Дразнит собою так она кого?
  Мне хочется задрать её рубашку!...
  И сами знаете потом ещё чего!...
  
  Снова гляжу на Марьин портрет,
  на нём такая-то заинька и пайка!
  Но только на потрете её вовсе нет,
  там шпалы, рельсы, балалайка...
  
  Стул, рельсы, шпалы, балалайка...
  От страха даже распирает грудь!...
  И я подумал: "Напишу-ка дай-ка
  этой Марье стихами что-нибудь".
  
  И вот пишу!... О чём? Да разве знаю!...
  Но всё равно, хоть пьяный в хлам, пишу!
  Всех своих девок прошлых вспоминаю,
  У Марьи никогда минет не попрошу!
  
  Стул, балалайка, рельсы, поезда...
  неизвестно они катятся куда-то!...
  Чтоб мне издохнуть бы, когда
  в этом душа моя не виновата!
  
  Не знал совсем Каренину Анну,
  я ей даже глазом не моргнул...
  Но я, представьте, в ту же ванну
  свой пенис много раз макнул!
  
  Как не было той Анны, так и нет!
  Осудить меня вряд ли кто посмеет.
  А от Марьи не нужен мне минет!
  (Она его даже и делать не умеет!)
  
  Третье июля. 1977 год.
  23
  
  
  * * *
  
  Был схвачен коммунистами-ментами,
  
  Помахаться люблю кулаками!
  (Особенно тогда, когда напьюсь.)
  Много женщин я лапал руками,
  а к тебе прикоснуться боюсь.
  
  Я тогда пришёл к тебе с цветами,
  чтобы тебе сказать: "Люблю..."
  Был схвачен коммунистами-ментами,
  на тюремных нарах теперь сплю.
  
  Пока что здесь мне очень худо...
  Существую, всё на свете кляня!
  Но возникнет вдруг чудное чудо,
  если только полюбишь меня!
  
  Роняю слёзы на твои портреты,
  о своих утратах искренне скорбя.
  Не зная с кем теперь и где ты
  по-прежнему люблю одну тебя!
  
  Рядом с тобою не скоро буду,
  хотя я пред тобою не в долгу.
  Если умру, обо всём позабуду,
  только тебя позабыть не смогу!
  
  Нет совсем во мне интеллигента,
  только мужицкие русские песни пою!
  Все мои чувства, как капли абсента,
  тихо капают на грешную душу мою!
  
  Лишь только тобою могу дорожить,
  борясь яростно со своею судьбой!
  Лишь только с тобою хочу жить!
  Умереть хочу лишь только с тобой.
  
  Пятое июля. 1977 год.
  24
  
  
  * * *
  
  Любовь это омут пустой!
  
  Всё жду, когда придёт Сонечка,
  то в окно погляжу, то в тетрадь...
  Сижу, дурью маюсь тихонечко,
  мне абсолютно на всё наплевать!
  
  Меня в гости зазвала соседка,
  от неё в хлам пьяным я ушёл.
  Там осталась с деньгами барсетка
  и часы я свои нигде не нашёл...
  
  Эта "Моська" мне так надоела!...
  Я не слон, но её, наверно, раздавлю!
  Из-за неё мне ни отдыха, ни дела!
  Но только без дела сидеть не могу!
  
  Раньше к каждой женщине тянуло,
  но с годами мои страсти улеглись.
  Чувство в сердце моём не уснуло,
  только страсти нету, хоть ты злись!
  
  Мою душу мучает кручина,
  сижу один тихонечко, молчу.
  Тосковать мне есть причина,
  но о ней говорить не хочу.
  
  Поэта женою быть трудно,
  любовницей ещё трудней.
  То пьёт поэт беспробудно,
  то рифмы гонит как коней!
  
  От жизни такой непростой
  уснуть бы и не проснуться.
  Любовь это омут пустой,
  хочется в нём захлебнуться.
  
  Седьмое июля. 1977 год.
  25
  
  
  * * *
  
  Не жду от коммунистов признания!
  
  Кто-то, в поэзии, прохожий,
  но я одарённый от Бога поэт!
  На других я совсем непохожий!
  Второго, такого как я, ещё нет!
  
  Путь мой мраком серым скрытый.
  Очень слаб и тих мой голос низкий.
  Коммунистами я не позабытый.
  Всем я чужой и очень близкий.
  
  Написана мною в стихах моих
  вся жизнь серая прошлая моя.
  Я вовсе не скрываю от вас их,
  в них написал вам всё, не тая́!
  
  Зарылись мои мысли в старине.
  Старину любить мне есть за что!
  Может прочтёт потомок обо мне
  лет этак через десять или сто.
  
  Теперь уже свободой багровеет
  моей России мрачный горизонт!
  Мне на́ ночь добрый сон навеет
  стихами светлыми Бальмонт.
  
  Грешная душа моя печальная,
  как Лета бездонна и глубока!
  Ко мне когда-нибудь прощальная
  от Музы придёт последняя строка.
  
  У кого-то даже рифмы вовсе нет,
  мне всё время прут, как наказания!
  Я, одарённый православный поэт,
  не жду от коммунистов признания.
  
  Одиннадцатое июля. 1977 год.
  26
  
  
  * * *
  
  Между любовью и изменой!
  
  Ты так прекрасно написала!
  Такого никогда не слышал я!
  Моя душа с того аж застонала!
  До сих пор почему ты не моя?...
  
  Хоть помирать мне ещё рано,
  мне есть ещё чем дорожить,
  я так устал от бреда и обмана!...
  У устал, наверно, даже жить!
  
  Своей любовью дорожи!...
  Любовь нам душу украшает,
  но в душе есть место лжи,
  она-то всё в нас разрушает!
  
  Только лишь успею полюбить,
  уж ревность душу разъедает!
  Не знаю даже как мне быть?...
  Моё сердце бедное страдает!
  
  Презрев мещанскую молву
  я доволен жизни переменой!
  Вот так всю жизнь и живу
  между любовью и изменой!
  
  Всей душой заранее любя
  (ведь ты сама меня зовёшь!)
  уже давно к себе жду тебя!
  Но ко мне всё так и не идёшь!
  
  О любви теперь очень тоскую!...
  Мечтаю, своё прошлое итожа:
  "Где же мне найти себе такую,
  чтобы на тебя была похожа?"
  
  Тринадцатое июля. 1977 год.
  27
  
  
  * * *
  
  . Чем коммунистам хуже!...
  
  Я в Магадане на стуже,
  душа моя в ледяном огне.
  Чем коммунистам хуже,
  с того тем легче будет мне!
  
  Ночами не смыкаю очи.
  Ночью я как в смерти тени́.
  Очень люблю тёмные ночи,
  больше, чем светлые дни!
  
  Спокойно сижу в спецзоне,
  здесь другие от страха голосят.
  У коммуниста-палача на пагоне
  слёзы русские кровавые висят.
  
  Впереди вижу могильный ров,
  хотя покуда я жив и здоров.
  Как могу своё здоровье берегу,
  но от смерти никуда не побегу.
  
  Здесь цена жизни людей ерунда!
  Кровавый туман по зоне плывёт.
  Без страха спокойно умру тогда,
  когда меня Господь призовёт.
  
  В тюрьме стихи пишу такие,
  за которые тяжкие бе́ды терплю.
  Очень люблю ночи воровские,
  советские будни так не люблю!
  
  Пью водку всегда только до дна,
   чтобы России свободной быть!
  Цель у меня лишь только одна:
  всех коммунистов-палачей убить!
  
  Семнадцатое июля. 1977 год.
  28
  
  
  * * *
  
  Почему бы нам не согрешить?...
  
  Изгибы прекрасного женского тела!...
  Ради него подвиг можно совершить!
  Плоть моя тебя так очень захотела!...
  Так почему бы нам не согрешить?...
  
  Когда наступит ночи половина,
  и чертей свора выйдет погулять,
  тогда явись мне, Антонина!...
  Твою душу стану соблазнять!
  
  Сначала погашу проклятый свет,
  потом к тебе тихонько подойду...
  Подарю тебе большой букет
  цветов, растущих лишь в аду!
  
  От тех цветов забвения дурман
  тебя прельстит, как райская змея.
  Представив я от страсти пьян!...
  В моих мечтах уж ты почти моя!
  
  Почти моя! Но только не совсем...
  Приход ночи жду, страдая и любя!
  Теперь от страсти я не пью, не ем!
  Обласкаю, выпью всю и съем тебя!
  
  Но всё это будет только утром,
  когда пройдёт моей страсти угар,
  когда нежно-весёлым перламутром
  яркое солнце встанет как пожар!
  
  Тебя лишь в мыслях восхваляю,
  забыв о всех, как глух и нем!
  Ко мне ночью приди, умоляю!
  (Не бойся, может быть, не съем!)
  
  Девятнадцатое июля. 1977 год.
  29
  
  
  * * *
  
  Коммунизма гонения терплю!
  
  Все наши грядущие пророки,
  может, подивятся моим словам!
  Прочитают они все мои строки,
  потом всё расскажут о них вам.
  
  Из России за границу не спешу,
  хотя о ней иногда и вспоминаю.
  Пока свои стихи о России пишу.
  Россию давно и хорошо знаю!
  
  Молю своё сердце: "Не грусти.".
  Плохо пока всё! Но что с того?
  Мою Россию, Господи, прости!
  Мне для себя не надо ничего.
  
  Есть в истории яркие примеры,
  подтвердить стихами их берусь,
  монастыри России, опора веры,
  не раз выручали святую Русь!
  
  Потерял я свою мечту голубую.
  Коммунизма гонения терплю.
  Россию всегда люблю любую!
  Даже тюрьмы её очень люблю.
  
  Я не сошёл пока ещё с ума.
  России очень долго мучиться.
  России отмыться от дерьма
  без крови никак не получится.
  
  Мои стихи, это смех и сатира!
  Пишу, как будто в путь спеша!
  Россия пока не сердце Мира.
  Россия для меня Мира душа!
  
  Двадцать третье июля. 1977 год.
  30
  
  
  * * *
  .
  Любить буду лишь тебя!
  
  "Лишь твоя..." ты написала.
  Милая, и я лишь только твой!
  Без тебя жизнь моя пропала!
  А тут такое!... - Я живой!...
  
  Сердцем от радости кричу!
  От зависти пусть издохнут черти!
  Теперь уже смерти не хочу,
  ты для меня покруче смерти!
  
  Что ты мне раньше не сказала,
  я уже давно был бы с тобой!
  Что же ты раньше-то молчала?
  Я чуть не покончил ведь собой!
  
  Ты моё чудесное создание!...
  От счастья даже сердце взвыло!
  Твоё в любви дерзкое признание
  меня снова к жизни воскресило!
  
  Моё сердце тут услышишь!
  Ведь, как и ты, я также одинок!
  Ты мне здесь такое пишешь!...
  Хочу плотью быть у твоих ног!
  
  Что говорю, - в это поверь!
  Тебе одной верен всегда буду!
  Тебя хочу, как злобный зверь,
  надёжно охранять везде и всюду!
  
  Возле тебя, псом злобным сидя,
  всех врагов твоих нещадно губя,
  всё и всех рассудком ненавидя
  сердцем любить буду лишь тебя!
  
  Двадцать девятое июля. 1977 год.
  31
  
  
  * * *
  
  Коммунисты не щадят никого!
  
  Очень вы увидеть захотели
  то, во что даже верите с трудом.
  Вы к нам, в Россию, прилетели:
  Добро пожаловать в наш дурдом!
  
  Среди "веселья" шумного,
  где стон и перезвон оков
  не услышите слова умного
  от коммунистов-дураков!
  
  Коммунисты очень злобны,
  лишь на злодейства способны!
  Я коммунизму нисколько не рад,
  но не жду за борьбу себе наград.
  
  Свобода мне часто снится,
  в жизни лишь только беда!
  Хочу от коммунизма забыться,
  из России улететь навсегда.
  
  Русских за всё судят строго,
  коммунисты не щадят никого!
  Коммунисты обещают много,
  но нету и не будет ничего...
  
  Мало-ли что там когда-то будет,
  важно лишь то, что сейчас есть!
  Коммунизм русские души студит!
  Взывает бороться дворянская честь!
  
  Коммунисты живут нечестно:
  плута плутом погоняет плут!
  Мне давно уже стало известно,
  что там, где пряник, там и кнут!
  
  Тридцать первое июля. 1977 год.
  32
  
  
  * * *
  
  В глазах её сияет дикий бес!
  
  Смотрю, а на портрете Тоська!
  В глазах её сияет дикий бес!
  Столь обольстительная моська
  меня загонит скоро в стресс!
  
  Ну, не знаю!... Да, не знаю!...
  Так привязался!... Не могу!...
  Как о ней думать начинаю,
  как будто перед ней в долгу!
  
  Поклоняюсь, может быть,
  я ей, как идолу мнимому?
  Я ей: "Тебя мне не забыть!"
  Она: "Другому любимому..."
  
  Не хочет даже думать обо мне.
  Но от чего так это получилось?
  Она: "Обниму тебя при луне..."
  Я б издох, чтобы это случилось!
  
  Я настоящий мужик! (Не педераст).
  Она такое чудесное создание!...
  Ведь придумал бог не для нас
  безответной любви наказание!
  
  Злющей ревности зуб имею!
  Ей Богу, нисколько не совру!
  Тосеньку тронуть не посмею,
  её "любимому" жопу надеру!
  
  Первое августа. 1977 год.
  33
  
  
  * * *
  
  . От коммунизма мрачного бытия.
  
  Ночь за книгой, нужны знания.
  Уже давно проснулись петухи!
  Из лабиринта моего сознания
  всплывают мои рифмы и стихи!
  
  Не застать меня в покое,
  тружусь с зари и до зари!
  Вдохновение вдруг такое,
  что хоть в окно стихи ори!
  
  Не посчитайте уж за дерзость,
  но никого не могу осуждать.
  Всё равно, любовь иль мерзость,
  вам бы только что-то почитать.
  
  Я уже много прочитал стихов
  без всякого вкуса, запаха и цвета.
  Как будто бы нету вовсе грехов
  у их писавшего горе-поэта.
  
  Эти стихи дерьма отстойник,
  безумий низменный порыв.
  Мёртвой душою пишет покойник,
  свои совесть и честь позабыв!
  
  От Музы каменщик и плотник,
  в душе то солнце, то метель...
  Каждый поэт в душе охотник,
  каждый стреляет в свою цель!
  
  В наших словах немало дури
  от коммунизма мрачного бытия.
  Муза среди коммунизма бури
  плывёт, как гордая ладья!
  
  Третье августа. 1977 год.
  34
  
  
  * * *
  
  Откуда только ты взялась?
  
  С тобою встретился я снова.
  мне тебя хочется обнять!
  Не понимающим ни слова
  никак мне тебя не понять.
  
  С тобой ничем не рискую,
  но между ног чего-то жмёт!
  Тебя, толковую такую,
  даже и пьяный не поймёт!
  
  Что за космическая каша
  на наши головы слила́сь?
  Ох, уж умница ты наша,
  откуда только ты взяла́сь?
  
  Говоришь мне, недоумку,
  (от слов твоих ну хоть кричи!)
  "Возьми космическую рюмку
  и ночью в неё подрочи!"
  
  За непонятливость прости,
  твоя идея мне не подошла:
  "И опрокинь, и проглоти!"
  Со спермой?... Ты с ума сошла!
  
  Я с твоей рюмки лучше пил бы!
  "Космическая", - такая честь!
  Я в твою рюмку и дрочил бы,
  но у меня сейчас подруга есть.
  
  В голове поймал я думку,
  возникшую вполне законно:
  А нельзя-ли тебе не в рюмку,
  а "туда", традиционно?
  
  Пятое августа. 1977 год.
  35
  
  
  * * *
  
  Мои антикоммунистические дела.
  
  Лишь Бог и я!... А между нами
  Пегас копытом землю бьёт!
  Великолепными стихами
  пред мною Муза предстаёт!
  
  Своего оседлал я давно Пегаса!
  Теперь его уж Муза не пасёт.
  Всё страшнее час от часа
  куда-то меня Пегас несёт!
  
  Безвольно мысль томится,
  пока в стихи не попадёт.
  Она до времени таится,
  но мой талант её найдёт!
  
  Тайною мглою покрыты
  мои антикоммунистические дела.
  Как надгробные чугунные плиты
  Муза мятежные стихи мне дала́!
  
  Станут песней лебединой
  все мои последние грехи.
  Вечно неопалимою Купи́ной
  будут гореть мои стихи!
  
  Змей, когда-то Еву знавший,
  он теперь не даёт покоя мне!
  От стихов своих уставший
  отдыхаю только лишь во сне.
  
  Мне надоело Музы бремя,
  не напишу больше ничего!
  Нога не ступит больше в стремя
  Пегаса, коня таланта моего!
  
  Седьмое августа. 1977 год.
  36
  
  
  * * *
  
  На твой портрет смотрю, любя.
  
  На твой портрет смотрю, любя,
  словно бы на диковинку какую!
  Теперь мне очень скучно без тебя!
  Милашка, без тебя здесь тоскую!
  
  Меня к тебе привёл путь мой!
  (Хоть мне он ничего не обещает!)
  Твой взгляд открытый и прямой
  мою плоть заводит и смущает!
  
  Письма твои читать не лень,
  их с удовольствием читаю!
  На тебя не брошу даже тень!
  (хоть на тебе лежать мечтаю!)
  
  Сама-то хотя бы знаешь ты:
  чего сама хочешь, чего нет?...
  Прости меня за дерзкие мечты!
  Прости меня за страсти бред!
  
  Теперь позволь я про твой стих...
  Он полон чувственных мечтаний,
  и чёртик тоже пляшет в них,
  и в них простор твоих желаний!
  
  Но ни к чему пустые речи,
  которые здесь теперь веду!
  Милая, до новой встречи,
  которую с нетерпением жду!
  
  Одиннадцатое августа. 1977 год.
  37
  
  
  * * *
  
  Петербург, коммунизмом распятый!
  
  Люблю свою жизнь суетливую,
  просто даже не мыслю другой!
  Несмотря на погоду дождливую
  мне Санкт-Петербург дорогой!
  
  Подобно уличным бродягам
  ночью по Питеру тихо брожу.
  Привык я к жизни передрягам,
  в них даже себе радость нахожу.
  
  Душою скучаю в уютной неволе.
  Петербург, пожалуйста, прости,
  но из этого города в чистое поле
  я теперь очень хотел бы уйти!
  
  Я в "Крестах" не первый и не пятый,
  кто сердцем испробовал сталь!
  Петербург, коммунизмом распятый,
  моей душе тебя искренне жаль.
  
  В Петербурге встречаю невзгоды.
  Не раз коммунист меня разозлил!
  С коммунизмом борьбы мои годы,
  Санкт-Петербург, я с тобой поделил.
  
  Невские волны холодные спешат
  сквозь Санкт-Петербург на свободу!
  Никогда не повернуть Неве назад,
  как не повернуть историю народу!
  
  Сидит задумчиво и грозно
  Царь Пётр на вздыбленном коне!
  Взор его глядит очень серьёзно
  на всё, что видит он в стране!
  
  Тринадцатое августа. 1977 год.
  38
  
  
  * * *
  
  Счастье моё в твоих трусах!
  
  Какие жуткие несчастья
  вонзились в Настю как копьём!
  Их терпит Иванова Настя
  в доме собственном своём!
  
  Пропало всё, что было свято,
  весь мир куда-то деться смог,
  всё время утекло куда-то!...
  (Полагаю, что между ног!)
  
  Полны тоской все её очи
  конца нету слёз ручью!...
  Она не помнит даже ночи!
  Я тоже! (С ней на пару пью!)
  
  Её родные рядом и друзья,
  а тоска всё её душу гложет...
  Она, забыв, что здесь есть я
  спьяну очухаться не может!
  
  Как близко мне её страдание!
  Ведь я же её верный друг!
  Кругом только разочарование
  и хмыри́ полупьяные вокруг!
  
  Не дрейф, Настя, прорвёмся!
  Гони разочарование прочь!
  Так водки с вечера напьёмся,
  что позабудем к утру ночь!
  
  Счастье моё в твоих трусах!
  (Только куда вот мы их дели?)
  Застынут стрелки на часах,
  увидев нас с тобой в постели!
  
  Семнадцатое августа. 1977 год.
  39
  
  
  * * *
  
  При коммунистах не хочется жить!
  
  Жизнь прекрасна, как во сне!
  Всем долги я смог простить!
  Только теперь хочется мне
  почему-то очень погрустить.
  
  Сознание память полистало,
  есть чем в прошлом дорожить!
  Так нехорошо мне вдруг стало!...
  При коммунистах не хочется жить!
  
  Душа моя с чего-то заболела...
  Так больно мне!... Но не кричу.
  Ни до чего теперь мне нету дела!
  Просто так тихо сижу... Молчу.
  
  Тихо сижу... Мне не хочется
  ни с кем затевать вражду.
  Тоска под сердцем точится,
  но никого сегодня не жду.
  
  Но ты пришла и тихо села,
  повеселело сразу всё вокруг!
  Моя душа, было, запела,
  но оборвалась песня вдруг...
  
  Зачем ко мне жмёшься?
  Мне лучше пуля, чем петля.
  Но и того не дождёшься,
  не возьмёт мой труп Земля!
  
  Твой взгляд в меня впился,
  он все мои мысли убил!
  Я бы давно застрелился,
  если бы тебя не полюбил!
  
  Девятнадцатое августа. 1977 год.
  40
  
  
  * * *
  
  Ты мне радость и любовь!
  
  Беда, словно озлобленная моль,
  мне разъедает радость счастья.
  Пришла в наш дом печаль и боль.
  Вполне мог совсем пропасть я.
  
  Жизнь моя как разбитое трюмо,
  в его осколках я как в морге.
  Я недавно получил твоё письмо,
  теперь душа мая с того в восторге!
  
  Твоё письмо мне душу греет!
  Люблю тебя душою и умом!
  Не сплю, восток уж розовеет,
  всё сижу с твоим письмом...
  
  В твоём письме любви мученье!
  Его читаю вновь и вновь!...
  Ты мне надежда на спасенье,
  ты мне и радость, и любовь!
  
  Твоё письмо веет дурманом!
  В нём строчку каждую любя
  пока скрываюсь я за океаном.
  Но очень скоро буду у тебя!
  
  Я у тебя прощенье попрошу!
  Не будет месть моя ужасной!
  Стихи своею кровью напишу
  на твоей попочке прекрасной
  о том, как ты мне очень дорога́,
  о том, что ты одна любовь моя!
  (Не вздумай ставить мне рога,
  не смогу вынести такого я!)
  
  Двадцать третье августа. 1977 год.
  
  41
  
  
  * * *
  
  Коммунистов-бесов песнопения.
  
  Свет неземной разлив над Миром
  несётся чёрный ангел в небесах!
  Он скоро вернётся с вампиром,
  наши грехи он взвесит на весах!
  
  У коммунистов чертей уши...
  у них даже бычьи хвосты есть!
  Ночной порою дьявол в души
  нам тихонько норовит залезть.
  
  Смешалось всё: святые, черти...
  Хотя не сплю, но словно уснул.
  Кто-то вдруг, страшнее смерти,
  из тьмы мне руку протянул...
  
  В темноте сырой, тревожной
  вдруг из глаз моих катится слеза.
  Вдруг сверкнут в ночи дорожной
  чьи-то злобные кровавые глаза!
  
  Там чьи-то тени, привидения...
  туда-сюда всю ночь быстро снуют!
  Коммунистов-бесов песнопения
  там ведьмы с коммунистами поют!
  
  Уж черти на прогулку вышли,
  а месяц ночь ещё не осветил.
  Кто скребётся? Уж не мышь-ли?
  Но только кто её сюда впустил?
  
  Исчезнет с утренней лазурью
  вся нечисть, что живёт в ночи!
  Не мучайся коммунизма дурью,
  тихо молись, иль вовсе замолчи!
  
  Двадцать девятое августа. 1977 год.
  42
  
  
  * * *
  
  С меня ревность тигром рвётся!
  
  Я уже столько много перенёс
  от твоей натуры львиной!
  Но чудный шёлк твоих волос
  мне душу спутал паутиной!
  
  Хорошо помню утро того дня!
  Тогда тобою мог я удивляться!
  Ты молила: "Не бросай меня!"
  Я шёл лишь только прогуляться.
  
  Не думал, что так тебя обижу.
  На всю твою ругань я стал нем.
  Вернулся я к тебе, чего же вижу!...
  Лежишь довольная! Чем? С кем?
  
  Милашка, да ты обалдела!...
  Не говоришь даже: "Прости"!
  Лежишь такая!... Что за дело!
  Что, мне теперь нельзя уйти?
  
  С меня ревность тигром рвётся!
  Ну до чего же я теперь дожи́л!...
  Наглая тут мне в лицо смеётся!
  Кто же тебя так лихо обслужил?
  
  Мне чувств своих к тебе не жалко,
  хотя мне поэты ближе, чем родня.
  Но ты, наглая, бесстыжая нахалка,
  за что так дерзко кинула меня?
  
  Прогнал бы после такой встряски!
  Не прогоню лишь только потому,
  что такие груди, губки, ушки, глазки
  сейчас нужны мне очень самому!
  
  Тридцать первое августа. 1977 год.
  43
  
  
  * * *
  
  Коммунизм наши души жрёт!
  
  Бог всем нам выбор предлагает!
  В жизни только вера - твердь!
  Бог как свечи жизни зажигает!
  Как свечи гасит жизни смерть.
  
  Не следуйте на поводу́ у плоти!
  Заботьтесь о спасении своей души!
  А то в грешном сгинете болоте,
  Коммунист прикажет: "Попляши!"
  
  В ужасной тьме грехопадения
  коммунизм Россию "крестил"!
  Страшны наши заблуждения!
  Но нас Господь за всё простил.
  
  Строка в моей душе разложена
  болью злого коммунизма бытия.
  Вера в России не уничтожена!
  В лоне церкви должен быть и я!
  
  Познаний зов неудержимый
  людей в небо взывает не раз!
  С той высоты недостижимой
  с любовью смотрит Бог на нас.
  
  В церкви грехи отпускают.
  Мы веселимся и грустим...
  Небеса нам бе́ды предрекают,
  но только пока не верим им.
  
  Увлечены мы жизнью плотской,
  а коммунизм наши души жрёт!
  Не из земли-ли Новгородской
  Мать-Россия силушку берёт?
  
  Первое сентября. 1977 год.
  44
  
  
  * * *
  
  Отдайся мне хотя бы раз!
  
  Она тут пишет, почитайте,
  что у неё так много дел!...
  От смеха вы не умирайте:
  мужик ей просто надоел!
  
  Мужу она вроде синицы,
  но только им не по пути!
  Зашёл я на её страницы
  и просто так мне не уйти!
  
  Поэтесс много здесь в округе!
  Иные в таком пышном теле!
  Я зашёл к ней как к подруге,
  хотя совсем не знал её доселе!
  
  Её фотка очень мне нравится!
  Сердце моё от неё не в покое!
  "Я мягкая, пушистая, красавица...",
  написать ведь это надо же такое!
  
  В своём стихе ещё пишет она:
  (От похоти уже я почти таю!)
  "Я высока, приятна и стройна."
  О постели с ней теперь мечтаю!
  
  Любви к ней безумную заразу
  ношу в сердце уже много дней!
  Вдруг я полюбил её так сразу,
  и вот решил признаться ей...
  
  Моя любовь страстна и дика!
  Может она даже погубит нас!
  У ног твоих прошу, Вероника,
  отдайся мне хотя бы раз!...
  
  Третье сентября. 1977 год.
  45
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русским гадят годы!
  
  Загадили души, как Финский залив мы.
  Коммунисты русским гадят годы, не дни!
  Что делать душе, если кончатся рифмы?
  Только вот вообще кончатся-ли они?...
  
  Стихи свои пишу так, как умею.
  В тишине, на ходу, даже на бегу...
  Всё очень боюсь, что не успею!
  Всё очень боюсь, что не смогу!...
  
  Пока меня ещё властью не со́гнуло!
  Так тяжелы души моей все грехи,
  что даже в камне что-то дрогнуло,
  когда я читал ему свои стихи!
  
  В моих стихах немало перца,
  и моя рифма вовсе не пуста!
  Говорят от избытка сердца
  против коммунистов мои уста!
  
  Хотя вредных дел делаю всегда
  не многим более злой блохи,
  но все результаты моего труда
  души моей мятежные стихи!
  
  "Куда ведут меня мои грехи?"
  Часто задаюсь вопросом вновь.
  С моей дерзкой души текут стихи,
  словно из рваной раны кровь!
  
  Пятое сентября. 1977 год.
  46
  
  
  * * *
  
  Стань для него разврата жрицей!
  
  Что же ты, красотка Мери?...
  Да ты красотка или вовсе нет?
  Я поэт, Парнаса дикий мерин,
  тебе одной полезный дам совет!
  
  Забудь про свой дурацкий список!
  Твой друг о многом промолчал.
  У него было много женских писок!
  Но, как у тебя, он ещё не встречал!
  
  Ведь ты почти что Сонька Ручка!
  Твоя краса словно небесный свет!
  Между ног твоих такая штучка!...
  Я тебя сам бы!... Но надежды нет!
  
  Милашка, что же это за дела?...
  Так своё счастье проворонишь!
  Ты добровольно всё ему отдала́,
  его теперь сама же гонишь!
  
  Больше с грусти ты не ахай!
  Благословясь всеми святыми,
  возьми и так его оттрахай!...
  что б яйца стали бы пустыми!
  
  Стань для него разврата жрицей!
  (Кому он будет нужен-то, пустой?)
  Для него будешь секс-Царицей!
  (С пустыми яйцами, но только твой!)
  
  Седьмое сентября. 1977 год.
  47
  
  
  * * *
  
  Коммунистов никогда не простим!
  
  "Желанная Золотая середина
  снова достаётся не тебе!"
  "Ну постой же, ты, скотина!", -
  в гневе кричу своей судьбе.
  
  Приют усталости, нехоти и лени
  преклонный возраст, - приговор...
  Пёс кладёт морду мне на колени,
  в мои глаза уставив добрый взор.
  
  Среди коммунизма поганых идей
  доходит часто дело и до драки!
  Чем больше в жизни познаю людей,
  мне тем больше нравятся собаки!
  
  Посмотришь, - вспомнишь о козле,
  на него коммунисты очень походят.
  Коммунисты радость только во зле
  и в сквернословии себе находят!
  
  Тот в жизни изгою уподобится,
  кто себе места не найдёт нигде,
  кто не сможет приспособиться
  к жестокой окружающей среде!
  
  Коммунистов никогда не простим,
  их палачами и негодяями считаем!
  В бездну Вселенной все летим,
  но о несбыточном счастье мечтаем.
  
  Одиннадцатое сентября. 1977 год.
  48
  
  
  * * *
  
  С чего я вдруг в тебя влюбился?
  
  Ну ты, милашка, размечталась!...
  Не хрена́ ты: "Я тебе приснюсь"!
  Во сне на что же ты мне сда́лась?
  Да я сам к тебе ночью явлюсь!
  
  Душу мою терзает злая скука!
  Но я не какой-то пёс на ремешке!
  Прости, что я к тебе без стука...
  (Если стучу, то по твоей башке!)
  
  Мне снова чёрт в ребро вселился!
  Сам не пойму, что это за дела!
  С чего я вдруг в тебя влюбился?
  Ведь ты же мне ни разу не дала́!
  
  Я, как поэт, такая злая дрянь!
  Не люблю даже самого себя!
  Мои стихи для многих брань,
  бранью не будут они для тебя!
  
  Я почти трезвый, (Так напился!...),
  но чётко понимаю, что к чему!...
  За что в тебя я так влюбился?
  Хоть полупьяный, - не пойму!...
  
  Прости, что я тебе об этом...
  О чём ещё говорить мужику?
  Чёрт всегда рядом с поэтом,
  наводит на поэта похоть и тоску!
  
  Мечтаю только лишь о красоте,
  но разные, бывает, вижу рожи.
  Мне дают, конечно, но не те,
  они на тебя даже не похожи!
  
  Тринадцатое сентября. 1977 год.
  49
  
  
  * * *
  
  Россией правит коммунист-паразит!
  
  Да, я - поэт! Да, я - тот самый!...
  Коммунистов с детства не люблю!
  Дерзко, словно каторжник упрямый,
  стихами кандалы коммунизма пилю!
  
  Хоть я уже прошёл огонь и воду,
  никогда не был покорным судьбе.
  Коммунистов ненависть к народу
  с раннего детства ощущаю на себе!
  
  Тут расскажу вам правду голую,
  что веселье коммунистов как закон...
  Сквозь коммунизма песню весёлую
  слышу народа жалобный стон!
  
  Нас держат в клетке как зверей!
  От коммунистов не ждём добра!
  Стоны коммунизма концлагерей
  забило громкое советское "Ура!"
  
  Злой коммунистический террор
  заставил замолчать народа уста!
  Коммунизм для России позор!
  Наша жизнь страшна́, пуста́!...
  
  Нас осуждают очень строго!
  Всех судят нас до мелочей!
  Безумья слышно очень много
  в речах коммунистов-палачей!
  
  Россией правит коммунист-паразит!
  Поёт вся наша нищая пьяная страна:
  "Наш паровоз вперёд летит!..."
  А там то-ли пропасть, то-ли стена...
  
  Семнадцатое сентября. 1977 год.
  50
  
  
  * * *
  
  Отдайся мне, любимая зараза!
  
  Милашка, милая, прости!...
  Из-за тебя мне вдруг такой улёт!
  Мне твой нежный запах похоти
  просто жить спокойно не даёт!
  
  Хотя меня невзгоды и пасли,
  но не был озабочен я тоской!
  Вдруг ты!... Как черти принесли!
  Из-за тебя я потерял покой!
  
  В зеркале смотрю на своё рыло...
  Кто с таким отважится дружить?
  До тебя так хорошо мне было,
  что даже не хотелось мне и жить!
  
  Побыла бы ты бы в моей шкуре!...
  Жизни цена копейка, - номинал!
  С чего же я запил-то так, в натуре?
  Ведь я не пил, пока тебя не знал!
  
  Ты где-то... Мне так одиноко,
  что под гитару свои стихи пою!
  Рядом ты, но мне до тебя далёко!
  И потому всё беспробудно пью!
  
  Вот хожу, литр водки вдевший!
  Всё как во сне, хотя вовсе не сплю!
  Из-за тебя хожу, словно обалдевший!
  Из-за тебя других теперь не полюблю!
  
  Не буду повторять четыре раза:
  мне плохо так, что даже не смеюсь!
  Отдайся мне, моя любимая зараза,
  иначе совсем из-за тебя сопьюсь!
  
  Девятнадцатое сентября. 1977 год.
  51
  
  
  * * *
  
  . Среди коммунистов-врагов кровных!
  
  Я с очень многими дружил!
  Но что с теми друзьями стало?
  Я сам себе своею волею нажил
  злющих врагов, увы, немало!
  
  Среди коммунистов-врагов кровных
  с друзьями пил я за смерть свою...
  На своих жизненных путях неровных
  с коммунистами никогда не пью!
  
  Ко мне в друзья рвётся издатель,
  воли моей дерзко наперекор.
  Он то-ли друг, то-ли предатель,
  он то-ли клоун, то-ли вор!...
  
  Он ни Сальери, ни Коперник.
  В устах то-ль правда, то-ли ложь...
  Он то-ли друг мне, то-ль соперник.
  Какой-то скользкий, не поймёшь!
  
  В жизни моей что ни приятель,
  то обязательно хитрый предатель!
  Стал мне давно уж любой друг
  верным лишь только до разлук.
  
  Он мне руку нежно пожимает,
  о моей жизни может расспросить...
  Ласково, как змей, меня обнимает,
  наверно, чтобы внезапно укусить!
  
  Есть кто-то слева, кто-то справа...
  Только их слова пусты, как медь!
  Одиночества заразная отрава
  мне не позволит друга заиметь.
  
  Двадцать третье сентября. 1977 год.
  52
  
  
  * * *
  
  Отзовись, милый друг!
  
  Теперь живу тихо, как монах,
  отметая жизни всю мерзость!
  В моей душе пред Богом страх,
  а перед чёртом злая дерзость!
  
  Один я, никого нету вокруг
  средь жизни грязного подвала.
  "Отзовись скорее, милый друг",
  уж не меня-ли это ты позвала?
  
  Плохо ни с кем я не поступал.
  Намного ты наглее меня всё же!
  Вдруг стакан их рук моих упал,
  (и не стакан... упал он тоже!)
  
  Стакан пролился на ширинку.
  (Для мужика это просто беда!)
  Я между ног почуял льдинку! -
  "А вдруг не встанет никогда?!"
  
  Я словно под твоей опекой,
  но мне, ради Бога, помолчи!
  Ты меня сделала калекой,
  теперь меня сама давай лечи!
  
  Сердце моё с того заныло!
  Сердцем я уже страдать устал!
  Милашка, сделай всё как было,
  чтобы я опять мужчиной стал!
  
  Двадцать девятое сентября. 1977 год.
  53
  
  
  * * *
  
  От коммунистов-зверей страдает!
  
  Змея, шипящая, по стуку
  ползёт, сухой травой шурша.
  Покорна мертвящему звуку
  уходит аж в пятки душа...
  
  Отшумела, как ельник взъерошенный,
  короткая невесёлая юность моя.
  Моя душа как колос скошенный,
  на котором спит коммунизма змея.
  
  Другой стороной повернулась
  вдруг теперь ко мне моя судьба.
  Душа моя вдруг встрепенулась,
  как ото сна бесправная раба!
  
  Недра души моей разрыты...
  как склеп разграбленный пуста.
  Мои думы молчанием скрыты.
  Молчаньем замкнуты мои уста.
  
  Как бы ни были мы хороши,
  но от этого лучше не станет.
  В тёмные бездны русской души
  без страха никто не заглянет!
  
  Повеселиться вдоволь не успевшая
  злою печалью мне в рассудок веет
  от коммунистов душа поседевшая
  с годами теперь уже не молодеет!
  
  Над жизнью душа моя рыдает,
  (хоть жизнь не стоит и гроша!)
  От коммунистов-зверей страдает
  моя мятежная грешная душа!
  
  Первое октября. 1977 год.
  54
  
  
  * * *
  
  Знает она секса секрет!
  
