Бобин-Васильев Владимир Иванович: другие произведения.

Том 6

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья

  
  * * *
  
  љ
  
  Владимир Бобин-Васильев.
  
  Во Славу Всевышнего Бога Отца, Сына и Духа Святого!
  Во Славу верной России Русской Освободительной Армии!
  Во Славу верной России героической Белой Гвардии!
  Во Славу Великой России!
  
  Том 6.
  
  Книга была уничтожена ФСБ России.
  Восстановлена близко к оригиналу. Не редактирована.
  
  Коммунисты
  
  страшнее
  
  фашистов.
  
  
  
  
  
  Россия. Ленинград. 1970 -1972 год.
  
  1
  
  
  * * *
  
  От издательства "Patriot".
  
  Владимир Михайлович Васильев.
  
  1950 год, в детском саду за антикоммунистические стихи
  воспитательницей сломана левая рука поэта.
  1956 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос,
  сломаны рёбра, вырван кусок мяса на указательном пальце
  правой руки поэта.
  1964 год, за антикоммунистические стихи первый суд.
  Дело на суде развалилось. Отправили на доследование.
  Поэт сбежал из-под подписки о невыезде.
  1971 год, за антикоммунистические стихи на допросе
  раздроблены пальцы на левой ноге поэта.
  1972 году арест, заключение, допросы под растормаживающими
  инъекциями, заборы крови до потери сознания, детектор лжи.
  1973 год, Задержание, арест жены. Её били на допросах,
  повреждён позвоночник. Дело на суде развалилось. Суд отправил
  дело на доследование, Поэт перешёл на нелегальное проживание.
  1981 год, за антикоммунистические стихи отбиты почки,
  повреждена грудная клетка, отбиты лёгкие, в горло был залит
  кипяток.
  1982 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросах вырваны без наркоза все зубы. Тюрьма, суд, срок....
  1985 год, за антикоммунистические стихи арест, уголовное дело,
  побег из под ареста.
  1989 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе черепно-мозговая травма. Вторая группа инвалидности.
  1990 год, за антикоммунистические стихи арест, допросы, на
  допросе травма кожного покрова черепа.
  1992 год, за антикоммунистические стихи задержание, допрос.
  За отказ от показаний сожгли дом поэта в селе Дубровке.
  Побег, проживание под чужим именем.
  1996 год, за антикоммунистические стихи сотрудники ФСБ РФ
  (члены КПРФ) отравили жену и дочь и сына поэта, они стали инвалидами.
  2000 год, сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) за антикоммунистические стихи отравили сына поэта, пробыв
  месяц в страшных муках, он умер.
  В 2006 году, 2007 году, 2008 году, 2009 году, 2010 году,
  2011 году, 2012 году сотрудники ФСБ РФ (члены КПРФ) пытались отравить поэта радиоактивными веществами.
  Поэт тяжело заболел. Обратился за помощью к Президенту России, после чего был вынужден уехать в Германию.
  
  Подробности читайте в книге "Том 33".
  2
  
  
  * * *
  
  От автора.
  
  Стихи написаны мною под страхом смерти.
  Мои стихи это моей души боль.
  Мои стихи, это трагедия моей жизни
  и жизней моих родственников.
  Всевышний Господь всем дал талант.
  Мне Господь дал талант такой.
  
  На всё Воля Божья.
  
  * * *
  
  Светлой памяти
  бесчисленным безвинным
  жертвам коммунизма
  настоящую книгу посвящаю.
  
  * * *.
  
  Покупкой этой книги вы принимаете
  участие в создании памятника многомиллионным жертвам коммунизма.
  
  * * *.
  
  Европейский день памяти жертв
  коммунизма и фашизма
  отмечается 23 августа.
  
  
  
  
  
  3
  
  
  * * *
  
  Коммунистов с Испании гнали!
  
  В памяти остался незабвенный
  восставший на коммунизм Мадрид!
  Тридцать шестой год военный
  Испанией никогда не будет позабыт!
  
  Тучами звёзды были скрыты,
  Испанцы мирно тогда спали...
  Тогда коммунисты-бандиты
  на Испанию, как звери, напали!
  
  Хотя коммунисты-засранцы
  везде всё и всех уничтожали,
  но храбро сражались Испанцы,
  коммунистов с Испании гнали!
  
  Терзалась вся Испания-страна
  в войне с коммунизма рукою!
  По всей родной Испании война
  текла бурной кровавою рекою!
  
  На знойных улицах Мадрида
  русский коммунист иван был...
  Что творил коммунист-гнида!...
  Сколько испанцев русский убил!...
  
  Смерть неся Испанскому народу,
  коммунизм гримасой дьявола сиял!
  Народ Испании себе свою свободу
  в войне с коммунистами отстоял!
  
  Седьмое октября. 1970 год.
  4
  
  
  * * *
  
  Моей любви приходит крах!
  
  Поэтом быть не новомодно.
  Считаю, что это именно так!
  Писать рифмы сумасбродно
  может даже любой дурак!
  
  Хотя бы взять меня, к примеру!
  Знаю многие разные слова!
  Только в стихах не знаю меру,
  пишу, что взбрендит голова!
  
  Поэтом быть не новомодно.
  Поэт порою хуже чем тиран!
  Может стать поэтом кто угодно,
  даже колхозный бык или баран!
  
  Могу стихом писать картину,
  описать могу какое-то гнильё!...
  Могу в стихах любить Полину!
  (Особо чудесную попку её!)
  
  Вспомнил её, сердце заныло!
  Моей любви приходит крах!
  Всё хорошо, всё даже мило,
  но меня пугает, просто страх!
  
  Даже моё сердце разболелось!
  С нерешительностью бьюсь!
  Так мне Полину захотелось!...
  Но её мамочку очень боюсь!
  
  Одиннадцатое октября. 1970 год.
  5
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов проклинаю!
  
  Живу как все, грешу и каюсь.
  Терплю бездушную молву,
  ненавижу и даже влюбляюсь.
  Как Бог даст, так и живу!
  
  Как и все хожу на работу,
  как и все также водку пью!
  Коммунисты вызывают рвоту,
  их проклятые песни не пою!
  
  Вовсе не мечтаю стать героем!
  Гимн коммунизма даже не знаю!
  Не хожу в туалет общим строем.
  Всех коммунистов проклинаю!
  
  Злодеяния коммунистов не забываю!
  Хорошего от коммунизма не жду!
  В своих дерзких стихах не скрываю
  к коммунистам открытую вражду!
  
  Своим мятежным стихом протестую
  против того, что вижу и что знаю!
  Жизнь коммунизма ужасную, пустую
  своим мятежным стихом наполняю!
  
  В своей судьбе обыкновенной
  я смог стихов немало написать!
  Когда придёт Творец Вселенной,
  точно знаю, что мне Ему сказать!
  
  Тринадцатое октября. 1970 год.
  6
  
  
  * * *
  
  Милашка, как там твои ножки?
  
  Сижу один тихонечко в сортире
  и ковыряю у себя там кое-где...
  "Как выжить в этом подлом мире?"
  Твоё письмо читаю о твоей беде!
  
  Тебя я просто так хотел!...
  (Чтоб ты мне что-то почесала!)
  Но я тебя прочёл и обалдел!
  Ты тут мне такое написала!...
  
  Милашка, да я просто в шоке,
  я словно в коматозном сне!...
  Твоё письмо учу, как на уроке!
  (Только на́ хрен это надо мне?)
  
  О нашей доброй чуткой власти,
  которой наши беды только снятся,
  ты пишешь тут такие страсти!...
  (Я даже женщин стал бояться!)
  
  Твоё письмо принёс я другу,
  будучи в большой тревоге!
  (Но мой пенис, с перепугу,
  куда-то подевался по дороге!)
  
  Поэтом, в общем-то, слыву!
  С твоего письма душа завыла!
  Господи, уж не в аду ли живу?
  Ты мне мои глаза открыла!
  
  Какие страшные дорожки
  всех нас ожидают впереди!...
  Милашка, как там твои ножки?
  Как там на счёт твоей груди?...
  
  Семнадцатое октября. 1970 год.
  7
  
  
  * * *
  
  Всех душит коммунист-злодей!
  
  Ждут от русского народа любви
  коммунисты-звери ужасные!
  Захлебнулись в русской крови
  коммунисты-палачи красные!
  
  Мы за коммунистами бродим
  по путям страшным сатаны!
  Безумцы, счастье все находим
  в том, что мы нищенски бедны́!
  
  Коммунизма плод тлетворный
  с тихим скорбным плачем едим.
  Русь давит коммунизм позорный,
  но только русский дух непобедим!
  
  Страшных вершин коммунизма идей
  не достигнем ни за что и никогда!
  Из-за коммунистов-грязных-блядей
  пришла на Россию смертельная беда!
  
  Жить в России невозможно стало,
  всех душит коммунист-злодей!
  Жалит коммунизма ядовитое жало
  души русских невинных людей!
  
  Наше время, судья и лекарь наш,
  от нас, увы, уходит безвозвратно!
  В борьбе уже имею большой стаж!
  Это помнить мне очень приятно!
  
  Недовольны русские судьбой,
  о лучшей жизни все мечтаем!
  Повенчанные бунтом и борьбой
  против коммунизма выступаем!
  
  Девятнадцатое октября. 1970 год.
  8
  
  
  * * *
  
  Стань женщиной только моей!
  
  Моя душа издохла или спит,
  о любви забыв минувшей.
  Струна давно уже скрипит.
  в душе, без времени уснувшей!
  
  Люблю послушать мудрых сов,
  с того сам в поэты я подался!
  Была бы ты резинкой от трусов,
  я бы тобой, конечно, наслаждался!
  
  Муза мне стала словно парусами!
  (Я до того ходил только пешком.)
  Лучше стала бы ты с трусами!
  (Женскими, но не с запашком!)
  
  Резинка? - да и чёрт бы с ней!
  Она мня теперь уже не успокоит!
  Да стань женщиной только моей,
  это тебе ничего ведь не стоит!
  
  Открыто объявлю всем тогда
  от щедроты грешной души своей:
  "Лишь вниз, паденье господа!..."
  (В смысле к писеньке твоей!)
  
  Быть может я и круглый идиот,
  может мозги мне только морочишь,
  но я бы самый первый, из господ,
  упаду к тебе! (Куда захочешь!)
  
  Двадцать третье октября. 1970 год.
  9
  
  
  * * *
  
  На казнь коммунистами поэта Гумилёва.
  
  Со скорбью Нева хмурая поёт
  про время ужасно-жуткое моё!
  Кто высказаться против смел,
  коммунисты того на расстрел!
  
  Смерть стояла близко-близко,
  её вид ужасен, грозен и смешон!
  Был надвинут низко-низко
  на её лицо чёрный капюшон.
  
  Яркий закат пурпурной полосою
  на далёком горизонте догорал...
  Шла смерть с ужасною косою
  к тем, кто её совсем не выбирал.
  
  Перед расстрелом коммунист
  вяло прочёл ему: "За упокой!"
  Он даже услышал пули свист,
  тихо сердце прикрывал рукой.
  
  Могильщик ржавою лопатой
  копал, нахмурив потный лоб.
  Комья глины красноватой
  глухо падали на его гроб...
  