  Случайно повстречался с нею,
  я пригласил её к себе домой!...
  От воспоминаний даже сатанею!
  Ангел и злой демон она мой!
  
  Пришла, разделась, разлеглась!
  Уподобившись дикому зверю
  так она легко мне отдала́сь,
  что до сих пор в это не верю!
  
  Нет её... Такие вот дела!...
  Готов искать по всему свету!
  Ведь знаю, что она была!...
  Была она, - теперь вот нету!
  
  Искать её имею смелость!
  Хотелось бы ещё хоть раз!...
  Пустота в сердце, онемелость...
  Что сроднило-то вдруг нас?
  
  Сначала похоть, потом чувство,
  потом, наверное, любовь!...
  Дала мне так! - это ж искусство!
  Как бы хотел её я вновь!...
  
  Как бы хотел её я снова
  обнять, прижать и закружить!
  Не для красного говорю слова,
  я без неё не в силах жить!
  
  Знает она секса секрет!
  Найду, хоть сто пройдя дорог!
  К себе меня допустит или нет,
  но умру возле её чудных ног!
  
  Третье октября. 1977 год.
  55
  
  
  * * *
  
  Душа моя, коммунизмом избитая.
  
  Живём, друг друга не любя.
  Друг другу в душу залезаем...
  Зачем сами так мучаем себя?
  Зачем сами себя так терзаем?
  
  Жизнь словно бурная речка,
  над которою я воспарил!
  Ты давно потеряла колечко,
  что тебе я когда-то дарил.
  
  Привлечь меня к себе хочешь,
  только теперь тебя не хочу...
  О любви мне всё бормочешь,
  на слова твои только молчу.
  
  Иногда кажешься мне коброй,
  иногда мне тебя очень жаль.
  Твой взгляд сверкнёт недобрый,
  мне на душу нагоняет печаль.
  
  Любовью ты по горло сытая,
  тебе она совсем и не нужна.
  Душа моя, коммунизмом избитая,
  любовью до сих пор полна́!
  
  Нас чувства разные свели,
  всему тому виною похоть.
  Наши сирени давно отцвели,
  чего теперь уж ахать, охать...
  
  Всё у нас почти прекрасно,
  но только скоро жди беду.
  Будешь звать меня напрасно,
  не надейся, к тебе не приду.
  
  Пятое октября. 1977 год.
  56
  
  
  * * *
  
  Бессилен разум пред любовью!
  
  Что скажу, не будет новью.
  Хоть наши мысли и проворны,
  бессилен разум пред любовью!
  Любви все возрасты покорны!
  
  Любовь была и до "Пришествия".
  Богом или дьяволом нам дана́.
  Ужасной формой сумасшествия
  любовь врачами теперь названа́!
  
  Любовь нам послана судьбой,
  чтоб в жизни нам служить оплотом!
  Твою любовь готов понять любой,
  но ты зачем-то связалась с идиотом!
  
  Ты перед ним всегда молчишь,
  взор вниз опустив, стесняясь.
  Под ним, холодным, вся дрожишь,
  холодной спермой наполняясь.
  
  Любовь себе сама внушила,
  вот потому-то всё молчишь.
  Нелюбовь, она как шило,
  никак её в душе не утаишь.
  
  Он губит все твои мечты!
  Он занят только лишь собою!
  Однажды вдруг увидишь ты,
  что педераст перед тобою!
  
  Своим взором проведя вокруг,
  соприкоснёшься с другим взглядом.
  Возле тебя твой верный друг,
  он тебя любит и он рядом!...
  
  Седьмое октября. 1977 год.
  57
  
  
  * * *
  
  Коммунизм для России беда!
  
  В СССР, в злачном месте,
  (постоянно проклинаю его!)
  нету ни совести, ни чести,
  святого вовсе нету ничего!
  
  "Цель оправдывает средства".
  Только это так бывает не всегда!
  Знаю со своего раннего детства,
  что коммунизм для России беда!
  
  Звук поганого горна пионерского
  зовёт русских детей в ада темноту!
  Я от звука этого горна мерзкого
  еле сдерживаю в горле тошноту.
  
  На коммунизм ложу русский мат,
  в сердце чувству мести потакая.
  Лишь перед Богом я не виноват,
  жизнь при коммунистах такая!
  
  Коммунизм, это дикарей стадо!
  На случай порох держу сухим!
  Видно, что Богу зачем-то надо,
  чтобы я был именно таким.
  
  Мне какого-то завтра не надо!
  Счастливую жизнь сегодня давай!
  От коммуниста-поганого-гада
  народу хоть зверем завывай!
  
  Одиннадцатое октября. 1977 год.
  58
  
  
  * * *
  
  Любови что может быть дороже?
  
  Любим сильно, безрассудно,
  до самой гробовой доски!...
  Женимся, - пьём беспробудно
  и подыхаем с женой от тоски.
  
  Любови что может быть дороже?
  Нам её ценней что может быть?
  Всё понимаем, только всё же
  как нам о зове плоти позабыть?
  
  Вот потому-то все изменяем,
  нам порой измена просто ерунда.
  Когда октябрь вдруг станет маем,
  напрочь теряем свою голову тогда!
  
  По зову плоти мчим куда-то,
  и нипочём нам стыд и срам!
  А то что нам дорого и свято
  бросаем как ненужный хлам!
  
  Но ведь опомнимся когда-то,
  когда уже лет за пятьдесят...
  В душе всё скомкано и смято,
  наши грехи на ней ярмом висят.
  
  К своим детям, к своим жёнам
  бредём как блудные коты...
  Портреты их сродни иконам!...
  Какие всё же мы скоты!...
  
  Тринадцатое октября. 1977 год.
  59
  
  
  * * *
  
  Я антикоммунистический зверь!
  
  Об одном лишь прошу Бога:
  чтоб не закрыл пред мною дверь!
  Мой дом крепость и берлога.
  Я антикоммунистический зверь.
  
  Вино бессмертия вкусить я не рискнул,
  оно бы только повредило мне...
  Без него таким я сном уснул,
  что до сих пор живу словно во сне!
  
  Мою жизнь годами не измерить.
  Так я хотел бы всё скорей забыть!
  Как хочется кому-нибудь поверить!
  Как хочется кого-нибудь любить!
  
  Коммунистам везде врежу, ворую...
  Антикоммунистическим поэтом слыву!
  Не желаю жизнь прожить вторую,
  по этой неизбежно в ад приплыву...
  
  Жизнь хороша, только не скрою,
  что, встречая где-то горе на пути,
  моей душе очень хочется порою
  вздохнуть, в рай радостной уйти.
  
  Среди жизни никчёмных скитаний
  никогда не ищу себе лёгкий путь.
  Я устал от бесплодных мечтаний,
  душою хочу от них отдохнуть!
  
  Моя Россия, меня только губишь,
  хоть все мои помыслы очень чисты́.
  Сердце моё, спасибо, что любишь,
  что пока к жизни не остыло ты!
  
  Семнадцатое октября. 1977 год.
  60
  
  
  * * *
  
  Ты способна убить всё и всех!
  
  Явилась тут...Уж как назвать?
  Не знаю, как начать сначала.
  Тут со мною хочешь воевать?
  Ты, сука, всё и всех завоевала!
  
  Воюешь, а знаешь-ли, сука,
  что один день разлуки с тобой
  мне ведь не просто разлука,
  это за твою дикую душу бой!
  
  Но только объяснять это надо-ль,
  мне и другим людям опять снова,
  что ведь ты, как железная падаль,
  мужчинам отрубить яйца готова!
  
  Слова все уже сказаны нами, -
  в ответ твой задиристый смех!
  Не оружием, только словами,
  ты способна убить всё и всех!
  
  Я на тебя очень разозлился,
  тебя одну больше жизни любя!
  Перед тобою часто я стелился,
  перед тем, как ложился на тебя!
  
  Прошу, мои желания исполни,
  сама часто мне обещала ведь!
  На местной церкви колокольне
  твои трусики будут висеть!
  
  Девятнадцатое октября. 1977 год.
  61
  
  
  * * *
  
  Коммунистам буду мешать!
  
  Всё реже весёлые деньки,
  реже теперь друзей встречаю.
  На все телефонные звонки
  никому уже давно не отвечаю.
  
  Строптива и очень глубока́,
  всё и всех за собой увлекая,
  несёт меня жизни бурная река,
  то грозно бурля, то умолкая!...
  
  Теперь мне очень часто снится
  то-ли тюрьма, то-ли больница.
  Во всех этих моих жутких снах
  меня пугает непонятный страх!
  
  Вдруг нерв блуждающий,
  меня так очень пугающий,
  задёргался у меня в груди...
  Что-то ждёт меня впереди?
  
  Я своему хорошему соседу
  пока не всё могу разрешать.
  Из России никогда не уеду,
  коммунистам буду мешать!
  
  Время моё, как мне на зло,
  теперь очень медленно ползёт!
  Сегодня мне очень не повезло,
  завтра, может быть, повезёт!
  
  Я хоть и с большим грехом,
  но теперь на Пегасе верхом!
  Против коммунизма не согрешишь,
  то тогда и получишь только шиш!
  
  Двадцать третье октября. 1977 год.
  62
  
  
  * * *
  
  Любить вас буду до могилы!
  
  Поэтесс за женщин не считают...
  Мужские мысли к блуду пролегли!
  Мужчины кобелей предпочитают
  только потому, что сами кобели!
  
  У любой поэтессы тонкая натура.
  Не каждый её душеньку поймёт.
  Все поэты, от них одна халтура!
  А стихи их как пакостный помёт!
  
  Мужики не создадут чудес.
  Как поэты, мужики - дерьмо!
  Потому люблю всех поэтесс,
  они же совершенство само!
  
  Все поэтессы чудные девчонки!
  Вот из-за них страдаю тут зато!
  Из-за них болят мои печёнки!
  Ниже печени страдает кое-что!
  
  Мужикам не понять истины простые,
  что надо женщине и надо ей когда.
  Все мужики настолько все тупые,
  что даже сами не знают, что, куда...
  
  Мужики настряпали запретов.
  Но я запреты эти все пробил.
  Я один!... Один из всех поэтов.
  который поэтесс всех возлюбил!
  
  Девчонки, вы мне до́роги и милы!
  Для вас я свою душу стал дробить!
  Клянусь, любить вас буду до могилы!
  Даже после смерти буду вас любить!
  
  Двадцать девятое октября. 1977 год.
  63
  
  
  * * *
  
  Караулят коммунисты-мусора́!
  
  Опять дарю тебе цветы
  с сарказма нежною улыбкой.
  Для меня теперь стала ты
  моею золотою рыбкой!
  
  Сколько любви и света
  в твоих чудных глазах!
  Я растерял чувства где-то,
  в душе моей только страх.
  
  Рассвет забрезжил еле-еле...
  Хорошо с тобой в постели!
  Караулят коммунисты-мусора́,
  но мне уходить уже пора.
  
  Валяясь в саунах с другими,
  подставляя им пизду и вымя,
  не будешь счастлива с ними,
  и не раз помянешь моё имя.
  
  Жизнь моя бежит размеренно
  бурною строптивою судьбою.
  Столько долгих лет потеряно
  в любви у меня с тобою!...
  
  Но меня, пожалуйста, прости,
  нам никак любовь не сберечь.
  Мне теперь уже нету радости́
  от наших никчёмных встреч.
  
  Я русский парень простой
  потому тебя совсем не сто́ю.
  Сегодня расстаюсь с тобой,
  рыбкой моей золотою.
  
  Тридцать первое октября. 1977 год.
  64
  
  
  * * *
  
  Всю исцеловать до полусмерти!
  
  Хотя видел её я только раз,
  полюбил! Но об этом молчу.
  Я о ней вспоминаю сейчас,
  хотя вспоминать её не хочу.
  
  Измотала любовь мою душу!...
  Теперь на портрет её часто гляжу.
  Признаться в любви ей трушу,
  но, когда-нибудь, всё же скажу.
  
  Я искал её в городе Брянске...
  Объехал почти все дальние края.
  Она, оказалась, живёт в Демянске.
  Совсем одинокая так же, как я...
  
  Почему-то девушка скучает
  и от скуки мается во сне.
  Это вот как раз и означает,
  что она скучает не о мне.
  
  С каждым вздохом ширится любовь.
  С каждым вздохом ноги её шире!...
  В моём сердце тоже пылает кровь,
  только сижу один в своей квартире.
  
  Как бы я хотел её обнять,
  всю исцеловать до полусмерти!
  Но от меня будут охранять
  её боги, (или, может, черти!)
  
  Первое ноября. 1977 год.
  65
  
  
  * * *
  
  Коммунисты жить мне мешают!
  
  Коммунисты жить мне мешают,
  убивают моей жизни всю красоту.
  Автомат во сне мои руки хватают,
  просыпаюсь в холодном поту!
  
  Не жду от коммунистов награды,
  я душою всё давно уже переболел!
  Сны, грешной души моей лампады,
  я столько раз уже пересмотрел!...
  
  Беспокойные снятся мне сны,
  о хорошем в них душа мечтает!
  Мне святой небесной тишины
  всю жизнь очень не хватает!
  
  Костёр в предутреннем тумане
  мне навеял очень чудный сон,
  будто плыву тихо в океане
  среди спокойных мелких волн.
  
  Снятся мне камеры тесные,
  пятна невинной крови на стенáх.
  Появляются лики небесные
  в антикоммунистических снах.
  
  Порою мне такие снятся штучки
  про мою жизнь недалёкую ту!...
  Побег: овраг, бурьян, колючки...
  Просыпаюсь в холодном поту!
  
  Вот опять видения приснились
  антикоммунистических дел моих.
  Тревоги в моём сердце затаились,
  мне теперь никак не выгнать их.
  
  Третье ноября. 1977 год.
  66
  
  
  * * *
  
  Поэтому-то я вас и люблю!
  
  У меня порой бывают стрессы!
  Поэтесса словно кот в мешке!
  Стрессы вызывают поэтессы,
  нам трахая стихами по башке!
  
  Пишите вы только для престижу,
  чтобы кобелей лишь завлекать!
  Только знали бы, как вас ненавижу,
  сразу ко мне прыгнули б в кровать!
  
  Я над вами вовсе не смеюсь!
  Моя душа от страха завывает!...
  Я вас, как черти ладана, боюсь!
  Влагалище ад и рай скрывает!
  
  Хотя оттуда начал я свой путь,
  и с местом тем свидания бывают,
  не приведи, Господь, мне заглянуть
  в пропасть, что любовью называют!
  
  Каждая из вас меня почище.
  Я от вас за каменной стеной.
  Я такой развратный кобелище,
  но из вас не дамся ни одной!
  
  Каждую насквозь вижу!
  Ваше присутствие терплю!
  Поэтессы, всех вас ненавижу.
  Поэтому-то всех вас люблю!
  
  Пятое ноября. 1977 год.
  67
  
  
  * * *
  
  Коммунисты намного хуже зверей!
  
  Ночной звонок в мою квартиру,
  как прежде, за сердце берёт,
  прогоняет прочь от меня Лиру,
  мою душу страхом он дерёт...
  
  Свободное наступит скоро время,
  в любой конец будет открыт путь!
  Но коммунизма жизни злое бремя
  тяжёлым камнем давит мою грудь!
  
  Скопленье туч зарёй разорвано,
  снова тревожный наступает день...
  С антикоммунизмом мною не порвано,
  всюду за мной несчастья бродит тень.
  
  Теперь уже навряд-ли успокоит
  мою грешную душу дым кадил.
  Теперь даже вспоминать не стоит,
  как в тюрьме я время проводил!
  
  Коммунисты намного хуже зверей!
  Теперь каждый русский так считает.
  Дым, коммунистами сожжённых алтарей,
  ещё всё до сих пор мои глаза щипает.
  
  Угощали на зонах в сибирских лесах
  меня добрые кедры вкусными орехами.
  Судьбою отмерен на жизни весах
  весь путь мой тяжёлыми вехами!
  
  Очень долго я сердцем страдал,
  душою томился в глубокой тоске.
  Что я имел, - коммунист отобрал!
  Возвращаюсь из тюрьмы налегке.
  
  Седьмое ноября. 1977 год.
  68
  
  
  * * *
  
  Поэтессы, вас люблю!
  
  Все дорогие мои поэтессы,
  без вас не прожить мне и дня!
  Наверно в вас вселились бесы,
  раз вы так не любите меня!...
  
  Для вас, конечно, я вовсе никто
  из-за моих экспромтов-перезвонов!
  Но только объясните мне, за что
  все любите каких-то охламонов?
  
  Вы все правил очень строгих!
  Уже в том убеждался я не раз!
  Я лишь один, один из многих!...
  Но люблю лишь только вас!
  
  Уже, наверно, давно вам надоел
  я экспромтами дикими своими.
  Но если бы только я вас поимел!...
  Если бы были вы все моими!...
  
  Из вас любая уже давно была́
  замешена в любви пошлом грешке!
  Хотя б из вас одна бы мне дала́!...
  (Конечно же, не по моей башке.)
  
  Я б целовал вам ножки, ручки!...
  своею любовью ласково балова́л
   меж ног вам маленькие штучки!...
  Я б груди ваши страстно целовал!
  
  Причины очень даже вески
  меня прогнать, но всё стерплю.
  Мои родные сучки-поэтесски,
  всё равно всех вас душой люблю!
  
  Одиннадцатое ноября. 1977 год.
  69
  
  
  * * *
  
  За коммунизма тюремной решёткой.
  
  Теперь от меня ты вдали...
  Но прошу тебя: "Приходи!".
  Разве знать мы тогда могли,
  что тюрьма нас ждёт впереди?
  
  Не поможешь горю водкой,
  с уверенностью это говорю.
  За коммунизма тюремной решёткой
  много раз повстречал я зарю.
  
  В паденье коммунизма верим!
  Коммунисты держат нас как зверей.
  Но однажды откроются двери,
  и Свобода войдёт из дверей!
  
  Как вошла б, на колени упал бы!
  И за всё прошлое мученье своё,
  я рыдал бы, рыдал бы, рыдал бы!...
  Всю б слезами обмыл бы её!...
  
  Пили б водку и ели бы пиции,
  Вспоминали бы каждый своё...
  Поздравил бы с днём милиции,
  только душой ненавижу её!
  
  За решётками стёкла в инеи.
  Где же, родная ты? А я тут...
  Но глаза твои ясные, синие
  на свободу меня всё зовут!
  
  Стены тюремные не раздвинутся,
  хоть разбей о них сам себя!
  Мне скорей бы отсюда откинуться!
  Мне бы обнять поскорее тебя!
  
  Тринадцатое ноября. 1977 год.
  70
  
  
  * * *
  
  Ты грешна, я тоже грешен!
  
  В голову мне лезет чепуха,
  стихи, от чёрта ремесло!
  Прочёл: "И я не без греха."
  Мне это душу потрясло!...
  
  Так пишет Маша Иванова.
  Она посмела это издать!
  Грешна она, на грех готова!
  Мне бы к ней не опоздать!
  
  Жизнь как гнилая труха...
  С того сижу один, тоскую.
  Мария, ты не без греха!
  Очень давно ищу такую!
  
  Маша, мне назначь свидание
  днём или ночью в любой час!
  Нас разделяет расстояние,
  один лишь грех сближает нас!
  
  Так повелось уж от Создания,
  (о том пишу не для стиха).
  Познаешь радость покаяния,
  вкусив лишь прелести греха!
  
  Ты грешна, я тоже грешен!
  Но мы грешить не завершим!
  На зове плоти грех замешен!
  Мария, вместе согрешим?...
  
  Семнадцатое ноября. 1977 год.
  71
  
  
  * * *
  
  Коммунисты мне зажали рот!
  
  С годами улыбаюсь реже,
  и всё реже теперь смеюсь.
  Слышу где-то зубов скрежет,
  только теперь их не боюсь!
  
  Всегда молчу при народе.
  Не верю людям, потому
  рассудок всегда на взводе,
  всегда готовый ко всему!
  
  Я не одну прошёл преграду.
  Известна мне борьбы цена!
  Мне за борьбу мою в награду
  безвестность тихая дана́.
  
  Я у коммунистов на счету плохом.
  Сам себе свои беды множу.
  Живым и пламенным стихом
  грешные души русские тревожу!
  
  Мне писать стихи не ве́лено,
  коммунисты мне зажали рот.
  Но пуля, что в меня нацелена,
  в меня уж вряд ли попадёт!
  
  Меня, ещё совсем не старика,
  коммунисты кровавые губят.
  Ещё немало лет пройдёт пока
  меня поймут, меня полюбят.
  
  Или в России буду знаменитым,
  и русские помянут меня добром,
  или псом бездомным и забитым
  умру в тюремном подвале сыром.
  
  Девятнадцатое ноября. 197 год.
  72
  
  
  * * *
  
  Иль под венец, или в кровать?
  
  Развеселю твоё сердечко!
  Что тосковать про ерунду!
  Подарю обручальное колечко
  и даже под венец тебя сведу!
  
  А будешь коль сопротивляться,
  так затащу тогда тебя в постель!
  Если влюбляться, так влюбляться!
  Нам будет целый год апрель!
  
  Давай сюда второй бокал!
  Ты мне ещё не подносила.
  А то придёт бывший нахал,
  выжрет всё, что не допила!
  
  Не останусь у тебя в долгу:
  у меня деньги есть и сила!
  Всегда во всём тебе помогу,
  чего бы ты ни попросила!
  
  Мы от жизни всё возьмём!
  Ведь в нас ещё огонь и пыл!
  Захочешь, морду разобьём
  тому, кто раньше с тобой был!
  
  На твоё прошлое плевать!
  (Прошлое моё ещё чуднее!)
  Иль под венец, или в кровать?
  Решай сама, тебе виднее!
  
  Двадцать третье ноября. 1977 год.
  73
  
  
  * * *
  
  На пороге коммунист-поганый!
  
  Только лишь мы спать легли, -
  вдруг в дверь стук нежданный!...
  Словно его черти принесли,
  на пороге коммунист-поганый!
  
  С душой открытой и правдивой
  мятежные стихи пишу, и потому
  с улыбкой нежной и стыдливой
  меня судья послал в тюрьму!
  
  Стала приютом тюрьма мрачным,
  среди стен которой только ложь!
  Жизнь мою стеклом прозрачным
  теперь уже никак не назовёшь.
  
  Как-то так внезапно случилось,
  что за стихи в тюрьме сижу опять!
  Вдруг разом всё остановилось,
  покатилось моё солнце вспять!
  
  Ходят менты походкой звериной.
  Стою в страхе от них в стороне...
  На них смотрю с улыбчивой миной,
  они в ответ лишь зубы скалят мне!
  
  Знакома мне тюремная похлёбка,
  тюремных дней тревожная печаль.
  Моей страшной жизни видна тропка.
  Дней, в борьбе прожитых, не жаль!
  
  Я сам избрал себе эту дорогу,
  теперь вот и страдаю потому!
  Жизнь - России! Душу - Богу!
  Только честь не отдам никлому!
  
  Двадцать девятое ноября. 1977 год.
  74
  
  
  * * *
  
  Не помяну тебя лихом.
  
  Милашка, вредная, постой,
  со мною так не поступают.
  Я не какой-то там отстой,
  который продают и покупают.
  
  Хоть мужики к тебе гурьбой,
  из них не худшим считаюсь.
  За всех, за брошенных тобой,
  с тобой сполна рассчитаюсь!
  
  "Прощай" так мне не говори,
  услышать это всегда успею.
  Хоть плачь, жалуйся, ори,
  но тебя трахнуть посмею!
  
  О чём там думаешь себе?...
  Вообразила, много сто́ишь?
  Ветер воет пусть в трубе.
  Подо мной сама завоешь!
  
  Тебе ещё такое покажу!...
  Хоть на дворе уже прохладно,
  прямо на листве и разложу,
  чтобы бросать было неповадно!
  
  Потом, с другою в углу тихом,
  (с которой будет вечный май!)
  никогда не помяну тебя лихом,
  ты никогда меня не поминай.
  
  Первое декабря. 1977 год.
  75
  
  
  * * *
  
  . Коммунизма беспредел!
  
  Вот я почти состарился уже,
  в жилах кровь струится хладно.
  Противно, жутко на душе,
  на сердце мерзко и неладно.
  
  От жизни волком завываю!
  Не жду ни счастья, ни добра.
  Теперь уже сегодня забываю
  о том, что было лишь вчера.
  
  Былое, злой источник знаний,
  мне песни грустные тихо поёт:
  "Не отгоняй своих воспоминаний,
  это бесценное сокровище твоё!"
  
  Век буржуазный подступает,
  сменит коммунизма беспредел!
  Восторгом сердце наполняет!
  Тех зовёт, кто молод и кто смел!
  
  Не каждого можно купить,
  но можно любого продать.
  Можно патриотом быть,
  можно Свободу предать...
  
  Судьба, как молния, кривая!
  Нет личной жизни никакой!
  Бушует ветер, злобно завывая,
  где-то там, за ним, покой.
  
  Однажды, словно наваждения,
  проглянув чёрной полосой,
  вдруг в минуту наслаждения
  придёт костлявая с косой...
  
  Третье декабря. 1977 год.
  76
  
  
  * * *
  
  Не лягу в постель с любою.
  
  Так написать!... Так уж не сумею.
  (Хотя, когда-то, я тоже так писал).
  Теперь в любви такой опыт имею,
  что локти сам себе не раз кусал!
  
  Если бы ты раньше повстречалась,
  моя бы жизнь была́ б совсем иной!
  А так душа моя вся расплескалась,
  какой-то стала мрачной и больной.
  
  Гулянки душу лишь калечат,
  она страдает, нежности тая.
  От разврата наши души лечат
  души чистые, такие, как твоя!
  
  Но любой проживёт своей судьбою,
  в которой будет счастье и беда.
  Навсегда расстанемся с тобою,
  только тебя запомню навсегда!
  
  Не лягу в постель с любою!
  Образ твой мне будет дорогим!
  Тебя представлять буду с собою,
  хотя в то время будешь с другим.
  
  Письма твои читаю, и душа в огне!
  Написать тебе решил что-либо...
  Хотя тут пишешь вовсе и не мне,
  но всё равно скажу тебе спасибо!
  
  Пятое декабря. 1977 год.
  77
  
  
  * * *
  
  На зло коммунистам-палачам!
  
  Не тяжело мне быть поэтом.
  Мне тяжело молчать об этом!
  На зло коммунистам-палачам
  писать лишь только по ночам.
  
  Не выступаю на площадях.
  В углах тихонько я шептался.
  Всегда молчу при людя́х.
  Лишь потому я жив остался.
  
  Куда приткнуться кораблю,
  когда рядом берега нету?
  От коммунистов гонения терплю!
  К чему душой прильнуть поэту?
  
  В России серьёзного поэта
  привыкли чудаком считать.
  Меня коснулась "слава" эта,
  только мне на это наплевать!
  
  Поэту стихами выступи́ть,
  как пред толпой раздеться,
  как свою душу распахнуть!
  Так лучше водку пить,
  или в стакан глядеться,
  Иль просто пьяному уснуть!
  
  Дорого стоит, слово поэта
  перед сытой холодной толпой,
  раз его проклинают за это
  коммунисты в ярости тупой!
  
  Седьмое декабря. 1977 год.
  
  
  
  78
  
  
  * * *
  
  Любить не можешь, и не надо!
  
  Прочёл письмо и до сих пор
  словно побитый пёс хожу.
  Не телефонный разговор,
  но тебе при всех скажу:
  
  При всех не постесняюсь, Анна,
  сказать, что рад бы быть с тобой!
  Не слушай своего мужа-болвана!
  Все давно знают, что он голубой!
  
  Да на него сто раз плевать!
  Сам он ведь с мужиками спит!
  Стоит-ли в очередь вставать? -
  (ведь у него пенис не стоит!)
  
  А ты вся красавица такая!...
  Себе цены не знаешь и сама!
  Меня, своей красою завлекая,
  уже давно совсем свела с ума!
  
  Среди множества людей,
  тебя красивей я не знал!
  Теперь нет ко мне очередей,
  из-за тебя я всех прогнал!
  
  Моё сердце тебе очень радо!
  В моё любящую душу загляни!
  Любить не можешь, и не надо,
  прошу лишь только не гони!
  
  Надеюсь, что не погубишь
  мою любовь! Пока терплю...
  Может быть меня полюбишь
  так же, как тебя очень люблю!
  
  Одиннадцатое декабря. 1977 год.
  79
  
  
  * * *
  
  Коммунистов я видел в гробу!
  
  Моя рука всегда метко стреляет!
  Моя пуля смертью ласково поёт!
  Ствол в руке уверенность вселяет!
  У пояса ствол бодрость придаёт!
  
  До "Владика" катал по поездам,
  "чистил" я только мягкие вагоны.
  Никогда друзей своих не сдам,
  свято чту тюремные законы!
  
  С детства я в милиции бывал!
  Со школьной оплёванной парты
  в десять лет уже я воровал,
  уже тогда играл я в карты!
  
  Я провёл полжизни в кабаке!
  Татуировка на моей руке...
  Так много лет меня кабак
  не хочет отпускать никак!
  
  С тусклым факелом бреду
  в судьбы-туннели без конца...
  Вижу то-ли Музу, то-ль беду,
  не могу разглядеть лица.
  
  Подвергся я такому сраму...
  Затылок до сих пор скребу.
  В гробу я видел вашу маму!
  Коммунистов я видел в гробу!
  
  Помню коммунизма лесопокос!
  Мёрзли коммунисты, нас охраняя...
  Тогда конвойных злобный пёс
  смотрел на нас, тихо слезу роняя!
  
  Тринадцатое декабря. 1977 год.
  80
  
  
  * * *
  
  Тебя до безумия хочу!
  
  Привет, подруженька, привет!
  Я твой покой решил прервать!
  Любуюсь тут на твой портрет,
  и взор не в силах оторвать!
  
  Какие чудненькие глазки!
  Любого ими заморочишь!
  Они полны любви и ласки!
  В них вопрос: "Меня хочешь?"
  
  Такое слышать мне приятно!
  Тебе в ответ не промолчу!:
  Что за вопрос, и так понятно,
  что тебя до безумия хочу!
  
  С тобою ссорится не сто́ит!
  Грудь очень чудная твоя!
  Но меня очень беспокоит,
  что до сих пор ты не моя!
  
  Без тебя нету спокойного дня!
  Своим взором душу источишь!
  Говоришь: "Уходи от меня!"...
  Слышу: "Попробуй, раз хочешь"
  
  Тебя всей своею душою любя
  не знаю, как мне разобраться!
  Ничем не хочу обижать тебя,
  сама хочешь мне отдаться.
  
  В тайне мысли свои не держи!
  Покончи с душевной борьбою!
  Мне открыто и прямо скажи,
  что должен я сделать с тобою?
  
  Семнадцатое декабря. 1977 год.
  81
  
  
  * * *
  
  От коммунизма России беда!
  
  Коммунизм метелью холоднущей
  метёт нам в души злые холода́!
  Что нам готовит день грядущий?
  Будет счастье в нём или беда?...
  
  Слепота теперь у нас куриная,
  не видим дальше своей головы!
  Наша жизнь как возня мышиная,
  лишь шуршание сухой травы...
  
  За окном у нас, как в плохом кино,
  постоянно сумрак долгожданный.
  Дождь зло стучится в наше окно,
  как нежеланный гость незваный!
  
  В России время жуткое такое!...
  Русская душа купается в крови!
  Скоро пройдёт безумие людское!
  Грядёт безумие дикой любви!
  
  Время куда-то мчит неумолимо!
  Что ни год, - от коммунизма беда!
  Ужасные годы коммунизма мимо
  пролетают навсегда в никуда!...
  
  С каждым годом словно таю
  в коммунизма жизни никакой!
  Сколько лет уже душой страдаю
  антикоммунистической тоской!
  
  Надо русским что-то делать срочно!
  Восстание не придумаешь нарочно!
  Выйду из тюрьмы и, скорей всего,
  убью из коммунистов кое-кого!
  
  Девятнадцатое декабря. 1977 год.
  82
  
  
  * * *
  
  Спермой залитая кровать.
  
  Обо мне не захочешь скучать,
  молча глядя в ночное окно.
  Мне только бы сперму скачать,
  а в кого и кому, - всё равно!
  
  Я такое дерьмо!... - и говно!...
  Так зачем подо мною дрожишь?
  Или, может, тебе всё равно
  под каким кобелём лежишь?
  
  "Прижиматься щекою к трубе",
  что же раньше ты мне не сказала?
  Я звонил сколько раз уж тебе,
  кукиш с маслом ты мне показала!
  
  Обиды моей не простив, не поняв,
  считаешь, что зря от тебя я ушёл.
  До меня столько спермы приняв
  считаешь, что это всё хорошо?
  
  Под другими можешь полежать,
  когда люди смотрят в ваше окно.
  Отдаваясь со страстью шептать:
  "Всё равно! Всё равно! Всё равно!"
  
  Не могу без улыбки с тебя вставать!
  Счастливым очень хочу быть!
  Только спермой залитая кровать
  мне не позволит тебя позабыть.
  
  Двадцать третье декабря. 1977 год.
  83
  
  
  * * *
  
  В коммунистических кандалах!
  
  Кто-то всю жизнь в покое,
  кто-то всю жизнь в пути
  Наша жизнь?... Что это такое?
  Мне ответа никак не найти.
  
  Счастья в жизни немного,
  в ней тревог очень много зато.
  За что коммунист судит строго?
  Точно на это не ответит никто.
  
  Кто-то душою грешит и кается
  на своём строгом жизненном пути.
  Кто-то живёт и душою мается,
  счастья себе не может найти.
  
  Не каждому счастье приходит,
  но каждого жизнь проверяет!
  Кто-то что-то в жизни находит,
  кто-то что-то дорогое теряет.
  
  Кто-то всю жизнь в заботах,
  кто-то всю жизнь в делах...
  Кто-то на страшных эшафотах
  в коммунистических кандалах!
  
  Жизнь всех коммунистов бесцельна.
  На протяжении многих веков и лет
  мудрость далеко не беспредельна.
  Предела глупости коммунистов нет!
  
  Двадцать девятое декабря. 1977 год.
  84
  
  
  * * *
  
  Страдать, сочувствовать, любить!
  
  Ух, ты какая!... Ох, какая!...
  Тебя ведь я сразу полюбил!
  На твой портрет смотрю икая.
  Разве тебя я чем-то оскорбил?
  
  Да оскорбил-ли? (если строго,
  во мне подняла ты быльё...)
  Я написал совсем немного,
  но всё это было лишь моё.
  
  А ты подумала, глупышка,
  что написал про тебя я.
  Не пойму, - такая пышка,
  но почему вдруг не моя?...
  
  Тебя люблю так, Маша-булка!
  Моё чувство не пройдёт!
  В полумраке тёмном переулка
  судьба нас однажды сведёт!
  
  После нашей бурной встречи,
  (захочешь уж того иль нет),
  наш первый и последний вечер
  запомнишь на очень много лет!
  :
  А я?... Да что со мною станет!...
  Одиноко так и буду дальше жить...
  Никогда моя душа не перестанет
  страдать, сочувствовать, любить!
  
  Тридцать первое декабря. 1977 год.
  85
  
  
  * * *
  
  В русской крови коммунизма топор!
  
  Всё святое в России утрачено!
  Теперь нам тюрьма родной дом...
  Всё в России испоганено, одурачено
  сумасшедшим Лениным-жидом!
  
  По всей России панихида...
  Слёз крокодильих льётся град!
  Издох Ленин-сифилитик-гнида!
  Я душой тому искренне рад!
  
  Россией правит дьявол-жид.
  Сатана в мавзолее лежит.
  По России гуляет террор,
  в крови коммунизма топор!
  
  Живу среди коммунизма фальши!
  Хотя шампанское не хвалю,
  но с каждым бокалом всё дальше
  утопаю в коммунизма хмелю!
  
  Для шампанского "Советского"
  идёт много говна детского!
  Вот потому-то детские сады
  всё говно относят на склады́!
  
  Мне на коммунистов наплевать!
  Буду с коммунизмом воевать!
  Хотя очень даже может быть,
  что мне до свободы не дожить.
  
  Коммунизм, - в сердце штырь!
  Но жизнь проживу достойно!
  Уйду в Валдайский монастырь,
  умру в нём тихо и спокойно.
  
  Первое января. 1978 год.
  86
  
  
  * * *
  
  У ног твоих будет поэт!
  
  Душу на части... - моя роль?
  Да не сошёлся клином свет!
  О чём ты, милая, позволь,
  у ног твоих будет поэт!
  
  Бодрее свою голову держи!
  Будь смелее хоть немножко!
  Любовнику на выход покажи,
  тогда к тебе влезу в окошко!
  
  Меня за наглости прости,
  но так хочу тебя давно!...
  Даже в дверь смогу войти,
  тогда он вылетит в окно!
  
  Он рад лишь только телу твоему,
  душа твоя ему совсем не надо.
  В сраном унитазе, как Му-Му,
  когда-нибудь утоплю этого гада!
  
  Я как-то был с тобою груб...
  (Это от ревности и злости!)
  По природе совсем не душегуб,
  но переломал я многим кости!
  
  К венцу или, быть может, к трону?
  Куда захочешь на руках тебя снесу!
  Тебя даже пальчиком не трону,
  буду беречь только тебя-красу!
  
  Третье января. 1978 год.
  87
  
  
  * * *
  
  На коммунизма гнойном болоте.
  
  Россию били коммунисты молотом,
  коммунисты терзали Россию серпом,
  раскрасили её говном, а не золотом,
  в русской крови утопили потом!...
  
  Коммунисты мне жизнь испоганили!
  Но от жизни я пока ещё не устал...
  Коммунисты мне всю душу изранили!
  Из-за коммунистов я только злее стал.
  
  Много горя пришлось мне пройти.
  Души павших во тьме голосят!...
  Мне нету даже тридцати пяти,
  а на вид мне все за шестьдесят.
  
  Из-за коммунистов все глупеем,
  умных слов слушать нам не дают.
  Даже правду узнать не успеем,
  коммунисты нас раньше убьют!
  
  На коммунизма гнойном болоте
  лежим под кровавым дождём.
  В коммунистической тонем рвоте,
  от Бога спасенья соломинку ждём!
  
  Из Москвы, коммунистов берлоги,
  где коммунизма кровавого трон,
  по России тянутся кровавые дороги!
  По дорогам тем ужасный стон!
  
  Кто-то жирует, кто-то мается,
  кто-то жизнь прожигает зазря...
  Над Россией грозно вздымается
  всемогущей Свободы заря!
  
  Пятое января. 1978 год.
  88
  
  
  * * *
  
  У неё и красота, и сила...
  
  Часто она сидела у причала,
  но только толку что с того?...
  Она б своего ребёночка качала,
  но только кто ей сделает его?
  
  Кругом одни лишь отморозки,
  да импотенты-молодые-старики.
  Им самим впору сосать бы соски,
  а не в страсти женские соски!
  
  А у неё и красота, и сила,
  и бёдер страждущих развал!
  Её соседу рыба откусила...
  Другой свой пенис оторвал.
  
  Так что же делать ей осталось?...
  Пойти бы ей замуж за кого?...
  Другим хоть что-нибудь досталось,
  а ей, бедняжке, - вовсе ничего!
  
  Но она всю жизнь мечтает...
  Только мечты её все, - ерунда!
  Проходит её молодость и тает,
  как снег весенний, без следа.
  
  Её мечты так милы, сладки!
  Но им не сбыться никогда.
  Застудит лишь себе придатки,
  станет бездетной навсегда.
  
  Седьмое января. 1978 год.
  89
  
  
  * * *
  
  Коммунисты терзают мне душу!
  
  Много смог я стихов разбросать,
  рифма мятежная с души рвётся!
  Если вдруг не успею её записать,
  она улетит, но вскоре вернётся!
  
  К душе всё очень близко принимаю,
  не допускаю в свою душу гнилья!
  Слова лишние из рифмы выжимаю,
  как при стирке воду с мокрого белья!
  
  Слова ненужные, как сорная трава,
  их не применить на пользу чтения.
  Рифмы лишние, - то лишние слова.
  В многословии нет никому спасения!
  
  Вина и водки совсем немного пью,
  судьбе своей нелёгкой в угоду.
  Не зря свои мятежные песни пою
  коммунизмом оглушённому народу!
  
  За свои праздники будущие, новые,
  теперь в стихах о которых пою,
  стали рифмы мятежные суровые,
  как Белогвардейцы в суровом строю!
  
  Трясёт меня жизнь, как грушу.
  В моём саду остались только пни.
  Коммунисты терзают мне душу!
  Но скоро сгинут все, сволочи, они!
  
  Одиннадцатое января. 1978 год.
  90
  
  
  * * *
  
  Чего меня к себе не позвала́?
  
  Его тут называешь на "Вы...".
  Ему шепчешь: "Меня скушай!"
  О нём ещё не слышала молвы?
  Так расскажу тебе, послушай.
  
  Знает он, что сделал, натворил.
  У него столько баб есть где-то!...
  Другим от триппер подарил,
  а для тебя он пожалел и это...
  
  Ума хватило ему, идиоту,
  тебя завистливой назвать...
  Его рожа вызывает рвоту!
  Как могла ты ему давать?
  
  Себе признайся, в самом деле,
  как это только ты смогла
  лежать с чудовищем в постели...
  Чего меня к себе не позвала́?
  
  Ох, я тебя бы приласкал бы!...
  Уж ты б завыла подо мной!...
  Потом тебя я замуж взял бы
  стала бы ты моей женой!
  
  Потом у нас пошли бы дети!
  Мы были б рады их судьбе!
  И был бы я на белом свете
  одним, единственным тебе!
  
  Тринадцатое января. 1978 год.
  91
  
  
  * * *
  
  За стихи от коммунизма страдаю!
  
  Мои книги не лежат в шкафу,
  перед людьми их выставляю.
  С души выдавливать строфу
  никогда себя не заставляю.
  
  Не чуждо мне ничто земное,
  хотя Талант от Бога мой!
  В моих строках есть смешное,
  хотя вся моя жизнь это бой!
  
  Заря стучит в окна мои,
  кричит мне в уши петухами!
  Поют на зорьке соловьи,
  душа приветствует стихами!
  
  В моём сердце нету гнили,
  моя светла пока что голова!
  В душе моей, словно в горниле,
  в стихи сплавляются слова!
  
  Тяжёл мой поэтический век,
  за стихи от коммунизма страдаю!
  Рифм стремительный набег
  пером в свою тетрадь кидаю!
  
  Мне рифм несётся ураган!
  Музы мне открыта дверца!
  Бьёт стихов моих фонтан
  с души, из разума, из сердца!
  
  Пускай меня покроет матом,
  коммунист правды не поймёт.
  Хотя Муза ревнива к женатым,
  она к любому поэту не пойдёт!
  
  Семнадцатое января. 1978 год.
  92
  
  
  * * *
  
  Пойму, что жизнь это как сон.
  
  "Я знаю, ты сейчас один".
  Да кто наплёл тебе такое?
  Своей судьбе я господи,
  и моё ложе не пустое.
  
  Сладко спишь в своей постели,
  а я, как секса раб, тружусь!
  Но девки мне не надоели,
  своим успехом не горжусь.
  
  Твой дом наполнен тишиной,
  а мой от гама даже стонет!
  Ведь я в постели не с одной!...
  Душа моя в разврате тонет.
  
  Так сколько будет продолжаться?
  Покуда не издохну, может быть.
  Передо мной не надо унижаться,
  других парней попробуй полюбить.
  
  Моим грехам потерян счёт,
  мне ничто не дорого, не свято.
  В разврате жизнь моя течёт
  опомнюсь, может быть, когда-то.
  
  Услышав колокольный звон
  за кладбищенской оградой,
  пойму, что жизнь это как сон,
  а смерть и будет мне отрадой.
  
  Девятнадцатое января. 1978 год.
  93
  
  
  * * *
  
  Я при коммунистах получил!...
  
  Цыганка в детстве нагадала:
  "Ты будешь беден и гони́м!,
  (два том Пушкина пода́ла),
  если ты пойдёшь за ним...".
  
  Я уже с детства то не любил,
  что от коммунистов слышал!
  Гранит наук я так долбил,
  что неплохим поэтом вышел.
  
  Тем, что людям я не лгал,
  живу, беду себе скликая.
  Я даже не предполагал,
  что выпадет судьба такая...
  
  Душа, мечтою заражённая,
  словно на облаке плыла́!
  Мечта настолько обнажённая,
  что сбыться просто не могла!
  
  Моей жизни дорога всё у́же,
  всё меньше мечтания грёз.
  Времена бывали и похуже,
  но я всё стойко перенёс!
  
  То утрата... То везения...
  Я все науки разные учил.
  Я аресты, пытки и гонения
  при коммунистах получил!
  
  Сегодня этой славной дате
  стихами посвящаю целый час!
  Я двадцать лет был в Самиздате!
  Двадцать лет я шёл до вас!
  
  Двадцать третье января. 1978 год.
  94
  
  
  * * *
  
  Душу люблю и плоть твою!
  
  Какое же это униженье?...
  Я же от ревности лишь пью.
  В моей душе любви броженье!
  Душу люблю и плоть твою!
  
  Меня послушай, Медуница,
  тебя пред всеми лишь хвалю!
  Ты ночью для меня блудница,
  в страсти к тебе ночей не сплю!
  
  Ночами ты как секса жрица,
  за то всё от тебя терплю.
  Днём ты моя жестокая царица,
  но, всё равно, тебя люблю!
  
  А ты намылилась куда-то!...
  Опомнись, тихо, погоди!...
  Что между нами, всё это свято!
  Всё наше счастье впереди!
  
  Ведь у меня ты лишь одна,
  сердце счастье предвкушает!
  Но одинокая холодная луна
  тебе плохое лишь внушает.
  
  Вот напьюсь, возьму двустволку,
  постреляю в эту чёртову луну!
  Хоть, может быть, не будет толку,
  но пару раз в неё всё же пальну!
  
  Потом опять подвыпью снова...
  Тебе свои романсы пропою!.
  Какой есть, прими меня такого.
  Ведь лишь от ревности всё пью.
  
  Двадцать девятое января. 1978 год.
  95
  
  
  * * *
  
  Коммунисты нас травят с лет детских!
  
  "Как бабы стали мужиками?"
  Часто в тишине думаю о том.
  Тысячелетия закручены веками
  в решётки ген и в цепи хромосом!
  
  Коммунисты нас травят с лет детских!
  Знают русские люди почём фунт лиха!
  В поликлиниках проклятых советских
  никогда не будет безлюдно и тихо!
  
  В поликлинике у мрачного кабинета
  часами сижу, только будет-ли толк?
  Невесёлая нынче маячит примета:
  врач сердитый, как пуганый волк!
  
  Сколько врачей, столько и мнений!
  Каждый будет свой диагноз гнуть!
  Через бред греха кровосмешений
  к здоровой жизни ищем себе путь.
  
  Будут-ли русские дети здоровы,
  если их родители тяжело больны?
  С рождения дети к смерти готовы,
  что в проклятом СССР рождены́!
  
  Боль, когда бы к нам она ни пришла,
  она всегда для нас будет не к стати!
  Не отвлекут от человека её дела,
  не успокоиться от боли в кровати!
  
  К нам старость дряхлая с клюкою
  всегда приходит слишком рано!
  Никак не отведёшь её просто рукою.
  Уж раз она пришла, то постоянно...
  
  Тридцать первое января. 1978 год.
  96
  
  
  * * *
  
  Я так влюблён в тебя, Татьянка!...
  
  Твоя душа мне сердце покорила!
  С любви к тебе я стал поэтом!
  Если бы ты меня собой накрыла,
  никогда не пожалела бы об этом!
  
  Наверно скажешь: "Вот дурак,
  какого нет во всей округе!"
  Я под тобой старался б так!...
  издохли бы от зависти подруги!
  
  Со мной любая б захотела!...
  Я бы ни с одной не захотел.
  Для меня твоё лишь тело
  дороже среди прочих тел!
  
  Я так влюблён в тебя, Татьянка!...
  Моя душа горит в любви огне!
  Для меня не в радость даже пьянка,
  девок других теперь не надо мне!
  
  Но чем ты моё сердце зацепила?
  Противлюсь тут любви-заразе!.
  Меня собой пока ты не накрыла,
  а я уже почти что как в экстазе!
  
  Коль на меня ляжешь, серьёзно,
  только твоим буду навсегда!
  Жарко будь, будь хоть морозно,
  из-под тебя не денусь никуда!
  
  Первое февраля. 1978 год.
  97
  
  
  * * *
  
  Коммунизма больница как тюрьма.
  
  Коммунизма больница как тюрьма,
  и днём, и ночью надёжно заперта́!
  Невольно сходим здесь тихо с ума.
  Нам всем врачами подведена черта!
  
  Здесь вам коммунисты будут рады!
  Нам отсюда уже нету пути назад!
  Здесь на прохожих из-за ограды
  глаза людей страдающих глядят!
  
  Сестра больничная брезгливо
  вам подаст замызганный халат.
  Поставит клизму торопливо,
  и всё у вас пойдёт на "лад"!
  
  Пригляделся к медсестрице,
  она уже сама зловонный труп!
  Не она-ли тогда в больнице
  мне без наркоза рвала зуб?
  
  Врач там дельный даст совет
  (как его нам не послушать?)
  что тебе можно, а что нет
  думать, выпивать и кушать.
  
  Отсюда русским не сбежать!
  Очень страшны последствия!
  Коммунисты будут держать
  здесь нас без суда и следствия!
  
  Попадёшь коль к эскулапу,
  хоть ты честен, хоть ты врёшь,
  коль ему не дашь на лапу,
  тогда быстренько помрёшь!
  
  Третье февраля. 1978 год.
  98
  
  
  * * *
  
  Ненавижу, люблю и прощаю...
  
  Страдаю! - тебе по барабану!...
  Кто ты такая, чёрт тебя возьми?
  Водкою лечу души злую рану!
  Мои слова за подлость не прими.
  
  Я вчера опять до чёртиков напился!
  Ты мне с чего-то отказала, дорогая!...
  Сегодня утром слегка я похмелился...
  Лежала подо мной не ты, другая...
  
  Другая встала утром из-под меня,
  другая меня собой опохмелила...
  Верность тебе в сознание храня
  моя душа с чего-то вдруг заныла!
  
  На похмелье грохнул ромчик,
  я пьяница, так выпало в судьбе.
  Написал я ей экспромтчик...
  И снова я душою всей к тебе!...
  
  На душе то-ли радость, то-ли горе.
  Тебе сегодня ничего не расскажу.
  Но к тебе опять приеду вскоре,
  ведь тобой всю жизнь дорожу!
  
  Тебя вечно любить обещаю!
  Свою душу не буду злить.
  Ненавижу, люблю и прощаю...
  Очень хочу тебя застрелить...
  
  Пятое февраля. 1978 год.
  99
  
  
  * * *
  
  Смрад коммунизма!
  
  Я недоволен в России всем!
  Моя душа за Россию болит!
  От коммунистов "еды" не ем,
  от коммунистов меня тошнит!
  
  Против коммунистов давно борюсь
   за честь, за Бога, за святую Русь!
  Хоть я совсем не отважный ковбой,
  но жизнь моя с коммунистами бой!
  
  Я стал уже почти совсем седым.
  Жизнь моя незаметно убывает!
  Моего Отечества медовый дым
  смрад коммунизма перебивает!
  
  Солнце России взошло в зенит.
  От жары воздух тревожно звенит!
  Только России страдающей звон
  очень похож на каторжников стон!
  
  В России удел житья ива́нова,
  жизнь бесправную тихо влачить!
  Уставшего человека от пьяного
  в России невозможно отличить!
  
  То до отчаянья унылая забота!
  То до истерики к Богу мольба!
  То до тупости тяжёлая работа!
  То до безумной одури гульба!
  
  Наша жизнь, прежняя, простая
  в Россию не вернётся никогда!
  Куда же, моя Россия святая,
  ведёшь свои народные стада́?
  
  Седьмое февраля. 1978 год.
  100
  
  
  * * *
  
  Нелюбимую обнимая...
  
  Где сейчас ты не знаю,
  называю тебя дорогой!...
  Тебя так часто вспоминаю,
  особенно, когда я с другой.
  
  Опять не ты со мною рядом.
  За тебя другую принимая
  мои слёзы льются градом,
  её, нелюбимую, обнимая.
  
  Она так счастлива и рада,
  мне подставляя свою плоть!
  Я ей как приятная награда!
  (Да простит меня Господь!)
  
  Я с горя даже начал пить!
  Может сопьюсь, не знаю...
  Она цветы просит купить,
  но только тебя вспоминаю!
  
  Вдруг, увидев нежные цветы,
  опять о тебе думать начинаю.
  Лишь только о тебе мои мечты!
  Мы скоро встретимся, знаю!
  
  Ты мне кажешься святою!
  Потому часто Господа молю:
  "Прости, что сплю не с тою,
  сердцем которую люблю!"
  
  Одиннадцатое февраля. 1978 год.
  101
  
  
  * * *
  
  Травить коммунистов детей.
  
  Когда поймёшь, что будущего нету,
  что прошлое давно уже прошло,
  тогда себя сам призовёшь к ответу,
  будешь творить коммунистам назло!
  
  Не стоит свою жизнь торопить,
  всего себе желая понемногу.
  Есть чего есть, есть чего пить...
  И в остальном всё слава Богу!
  
  Уже осень, стал воздух сырее,
  нету солнышка в утренний час...
  С каждым годом быстрей и быстрее
  наше время куда-то уходит от нас!
  
  Однажды вдруг наступит миг,
  смерть равнодушная не спросит:
  ты молодой, или дряхлый старик...
  Всех, как тростинку, она скосит!
  
  Смерть небрежно, не спеша,
  махнёт косою, как-нибудь,
  и снова чья-то грешная душа
  полетит в бескрайний путь!
  
  Вас окружать отныне будут
  толпы коммунистов-поросят.
  Кто вас обидел, - вас забудут!
  Кому вы лгали, - вас простят!
  
  Явится множество страстей
  в русской душе злобою крича.
  Травить коммунистов детей
  святой долг каждого врача!
  
  Тринадцатое февраля. 1978 год.
  102
  
  
  * * *
  
  Где она, любовь-то эта?
  
  Грех за мною... И немалый!
  Мне этот грех как в горле кость.
  Я всюду путник запоздалый.
  Повсюду я незваный гость.
  
  Моей душе стихи как гвоздь,
  но без них сердце голодает.
  Повсюду я незваный гость.
  Душа моя всю жизнь страдает.
  
  Скитаюсь, подобно волку...
  Нет личной жизни никакой.
  Я к вам зашёл, что в том толку?
  Найду-ли себе у вас покой?
  
  С того так хочется напиться
  и забыться в пьяном сне!
  Повеситься или застрелиться?
  Это, извините, не по мне!
  
  Я просто так... Шёл я мимо.
  Сердце моё с тоски в крови.
  Моя душа неудержимо
  рвётся к будущей любви!
  
  Но где она, любовь-то эта?
  Может быть с другим уж спит?
  Меня, всех полюбившего поэта,
  Господь, любя, за всё простит!
  
  Милашка, муки мне за что?
  (Тебя сожрал бы, как конфету!)
  Простит-ли Бог тебя за то,
  что не хочешь дать мне, поэту?
  
  Семнадцатое февраля. 1978 год.
  103
  
  
  * * *
  
  Коммунисты гонят в душу страх.
  
  Летишь куда же, моё время?
  Мне за тобою никак не успеть.
  Мне мятежной Музы злое бремя
  всю жизнь приходится терпеть!
  
  Мой мятежный стих навлёк
  на меня от коммунистов гонения!
  В душе моей всё же таится уголёк:
  мои надежды, желания, сомнения.
  
  Иду очень опасною дорогой,
  коммунисты гонят в душу страх.
  Никогда не найдёте лжи убогой
  в моих строках, в моих стихах!
  
  Много злых бед, много волнений
  в своей опасной жизни обхожу.
  В пестроте людей речей и мнений
  мятежные вдохновенья нахожу!
  
  Знакомым, близким и родным
   раздаю стихи мятежные свои.
  Они то едкие, как пожара дым,
  то нежные, как сада соловьи!
  
  Может, ничего совсем не значит
  моя строка злая, корявая, кривая...
  Только горько душа моя плачет,
  стихи слезами на бумагу изливая!
  
  Зеркала мои уже все потускнели,
  лет моих тихо скрывая седину.
  Моей душе стихи ещё не надоели,
  хотя издал я уже книгу не одну!
  
  Девятнадцатое февраля. 1978 год.
  104
  
  
  * * *
  
  Неуёмною жаждой любви!
  
  Объехал я многие страны!
  Пожалуй, что все! (Может быть.)
  В моей буйной голове тараканы
  тебя никак не дают мне забыть!
  
  Мне плохо, - тебя со мной нет!
  Но выбор за тобой оставляю!
  На твой глядя чудный портрет,
  рядом с собою тебя представляю!
  
  Но ты в ответ мне молчишь!
  Ни в чём не знаешь нужду!
  Через жизни ступеньки летишь!
  (В травмпункте тебя подожду!)
  
  Желаешь вдыхать свободу,
  жизнь представляя как спринт!
  Нагло лезешь, не зная броду,
  в жизни глухой лабиринт!
  
  Уходят, не прощаясь, годы....
  Только душу свою не трави
  неуёмною жаждой свободы,
  неуёмною жаждой любви!
  
  За каждым влачится ненастье.
  Мы жизни все горести пьём!
  Какое приятное счастье,
  в постели оказаться вдвоём!
  
  Хочешь яхту под парусами,
  чтобы тебе улыбалась луна?...
  Подруга, пожертвуй трусами,
  счастливою будешь сполна!
  
  Двадцать третье февраля. 1978 год.
  105
  
  
  * * *
  
  Хорошо и свободно Германия живёт!
  
  День Красной армии встречали,
  ликовал коммунистический сброд!
  Всю неделю юбилей отмечали,
  все превратились в пьяный скот!
  
  Деньги кончились, нету веселья.
  Снова дни мрачные поплыли.
  Ходят больные все с похмелья,
  даже не помнят, за что они пили.
  
  Опять серые тревожные дни...
  Нас держат коммунисты в тисках!
  Ветераны Красной армии, где они?
  Все они давно гниют на Соловках!
  
  Хорошо и свободно Германия живёт!
  Мы в рабском труде обливаемся потом.
  Уважает ветеранов немецкий народ,
  все к ветеранам относятся с почётом.
  
  Разрушить бы Берлинскую стену!...
  Сделать это будет очень нелегко.
  Хоть к лучшему предвижу перемену,
  но это лучшее пока что очень далеко.
  
  Хотя трудно предугадывать сейчас,
  но лет через десять объединение ждёт!
  Немцы, сердцем радуюсь за вас!
  За объединение боритесь, и стена падёт!
  
  Первое марта. 1978 год.
  106
  
  
  * * *
  
  Влюблённому вранья не видно.
  
  Случайно встретились в гостях
  мы на квартире у моих друзей.
  Конфеты были у тебя в горстях,
  рассказывала ты про Колизей...
  
  Я за границей никогда не бы́л.
  Во мне чувство завертелось!...
  Не то, чтобы тебя я полюбил,
  но тебя мне очень захотелось!
  
  Сказал, что ты краше всех в мире,
  я про любовь начал городить!...
  Оказались мы в моей квартире.
  Ты вовсе не спешила уходить.
  
  Ты мне тогда сразу отдала́сь,
  меня к себе ты приворожила!.
  Не раз ты мне в любви кляла́сь,
  хотя меня ты вовсе не любила.
  
  Влюблённому вранья не видно,
  он про измены не хочет и знать!
  Теперь больно, горько и обидно
  твоё враньё мне вспоминать!
  
  Сердцу внушаю: "Не ной!..."
  Тебя понять пытаюсь и простить.
  За что, зачем ты так со мной?...
  Так можно за любовь платить?
  
  Третье марта. 1978 год.
  107
  
  
  * * *
  
  Мы с коммунистами сразились!
  
  Грехопаденья злая сила
  не обошла Русь стороной,
  Лживым словом заманила
  Россию в омут кровяной!
  
  Когда в садах черёмуха цвела,
  мы с коммунистами сразились!
  Нам смерть невестою была,
  но с нею мы не поженились.
  
  Нам до любви-ли тогда было,
  когда коммунизма ужасная чума
  как тля души русские точила?
  Нам стала родиной тюрьма!
  
  За всех сгубленных властями
  водку пьём так, что руки дрожат.
  Герои России белыми костями
  в русской земле повсюду лежат!
  
  Загораются ночью звёзды на небе,
  но только в России не видим их.
  Думаем теперь вовсе не о хлебе,
  а о геройски павших своих родных.
  
  В русских душах серые тучки,
  от страха все теперь молчим.
  С жалкой получки до получки
  в России жизнь нищую влачим.
  
  Жизнь моя всегда очень опасная!
  Хотя она и скрытна, но не пуста.
  Губит наши души плесень красная!
  Моя душа от коммунизма чиста́!
  
  Пятое марта. 1978 год.
  108
  
  
  * * *
  
  О коммунизме-дерьме говорит!
  
  Бренчат поржавевшие струны
  в душе коммунистического поэта!
  Благословенная рука Фортуны
  ничем не благодарит его за это.
  
  Его знает не каждый читатель,
  хотя, может, и читал не раз.
  Сей новоявленный писатель
  давно уж пишет среди вас!
  
  Он не задаст лишний вопрос,
  чужда ему славы корысть,
  он не полезет пальцем в нос,
  никогда не станет ногти грызть.
  
  Стих его как коммунист ужасен,
  о коммунизме-дерьме говорит!
  Он очень озлоблен и опасен!
  (Как коммунизма инвалид).
  
  Зачастую он очень неправ,
  в бестолковый ситуации иной.
  Характер буйный, крутой нрав...
  весь какой-то он дурной!...
  
  До сенсации пошлой голодный
  он, узнав меня, даже плясал!
  Чёрный пасквиль сумасбродный
  на меня он тогда написал.
  
  Ложь этого коммуниста-поэта
  всем ясно видна уже издалека.
  Стих мой светлее солнца света!
  Его стих словно грязная река.
  
  Седьмое марта. 1978 год.
  109
  
  
  * * *
  
  Из-за коммунистов не везёт!
  
  Я только сам с собою дружен,
  теперь живу, никого не любя...
  Мне теперь никто не нужен,
  я пережил все годы и себя!
  
  Я решил поворот совершить,
  наконец, позабуду прошлую
  всю жизнь свою эту пошлую!
  Буду теперь по-новому грешить!
  
  Моя жизнь почти пролетела,
  я только перед Россией в долгу!
  Никак не могу сидеть без дела!
  Жить без риска тоже не могу.
  
  Теперь живу, покоя не зная,
  даже и знать-то его не хочу!
  Хоть я птица дерзкая ночная,
  но бывает, что днём пролечу.
  
  На дворе давно уже март,
  только мне не катит фарт!
  Моя жизнь клячею ползёт,
  из-за коммунистов не везёт.
  
  Сам я своё счастье упустил,
  мне вновь несчастье катит.
  В жизни столько я грустил...
  Всё!... Мне надоело, хватит!
  
  Правды жизни беспощадность
  сейчас принимаю так, как есть!
  У меня до жизни такая жадность!...
  Только мне дороже жизни честь!
  
  Одиннадцатое марта. 1978 год.
  110
  
  
  * * *
  
  Моя милашка любит строго!:
  
  Любовь много значит что-то,
  кому судьбой влюбиться суждено.
  "Любовь", лишь слово для кого-то
  но, все же, как прекрасно оно!
  
  Слова, точно, нет прекрасней!
  Сгорать любовью не в нови́!
  Но только нету ничего ужасней
  безответной зловещей любви!
  
  Лицо от слёз всегда сырое,
  на душе страданье ран...
  Но, когда в постели трое,
  любовь как страсти ураган!
  
  Он поднимает душу, тело
  пожар вздувает между ног!
  И кому тогда какое дело,
  кто кого потрахать смог?
  
  Когда муж гуляет где-то,
  когда гулящая его жена...
  Об этом сказано и спето.
  Любовь, нужна-ли нам она?
  
  Любовью многим и не надо
  страдать с зари и до зари.
  Друг друга трахаем, как стадо,
  как в первобытье дикари.
  
  Моя милашка любит строго!:
  Любовь, - начало всех начал.
  Любил я очень-очень много,
  но вот такую не встречал.
  
  Тринадцатое марта. 1978 год.
  111
  
  
  * * *
  
  Коммунист- кровавый собакою лает!
  
  Жизнь прекрасна и удивительна
  для тех, у кого в душе есть Бог!
  На коммунизм смотрю презрительно!
  Молю, чтобы скорее он издох!
  
  Из-за стихов моих будет скандал.
  Помоги мне грешному, Господи́!
  От коммунистов я много страдал,
  но все мои страданья ещё впереди!
  
  Лик сатаны на коммунизма зданиях!
  Но сопротивляюсь, как могу, судьбе!
  За святую свободу в страданиях
  умереть я давно пожелал самому себе.
  
  Я, не нарушая русских традиций,
  не избежал коммунизма инквизиций!
  Я в камерах "Бутырки" и в "Крестах"
  познал, что такое коммунизма страх.
  
  Тонет вся Россия в русской крови!
  Коммунист-кровавый собакою лает!
  На коленях прошу у Бога любви, -
  к коммунизму ненависть Он посылает!
  
  Как начинаю в память залезать,
  от страха пережитого бледнею...
  Мне о России нечего сказать
  кроме того, что виноват пред нею.
  
  Борюсь! Пусть будет то, что будет!
  Только свою жизнь отдам не зря!
  Погибну... Но Россия не забудет
  поэта антикоммуниста бунтаря!
  
  Семнадцатое марта. 1978 год.
  112
  
  
  * * *
  
  Если вдруг станешь моей наяву.
  
  Когда в постель с другой ложусь
  вспоминаю: "Только во сне я твоя".
  Но я своего обязательно дождусь,
  когда наяву будешь только моя.
  
  Это мне будет как награда!
  Жду-не-дождусь того дня!
  Знаю, и наяву бы ты рада...
  но слишком чистая для меня.
  
  Знаю все твои тайные мысли,
  со временем они мне милей!
  Они ярким солнцем повисли
  в грешной тёмной душе моей.
  
  Сердце рвётся моё на куски!
  Ты для меня как будто свята!
  Твои губы словно роз лепестки,
  их не пачкали слюни разврата.
  
  Ты в моём сердце жгучая рана!
  Но нам с тобой запоёт соловей!
  Точно знаю, Иванова Оксана,
  всё равно будешь только моей!
  
  Несмотря на обо мне молву,
  сердцем передо мною млеешь.
  Если вдруг станешь моей наяву,
  то никогда о том не пожалеешь!
  
  Девятнадцатое марта. 1978 год.
  113
  
  
  * * *
  
   От коммунистами загубленной страны!
  
  Порою счастья пустые миражи
  манили Россию в лихие дали!...
  Пожары, смуты, драки, мятежи...
  мы уже всего в России повидали!
  
  Полна разных внезапных перемен
  вздорная Россия-матушка моя!
  Помнят много предательства, измен
  наши горемычные русские края!
  
  Никто ещё Россию взять не смог,
  хотя было очень много войн в ней!
  Её бедами жмёт Запад и Восток!
  Россия всегда между двух огней!
  
  Европе чужда и вовсе не нужна́
  наша Россия в славе величавой!
  Враги России боятся, что она
  снова станет великою державой!
  
  В России не раз уже так бывало,
  что мимо горя никак не пройти.
  Небесная Мария не раз вставала
  у страшных бед России на пути!
  
  У лукоморья русский дуб зелёный
  в России теперь больше не растёт.
  Лишь ствол угрюмый, опалённый
  теперь у лукоморья медленно гниёт.
  
  Остался, как привет прощальный,
  от коммунистами загубленной страны,
  нам лишь запах горький и печальный
  от мрачного пепелища русской старины.
  
  Двадцать третье марта. 1978 год.
  114
  
  
  * * *
  
  Любовью жгучей, как у мавра!
  
  Милашка, как же ты пра́ва!
  И я хотел бы так любить!
  Пока что мне любовь забава.
  (Такое тоже может быть.)
  
  Любить просишь позволенье
  и разрешенья на какое-то добро.
  Любовь, - с чёртом столкновенье!
  Гонишь его прочь, он в ребро!
  
  Чувство любви придёт само,
  даже не спросив чью-то волю!
  Знала бы ты, какое я дерьмо...
  Любить себя тебе не позволю!
  
  Пусть твоя просьба будет шуткой,
  или просто насмешкой надо мной.
  Мне бы лучше с проституткой...
  Нужен тебе парень совсем иной!
  
  Что бы он тебя боготворил
  любовью жгучей, как у мавра!
  Тебе всегда улыбки бы дарил,
  другим - оскалы динозавра!
  
  Что бы не ты его любила,
  а что бы он тебя любил,
  чтоб твоя жизнь сказкой была́
  чтобы на руках тебя носил!
  
  Двадцать девятое марта. 1978 год.
  115
  
  
  * * *
  
  Среди коммунизма злобных голосов.
  
  Я нашёл... (хотя и не искал).
  Но кто он? Бог лишь только знает.
  Моего "друга" близкого оскал
  мне дьявола теперь напоминает.
  
  Он не носит святого креста.
  Он не Богу, а дьяволу служит.
  Грешная душа его нечиста́...
  С сатаною, наверно, он дружит.
  
  Оскалом не пугай бульдожьим,
  я через это всё давно прошёл!
  Тихо живи по заповедям Божьим,
  всё в твоей жизни будет хорошо.
  
  Много тебе не буду говорить,
  Торжества впечатления ярки!
  Если мне хочешь чего подарить,
  то ото всех принимаю подарки.
  
  Куда пойдёт чаша страшных весов
  бесстрастной ледяной Фемиды?
  Среди коммунизма злобных голосов
  слышу по коммунистам панихиды!
  
  У Бога сочтены годы, дни, часы...
  Лишь только одному Ему всё ясно!
  Холодной Фемиды точные весы
  грехи отвесят каждому бесстрастно.
  
  Врать пред Фемидой нету смысла,
  она точно насквозь всех видит нас.
  Куда склоня́тся тяжёлые коромысла
  весов Фемиды в судный наш час?
  
  Тридцать первое марта. 1978 год.
  116
  
  
  * * *
  
  Быть может, я и полюбил бы.
  
  Мне смешно смотреть порою
  на влюблённых. Как в кино...
  Я тоже любил, от вас не скрою,
  хоть было это так уже давно!...
  
  Мне чего уж там греха таить,
  и я влюблённым был когда-то.
  Приходилось и мне полюбить!
  В том только сердце виновато.
  
  Любил я, мучился страдал...
  Был мой покой не раз нарушен.
  Но потом я сердце обуздал,
  теперь спокоен, равнодушен...
  
  В сердце моём одна прохлада,
  и от того оно теперь не устаёт.
  Душа моя любить была бы рада,
  но того ей мой рассудок не даёт.
  
  Я стал спокоен и расчётлив,
  дороже чувства мне престиж.
  Стал в отношеньях изворотлив,
  меня любовью не прельстишь!
  
  Если бы я семейным был бы,
  своей жене не стал бы я грубить.
  Быть может, я и полюбил бы,
  но только просто некого любить.
  
  Первое апреля. 1978 год.
  117
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-псы в красных погонах.
  
  Поначалу посадят в остроги,
  кому годик дадут, кому пять!
  Доведут до железной дороги,
  в "столыпин" загонят опять.
  
  Везут в столыпинских вагонах,
  об исправлении нам всё лгут!
  Коммунисты-псы в красных погонах
  русских всегда повсюду стерегут!
  
  Нас, на людей уже не похожих,
  здесь строго охраняют постовые.
  Свирепо смотрят на прохожих
  у входа злобные псы сторожевые!
  
  Давно умолкла перекличка
  на мрачном лагерном плацу.
  Тишина стоит... Одна синичка,
  только она поёт хвалу Творцу.
  
  Мы, одним горем сплочённые,
  так в тюрьме-коммунизме живём.
  Здесь все мы, заключённые,
  все покорно "могилу" жуём.
  
  Жизнь разделилась на полосы,
  то свобода, то вдруг тюрьма!
  Твои чёрные жгучие волосы
  до сих пор меня сводят с ума!
  
  Неизвестно которого дня,
  неизвестно которого года,
  но знаю, - дождёшься меня!
  Знаю, что впереди свобода!
  
  Третье апреля. 1978 год.
  118
  
  
  * * *
  
  Пока в тебя не кончил он!
  
  Растут смена свиданий и разлук
  зимой, весною, осенью и летом.
  Их столько очень много, этих сук,
  что даже пока и не думал об этом.
  
  Влюблённая несёт какой-то бред!:
  "Любви прощальной речи звук".
  Такого не было, не будут, его нет!
  Есть только сердца пылкий стук!
  
  Жизнь идёт путём необратимым
  в угоду Богом избранной судьбе.
  Ты им любима! (Я буду любимым?)
  Теперь чего же ещё хочется тебе?
  
  Ты рассталась со своим любимым.
  Я, брошенный, сегодня тоже одинок.
  Что было несбывшимся и мнимым,
  сбудется, назначь лишь только срок!
  
  Однажды и отыщется твой друг
  в японцах или же в китайцах.
  Твоя мечта замкнёт железный круг
  на его душе или, может, на яйцах!
  
  Любовь без секса, это злая мука!
  Она сомненьем души заражает.
  Пусть дольше тянется разлука.
  Разлука нашу жизнь продолжает.
  
  К нам пришёл очень издалека
  любви вечный незыблемый закон.
  До тех пор ничто не кончено, пока
  спермой в тебя не кончил он!
  
  Пятое апреля. 1978 год.
  119
  
  
  * * *
  
  Коммунист-сатана!
  
  Бог, небесный наш хранитель,
  исцелитель наших грешных душ,
  наш всесильный покровитель,
  нашу Землю пощади, не разрушь!
  
  Коммунист-сатана от слова Божьего́
  в ад всех нас пытается завлечь!
  Но только в дрожь бросает и его
  Святая Господняя правдивая речь!
  
  Только не слушаемся сами
  всесильного Небесного Отца.
  Небо тёмное над всеми нами
  тяжелее мрачного свинца.
  
  Вера в Бога, в рай ведёт нас,
  сомнения в душах развевает.
  Церкви Святой иконостас
  нам грешные души согревает!
  
  Зовущий свет святого Креста
  нам светит сквозь столетья!
  За Веру в Сына Божьего, Христа,
  от коммунистов получаю плеть я.
  
  Мне святая поднебесная ширь
  сил придаёт большой прилив!
  Скоро, точно, уйду в монастырь,
  если только останусь жив!
  
  Господь очень любит всех нас!
  Я с верою в Бога душою дружен!
  Бог меня от коммунистов спас,
  это значит очень Ему я нужен!
  
  Седьмое апреля. 1978 год.
  120
  
  
  * * *
  
  Пряди рыжих волнистых волос!
  
  Ты пришла и тебя я заметил,
  но уже я был просто дерьмо.
  Холодком я тебе лишь ответил,
  как-то вдруг получилось само.
  
  Ты легонько коснулась рукой...
  Я подумал: "Блядь или сука..."
  Ты бы знала, кто есть я такой...
  Со мною лишь только разлука.
  
  Ты на ветер, быть может, похожа.
  Прошептала ты мне: "Дорогой...".
  Но только моя полупьяная рожа
  пока отдыхает в постели с другой.
  
  Может быть, что я полуслепой,
  или, может, совсем я незрячий...
  Опять у меня, как обычно, запой!
  Но у меня, как обычно, стоячий!
  
  Любовь, это мне не то и не сё,
  лишь отверстие только и мех.
  Для тебя, милая, сделаю всё,
  чтобы ты поимела бы всех!
  
  Как жить дальше? В этом вопрос.
  Действительно, дальше как жить?
  Пряди рыжих волнистых волос...
  За них жизнь я готов положить!
  
  Одиннадцатое апреля. 1978 год.
  121
  
  
  * * *
  
  Коммунистам долго не пробыть!...
  
  В крови России пашни, нивы...
  вороньё продолжает кружить!
  Поговорим, пока ещё мы живы!
  Подумаем, что делать и как жить.
  
  Сегодня у меня трудный день!
  Вдруг душа моя усталая заныла.
  Коммуниста-врага кровавая тень
  ночью за мной по городу бродила.
  
  Надо дьявола знать в лицо,
  потому я пришёл в мавзолей.
  Нежно глажу гранаты кольцо...
  Я на коммунистов всё злей!
  