  Над ним витали злые силы,
  хоть зла он не сделал никому.
  Чтобы встать не мог с могилы
  надгробный камень был ему.
  
  Москва, Ленинград, Могилёв...
  Везде коммунисты могил нарыли!
  Где был расстрелян Гумилёв?
  Коммунисты от народа скрыли.
  
  Двадцать девятое октября. 1970 год.
  10
  
  
  * * *
  
  Тебя, наверно, всё-таки люблю!
  
  "Любовь как сладкая отрава",
  какой-то вымолвил баран!
  Жизнь, это помойная канава!
  Любовь, лишь похоти обман!
  
  От похоти чего не наплетёшь!...
  (Кто бы моё враньё измерил!)
  В мою поверила ты ложь, -
  я в твои чувства не поверил!
  
  Потому пришлось расстаться...
  Вовсе не стало это мне бедой.
  Теперь ты ходишь умываться
  весенней талой мягкою водой.
  
  Теперь с другими забавляюсь!
  Моя любовь непостоянна.
  Порой с похмелье умываюсь
  из недопитого стакана...
  
  Жизнь исправить не пытаюсь!
  (Не подошёл ещё, наверно, срок.)
  Так вот всю жизнь и болтаюсь,
  как в грязной проруби "цветок"!
  
  Что со мной будет и не знаю.
  Я в изменах только лишь герой!
  Теперь тебя всё чаще вспоминаю,
  горючие слёзы катятся порой...
  
  Всё так и есть! Уже не скрою,
  что в думах о тебе часто не сплю,
  что горькие слёзы катятся порою...
  Тебя, наверно, всё-таки люблю!
  
  Тридцать первое октября. 1970 год.
  11
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов проклиная!
  
  Крестами вся грудь сияла
  дворянина деда моего!
  Только за это и расстреляла
  коммунизма власть его!
  
  Мне немало пришлось испытать,
  но свой крест донесу до конца!
  Я не видел свою родимую мать,
  не знал своего родного отца.
  
  Не изведал я чувства родства,
  коммунисты казнили родных.
  Их бы искать, но чёрта с два,
  я вечно в думах о делах своих!
  
  Вырос я тяжело, но упрямо,
  проклиная коммунизма режим!
  Кому-то родимое слово "Мама!"
  мне навсегда осталось чужим.
  
  Своей признаю лишь ту мать,
  какую Бог может мне послать!
  Лучше мне не придума́ть,
  понятнее мне не написать!
  
  Счёт идёт в минутах и часах...
  В тихой скорби голову клоня
  мамочка на светлых небесах
  охраняет грешного меня!
  
  Уже десятки лет мама родная
  ласково с неба глядит на меня!
  Всех коммунистов проклиная
  даже не знаю спокойного дня!
  
  Первое ноября. 1970 год.
  12
  
  
  * * *
  
  Всё равно тебя не разлюблю!
  
  Всё спиртное, это, точно, гадость!
  (Если не так, сомненья мне развей!)
  Без тебя только хмельная радость
  теперь стала в жизни радостью моей!
  
  С похмелья так страдает голова!...
  Пью каждый день, жизнь губя!
  Правильные пишешь мне слова,
  но только ведь пью из-за тебя!
  
  Весь дрожа с похмелья и икая
  я к спиртному так уже привык!...
  Что у тебя за фамилия такая,
  как бы ты не баба а мужик!
  
  Оттого и пью порой до рвоты!
  И не в новость мне теперь запой!
  Совершенно не понятно, кто ты?
  (Не понять, как будто я тупой.)
  
  У меня злых намерений нет!
  (И хороших тоже очень мало.)
  Показала б, что ли, свой портрет,
  мне бы тогда, наверно, полегчало.
  
  Тебя даже с похмелья вспоминаю!
  И это моей пьянке лишь вредит.
  Кого люблю, даже и сам не знаю!
  (Может быть, что ты гермафродит.)
  
  Может быть, ты сивая кобыла?
  (Извини, коль тебя этим разозлю!)
  Бог с тобой, уж кем бы ты ни бы́ла,
  всё равно тебя не разлюблю!
  
  Третье ноября. 1970 год.
  13
  
  
  * * *
  
  Все коммунистами убиты!
  
  Путь пройду свой до конца,
  куда бы только он меня ни гнал!
  Люблю свою мать, люблю отца,
  хотя я даже вовсе их не знал!...
  
  Отец давно лежит в могиле,
  давно могиле мать лежит...
  Я вполне здоров ещё и в силе,
  резво в жилах кровь бежит!
  
  Хотел бы я родиться снова,
  полна мечтаний моя голова:
  Была бы бабушка здорова,
  была бы моя мамочка жива...
  
  В беленькой шапочке маму
  видел я в жизни лишь раз...
  Её могильную тёмную яму
  часто вспоминаю подчас...
  
  "Мама!...", но нету ответа...
  Слёзы сдержать я не в силе!
  Гроб её небесного цвета
  я видел в песчаной могиле!
  
  Коммунизма флаг-тряпка!...
  Страдания мною не забыты!
  Мои отец, мать, дед, бабка...
  все коммунистами убиты!
  
  Своей судьбы повороты кривые
  прохожу смело уже много лет!
  Кого люблю, для меня живые,
  просто их рядом со мною нет...
  
  Пятое ноября. 1970 год.
  14
  
  
  * * *
  
  Тебя почти люблю!
  
  Сижу один, душою маюсь!
  Очень скучно бытиё моё...
  Свою милашку дожидаюсь.
  Черти носят сейчас где её?...
  
  Заходи ко мне, милаша!
  Без тебя даже плохо сплю.
  Будет чудной встреча наша!
  тебя ведь почти люблю!
  
  Зачем себя тобой дразнить?
  Мне и так живётся славно!
  Чёрта можешь соблазнить,
  ну а меня уж и подавно!
  
  Ты мой нарушила покой!
  Могу тебе сказать без лжи,
  я ведь слабенький такой,
  ты мне только покажи!...
  
  Моё сердце тебе радо!
  Там без меня не унывай!
  Мне показывать не надо,
  лучше сразу мне давай!
  
  Ты душою ещё не уснула?
  Я с тобою б славно переспал!
  Если бы ты мне подмахнула,
  я бы, наверно, в рай попал!
  
  Седьмое ноября. 1970 год.
  15
  
  
  * * *
  
  Из-за коммунизма власти проклятой!
  
  Всё проклиная, всех не любя,
  (так не может жить Европа),
  живём, свои души лишь губя,
  не боясь ни смерти, ни потопа!
  
  В нашей жизни бесполезной
  остался один только серый цвет.
  В коммунизма тьме железной
  правды никогда не было и нет!
  
  Пахнут горькой полынью и мятой
  России родные новгородские места!
  Из-за коммунизма власти проклятой
  стала жизнь в России опасна и пуста.
  
  При коммунистах не как прежде,
  кругом одни коммунизма ухабы!
  Верим только Свободе-надежде!
  Сердцем верою, что мы неслабы!
  
  Хотя, вроде как, и живы мы пока,
  но Русь перед Адом стоит босóю!
  Безвинных мужчину и старика
  смахнёт коммунист-палач косою!
  
  Опять над нашем полем вороньё
  России злые беды предвещает!
  Течёт кровавый коммунизм-гнильё!
  Этим гнильём нас кремль угощает!
  
  Мы коммунизма брехнёю замучены,
  русские вдоволь настрадались всего!
  Сатанинские песни все нами заучены,
  всем нам петь больше нельзя ничего!
  
  Одиннадцатое ноября. 1970 год.
  16
  
  
  * * *
  
  Вместо любви осталась твоя ложь.
  
  Ты была колючей ежевикой,
  но я тобой насладился сполна!
  Из ручной ты снова стала дикой.
  Может быть, в том и моя вина.
  
  Может, я любил не так, как надо?
  Может быть, я что-то не учёл?
  Твоё сердце мне теперь не радо.
  В твоих глазах измену я прочёл.
  
  Возле себя тебя не задержу.
  Горечь измены не буду пить.
  Что поделать? Первым ухожу,
  чтобы тебя помнить и любить!
  
  Да и ты ступай своей дорогой,
  счастье, может быть, своё найдёшь.
  В моём сердце, объятом тревогой,
  вместо любви осталась твоя ложь.
  
  Стоит ли сказать слова сухие?
  Да и уместны ли здесь слова?
  Это ведь не мы с тобой плохие,
  это просто наша жизнь такова.
  
  Не мечтаю о любви великой.
  И с тобой я о любви молчал.
  Из ручной ты снова стала дикой.
  Да и я с тобой вдруг одичал.
  
  На друг друга мы, как псы, не лаем,
  навсегда расстаёмся тихо, не спеша.
  Давай сейчас друг другу пожелаем,
  чего хочет каждого грешная душа!
  
  Тринадцатое ноября. 1970 год.
  17
  
  
  * * *
  
  Ленин Россию утопил в крови!
  
  Нас годы куда-то торопят,
  они неподвластны протестам.
  По крохам приданое копят
  родители нищим невестам.
  
  Какая ни пришла бы беда,
  но Русь всегда непобедима!
  Для сердца русского всегда
  Русь и Москва неотделима!
  
  Коммунисты всё у нас украли,
  они танцуют на России гробах!
  Коммунисты все торжествовали,
  когда повергли Россию во прах.
  
  В России идёт, безумно веря,
  за коммунистами тёмный народ.
  Вместо Бога почитают зверя!
  Злобой у всех перекошен рот!
  
  Уничтожают всё, что свято!
  Нам коммунисты творят зло!
  В сердца, весёлые когда-то,
  злой змеёй уныние вползло!
  
  По России только стон и крик!
  Русским стало уже не до любви!
  Ленин-сатана престол воздвиг,
  Ленин Россию утопил в крови!
  
  Коммунизма очень больное семя
  потомства здорового уже не даст!
  Всех коммунистов больное племя:
  алкоголик, лесбиянка, педераст!...
  
  Семнадцатое ноября. 1970 год.
  18
  
  
  * * *
  
  В любви ни времени, ни срока!...
  
  Маша!... Сердце-то как бьётся!...
  Ну что ты!... Ты куда спешишь?
  Что в мечтах было, не вернётся.
  А ты всё время лишь молчишь...
  
  Забудь о всём, что с тобой было!
  Прости себя, прости дурня его...
  Хоть сердце грешное заныло,
  но только толку что с того?...
  
  Ты с ним... Но ты так одинока,
  хотя были многие у твоих ног...
  В любви ни времени, ни срока!...
  Но нам судья только лишь Бог!
  
  Ты в подвенечном платье белом...
  Но между вами путь большой.
  Ты отдалась ему лишь телом,
  теперь отдайся же ему душой!
  
  Он тебя любит! Ты желанна!
  Он тебе душу свою распростёр!
  Хотя ты и не Де Арк Жанна,
  но тоже всходишь на костёр!
  
  Тихо за Бога следуя Заветом,
  то-ли в пропасть, то-ли в ночь,
  или сгори на костре этом,
  или уйди сейчас же прочь!
  
  Девятнадцатое ноября. 1970 год.
  19
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских казнят!
  