  Коммунизма "счастье" в стакане
  русским коммунисты раздают.
  Все живём на ужасном вулкане,
  который зловещей Россией зовут!
  
  Родилась в России страшная тьма,
  словно дьявол Россию обрюхатил!
  То-ли Россия совсем сошла с ума,
  то-ли русский народ с ума спятил!
  
  Водку не пьёшь, - какая сила?
  Водки попил, - совсем ослаб.
  Где меня жизнь ни носила,
  человек в России забитый раб!
  
  "Ради коммунизма всех убить...",
  коммунисты внушают с детства мне.
  Коммунистам долго не пробыть
  в России, Православной стране!
  
  Тринадцатое апреля. 1978 год.
  122
  
  
  * * *
  
  С таким тебя пью наслажденьем!
  
  "Сполна я напоила вас собой..."
  Нас всех иль только меня лично?
  Стала бы ты моей любви рабой...
  Всю пью тебя и всё так отлично!
  
  Можешь, Иванова Клава,
  собою всё и всех купить!
  Ведь о тебе такая слава!...
  Тебя еще раз хочется испить!
  
  Любовь? Да это звук пустой!
  Она не стоит вовсе ничего!
  Разогревай же свой настой,
  в твоей постели попью его!
  
  Как на духу признаюсь честно
  в тебе прекрасны глаза, рот...
  Мне в тебе совсем не тесно,
  даже, могу сказать, наоборот!
  
  Мне с тобою... - быть беде!
  Я до сих пор понять не смог,
  свой настой спрятала где,
  в глазах своих, иль между ног?
  
  Ты стала мне как наважденьем!
  У нашей жизни-бездны на краю
  с таким тебя пью наслажденьем,
  будто с тобой нахожусь в раю!
  
  Семнадцатое апреля. 1978 год.
  123
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов презираю!
  
  С людьми я многими несхож.
  Всех коммунистов презираю!
  Но на других я вовсе не похож,
  от скуки с ними чуть ни умираю.
  
  Мне не обещают доброй встречи
  среди гадов коммунистов-дураков
  их антирусские враждебные речи,
  озлобленные сотрясенья кулаков!
  
  Я не со всеми близко дружен.
  Друг ведь очень часто предаёт!
  Тот, кто мне совсем не нужен,
  всегда мне первым руку подаёт.
  
  Душу холодящее рукопожатие
  между враждой и дружбой грань!
  Взгляд как злобное проклятие,
  голос как сплошная злая брань!
  
  Всегда слеп, глух и нем я к тем
  душой бываю, кого не уважаю!
  Вместе с ними хлеб даже не ем,
  своим стихом их не ублажаю.
  
  Что мне такого в том странного,
  что к коммунистам не стал добрее?
  Как мне коммуниста незваного
  из России проводить поскорее?
  
  Уже давно не жду по вечерам
  родные мне знакомые шаги.
  Ведь порою наши друзья нам
  хуже, чем коммунисты-враги!
  
  Девятнадцатое апреля. 1978 год.
  124
  
  
  * * *
  
  Так его полюбишь!...
  
  Ушёл он, и чёрт бы с ним!
  Таких, как он, есть стадо!
  Не хочет он быть твоим -
  не очень-то тебе и надо!
  
  "Не жалко и не плачу...",
  часто сама себе твердишь.
  Надейся на свою удачу,
  всё скоро сбудется, малыш!
  
  В душе твоей открыта рана,
  и боль с неё по телу течёт...
  Не очень-то горюй, Татьяна,
  тебе однажды, точно, повезёт!
  
  Он однажды так тебя обнимет,
  что даже тебя бросит в дрожь!
  Любовь покой и сон отнимет!
  Он будет для тебя хорош!...
  
  Хоть будет он упрямым,
  но не пойдёшь к другим.
  Он будет самым-самым
  тебе любимым, дорогим!
  
  Ты так его полюбишь
  за дерзость, за кураж!...
  Всё прошлое отрубишь!
  И Рай весь будет ваш!
  
  Двадцать третье апреля. 1978 год.
  125
  
  
  * * *
  
  От коммунистов ничего хорошего!
  
  Жизнь сама собой идёт,
  от безделья не скучаем.
  Часы стучат, но время ход
  до своих седин не замечаем.
  
  Нашей юности безумность
  затухает как прибоя волна.
  Как возмездие за юность
  нам старость дряхлая дана́.
  
  Сколько ненужных встреч...
  Забита разной дурью голова!
  Гармонична порою наша речь,
  только в ней блёклые слова.
  
  Только теперь за нами сзади,
  всех нас в страшный ад гоня,
  коммунисты-сволочи-бляди
  людей русских губят, кляня!
  
  Всем нам от наших стариков
  наукою мудрой степенной
  звучит Завет древних веков
  истиной вечной нетленной!
  
  Как яркий свет священного огня,
  жизнь к свободе манит всех нас!
  Русские, коммунистов кляня,
  в концлагеря попадают не раз!
  
  Жизнь, это с кровью крошево
  в мире беспощадно-злющем!
  От коммунистов ничего хорошего
  не будет нам в нашем грядущем.
  
  Двадцать девятое апреля. 1978 год.
  126
  
  
  * * *
  
  Отдайся мне!
  
  Я вчера до чёртиков напился!
  На Парнасе пьяный валяюсь!
  В твои строки жадно впился,
  теперь ими словно похмеляюсь!
  
  Словно в каком-то чудном сне
  свела судьба опять вдруг нас!
  Твои слова: "Отдайся мне!"
  Тебе отдамся хоть сейчас!
  
  Ты весь Израиль исходила!
  О том теперь вспоминаю.
  Ты там такого начудила!...
  Смеяться-плакать? Не знаю!
  
  Всем евреям дивная удача!
  Они от счастья даже голосят!
  Теперь у них на Стене Плача
  красиво твои портреты висят!
  
  Мне рассказал какой-то дядя,
  что по тебе в Израиле страдают!
  И, на твои портреты глядя,
  евреи даже плачут и рыдают!
  
  Они на них не кладут мат!
  Их только хвалят, а не хают!
  От них на весь Израиль аромат!
  Евреи с жадностью вдыхают!
  
  Страстной похотью горишь!
  С тобой нас ждут безумия часы!
  "Отдайся мне" так говоришь!
  Отдамся! (Только за трусы).
  
  Первое мая. 1978 год.
  127
  
  
  * * *
  
  Я от коммунистов много пережил.
  
  Во мне ни красоты, ни уродства,
  теперь откровенно вам скажу.
  Нет в моём портрете сходства
  с тем, что теперь в зеркале гляжу!
  
  Мой двойник, - с ним тяжело!
  Он всё время спорится со мной!
  Да иначе и быть даже не могло,
  ведь мы с ним из судьбы одной!
  
  Давно не увлекаюсь танцем,
  заниматься музыкой мне лень.
  Заря зарделась нежным румянцем,
  мне снова обещая чудный день!
  
  Я от коммунистов много пережил!
  Старше себя выгляжу намного.
  Теперь напрягаюсь изо всех сил,
  отношусь к своей жизни строго!
  
  Солнца луч сквозь толщу занавески
  лишь пятном доходит до меня.
  Полумрак. Но тени всё же резки,
  из стен выступают, облики храня.
  
  Жизнь чувствую, ей внемлю!
  Но тени прошлого скользят...
  Коммунистов хотя не приемлю,
  но они как призраки сквозят!
  
  Тёмная ночь хозяйка сновидений!
  Светлый день хозяин разных грёз!
  Живу средь ярких вдохновений!
  Горе коммунизма встречаю без слёз.
  
  Третье мая. 1978 год.
  128
  
  
  * * *
  
  Пожелай лишь стать моей!
  
  Вновь я прочитал письмо твоё,
  теперь от того моё сердце ноет!
  Позабудь про всё прошлое своё,
  оно даже слезы твоей не стоит!
  
  Ты что, милашка, в самом деле?...
  Тебя прочёл, заплакала моя душа!
  Ты же ведь вся в соку и в теле!...
  Ты несравненно очень хороша!
  
  Ты за деньги медные куплена?
  Тогда от купца поскорей уйди!
  Твоя судьба пока не загублена,
  вся твоя жизнь ещё впереди!
  
  Ты за бумажные брошена?
  Судьба?... Да наплюй на неё!
  Как бриллианта горошина
  драгоценное сердце твоё!
  
  Всё по прошлому скучаешь,
  и этим губишь свой талант.
  Да ты себе цены не знаешь!
  Дороже ты, чем бриллиант!
  
  Судьбой моя жизнь перемолота!
  Но со временем жить веселей!
  Тебя выкуплю за чистое золото,
  пожелай только стать моей!
  
  Пятое мая. 1978 год.
  129
  
  
  * * *
  
  Все коммунисты больные бляди.
  
  Была одна лишь только масть
  среди женщин на Руси когда-то.
  Хоть и не жили они всласть,
  но честь свою хранили свято!
  
  Хотя осуждать никого не берусь,
  но вдруг начались такие страсти!...
  С коммунистами-блядями на Русь
  вдруг пришли совсем иные масти!
  
  Коммунисты сгубили Россию ради
  своих дьявольских лживых идей!
  Все коммунисты больные бляди,
  сами плодят они грязных блядей!
  
  Дождались русские таких мастей...
  Между полами они грань стирают!
  Эмансипированные до мозга костей,
  они теперь всем мозги засерают!
  
  Они как хрен у нас в крови!
  Нахальны, как зимой синицы!
  Они то-ли богини от любви,
  то-ли грехопаденья жрицы!
  
  Порой они не сыты и не в тепле.
  Названья разные теперь им дáны.
  Они теперь по всей нашей земле...
  Теперь они где гейши, где путáны!
  
  Не всем живётся, как княгиням.
  Сам себе задаю вопрос не раз:
  "Так почему же не к Богиням,
  а всё к путáнам тянет нас?"
  
  Седьмое мая. 1978 год.
  130
  
  
  * * *
  
  Плотью чувствую, что тебя хочу!
  
  "Какая любовь? Какие чувства?"
  Так думал я, тебя не повстречав.
  Знаю в постели многие искусства!
  Встретил тебя я, так душой устав...
  
  Я так устал от похоти, от блуда!...
  На Парнасе я как Пегас блистал!
  Мне любовь похуже, чем простуда!
  Но сердцем от любви я не устал!...
  
  А ты ещё тут со своею грудью!...
  Восьмой номер!... Выбивает слог!
  Я вовсе не причастен к рукоблудью,
  мне нравится больше между ног!
  
  Не сможет грудь твоя меня ошпарить,
  хоть номер восемь я понять и смог.
  Намного мне приятнее пошарить
  не в бюстгальтере, а где-то между ног!
  
  Моя душа о прошлом вспоминает.
  Ото всех своё прошлое свято храню.
  Твой муж цены тебе совсем не знает,
  я твою плоть всем сердцем оценю!
  
  Ты под меня, пока что, не легла,
  но на словах ты мне не отказала.
  Своему мужу столько ты лгала́...
  Ты свою писку мне не показала.
  
  Любовь, она из области искусства!
  Как обмануть? Лучше промолчу!
  Какие к чёрту любовь и чувства?
  Плотью чувствую, что тебя хочу!
  
  Одиннадцатое мая. 1978 год.
  131
  
  
  * * *
  
  Коммунист, отстань от меня!
  
  Верьте антикоммунистическому вору,
  много пожившему в горе и всласть.
  Из страшной пропасти лезу на гору,
  чтобы в пропасть обратно упасть!
  
  Всё исчезло: и деньги, и водка!...
  От обиды мне хоть волком вой!
  Образ твой и стальная решётка
  постоянно стоят предо мной!
  
  Тишина воцарилась как немая
  на холодном тюремном плацу.
  Помню тут как, тебя обнимая,
  губами к твоему прикасался лицу!
  
  По душе память хлещет как плётка!
  Каюсь теперь, всё на свете кляня!
  Сердце рвётся к тебе, но решётка
  никак не пускает на волю меня!
  
  В передрягах душа заблудилась.
  Думал я, что сам себе господин...
  Как же это вдруг так получилось,
  что ты одна там и я здесь один?
  
  Но я клятвы вовек не нарушу,
  хотя буду страдать, всё кляня!
  Коммунист, оставь мою душу!
  Коммунист, отстань от меня!
  
  Тринадцатое мая. 1978 год.
  132
  
  
  * * *
  
  Коммунист-чёрт!
  
  Сегодня ночью мне приснился
  очень кошмарный, страшный сон...
  Злой колдун одной рукой крестился,
  другою коммуниста-чёрта гладил он!
  
  Приснилось мне, что держу меч
  в правой, высоко поднятой, руке!
  Чужой народ, кругом чужая речь
  на каком-то непонятном языке.
  
  Этот сон был знаком вещим.
  И я с тех пор так боюсь его!
  Увидел я эти странные вещи,
  не понял совершенно ничего.
  
  На небе заря кровавая вставала,
  кровавым багрянцем одевая высь!
  Вдруг музыка ада зло зазвучала,
  страшные черти в небе понеслись!
  
  Прямо ко мне по воздуху неслись
  то-ли кровавые быки, то-ли черти!
  Громогласным эхом раздали́сь
  жуткие шаги беснующейся смерти!
  
  Этот сон храню ото всех в тайне.
  Этот сон от всех свято берегу.
  Он теперь беспокоит меня крайне!
  До сих пор понять его никак не могу.
  
  Как явь представилось вдруг мне,
  что сам чёрт Россию прославляет!
  Коммунист на чёрте, как на коне,
  глупым тупым народом управляет!
  
  Семнадцатое мая. 1978 год.
  133
  
  
  * * *
  
  Германию в русской крови утопили...
  
  Победу празднуем, но в душах страх!
  Дерьма такого в мире мы нагородили!...
  Празднуем, но что же мы в слезах?...
  Ведь мы же пол-Европы победили!
  
  Победили... Коммунистам повезло!
  Победители не имеют даже и пальто.
  Победили фашистов мы себе на зло!
  Сами теперь страдаем все за то!
  
  За то страдаем, что боимся драться!
  Не надо коммунистов нам прощать!
  Надо было с немцами брата́ться, -
  мы коммунистов стали защищать!
  
  Русской кровью коммунистов защитили!
  Погибшие не все уложены в гробы...
  Наши потомки за то нас не простили,
  все они теперь коммунистов рабы!
  
  Мы рабы в этой страшной стране!
  С коммунистами жить нет охоты!
  Всё, что творится, всё не по мне!
  Коммунизм надоел мне до рвоты!
  
  За победу совсем недавно пили,
  за что незнамо водку пьём вновь!
  Германию в крови мы утопили...
  Теперь хлебаем сами эту кровь!
  
  Девятнадцатое мая. 1978 год.
  134
  
  
  * * *
  
  Где же та, чтобы я полюбил бы?
  
  Судьба моя в тупик меня заводит,
  моя жизнь словно страшная ночь.
  Видишь, что со мною происходит,
  почему же не хочешь мне помочь?
  
  Погулял я, пожалуй, довольно,
  и теперь с кем попало не сплю.
  От того мне так грустно и больно,
  что теперь даже себя не люблю.
  
  Душа как за мрачной стеною,
  живу, сам свою душу губя.
  Может любви совсем не стою,
  больше всех не люблю себя!
  
  Среди друзей подыхаю от скуки.
  Мне давно на себя наплевать!
  Только где же те нежные руки,
  что хотелось бы мне целовать?
  
  Где же та, чтобы я полюбил бы?
  Как мне найти половинку мою?
  Ради которой навсегда забыл бы
  я всю звериную сущность свою!
  
  Я ей бы одной рассказал бы
  про своё непростое житьё.
  И долго бы, долго рыдал бы,
  прижавшись к коленям её!
  
  Вместо любви в душе тупость,
  но есть в ней осколки мечты!
  Прости мою дерзкую глупость,
  но та, что мне надо, не ты?...
  
  Двадцать третье мая. 1978 год.
  135
  
  
  * * *
  
  Коммунисты давят нас...
  
  Хоть коммунисты давят нас,
  но верю, что придёт мой час!...
  Мои стихи всё же увидят свет.
  Россия скажет: "Он - Поэт!"
  
  Не все мечты ещё разбиты,
  не все умы у нас повреждены.
  Не все предатели раскрыты!
  Ещё не все враги побеждены!
  
  Свой возраст не ощущаю,
  за молодыми всё гонюсь!
  Себе безделья не прощаю
  и каждый день тружусь!
  
  Я стал по зрению инвалидом,
  но ночь отличить могу ото дня.
  Но в утешение моим всем обидам
  хорошим поэтом Бог сделал меня!
  
  Мне бы ещё немного поучиться,
  мне хоть бы немного почитать...
  Так в стихах мог бы навостриться!...
  В стихах такое мог бы написать!...
  
  Что ломанулись бы из клетки
  все сразу за свободу воевать!
  Все честные поэты и поэтки
  мне руки стали б целовать!
  
  Пройдёт ещё немало лет,
  жизнь разберётся строго!
  Россия скажет: " Он - Поэт!
  Талант от России и Бога!"
  
  Двадцать девятое мая. 1978 год.
  136
  
  
  * * *
  
  Мне просто хочется с ней спать!
  
  Эта девчонка мне под стать!
  Я вполне этой девчонки сто́ю!
  Она всё время хочет спать...
  И норовит спать не со мною!
  
  Мне это очень уже надоело!...
  В виске мысль пулею свистит!
  Сами только посудите, её тело
  где-то с кем-то там, а она спит.
  
  Спит, даже сама того не чует,
  что творит, зачем и почему,
  что совсем не с тем ночует,
  что отдаётся вовсе не тому.
  
  Чего уж там в душе копать?
  За то Господь меня простит.
  Хочется мне с нею переспать...
  Но милашка со мною не спит.
  
  Со мной не спит. В чём дело?
  Почему со мной она не спит?
  То-ли так слабовато её тело?
  Или, может, она гермафродит?
  
  Мне думать надо перестать,
  оставить свою душу в покое.
  Мне просто хочется с ней спать!
  Не просто спать, а всё такое...
  
  Тридцать первое мая. 1978 год
  137
  
  
  * * *
  
  Убили коммунисты деда, мать, отца...
  
  Пить в России вовсе не умеют
  так, как во всей Европе пьют.
  Все от безысходности балдеют,
  пьют всё, что коммунисты нальют!
  
  В России коммунизм-беда!
  России даль кроваво-мглиста.
  Бываю счастлив лишь тогда,
  когда нет рядом коммуниста!
  
  Прежних нет моих учителей,
  теперь уже меня учат другие.
  Я на коммунистов с годами злей!
  Коммунистами убиты мои родные!
  
  Убили коммунисты деда, мать, отца...
  Долго не сниму траура со своего лица.
  Коммунистам за всё буду злобно мстить!
  Мне никогда коммунистов не простить!
  
  Книги моих стихов за рубежом
  уже издаются большим тиражом!
  Только в своей России я до сих пор
  вовсе не поэт, а Вредитель и Вор.
  
  Пытки, тюрьмы, концлагеря́...
  Только на Земле живу не зря!
  Моей жизни путь очень суров,
  мною много наломано дров!
  
  Россия меня никогда не забудет!
  Коммунисты кричат про меня: "Ерунда,
  его не было, нет и никогда не будет!..."
  Но только я был, я есть и буду всегда!
  
  Первое июня. 1978 год.
  138
  
  
  * * *
  
  Словно встретиться с любовью!
  
  Прости меня за всё, что было,
  оправданья для себя не ищу,
  У меня даже сердце аж заныло,
  за всё, что не́ было, прощу!
  
  Но, вообще, за что прощать?
  Не для кого не будет новью,
  мне твои страницы посещать,
  словно встретиться с любовью!
  
  Только тебя очень ожидаю!
  Но не покорен я своей судьбе!
  Милашка, сердцем страдаю,
   страдаю лишь по одной тебе!
  
  Твои прекраснейшие губки!...
  Они меня совсем сведут с ума!
  Хочу сжечь все твои юбки!
  (А, может, снимешь их сама?)
  
  Своей безумной плоти потакая
  я в тебя влюбился! - Не пустяк!
  Милашка, радость-то это какая,
  если бы всё было именно так.
  
  Если бы ты, как родила́сь, нагая
  в похоти лежала предо мной!...
  Мне нужна лишь ты, а не другая!
  Так тебя хочу!... Хоть зверем вой!
  
  В воображении моём всё мило!
  Ты свои плоть и душу отпусти!
  Прости меня за всё, что было!
  За всё, что не́ было, - прости!
  
  Третье июня. 1978 год.
  139
  
  
  * * *
  
  Россия в коммунизма говне!
  
  Был выпускной шумный бал,
  ученицу учитель на парте ебал.
  Я тихонько стоял в стороне...
  Россия в коммунизма говне!
  
  Нашего Союза Советского карта
  на стене классной криво висит.
  Спермой испачкана вся парта,
  пьяный учитель на полу спит.
  
  Между коммунизма школами
  чего только ни увидишь тут:
  проститутки своими подолами
  тротуары Москвы весело метут.
  
  Я уже давно за Святую Русь
  с коммунистами-гадами борюсь!
  Покажи, Всевышний Господи́,
  что меня ждёт далеко впереди.
  
  С коммунизмом борется тот,
  кто не знает в сердце страха!
  Мне нестрашен даже эшафот,
  нестрашна советская плаха!
  
  Не покорюсь никогда судьбе...
  Я боец из старшего поколения.
  У меня нету жалости к себе,
  смерти жду как себе исцеления.
  
  Пятое июня. 1978 год.
  140
  
  
  * * *
  
  Вся бы любовью истекла!
  
  "Такая стерва, Маша Мурина,
  - он про тебя так говорит, -
  не первой свежести, прокурена...
  в ней любовь уж не горит..."
  
  Милашка, отругай дурака его!
  Давно пора бы выгнать гада!
  Хорошего не сделал ничего!
  Так ему, бесстыжему, и надо!
  
  Прогнала, а сердечко ноет...
  и душа тихонечко болит.
  Он взгляда твоего не сто́ит!
  Да у него и пенис не стоит...
  
  Так не горюй, чего такого!...
  Боль со временем заглохнет.
  Скоро найдёшь себе другого,
  этот от зависти подохнет!
  
  Накрути в причёске кудри,
  (При твоём бюсте упругом!...),
  носик миленький припудри,
  и вперёд, за верным другом!
  
  Он тебя давно заждался!
  (Не идёшь... Что за дела?)
  Он к тебе бы так прижался...
  вся бы любовью истекла!
  
  Седьмое июня. 1978 год.
  141
  
  
  * * *
  
  Среди коммунизма-террора.
  
  Не воспринимаю душой детской
  я коммунистический дурман!
  В России несчастной советской
  коммунизма клевета и обман.
  
  Под весёлый дьявола свист
  русских убивает коммунист!
  За Россию моё сердце ноет...
  За Россию сражаться сто́ит!
  
  Мне помогает очень отвага!...
  Коммунисты расправой грозят!
  Стихи, как дворянская шпага,
  коммунистов-скотов разят!
  
  Живу мятежно, бесшабашно,
  мне в жизни нечем дорожить...
  Мне умереть совсем не страшно,
  страшно мне в России жить!...
  
  Много чего в жизни не знаю,
  хотя много всего уже повидал!
  Всех коммунистов проклинаю,
  я от них очень много пострадал.
  
  Бодро встаю рано поутру
  среди коммунизма-террора.
  Хотя от коммунистов умру.
  но умру ещё очень не скоро!
  
  Коммунистам везде вредить!
  Мне не дано судьбы иной.
  Пока будет моя Россия жить,
  ничего не случится со мной!
  
  Одиннадцатое июня. 1978 год.
  142
  
  
  * * *
  
  Ты для меня жизни дороже!
  
  О будущем мечтать сладко!...
  В нём королём можно предстать!
  Но мне оно настолько гадко,
  что решил о прошлом помечтать!
  
  Подыхаю теперь от скуки!
  В душе предсмертный стон!
  Да заткнитесь все вы, суки!...
  Нужна мне Леди Гамильтон!
  
  Жизни не жаль мне нисколько!
  Пред смертью могу блеснуть!
  Гамильтон, она лишь только,
  к жизни меня может вернуть!
  
  Та бухта, хмурый тот затон...
  Та девка, что меня любила!...
  Послушай, Леди Гамильтон,
  неужто меня совсем забыла?
  
  Тебя любить я не устал!...
  А ты любить меня устала?
  Всё же Нельсоном я стал!
  А ты тогда же Леди стала!
  
  Знаю!... Ты меня любила!
  Эмма, помню нашу ночь!...
  Ты мне тогда не изменила!
  И от той ночи наша дочь!
  
  К тебе любовь не предам!
  Но ты такая стерва всё же!...
  За нашу дочь я жизнь отдам!
  Ты для меня жизни дороже!
  
  Тринадцатое июня. 1978 год.
  143
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-людоеды не победят!
  
  Коммунисты гады недобитые!...
  Сатана на кремлёвской стене!...
  Воспоминания, мной пережитые,
  всё больнее душу режут мне!
  
  Моё сердце кровью точится.
  Память свою очень браню!...
  Я забыл, что помнить хочется.
  Что помнить не хочу, - храню.
  
  Моё прошлое мраком окутано.
  И, хотя я того вовсе не хотел,
  очень много в жизни напутано,
  очень много злых сделано дел!
  
  Все ложь коммунистов знают,
  слушая русские стоны в ответ.
  Россию коммунисты истязают
  уже на протяжении многих лет!
  
  Любить, сострадать и прощать
  коммунисты-звери меня не учили.
  Я стал Россию от них защищать,
  коммунисты своё ещё не получили!
  
  Память, беспощадный мучитель,
  от неё не укрыться нигде никак!
  Я, за Святую Россию мститель,
  очень жалею, что вышло всё так...
  
  Коммунисты-палачи терзают нас!
  Воспоминания душу мою бередят...
  Стихами говорю в который раз:
  коммунисты-людоеды не победят!
  
  Семнадцатое июня. 1978 год.
  144
  
  
  * * *
  
  Любовь, конечно, не пустяк!
  
  Опомнись, в самом деле!...
  Чего всё молишь, за кого?
  Ему все бабы надоели,
  ведь не стоит уже у него.
  
  Вместо того, чтоб разозлиться,
  его куда подальше бы послать,
  ты стала за него молиться...
  Да на тебя ему просто плевать!
  
  Он только сам себя и хочет,
  в своём педерастическом краю.
  Сидит, как Бродский тихо дрочит,
  молча молитву слушая твою.
  
  Творишь молитву перед Богом,
  только совсем не слышит Бог её.
  А этот чёрт с ломаным рогом
  продолжает дело делать своё!
  
  Тебя не любит он, мудак!
  Вот сама увидишь, вскоре
  тебя другой полюбит так,
  что мудак подохнет в горе!
  
  Любовь, конечно, не пустяк!
  Любви сердце всегда радо!
  Другой тебя полюбит так,
  что о любви молить не надо!
  
  Девятнадцатое июня. 1978 год.
  145
  
  
  * * *
  
  Среди коммунистов-падали!
  
  Водку пьём теперь как воду!
  Думать вовсе не хотим....
  Трудно в России народу!
  Коммунистов не простим!
  
  Говорить о том надо-ли,
  что думаем лишь о своём...
  Среди коммунистов-падали
  в грязи кровавой все живём.
  
  Коммунисты зовут в рай,
  но они в ад увлекают нас!
  Виден жизни нашей край.
  Близок нашей смерти час!
  
  Святую Россию позоря,
  коммунистов не любя,
  с радости пьём и с горя,
  несчастную жизнь губя!
  
  Европейцы, глядя, немеют:
  русские водку в глотки льют!
  В Европе пить совсем не умеют
  так, как в России водку пьют.
  
  Чести мне не доставит
  серебро моего виска.
  Жизнь сердце мне давит,
  терзает мне душу тоска.
  
  Солнце красит золотом
  русских улиц серые цвета.
  В сердце, болью исколотом,
  только лишь о свободе мечта!
  
  Двадцать третье июня. 1978 год.
  146
  
  
  * * *
  
  Тебя любить не научу.
  
  О счастье мечтаешь, Иванова?
  Но счастья нет... А почему?
  Возвращаешься к дураку снова
  от желания всё высказать ему!
  
  Мне понятно всё, Марина.
  Могу тебе сказать в ответ,
  красавец он, но он скотина,
  какой ещё не видел свет!
  
  Ты рада с ним даже пить чай,
  так влюбившись в дурака!
  Хочешь сказать: "Прощай!",
  но говоришь всегда: "Пока..."
  
  Лишь только вспомнишь о нём,
  и твоё сердце вдруг уже заныло.
  Не будь любви в сердце твоём,
  тебе куда б намного легче было!
  
  Чувства огнём по сердцу твоему,
  им свою душу больно шпаришь!
  Часто хочешь улыбнуться не ему,
  но только ему улыбки даришь!
  
  Хоть я поэт, а не волшебник,
  но своими стихами души лечу.
  Не напишу любви учебник,
  стихом тебя любить не научу.
  
  Двадцать девятое июня. 1978 год.
  147
  
  
  * * *
  
   Коммунисты нас держат как скот!
  
  Тревожный сон в тюрьме снится,
  часто вижу близких и родных.
  Как долго мне ещё томиться
  среди ворья, среди блатных?...
  
  Просыпаюсь на сыром рассвете,
  сквозь решётку не видна заря.
  Коммунизма тюрьмы стены эти
  за стихи меня обнимают не зря!
  
  Отдыхает конвой утомлённый
  тем, что нас всю ночь ругал.
  Тут конвойный пёс удивлённый,
  тот, который нас грозно пугал.
  
  Не найти мне себе места,
  очень хочется мне домой!
  А свобода, как невеста,
  ждёт меня за тюрьмой!
  
  В этой несносной разлуке
  помню лишь только о вас!
  Но не даю продлиться скуке
  ни лишний день, ни даже час!
  
  Прохожу мимо этих ворот,
  за которыми скрыта свобода.
  Коммунисты держат как скот
  нас от имени Брежнева-урода!
  
  Теперь вряд ли поверит кто,
  что о свободе народа кричу!
  Бьют меня коммунисты за то,
  что просто лишь свободы хочу!
  
  Первое июля. 1978 год.
  148
  
  
  * * *
  
  Его любить будешь до гроба!
  
  Его так любишь! Ему надо?
  Чего ты, девочка, проснись!
  Твоё сердечко жизни радо,
  вокруг себя хоть оглянись!
  
  Грустишь, как мокрая ворона,
  на него горькие слёзы пролила.
  Какого-то пустого охламона
  ты вдруг за принца приняла́!
  
  Да он тебя совсем не сто́ит,
  твой этот дранный идиот!
  Пускай он тебе ноги моет
  и эту воду потом пьёт!
  
  А ты же, с чистыми ногами,
  пойдёшь к другому на сходняк.
  Такое будет между вами!...
  Он не такой, как твой сопляк.
  
  В порыве страсти смелом
  о всём забудешь и тогда
  отдашься и душой, и телом
  с любовью ему навсегда!
  
  В счастье будете жить оба,
  не погасив огня в крови!
  Его любить будешь до гроба!
  (Но не признаешься в любви).
  
  Третье июля. 1978 год.
  149
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-звери рожают зверей!
  
  Россия словно Космос бездонный!
  В нём я мятежной кометой лечу!
  В России коммунизм-зловонный.
  Коммунисты жопу лижут Ильичу.
  
  Среди скрипучих тюремных дверей,
  всех ненавидя, никого не любя,
  коммунисты-звери рожают зверей
  намного страшнее самих себя!
  
  Куда в России ни посмотрят очи,
  кругом лишь коммунизма бардак!
  Жить мне хочется, даже очень!
  Только теперь уж не знаю как...
  
  Кругом сатанинское пение!
  По России кровавые гробы...
  Русских, как листья осенние,
  гонит куда-то ветер судьбы!
  
  В России коммунист-бандит
  кровавый вершит беспредел!
  Русский каждый второй сидит!
  Каждый первый уже отсидел.
  
  В хромовой коже и в велюре
  коммунист среди кровавых дел.
  Русские, что же вы, в натуре,
  терпите коммунизма беспредел?
  
  Коммунизм уже скоро умрёт!
  Кончатся страдания народа!
  Вся Россия, полный вперёд!...
  Впереди у тебя лишь Свобода!
  
  Пятое июля. 1978 год.
  150
  
  
  * * *
  
  Я сексуально голодный пёс.
  
  Милашка, если дашь мне,
  для тебя такое сделаю!...
  Сгоришь со мною в огне
  лебёдушкой розово-белою!
  
  Не надо мурлыкать мне
  и в нос целовать не надо!
  И так я весь в любви огне!
  Тебе моё сердце очень радо!
  
  Милашенька, ну ты и штучка!...
  Я сексуально голодный пёс.
  Ты не котёнок, а желанная сучка!
  Меня словами пробрала до слёз!
  
  Предстала мне такою смелою!...
  (Тут есть-ли тебя кто смелей?).
  Так очень хорошо тебе сделаю,
  сразу забудешь других кобелей!
  
  Могу стихи тебе лить до утра,
  но, наверное, спать захочешь.
  Писать стихи заканчивать пора,
  надо мною дерзко хохочешь.
  
  Очень скоро не во сне, а наяву
  только лишь моею будешь!
  Так очень хорошо тебя назову,
  что даже своё имя позабудешь!
  
  Седьмое июля. 1978 год.
  151
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-паразиты-педофилы.
  
  При коммунизме бабе без водки
  как цыганке без мужней плётки!
  В грешной России весь народ
  при коммунистах водку пьёт!
  
  Коммунист, он ни гад-ли?
  Испоганил России старину!
  Око Господнее навряд-ли
  теперь в эту заглянет страну.
  
  Коммунизм, это пустейший звон
  Российской сраной Федерации!
  Крупская на окраску знамён
  не жалела своей менструации!
  
  Коммунисты с России сосут силы!
  Коммунисты русскую плоть едят!
  Коммунисты-паразиты-педофилы,
  они давно Россию погубить хотят!
  
  От того лишь моё сердце болит,
  что у советского дурака-человека
  жизнь, как бездомный инвалид,
  судьба, словно нищая калека!
  
  Выпью с горя за маму, за папу...
  От коммунистов-злодеев беда!
  Коммунисты русских по этапу
  на лютую смерть гонят в никуда!
  
  Ко мне очень много вопросов
  у коммунистов-кровососов!
  Но на весь их страшный бред
  говорю лишь только: "Нет!"
  
  Одиннадцатое июля. 1978 год.
  152
  
  
  * * *
  
  Тебя ласкаю нежным взглядом!
  
  Шёл я, ничего не замечая,
  кругом унылая картина...
  На встречу, бёдрами качая,
  явилась девушка Дарина!
  
  Откуда ты взялась, подруга?
  Девчонки, женщины, друзья...
  меня ведь знает вся округа.
  Но почему тебя не знаю я?...
  
  И ты не знаешь моей рожи.
  Но вот мы сведены судьбой!
  Мы с тобой так непохожи...
  И так похожи мы с тобой!
  
  Из-за тебя ночей не сплю!
  Куда же рвёшься, погоди!
  К тебе такую страсть терплю,
  что уж, Господь, не приведи!
  
  Девчонок многих я обидел...
  Жил я так... Ни то-ни сё...
  Как только я тебя увидел,
  я тут же понял сразу всё!
  
  Теперь, стоя с тобою рядом,
  на всех других мне наплевать!
  Тебя ласкаю нежным взглядом,
  даже боясь тебя поцеловать...
  
  Вдруг моё сердце застучало,
  и побежал огонь в крови!...
  Наша встреча, лишь начало
  жгучей пламенной любви!
  
  Тринадцатое июля. 1978 год.
  153
  
  
  * * *
  
  Воровство от коммунистов и разврат!
  
  Россией всё святое утрачено!
  Сквозь невзгоды тихо кричим!
  "Русское общество одурачено!
  Терпим страдания, молчим!..."
  
  Коммунистам врежу везде я!
  Дома в тепле без дела не лежу.
  Ещё я не встречал злее злодея
  того, что в своём зеркале гляжу.
  
  В России угаснул радости свет.
  Над нами судьба посмеялась...
  Водка кончилась, денег нет...
  наша жизнь словно оборвалась.
  
  Нам время коммунизма досталось...
  Теперь народ понимает, даже глупец,
  что жить нам уже недолго осталось,
  скоро всем от коммунистов конец!
  
  Помню страшную могильную яму...
  В Россию пришла с коммунистом беда!
  Пью водку горькую за папу, за маму...
  им ни пить, ни кушать ничего никогда!
  
  Стала уже совсем седая моя голова,
  ей тюрьма коммунизма знакома.
  Желтеет моей памяти серая трава.
  В России у меня ни адреса, ни дома...
  
  Воровство от коммунистов и разврат
  течёт по русским нищим городам!
  Каждый русский мне родной брат,
  брата никогда ни за что не предам!
  
  Семнадцатое июля. 1978 год.
  154
  
  
  * * *
  
  Никуда тебя не отпущу!
  
  Да что ты, Лена, не грущу
  над жизнью и над судьбою!
  Но никуда тебя не отпущу,
  повеселимся мы с тобою!
  
  Мне все другие надоели,
  хоть я развратник небольшой.
  За дверью пусть ревут метели,
  нежно согрею тебя душой!
  
  Меня не бросишь, не забудешь!
  Для тебя буду словно стеночка!
  Кому-то просто Ленкой будешь,
  но мне будешь только Леночка!
  
  Твоя тёмная упругая коса
  заманчива и очень стро́га...
  Нам жизни будет полоса,
  словно скатертью доро́га!
  
  Моя душа даже завыла,
  как кто хлестнул её кнутом!
  Ты доселе Ивановой бы́ла,
  станешь Васильевой потом.
  
  Нам в райском шалаше,
  плоды любви достанутся!...
  Твои следы в моей душе
  на всю жизнь останутся!
  
  Девятнадцатое июля. 1978 год.
  155
  
  
  * * *
  
  В память от коммунистов погибших.
  
  Наше прошлое тихо тает,
  все мы здесь не на век.
  Всё не спеша заметает
  памяти скорбный снег.
  
  От страха "Ура!" орали
  мы чуть-ли не до рвоты.
  Заградотряды нас гнали
  на немецкие пулемёты!
  
  Нас гнала кровавая вьюга!
  Я у Бога помощи просил!
  Во враге увидеть друга
  мне хватило разума и сил!
  
  Здесь русский матрос, погибая,
  полил своей кровью гранит!
  Морская чистая гладь голубая
  мелкой волною тихо рябит.
  
  Вспомнился бой страшный!
  Севастополя набережной гранит...
  Тогда в схватке рукопашной
  не один коммунист мной убит!
  
  От волн прибоя, притихших,
  теперь мирно тихо шуршит песок.
  В память от коммунистов погибших
  на воду бросаю памяти венок.
  
  Двадцать третье июля. 1978 год.
  156
  
  
  * * *
  
  Потом вдруг черти появились...
  
  Послушай, Маша Иванова,
  не предавай огласкам шумным...
  Ты так меня достала снова
  своим бредом полоумным!
  
  Да, у меня не до колена...
  Ты от меня чего ещё ждала́?
  Машка, ну какого хре́на
  мне в письме такое развела?
  
  У меня на коленях ревела...
  Думаешь, что я всё позабыл?
  Ты нож в моей руке узрела,
  а это лишь мой пенис был.
  
  Потом вдруг черти появились...
  Сказала ты, что сними близка́...
  Зачем с тобой так обкурились?
  Нет нам на завтра даже косяка!
  
  О тебе ни гу-гу, договор не нарушу!
  (Зачем я связался с тобою, дурак?)
  Я не истерзал твою грешную душу,
  только лишь плоть, да и то кое-как.
  
  Твои бёдра, ноги, попу, грудь
  время из памяти моей вымывает.
  Маша, прости меня и позабудь,
  мало-ли что в жизни ни бывает.
  
  Двадцать девятое июля. 1978 год.
  157
  
  
  * * *
  
  Разорвём коммунистов-ментов!
  
  Литейный шесть, Петровка 38...
  Знакомые давно всем адреса.
  Ни у кого милости не просим,
  и не зовём на помощь небеса!
  
  Нам не ставят святых крестов!
  Просто, маменька моя ро́дная,
  словно звериная стая голодная,
  разорвём коммунистов-ментов!
  
  Меня менты схватили, повязали!
  Успел скрыться мой верный кент!
  Потом в "Кресты" меня сдали,
  вёл мой допрос какой-то мент!
  
  Он брызгал слюнями при этом,
  тот самый коммунист-паразит!
  Тыкал мне в голову пистолетом,
  кричал он, что меня сгноит!
  
  Всё я вынес! Было страшно...
  Но я молчал, что было сил!...
  В этой схватке не рукопашной
  тогда я коммуниста победил!
  
  Давно я позабыл о том уроде,
  что хотел меня взять на испуг!
  Теперь я на желанной свободе!
  На свободе мой лучший друг!
  
  Тридцать первое июля. 1978 год.
  158
  
  
  * * *
  
  Для тебя счастьем буду!
  
  Плачешь так долго навзрыд,
  судьбу и себя проклиная...
  Забудь прошлой ночи стыд,
  только ты мне лишь родная!
  
  Милашка, как же ты не пра́ва!
  Я ту ночь запомню навсегда!
  Но жизнь блатная как отрава...
  С нею пришла ко мне беда...
  
  Мне пишешь, что тебя нет...
  что ты меня давно забыла...
  Я на нарах столько много лет
  за то, чтоб ты счастливой бы́ла!
  
  Для меня тюрьма как льдина.
  Ползёт здесь время как во сне.
  Но имя светлое: "Марина"
  как солнце греет душу мне!
  
  В моём прошлом ты осталась.
  Ты в моём будущем сейчас!...
  Ты только раз мне повстречалась,
  но на всю жизнь был этот "раз"!
  
  Подожди, все промчатся сроки.
  С тобою встречи буду очень рад!
  Все свои горькие ко мне упрёки
  тихонько заберёшь себе назад!
  
  Не пожалею даже сам себя,
  переживу грипп и простуду!
  Тогда бедою стал я для тебя,
  скоро для тебя счастьем буду!
  
  Первое августа. 1978 год.
  159
  
  
  * * *
  
  Душа моя на коммунизма костре!
  
  Моя поэзия на грани хулиганства.
  В ней тьма могилы и жизни свет!
  Лишь от обжорства и от пьянства
  в душе поэта вдохновения нет.
  
  Не хочу писать стихотворения,
  мне пора с поэзией кончать.
  В многословии нету спасения,
  стараюсь всё больше молчать.
  
  Я на крылатом Пегасе верхом!
  Моё сердце не знает покой!
  Но что же всё пишу о плохом?
  Что же я нехороший такой?...
  
  Пишу стихи о зле и о добре...
  Сердце моё всё в себя собирает.
  Душа моя на коммунизма костре,
  средневековым еретиком сгорает!
  
  Мои книги пылятся на полках
  в моём старом книжном шкафу.
  Вся душа моя, как на иголках,
  выдаёт с жуткой болью строфу!
  
  Поэзия очень обесценена!...
  На неё коммунисты плюют.
  Ахматову, Цветаеву, Есенина
  уже за рубль кучку продают.
  
  Но потомками буду оценен!
  Моя Муза как чёрная лилия́.
  Я не Пушкин, я не Есенин,
  просто Бобин-Васильев Я!
  
  Третье августа. 1978 год.
  160
  
  
  * * *
  
  В любви безумной муках страсти!
  
  Ты вот мне тут и попалась!...
  Здесь уже давно тебя ловлю!
  Кому-то ты и на́ хрен сда́лась,
  а я тебя всею душой люблю!
  
  В тебе нашёл я что-то!
  В тебе нет, точно, моего...
   Тянут меня, словно болото,
  твои глаза, и ещё кое-чего!
  
  Я полюбил тебя уже давно!
  Таких, как я, нету второго!
  Я так хотел бы пасть на дно
  твоих глаз, и кое-чего другого!
  
  Любовь ты мне смогла вернуть!
  Милашка, ведь ты такое чудо!...
  Очень хочу в тебя нырнуть
  и не выныривать оттуда!
  
  Теперь буду в твоей власти!
  Во власти будешь тут моей!
  В любви безумной муках страсти
  здесь проведём немало дней!
  
  Хоть на костре, на эшафоте
  погибнем с тобой вдвоём!
  Вдруг утону в твоём болоте,
  и не спасёшься ты в моём!
  
  Пятое августа. 1978 год.
  161
  
  
  * * *
  
  Коммунизм, это дорога к смерти!
  
  Всё пожирающее время
  никого из нас не пощадит!
  За нами следующее племя
  несёт наркотики и СПИД.
  
  Прогоняют вдохновения
  коммунисты-звери от нас.
  Чёрных отчаяний мгновения
  в жизни случаются не раз.
  
  Наша жизнь, - ни то, ни сё...
  Мир нам для жизни неудобен.
  Всё имея вдруг бросить всё,
  не каждый на такое способен!
  
  От коммунистической работы
   жизнь быстро к смерти идёт!
  Всю жизнь с кем-то сводим счёты,
  хотя всех лишь могила ждёт.
  
  Время сгибает нас всё ниже и ниже.
  Жизнь становится для нас всё злей.
  С каждым мгновеньем к Богу ближе...
  С каждым мгновеньем жизнь милей!
  
  Не найдя в этой жизни ответа:
  "Зачем, куда наша жизнь течёт?".
  Все уходим из этого света,
  возвращаясь обратно на тот.
  
  Уж поминальных свеч огни
  видны сквозь сумрак непогоды.
  Придут за нами другие, и они
  опишут наши нынешние годы.
  
  Седьмое августа. 1978 год.
  162
  
  
  * * *
  
  Любви хочешь, так люби!
  
  Не знаешь, где любовь его?
  Объясню, если так хочешь.
  Его любовь?... Нету того!
  Слезой зря щёки мочишь!
  
  Тебе расстаться с ним, - беда!
  Сама собою жертвуешь, любя.
  Но только не любил он никогда.
  (Уж во всяком случае, тебя).
  
  Душе твоей с любви неймётся,
  ты уже надумалась всего...
  Он за спиной твоей смеётся,
  лишь в этом чувство всё его.
  
  А ты с чего-то приуныла...
  Теперь тоскуешь ночи, дни...
  Совсем забудь о том, что было,
  жизнь теперь новую начни!
  
  Сама себе им душу не трави!
  Тихо махни ему рукой: "Пока!"
  Если любви хочешь, так люби!
  Но только не такого мудака.
  
  Милашка, милая, нос выше!
  Ещё поспоримся с судьбой!
  Ведь все голуби на крыше,
  даже они любуются тобой!
  
  Одиннадцатое августа. 1978 год.
  163
  
  
  * * *
  
  Коммунизма ужасная ложь!
  
  Всем русским судьбою суждено
  терпеть коммунизма ненастья!
  Хоть плохо нам, но всё равно
  свои осколки склеиваем счастья!
  
  Люблю очень истину святую,
  другим на это просто наплевать!
  Люблю порой правду простую,
  другим, словно гранату, подавать!
  
  У меня даже сил уже больше нет
  слушать коммунизма проклятый бред!
  Слушать коммунистов теперь не хочу,
  свои уши заткнув, сижу тихо, молчу.
  
  Вот опять в России идёт грозой
  беда страшная, вечно неспящая!
  Скоро зальётся кровавой слезой,
  по жертвам Россия скорбящая.
  
  Вместо правды лишь только враньё
  коммунизма кровавого по Руси гуляет.
  Наглой лжи отрава очень страшная её,
  все русские невинные души отравляет!
  
  Го́спода правду святую не зная
  ужасной лжи пьём кровавый сок!
  Только бывает, что правда иная
  словно меткий выстрел в висок!
  
  Коммунизма очень ужасная ложь
  в русское сердце вонзилось как нож!
  Всегда везде, где лишь только могу,
   коммунистам-палачам только лгу!
  
  Тринадцатое августа. 1978 год.
  164
  
  
  * * *
  
  От любви теперь сходим с ума!
  
  Душа моя словно уснула.
  Ты мне письмо написала сама.
  Меня этим к себе притянула.
  От любви теперь сходим с ума!
  
  Жизнь страшней, чем тюрьма!
  Но об этом пока промолчу.
  Я уже давно бы сошёл с ума,
  но только в одиночку не хочу!
  
  Всё при мне у меня, всё на месте!
  Я очень устал от разлук, от обид.
  Если хочешь, сойдём с ума вместе,
  давай потеряем рассудок и стыд!
  
  Мы с тобою знакомы заочно.
  Если голову мне не морочишь,
  со мною сойдёшь с ума, точно,
  так, что даже ума не захочешь!
  
  Избавься от сумрачных дум.
  Стань моею рабою и властью!
  Нам не нужен рассудок и ум,
  сердце наполнено страстью!
  
  На волю свои мечты отпускаю,
  стесняться мне нету причин:
  Стань моей, так тебя заласкаю,
  как не сможет никто из мужчин!
  
  Семнадцатое августа. 1978 год.
  165
  
  
  * * *
  
  Рожи коммунистов противны!
  
  На простор оперативный
  выезжают коммунисты-мусора́.
  Рожи коммунистов противны,
  как обезьяны анальная дыра!
  
  Вот и всё: за решёткой свобода!
   Где-то остались родные, друзья...
  Сколько здесь побывало народа!
  Я тут не первый, последний не я!
  
  "Стойку" я держал в прокуратуре.
  Коммунист со злобой мне сказал:
  "Пожалеешь очень, в натуре,
  что своих подельников не сдал!"
  
  Смерть свою сам караулю,
  спокойно не жить мне ни дня!
  Начальник, вкати-ка мне пулю!
  Начальник, убей-ка меня!...
  
   В двойных жалюзях окошко:
  День иль ночь? Не сразу разберёшь.
  Смята шлёнка, сломанная ложка...
  Освобожденье словно чудо ждёшь!
  
  "Хорошо" здесь и "здорово"!
  Заставляют нас могилы копать.
  Моего возвращения скорого
  не ожидай, моя дорогая мать.
  
  Девятнадцатое августа. 1978 год.
  166
  
  
  * * *
  
  Союз без секса. он так скучен!
  
  Я заглянул к тебе от скуки,
  без приглашения... Прости.
  Твоя фотка, на ней вижу руки
  то-ли в грязи́, то-ли в шерсти!
  
  Картина очень даже странна!
  Я бы сказал, полный облом!
  Только тебя не вижу, Жанна!
  Неужто ты уже под столом?
  
  А я не зря к тебе зашёл,
  ведь ты мне других милее!
  Очень хочу к тебе под стол,
  ведь вдвоём всегда теплее!
  
  Но сразу как-то неудобно,
  пришёл и нате, сразу в бой!
  Я мог бы описать подробно,
  что мы творили бы с тобой!
  
  О тебе много думал я порою!
  (О тебе подумает любой!)
  Мне так нравишься, не скрою!
  Нам хорошо будет с тобой!
  
  Твой стол в каком-то мраке!
  Живу, мрак очень полюбя!
  И я первый в любой драке
  всем набью морды за тебя!
  
  Уже я ревностью измучен,
  что делать, не знаю с ней!
  Союз без секса. он так скучен!
  Милашка, сжалься, стань моей!
  
  Двадцать третье августа. 1978 год.
  167
  
  
  * * *
  
  Не найду в коммунизме счастья!
  
  Я с независимым стал видом,
  духом я стал намного бодрей!
  Стал я терпимее к обидам.
  стал я ко всем сердцем добрей.
  
  Поделюсь последним грóшем.
  Ни на кого зла теперь не держу.
  Мечтаю только лишь о хорошем,
  но только лишь плохое нахожу.
  
  Путь моей жизни небольшой,
  но только всё одни ненастья!
  Я, близкий всем и всем чужой,
  не найду в коммунизме счастья.
  
  Хожу словно пёс бродячий,
  которого прогнали прочь.
  Светло-зелёный глаз кошачий
  за мною следует всю ночь.
  
  Коммунистов тени то и дело
  блуждают за мной по пятам.
  Мне их терпеть уже надоело,
  они снуют за мною тут и там!
  
  Образ своей жизни бродячий
  не сменяю ни на какой другой!
  Если стану вдруг незрячий,
  всё равно пойду с клюкой.
  
  Всё не так просто в нашем мире.
  Наши мечты, они как тонкий лёд!
  Животных нет в моей квартире,
  я сам себе теперь и пёс, и кот...
  
  Двадцать девятое августа. 1978 год.
  168
  
  
  * * *
  
  Грех любви, он так прекрасен!...
  
  Читаю твои грустные стихи,
  на твой портрет глядя невольно.
  Тут всё пишешь про чьи-то грехи,
  от строк твоих мне сердцу больно!
  
  Плоти грех иной очень опасен,
  навсегда душу может он пленять!
  Грех любви, он так прекрасен!...
  Против него невозможно устоять!
  
  Грешим... Ну как же без греха?
  (Ведь кобели мы все и суки!)
  А жизнь?... Это мелочь и труха!
  В ней без греха умрёшь от скуки!
  
  Ты влила в душу мне своего огня!
  От любви к тебе плотью не скроюсь!
  Ты так своею страстью завела меня,
  что даже не знаю на ком успокоюсь!
  
  Что дальше будет между нами?
  Для меня теперь ты лучше всех!
  Своими страстными губами
  ты мои мысли гонишь в грех!
  
  За грех любви жизнью заплатим!
  "Приди ко мне!", - в мыслях кричу!
  Что под твоим прекрасным платьем?
  Теперь безумно только этого хочу!
  
  Со мною не одна женщина бывала,
  но забывал я всех подруг уж поутру!
  Страстью ты так меня околдовала!
  Если моей не станешь, тогда умру!
  
  Тридцать первое августа. 1978 год.
  169
  
  
  * * *
  
  Коммунист-палач собакой лает!
  
  Есть в жизни место чуду,
  в жизни место любви есть!
  Но убеждать никого не буду,
  от меня не услышите лесть!
  
  В душе моей огонь пылает!
  В моём рассудке только холода́.
  Коммунист-палач собакой лает!
  В России от коммунистов беда!
  
  Далеко до последнего вздоха,
  хотя я уже очень много прошёл.
  Пусть мне потом будет плохо,
  зато сейчас мне очень хорошо!
  
  Меня ведёт дорогой страшной
  Го́спода всесильная добрая рука!
  В жизни жуткой бесшабашной
  я друга своего не встретил пока.
  
  Жизнь как будто в страшном сне!
  Может быть, даже ещё страшнее!
  С виду я, вроде, такой, как и все,
  только других намного грешнее.
  
  Я с общей проторенной дороги
  на узкую тропиночку свернул.
  Так повернули сами мои ноги,
  как в страшный омут я нырнул!
  
  Что ищу, того пока ещё не нашёл.
  Ещё моя песня мятежная не спета.
  Пока остаётся вопрос без ответа:
  "На эту Землю зачем я пришёл?"
  
  Первое сентября. 1978 год.
  170
  
  
  * * *
  
  Расцеловал бы тебя в попку!
  
  Пишет весёлый поэт Вова,
  наломаем столько дров!...
  Ты ко всему всегда готова,
  но, извини, пока я не готов.
  
  Тебя частенько вспоминаю,
  о тебе все мои дерзкие мечты!
  Очень хорошо, что тебя знаю,
  хорошо, что меня знаешь ты!
  
  Меня ты больше не обманешь,
  если даже и очень захочешь!
  Я подумал, что наркоманишь,
  а ты мне голову морочишь!
  
  Зачем письмом меня манишь?
  Добиться хочешь от меня чего?
  Я подумал, что наркоманишь,
  а ты, оказывается, - ВО!!!...
  
  Друг ты мой таинственный,
  очень хочу быть с тобой!
  Стань моей единственной!
  Будь моею весёлой судьбой!
  
  Когда выпью водки стопку,
  стихи писать для меня ерунда!
  Расцеловал бы тебя в попку,
  а, может, и ещё кое-куда!...
  
  Третье сентября. 1978 год.
  171
  
  
  * * *
  
  Коммунистам-палачам не доверяю!
  
  Играл в жизни я разные роли,
  я в воде побывал и в огне!
  Выпью, - не чувствую боли!
  Но потом очень плохо мне.
  
  Моя душа изнывает от скуки...
  Жизнь при коммунизме не берегу!
  С тоски опускаются мои руки,
  ими писать только лишь и могу.
  
  Мне нечем теперь дорожить!
  Не с кем теперь мне дружить!
  Теперь только вот и дождался я:
  вместо счастья, - депрессия́.
  
  Меня, опытного старого солдата,
  моя жизнь вышибает из седла.
  Но выл ведь я орлом когда-то,
  моя жизнь яркими розами цвела!
  
  Все годы прошедшие со мною!
  Мною ни один год не позабыт!
  То, что я пережил, то сединою
  серебром на голове блестит.
  
  Всегда всё тщательно проверяю,
  всюду осторожен до потрохов!
  Коммунистам-палачам не доверяю,
  антикоммунистических стихов!
  
  Потому лишь моё сердце плачет,
  порождая в душе моей злую месть,
  что сбылось у меня всё не иначе,
  а сбылось именно так, как есть!
  
  Пятое сентября. 1978 год.
  172
  
  
  * * *
  
  В безумной страсти нашей ночи!
  
  Послушай, Машенька Седова,
  меня так хочешь и молчишь...
  Меня с рожденья зовут Вова,
  тут очень жду тебя, малыш!
  
  Ну, Машуня, ты и да́ла!...
  Молча бродишь за стеною...
  Меня, бесстыжего нахала,
  полюбить? - того не сто́ю.
  
  Моя любовь цветёт обильно!
  Любовь можно сравнить с борьбой.
  Неравнодушно, очень сильно,
  скоро обнимемся с тобой!
  
  На зло чертям, твоим подругам,
  (им бы дать в морды кирпичом!),
  буду тебе очень верным другом,
  не пожалеешь никогда ни о чём!
  
  Устрой же в жизни перемену!
  Тебе хватит жить словно во сне!
  Ломай в своём сердце злую стену
  и заходи скорей в гости ко мне!
  
  Страстно расцелую груди, очи...
  впереди нас ждёт любви успех!
  В безумной страсти нашей ночи
  навсегда позабудем всё и всех!
  
  Седьмое сентября. 1978 год.
  173
  
  
  * * *
  
  Дружить с коммунистом нельзя!
  
  Кто из дома своего не выходит,
  под транспорт никогда не попадёт!
  С кем ничего не происходит,
  с тем вряд ли что произойдёт!
  
  Но только поздно или рано
  станешь словно обезьяна!
  Бросишь свою мягкую кровать
  начнёшь от скуки БОМЖевать!
  
  О коммунизме правду расскажи,
  даже глупые люди тебя поймут.
  Перед Россией свою душу обнажи,
  мятежную душу твою не убьют.
  
  От коммунистов-палачей беги!
  Ты не Бог, им ничем не поможешь.
  Только пуще своего глаза береги
  всё, что умеешь и что можешь!
  
  Норовишь со всеми повздорить,
  для себя неприятности будить!
  Очень любишь с другими спорить,
  коммунистов пытаешься судить!
  
  В грязь коммунизма втянутый
  не хочешь думать, тогда молчи!
  Народ, коммунистами обманутый,
  грешную душу молитвой лечи.
  
  Сам оцени себя, сколько стоишь?
  По наклонной к плохому скользя,
  когда только, наконец, усвоишь:
  дружить с коммунистом нельзя!
  
  Одиннадцатое сентября. 1978 год.
  174
  
  
  * * *
  
  Тебя в любви стихами славлю!
  
  Милашка, Маша Иванова,
  мне, в любви опытному зверю,
  в письмах наплела такого!...
  Только тебе никак не поверю!
  
  "Ночь будет не для нас...",
  но от этого вовсе не ною.
  Говоришь так каждый раз,
  прощаясь поутру со мною.
  
  Твою любовь не разбужу.
  По девкам я устал блудить.
  Ещё подумаю и погляжу...
  Есть-ли чего в тебе будить.
  
  Страдает сердце с перепою,
  вся голова моя очень болит!
  Быть может, тебя не сто́ю,
  но у меня всегда стоит...
  
  Если вру, то будь я гадом!...
  Но только я не гулящий пёс.
  Моя слеза не станет ядом,
  ещё никто не видел мои слёз.
  
  В этот вечерний нежный час
  тебя в любви стихами славлю!
  Жду твоих счастливых глаз,
  счастья в них тебе добавлю!
  
  Меня любовь не предавала,
  бьёт ключом, в душе трубя!
  Меня ты заинтриговала,
  уже люблю. Люблю тебя!
  
  Тринадцатое сентября. 1978 год.
  175
  
  
  * * *
  
  Коммунизма виселиц столбы!
  
  Ни о чём никогда не грусти!
  Тормоза души своей отпусти!
  Навстречу неизвестной судьбе
  вперёд смело иди сам по себе!
  
  Я БОМЖ, лишившийся ночлега,
  всю ночь по Ленинграду брожу.
  Хотя пока ещё и нету снега,
  но от холода плотью дрожу.
  
  Ночь жизни кажется длиннее,
  чем на самом деле тянется она!
  Утро вечера всегда мудренее,
  мудрость моему разуму нужна.
  
  Жизнь словно галерея картин,
  стою среди коммунистов один.
  Коммунисты-тираны вокруг!
  Я коммунистам враг, а не друг.
  
  Бога властная всесильная рука
  нашего времени сменяет века.
  Бесконечна, широка, глубока
  неразрывного времени река.
  
  Наша жизнь петляет кругáми,
  зачастую спотыкаясь на ходу.
  Крутыми скалистыми берегами
  вдоль реки своей жизни иду.
  
  Мне бы стать злою собакой,
  зло коммунистов облаял бы!
  Пометил бы русской ссакой
  коммунизма виселиц столбы!
  
  Семнадцатое сентября. 1978 год.
  176
  
  
  * * *
  
  Любить хорошо умею зато!
  
  Может быть и рожа я свинская,
  но любить хорошо умею зато!
  Только эта, Маша Двинская!...
  Не оторвала бы мне кое-что...
  
  Боюсь этого очень при очень!
  Душа мне шепчет: "Проверь!"
  Я хотел бы взглянуть в её очи,
  вдруг она не такой уж и зверь.
  
  Не хочу её словом обидеть,
  даже не знаю, как мне и быть.
  Она очень устала ненавидеть,
  не устал я сердцем любить!
  
  Хочет видеть меня, (написала).
  У меня сразу вдруг он заторчал...
  У меня было женщин немало,
  такой злобной ещё не встречал.
  
  Хочет она слова мои послушать,
  я с того в обморок чуть не упал...
  Для храбрости водки бы скушать,
  в стихах я такого бы ей натрепал!...
  
  В подарок духи и колготки
  купил ей я, словно в бреду.
  Выпью для храбрости водки
  и к Двинской Маше пойду!
  
  Девятнадцатое сентября. 1978 год.
  177
  
  
  * * *
  
  Коммунисты из них делают рабов!
  
  Певцы, поэты, музыканты...
  назвать очень многих я готов.
  Они все от рождения таланты,
  коммунисты из них делают рабов!
  
  Печаль и радость неизменно
  всю жизнь сопровождают нас.
  К ним привыкаем постепенно,
  уже не страшен Судный час!
  
  Мной ничего ещё не позабыто!
  Живу, против коммунизма греша.
  Моё сердце как пулей пробито,
  как будто разбита моя душа.
  
  Совсем не слышно человека
  за жизни рёвом стали и огня!
  Песни коммунистического века
  жестокостью очень пугают меня.
  
  Я всю зелёную юность свою
  бездумно напрасно растратил!
  Теперь вот в раздумье стою:
  "Не с ума-ли уж я спятил?"
  
  Может это очень неприлично,
  (только вырвалось как-то само),
  мне абсолютно безразлично:
  коммунисты-звери или дерьмо!
  
  В жизни мы как приснились,
  как в бреду по ней бредём.
  Мы сюда из вечности явились,
  отсюда в вечность снова уйдём.
  
  Двадцать третье сентября. 1978 год.
  178
  
  
  * * *
  
  Презираю, ненавижу, люблю!...
  
  Я и сам, когда поддатый очень,
  когда похмелья гнёт терплю,
  смотрю в чьи-нибудь я очи...
   Одновременно ненавижу и люблю!
  
  Рвусь русской водкой душу остудить!
  Томлюсь в заработанном престиже.
  Так бы мне хотелось тебя позабыть,
  с каждой стопкой прошлое всё ближе!
  
  В прошлом запомнилась лишь ты,
  хоть у меня ведь и другая тоже бы́ла.
  Порою, глядя на прекрасные цветы,
  вспоминаю, как ты меня любила!...
  
  А я? Какой же был тогда я дурень!
  Я был с тобой, нисколько не любя.
  Ушёл в осенней стуже хмурень
  не пожалев, не приласкав тебя.
  
  Теперь сердце сжимается от боли!
  Чувства стонут, мою душу теребя!
  Не даю своим чувствам воли,
  тебя люблю только про себя!
  
  О тебе памятью извёлся весь я!
  Образ твой передо мной встаёт.
  Мне до сих пор Иванова Олеся
  ночами хмурыми покоя не даёт!
  
  Двадцать девятое сентября. 1978 год.
  179
  
  
  * * *
  
  Бомбу в коммуниста кинуть!...
  
  Люди землю, как мухи, облепили,
  словно это куча вонючего дерьма.
  При Царе все сытно ели, пили...
  теперь стали словно сходить с ума!
  
  Душа русская обидами изжалена!
  На сердце только горести и грусть...
  В сознании лжи ржавая окалина...
  Всё так плохо, только ну и пусть!
  
  Горит одинокая печальная свеча
  в саду, заросшем облепихой.
  Рассвет в России страшнее палача,
  нам не предвещает жизни тихой!
  
  Среди коммунизма законов строгих
  мне нелегко по тюрьмам ходить.
  Нет коммунистов-палачей многих,
  кто мог бы мне чем-то навредить!
  
  Мятежность, будучи зачата,
  в душах сама себя воспламенит!
  То, что я натворил когда-то,
  надолго моя память сохранит!
  
  Бомбу в коммуниста кинуть,
  затем покончить с самим собой...
  К нашей жизни суровой остынуть
  сможет сердцем далеко не любой.
  
  Всё заколдовано какими-то богами!
  Все тайны спрятаны от нас на век!
  Как наш Мир ещё не познан нами,
  так ещё не познан русский человек!
  
  Первое октября. 1978 год.
  180
  
  
  * * *
  
  Я в любви такой работник!
  
  Придёшь ко мне без спроса?
  Думаешь напугала?... Приходи.
  Только я ведь дальше своего носа
  вообще ничего не вижу впереди.
  
  Знаю, что своего добьёшься,
  меня без оснований обругаешь.
  Теперь так в мои покои рвёшься!...
  Всех моих соседей распугаешь.
  
  Хочешь умереть в моих ладонях?
  Вот этого мне совсем не надо.
  Ты там на ланях и на по́нях?...
  У меня их уже побыло стадо.
  
  Я со всеми ими уже был...
  От того моё сердце устало.
  Только дохлых вот кобыл
  в моей квартире не хватало!
  
  Не надо мне ковры марать.
  Пока не верю твоей фальши!
  Если так уж хочешь умирать,
  то умирай где-то подальше.
  
  Я в любви такой работник!...
  Своего всегда во всём добьюсь!
  Говоришь, что я охотник...
  Ножей и ружей очень боюсь.
  
  Третье октября. 1978 год.
  181
  
  
  * * *
  
  Коммунисты в ярости тупой!
  
  Не тяжело мне быть поэтом,
  мне тяжело молчать об этом.
  На зло коммунистам-палачам
  писать лишь только по ночам.
  
  Я не выступал на площадях,
  В углах тихонько я шептался.
  Всегда молчал я при людя́х,
  я до сих пор в тени остался.
  
  Куда приткнуться кораблю,
  когда ему и берега-то нету?
  Когда ужасные гонения терплю,
  к чему душой прильнуть поэту?
  
  В России серьёзного поэта
  привыкли чудаком считать.
  Меня коснулась "слава" эта,
  мне на это просто наплевать!
  
  Мне, как поэту, выступи́ть,
  как свою душу распахнуть!
  Так мне лучше водку пить,
  иль просто пьяному уснуть.
  
  Но что-то стóит слово поэта
  перед сытой холодной толпой,
  если его проклинают за это
  коммунисты в ярости тупой!
  
  Всех хвалить настроения нету.
  Своею мятежной иду тропой!
  Стоит ли распинаться поэту
  перед коммунистов толпой?
  
  Пятое октября. 1978 год.
  182
  
  
  * * *
  
  Любви все возрасты покорны!
  
  Это чудное утро весеннее
  вдруг начинаешь со лжи.
  Ложь не нужна во спасение.
  Разлюбила, - так и скажи.
  
  Опять говоришь мне ложь,
  но пока, как могу, терплю...
  Когда же всё-таки поймёшь,
  что только лишь тебя люблю!
  
  Измены душой не переношу,
  потому тебе никогда не лгу.
  Уйди от меня, тебя прошу,
  хоть без тебя жить не могу!
  
  Мне расставанье душу гложет!
  Прошу тебя, за всё прости...
  Тебя любить никто не сможет,
  подумай, прежде, чем уйти.
  
  Теперь уже мне не до сна,
  тебе все кости перемою!
  Пускай в душе твоей весна
  вдруг станет лютою зимою!
  
  Я сыт твоими обещаньями,
  больше ко мне не приходи!
  Рано жить воспоминаньями,
  ещё вся моя жизнь впереди!
  
  Как порою мысли вздорны,
  когда в душе любви влечение!
  Любви все возрасты покорны,
  не представляю исключение!
  
  Седьмое октября. 1978 год.
  183
  
  
  * * *
  
  Я в когтях у коммунистов не раз был.
  
  Боюсь я сделать шага ложного,
  чтобы коммунисты не подстерегли.
  За пределами всего возможного
  о свободе мои желания легли.
  
  Иногда просто так идёшь,
  (не часто это, но так бывает),
  чуешь взгляд, но не поймёшь,
  откуда коммунист наблюдает.
  
  По проспекту прусь не глядя,
  от дневных забот душой устав.
  Ко мне вдруг подваливает дядя
  и кричит: "Платите штраф!..."
  
  Штраф платить? За что, скажите?
  Разве в чём-то я теперь не прав?
  "Дурь мне не гоните! - он кричит. -
  Быстро мне гоните штраф!..."
  
  Хоть зачастую менты пьяны,
  здесь не докажешь, что ты прав!
  "протрезвят", вычистят карманы,
  выпишут вам на работу штраф!
  
  Не ищу средь коммунистов ровню,
  в когтях у коммунистов не раз был.
  Ни своих стихов, ни дел не помню,
  Я всё до свободного времени забыл!
  
  Одиннадцатое октября. 1978 год.
  184
  
  
  * * *
  
  Той, которую люблю!
  
  Купидоны в меня плохо метились.
  Теперь досада мне душу грызёт...
  В этой жизни с тобою не встретились.
  Но, надеюсь, что мне в Той повезёт!
  
  Как ржавое судно иду я ко дну.
  Как состарился, сам не заметил.
  Всю жизнь люблю тебя лишь одну!
  Очень жаль, что тебя я не встретил.
  
  Сам свою судьбу тем и калечу,
  что долго одиночество терплю.
  Может никогда тебя не встречу,
  только никогда не разлюблю!
  
  Друг друга мы не повстречали,
  чем-то Бога смогли разозлить.
  Мои часы радости и дни печали
  мне пока просто не с кем делить.
  
  Мне не до семьи, не до работы...
  Давно мною оставлены друзья...
  Часто снишься, только кто ты?
  Тебя пока совсем не знаю я...
  
  Этот день безоблачен и светел!
  Обручальное кольцо куплю
  для той, которую не встретил,
  но душой которую люблю!
  
  Тринадцатое октября. 1978 год.
  185
  
  
  * * *
  
  Живу, всех коммунистов браня!
  
  Каждый день пишу что-нибудь,
  всё, что Таланту взбредёт моему.
  Я воровал бы стихи у кого-нибудь,
  но мне писать их легче самому.
  
  Я всего лишь природы частица.
  Живу, всех коммунистов браня!
  Только тёмная ночь, как блудница,
  до самой зори провожает меня.
  
  Для меня не могло быть иначе,
  чтобы выбрал я путь себе иной!
  Я, очень крутой солдат удачи!
  Муза, - верный снайпер мой!
  
  Не жду себе победного венца.
  У меня во всём лишь строгость.
  У коммунизма удел поэта и певца,
  сама печальная нищая убогость.
  
  Различных слов несутся реки,
  из-за них давно мне не до сна!
  Со мной, любимая мною навеки,
  моя подруга, гробовая тишина.
  
  Своих поэтов Русь не забывает!
  Очень известным я пока не стал.
  Меня почти никто совсем не знает,
  хоть каждый меня слышал или читал!
  
  Семнадцатое октября. 1978 год.
  186
  
  
  * * *
  
  Кто любит, или кто любим!
  
  Расстаёмся... Меня не жди.
  Тяжелы наши встречи-прощания.
  Для кого-то просто хмурые дожди,
  для меня же это слёзы расставания.
  
  Среди цветов лежишь нагая,
  среди них как роза хороша!
  Но мне вспоминается другая...
  К ней, далёкой, тянется душа!
  
  Перестань в душе своей копать,
  себя этим только лишь погубишь.
  Какая разница, с кем тебе спать,
  когда сама никого не любишь.
  
  Себя напрасно так не мучай,
  не сыпь себе на душу соль.
  Любовь, это несчастный случай,
  только лишь страдания и боль!
  
  Только тот в душе незаменим,
  кто как икона иль картина...
  Кто любит, или кто любим,
  тот знает праздник Валентина!
  
  В прошлое сознание уплыло...
  Былое душа никогда не забудет.
  Спасибо за то, что ещё не бы́ло!
  Прости за то, чего уже не будет.
  
  Девятнадцатое октября. 1978 год.
  187
  
  
  * * *
  
  На коммунистов ужас навожу!
  
  На коммунистов ужас навожу,
  в делах преступных стал проворным!
  Всегда парадным входом захожу,
  а выхожу всегда входом чёрным.
  
  Такой крутой всегда, в натуре,
  что даже и в прокуратуре,
  как будто в рот воды набрав,
  всегда молчу, хотя и прав!
  
  Меня с тюрьмы не встречали,
  молчали все судьбы колокола.
  Лишь две подруги меня ждали,
  это смерть с жизнью была́.
  
  Концлагеря́, это моя география!
  Меня пьянящий свободы дурман...
  У меня теперь такая биография,
  что не пускают даже в Магадан!
  
  О тюрьмах очень много знаю.
  Пожёг я за собою все мосты...
  С болью в сердце вспоминаю
  ленинградские злые "Кресты"!
  
  Я столько дел наделать смог,
  что, разобраться если строго,
  какой бы мне ни дали срок,
  мне по делам не будет много!
  
  Двадцать третье октября. 1978 год.
  188
  
  
  * * *
  
  Любовь первую можно ли забыть?
  
  Я многих женщин уже целовал,
  многих знал, о многих слышал!
  Но такой вот, как ты, я не знавал,
  пока однажды на Парнас не вышел!
  
  Вдруг с тобою свела жизнь нас.
  Без меня спокойно не уснёшь.
  "Влюблюсь ещё тысячу раз!"
  Такой мне в душу бред несёшь!
  
  Наша встреча как-то странна,
  я не знал тебя даже во сне...
  Но ты очень и очень желанна!
  (Наверно, не только лишь мне!)
  
  На меня, может, будешь злиться,
  но вовсе не хочу тебе нагрубить.
  Невозможно ещё раз влюбиться,
  можно только всю жизнь любить!
  
  Так люблю, как и раньше любил!
  Во мне любовь появилась давно!
  Рай в шалаше, наверно, нам бы был,
  только Богом нам того не дано.
  
  На любовь взгляды разные у нас.
  За любовь слёз пролиты уж реки!
  Нельзя влюбиться тысячу раз,
  только лишь раз, но зато навеки!
  
  Любовь первую можно ли забыть?
  Как понять, кого любим за что-то?
  Не важно, с кем вместе нам быть,
  важно лишь то, что любим кого-то!
  
  Двадцать девятое октября. 1978 год.
  189
  
  
  * * *
  
  Из-за коммунистов счастья нет!
  
  Страницы словно клетки тесные.
  За дальние моря безбрежные
  летят кони-тучи небесные,
  моей души стихи мятежные!
  
  Моя душа раскрепощённая
  мне сама стихи лихие выдаёт!
  Коммунистами запрещённая
  моя Муза во век не умрёт!
  