  Мы живём среди лживых слов,
  наши души давно словно спят.
  Явь наших страшно-жутких снов
  нам наши потомки не простят!
  
  За что идиоты Коперника казнили,
  за то коммунисты русских казнят!
  В России коммунисты всех убили!
   По России кандалы кругом звенят!
  
  Русских казнят не при народе,
  коммунисты втихаря стреляют нас!
  Но скоро о ликующей свободе
  нам возвестит победный час!
  
  Приблизились к мрака черте,
  туда нас коммунизм ведёт!
  В коммунизма злой темноте
  русских дьявол давно ждёт.
  
  В кольца зажаты наши интересы,
  желания русских взяты в тиски!
  В России коммунисты-бесы,
  души русские рвут на куски!
  
  Принесли коммунисты тьму!
  Они в русских лучшее убили!
  Россию в страшную тюрьму
  коммунисты-злые превратили!
  
  Кто-то в тюрьмах выжить не смог.
  Но все мы, русские, не пропадём!
  Хотя очень суров наш путь и строг,
  до победного конца его пройдём!
  
  Двадцать третье ноября. 1970 год.
  20
  
  
  * * *
  
  Всё прощаю ей к утру!
  
  Стоит ли жизнью дорожить
  на судьбе дороге длинной?
  Как дорого сегодня жить!...
  Не назвать милую малиной.
  
  То ей напольные весы,
  то ей какую-то диету!...
  То ей тёплые трусы!...
  (Хотя дело уже к лету!)
  
  То ей духи, то ей помадки!...
  Всего ей надо очень много!
  То ей какие-то прокладки!...
  (Нищим сделает любого!)
  
  Обижаюсь, только всё же,
  всё прощаю ей к утру!
  А умирать еще дороже!...
  (Вот потому и не помру!)
  
  Я бы умер, в самом деле!
  (Жизнь и смерть, это контраст!)
  Хоть на этой бы неделе...
  Боюсь, мой труп она продаст!
  
  Так разыгрались мои нервы,
  мне не успокоиться никак!
  С моего трупа вдруг консервы
  она наварит для своих собак?
  
  Мне милашка, лишь забота!
  Но она мой ангел наяву!
  Мне умереть очень охота,
  только из вредности живу!
  
  Двадцать девятое ноября. 1970 год.
  21
  
  
  * * *
  
  Коммунисты становятся злей!
  
  Если пойдёшь за правдой святой,
  не станешь коммунизма героем.
  На правду ответят тебе клеветой,
  тогда станешь в России изгоем!
  
  Не пойдёшь на демонстрацию,
  то тогда пойдёшь в тюрьму!
  Не подашь никуда апелляцию,
  сгинешь в коммунизма тьму!
  
  Тебя в тюрьме так "обласкают",
  родные тебя даже не узнают!
  Возвратишься потом домой
  с душой изломанной, больной...
  
  Жить с коммунистами не шутка!
  Как только слёзы горькие ни лей,
  лютый холод строгого рассудка
  погасит жар в грешной душе твоей.
  
  Коммунисты становятся злей,
  роптать ни на что не смеешь!
  Живи, чем есть, и не жалей
  того, чего сам не имеешь!
  
  Страшный холод сковал грудь!
  Что-то такое страшное впереди?
  Только во всём упрямым будь
  и до конца путь жизни дойди!
  
  В стихах моих правда суровая!
  Правда хуже порою, чем ложь!
  Ждёт впереди жизнь новая,
  но если только туда дойдёшь.
  
  Первое декабря. 1970 год.
  22
  
  
  * * *
  
  Между любовью и свободой!
  
  В сердце испытываю муку!
  Душа - рассудок вечный бой!
  Вместо свидания разлуку
  судьба послала мне с тобой!
  
  Что со мной было!... Елки-палки,
  словно я вдруг очнулся ото сна!
  Твоя любовь, словно у русалки,
  тиха́, как омут, очень холодна́...
  
  Тебя любить душа моя устала...
  С тобой ко мне пришла беда!
  В то, что ты вдруг другою стала,
  не поверю ни за что и никогда!
  
  Без тебя вовсе не страдаю!
  Без тебя даже и не грущу!
  Здесь коньяк икрою заедаю,
  в море свой пенис полощу!
  
  Не хочу молчание хранить,
  потому-то здесь и не молчу.
  Не хочу тебе позвонить,
  тебя даже и видеть не хочу!
  
  Тебя слушать не терплю,
  ведь у меня ум есть и свой!
  Разлуку больше люблю,
  нежели встречи с тобой!
  
  Я доволен ненастной погодой,
  когда дождик и ветер в окне!
  Между любовью и свободой
  никак не сделать выбор мне!
  
  Третье декабря. 1970 год.
  23
  
  
  * * *
  
  Издохнет коммунизм!
  
  Я с житья арестантского
  вышел, только волю любя!
  Две бутылки шампанского
  сразу залпом выпил за тебя!
  
  Не только за тебя выпил я,
  выпил я также и за свободу!
  Мы советской тюрьмы сыновья,
  но в ней тесно русскому народу!
  
  Со мной рядом снова менты!...
  Моё сердце сжалось от боли!
  В душе моей только лишь ты,
  ты мне намного дороже воли!
  
  Но только я сам по себе!...
  Судьба моя словно кляча!...
  Как же прийти мне к тебе?
  Это лишь моей жизни задача!
  
  Ментов уже давно не боюсь!
  Коммунисты-палачи уроды!
  К тебе всё-таки пробьюсь
  скоро через любые невзгоды!
  
  Коммунист, это зла уродина
  намного хуже говна воняет!
  Издохнет коммунизм и Родина
  во мне сына всё-таки признает!
  
  Пятое декабря. 1970 год.
  24
  
  
  * * *
  
  Без тебя мне жизни нет!
  
  Пишешь, что меня кричала!...
  Только я не слышал. Почему?
  Тебя ждать моя душа устала,
  я с другою оказался потому!
  
  Погибаю в душевной стуже!
  От безысходности с нею сплю!
  Она тебя не лучше и не хуже,
  но, как тебя, её не полюблю!
  
  С женщиной быть трудно, не любя!
  И ей со мной не просто, понимаю.
  Каждый день в ней вижу лишь тебя!
  Каждый день тебя в ней обнимаю!
  
  Всё время я молил у Бога чуда!
  Я лишь по тебе только страдал!
  Ты взялась, как будто, ниоткуда!
  Я тебя тогда случайно увидал!
  
  В душе моей ты поселилась,
  хотя мятежным поэтом слыву!
  Моя душа с того развеселилась,
  и я подумал, что с тобой живу!
  
  Мои стихи к тебе не театральность!
  Это бред моей любви! (Но не во сне!)
  Превратятся пусть мечты в реальность!
  Пусть опять вернёшься ты ко мне!
  
  Я твоим безмолвьем озадачен,
  что-нибудь, но мне скажи в ответ!
  Без тебя мир очень пуст и мрачен!
  Без тебя мне просто жизни нет!
  
  Седьмое декабря. 1970 год.
  25
  
  
  * * *
  
  Мои антикоммунистические стихи!
  
  Была Муза лишь со мною,
  но плохо мне, как будто врал,
  словно спал с чужой женою,
  будто что-то, где-то украл...
  
  Муза, опять ты со мной!...
  Знал, что не бросишь меня!
  Снова под грешной луной
  душа моя просит огня!...
  
  Пускай шедеврами не станут,
  пусть мне зачтутся как грехи,
  но в русской в памяти застрянут
  антикоммунистические стихи!
  
  Делаю всегда не то, что надо,
  уже мне не исправить ничего!
  Мне моё творчество, как отрада,
  живу лишь только для него!
  
  Потомки поздних поколений
  стихи мои вполне поймут!
  Немало всплесков вдохновений
  они себе в стихах моих найдут!
  
  Стихи пишу не для искусства,
  но это мне стихи мои простят.
  Они с души моей, как чувства,
  к людям скорее вырваться хотят!
  
  Никак не остановить время бег!
  Меня уже старость догоняет.
  Пускай же встречный человек
  во мне Поэта русского узнает.
  
  Одиннадцатое декабря. 1970 год.
  26
  
  
  * * *
  
  Любовь рвётся полоумно!
  
  По весне светло и шумно,
  везде слышны песни, смех!
  Любовь рвётся полоумно
  из меня на девок всех!...
  
  В голове мыслей брожение,
  словно в весёленьком бреду!
  За весною будет продолжение:
  себе девчонку новую найду!
  
  Как других её я тоже кину!
  (Пусть ко мне не пристаёт!)
  Потом возьму себе Марину,
  пусть мне пляшет и попоёт!
  
  Ночью молчание под одеялом
  мы не будем с ней хранить!
  Теперь дело лишь за малом:
  "Как мне Маринку заманить?"
  
  Вот и все мои грешные дела!
  В голове моей раздумий муть!
  Голова моя уже кру́гом пошла:
  "Как же мне Марину обмануть?"
  
  Мыслей в голове моей кружение
  Опять мне стало ночью не до сна!
  За весною всегда продолжение:
  За этой весною другая будет весна!
  
  Тринадцатое декабря. 1970 год.
  27
  
  
  * * *
  
  Коммунисты кровь русскую пьют.
  
  Было одно пришествие Христа!
  Когда Христос опять придёт?
  Явился Ленин-сатана неспроста,
  нищую Россию до сих пор жрёт!
  
  Теперь знает любой школьник,
  что Ленин, говна вонючий жмых!
  Как же теперь этот покойник
  может жрать в России живых?
  
  Да вот так, всё очень просто!...
  Коммунисты кровь русскую пьют
  раз намного более, чем во́ сто!
  Коммунисты России житья не дают!
  
  Коммунисты без Бога и веры,
  красными книжками трясут!
  Коммунисты, милиционеры
  из сердец русских кровь сосут!
  
  Русский, надо с колен встать!
  Коммунисты хуже фашистов!
  Коммунисты хотят нас убивать,
  надо убивать всех коммунистов!
  
  Душа святая русская чи́ста!
  В ней православный мотив!
  Только кто убьёт коммуниста,
  тот для России останется жив!
  
  Семнадцатое декабря. 1970 год.
  28
  
  
  * * *
  
  Дай посмотреть, чего же я люблю!
  
  Милая, ты меня просто убила!...
  Я прочитал твой чёртов этот стих!
  Лабиринтов ты таких нагородила!...
  Не хватит жизни выбраться из них!
  
  Не целовала ты меня и не ласкала!
  Мы не познали страсти наших тел!
  Передо мной трусы ты не снимала,
  только знала бы, как я очень хотел!
  
  Пишешь мне такое!... Я не знаю!...
  Я про тебя уже надумался всего!...
  Я прошлое всё наше вспоминаю,
  в нём вовсе не было такого ничего!
  
  По-прежнему ты мне мила и люба!
  Живу, любовь к одной тебе храня!
  Может быть, ты рухнула там с дуба?
  Может быть, с дуба скинула меня?
  
  Извини, но так мне не понятно!...
  За сердце меня словом ты берёшь!
  Мне твоё признание очень приятно!
  Надеюсь, что ты мне пока не врёшь!
  
  На душе моей теперь тревоги!...
  В тюрьму к тебе любовь не запереть!
  Милашка, расставляй пошире ноги,
  не даёшь, так дай хоть посмотреть!
  
  От любви к тебе не сплю, недоедаю!...
  Муки адские в душе своей терплю!
  Дай посмотреть, за что же я страдаю!
  Дай мне посмотреть, чего же я люблю!
  
  Девятнадцатое декабря. 1970 год.
  29
  
  
  * * *
  
  Коммунисты антихриста страшней!
  
  Схвачен я был со стихами,
  в "Кресты" доставили менты.
  Тесной камерой с клопами
  меня встретили "Кресты".
  
  В "Кресты" за стихи посадили,
  стала мне родным домом тюрьма!
  Меня в тюрьме чуть ли не убили,
  тогда уцелеть мне хватило ума!
  
  Стала домом тюрьма пересыльная
  мне. В ней нету ни ночи, ни дня!
  Арестантская роба "стильная"
  мрачно теперь "украшает" меня.
  
  Под тюремным сводом низким
  мне остаётся лишь грустить...
  Ко мне в тюрьму родным и близким
  стало очень опасно приходить!
  
  Здесь ночи, вроде бы, как нет.
  (Кто здесь сидит, её не замечают).
  Днём и ночью в моей камере свет
   коммунисты никогда не выключают.
  
  Слова коммунистов вовсе пусты!
  Коммунисты антихриста страшней!
  Тюрьма с названием "Кресты"
  вдруг мне стала родиной моей!
  
  Среди жизни теченья неспешного
  я попал в этот грязный поток!
  Пожалей, судьба, меня грешного,
  подари мне Свободы хоть глоток!
  
  Двадцать третье декабря. 1970 год.
  30
  
  
  * * *
  
  Что ломаться, ложись и давай!...
  
  Не высказать даже словами:
  кто молод, так тот уже дед!...
  Всё о любви сказанное нами,
  это похотливый пошлый бред!
  
  Давно уже сделано кем-то
  всё, за что ни возьмусь!
  Надо заняться мне чем-то,
  но чем-то заняться боюсь!
  
  Уже до меня сделал всё кто-то,
  но только мне отдать позабыл!
  Мне наказанье такое за что то?
  Наверно за что, что я полюбил.
  
  Жизнь, это мгновенья кусочек!
  Часто она мне приносит скандал.
  Только хотел я покакать в горшочек,
  в него до меня уже кто-то наклал!
  
  Жизнь мне устроила гонку!
  Моей жизни страшна колея!
  Хотел я оттрахать девчонку,
  а её уже давно трахал, (не я)!
  
  Грядущие годы являются снами,
  об этом ты никогда не забывай!
  Всё давно уже было меж нами,
  что ломаться, ложись и давай!...
  
  Двадцать девятое декабря. 1970 год.
  31
  
  
  * * *
  
  Мы коммунизм скоро уничтожим!
  
  Нет выхода в страшной пещере,
  куда Россию коммунисты завели!
  Уже мы испытали в полной мере,
  что коммунисты натворить смогли!
  
  Правы мы, или совсем не правы,
  всё равно будет большой скандал!
  Творят коммунисты расправы
  над теми, кто Россию не предáл!
  
  Нам счастье в жизни не дано!
  Мы просто своё время убиваем!
  Коммунизма желчь, как говно,
  мы слезой кровавой запиваем!
  
  На России в смятении народы!
  От коммунистов терпим гнёт!
  Всесущий Бог, Отец Свободы,
  моя Россия с ним не пропадёт!
  
  Среди злых коммунистов-подлецов
  живём словно не на своём месте!
  Всюду слышны крики продавцов
  Родины, Свободы, Совести и Чести!
  
  Мы сами вредим своей державе!
  От неё на весь Мир только гнёт!
  Злобный спор о Свободе и о Праве
  с Миром давно коммунизм ведёт!
  
  Нас давят глыбы злобного бытия!
  Но мы сопротивляемся, как можем!
  Хочу свободным со всеми быть и я!
  Мы коммунизм скоро уничтожим!
  
  Тридцать первое декабря. 1970 год.
  32
  
  
  * * *
  
  Скажи, ты любишь или нет?
  
  Какому-то пишешь идиоту!...
  Но только вот никак не пойму!
  У меня всё это вызывает рвоту,
  что тут пишешь какому-то ему!
  
  Мы вместе, но мы одиноки!
  Мы вместе, только что с того?
  Кому все эти твои строки?
  Лишь назови, сразу убью его!
  
  Милашка, хватит издеваться!...
  Признавайся, меня любишь или нет?
  Под маской лжи зачем скрываться?
  Не хочешь дать, тогда давай минет!
  
  Твоей души проникновенье
  в мою душу словно острый нож!
  Очень ценю каждое мгновенье
  с тобою, хотя мне всё лжёшь!
  
  Тебя люблю! (Аж спермоточу!)
  Да, ты совсем свела меня с ума!
  Так нашу встречу не отсрочу,
  как только пожелаешь сама!
  
  Всё тебе, любя, смогу простить...
  Но надо мною напрасно смеёшься!
  Святое дело за измену отомстить!
  Может, однажды не проснёшься.
  
  Свечку приложу тебе ко лбу,
  чтобы в пути она тебе светила!
  Только не очнёшься в гробу,
  не поймёшь, чего натворила.
  
  Первое января. 1971 год.
  33
  
  
  * * *
  
  За злодеяния коммунистам плачу!
  
  Малая строка великого Поэта
  во мне строфой отозвалáсь!
  Моя лебединая песня не спета,
  моя Лира вся ещё не излилáсь!
  
  Скоро придёт другое племя!
  Ему стихов я много набросал.
  Щадит, как может, моё время
  всё, что я потомкам написал!
  
  Пишу уже я очень много лет,
  но не печатался пока нигде.
  От коммунистов жизни нет!
  Вся Россия в страшной беде!
  
  Сердце моё от лишних слов
  очень болит, уже терпения нет!
  Под бременем дерзких стихов
  гнётся моей грешной души хребет.
  
  Мои кроваво-мрачные зарницы
  злобно мигают мне издалека!
  Пишу стихов мятежные страницы,
  но всё это только лишь пока!
  
  За злодеяния коммунистам плачу!
  Локти свои мне не придётся кусать.
  От коммунистов почёта не хочу!
  Только стихи хочу лишь писать!
  
  Мне что моя Муза, мне что вино...
  С ними душа моя несётся вдаль!
  Моей мятежной поэзии уже давно
  Музой отчеканена золотая медаль!
  
  Третье января. 1971 год.
  34
  
  
  * * *
  
  Мне клялась, что ты меня любила!
  
  Женщины, насколько вы болтливы!
  Только лжи одной нас можете учить!
  Все ваши клятвы постоянно лживы!
  Вам солгать, как пальчики смочить!
  
  Мне клялась, что ты меня любила!
  Ты мне всё врала! (Разве я не прав?).
  Лживой лестью ты меня прельстила,
  бросила, обо мне подробности узнав.
  
  В любви клялась мне, не любя!
  Тебя что, чувство обмануло?
  Может вдруг сглазил кто тебя?
  Или тебя к другому потянуло?
  
  Вдруг душа моя с горя заныла,
  узнав меня ты сразу разлюбила.
  Лишь только о тебе я стал мечтать!
  Мне вдруг захотелось почитать
  что-нибудь в твоём стишочке!
  И вот присел я на горшочке...
  Но ты тут где-то рядом лазишь.
  Надеюсь, ты меня не сглазишь?
  
  Что ещё тебе могу сказать?...
  Ты никогда меня не забывай!
  Обещала мне письку показать,
  чего тянуть, показывай давай!
  
  Пятое января. 1971 год.
  
  35
  
  
  * * *
  
  Коммунизм в борьбе не победит!
  
  Один битый не битых стоит двух!
  Наивны все, пока жизнь не шарахнет!
  В России коммунизма зловонный дух,
  давно в России лютой смертью пахнет!
  
  Это всё про нашу Россию говорю,
  в которой не живу, а только маюсь!
  Уже давно борьбы желанием горю,
  давно с коммунизмом сражаюсь!
  
  Коммунист на всех злобно глядит
  своим алчным кровавым взглядом!
  Коммунизм в борьбе не победит!
  Покончим с коммунистом-гадом!
  
  Идёт борьба насмерть между нами!
  Сражаемся во славу наших дедов!
  Уже совсем не за дальними горами
  погибель коммунистов-людоедов!
  
  Мы отважны, честны, смелы!...
  Умереть каждый за свободу рад!
  Коммунисты-кровавые-мракоделы
  скоро будут сброшены все в Ад!
  
  Познал я в жизни много стрессов!
  Но лучше бы мне их вовсе не знать.
  Стихами коммунистов-мракобесов
  никогда не перестану проклинать!
  
  Седьмое января. 1971 год.
  36
  
  
  * * *
  
  Всё равно, одну тебя люблю!
  
  Твоё ко мне письмо читаю вновь...
  Ты что это за бред несёшь, Галина?
  "Прощай, моя прекрасная любовь!",
  ведь ты же моей жизни половина!
  
  Ну, не знаю, как так можно!...
  Сколько раз ласкал я твои руки!
  Что-то я сказал неосторожно?...
  Но разве это повод для разлуки?
  
  Может быть, меня ты не любила,
  любовь воспринимая словно муки?
  Ты о любви мне столько говорила!...
  Сама же изнывала лишь от скуки?
  
  Свои плоть и душу я тебе доверил!
  Тебе я весь доверился!... - дурак!
  Тебе одной душой и плотью верил,
  а ты со мною беспощадно так!...
  
  В висках стучит набатом кровь!
  В душе боль несносную терплю!
  Прощай, моя прекрасная любовь!
  Но, всё равно, одну тебя люблю!
  
  Ни за что никогда тебя не забуду,
  хотя любовь к тебе, это моя беда!
  Тебе верным, может быть, не буду,
  только любить буду тебя всегда!
  
  Одиннадцатое января. 1971 год.
  37
  
  
  * * *
  
  Коммунизм страшной силой...
  
  Дурью мается вся страна!
  Что уж там душой кривить,
  "Равенство" придумал сатана,
  чтобы людям души отравить!
  
  Русскому сердцу тяжело
  на коммунистов смотреть!
  Горем Россию заволокло,
  есть у всех желанье умереть.
  
  Всё неудержимие быстрее
  в России времечко летит!
  С каждым годом всё острее
  память народа раны бередит!
  
  Звучат злобные припевки!
  Служба в армии не свята!
  Не пойдут теперь уж девки
  замуж за советского солдата!
  
  Неимоверные громады, -
  коммунизма новостройки
  строят коммунисты-гады!
  А кругом кражи, попойки...
  
  Нависли кровавые тучи,
  затянули грядущую даль!
  Но только Свободы лучик
  пробивает занавеса сталь!
  
  Коммунизм страшной силой
  всё теперь в России губит зря!
  Над павших героев могилой
  скоро взойдёт свободная заря!
  
  Тринадцатое января. 1971 год.
  38
  
  
  * * *
  
  Я с тобой в твоей постели!...
  
  Из-за измен страдать не стану,
  теперь мне уже всё по барабану!
  Мне на всё теперь уже плевать!
  Лишь хочу с тобой в кровать!...
  