  Тихо гуляю с Музой по миру,
  но мешаю лишь коммунистам я.
  Не очень любит нежную Лиру
  антикоммунистическая Муза моя!
  
  Муза моя, это России печаль.
  Мчусь мыслями в светлую даль!
  Я коммунистам никогда не рад,
  но с борьбы не поверну назад...
  
  Меня бороться гонит Муза,
  коммунистов бить она велит!
  От коммунизма-гада лжи-груза
  душа моя русская очень болит!
  
  В коммунистической мгле
  душа моя мятежная плывёт.
  При коммунистах, как на игле!
  Кто правду знает, тот поймёт.
  
  Я лишь от России и Бога поэт,
  из-за коммунистов счастья нет.
  У меня от Бога и Руси Талант есть!
  Мне быть русским поэтом честь!
  
  Тридцать первое октября. 1978 год.
  190
  
  
  * * *
  
  Любовью к тебе горю!
  
  Желаешь всего лишь взгляд.
  . На тебя внимательно смотрю!
  Тебя всегда я видеть очень рад!
  Любовью к тебе давно горю!
  
  Измерить можно-ли какой мерой
  дерзкий порыв моих желаний, грёз!...
  Но твой портрет, какой он серый,
  то-ли так и есть, то-ли с моих слёз?
  
  Душу раздирает боль: "Зачем?..."
  И не могу никак найти ответ!...
  Я не связал свою судьбу ни с кем.
  Мне, кроме тебя, любви ведь нет!
  
  У любви ведь собственный закон.
  Любовь нами, безумными, играет!
  Твоей прекрасной головы наклон
  словно упрёком душу раздирает!
  
  Тебя видеть всегда я очень рад!
  Мой разум так меня ругает!...
  Но твой, меня зовущий, взгляд
  меня влечёт к тебе он и пугает!...
  
  Вместо тебя со мной пока беда!
  Но чувства нежные ещё остались!
  А ты всё так красива, как тогда!...
  Я был слеп, раз мы расстались!
  
  Мне не забыть прошлое наше!
  Лишь только о любви говорю!
  Твоё лицо!... - Его нет краше!
  Ты ждала взгляд, - смотрю!...
  
  Первое ноября. 1978 год.
  191
  
  
  * * *
  
  Не прожить коммунистам без лжи!
  
  Коммунисты лжи кричат "Браво!",
  несправедливый совершая суд!
  Часто большинство не право,
  правду чаще одиночки несут!
  
  К правде тянемся как к свету,
  без неё весь мир наш пуст!
  У коммунистов правды нету,
  не сорвётся правда с их уст!
  
  Язык свой на время завяжи.
  Не сразу правду разберёшь.
  Иная правда хуже даже лжи,
  большую порождает ложь!
  
  Порою вольно иль невольно,
  но с ложью кажется теплей.
  От правды так бывает больно!...
  но от неё порою нам светлей.
  
  На коммунистах ложь как бусы,
  она им как праздничный наряд.
  Лгут лишь коммунисты-трусы,
  русские всегда правду говорят!
  
  Бывают формы и названия
  так далеки от содержания,
  что даже сразу не поймёшь
  за правду выданную ложь!
  
  Жизнь, это вовсе не с неба манна,
  уши свои всегда востро держи!
  Не могут коммунисты без обмана,
  не прожить коммунистам без лжи!
  
  Третье ноября. 1978 год.
  192
  
  
  * * *
  
  Тебе отдамся сам, Любаша!
  
  Можно-ли спориться с судьбою?
  Можно-ли нам избежать чудес?
  Вот мы и встретились с тобою!
  Ты словно святая! Я словно бес.
  
  Ни на кого совсем я непохож!
  Моя душа страшна́ и гре́шна!
  В твоих словах одна лишь ложь.
  Как ты в суждениях поспешна!
  
  В своей душе сомненья уничтожь!
  Тебя к себе очень хочу прижать!
  В твоих словах одна лишь ложь,
  во всём стремишься возражать!
  
  Ты вся такое чудо, Любка!...
  Всё это ведь знаешь и сама!
  Твои губки, груди, ножки, юбка!...
  давно совсем свели меня с ума!
  
  Я давно тебя приметить смог!
  С тобой одной в мечтах играя,
  под твоей юбкой между ног,
  себе представляю кущи рая!
  
  Скоро состоится встреча наша,
  моя душа с того в любви огне!
  Тебе отдамся сам, Любаша!
  Но вот отдашься-ли ты мне?...
  
  Пятое ноября. 1978 год.
  193
  
  
  * * *
  
  Ложь коммунисты говорят.
  
  Ложь так задрапирована словами,
  что от правды отличить нельзя!
  Ложь тихо проходит между нами,
  по нашим душам ласково скользя.
  
  Своих совсем не ведая пороков
  осуждаем всё и всех подряд!
  Камня́ми бьём своих пророков
  за то, что они правду говорят!
  
  Недоверчив я лишь в меру.
  Всем поверить я был бы рад,
  только боюсь принять на веру
  то, что коммунисты говорят.
  
  От солнца пламенного ока
  можно ведь незрячим быть!
  Правда, сказанная до срока,
  вполне способна и убить.
  
  С правдой как-то неудобно,
  она всем и не нравится за то.
  Правда порою лжи подобна
  так, что не отличит никто!
  
  Нам лгут слева, лгут справа,
  коммунисты лгут России всей!
  Ложь коммунистов величава,
  в России как правде верят ей!
  
  Нам правда, как на раны соль,
  нам порой правды даже не надо!
  Там, где есть правда, там и боль!
  Где ложь, там сладкая услада...
  
  Седьмое ноября. 1978 год.
  194
  
  
  * * *
  
  Такие ценности любви!
  
  Милашка, ты чего зазналась?
  Не смогу тебе это простить!
  Ты что-то очень расписалась!
  Может меня хочешь затмит?
  
  С себя выдавливаешь строфы,
  тебе до Музы очень далеко!...
  После страшной той Голгофы
  теперь пишу спокойно и легко!
  
  Ты словно чей-то голос слышишь,
  в думах глаза свои вздымая ввысь!
  Всё напрягаешься, всё пишешь!...
  Но смотри, совсем не надорвись!
  
  Ты на Парнасе на что сда́лась,
  стихами всех мужчин браня?
  Что бы ты с натуги обоссалась!
  Но только чтоб не на меня!
  
  Водки бы выпил целый литр,
  вкуснее напитка я не знавал!
  Водкой подмыл бы тебе клитор.
  Но только бы его не целовал!
  
  Но я бы погладил тебе попу!
  Я на тебе бы так "пахал"!...
  Пусть кричат на всю Европу,
  что я бессовестный нахал!
  
  Ты нанесла мне в душу рану!
  Лишь только свисни-позови!...
  Душе не каждой по карману
  такие ценности любви!
  
  Одиннадцатое ноября. 1978 год.
  195
  
  
  * * *
  
  Коммунист-кровавый груб!
  
  Коммунист-кровавый груб!
   Коммунизм, это гнойная слизь!
  Моя жизнь как корявый дуб,
  мечты на том дубе повесели́сь!
  
  Мне шумная жизнь не нужна,
  она только печаль мне навевает.
  В моём жилье такая тишина...
  какой даже в склепе не бывает.
  
  Коммунист-сатана посмеялся,
  но только я осилил власть его!
  Сначала я всего очень боялся,
  мне теперь не страшно ничего!
  
  Пусть кто-то счáстлив будет!
  Пусть года посеребрят виски.
  Чужое счастье не пробýдит
  в душе моей гнилой тоски.
  
  Всё у меня благополучно,
  жизнь проходит как в окне!
  Я одинок, но мне не скучно,
  потому никто не нужен мне!
  
  Коммунизм кровавую стужу
  гонит в душу, словно в окно!
  Однажды вдруг обнаружу
  не соринку в глазу, а бревно.
  
  Второй жизни мне не надо,
  дай, Бог, мне эту-то прожить...
   Моё сердце коммунизму не радо!
  Мне с коммунизмом не дружить!
  
  Тринадцатое ноября. 1978 год.
  196
  
  
  * * *
  
  Мне тебя так хочется любить!
  
  Среди жизни серого ненастья
  всё блуждаю, как кот на ремешке.
  Однажды вдруг подкова на счастье
  шарахнет в душу или по башке!...
  
  И не понять тут разумом проворным
  что за чем в нашей судьбе грядёт...
  Мир вдруг из розового станет чёрным!
  Вдруг из чёрного он розовым взойдёт!
  
  Извини, скажу о подкове снова...
  Подковой можно запросто убить!
  Твоя мне в душу ударила подкова!
  Тебя мне ненавидеть или любить?
  
  Не подумай, что хочу обидеть!
  Не подумай, что хочу грубить...
  Не смогу тебя лишь ненавидеть,
  мне тебя так хочется любить!...
  
  Ты со мной довольно смело!...
  Только обо мне там не грусти.
  Ведь у тебя такое чудо-тело!...
  Девочка, безумного прости.
  
  Тебе свою душу посылаю,
  и вслед за ней к тебе лечу!
  Прости меня, но тебя желаю!
  Прости меня, что тебя хочу!...
  
  Семнадцатое ноября. 1978 год.
  197
  
  
  * * *
  
  Коммунизм угроза всему свету!
  
  Все мы на том и этом свете
  только раз живём, и потому,
  я лишь только за себя в ответе!
  "Я не сторож брату своему."
  
  Мне горе прёт со всех сторон!
  От коммунистов скитаюсь по свету.
  Коммунизм, это кошмарный сон!
  Страшнее коммунистов нигде нету!
  
  Снова разыгрался чёрт в ребре!
  По годам про́житым не плáчу!
  Голова моя давно уж в серебре,
  но до сих пор ищу свою удачу!
  
  Я много перепробовал на свете,
  очень много я на свете повидал!
  Моя жизнь не в розовом свете,
  я с неба звезд ещё не достал!
  
  По страшным маршрутам
  проходила не раз моя нога!
  Жизнь смакую по минутам,
  любая мне минута дорога́!
  
  Не сыплется мне манна с неба,
  не жду никакого чуда от него.
  Стакан воды, горбушка хлеба...
  Мне зачем желать ещё чего?
  
  Коммунизм угроза всему свету!
  Я вдоволь настрадался от него.
  В душе мятежной русской нету,
  кроме чести и совести, ничего!
  
  Девятнадцатое ноября. 1978 год.
  198
  
  
  * * *
  
  Без победы над тобой умру!
  
  Я в любви солдат бывалый, грубый,
  никогда ни в чём не отступал!
  С Надеждой, Верой, Софьей, Любой...
  с кем только я уже ни переспал!
  
  Я словно генерал! На поле брани
  получил в сердце рану не одну!
  Письмом твоим так в душу ранен!
  Очень боюсь, не долго протяну...
  
  Прочёл и словно бы проснулся!
  В душу ворвался рифмы слог!
  Мир весь вдруг перевернулся!
  И я уже у твоих чудных ног!
  
  Я на спине лежу перед тобою!
  Юбчонку хоть не задирай,
  под нею вижу небо голубое,
  там наслаждения, там Рай!...
  
  Всю жизнь гоняюсь за судьбою!
  Подпусти меня к себе поближе!...
  В сердце смертельно ранен я тобою!
  (А, может быть, даже куда пониже!)
  
  За любовь меня всё проклинаешь.
  Клянусь, тебе нисколечко не вру!
  Дай победить! - сама же знаешь,
  что без победы над тобой умру!
  
  Двадцать третье ноября. 1978 год.
  199
  
  
  * * *
  
  При коммунизме жизнь пуста́!
  
  Жить можно по любому
  сознанию воспалённому.
  У кого страсть к голубому,
  у кого страсть к зелёному.
  
  Хрусталём сверкает сталь!
  Так хороша она! Но всё же,
  дóрог Венеции хрусталь,
  а горный будет подороже!
  
  Кто-то продаёт канарейку,
  кто-то золочёный брелок!
  Кто кладёт в банк копейку,
  кто-то кладёт её в чулок.
  
  На душе моей уныния тучки...
  Моя мысль как слеза чиста́!
  Жизнь с получки до получки...
  При коммунизме жизнь пуста́!
  
  Не сытно русскому-голому,
  нету на жизнь даже и гроша...
  Легко-ли русскому быть весёлому,
  когда слёзы льёт русская душа?
  
  Наша жизнь не сахар и не мёд,
  но только она совсем и не помёт.
  Если борьбу с коммунизмом забыть,
  то вообще тогда не стоит жить!
  
  Смерть? Что может быть ужасней?
  Нам жизнь невозможно не любить!
  Что может смерти быть прекрасней?
  Нам никогда про смерть не позабыть!
  
  Двадцать девятое ноября. 1978 год.
  200
  
  
  * * *
  
  В глазах твоих мечтаний сны!
  
  Надо-ли то знать кому-то,
  что тебя рядом со мной нет,
  что я зачем-то, почему-то
  опять смотрю на твой портрет?
  
  Стоишь в раздумье тихо у стены.
  В небо смотришь. Ждёшь Бога?
  В глазах твоих мечтаний сны,
  в них и, надежда, и тревога...
  
  Твой взгляд к небу устремлён!
  Святого Духа там встречаешь?
  На то, что я в тебя влюблён,
  "Ты чужой", - мне отвечаешь.
  
  Дорогая моя Santa Ekse
  мы разведены судьбой!
  Не буду говорить о сексе,
  хотя любуюсь тобой!
  
  Твой портрет мне как наркотик!
  Мне в душу гонит он мечты!
  Юбка пышна, вздыблен животик!
  Уж не беременна-ли ты?...
  
  Полураскрыта твоя грудь!
  Ты моё сердце этим колешь!
  Просил бы я: "Моею побудь!"
  Но разве это мне позволишь...
  
  Только тебя одну всегда любя
  грущу, другой любви не зная!
  Чужим пусть буду для тебя,
  будешь мне всегда родная!
  
  Первое декабря. 1978 год.
  201
  
  
  * * *
  
  Коммунисты опаснее, чем звери!
  
  Чтобы ночами спокойно спалóсь,
  горьких слёз понапрасну не лей!
  Не жалей о том, что не сбылóсь!
  Совсем никогда ни о чём не жалей!
  
  Коммунисты опаснее, чем звери,
  только без боязни с ними держись!
  Надёжней запирай квартиры двери,
  ночью с автоматом спать ложись...
  
  Жизнь твоя не будет праздником.
  Вся твоя жизнь, это тяжкий труд!
  Если будешь дерзким проказником,
  коммунисты в тюрьму тебя сведут.
  
  На своём пути жизненном кривом
  в суете не потеряй жизни суть!
  Если живой, так и думай о живом,
  но коммунистам вредить не забудь!
  
  Только лишь мрак за жизни полосой,
  только именно туда со всеми идёшь.
  В жизни надо быть волком и лисой,
  иначе просто совсем пропадёшь!
  
  В жизни нашей есть счастье и беда,
  в нашей судьбе слёзы есть и шутка.
  Коммунистов слушай, только всегда
  иди за голосом здравого рассудка!
  
  Как бы ни был в жизни тороплив,
  но никогда не познаешь всего.
  Наше время-жизнь как прилив.
  Время не ждёт никогда никого!
  
  Третье декабря. 1978 год.
  202
  
  
  * * *
  
  Нам ночью будет не до сна!
  
  Тишина... Её вспоминаю...
  Память-боль пью до дна!
  Ничего совсем не понимаю!
  Только она лишь милая одна.
  
  С ней, девчонкой вольнодумной,
  моё сердце встретится спешит!
  Она в башке моей безумной
  вместе с тараканами шуршит!
  
  Написал ей писем уже пачку!
  Вот и опять ей стихи пишу...
  Мне задала сложную задачку,
  но её задачку всё-таки решу!
  
  Люблю-ли девчонку эту?...
  (Сами себе порой не верим.)
  Есть любовь, или её нету?
  Вот мы с нею и проверим!...
  
  Может быть вперёд забегаю?
  Она не злится, не кричит...
  Несколько раз ей предлагаю!...
  Но она мне в ответ молчит.
  
  Она вкусна как шоколадка!
  Её добьюсь однажды всё равно!
  Моя одинокая тёплая кроватка
  для неё раскрыта уж давно!
  
  Лишь к утру устанут очи!
  Нам ночью будет не до сна!
  После нашей бурной ночи
  вдруг наступит тишина...
  
  Пятое декабря. 1978 год.
  203
  
  
  * * *
  
  Борьба с коммунистами увлекла!
  
  В жизни никогда не тороплюсь,
  на коммунистов очень злюсь!
  С неба звёзд пока ещё не рву,
  среди палачей-коммунистов живу!
  
  У коммунистов опять новоселье,
  в России не рады тому никто.
  На мятежном сердце не веселье,
  а творится чёрт знает что!...
  
  Мне от коммунистов стало лихо!
  Терплю злую людскую молву...
  Среди коммунистов-сволочей тихо,
  словно в страшном аду, но живу.
  
  Борьба с коммунистами увлекла
  меня в юности, тревогой беспокоя!
  Мне в родной России нету тепла,
  только мне даже не хочется покоя!
  
  В России счастья нету потому,
  что при коммунистах нет его.
  Из коммунистов-зверей никому
  я по жизни не должен ничего!
  
  Всё от коммунистов болит,
  душу, плоть и сердце щемит!
  В моём сердце тихий звон
  похож на мучеников стон.
  
  Только мне давно неспроста
  в будущем счастье пророчится!
  Жизнь при коммунизме пуста́...
  Только жить мне очень хочется!
  
  Седьмое декабря. 1978 год.
  204
  
  
  * * *
  
  Опять безумно я влюблён!
  
  Со мной любовь опять играет!
  Но я тому ничуть не удивлён!
  От того вдруг сердце замирает,
  что опять безумно я влюблён!
  
  Как мальчишка влюбился вновь я́!
  В чувствах колотится сердце моё!
  Любовь очень опасная змея!...
  Вы до сих пор ещё не знаете её?
  
  С чего-то полюбил я поэтессу!
  И на ней сошёлся клином свет!
  Отно́сится она ко мне как к бесу!
  Но всё равно, её прекрасней нет!
  
  Называю её своей голубкой!
  (Об этом она знает и сама!)
  Во сне вижу, что у ней под юбкой!
  И это "Что" сводит меня с ума!
  
  Не легко пройти любви ступени!
  Милашка, я попался тебе в плен!
  Хочешь, при всех стану на колени
  и расцелую у тебя выше колен?
  
  Я на тебя как лев готов кидаться!
  (Бред любви, прошу, мне прощай!)
  Не прошу тебя сразу мне отдаться!
  Прошу тебя, хотя бы обещай!...
  
  Будет "То" не скоро... (допускаю),
  но других себе не буду искать!
  Так всю тебя, родная, обласкаю,
  как никто не сможет приласкать!
  
  Одиннадцатое декабря. 1978 год.
  205
  
  
  * * *
  
  Коммунистов хочется убить!
  
  Коммунизм, ни то, ни сё...
  Но однажды он покачнётся!
  Когда вдруг закончится всё,
  тогда только всё и начнётся!
  
  Несётся время, всё круша!
  Вместе с ним печали-вьюги...
  Не смутится пусть моя душа,
  когда помянут все её заслуги!
  
  Мечты, как птицы, улетели,
  их не возвратить уже назад!
  Дни летят, проносятся недели,
  мои годы немыслимо спешат!
  
  Порой минута дня длиннее!
  Коммунистов хочется убить!
  Не верь, что утро мудренее,
  вечер может мудрым быть!
  
  Время людей и камни точит.
  Коммунисты не жалеют никого!
  Наше время то тихо, то грохочет!
  Нам не остановить никак его!
  
  Всё рассудит время строгое.
  Коммунисты рушат всё подряд!
  Мостовых камни знают многое,
  они о многом страшном говорят!
  
  Ложатся жертвы к слою слой!
  Из-за коммунистов жить устану.
  Лишь недавно был я землёй, -
  скоро снова землёй стану...
  
  Тринадцатое декабря. 1978 год.
  206
  
  
  * * *
  
  Лесбиянки, это такое чудо!
  
  Кошка Оленьку позвала,
  Оленька шла не торопясь.
  Сидела Кошка и скучала:
  "Где же бродит эта мразь?"
  
  По давно хоженой дорожке
  (по ней пройти мне не пришлось)
  Оленька заявилась к Кошке
  и тут такое началось!...
  
  Глухая тишина была сперва,
  такая, просто в дрожь бросает!
  Только квартиру тридцать два
  стон лесбиянок сотрясает!
  
  Трясётся пол, трясутся стены!...
  Несутся стоны в темноте!...
  У мужиков обвисли все члены...
  (Даже в том числе и те...)
  
  Боюсь в сексе быть невеждой.
  Собаки воют, как от вшей!
  Бабы со злобною надеждой
  глядят на собственных мужей.
  
  Лесбиянки, это такое чудо!
  Аж кошки бросили подвал!
  Такого пламенного блуда
  наш дом пока ещё не знал!
  
  Семнадцатое декабря. 1978 год.
  207
  
  
  * * *
  
  Кругом коммунисты-подлецы!
  
  Не боюсь ни тюрьмы, ни милиции,
  очень рад ночной непогожей поре!
  Моя жизнь словно костёр инквизиции,
  все мои мечты сгорели в том костре!
  
  Отрезок моей жизни небольшой,
  но только очень долго это длилось.
  Я пытался жить с открытою душой,
  но только вот никак не получилось!
  
  Жизнь моя катится с переменами.
  От коммунистов поражения терплю.
  То друзьями полна, то изменами,
  но, всё равно, свою жизнь люблю!
  
  Я к тяжким невзгодам привык.
  Жизнь меня как по горлу бритвой!
  Когда жизнь меня загоняет в тупик,
  обращаюсь к Господу с молитвой!
  
  День стоит солнечный прекрасный,
  но жизнь моя как в кошмарном сне!
  Сегодня я очень злой и опасный!
  Коммунисты, не подходите ко мне!
  
  Я не пробовал безумного зелья,
  от него в жизни лишь только беда!
  Я ещё не знавал безумного веселья,
  его вряд ли теперь уж узнаю когда.
  
  Своим бедам ни начала, ни концы
  не могу найти, как ни стараюсь!
  Кругом коммунисты-подлецы,
  меж ними грешной душою маюсь!
  
  Девятнадцатое декабря. 1978 год.
  208
  
  
  * * *
  
  Милая, не сдерживай слёз!
  
  Налей, но лишь не для поминок.
  Мне грустить нет времени теперь.
  Со злою судьбой своею поединок
  никак не проиграешь, мне поверь!
  
  Забудь "вчера", забудь прощанья!
  Освободи от ложной боли грудь!
  И, все данные тебе им обещанья,
  со мною навсегда сегодня позабудь!
  
  Реальность нам порою души студит
  холодностью металла, словно ртуть!
  "Вчера" - лишь то, чего уже не будет!
  Забудь его! Всё своё прошлое забудь!
  
  Нечего смотреть тоске в глазницы,
  она всегда всё врёт, хорошее суля!
  Жизнь начни с не маранной страницы,
  а лучше, так и вообще, начни с нуля!
  
  Сама увидишь, - мир перевернётся!
  Увидишь в новом свете вдруг его!
  Что ушло, - опять к тебе вернётся,
  много прекраснее, чем было до того!
  
  Купаться будешь среди роз!
  Так давно хочу тебя украсть я!
  Милая, не сдерживай слёз!
  Ведь это будут слёзы счастья!
  
  Двадцать третье декабря. 1978 год.
  209
  
  
  * * *
  
  Ложь коммунизма русских губит.
  
  Ясно вижу давно, как без следа
  надежда в русских душах тает...
  В неизвестность, просто в никуда,
  жизнь при коммунистах улетает!
  
  Все царства мира время стёрло!
  Из-за коммунистов исчезнем и мы...
  Россию коммунизмом припёрло!...
  Стоим на краю страшной тьмы!
  
  Всю жизнь торопимся куда-то!
  Всю жизнь куда-то все спешим!
  Коммунистам ничего не свято!
  Всю жизнь безумием грешим!
  
  Умами была заполнена планета,
  но вдруг иссяк планеты интеллект.
  Теперь стала дороже нам котлета,
  от неё приятней нам еды эффект!
  
  Бедность, двигатель прогресса,
  с нею уже встречаемся не раз!
  Она порой доводит до стресса!
  Она кнутом стегает часто нас!
  
  Нам жизнь дарована для счастья,
  коммунисты нам скликают бед!
  Через все невзгоды и ненастья
  вяло бредём на кажущийся свет.
  
  Сознание коммунизмом туманится.
  Ложь коммунизма русских губит.
  От коммунистов ничего не останется!
  После них даже потопа не будет!
  
  Двадцать девятое декабря. 1978 год.
  210
  
  
  * * *
  
  Лучше тебя мне не найти!
  
  Что, Милашка, ты такое?...
  О чём ты, милая, грустишь?
  Да, пока нас только двое,
  но будет ведь у нас малыш!
  
  Для меня ты просто свята!
  С тобой у нас всё впереди!...
  А ты намылилась куда-то!
  Прошу тебя, не уходи...
  
  Я же без тебя так загрущу!...
  Ведь у меня другой нет больше!
  Никуда теперь тебя не отпущу!
  (Если на ночь, но не дольше.)
  
  Я с той бабой уже не дружен,
  как ты только это не поймёшь!
  Какой шанс тебе вдруг нужен?
  Как будто мой стал нехорош!
  
  Совсем не надо баба мне другая!
  Нигде лучше тебя мне не найти!
  Я сам от тебя ушёл бы, дорогая,
  только, от тебя не смогу уйти...
  
  Так что давай, не майся дурью!
  Каюсь за всё, чего уж там...
  Но завтра с утренней лазурью
  тебе в постель кофе подам!
  
  Тридцать первое декабря. 1978 год.
  211
  
  
  * * *
  
  Я с коммунизмом не в ладу!
  
  Я гражданин своей страны,
  в церкви моё сердце радо!
  Мне коммунисты не нужны,
  России их совсем не надо!
  
  Я с коммунизмом не в ладу!
  Загубили Россию они-гады!
  Гореть коммунистам в аду,
  коммунистам черти рады!
  
  Коммунисты не полезут в драку.
  переступив страшного ада порог.
  Самый главный чёрт Ленину в сраку
  глубоко, наверняка, заправит рог!
  
  Крупской тоже гореть в аду,
  не избежать ей адовых дорог!
  Оторвёт ей Люцифер пизду
  и повесит, как трофей, на рог!
  
  Палач Сталин-гнида ещё тот!...
  В ад его путь судьбой обусловлен!
  Сталин от ада никуда не уйдёт!
  В аду Сталину котёл приготовлен!
  
  Хотите верьте или не верьте,
  но вам доказательства найду
  тому, что коммунистов черти
  вечно весело ебать будут в аду!
  
  Первое января. 1979 год.
  212
  
  
  * * *
  
  Не пить как, любви когда нет?
  
  Я из многих тебя смог приметить,
  да так, что в душе не стереть!
  "На что тебе, милый, ответить?"
  Да мне вот хоть на это и ответь!
  
  Жизнь, это дерьма лишь кусок,
  только дьявола с нами потеха!
  Бабахнуть себе бы в висок,
  сколько бы было бы смеха!...
  
  Моя кровь потекла бы по шее,
  мои мозги б на чистой стене!...
  Сказали б: "Погиб не в траншее,
  а в пьяном бреду или во сне!"
  
  На моём виске бы маленькой раной
  остался бы от пули аккуратный след!
  А я, действительно, очень пьяный!...
  Не пить как, любви когда нет?...
  
  Как мне на себя тут не злиться?
  Мне уже всё надоело давно!...
  Трезвый не хочу застрелиться,
  только пьяному мне всё равно!
  
  Смерти тень предо мной всё ясней,
  за нею чертей вижу целое стадо!...
  Быть не желаешь девчонкой моей!
  Других девок мне и даром не надо!
  
  Тебе, как перед Богом, не лгу!
  Милая, на меня не надо злиться!
  Для тебя всё, что угодно, могу!
  Только не смогу застрелиться!
  
  Третье января. 1979 год.
  213
  
  
  * * *
  
  Коммунисты плодят себе рабов!
  
  Очень страшная у России судьба!
  Ужасы, больше, чем у нас, не бывают!
  До сих пор ещё слышится стрельба:
  коммунисты невиновных убивают!
  
  Коммунисты всё святое втоптать
  в говённо-кровавую грязь посмели!
  Оставили тех, кто не смеет роптать,
  тех, которые даже думать не умели.
  
  Россию всю уставили гробами!...
  За век не перечесть этих грабов!
  Управляя безмозглыми рабами
  коммунисты плодят себе рабов!
  
  Несогласные, что думали, роптали,
  страдая среди тюремных ночей,
  они невинными жертвами пали
  под пулями коммунистов-палачей!
  
  Коммунист-сатана гнёзда вьёт
  по России-матушке бескрайней.
  В России кто сейчас живёт?...
  Умные люди в загранице дальней.
  
  В немытой России уже очень давно
  лишь только рабы коммунизма живут.
  Коммунисты, как кровавое говно,
  в России, словно в проруби, плывут!
  
  Пятое января. 1979 год.
  214
  
  
  * * *
  
  Давай с тобой судьбу разделим!
  
  Влюбиться очень даже сто́ит!
  Влюбиться сто́ит, да ещё и как!
  Она придёт, обнимет, успокоит...
  (Если ты, конечно, не дурак!).
  
  А тяжесть отвыкания муки?...
  Ну и что?... И что с того?...
  Пусть подставляют ему суки!
  А ты много порядочней его!
  
  "глоток" какая ж это встреча!
  А ты ему: "Мой дорогой!..."
  Он, твою душу лишь калеча,
  смеётся над тобой с другой.
  
  Отбрось ужасный бред фантазий!
  Он же просто сексуальный псих!
  На свете столько много мразей,
  он только лишь всего один из них!
  
  Давай с тобой судьбу разделим!
  Я же ведь мужчина, как-никак!
  Яйца давай ему отстрелим,
  или его замочим просто так!
  
  Бандитов много в моей группе,
  все очень "позаботятся" о нём!
  Мы на его попляшем трупе,
  винца выпьем, песенки споём!
  
  Седьмое января. 1979 год.
  215
  
  
  * * *
  
  Коммунизма кровавые годы.
  
  Вот я уже почти и дед...
  Только не буду врать,
  мне в памяти десяток лет
  спокойных не набрать!
  
  В лабиринтах неудач
  брожу не для престижу.
  Заблудился, ну хоть плачь!
  Выхода нигде не вижу...
  
  Жизнь, как чёлн, качается
  среди коммунизма мутных вод.
  То грешить, а то каяться
  душа грешная меня зовёт.
  
  Стала тяжёлой обузой
  мне навязчивость твоя!
  Между Бахусом и Музой
  тянется вся жизнь моя.
  
  Прочь гоню Бахуса тень!
  Своё сердце Музе дарю!
  За каждый трезвый день
  Иисуса Христа благодарю!
  
  Коммунизма кровавые годы
  с грязью куда-то вяло текут.
  Среди моей жизни непогоды
  нигде не отыскать мне приют.
  
  В жизни океане бушующем
  бесследно пропасть не хочу!
  Между прошлым и будущем
  мятежной душою к свободе лечу!
  
  Одиннадцатое января. 1979 год.
  216
  
  
  * * *
  
  Любовь как замкнутый круг!
  
  Наша жизнь, это бурелом!...
  Мы по ней слепо скитаясь
  порою лезем прямо напролом,
  вовсе ни с чем не считаясь!
  
  Каждый день одно и тоже
  среди нашей жизни кутерьмы...
  Но друг друга любим всё же,
  только потому и вместе мы.
  
  Среди веселья и страданий
  любовь как вечная борьба!
  Злые муки расставаний
  нам приготовила судьба.
  
  Все наши мечты разбиты,
  мы с тобою почти квиты.
  Только вот в который раз
  опять судьба сводит нас!
  
  Любовь как замкнутый круг!
  Под сердца нервный перестук,
  наперекор всей нашей судьбе,
  опять стремлюсь лишь к тебе!
  
  Мы с тобой встретимся вновь.
  Ожидание как страшная мука!
  Никогда нашу с тобою любовь
  не погубит никакая разлука!
  
  Тринадцатое января. 1979 год.
  217
  
  
  * * *
  
  Коммунизм так не люблю!...
  
  Перед страхом не стóит дрожать!
  Я верный даю всем вам совет!
  От людских сплетен можно убежать,
  спасенья от совести нигде нет!
  
  Россию, моей душе дорогую,
  старается дьявол прельстить!
  Коммунист хочет в веру иную
  Россию-матушку перекрестить!
  
  Взглядом блуждаю от скуки
  среди неба звёздной трухи.
  Господь, знаю, что мои муки
  тобой посланы мне за грехи...
  
  Иду у церковной калитки,
  не видя, что там, впереди.
  Крест, модель орудия пытки,
  ношу на греховной груди.
  
  Я словно один в поле воин,
  в бою потерявший коня...
  Я кары суровой достоин,
  но Господь не карает меня.
  
  Снова стою перед образáми,
  Опять Бога о помощи молю!
  Пишу, обливаясь слезами...
  Коммунизм так не люблю!...
  
  Душа в стихах скитается!
  От коммунизма терпит гнёт!
  Хочу сердцем покаяться,
  коммунист-сатана не даёт...
  
  Семнадцатое января. 1979 год.
  218
  
  
  * * *
  
  В мыслях тобой любуюсь!
  
  Ты хоть сама-то понимаешь?
  Вот ещё придумала чего!
  В кофей пенис предлагаешь...
  Но ведь ошпарю кофеем его!
  
  Тут меня, послушай, Лена,
  как перед Богом не солгу,
  хоть у меня не по колено,
  но макать в кофей смогу!
  
  Люблю кофе пить горячим,
  хотя со льдом сейчас модней!
  Но если в кофей, да стоячим...
  тогда лучше уж похолодней...
  
  Спасибо, что такому учишь
  меня, простого дурака!
  Стихотворение получишь,
   пойду в кофей макать пока...
  
  К тебе мне запросто собраться,
  зазнайку из себя не корчу.
  Но должен я тренироваться,
  а то все кружки перепорчу.
  
  Ну а как же мне быть иначе?
  Как кружку с пенисом связать?
  Кофей должен быть горячим,
  или прохладней можно взять?
  
  В мыслях тобой любуюсь!
  Разбил уж кружку не одну...
  Немного вот потренируюсь,
  тогда к тебе на кофе загляну!
  
  Девятнадцатое января. 1979 год.
  219
  
  
  * * *
  
  Не позволю коммунистам России срамить!
  
  Прошёл путь жизни небольшой,
  но шаги мои уверенны и смелы!
  Своей мятежной русскою душой
  страдаю за коммунизма беспределы!
  
  Душою русскою очень страдая
  жить в России очень трудно мне.
  Мой колокольчик, дар Валдая,
  висит беззвучно на моей стене.
  
  Колокола наших церквей молчат.
  Вонь тащится из мавзолея-сортира!
  Коммунисты-звери злобно рычат,
  угрожая государствам всего мира!
  
  Мир у коммунистов под угрозой!
  Коммунисты пока не боятся грехов.
  Нам жизнь стала горькою прозой.
  Голодным нам теперь не до стихов!
  
  Россия свободе была бы очень рада!
  Русская душа гостеприимна и добра.
  Как избавиться от коммуниста-гада?
  От коммунистов избавляться пора!
  
  На борьбу долго собираться не стану.
  Не позволю коммунистам России срамить!
  Наточу топор, дедов обрез достану,
  пойду втихаря коммунистов громить!
  
  Двадцать третье января. 1979 год.
  220
  
  
  * * *
  
  Так бы я тебя любил!...
  
  Не буду с тобою о пошлом...
  Не смогу даже дать совет.
  У тебя было всё в прошлом!
  Но разве будущего нет?
  
  "любила легко и открыто"
  Прямо так? И все друзья?
  Разве всё уже позабыто?
  Никогда не поверю в это я!
  
  Пока ещё тебя не люблю,
  тебя мне очень бы хотелось!...
  Только ничего, перетерплю,
  (терпеть тоже нужна смелость).
  
  Проходили зимы и вёсны...
  Я недоволен был судьбой,
  и ходил я с мордой постной,
  чтобы встретиться с тобой!
  
  Мы бы с тобою разыгрались!...
  Любовь такую бы закрутили!...
  На́ хрен нам другие сда́лись,
  бывших мы бы тогда простили.
  
  Для всех была бы непреступной,
  только б тебе единственным я был!
  Лишь мне была бы ты доступной!...
  Так бы я тебя тогда любил!...
  
  Двадцать девятое января. 1979 год.
  221
  
  
  * * *
  
  Коммунисты зло творят.
  
  Нет красивее нашей планеты!
  Мы из рабов забитых и уставших.
  Чётко помним святые Заветы
   всех, от коммунистов павших!
  
  Над Россией коммунизма тьма!
  В России жизнь как на эшафоте!
  Грозит нам за правду тюрьма!
  У коммунистов ложь в почёте!
  
  С коммунистами-палачами не пируем,
  нам очень голодно в нашей стране.
  Все поголовно пьянствуем, воруем...
  Наша жизнь как в страшном сне!
  
  Нам очень хочется проснуться,
  но того нам коммунисты не дают.
  Арестованным назад не вернуться,
  в тюрьмах их насмерть забьют!
  
  Коммунисты зло творили и творят.
  От их зла живу, душой усталый.
  Коммунисты убивают всех подряд,
  не разбирая, старый или малый...
  
  Нам с колен давно пора вставать!
  Заветы павших к мести призывают!
  Всех коммунистов будем убивать
  так, как они сейчас нас убивают!
  
  Тридцать первое января. 1979 год.
  222
  
  
  * * *
  
  Ты хорошая, милашка, всё же!
  
  Хорошо, что ты сошла с ума!
  Проблемами тебя не нагружаю.
  Ты порой такая, как сама чума!
  Сумасшедших очень уважаю!...
  
  Прослушав все твои слова
  моё сердце даже обалдело!
  Хорошо, что ты душой мертва,
  мне же надо только твоё тело!
  
  Ты меня разлюбила давно?...
  Это слушать мне уже надоело!
  Приходи, мне уже всё равно!
  Мне же надо только твоё тело!
  