  Я дождался этой ночи еле-еле
  не для того, чтоб сдаться снам.
  С тобою я в твоей постели!...
  И никто не нужен третий нам!
  
  Мои виски от жизни поседели
  они теперь блестят как серебро.
  Вот я с тобой в твоей постели!
  Все черти мне опять в ребро!...
  
  Вдруг все небеса заголубели,
  вот снова приближается заря.
  Снова я с тобой в твоей постели!
  Я эту ночь провёл совсем не зря!
  
  Нам птички весело запели,
  и мы ведь тоже не грустим!
  Я с тобой в твоей постели!...
  Только мы с тобой не спим!
  
  Часы ночные быстро пролетели,
  ночку всю твоя скрипит кровать!
  Я опять с тобой в твоей постели!
  Нам даже не хочется вставать!
  
  Мы с тобою аж слегка вспотели!
  В твои груди я очень влюблён!
  Я с тобой в твоей тёплой постели!
  (Мне очень жаль, что это сон...)
  
  Семнадцатое января. 1971 год.
  39
  
  
  * * *
  
  Среди коммунизма кровавой суеты!
  
  Россию душит коммунизма закон
  так, что не рады русские свету!
  Я давно перешёл свой Рубикон,
  мне теперь дороги назад нету!
  
  Россией коммунист управляет!
  Все мы словно в тюрьме сидим...
  Коммунист России беды добавляет,
  русским добавляют годы седин.
  
  Словно осень листья, по этапу
  гонят русских в далёкую Сибирь!
  Пёс конвойный подаёт мне лапу...
  Впереди коммунизма злобная ширь!
  
  Среди коммунизма кровавой суеты
  судьба нелёгкая русских носит!
  Осуществление о свободе мечты
  мне моя Муза дерзко преподносит!
  
  При коммунистах всё ужасно!
  Россию коммунисты гнетут!
  Но никогда не трачу напрасно
  мне Богом подаренных минут!
  
  Коммунизма смердящая скука
  царит над русскими в стране...
  Злющая душевная серая мука
  очень часто приходит ко мне.
  
  В России душу ничем не согреем.
  Диверсиями коммунистам плачу!
  Не хочу стать коммунистом-лиходеем!
  Только русским патриотом быть хочу!
  
  Девятнадцатое января. 1971 год.
  40
  
  
  * * *
  
  Ты любви вполне достойна!
  
  Никак мне незабвенна дата эта!
  Ты в дверь салона позвонила!...
  Сердце умершее русского поэта
  ты своим взглядом исцелила!
  
  Не ищу себе по жизни ро́вню,
  мне не надо лишний стресс!
  Когда я умер, не совсем помню.
  Но сегодня я точно воскрес!
  
  Минута чудная пода́рена
  мне просто так из пустоты!
  Хотя ты не Татьяна Ларина,
  но любви достойна ты!
  
  С днём рождения Наталья
  я тебя поздравить не забыл!
  Если б раньше тебя знал я,
  от тебя от мужа бы отбил!
  
  Пусть льётся свет с твоих очей,
  пусть они будут очень хороши́!
  Страстных супружеских ночей
  искренне желаю тебе от души!
  
  Своей красой, предполагаю,
  своего мужа сведёшь с ума!
  От души искренне тебе желаю
  всего, чего только хочешь сама!
  
  Двадцать третье января. 1971 год.
  41
  
  
  * * *
  
  Убитых коммунистами поэтов!
  
  К стихам придумать заголовки
  мне сама Муза любезно помогла.
  Писать и разносить листовки, -
  мои антикоммунистические дела!
  
  Ни молитвою, ни покаянием
  коммунистам грехов не отмыть!
  Я своим честным сознанием
  везде буду на них правду лить!
  
  Если мой дед из могилы встанет,
  за мои стихи он похвалит меня.
  Однажды день такой настанет, -
  стихи прочту среди бела дня!
  
  В предчувствии близкой непогоды
  на милость коммунистов не сдаюсь!
  Вижу победный огонь Свободы
  к нему всею душою стремлюсь!
  
  Тихо иду дорожкою кривою...
  Путь к Правде некого спросить.
  Вечерняя заря погасла над Невою,
  мне уже пора листовки разносить!
  
  Своим стихом пока я не блеснул,
  пока не вся Россия меня знает!
  Не всех, кто вечным сном уснул,
  моя душа стихами вспоминает.
  
  Не буду сам себя беречь!
  Мне от Музы нет запретов!
  Воскрешу умолкнувшую речь
  убитых коммунистами поэтов!
  
  Двадцать девятое января. 1971 год.
  42
  
  
  * * *
  
  Найти любовь свою пытаясь...
  
  Найти любовь свою пытаясь
  мои глаза всех девочек едят!
  Чёрным кружевом слетаясь
  мои мысли мне только вредят!
  
  Одна из них мне пообещала,
  не сказала только лишь когда.
  По ней ночь душа моя скучала!
  Ну, скажите, разве это не беда?
  
  Только вздумаю влюбиться,
  а измена уже тут, как тут!...
  Мне остаётся лишь напиться!
  (Может мне пьяному дадут?)
  
  Но одна дала мне в сквере!
  (чем-то всё же я её прельстил)
  Зато потом я в КВ диспансере
  за леченье много денег заплатил!
  
  Всю свою жизнь дурью маясь
  очень устал я сердцем от разлук!
  Чёрным кружевом слетаясь
  вьются неприятности вокруг!
  
  Не красавиц вовсе я, не скрою!
  Но весёлый! (Когда напьюсь!)
  Мне секса очень хочется порою!...
  После КВД девок теперь боюсь!
  
  Тридцать первое января. 1971 год.
  43
  
  
  * * *
  
  Среди коммунизма гонений, скитаний...
  
  Часто кается перед распятием
  с дури поседевшая моя голова!
  Не законом живу, а понятием,
  как и вся поэтическая братва.
  
  Стучат на стыках гулкие колёсики,
  меня везёт "столыпин" в дальний край,
  где ждут меня давно лесопокосики
  и таёжный жуткий снежный "рай"!
  
  Ветер северный, а мне не холодно!
  Кому-то холодно, а мне тепло!...
  Не сытно мне здесь и не голодно,
  духом не падаю коммунистам на зло!
  
  Приход всех в жизнь не случайный!
  Среди коммунизма гонений, скитаний
  я, Поэт, не один свидетель тайный
  коммунистов-палачей злодеяний!
  
  Стучат колёсики на стыках монотонно!
  На переездах ревёт злобно тепловоз!
  Сердце моё давно к побегу склонно,
  скоро покину коммунизма лесопокос!
  
  День моей свободы долгожданный
  мне уже давно мерещится в окне!
  Вольный ветер, гость желанный,
  сквозь решётки нежно дует мне!
  
  Призрак Свободы незаметный
  всё время бродит между нами!
  В России он как плод запретный.
  Свобода у нас не уже за горами!
  
  Первое февраля. 1971 год.
  44
  
  
  * * *
  
  Вместо любви похмелья дурман.
  
  Жизнь порою очень стро́га!
  Мимо судьбы не пройдёшь!
  Ты антиквар от самого Бога,
  но и ты часто маху даёшь!
  
  Тебе стихи, вместо букета,
  поэт на свадьбу подарил...
  Чтоб в у́смерть напоить поэта!...
  Ты даже стопку не налил...
  
  Простая истина святая эта
  известна всем уже давно:
  благословение иного поэта
  Благословению Бога равно!
  
  Святую искренность поэта
  ты не понял и не оценил...
  Песня на свадьбе не допета,
   в грязь ты фату уронил...
  
  Свою фату невеста не нашла,
  пришлось её в шляпу нарядиться.
  Дальше такая жизнь пошла!...
  что в пору стало разводиться.
  
  Хотели вместе жить до гроба,
  после свадьбы только лишь обман.
  Теперь вы вместе с горя пьёте оба
  вместо любви похмелья дурман.
  
  Третье февраля. 1971 год.
  45
  
  
  * * *
  
  В коммунизм-ад маня!...
  
  Коммунист словом, как монетой,
  звенит, в коммунизм-ад маня́!...
  Я давно ушёл бы из жизни этой,
  но кто стихи напишет за меня?
  
  К закату уже клонится день,
  жизнь моя тихо идёт к закату.
  Хотя ещё не видна смерти тень,
  но в каждом дне вижу утрату.
  
  Пройдут невзгоды полосою...
  Но однажды, как-то вдруг,
  придёт костлявая с косою...
  авторучка выпадет из рук...
  
  Умру, никто не пострадает
  за мои рифмы, стихи и слова.
  Одна лишь Муза зарыдает
  словно моя безутешная вдова!
  
  Не веду жизнь беспечную,
  есть у меня любовь и злоба!...
  Но дверь в жизнь вечную
  всего лишь крышка горба!
  
  Дай же, Господи, мне силы,
  чтоб не упасть душой мне ниц!
  Никогда я у своей могилы
  мне родных не увижу лиц...
  
  Смерть, как тень, волóчится...
  Сердцем всё я готов стерпеть!
  Хотя очень жить мне хочется,
  но за Свободу я готов умереть!
  
  Пятое февраля. 1971 год.
  46
  
  
  * * *
  
  Твои влюблённые глаза!
  
  Кто мы с тобою даже и не знаю...
  С вопроса этого порой мне не до сна!
  Первую встречу нашу вспоминаю,
  и вспомнить не могу! Была ль она?...
  
  Свою память часто проклинаю
  бывает вслух, бывает про себя!...
  Мне кажется, что тебя не знаю,
  порою кажется, что знаю тебя!
  
  Тебе не прекословя, не переча,
  о тебе думаю порою иногда:
  "Первая была ли у нас встреча?"
  Кажется, что я с тобой всегда!...
  
  Ты приятна и в постели сладка!
  Мне с тобой приходится страдать!
  Но почему всегда ты как загадка?
  И я тебя не в силах разгадать!...
  
  Со мной ты наяву, но словно во сне!
  Когда-нибудь, но ты меня погубишь!
  То в любви вдруг клянёшься мне,
  то говоришь будто меня не любишь...
  
  Во мне порой сомненья возникают,
  в моих глазах порой блестит слеза!...
  От тебя хочу уйти, но не пускают
  меня твои влюблённые глаза!
  
  Седьмое февраля. 1971 год.
  47
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов проклинаю!
  
  На зоне только тебя вспоминаю!
  Даже здесь тебя очень люблю!
  Всех коммунистов проклинаю!
  День и ночь им проклятия шлю!
  
  Ты в письмах погоду клянёшь,
  и у нас здесь суровая погода.
  Пишешь, что меня ты ждёшь,
  а мне сидеть ещё четыре года!...
  
  Здесь небо как будто бы ниже.
  Привет тебе шлю с Колымы!
  В разлуке мы друг другу ближе,
  чем когда в объятьях были мы!
  
  Среди таёжной глухой тиши
  здесь тоскуют сибирские дали.
  Мне писем больше не пиши,
  не хочу, чтоб менты их читали.
  
  Когда тюрьма откроет двери,
  сразу упаду в объятия твои!
  А пока мне только воют звери.
  Не поют здесь вовсе соловьи.
  
  Отсижу, возвращусь, обниму!...
  В моих ласках, родная, утонешь!
  Все позабуду этапы... тюрьму...
  Лаской унынье моё разгонишь!
  
  Но заложен камень предкновения
  на коммунизма кровавом пути!
  Против Святого Божьего веления
  коммунистам далеко не пройти!
  
  Одиннадцатое февраля. 1971 год.
  48
  
  
  * * *
  
  Ты лишь одна, которую люблю!
  
  Твои слова, правда или блажь?
  Мне зачем ради тебя стараться?
  Объясни, пожалуйста, меня уважь,
  мне самому в тебе не разобраться!
  
  Мне говоришь очень откровенно.
  За это тебя нисколько не сужу!
  Скоро отпущу тебя непременно.
  В своём уме только тебя держу!
  
  Я знал тебя как глупенькую детку,
  а ты то-ли низка́, то-ль благородна!
  Но раз во мне увидела ты клетку,
  её тебе открываю, ты свободна!
  
  Беги скорей, куда сама захочешь,
  раз у тебя злым деспотом слыву!
  Мне всю душу горем источишь,
  сердцем твой побег переживу!
  
  Переживу, что было между нами!
  Переживу людей злую молву!...
  И что будешь мне являться снами,
  как-нибудь, Бог даст, переживу!
  
  Переживу это словно простуду,
  хотя в душе боль адскую терплю!
  Переживу!... Но только не забуду:
  ты лишь одна, которую люблю!
  
  Тринадцатое февраля. 1971 год.
  49
  
  
  * * *
  
  Ленин велел всех убивать!
  
  Как живём?... Сами не знаем.
  Не жизнь это, а только срам!
  Часто своё былое вспоминаем,
  очень хорошо там было нам!
  
  Живём все тихо... Или-или...
  Не стоит в сложности встревать!
  Коммунисты честных людей убили,
  Ленин велел всех честных убивать!
  
  СССР, это дерьма отстойник!
  (Не вздумай Россию бранить!)
  Кто живой, тот уже покойник!
  Живьём нас могут схоронить!
  
  Коммунисты, эти злые гады,
  порядком позабавились и мной!
  Коммунисты очень даже рады,
  править Россией, нищею страной!
  
  Коммунисты сволочи и суки,
  серпом торчат в сознании моём!
  Но уже слышны Свободы стуки!
  Скоро всех коммунистов убьём!
  
  Мы заживём в восторге свежем!
  Будет хорошо, ни дать, ни взять!
  Всех коммунистов перережем,
  и настанет в России благодать!
  
  Семнадцатое февраля. 1971 год.
  50
  
  
  * * *
  
  Здравствуй, милое создание!
  
  Мне лишь пьянки да гулянья...
  В меня влюбиться ты смогла!
  Меня звала́ ты на свиданья,
  я пришёл, раз ты меня звала́!
  
  К тебе пришёл я на свидание,
  тебе крапивы я принёс букет!
  Здравствуй, милое создание!
  Меня ты любишь или нет?...
  
  Сегодня я принёс тебе в подарок,
  (всем друзьям твоим на зло),
  поминальной свечки огарок,
  гнилой капусты квашеной кило!
  
  Сердце с нежным перестуком
  о чём-то беспокоится слегка!
  Тебе принёс я редьки с луком
  и большую связку чеснока!
  
  Взор твой нежный очень ярок!
  (Я твоим взором очень потрясён!)
  Шустрый хорь тебе в подарок
  сегодня мною тоже принесён!
  
  Ты подруг своих не слушай!
  Тебе и так во всём будет успех!
  Ты все подарки мои скушай,
  сразишь сразу красотою всех!
  
  Вдруг моё сердце застрадало
  и вряд ли успокоится к утру.
  Ты кушай всё! А будет мало,
  я тогда тебе ещё припру!
  
  Девятнадцатое февраля. 1971 год.
  51
  
  
  * * *
  
  Коммунизма-ада кровавые силы!
  
  Пальнув с пьяного угара в Эрмитаж
  коммунисты всю Россию погубили...
  Очень опасен советский строй наш!
  Русские коммунистов невзлюбили!
  
  Теперь меня пейзажи России печалят...
  Кровавые слёзы здесь русские льют!
  Коммунисты-ядовитые-гады нас жалят,
  они жить спокойно русским не дают!
  
  Жизнь в России не будет сладкой
  при коммунистах-зверях никогда!
  Будет вечною неразгаданной загадкой
  для всех народов Россия навсегда!
  
  Дожди хмуры, ночи длинны...
  ни в чём нету в России середины!
  Не поймёшь, который теперь час!
  Всюду только крайности у нас!
  
  Мы нищие и в большом, и в малом,
  распорядилась так с Россией судьба!
  По засранным, оплёванным вокзалам
  русская нищая гуляет голытьба...
  
  С нами очень опасное знакомство!
  Нас теперь уже как хочешь назови.
  Знакомо коммунизма вероломство,
  у коммунистов коварство в крови!
  
  Коммунизма-ада кровавые силы
  на Святую Русь навалились скалой!
  Нам коммунисты-дьяволы не милы!
  Скоро коммунистов сбросим долой!
  
  Двадцать третье февраля. 1971 год.
  52
  
  
  * * *
  
  Оргазма прелести познав!
  
  Опять читаю твои строки!
  Они как пьяный соловей!
  Они от жизни так далёки!...
  (Как твоя писька от моей!)
  
  Тебя считал я аферисткой,
  тебе нисколько не грубя!
  Ты оказалась мазохисткой!
  В письмах бичуешь себя!
  
  Пишешь ты такие страхи!...
  (Мне стало жутко самому!)
  Ни к чему все вздохи, ахи...
  Мне делать больно ни к чему.
  
  С тобой уж как-нибудь полажу!
  Уже мне твоё сердце отвечает!
  Тебе нежно где-нибудь поглажу,
  глядишь, оно тебе и полегчает!
  
  Попсиховала ты, довольно!
  Покорись сама своей судьбе!
  Зачем делать очень больно,
  а уж тем более самой себе?
  
  Да, не в себе ты, допускаю...
  Ты своим нервам дала воли!
  Тебя так нежно приласкаю...
  Так захочешь!... (Но не боли!)
  
  Меня дослушать уж изволь!
  Поверь в меня! Ведь я же прав!
  Забудешь про свою злую боль,
  все оргазма прелести познав!
  
  Первое марта. 1971 год.
  53
  
  
  * * *
  
  Озверели коммунисты-скоты!
  
  В России всё и всех заглушая
  коммунизма фанфары звучат!
  Мы, сквернословия вкушая,
  слышим коммунистов мат!
  
  Мне на коммунистов наплевать,
  я же такой, как и все, бедняк.
  Да я и не стал бы вовсе воровать,
  только жить-то, не воруя, как?...
  
  В России неволя всем сестра,
  от тюрьмы никуда не деться!
  А жизнь, она ведь так быстра́,
  что успевай только вертеться!
  
  Я справедливый вор и потому
  ворую у коммунистов-воров!
  Разумом не доверяю никому,
  уже давно я к худшему готов!
  
  Тянутся мои мрачные недели...
  на календарь с надеждою гляжу.
  Друзья мои все давно отсидели,
  покуда в тюрьме сижу и сижу!
  
  Озверели коммунисты-скоты!
  Но я смог им прямо сказать:
  "Поганые коммунисты-менты,
  мою душу перестаньте терзать!"
  
  Время наше назад не воротится.
  Святую Россию не предадим!
  Только кому жить не хочется,
  тот действительно непобедим!
  
  Третье марта. 1971 год.
  54
  
  
  * * *
  
  У неё такая супер-грудь!...
  
  Сижу в вечерний тихий час...
  Время такое скучное настало.
  О том, о ком думаю сейчас,
  сердце моё страдать устало...
  
  У меня слеза невольно полила́сь.
  Сейчас один скучаю на даче...
  Хоть она мне "Мэри" назвала́сь,
  только её зовут совсем иначе!
  
  Лишь за неё всё пью! (Не ем!)
  Один давлюсь водкою, икая!
  Она не Мэри ведь совсем,
  а просто Мурка. Но какая!...
  
  Её здесь нету, очень злюсь!
  Как она красива и стройна́!...
  Даже совсем ничуть не удивлюсь,
  коль миру родила Христа она!
  
  Ведь у неё такая супер-грудь!...
  Сама вся!... (Чудо представляю!)
  Может, и мне родит кого-нибудь?
  Об этом только лишь мечтаю!
  
  Но только что-то разделяет нас.
  Что-то сближать нас начинает!
  Только та, о ком думаю сейчас,
  меня ведь вовсе даже и не знает...
  
  Пятое марта. 1971 год.
  55
  
  
  * * *
  
  Так нам коммунисты надоели!
  
  Кто стучится в дверь ко мне
  вонючий в крови и в говне?
  Уж это точно не мой кент.
  Открываю, за дверью мент!...
  
  Мне уже надоели до рвоты
  коммунисты в скитании моём!
  Доносы, сыщиков отчёты...
  скопилось всё в досье моём!
  
  Коммунист-гад тупоголовый
  опять в моём белье копается!
  Криминал он шьёт мне новый,
  доказать ещё что-то пытается!
  
  Явно подставных свидетелей
  на мой суд, конечно, привели.
  Набралось много "благодетелей",
  вновь оболгать меня смогли!
  
  Сам никто в тюрьму не рвётся,
  по жизни это просто ни к чему.
  Любое сердце трепетно забьётся,
  вновь увидев советскую тюрьму!
  
  В клетке сидим здесь, как птицы,
  но только волю никто не забыл!
  Кто строил своды этой темницы,
  тот сам здесь невольником был!
  
  Всех русских прямо с колыбели
  коммунисты пичкают дерьмом!
  Так нам коммунисты надоели,
  что скоро их к ногтю прижмём!
  
  Седьмое марта. 1971 год.
  56
  
  
  * * *
  
  Мне пенис не откусишь?
  
  Милая, тебе спасибо за совет:
  "Куда не знаешь, - не ходи!"
  Но предела любопытству нет!
  Хочется знать, что впереди?...
  
  Теперь изучаю всё подряд,
  даже любую просто ерунду!
  Иду, куда глаза мои глядят!...
  Возможно, что к тебе зайду!
  
  К тебе зайти есть сто причин!
  Не думай, что я какой дурак!
  Ты, вообще, на счёт мужчин,
  не очень злобна, или как?...
  
  Передо мною не струсишь?
  Или ты из девочек плохих?
  Мне пенис не откусишь?
  (Знаю уже давно вас таких...)
  
  Да, откровенно признаюсь,
  (на этот раз не промолчу),
  тебя хоть несколько боюсь,
  но к тебе в гости так хочу!...
  
  Хотя ещё я тот каналья,
  но только этим не горжусь.
  Не обижай меня, Наталья,
  тебе, быть может, пригожусь!
  
  Одиннадцатое марта. 1971 год.
  57
  
  
  * * *
  
  Коммунистов злой звериный крик!
  
  Я, как русский поэт, знаменит:
  коммунистами-палачами травлен,
  много раз я коммунистами избит,
  я много раз в тюрьму отправлен!
  