  Хоть чего-то сейчас поняла́?
  Ты серьёзно уж так не шути!
  Ну, да ладно, мне дала́ и дала́...
  Не забудь ко мне завтра прийти!
  
  Болеешь, это так не хорошо.!..
  Боюсь подцепить с другою...
  У меня всё давно уж прошло,
  в КВД я теперь ни ногою!...
  
  Расстаться хочешь, ну что же...
  Конечно, по тебе буду грустить!
  Ты хорошая, милашка, всё же,
  раз мне душу смогла зацепить!
  
  Первое февраля. 1979 год.
  223
  
  
  * * *
  
  России коммунист не сват, не кум!
  
  Советское знамя мы не целуем,
  не слушаем коммунизма бред!
  Всё с коммунистами воюем,
  конца и края нашей войне нет!
  
  На Ленина-сифилитика плевать!
  Ленин-педераст ужасный бес!
  Мавзолей надо бы взорвать,
  но всё-таки лучше взорвём АЭС!
  
  На коммунистов очень злимся!
  Коммунисты-палачи убивают нас.
  АЭС взорвём, тогда повеселимся.
  Пока не до веселья нам сейчас.
  
  Мы прошли тюремные ликбезы,
  хорошо знаем, почём лиха фунт!
  Готовим ружья, топоры, обрезы...
  готовим антикоммунизма бунт!
  
  Ещё немного, люди, потерпите!
  России коммунист не сват, не кум!
  Коммунистов везде больше злите,
  чтобы они от злости потеряли ум!
  
  Не скулим от страха и не ноем!
  Коммунист, это тьмы ада князь!
  Кровью коммунистов смоем
  с России коммунизма грязь!
  
  Третье февраля. 1979 год.
  224
  
  
  * * *
  
  Люблю эту чудесную стерву!
  
  Я всех людей по себе мерил,
  лишь тем я свою душу обокрал.
  Я не любил, в любовь не верил,
  всех женщин только презирал...
  
  Не помню женщины первой!
  После не одна со мной бывала!
  Но вот я встретился со стервой,
  сердце моё совсем околдовала!
  
  Покоя ни одному моему нерву!...
  Мне уже не стало покоя от того,
  что люблю эту чудесную стерву!
  Но она не любит вовсе никого.
  
  "Мою душу скоро погудишь! -
  кричит, словно сошедшая с ума! -
  "Изнасилуй меня, если любишь,
  но никогда тебе не дам сама!"
  
  Эти её слова любовным ядом
  бедный рассудок убивают мой!
  Передо мною крутит она задом,
  передом тоже крутит предо мной!
  
  Теперь, как на духу, вам не солгу,
  вдруг сошёлся клином на ней свет!
  Изнасиловать запросто смогу
  кого угодно, но только её нет!
  
  Но однажды она сама ляжет!...
  Свои страсть и похоть не тая,
  меня прижмёт и тихо скажет:
  "Тебя люблю я.... Я твоя!..."
  
  Пятое февраля. 1979 год.
  225
  
  
  * * *
  
  Я коммунистам не награда.
  
  Моя дерзкая боевая стезя
  коммунистам не награда.
  Зачем делать так, как нельзя,
  когда можно делать как надо?
  
  Когда ночами не поспишь,
  получишь опыт и сноровку.
  Живу тихо, словно мышь,
  но попадаю в "мышеловку".
  
  Утром каждого дня прощаюсь
  с ночными снами и покоем...
  Утро каждое так бреюсь, одеваюсь,
  как русский матрос перед боем!
  
  Моя последняя песня не спета!
  В моей душе не загасить огня!
  Коммунисты невинного поэта
  в диссиденты загнали, меня!
  
  Жизнью мне отпущено так мало!
  Потому-то день и ночь пишу!
  Советских ни газеты, ни журнала,
  прочитать никогда не спешу!
  
  Хоть дожил я уже до седин,
  вопросов больше, чем ответов.
  Я записан в Книге Гиннеса один
  из антикоммунистических поэтов!
  
  Седьмое февраля. 1979 год.
  226
  
  
  * * *
  
  Цветами тебя накрою!
  
  "Махнуть отсюда очень далеко?"
  Милая, куда ты вдруг собра́лась?
  С чего твоему сердцу нелегко?
  Тоска? Да на́ хрен она сда́лась!
  
  Милашка, тебе нужна любовь?
  Сидишь там, делать что не зная.
  Приглашаю тебя к себе вновь!
  Давай, ко мне заваливай, родная!
  
  Раз теперь уж с ним не спишь,
  пусть он провалится в болоте!
  И ему, так по кому грустишь,
  с тобою вместе морду наколотим!
  
  Пойдём туда, где нет страданий:
  в ресторан, казино или на чердак!
  Из всех твоих бурных мечтаний,
  будет, как сама захочешь, так!
  
  С тобой у нас ночь будет не одна!
  Моя любовь сердце твоё достанет!
  Тебе тусклая холодная луна
  горячим солнцем сразу станет!
  
  Ночною страстною порою
  будешь от счастья дрожать!
  Цветами всю тебя накрою!
  (Не голой же тебе лежать!)
  
  Одиннадцатое февраля. 1979 год.
  227
  
  
  * * *
  
  При коммунистах в муках живём!
  
  Рассказать, кто поверит едва-ли,
  при коммунистах в муках живём!
  Не по собственной воле попали,
  не по собственной воле уйдём!
  
  Кто-то молится, кто-то рыдает,
  кто-то в истерике бьётся всю ночь!...
  Образ твой мне здесь так помогает,
  как икона не сможет помочь!
  
  Есть такие, кто в счастье не верит,
  навсегда покорившись судьбе.
  Знаю, откроются тюремные двери.
  Как откинусь, так сразу к тебе!
  
  Письма мне сюда не напишешь,
  отсюда тебе написать не могу.
  Не сейчас, так после услышишь,
  как в крови я лежал на снегу!
  
  Даже если меня не обнимешь,
  тебе, словно церкви, скажу,
  даже если меня не примешь,
  всё равно с прошлым не завяжу!
  
  Не зря пишу, надо признать.
  Только это всё так не пройдёт!
  Когда брошу листовки писать,
  тогда куплю себе пулемёт!
  
  Тринадцатое февраля. 1979 год.
  228
  
  
  * * *
  
  В душе моей печаль и скука.
  
  Наши души томятся в неволе,
  сердца приучились страдать!
  Плохо так!... Чего же боле?
  Нам хорошего нечего ждать!
  
  Пишешь, что любишь его.
  (Тебе он хоть дарит цветы?)
  Казалось бы, мне-то чего?
  Но в моём сердце лишь ты!
  
  Любишь его, - меня зовёшь!
  Двумя нами так играешь!
  Как же тебя здесь поймёшь?
  Так сердце моё убиваешь!
  
  Как хочу к тебе вернуться!
  Живу с другою, её не любя...
  Хорошо бы с тобою проснуться,
  забыть всё, что было без тебя!
  
  Лишь к тебе одной стремлюсь!
  Тебе когда-то был я дорогим.
  Но как же к тебе вернусь,
  когда ты сейчас с другим?...
  
  В душе моей печаль и скука
  навеяны жизнью моею лихой.
  Давай начнём сначала, злюка,
  ведь не такой уж я плохой...
  
  Семнадцатое февраля. 1979 год.
  229
  
  
  * * *
  
  Мщу коммунистам без меры!
  
  Как в лабиринтах сложных
  по жизни до конца дойти,
  в откровениях безбожных
  не сбиться с верного пути?
  
  Передо мной широкая дорога,
  но я выбрал себе узкие пути!
  Ничего, что жизнь моя стрόга,
  до самого конца смогу пройти!
  
  Поняв, что жизнь, это игра,
  в жизнь жестокую играю!
  Мне определиться бы пора
  куда иду: в ад или к раю?
  
  С другими жизнью единой
  живу среди коммунизма идей.
  Жажду своей мудрости змеиной
  сердцем утоляю средь людей.
  
  Старость свою встречу достойно
  среди судьбы бедствий и потерь.
  Тревожно, грустно, неспокойно
  на грешной душе моей теперь.
  
  В годы душевного изгнания
  инеем покрылась моя душа.
  Награды все, все наказания
  беру от своей жизни не спеша.
  
  Мщу коммунистам без меры,
  хотя в трауре моя грешная душа.
  Я мог бы привести примеры...
  Но жизнь, в общем, хороша!
  
  Девятнадцатое февраля. 1979 год.
  230
  
  
  * * *
  
  До сих пор всех их ещё люблю!
  
  Слово может не нравиться,
  хотя его, может, красивее нет.
  Как словом не пораниться?
  Вряд-ли кто знает на это ответ.
  
  Как алмаз можно слово огра́нить.
  Словами можно душу влюбить!
  Слово может сердце поранить,
  можно словом даже плоть убить!
  
  Иногда, внимая словам иным,
  кру́гом идёт моя шальная голова!
  Очень завидую глухонемым,
  слух их не режут никакие слова!
  
  Резко сказанное бранное слово
  хрупкому сознанию очень вредит,
  так бедную душу изранит сурово,
  что потом сердце долго болит!
  
  Надо быть со словом осторожно,
  чтобы душа не страдала потом!
  Но без слова прожить невозможно,
  иначе человек станет скотом!
  
  Тебе откровенно признаюсь, Марина,
  что я очень многих словом отравил!
  Очень жаль, что не моя ты половина,
  я бы нежных слов тебе наговорил!
  
  А так, кого люблю и сам не знаю.
  Кто мне попадётся, с той и сплю.
  Всех прошлых девок вспоминаю...
  До сих пор всех их ещё люблю!
  
  Двадцать третье февраля. 1979 год.
  231
  
  
  * * *
  
  Его коммунисты-черти не сжуют!
  
  Мне нет надёжнее гаранта,
  чем Музы лучезарный свет!
  Предрекли отсутствие таланта
  мне те, у кого таланта нет!
  
  Что делать с Музой не знаю,
  она творит со мной, что хочет!
  То люблю её, то проклинаю,
  она в душе стихом клокочет!
  
  Моё творчество как Музы обломок!
  Его коммунисты-черти не сжуют!
  Ещё найдёт далёкий мой потомок
  в моих стихах своей душе приют!
  
  Меня с Музой судьба обвенчала!
  Я перед Талантом вечно в долгу!
  Не могу начинать жизнь сначала,
  против коммунистов писать могу!
  
  От слёз моё сердце сухое,
  стихи продолжает творить!
  Обо мне и о мёртвом плохое
  будут коммунисты говорить!
  
  Моя Муза лишь мне господин!
  Только с ней делюсь досугом!
  Камень проклятья брошен не один
  мне в спину недругом и другом!
  
  Рифмы мне грешную душу сверля́т!
  Я перед Музой и Талантом честен!
  Часто ловлю вопросительный взгляд:
  "Ты, Талант, почему неизвестен?..."
  
  Первое марта. 1979 год.
  232
  
  
  * * *
  
  Как хотел бы с тобою обняться!
  
  Меня не жалеешь, но плачешь?
  Душа твоя мается в скуке?
  Ты так для меня много значишь,
  хотя мы с тобою в разлуке.
  
  Я давно не маленький мальчик,
  но полюбил в первый раз!
  Помню каждый твой пальчик,
  каждую искорку твоих глаз!
  
  Помню с тобой были где мы!
  В сердце память о том таю!
  Но посерьёзней проблемы
  вдруг напали на душу мою.
  
  В сердце как будто кинжал
  грязной судьбы моей гиблость.
  Наверно, думаешь, что я сбежал?
  Ты очень, родная, ошиблась!
  
  Мне, наверно, не веришь,
  думаешь, что я с другою.
  Меня по другому меришь,
  но стала ты мне дорогою!
  
  В душе моей мысли хранятся,
  словно в старой дырявой суме.
  Как хотел бы с тобою обняться!
  Только, милая, я же в тюрьме...
  
  Третье марта. 1979 год.
  233
  
  
  * * *
  
  Коммунисты будут проклинать.
  
  Поэта творчество похоже
  на тяжелейший труд раба!
  Поэт, пророк, - одно и тоже:
  у них несчастная судьба!
  
  Вся моя жизнь очень сурова,
  но рифму есть с чего ловить!
  Даже простая пёстрая корова
  и та поэта может вдохновить!
  
  Ветер холодный в окно моё дует,
  мрачно-хмурые видны небеса.
  В душе моей дерзкая рифма бушует,
  Муза с Талантом творят чудеса!
  
  Стихи в душе созревают тайно,
  мятежные рифмы тревожат меня!
  В сердце заглянет тоска случайно,
  вдруг прочь бежит, как от огня!
  
  Из сознания стихотворения свои
  очень хочу прогнать, но не могу!
  Стихи в душе поют как соловьи,
  но только на кровавом снегу.
  
  Стихи не тонут, не горят!
  Они как звёзды светят вечно!
  Стихи о чувствах говорят!
  Их время будет бесконечно!
  
  Стихи мои меня переживут!
  Их будут долго вспоминать!
  Меня Поэтом в России назовут,
  коммунисты будут проклинать.
  
  Пятое марта. 1979 год.
  234
  
  
  * * *
  
  Мне бы суку погрязней.
  
  Мне говоришь, что ты моя!
  Ну ты мне и задала задачу!...
  Конечно, тебя всегда помню я...
  Но по тебе не скучаю, не плачу.
  
  С тобою мне пришлось встречаться
  поздно вечером, ночью, поутру...
  Хочешь со мной на век остаться?
  Но ведь с тобой от скуки же помру!
  
  Будешь жить лишь для меня?
  Скажи, к чему жертва такая?
  Зачем, скромно молчание храня,
  страдать, сердечку потакая?
  
  "Встречу, крепко обниму!..."
  Врать перестань, наконец!
  Все твои жертвы не приму,
  я ж не законченный подлец.
  
  Твоя любовь меня пугает!
  Ты вся в бреду, или во сне.
  Аж сердце в пятки убегают,
  вспомнив, что пишешь мне!
  
  Другую встретил среди мая,
  как-то мне приятней с ней!
  Ты же ведь чистая такая!...
  А мне бы суку погрязней.
  
  Седьмое марта. 1979 год.
  235
  
  
  * * *
  
  Коммунисты недовольны!
  
  Навалилась судьба страшная
  мне на душу словно как лёд.
  Моя голова бесшабашная
  мне покоя нигде не даёт!
  
  За вас я пил с терпенья чаши,
  за вас я много душою страдал!
  Мои стихи давно стали ваши,
  весь свой Талант я вам отдал!
  
  Писать о многом собираюсь,
  в жизни есть очень много тем!
  Сколько в жизни ни стараюсь,
  не разрешить мне всех проблем!
  
  Через плечо трижды плюну,
  чтоб этот раз последним был!
  Хотел я полюбить Фортуну,
  но вдруг Фемиду полюбил!
  
  Шлёт поклон тебе прощальный
  из тюрьмы поэт опальный.
  Услышишь его или, может, нет,
  но только ждёт он твой ответ.
  
  Небом звёздным зачарованный,
  взглядом устремляюсь ввысь:
  "Талант, Господом дарованный,
  не пустит в Рай, как ни просись!"
  
  Мои стихи настолько вольны,
  что ими коммунисты недовольны!
  Говорят коммунисты: "Хуже его нет,
  лишь только потому, что он - Поэт!"
  
  Одиннадцатое марта. 1979 год.
  236
  
  
  * * *
  
  Что поделать, раз люблю!
  
  Ты вся такая чудо душка!...
  Грудь твоя бугром торчит!
  Может там спрятана подушка?
  (Ведь фотография молчит).
  
  Хоть ты прислала мне ответ,
  (что врёшь мне, знаю наперёд):
  "В бюсте моём подушки нет".
  Но мне фотография не врёт!...
  
  Мозги мне зачем морочишь?
  (Как и всем другим подряд!)
  Обмануть меня так хочешь?
  Я твоему обману очень рад!
  
  Я ведь, милашка, не о том,
  что ложь женщин не терплю.
  Возьму тебя и с животом,
  чего поделать, раз люблю!
  
  На тебя не буду злиться.
  хоть там и нету моего!...
  Когда ребёночек родится,
  буду тогда папочкой его.
  
  К тебе буду лишь нежнее,
  мне только правду говори!
  С животом ты мне нужнее,
  так что больше мне не ври!
  
  Я тебя никогда не предам!
  Только врёшь мне какого рожна?
  Тебя никому ни за что не отдам!
  С животом самому мне нужна!
  
  Тринадцатое марта. 1979 год.
  237
  
  
  * * *
  
  Меня коммунизм загнал!
  
  Уже давно живу вне законах,
  словно я от планеты иной.
  Нету родных, друзей, знакомых...
  Никого не осталось со мной!
  
  Мне позволяет судьба вновь,
  когда беда приходит в гости,
  познать, как в жилах стынет кровь
  от страха, ужаса и злости!
  
  Мой труд, от коммунистов скрытый,
  давно КГБ хотелось бы пресечь.
  Взгляд мой слишком открытый,
  моя слишком дерзкая речь!
  
  Я здесь не первый, не десятый
  из тех, которых смерть ждала́.
  Моей судьбы букет измятый
  мне жизнь со стоном подала́.
  
  Меня бодрит мороз весёлый,
  нынче много снега намело.
  Понедельник, - день тяжёлый,
  только мне совсем не тяжело!
  
  Не всем известна тайна эта:
  (не знают даже и друзья)
  лишь убейте во мне поэта,
  от того сам тогда погибну я!
  
  Вопросов так много! Нет ответа,
  хотя в жизни очень много я познал.
  В судьбу нелёгкую русского поэта
  меня злобный коммунизм загнал!
  
  Семнадцатое марта. 1979 год.
  238
  
  
  * * *
  
  В мыслях только к тебе бегу!
  
  В судьбу не веришь напрасно!
  Судьба несёт нас как струя!...
  Милая, вся ты так прекрасна!...
  Мне очень жаль, что ты не моя!
  
  Быть может, тебя не стою,
  меж нами времени метель.
  Но очень жаль, что не со мною
  делишь своё время и постель!
  
  Теперь я тоже маюсь сам
  от тебя в дальней стороне.
  "Хочу!" - ты кричала небесам,
  а чтобы было крикнуть мне!...
  
  Ох, я тебя и обласкал бы!...
  Так я тебя бы закружил!...
  Тебе я самым-самым стал бы!
  Я только б с тобой рядом был!
  
  Теперь что делать, и не знаю.
  В мыслях к тебе только бегу!
  От тоски безутешной стонаю,
  но изменить ничего не могу.
  
  Люди часто порою, как звери,
  уничтожить готовы любовь!
  Только в судьбу надо верить,
  может встретимся мы вновь!
  
  Девятнадцатое марта. 1979 год.
  239
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-сволочи, заткнитесь!
  
  Муза с каждым годом строже
  стала относится к моим словам.
  Что для моей душе дороже,
  стихами о том расскажу вам.
  
  Что словно крысы суетитесь!
  Перестаньте чавкать и курить!
  Коммунисты-сволочи, заткнитесь,
  с вами моя Муза будет говорить!
  
  Сейчас поймёте меня едва-ль.
  Дни идут ни шáтко, ни ва́лко.
  Мне жизнь прошедшую не жаль,
  стихов разбросанных не жалко!
  
  Рифма летит словно птица,
  только писать не устань!
  Вот ещё одна страница,
  бескрайней летописи дань!
  
  В душе моей, для стихов тесной,
  когда-нибудь печаль пройдёт.
  Словно Божьей искрою небесной
  мне Муза рифмой промелькнёт!
  
  Свои стихи не буду любить!
  Занят я мыслью совсем иною:
  "Написать и скорей позабыть
  всё то, что написано мною!"
  
  Я все свои рукописи спрятал
  в старинный бабушкин стул.
  Я в России книги напечатал,
  словно через себя перешагнул!
  
  Двадцать третье марта. 1979 год.
  240
  
  
  * * *
  
  Любовь на прочность проверяешь.
  
  Хотелось бы всю жизнь улыбаться,
  но только не получается. Как быть?
  И снова нам приятно ошибаться,
  ведь без ошибок очень скучно жить!
  
  Не знаешь плакать иль смеяться?
  Из нас каждый сам себе палач.
  Не надо над душою издеваться,
  плакать хочешь, от души поплачь!
  
  Не надо слёзки сдерживать. Зачем?
  Как приятны душе будут эти слёзы!
  Поймёшь, что плачешь ни над чем.
  Твои несчастья превратятся в розы!
  
  Тогда от всей души будешь смеяться,
  предашься новым пламенным страстям!
  Не надо чувств души своей стесняться,
  плачь и смейся на зло всем чертям!
  
  Доверяй, уж если сердце верит!
  Чтобы не ошиблось вдруг оно,
  для начала разум пусть проверит:
  что любишь не мерзкое говно.
  
  Любовь на прочность проверяешь.
  Не получилось, знать не суждено!
  Радуйся, что людям доверяешь,
  такое ведь не каждому дано!
  
  Двадцать девятое марта. 1979 год.
  241
  
  
  * * *
  
  Не веселитесь, коммунисты-враги!
  
  При тёмном рождении моём
  созвездие Льва на небе было!
  Метеоритным ярким дождём
  звёздное небо тихо моросило!
  
  Моя песня пока ещё не допета,
  не веселитесь, коммунисты-враги!
  От коммуниста-сатаны и от поэта,
  Бог всемогущий, меня убереги!
  
  Зачастую о своей поэзии молчу,
  по пустякам ни на кого не лаю.
  Счастлив тем имея, что хочу!...
  Счастлив тем имея, что желаю!
  
  Честь и совесть свои берегу,
  хожу всё время с пистолетом.
  Пока убийцей стать не могу,
  хотя часто мечтаю об этом.
  
  Как и откуда сюда я прибыл?
  Только сам я себе господин.
  Где бы, с кем бы я ни был,
  в душе я всегда лишь один!
  
  Я мятежный Поэт, самый тот,
  (лишь только Муза о том знает),
  который никого нигде не ждёт,
  который никто не вспоминает.
  
  Русь умнее коммунистов-истуканов,
  в России устроивших кровавый бардак!
  В голове моей много разных планов!...
  Только мне выполнить всех их как?
  
  Тридцать первое марта. 1979 год.
  242
  
  
  * * *
  
  Не дай свою любовь сгубить!
  
  Милашка, всё прекрасно!
  Но надо всё же проверять.
  Так любить не безопасно,
  можно и душу потерять!
  
  Себя сомненьями не мучай!
  Можешь, тогда люби его!
  Я это так, на всякий случай,
  что бы вдруг мало-ли чего...
  
  Любовь твоя не будет ложной,
  он это сможет оправдать!
  Не давай мысли тревожной
  твою душу и сердце изглодать!
  
  Жизнь с ним будет прекрасной!
  Так будет он тебя любить!...
  Но злой ревности ужасной
  не дай свою любовь сгубить!
  
  С ним сойдётесь под венцом!
  На зло свирепым жизни вьюгам
  он твоих детей будет отцом,
  твоим надёжным верным другом!
  
  Тебе совсем не надо другого!
  Он тебе одной лишь только рад!
  За то, что я наплёл тебе такого,
  я, если что, совсем не виноват.
  
  Первое апреля. 1979 год.
  243
  
  
  * * *
  
  Промахнулись коммунисты-гады!
  
  Смерть всегда будет правой,
  зарубите себе это на носу!
  Она рукой своей костлявой
  сжимает свою ржавую косу!
  
  Бродит смерть, всех карауля,
  никому её мимо не пройти.
  Для меня давно отлита пуля,
  но меня ей пока не найти.
  
  Я слышал выстрел из засады,
  как сирены надрывный злой вой!
  Промахнулись коммунисты-гады!
  Остаюсь пока всё ещё живой.
  
  Захлебнитесь в своей рвоте,
  крича, что я со всеми груб!
  Меня, может быть, возьмёте,
  но то не я буду, а мой труп.
  
  Мне там придётся умирать,
  куда меня отправят в ссылку.
  Чья-нибудь старенькая мать
  цветы посадит на могилку.
  
  Будет смерть мне как награда.
  На тихом кладбище моём
  надгробья пышного не надо,
  скромен я всегда во всём.
  
  Третье апреля. 1979 год.
  244
  
  
  * * *
  
  За любовь надо бороться!
  
  Не посмею тебе возражать,
  хотя ещё ведь кто - кого!
  Тебя теперь не удержать,
  и сама не удержишь его!
  
  На измену напороться
  проблемы нету никакой!
  За любовь надо бороться,
  но не до степени такой...
  
  Любовь хочешь превратить
  в некое подобие театру.
  Только можешь-ли любить?
  Может пора уж к психиатру?
  
  Он с другою, на то злишься!
  Тебе она теперь словно сестра.
  Если сама себя боишься,
  пора уж к доктору, пора!...
  
  Тебя просто аж взрывает!
  Это очень серьёзная беда!
  Ревность с тряской не бывает,
  наркотическая ломка, эта да!
  
  Тебя трясёт и ломит кости...
  Мне отходняк такой знаком.
  Заходи ко мне вот в гости,
  с тобою поделюсь косяком.
  
  Пятое апреля. 1979 год.
  245
  
  
  * * *
  
  Коммунизма сатрапы.
  
  Курил я только лишь сигары,
  всегда поддатый был слегка!
  Но тюремные жёсткие нары
  теперь терзают мои бока!
  
  Какие были мои планы!...
  Девки, бордели, рестораны...
  Но русской водочки стаканы,
  они как озорные хулиганы!...
  
  От всех этих крутых планов
  дурела моя шальная голова!
  Средь пошлой жизни ураганов
  я от смерти уцелел едва!
  
  Вся судьба моя порочная,
  по жизни-реченьке кружи́т,
  разными грехами заморочная.
  Пистолет в руке уже дрожит.
  
  Уже мне не поёт соловушка,
  вся моя жизнь как кошмар!
  Совсем седа моя головушка,
  а я ещё совсем даже не стар
  
  Меня не раз сажали в клетку!
  Но только мне не раз везло!
  Теперь мне в русскую рулетку
  сыграть совсем не за подло́!
  
  Коммунизма злые сатрапы
  мне кандалы тяжёлые куют!
  Тюрьмы советские, этапы...
  мне нигде покоя не дают.
  
  Седьмое апреля. 1979 год.
  246
  
  
  * * *
  
  Любовь не может умереть!
  
  Ну, милашка, ты и загнула!...
  В твоих словах правды на треть!
  Любовь, может, просто уснула?
  Любовь никак не может умереть!
  
  Поверю в то вполне, наверно,
  что ты любила совсем не того,
  что тебе, точно, было скверно.
  Вопрос лишь только, от чего?
  
  Эта противнейшая харя,
  твой проклятый идиот,
  думал-ли он, под юбкой шаря,
  что этим он тебя убьёт?
  
  А ты, от нежности растаяв,
  забыв про честь и про дела,
  хотя прилично, но расставив,
  ему поверила, тут же дала́...
  
  Да стань же, наконец, стервой!
  Когда же только всё поймёшь,
  он не последний (хоть он первый),
  себе скоро лучшего найдёшь!
  
  Много будет в жизни всего!
  Не хватит дневника страниц!
  Выкинь скорей из памяти его
  как пустой одноразовый шприц!
  
  Одиннадцатое апреля. 1979 год.
  247
  
  
  * * *
  
  Коммунизм-мразь таращится!
  
  Костюмчик мой с иголочки,
  а под ним надёжная броня!
  Даже ни одной наколочки
  после тюрьмы нету у меня!
  
  Давно за мной, как злая тень,
  тащится мразь подзаборная!
  Вокруг меня звучит весь день
  пьяная русская брань отборная!
  
  Дым сигарет глаза мои щипает,
  но зато он прогоняет комаров.
  Стыд ворам глаза не засыпает,
  кто что украл, тем тот и здоров!
  
  Наша жизнь позорно тащится,
  коммунисты всё воруют все!
  Коммунизма мразь таращится
  во всей неприглядной "красе"!
  
  Появилась "счастья" туча
  среди безоблачного дня!
  Но только с неё навоза куча
  неожиданно упала на меня!
  
  Я заработал за свои дела
  только ватник и ушанку.
  Власть советская дала
  мне судьбу каторжанку!
  
  Зону последнюю вспоминаю...
  Братва, без меня не грусти!
  Водки стакан свой поднимаю
  за людей, сбившихся с пути.
  
  Тринадцатое апреля. 1979 год.
  248
  
  
  * * *
  
  Любовь продажная не свята.
  
  Живу в любви, как пчёлка в мёде!
  О пошлых похождения своих молчу.
  Пенис мой пока всегда на взводе,
  но давно плотью успокоится хочу.
  
  Уже давно хочу остановиться,
  хочу поставить в любви точку.
  Но только стоит мне напиться,
  со мной другая на всю ночку!
  
  Так продолжается очень давно.
  Любовь продажная не свята.
  Тому виной, наверное, вино...
  В том любовь тоже виновата.
  
  Сам себя за свои похоти ругая
  клянусь быть верным каждый раз.
  Но предо мной опять уже другая...
  Любовь опять несёт куда-то нас!
  
  Так вот и живу всё год за годом...
  Гаснет огонь в моей хмельной крови.
  Стану когда-нибудь старым уродом,
  мне тогда, наверное, захочется любви.
  
  Станет стыдно от похождений пошлых,
  может, запла́чу, своё прошлое кляня.
  Тогда, наверно, из женщин моих прошлых
  вспомню первую, прельстившую меня.
  
  Она легко смогла меня прельстить
  показав мне груди голые в окне.
  Тогда всем женщинам я начал мстить
  за любовь, убитую ею во мне.
  
  Семнадцатое апреля. 1979 год.
  249
  
  
  * * *
  
  Коммунисты, - аресты, погони!...
  
  Видел я, скитаясь в ссылках,
  очень большое число дураков!
  Звёзды видел только на бутылках,
  в кабаках мною распитых коньяков!
  
  Я никогда не лазил по карманам,
  у граждан честных я не воровал!
  Очень часто ходил по ресторанам,
  всегда у церквей нищим подавал.
  
  В моей руке синица долго билась,
  моего журавля угробил браконьер!
  Моя мечта хрустальная разбилась
  и осколками поцарапала мне хер!
  
  Коммунисты, - аресты, погони...
  Было всё у меня! Была тюрьма!...
  Твои соски ласкали мне ладони,
  от тебя бывал я просто без ума!
  
  Песни мне цыганские весёлые
  ты ночами пела низким голосом.
  На зоне коммунистам бабы голые
  часто трясли на пиздах волосом!
  
  Стала плоть предметом торга
  среди коммунистов гостей!
  Вечер пóлон был восторга!
  Ночь была полна́ страстей!
  
  Бриллиантов было больше
  на тебе, чем твоих лживых слёз!
  Если б был с тобой подольше,
  я тогда всё бы с собой унёс!
  
  Девятнадцатое апреля. 1979 год.
  250
  
  
  * * *
  
  Хотя тебя я не достоин!
  
  Обо мне дурная слава,
  но к тому я так спокоен...
  Тут мне пишешь, Ярослава,
  хотя тебя я не достоин!
  
  Я один, один из очень многих
  среди поклонников твоих.
  Только ты ведь правил строгих,
  от себя гоняешь всех их...
  
  Как превратно мир устроен,
  в нём ничего не разберёшь!
  Хотя тебя я вовсе не достоин,
  меня единственным зовёшь!
  
  Да, парнишка я очень лихой,
  и меня не вдруг обидишь!
  Сам знаю, что я такой плохой!
  Как только этого не видишь?
  
  Меня любишь, это вижу!
  Люблю только лишь волю!
  Сам тебя ничем не обижу,
  другим никогда не позволю!
  
  Тебе скажу, что не люблю.
  В грехах живу, душу губя!
  Но я в сердце боль терплю,
  когда рядом нету тебя!
  
  Двадцать третье апреля. 1979 год.
  251
  
  
  * * *
  
  Коммунисты Троцкого убили!
  
  Год за годом тихо провожаешь
  Рождества, как мерные столбы.
  Что в душе зарыто сам не знаешь,
  знать не можешь своей судьбы!
  
  Куда меня судьба ни заносила!...
  Сколько раз испытывал я страх!...
  Всё, что со мною было и не бы́ло
  прочтёте в моих рифмах и стихах!
  
  Моя поэзия, словно цветущий дуб,
  в тени которого не раз поэты были.
  Мои стихи как тот тяжёлый ледоруб,
  которым коммунисты Троцкого убили!
  
  Ни золота, ни славы мне не надо.
  Мне для Руси - хоть душу распороть!
  Мой труд - он для меня награда
  за мой Талант, что даровал Господь!
  
  Не оттого-ль порою сердцу больно,
  что дело сведено в словесную пальбу.
  Как много их, безлико и безвольно
  решающих чью-нибудь судьбу!
  
  Как много их, кому-нибудь послушных
  (тем, что повыше где-нибудь сидят),
  Как много их безмозглых и бездушных
  судьбою нашей править норовят!
  
  Двадцать девятое апреля. 1979 год.
  252
  
  
  * * *
  
  Любовь новую своей душой лови!
  
  Милашка, страсти-то какие!
  Господи, да я же аж дрожу!
  Позабыла, есть ведь и другие.
  Этот был с тобой для куражу.
  
  Влюбилась ты в него из-за чего-то.
  Попользовался, бросил... Что с того?
  Но ты нужна была ему для счёта.
  Ты там какая в списке у него?
  
  Накакай на всё то, что уже было!
  Позабудь его и память отпусти!
  Не того твоя душа любила.
  Свой попробуй список завести.
  
  Зря слезами своё сердце мочишь!
  Написай там ему на его плешь!
  Ну, уж если очень крови хочешь,
  тогда уж не себя, а его зарежь!
  
  Только он ведь этого не стоит,
  он ведь просто вонючее говно!
  Ничего, что сердце пока ноет...
  Оно полюбит скоро всё равно!
  
  Боль тоски уж в душу не заглянет.
  Любовь новую своей душой лови!
  Не просто тебе легче станет,
  запорхаешь с ангелом любви!
  
  Первое мая. 1979 год.
  253
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-педерасты!
  
  Моя жизнь не зря пролетела-ли
  среди коммунистов растленных?
  Коммунисты Россию сделали
  страной безвинно убиенных.
  
  Я ведь не перелётная птица.
  Среди коммунизма штыков
  очень манит меня заграница,
  но я с России бежать не готов.
  
   Все коммунисты-педерасты,
  нам говоря, что строят рай,
  они делят русских на касты.
  Наша жизнь!... - хоть помирай!
  
  Серое утро морозное...
  мне опять предвещает беду.
  Небо нахмурилось грозное,
  опять неприятности жду.
  
  Не из-за коммунистов лап-ли
  скребут на душе моей кошки!
  Вчера не выпил я ни капли,
  сегодня я не съел ни крошки.
  
  Среди коммунизма-злого
  душа моя смиренна и тиха́.
  Не делайте ничего плохого,
  берегите свою душу от греха!
  
  "Комсомольская "Правда́"
  вонючая коммунистов пизда.
  Всем подряд она охотно даёт,
  кто теперь только её ни ебёт!
  
  Третье мая. 1979 год.
  254
  
  
  * * *
  
  Когда-то я тебя любил!
  
  Слёзы не лью и не ликую,
  твои строки снова прочитав.
  Тут уже о прошлом не тоскую.
  Тихо живу, от прошлого устав.
  
  С чего расстаться нам пришлось
  совершенно непонятно никому.
  Что-то у нас как-то не сошлось.
  Только что, и сам не пойму...
  
  Как живёшь теперь не знаю,
  даже и знать об этом не хочу!
  Хотя тебя часто вспоминаю,
  когда свою душу водкой лечу.
  
  Ты меня, наверно, позабыла.
  (Ведь раньше я почти не пил!)
  А когда-то ты меня любила.
  И когда-то я тебя любил...
  
  Разлетелись мы с тобой, как птички,
  под той весны звенящею капель!
  И теперь без чувства, по привычке,
  с кем попало делим свою постель!
  
  Не нашёл пока что я такую,
  какою была ты, но всё ищу!
  Уже о прошлом не тоскую,
  теперь о будущем грущу!
  
  Пятое мая. 1979 год.
  255
  
  
  * * *
  
  Коммунистов-злодеев обман!
  
  Коммунисты житья не дают!
  Россия в кровавом помёте...
  Кричит кто-то: "Русских бьют!
  Из-за коммунистов умрёте!"
  
  В России кровавый туман
  страхом в души залезает.
  Коммунистов-злодеев обман
  чистые русские души терзает!
  
  Кругом одни экстремальности!
  Крутым диссидентом слыву.
  На грани мечты и реальности
  среди палачей коммунистов живу.
  
  Голова моя то-ли в дурмане,
  то-ли моё сознание в бреду...
  В кровью налитом грязном тумане
  в ад вместе с коммунистами иду.
  
  Вой и рёв стоит со всех сторон...
  как с ведьмы страшных похорон!
  Совершают ужасный марш "победы"
  в России коммунисты-людоеды.
  
  Среди коммунизма-ненастья,
  с рабской судьбою не споря,
  русские пьют от несчастья,
  от коммунистического горя!
  
  Падают снежные хлопья
  на Ленина страшный портрет.
  Нет, не коммунизма холоп я,
  я России свободный Поэт!
  
  Седьмое мая. 1979 год.
  256
  
  
  * * *
  
  Только лишь одну её люблю!
  
  Цыганка, осень, ночка тёмная,
  одинокий стог в ночной степи!...
  Страсть во мне такая неуёмная,
  словно сорвался пёс с цепи!
  
  Мы друг друга так любили!...
  В страсти сгорели мы дотла!
  Цыганка та, это не ты-ли?
  (Та тоже страстною была).
  
  Была мягкой, как перина!
  Нам с нею было не до сна!
  Я у ней первый был мужчина!
  Не первой у меня была она!
  
  Ночью мы друг друга изучали,
  всё делал с ней, что только мог!
  В стогу рассветы мы встречали,
  закаты наши тогда ласкал стог!
  
  Только её табор ночью тёмной
  уехал вдруг, и с ним ушла она...
  В тоске жестокой, неуёмной,
  с тех пор моя душа погребена...
  
  Мне с тех пор нигде покоя нету!
  "Верни мне её!" - Господа молю!
  С тех пор ищу её по всему свету!
  Только лишь одну её люблю!
  
  Без неё моя жизнь, - горя чаша!
  Дни без неё мои совсем пусты!
  Ту мою цыганку звали Маша.
  Признайся, может, это была ты?
  