  Опять я получил немалый срок,
  но на луну, как дурной пёс, не лаю.
  Мне на всю жизнь дан такой урок,
  что такого даже врагу не пожелаю!
  
  Здесь много слышу слов невнятных,
  коммунистов злой звериный крик!
  От нежных слов, душе приятных,
  я давно из-за коммунистов отвык.
  
  На небе звёзды словно шарики,
  с надеждой смотрю в тюремное окно.
  Здесь выдают коммунисты сухарики,
  которые ничуть не слаще, чем говно!
  
  Пошёл срока последний годóк.
  Здесь рифмы некуда мне деть.
  Мне бы Свободы хоть глоток,
  намного легче бы было сидеть!
  
  Кура под соусом, горячие котлеты...
  приснились мне в тюрьме не раз.
  За все свои дела держу ответы,
  но недалёк уже моей свободы час!
  
  Россия станет вновь Державой,
  не век жить ей в страшном сне!
  Мои стихи, увенчанные славой,
  вернутся когда-нибудь ко мне!
  
  Тринадцатое марта. 1971 год.
  58
  
  
  * * *
  
  Тебя никогда не обижу.
  
  Как гром среди ясного дня,
  (душа аж моя застонала),
  тихо: "Не обижай меня!",
  ты мне, Маргарита, сказала!
  
  Маргарита, что это значит?
  Для тебя ведь я на всё готов!
  Моё сердце стонет и плачет
  от этих твоих странных слов!
  
  В этом какой смысл видишь?
  С чего ты вдруг так на меня?...
  Тебя, пожалуй что, обидишь, -
  сам тогда не проживёшь и дня!
  
  Мне зачем говоришь слова эти?
  Словно перед Богом, тебе не лгу.
  Ты для меня дороже всех на свете!
  Даже прожить без тебя не смогу!
  
  Твоими словами душа моя убита!
  Горьких слёз не могу удержать!
  Сама подумай, к чему, Маргарита,
  я вдруг стану тебя обижать?...
  
  Для ссор вовсе причины не вижу!
  Мне зачем рисковать дорогим?
  Сам тебя никогда не обижу,
  тебя обидеть не позволю другим!
  
  Семнадцатое марта. 1971 год.
  59
  
  
  * * *
  
   Коммунистов проклиная, ненавидя!...
  
  Далеко я уезжал, но даже там,
  где мне Свобода только снилась,
  как за гробом, по моим пятам
  свора коммунистов тащилась!
  
  Вновь меня обложили менты!
  Опять предал меня лучший друг!
  У смертного края последней черты
  со своими стихами я оказался вдруг!
  
  Коммунистов проклиная, ненавидя
  мы с тобою вновь расстались тихо.
  Теперь, на тюремных нарах сидя,
  помню, как мне тогда было лихо!
  
  Когда меня били по печёнке,
  на теле было столько пятен!...
  Удар ногою по моей мошонке
  был мне тоже не очень приятен!
  
  В барак загнали нас как стадо!
  Русским слово нельзя сказать!
  Писем не пиши мне, не надо,
  не хочу ими свою душу терзать!
  
  Книг я здесь немало прочитал,
  терпя свою невольничью долю.
  Я от коммунистов очень устал,
  очень хочется мне на волю!
  
  Видеть хочу в России свободных,
  чтобы в душе каждого пел соловей!
  Я возрос от корней всенародных,
  от благородных дворянских ветвей!
  
  Девятнадцатое марта. 1971 год.
  60
  
  
  * * *
  
  Любви подвластно вольнодумной!
  
  У тебя баб-то сколько было!...
  Но Бог тебя за всё простит.
  Мужчин порой свиное рыло
  вдруг безысходно обольстит!
  
  Но вот она, Мария-счастье!...
  Она... твой сын... И никого...
  В душе тревога и ненастье...
  И не поделать с этим ничего!
  
  Шаг то-ли к пропасти, то-ль к счастью...
  Молись, и всегда будет Бог с тобой!
  Мы под какой-то непонятной властью
  все гонимы нашей жизнью и судьбой!
  
  Вы: ты и она... - огонь и лёд!...
  Но суждено побыть вам вместе.
  К тебе её слова слащавые, как мёд,
  текут из уст её подвластно лести!
  
  Ты сколько раз уже её обидел?
  А сколько раз она обидела тебя...
  Ты сколько женщин перевидел
  не увлекаясь ими, их не любя!
  
  Любви подвластно вольнодумной
  счастья мечты несутся ввысь,
  но после свадьбы этой шумной
  дай вам Бог не завтра разойтись...
  
  Двадцать третье марта. 197 год.
  61
  
  
  * * *
  
  Убито всё большевиками!
  
  Сердца скованы морозом
  коммунизма жутких лет!
  Умы загажены навозом,
  в них места мыслям нет!
  
  "Жизнь "родине" отдай
  и умри как пёс безродный!
  Ни за что всю жизнь страдай
  голый, битый и голодный!"
  
  На Царя зря русские роптали,
  у кого хочешь расспроси!
  В грязь кровавую втоптали
   всё коммунисты на Руси!
  
  Убито всё большевиками!
  На русской памяти запрет!
  Словно не было веками
  кровью купленных побед!
  
  По Руси коммунизма слизь
  с мерзопакостью всюду течёт!
  Кровавые тучи собрали́сь!
  Потерян страданиям счёт!
  
  Моя деревня, речка, кони у реки...
  мне моё детство вдруг приснилось!
  Грабят всю Россию большевики!
  Время словно вдруг остановилось.
  
  Про коммунизма кровавые потёмки,
  про то злодеяние, что творится тут
  узнают с ужасом наши потомки,
  всех коммунистов они проклянут!
  
  Двадцать девятое марта. 1971 год.
  62
  
  
  * * *
  
  Буду помнить и любить!
  
  Твой портрет, - чудо картинка!
  Такая ты!... - всю жизнь мечтал!
  Ты на портрете как былинка!...
  Все я твои строчки прочитал!
  
  Увлёкся чтеньем твоих строчек,
  одну тебя читать сочту за честь!
  Закрыто твоё сердце на замочек,
  но у меня ключик зато есть!...
  
  Прости, намёком коль обидел.
  За ключик не получаю рубли!
  Такого моего ключика не видел
  свет ещё с сотворения Земли!
  
  Как мне приятна твоя строчка!
  Не льщу! Можешь мне поверить!
  А вот как там на счёт замочка?...
  Нельзя ли ключик бы примерить?
  
  Теперь с того мне не уснуть!...
  Понять меня не так уж сложно.
  Очень хочу теперь отомкнуть
  замочек твой! (Если возможно).
  
  Ну, а если вдруг нельзя будет,
  тогда судьба зря сводила нас!
  Моё сердце вовсе не остудит,
  твой необдуманный отказ!
  
  Не надо мне в ответ грубить,
  уже и так от злой обиды ною!
  Всегда буду помнить и любить
  замочек, неоткрытый мною!
  
  Тридцать первое марта. 1971 год.
  63
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-людоеды злые-звери!
  
  Не раз я в жизни и не дважды
  своего очередного ареста ждал!
  Мой чёрный ангел не однажды
  меня уже о том предупреждал...
  
  Только будет мягкою едва ли
  нам железная тюремная кровать.
  Тогда не поддадимся мы печали,
  когда коммунисты будут убивать!
  
  Автоматы нам целятся в спины,
  небо поливает холодным дождём.
  В неволе крепчают мужчины,
  кровавым этапом на зону идём!
  
  Когда на зоне уже все зэки спят,
  (от работы смертельно устали...)
  деревья вдоль зоны устало шумят,
  словно этапом и их тоже пригнали!
  
  Мрачных туч тяжёлые громады
  подвластны только ветру одному!
  Серые туманы утренней прохлады
  непроглядно мою окутали тюрьму.
  
  Гонят в мою грешную душу ветры
  коммунизма зверские холода,
  этапов бесконечные километры,
  и бессрочные тюремные года́!
  
  Коммунисты-людоеды-злые-звери!
  Наша жизнь!... нечем нам дорожить!
  Только, несмотря на тяжкие потери,
  нам надо всё достойно пережить!
  
  Первое апреля. 1971 год.
  64
  
  
  * * *
  
  Изнасиловать задумала меня!
  
  Мне не заснуть, свет абажура
  выдаёт странные какие-то круги!
  Между ними неясная фигура...
  Кто мы с ней, друзья или враги?
  
  На фигуру ту как уж ни взгляни я,
  не пойму никак! Что это за дела?...
  Кажется мне, что это Евдокия,
  она в том, в чём её мама родила́!
  
  Своё зрение до боли напрягаю,
  и так и этак свою голову клоня!
  Раз голая пришла, предполагаю,
  что изнасиловать задумала меня!
  
  В рот ей не кладите, видно, пальчик!
  И не пальчик она может откуснуть!
  Но я-то ведь ещё наивный мальчик!...
  Меня же очень просто обмануть!...
  
  Я простой, как женская рубаха!
  Но о любви моя душа кричит!
  Вот и дрожу от похоти и страха.
  Передо мною она голая молчит!...
  
  От этого можно сойти даже с ума!
  Не раз, на неё глядя, пришлось ахнуть!
  Ко мне явилась она, вроде бы, сама...
  Но кто кого из нас задумал трахнуть?
  
  Третье апреля. 1971 год.
  65
  
  
  * * *
  
  Казнённый коммунистами Поэт.
  
  Гонит пастух овец на поле,
  весело щёлкает кнутом!
  Ему б ещё учиться в школе,
  а он уж ходит за скотом!
  
  Его свирель такая звонкая,
  что слышат все издалека!
  Ручонка слабая и тонкая,
  но может усмирить быка!
  
  Его стихи настолько мятежные,
  что коммунизм они сотрясают!
  России просторы безбрежные...
  Коммунисты русских в ад бросают!
  
  Строй коммунизма жуткий, дикий
  губит всех людей в России и везде!
  И гибнет русский Поэт великий
  в коммунистической адской среде!
  
  Ко всем коммунистам много лет
  он отважно враждебно-откровенен!
  Самого себя ничуть не ценящий Поэт
  великой Россией дорого будет оценен!
  
  Окна наглухо плотно зашторены,
  включен тусклый матовый свет...
  стихи, что коммунистами не дозволены,
  опять скрытно пишет русский Поэт.
  
  Мне памятен лик одарённого Поэта,
  зверски убитого большевиками.
  Не избежал он коммунизма запрета,
  коммунисты его закололи штыками!
  
  Пятое апреля. 1971 год.
  66
  
  
  * * *
  
  Люблю Марию незабвенно!
  
  В любви клянётся мне Мария!
  Любовь такая между нами!...
  Посвящаю ей свои стихи я,
  мне она за них платит рогами!
  
  Люблю Марию незабвенно!
  Аж огнём пылает моя кровь!
  Но рога, как обыкновенно,
  она мне дарит за мою любовь!
  
  Всё у нас чудненько и мило!
  (Хотя мы с ней как два врага!)
  Ей снова одной ночи не хватило,
  чтобы вновь наставить мне рога!
  
  Если вдруг захочет кто жениться,
  сначала пусть подумает слегка!
  Со всеми могу рогами поделиться,
  с теми, кто без рогов ходит пока!
  