  Одиннадцатое мая. 1979 год.
  257
  
  
  * * *
  
  Рога Ленина-дьявола торчат!
  
  Среди стона кровавой державы
  коммунисты русским цепи куют.
  Какая разница, пра́вы иль не пра́вы,
  вас коммунисты всё равно убьют...
  
  России небеса кровавые мглисты,
  кровь алеет на грязном снегу...
  "Сдавайся!" - кричат коммунисты.
  Я, дворянин, им сдаться не могу!
  
  Мне не всегда в борьбе успех,
  но коммунистам не покорюсь!
  Сражаюсь не за этих, не за тех...
  За Россию с коммунизмом борюсь!
  
  Всё в России теперь так ужасно!...
  всюду рога Ленина-дьявола торчат.
  "Всё у нас отлично и прекрасно!"
  коммунисты-палачи нам кричат.
  
  Я не однажды коммуниста долбанул
  так, что от страха обосрался он!
  Потом я тихо с удовольствием уснул,
  чтоб видеть о Свободе вещий сон.
  
  Ко мне заходит с обыском без стука
  этот самый коммунист-педераст-сука!
  Всё, что может, перерывает подряд
  коммунист-проклятый-сволочь-гад!
  
  В России Бахус, Вакх и Диони́с...
  все теперь на праздник собрали́сь!
  Заставляют веселиться весь народ
  потому, что коммунизм нас ебёт!
  
  Тринадцатое мая. 1979 год.
  258
  
  
  * * *
  
  Коммунисты, это духовные калеки.
  
  Беспризорное детство голо́дно,
  ничем не радует русских детей оно.
  Настоящее коммунизма бесплодно,
  будущее коммунизма вовсе темно!
  
  Коммунизм, как по горлу бритва,
  всю Россию терзает ночи и дни!
  У меня всего только одна молитва:
  скорей бы все передохли они!
  
  Коммунисты, это духовные калеки
  детей бездушных дьяволу плодят.
  "Коммунисты в Руси не на веки!..." -
  мятежные мысли постоянно твердят!
  
  С юности всё ищу дороги ровной
  через русской кровью залитую грязь.
  С коммунизма жизнью никчёмной
  с большим трудом удерживаю связь!
  
  Теперь в России смердящая скука,
  у коммунистов смерти весёлый парад.
  Коммунизма власть, проклятая сука!
  Я, русский, коммунистам не рад!...
  
  С каждым годом звёзды всё ниже.
  С коммунизмом насмерть бьюсь!
  С каждым годом смерть всё ближе,
  только теперь её не очень-то боюсь.
  
  Не поддамся коммунизму-блуду!
  В душе звучит борьбы мотив!...
  Жить в борьбе хочу, бороться буду,
  пока коммунизм проклятый жив!
  
  Семнадцатое мая. 1979 год.
  259
  
  
  * * *
  
  Коммунисты сами фашизм породили.
  
  Прошёл очередной парад победы...
  Но победитель стал для всех врагом!
  В Европе настали коммунизма беды!
  Пол-Европы под красным сапогом!
  
  Наша победа!... Это правда или нет?
  От коммунистов правды не дождёшь!
  Нам с победою сошёлся клином свет!
  Вся правда о победе, это просто ложь!
  
  Фашистов русской кровью победили.
  После победы зажали всех в тиски!
  Коммунисты сами фашизм породили.
  Душа с негодованья рвётся на куски!
  
  Никак не мог я в ту войну сражаться.
  Проклиная коммунистов и их страну
  фашистам я постарался бы слаться,
  но я только лишь родился в ту войну.
  
  Надо было убивать коммунистов
  с Власовым! Он бы Россию спас!
  Мы потом победили бы фашистов
  если бы сначала победили они нас!
  
  Только они нас, увы, не победили...
  С того теперь мы слёзы горько льём.
  Коммунисты-палачи русских били,
  за то теперь все беспробудно пьём!
  
  Девятнадцатое мая. 1979 год.
  260
  
  
  * * *
  
  Сердце любить и верить не устанет!
  
  Сказала ты, что всё пройдёт...
  Как же ты в этом не права́!
  Будет всё совсем наоборот!
  (Вспомнишь скоро мои слова!).
  
  Ещё не один минует год,
  пока тоскою душу гложет.
  Может что-то и пройдёт,
  любовь пройти не может!
  
  Как хорошо, что его нету!...
  (Хоть бы подох этот подлец!).
  Может другого встретишь к лету
  и с ним пойдёшь там под венец!
  
  А твой бывший кобелище,
  (Чтоб он загнулся, паразит!).
  Триппер он себе отыщет,
  им свою суку наградит!
  
  Тебе страшное приснилось,
  но ведь пропала ночи тьма!
  Ты спросила: "Где же милость?"
  Да эта милость, это ты сама!
  
  Будь жизни радость иль беда,
  даже если тебя чёрт поманит,
  только твоё сердце никогда
  любить и верить не устанет!
  
  Двадцать третье мая. 1979 год.
  261
  
  
  * * *
  
  Коммунисты ненавидят Христа.
  
  Коммунисты зовут отдохнуть в Сочи.
  Себе путёвку, может быть, куплю.
  Коммунисты злые, даже очень!...
  С детства коммунистов не люблю!
  
  Перед коммунистами не трушу,
  ненавижу коммунистов-блядей!
  Свобода наполняет мою душу,
  мои стихами льётся на людей!
  
  Кругом непонятные стуки,
  коммунисты-педерасты снуют.
  Коммунисты-проклятые-суки
  русским людям житья не дают!
  
  Это очень даже неспроста,
  что у коммунистов чёрта уши!
  Совесть коммунистов нечиста́,
  грешны их мрачные души!
  
  Коммунисты-проклятые-гады
  все боятся Православного креста,
  очень боятся церковной лампады!
  Коммунисты ненавидят Христа.
  
  От коммунистов скрывается
  мой мятежный Талант, его берегу.
  Моё сердце кровью обливается,
  но с коммунистами бороться могу!
  
  Я с детства антикоммунист!
  Я своею душой и плотью чист.
  Если всех вас коммунисты ебут,
  то я же совсем не причём тут...
  
  Двадцать девятое мая. 1979 год.
  262
  
  
  * * *
  
  Бог для нас любовь хранит!
  
  Его твоей души печаль
  встревожить не смогла.
  Мне теперь немного жаль,
  что ты под ним была...
  
  Скоро размоет время ложь.
  В душу твою вернётся сила!
  И ты тогда сама поймёшь,
  что его ты вовсе не любила!
  
  Он только тебе лгать и мог.
  И твоё сердце тебе лгало.
  Он просто пошлый кобелёк,
  их везде скитается немало!
  
  До женских лишь трусов
  была его мечта-дорога!
  Таких блудливых псов
  повстречаешь ещё много!
  
  Так стоит-ли тебе страдать,
  на него свои планы строить?
  Лучше тебе другому дать,
  тем своё сердце успокоить.
  
  Любовь никогда не пройдёт!
  Она звездой в глазах горит!
  Любовь всегда в душе живёт!
  Бог для нас любовь хранит!
  
  Тридцать первое мая. 1979 год.
  263
  
  
  * * *
  
  Злобу на коммунистов тая!
  
  Зачем гранит науки гложешь?
  Наверно, защищаешь свою честь?
  Ужель чего-то сделать можешь?
  Ужель и впрямь ты кто-то есть?
  
  Так скажи тогда на милость,
  как вдруг сбылись твои мечты?
  Как такое вдруг случилось,
  что ты поэт, что пишешь ты?
  
  В минуты, когда вдохновения нет,
  когда на тебя злобная толпа лает,
  о чём твои думы, усталый поэт?
  Чего твоё страстное сердце желает?
  
  Жизнью живя мятежной, грешной,
  поэтов очень многих превзойдёшь!
  А, может быть, в ночи кромешной
  просто так бесследно пропадёшь...
  
  Пусть тебя люди позабудут,
  пусть тебя завтра проклянут,
  сегодня тебя слушать будут!
  Все услышат стихи твои тут!
  
  Поэт, тебе признания нет,
  к тебе нет даже уважения.
  Коммунизм бросает тебе вслед
  камни злословья и презрения.
  
  Злобу на коммунистов тая
  терзаешь душу рифмой разной!
  Коммунистам правда чистая твоя
  пока что стала ложью грязной!
  
  Первое июня. 1979 год.
  264
  
  
  * * *
  
  Скажи, ты ангел или бес?
  
  Хотя не мне ты письма пишешь,
  я прочитал! Если не врёшь,
  сегодня же меня услышишь,
  сегодня же меня прочтёшь.
  
  В себе сомненья уничтожь!
  (Знала бы ты, как волнуюсь!)
  Твой портрет!... Он так хорош!
  На него весь день любуюсь!
  
  Такие пухленькие щёчки!...
  На них позарится любой!
  Хочу с тобою быть все ночки!
  Все дни желаю быть с тобой!
  
  А твои глазки!... Что за чудо!
  В них отблеск голубых небес!
  Мне без тебя теперь так худо!
  Скажи, ты ангел или бес?...
  
  Душу мою сомненье гложет!
  Меня за откровение прости,
  такой прекрасною быть может
  лишь только дьявол воплоти́!
  
  Таких, как я, ты не встречала.
  Я одинок в жизни блуждаю.
  Мне своё бы имя написала,
  чтобы знал о ком страдаю!
  
  Ты ангел, дьявол... - всё равно
  мою любовь тем не остудишь!
  Искал такую я очень давно!
  Только моею теперь будешь!
  
  Третье июня. 1979 год.
  265
  
  
  * * *
  
  Я коммунизма кандалами закован!
  
  Написать дайте хоть строчку,
  от счастья пущусь плясать!
  Посадите меня в одиночку,
  и там стихи буду писать!
  
  Как будто бес меня толкает
  о коммунизме-кровавом писать!
  Душа моя никак не привыкает,
  уже пора бы это мне бросать!
  
  Я написал уж так немало!...
  Можно было бы отдохнуть,
  но только Муза мне сказала:
  "Давай, пиши чего-нибудь!"
  
  Чего-нибудь писать не надо.
  Мне чего-нибудь не подойдёт.
  Мне моя Муза, как отрада,
  мне сидеть без дела не даёт!
  
  Слепой, но вижу очень далеко,
  мне очень нравится мечтать!
  Против коммунизма писать легко,
  мне трудно только лишь читать.
  
  Мне Муза голубем воркует!
  Её слова писать скорей спешу!
  Что мне моя Муза продиктует,
  лишь только то быстро пишу!
  
  Навек я Музой своею околдован!
  Навек я с Лирой страстной обручён!
  Я коммунизма кандалами закован,
  но писать против них я обречён!
  
  Пятое июня. 1979 год.
  266
  
  
  * * *
  
  Я тот, кто тебя полюбил!
  
  Просишь меня: "Соври!"
  Ещё не слыхал я такого!...
  Получше меня рассмотри,
  ты меня приняла за другого.
  
  Долго был от тебя я вдали!
  Но к тебе пришёл я зачем-то!
  Посмотри на меня, Натали,
  ты меня перепутала с кем-то.
  
  Много красавиц я видел,
  но всем им я только грубил.
  Я не тот, кто тебя так обидел.
  Я же тот, кто тебя полюбил...
  
  В душе прошлое трудно стирать,
  все о нём очень часто грустим.
  Но меня не заставишь соврать!
  Хочу быть лишь только твоим!
  
  Любовь ведь одно из искусств!
  Ты меня приняла за другого.
  Любовь как алхимия чувств!
  Стань моею! Что в этом плохого?
  
  Не любишь меня, допускаю.
  Но сомненья в душе уничтожь!
  Ведь так всю тебя заласкаю,
  что к другому уже не пойдёшь!
  
  Седьмое июня. 1979 год.
  267
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских бьют.
  
  Мне ещё рано ставить точку,
  никуда теперь уж не спешу.
  Кто-то в день пишет строчку,
  каждый день страницу пишу.
  
  Для меня Муза, это свято!
  С нею я везде, всегда!...
  Мечта зовёт меня куда-то,
  я без своей Музы никуда!
  
  Похвала на кой мне ляд?
  Надо мне совсем иного!
  Руки мои вовсе не болят,
  хотя пишу очень много!
  
  Мне бы от радости плясать,
  но Таланта своего стесняюсь.
  "Как можно много так писать?",
  сам порою очень удивляюсь!
  
  Моё время вождь мгновений.
  Мне сердцем в пламя бы твоё!
  От моих дерзких вдохновений
  всё стихотворное писание моё!
  
  В моих стихах такая сила,
  хоть я поэт-простолюдин!
  Куда б меня ни заносила
  моя судьба, я всегда один.
  
  Коммунисты бьют, но упрямо
  свои стихи пишу жарче огня!
  Но вам-то уж, скажите прямо,
  есть какое дело до меня?
  
  Одиннадцатое июня. 1979 год.
  268
  
  
  * * *
  
  С тобою останется только любовь!
  
  Ну зачем уж так-то, Люба?
  Прекрасна ты, очень мила!...
  Ты, наверно упала с дуба,
  если сволочью себя назвала.
  
  Воля пьянить душу не будет,
  она душе протрезветь даёт,
  она только сердце студит,
  резким холодом душу бьёт.
  
  Тебе его вспоминается рожа,
  спокойны рассудок и кровь.
  "Любовь ни на что не похожа".
  Только разве же это любовь?
  
  Тебе никто он, никакой!...
  Поверь мне, что утро настанет.
  Утро, умытое серой тоской,
  однажды весёлым вдруг станет!
  
  Ты даже вовсе не думай о том,
  что встретишь любовь едва-ли.
  Оставляя его холодный дом,
  хлопни, чтоб стены дрожали!
  
  Что задумаешь, - только то сбудется!
  Страстно полюбишь не раз ещё вновь!
  Всё пройдёт, пролетит, позабудется,
  с тобою останется только любовь!
  
  Тринадцатое июня. 1979 год.
  269
  
  
  * * *
  
  Ленин грязный сифилитик-педераст!
  
  Вы не коммунисты, полагаю,
  (иначе даже и не может быть).
  Никогда никого не напрягаю
  меня слушать и меня любить.
  
  Вы вчитайтесь в мои строки эти,
  Парнасом вскормленное стадо.
  Коммунисты, это дьявола дети,
  всех их истреблять давно надо!
  
  Я русский поэт, какой-никакой.
  Я с коммунистами не дружен!
  Для души своей ищу лишь покой,
  хотя знаю, что он мне не нужен.
  
  Вы русского поэта повстречали.
  Хоть моя рифма вполне хороша,
  только тёмным пламенем печали
  озарена моя мятежная душа.
  
  Коммунистов злодейства известны!
  Вам о них писал я уже много раз.
  Коммунисты мне совсем не интересны!
  Ленин грязный сифилитик-педераст!
  
  Перед вами стою словно без сознания,
  мой рассудок тёмен от мятежного огня.
  Если совсем не стою вашего внимания,
  то больше никогда не слушайте меня.
  
  Кем смело Свободы песни спеты,
  в ком совесть и сознание не спит,
  вас вспомнят все павшие поэты!
  Россия вас на борьбу благословит!
  
  Семнадцатое июня. 1979 год.
  270
  
  
  * * *
  
  Очень здорово любишь!
  
  Что за чудо твои строки,
  очень радостно моей душе!
  Теперь совсем уже недалёки
  наши встречи в шалаше!
  
  Очень здорово любишь!
  Так, как ты, любить не могу.
  Если душу мне разбудишь,
  буду вечно у тебя в долгу!
  
  Здорово меня там ждёшь,
  сердце моё аж замирает!
  О любви в письме поёшь,
  как о чудном светлом рае!
  
  Здесь по тебе всё тоскую.
  в полуночный скучный час.
  Мне бы девчонку вот такую
  повстречать хотя бы раз!
  
  Так её сердцем я любил бы!
  Так бы её я душою жалел!...
  Я ей верным другом был бы!
  Только я в любви не смел.
  
  Ты счастье своё получила!
  А мне теперь как же быть?
  Ты бы взяла меня научила
  сочувствовать, любить!
  
  Девятнадцатое июня. 1979 год.
  271
  
  
  * * *
  
  О коммунизме-кровавом...
  
  Во дворе опять грязь и слякоть.
  Очень давно нету погожего дня.
  Не могу ни смеяться, ни плакать,
  коммунисты не научили меня.
  
  Перечитал я Шиллера давно.
  Знаю, что было у шулера в уме.
  Шиллер и шулер, мне всё равно:
  они оба эти плуты ещё те!...
  
  Авторучку беру как мотыгу!
  Как батрак на работу спешу!
  О коммунизме-кровавом книгу,
  кровавой слезой обливаясь пишу.
  
  Страницы "желтого" журнала
  я без особого усердия прочёл.
  Ничего меня не задержало,
  пустое, как жужжанье пчёл.
  
  Очень часто писателя ругает
  кто сам писать ничего не умеет.
  В стихах мне Муза помогает!
  Лира мне душу холодную греет!
  
  Всю свою жизнь смотрю в оба,
  все свои мысли, слова и дела тая!
  Я связан с тобою до самого гроба,
  Богом данная, Муза жестокая моя!
  
  Очень хорошие или вовсе худые,
  но не могу прожить без вас ни дня,
  мои стихи, вы будете вечно молодые!
  Коммунисты-палачи состарили меня.
  
  Двадцать третье июня. 1979 год.
  272
  
  
  * * *
  
  Только тебя люблю!
  
  Есть любовь с сотворения мира!
  Жизнь без любви, это как тьма!
  Безжалостно терзает меня Лира!
  А ты, видно, совсем сошла с ума!
  
  Несёшь здесь какой-то мне бред,
  для меня которого нету ужасней!
  Говоришь, будто "завтра" и нет...
  "Завтра" "сегодня" прекрасней!
  
  "Обмани меня, это не сложно!"
  Тут на такое тебе не смолчу!
  Так это бессовестно ложно,
  что тебя слушать не хочу!
  
  Ты мне дороже золотой рыбки!
  Только нашей не веришь судьбе.
  Мне достаточно твоей улыбки.
  Все улыбки мои только тебе!
  
  "Моё сердце разбей осторожно!"
  Наяву слышу это, или сплю?...
  Мне такое никак не возможно!
  Только тебя всей душою люблю!
  
  "Я ждала тебя, я тебе рада!..."
  Мне это дороже всяких наград!
  Мне это звучит как награда!
  Такое услышать я очень рад!
  
  Каждый твой взгляд ловлю!
  Рассудок мне мутишь дурманом!
  Скажу тебе, что тебя не люблю,
  но будет это дерзким обманом!
  
  Двадцать девятое июня. 1979 год.
  273
  
  
  * * *
  
  В коммунизма попав тюрьму!
  
  Гуляй вся рвань, уж от рубля!...
  Не привыкать ходить нам босыми!
  Один неверный поворот руля
  и летит всё вверх колёсами!...
  
  Не слышно птиц звонкое пение,
  отдохнуть им природа дала.
  В эти тёмные ночи осенние
   вспоминаю свои былые дела...
  
  Раз повздорил я с законом,
  предал меня лучший друг...
  Мечты с хрустальным звоном
  все разом разлетелись вдруг...
  
  Тогда мне было ещё двадцать,
  я был в компании очень дурной.
  За мною шло статей двенадцать,
  только осудили меня по одной!
  
  Стал я сединою опалённым,
  в коммунизма попав тюрьму.
  У тюрьмы светофор огнём зелёным
  пронзал тюремной ночи тьму.
  
  Бытие очень ужасно наше...
  Русских сковывает жуткий страх!
  Побывал не раз я на параше
  в ленинградских "Крестах".
  
  Тепловозы гудели густыми басами,
  нас везли на страшный край страны.
  Пели нам рельсы жуткими голосами
  то соловья, то вороны, то сатаны!
  
  Первое июля. 1979 год.
  274
  
  
  * * *
  
  Всей душой я тебя полюбил!
  
  Как прекрасны твои обещания!
  От них в сердце розовый свет!
  Слова твои, словно прощания...
  Верить-ли мне в них, или нет?...
  
  Моя душа уж от всего устала.
  Уже не жду от жизни чудес.
  Но ты мне такое написала!...
  Я душой и чувствами воскрес!
  
  Мою жизнь смыслом наполнишь.
  Может быть судьба и сведёт нас.
  Буду ждать, когда же исполнишь
  всё, что написала мне сейчас!
  
  Мне словами душу мою мутишь,
  не сдержать мне горьких слёз!
  Буду ждать. И, если не шутишь,
  то буду верным тебе, как пёс!
  
  Тебя ждать хватает мне терпения!
  Всей душой я тебя полюбил!
  В моей жизни только ты, Евгения,
  кто меня не предал, не забыл!
  
  Сколько надо, столько потерплю.
  Кончатся в душе моей ненастья.
  Но когда скажешь мне: "Люблю..."
  дай мне, Бог, не умереть от счастья!
  
  Третье июля. 1979 год.
  275
  
  
  * * *
  
  Коммунистов я много убил!
  
  На московской красной Пресне
  коммунисты орали похабные песни,
  на Россию, православную страну,
  коммунисты призывали сатану!
  
  Русской кровью весь Петроград
  коммунисты-палачи тогда залили!
  Стал тогда он грязный "Ленинград".
  Коммунисты в нём смертью завыли!
  
  Мой дед с коммунистами сражался!
  Он страшной лжи им не простил!
  Коммунисты его пытали, он не сдался,
  у коммунистов пощады не попросил!
  
  В своей борьбе не бесполезной
  гибнем за России свободу мы!
  Я не избежал судьбы железной:
  гонений, арестов, тюрьмы!...
  
  Когда я от сыщиков скрывался,
  русская земля горела подо мной!
  Но я душой к Свободе рвался,
  нету у меня цели никакой иной!
  
  Я стал на вид вполне лояльным,
  но это только лишь на вид!
  Я стал мятежником опальным!
  Господь меня за всё простит.
  
  Я свою жизнь по деду мерил!
  Я Той России верным был!
  Всегда я лишь в Россию верил!
  Коммунистов я много убил!
  
  Пятое июля. 1979 год.
  276
  
  
  * * *
  
  Так ты мне душу распалила!...
  
  Ты, конечно, поэтесса!
  Тоже хочу поэтом стать.
  Но не пойму, какого беса
  бред мой хочешь почитать?
  
  Что меня читаешь, ладно...
  Ерунду пишу, что с того?
  Моей душе с того досадно,
  что пишешь мне-то отчего!
  
  Не верю аж глазам своим!
  Всё понимаешь-ли сама?...
  Ангелом хочешь стать моим?
  Милашка, ты сошла с ума!
  
  О такой, как ты, Жар-птице
  могу только лишь мечтать!
  Читаешь мои страницы...
  Поплакать или полистать?...
  
  В своё время жизни бури
  в меня вселились, словно тьма!
  И во мне столько много дури,
  столько заразы и дерьма!...
  
  Никому вовсе ничто не значу.
  Моя душа давно уже остыла.
  Но на твои письма плачу,
  так ты мне душу распалила!
  
  Седьмое июля. 1979 год.
  277
  
  
  * * *
  
  Коммунистов мёртвые души...
  
  Кричу русским в глухие уши!
  Что ещё я им сделать смог?
  Коммунистов мёртвые души
  я жгучим холодом обжёг!
  
  Переполнена моя чаша терпения!
  Стихами переполнена моя душа!
  Спасают меня мои стихотворения,
  хотя они не стоят даже и гроша!
  
  Стать известным не стремлюсь,
  стихи текут как-то сами собой.
  Если хочешь, охотно поделюсь
  своими стихами даже с тобой.
  
  Стихи мне дороги и милы,
  они ко мне являются во сне.
  Но вдохновения светлой силы
  на всю жизнь не хватит мне.
  
  Таланту я и вдохновениям
  обязан, что пишу всё ещё.
  Поражениям и падениям
  давно потерян мною счёт!
  
  На протяжении многих сотен лет,
  от всяких мятежей уже уставших,
  среди мятежников не первый-ли поэт?
  Не первый-ли поэт среди восставших?
  
  В каком бы ни бывал я месте,
  слышен мой мятежный слог!
  Свою жизнь беречь ценою чети,
  как Православный, я не смог!
  
  Одиннадцатое июля. 1979 год.
  278
  
  
  * * *
  
  Милашка, на меня не злись!
  
  Хочешь позабыть о прошлом?
  Всё понимаю, я же не дурак!
  Ты о хорошем иль о пошлом?
  В твоём прошлом плохо так?
  
  Захотела ты стать стервой?
  С того моё сердце сжалось аж!
  Могу сказать, тебе не первой
  на ум приходит эта блажь!
  
  Меня, пожалуйста, прости,
  но совсем оставь затею эту!
  Меня с ума хочешь свести?
  Да у меня ума и вовсе нету.
  
  Я написал, в голове моей шум.
  Сердце моё стало не в покое.
  Если бы я имел какой-то ум,
  то не стал бы я писать такое.
  
  Захотела мною управлять?
  Но упрусь, как баран лбом!...
  Да меня легче расстрелять,
  чем сделать чьим-нибудь рабом!
  
  Милашка, на меня не злись,
  ты дури нахваталась где-то!
  Хочешь, - стервой становись!
  Но только надо-ль тебе это?...
  
  Тринадцатое июля. 1979 год.
  279
  
  
  * * *
  
  От коммунистов невзгоды терплю!
  
  На душе моей скребутся кошки,
  когти очень о́стры, ну и пусть.
  Тюрьмы в решёточках окошки
  гонят в мою душу злую грусть.
  
  От коммунистов невзгоды терплю.
  По тюрьмам коммунизма скитаюсь.
  На коммунистов злобу давно коплю!
  Везде им врежу. Боюсь, но не каюсь!
  
  Сердце мне ненависть жжёт!
  Меня моя волюшка вольная,
  мятежная жизнь раздольная
  уже давно за решёткой ждёт!
  
  Живу в тюрьме, и ничего...
  Где-то сыплет манна небесная,
  а здесь камера тёмная тесная
  только лишь для меня одного.
  
  В тюрьме страдают и учёные.
  Кто кого, тут ещё поглядим!
  Все мы здесь, заключённые,
  только гнилую "могилу" едим.
  
  Пусть тюрьмы решётка у окна,
  за решёткой над Невой непогода...
  Но душа моя радостью полна,
  за решёткой ждёт меня свобода!
  
  Семнадцатое июля. 1979 год.
  280
  
  
  * * *
  
  СОДЕРЖАНИЕ.
  
   1. Титульная страница.
   2. От издательства.
   3. От автора.
   4. Звон коммунистических оков!
   5. Любовь, это беда!
   6. От фашизма Германия первой пострадала!
   7. Умереть за тебя я готов!
   8. В коммунистах вижу Миру врагов!
   9. Её стих любовью дышит!
  10. С коммунизмом-палачом врагом!
  11. Люблю тебя и тебя боюсь!...
  12. Коммунисты русских убивают!
  13. Что люблю, скажу ей в лоб!
  14. От коммунизма России беда!
  15. Ограбление любви.
  16. Русских убивают коммунисты-палачи!
  17. За что люблю, и сам не знаю!
  18. Такой удел нам коммунизмом дан!
  19. Твой голос нежный и божественный!
  20. Я коммунизму камень преткновения!
  21. Нежно исцелую твои груди!
  22. Коммунизма кровавый топор!
  23. От Марьи не нужен мне минет!
  24. Был схвачен коммунистами-ментами,
  25. Любовь это омут пустой!
  26. Не жду от коммунистов признания!
  27. Между любовью и изменой!
  28. Чем коммунистам хуже!...
  29. Почему бы нам не согрешить?...
  30. Коммунизма гонения терплю!
  31. Любить буду лишь тебя!
  32. Коммунисты не щадят никого!
  33. В глазах её сияет дикий бес!
  34. От коммунизма мрачного бытия.
  35. Откуда только ты взялась?
  
  281
  
  
  * * *
  
  36. Мои антикоммунистические дела.
  37. На твой портрет смотрю, любя.
  38. Петербург, коммунизмом распятый!
  39. Счастье моё в твоих трусах!
  40. При коммунистах не хочется жить!
  41. Ты мне радость и любовь!
  42. Коммунистов-бесов песнопения...
  43. С меня ревность тигром рвётся!
  44. Коммунизм наши души жрёт!
  45. Отдайся мне хотя бы раз!
  46. Коммунисты русским гадят годы!
  47. Стань для него разврата жрицей!
  48. Коммунистов никогда не простим!
  49. С чего я вдруг в тебя влюбился?
  50. Россией правит коммунист-паразит!
  51. Отдайся мне, любимая зараза!
  52. Среди коммунистов-врагов кровных!
  53. Отзовись, милый друг!
  54. От коммунистов-зверей страдает!
  55. Знает она секса секрет!
  56. Душа моя, коммунизмом избитая.
  57. Бессилен разум пред любовью!
  58. Коммунизм для России беда!
  59. Любови что может быть дороже?
  60. Я антикоммунистический зверь!
  61. Ты способна убить всё и всех!
  62. Коммунистам буду мешать!
  63. Любить вас буду до могилы!
  64. Караулят коммунисты-мусора́!
  65. Всю исцеловать до полусмерти!
  66. Коммунисты жить мешают!
  67. Поэтому-то вас люблю!
  68. Коммунисты хуже зверей!
  69. Поэтессы, всех вас люблю!
  70. За коммунизма тюремной решёткой.
  71. Ты грешна, я тоже грешен!
  72. Коммунисты мне зажали рот!
  
  282
  
  
  * * *
  
   73. Иль под венец, или в кровать?
   74. На пороге коммунист-поганый!
   75. Не помяну тебя лихом.
   76. Коммунизма беспредел!
   77. Не лягу в постель с любою.
   78. На зло коммунистам-палачам!
   79. Любить не можешь, и не надо!
   80. Коммунистов я видел в гробу!
   81. Тебя до безумия хочу!
   82. От коммунизма России беда!
   83. Спермой залитая кровать...
   84. В коммунистических кандалах!
   85. Страдать, сочувствовать, любить!
   86. В русской крови коммунизма топор!
   87. У ног твоих будет поэт!
   88. На коммунизма гнойном болоте.
   89. У неё и цвет, и сила...
   90. Коммунисты терзают мне душу!
   91. Чего меня к себе не позвала́?
   92. За стихи от коммунизма страдаю!
   93. Пойму, что жизнь это как сон.
   94. Я при коммунистах получил!...
   95. Душу люблю и плоть твою!
   96. Коммунисты нас травят с лет детских!
   97. Я так влюблён в тебя, Татьянка!...
   98. Коммунизма больница, как тюрьма.
   99. Ненавижу, люблю и прощаю...
  100. Смрад коммунизма!
  101. Нелюбимую обнимая...
  102. Травить коммунистов детей
  103. Где она, любовь-то эта?
  104. Коммунисты гонят в душу страх.
  105. Неуёмною жаждой любви!
  106. Хорошо и свободно Германия живёт!
  107. Влюблённому вранья не видно.
  108. Мы с коммунистами сразились!
  109. О коммунизме-дерьме говорит!
  
  283
  
  
  * * *
  
  110. Из-за коммунистов не везёт!
  111. Моя милашка любит строго!
  112. Коммунист-кровавый собакою лает!
  113. Если вдруг станешь моей наяву.
  114. От коммунистами загубленной страны.
  115. Любовью жгучей, как у мавра!
  116. Среди коммунизма злобных голосов.
  117. Быть может, я и полюбил бы.
  118. Коммунисты-псы в красных погонах.
  119. Пока в тебя не кончил он!
  120. Коммунист-сатана!
  121. Пряди рыжих волнистых волос!
  122. Коммунистам долго не пробыть!
  123. С таким тебя пью наслажденьем!
  124. Всех коммунистов презираю!
  125. Так его полюбишь!
  126. От коммунистов ничего хорошего!
  127. Отдайся мне!
  128. Я от коммунистов много пережил.
  129. Пожелай лишь стать моей!
  130. Все коммунисты больные бляди.
  131. Плотью чувствую, что тебя хочу!
  132. Коммунист, отстань от меня!
  133. Коммунист-чёрт!
  134. Германию в русской крови утопили...
  135. Где же та, чтобы я полюбил бы?
  136. Коммунисты давят нас...
  137. Мне просто хочется с ней спать!
  138. Убили коммунисты деда, мать, отца...
  139. Словно встретиться с любовью!
  140. Россия в коммунизма говне!
  141. Вся бы любовью истекла!
  142. Среди коммунизма-террора.
  143. Ты для меня жизни дороже!
  144. Коммунисты-людоеды не победят!
  145. Любовь, конечно, не пустяк!
  146. Среди коммунистов-падали!
  
  284
  
  
  * * *
  
  147. Тебя любить не научу.
  148. Коммунисты нас держат как скот!
  149. Его любить будешь до гроба!
  150. Коммунисты-звери рожают зверей!
  151. Я сексуально голодный пёс.
  152. Коммунисты-паразиты-педефилы.
  153. Тебя ласкаю нежным взглядом!
  154. Воровство от коммунистов и разврат!
  155. Никуда тебя не отпущу!
  156. В память от коммунистов погибших.
  157. Потом вдруг черти появились...
  158. Разорвём коммунистов-ментов!
  159. Для тебя счастьем буду!
  160. Душа моя на коммунизма костре!
  161. В любви безумной муках страсти!
  162. Коммунизм, это дорога к смерти!
  163. Любви хочешь, так люби!
  164. Коммунизма ужасная ложь!
  165. От любви теперь сходим с ума!
  166. Рожи коммунистов противны!
  167. Союз без секса. он так скучен!
  168. Не найду в коммунизме счастья!
  169. Грех любви, он так прекрасен!...
  170. Коммунист-палач собакой лает!
  171. Расцеловал бы тебя в попку!
  172. Коммунистам-палачам не доверяю!
  173. В безумной страсти нашей ночи!
  174. Дружить с коммунистом нельзя!
  175. Тебя в любви стихами славлю!
  176. Коммунизма виселиц столбы!
  177. Любить хорошо умею зато!
  178. Коммунисты из них делают рабов!
  179. Презираю, ненавижу, люблю!...
  180. Бомбу в коммуниста кинуть!...
  181. Я в любви такой работник!
  182. Коммунисты в ярости тупой!
  183. Любви все возрасты покорны!
  
  285
  
  
  * * *
  
  184. Я в когтях у коммунистов не раз был.
  185. Той, которую люблю!
  186. Живу, всех коммунистов браня!
  187. Кто любит, или кто любим!
  188. На коммунистов ужас навожу!
  189. Любовь первую можно ли забыть?
  190. Из-за коммунистов счастья нет!
  191. Любовью к тебе горю!
  192. Не прожить коммунистам без лжи!
  193. Тебе отдамся сам, Любаша!
  194. Ложь коммунисты говорят.
  195. Такие ценности любви!
  196. Коммунист-кровавый груб!
  197. Мне тебя так хочется любить!
  198. Коммунизм угроза всему свету!
  199. Дай победить!
  200. При коммунизме жизнь пуста!
  201. В глазах твоих мечтаний сны!
  202. Коммунисты опаснее, чем звери!
  203. Нам ночью будет не до сна!
  204. Борьба с коммунистами увлекла!
  205. Опять безумно я влюблён!
  206. Коммунистов хочется убить!
  207. Лесбиянки, это такое чудо!
  208. Кругом коммунисты-подлецы!
  209. Милая, не сдерживай слёз!
  210. Ложь коммунизма русских губит.
  211. Лучше тебя мне не найти!
  212. Я с коммунизмом не в ладу!
  213. Не пить как, любви когда нет?
  214. Коммунисты плодят себе рабов!
  215. Давай с тобой судьбу разделим!
  216. Коммунизма кровавые годы.
  217. Любовь как замкнутый круг!
  218. Коммунизм так не люблю!
  219. В мыслях тобой любуюсь!
  220. Не позволю коммунистам России срамить!
  
  286
  
  
  * * *
  
  221. Так бы я тебя любил!...
  222. Коммунисты зло творят.
  223. Ты хорошая, милашка, всё же!
  224. России коммунист не сват, не кум!
  225. Люблю эту чудесную стерву!
  226. Я Коммунистам не награда.
  227. Цветами тебя накрою!
  228. При коммунистах в муках живём!
  229. В душе моей печаль и скука
  230. Мщу коммунизму без меры!
  231. До сих пор всех их ещё люблю!
  232. Его коммунисты-черти не сжуют!
  233. Как хотел бы с тобою обняться!
  234. Коммунисты будут проклинать.
  235. Мне бы суку погрязней.
  236. Коммунисты недовольны!
  237. Чего поделать, раз люблю!
  238. Меня коммунизм загнал!
  239. В мыслях только к тебе я бегу!
  240. Коммунисты-сволочи, заткнитесь!
  241. Любовь на прочность проверяешь.
  242. Не веселитесь, коммунисты-враги!
  243. Не дай свою любовь сгубить!
  244. Промахнулись коммунисты-гады!
  245. За любовь надо бороться!
  246. Коммунизма сатрапы!
  247. Любовь не может умереть!
  248. Коммунизм-мразь таращится!
  249. Любовь продажная не свята.
  250. Коммунисты - аресты, погони!...
  251. Хотя тебя я не достоин!
  252. Коммунисты Троцкого убили!
  253. Любовь новую своей душой лови!
  254. Коммунисты-педерасты!
  255. Когда-то я тебя любил!
  256. Коммунистов-злодеев обман!
  257. Я только лишь одну её люблю!
  
  287
  
  
  * * *
  
  258. Рога Ленина-дьявола торчат!
  259. Коммунисты, это духовные калеки.
  260. Коммунисты сами фашизм породили.
  261. Сердце любить и верить не устанет!
  262. Коммунисты ненавидят Христа.
  263. Бог для нас любовь хранит!
  264. Злобу на коммунистов тая!
  265. Скажи, ты ангел или бес?
  266. Я коммунизма кандалами закован!
  267. Я тот, кто тебя полюбил!
  268. Коммунисты русских бьют.
  269. С тобою останется только любовь!
  270. Ленин грязный сифилитик-педераст!
  271. Очень здорово любишь!
  272. О коммунизме-кровавом...
  273. Только тебя люблю!
  274. В коммунизма попав тюрьму!
  275. Я тебя всей душой полюбил!
  276. Коммунистов я много убил!
  277. Так ты мне душу распалила!...
  278. Коммунистов мёртвые души...
  279. Милашка, на меня не злись!
  280. От коммунистов невзгоды терплю!
  281 - 288. Содержание.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  288

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"