  В дела Марии толком не встревая
  скажу только, что мне Мария дорога!
  Моя Мария очень такая деловая,
  в наш дом всё тащит! (Даже и рога!)
  
  Ко мне Мария не слишком строга́!
  Да и мне на всё давно уже плевать!
  Если вдруг не будет денег, так рога
  с нею пойдём на рынок продавать!
  
  Наша судьба как тоненькая нить,
  нам её чуть видно только еле-еле!
  Как мне только сердцу объяснить,
  кто для меня Мария в самом деле?
  
  Седьмое апреля. 1971 год.
  67
  
  
  * * *
  
  Коммунисты убивают всех подряд!
  
  Среди загубленных просторов,
  страдая, пьянствует народ!
  Только дальше разговоров
  у коммунистов дело не пойдёт!
  
  Сатана всевластно правит
  страной духовных мертвецов!
  Народ обезумивший славит
  всех коммунистов-подлецов!
  
  Россией пока правит сатана!
  Все страдают бедные народы!
  Только нам известны имена
  всех, погибших для Свободы!
  
  Коммунист суд вершит наганом,
  творит всё русским лишь на зло!
  Как будто страшным ураганом
  вдруг всю Россию разом разнесло!
  
  Непонятно для русского рассудка
  всё то, что коммунисты творят!
  Миллионы убиты! это не шутка!
  Коммунисты убивают всех подряд!
  
  Стуки колёс, качание вагона...
  очень грустная песня этапа-пути.
  Не слышно ни вздоха, ни стона.
  Никто не промолвит: "Прости..."
  
  Наш небосвод как будто болен!
  Где-то вдали балуется гром...
  Я коммунистами так не доволен!...
  В России всё не кончится добром!
  
  Одиннадцатое апреля. 1971 год.
  68
  
  
  * * *
  
  Как не любить и как не верить?
  
  Возможно ли любовь измерить?
  Это всё-таки возможно или нет?
  Как не любить и как не верить,
  когда прислала мне портрет?...
  
  Портрет, он как любви пылинка!
  В моей крови вдруг появился пыл!
  Расстегнулась вдруг моя ширинка!...
  Но, скажу честно, не "приплыл"!
  
  Вдруг мне чего-то помешало!
  Не то, чтоб страстью я перегорел,
  а что-то где-то вдруг зажало...
  (Если бы знал бы, - не смотрел!)
  
  А так теперь хожу, страдаю!...
  (Кто хочет, тот меня поймёт!)
  Сам себя теперь в том убеждаю,
  что ко мне милашка вновь придёт!
  
  Придёт, обнимет нежно, ляжет...
  (Мне не придётся даже и просить!)
  И тихо, нежно мне на ушко скажет:
  "Тебе твой пенис откусить?..."
  
  Никогда крутого из себя не корчу,
  мне на величье просто наплевать!
  От слов её, наверно, даже кончу!...
  (В смысле, к ней кончу приставать!)
  
  Тринадцатое апреля. 1971 год.
  69
  
  
  * * *
  
  Чтобы от коммунистов забыться!
  
  Хочу куда-нибудь забиться,
  или птицей куда-то упорхнуть,
  чтобы от коммунистов забыться,
  от борьбы мне чтобы отдохнуть!
  
  На моей жизни суетном причале
  мне трудно что-нибудь понять.
  Конец всегда сокрыт в начале,
  так надо ли что-то начинать?
  
  Только лишь попойки да гулянки,
  так мается вся моя родная страна!
  Наша жизнь от пьянки и до пьянки!
  В России жизнь забита и темна!
  
  Год прошедший не вернётся,
  как не летает задом самолёт!
  Нехорошее с годами утрясётся!
  Всё плохое со временем пройдёт!
  
  Так мне жить хочется красиво,
  чтобы никому больше не врать!
  Наш покой угрюм, веселье лживо!
  Но русским надо что-то выбирать!
  
  Нам зачем Старый Завет учить,
  если совсем не знаем даже Новый?
  Стоит ли нам покойника лечить?
  Он ведь и так уж нездоровый.
  
  Душу - Богу! Жизнь - Отчизне!
  Сердце, где бы я ни был, - с ней!
  Иная смерть прекрасней жизни!
  Моя жизнь смерти пострашней!
  
  Семнадцатое апреля. 1971 год.
  70
  
  
  * * *
  
  Ночкой тёмною в тёплой постели!
  
  Я выпил в кабаке водки стакан,
  на второй не хватает рубля!...
  Думал я, что я лишь хулиган,
  но читаю: "Хулиганю для..."
  
  Мне не пошла на ум и пьянка!
  (Мне это как беда Вселенская!)
  Кто же такая эта хулиганка?...
  Ба!... Да ведь это Маша Ленская!
  
  Она мне словом душу ранит!
  Мне её слова покоя не дают!
  Её дочь в школе хулиганит,
  а она вдруг взбесилась тут!
  
  Мне её слова острее шила,
  сердце могут аж проткнуть!
  В свою компанию решила
  она мою подружку затянуть!
  
  Мне бы заняться с ней гулянкой!
  Я Машу так бы нежно обнимал!...
  Я бы с этой дерзкой хулиганкой
  уж столько дров бы наломал!...
  
  Если только меня слышишь,
  то мне, пожалуйста, ответь!
  Мне стишок свой напишешь?
  (Можешь меня даже поиметь!...)
  
  Нам ни к чему друг друга ранить!
  (Мне все другие давно надоели!)
  Так давай же с тобой хулиганить
  ночкой тёмною в тёплой постели!
  
  Девятнадцатое апреля. 1971 год.
  71
  
  
  * * *
  
  Коммунизм всё святое губит!
  
  Предвещают мне законы
  очень страшную грозу!
  Купола, кресты, иконы...
  в своём сердце унесу!
  
  Приговор как смерти след,
  срок долгий это не пустяк!
  До Свободы ещё десять лет...
  а до смерти мне только шаг!
  
  Из коммунистического суда,
  (словно в кошмарном бреду!),
  коммунисты всех русских сюда
  гонят в шахтах копать руду.
  
  Снова столыпинский вагон...
  Я вдруг вспомнил между дел:
  менты, побои, собаки, шмон...
  охраны жуткий беспредел!...
  
  Коммунисты на подлости готовы,
  им ни Россию, ни русских не жаль!
  Только одеть на всех русских оковы
  коммунисты уж смогут едва ль!...
  
  Вместо чудесной птицы счастья
  к нам коммунизм-дьявол прилетел.
  Не желаю вовсе ничего красть я,
  и грабить я тоже никогда не хотел!
  
  Коммунизм всё наше святое губит!
  Коммунизм, это адское исчадие само!
  Сейчас поэт Россию так не любит,
  как не любит коммунизма дерьмо!
  
  Двадцать третье апреля. 1971 год.
  72
  
  
  * * *
  
  С гениталий пух и перья!...
  
  Я, одну тебя только любя,
  даже других не вспоминаю!
  Мне казалось, что знаю тебя!
  Оказалось, что тебя не знаю!
  
  Моя судьба меня кромсала!
  Мне стала ложь как ремесло!
  Ты мне здесь такое написала!...
  (Меня чуть-чуть не пронесло!...)
  
  От жизни скучной ты устала?...
  Или над жизнью потеряла власть?
  Что же ты мне раньше не сказала,
  что тебя распирает похоти страсть?
  
  Но, поверь, всё в твоей власти!
  (От страсти тоже сам уже торчу!)
  Твоей испробовать бы страсти!
  Милашка, тебя очень хочу!...
  
  Прошу, ну стань же подобрее!
  Пускай потом пойду к врачу,
  но отдайся мне! (Да поскорее!)
  Иначе просто жить уж не хочу!
  
  Отбрось, милашка, суеверья!
  (Тебя же очень многие хотят!)
  С наших гениталий пух и перья
  от нашей страсти пусть летят!
  
  Двадцать девятое апреля. 1971 год.
  73
  
  
  * * *
  
  Коммунизм Россию не изгложет!
  
  Наши законы костями подпёрты,
  только скоро все обрушатся они!
  Уроки истории в памяти стёрты.
  Добрых желаний погасли огни.
  
  Как безумно за решёткой
  Свобода песни мне поёт!...
  Мне залить бы тоску водкой,
  только кто мне здесь нальёт?...
  
  Я в объятья холода сырого
  тюремной камеры попал.
  Пережил я в жизни много,
  только духом пока не упал!
  
  Поневоле я попал сюда!
  Душа моя в тяжкой тоске....
  Очень ярко горит звезда
  у коммуниста на штыке!
  
  Звук знакомый, тревожный:
  скрип двери камеры моей,
  словно шум тревоги ложной,
  словно мне в душу суховей!...
  
  Кому-то бархатные розы
  душу ласкают аж до слёз...
  Мне - Архангельска берёзы!
  На зоне мне лесопокос!
  
  Я про честь и про Бога пою,
  помешать никто не сможет!
  И святую Россию мою
  коммунизм не изгложет!
  
  Первое мая. 1971 год.
  74
  
  
  * * *
  
  Люблю! А ты рванулась вдаль!
  
  Пьянчуга я обыкновенный!
  (Как все поэты.) Но что с того?
  Стою, коленопреклоненный,
  возле чудного портрета твоего!
  
  Жизнь моя в разгульном сраме!
  Думал я, что любовь ни к чему!
  Твой портрет... Ты это в храме?...
  Как ни стараюсь, никак не пойму!
  
  Меня на свете, может, хуже нет!...
  Часто в рулетку русскую играю!
  Только, на твой глядя портрет,
  мне кажется, что будто умираю!
  
  Поймёшь ли ты меня? Едва ль!
  Ты, зовущим взором всех маня,
  на портрете смотришь вдаль!...
  Смотришь куда-то мимо меня!
  
  Это меня так очень задевает!
  Страдаю, всё и всех кляня!
  Сердце моё с того страдает,
  что смотришь вдаль не на меня!
  
  Быть может, что я и скотина...
  (Если так, то мне очень жаль!)
  Но разве можно так, Марина?
  Люблю! А ты рванулась вдаль!
  
  Твоим словам как Богу внемлю!
  Без них не мыслю уж ни дня!...
  Мариночка, спустись на Землю!
  Хоть раз взгляни же на меня!...
  
   Третье мая. 1971 год.
   75
  
  
  * * *
  
  В коммунистической жуткой жизни.
  
  С благословенья прокурора
  в Сибири лес вожу не спеша.
  У меня руки грязные шофёра,
  зато чиста моя грешная душа!
  
  Я здесь уже который год!...
  Не радует меня уже апрель.
  Хоть вьюга снова здесь метёт,
  но морзянки слышатся трель.
  
  Вся зона засыпана снегом,
  как временем память моя.
  Меня мучает перед побегом
  слепого сомнения злая змея!
  
  Хотя тюрьма ко мне строга́,
  думаю лишь только о снеге:
  "Посильней разыграйся, пурга,
  помоги мне в скором побеге!"
  
  Тяжкие тюремные часы, они
  как злые часовые на посту.
  Только уже давно считаю дни,
  когда свою Свободу обрету!
  
  Сам заработал я себе тюрьму,
  скоро сам себе заработаю волю!
  Никогда не смирюсь, не приму
  коммунизма проклятого долю!
  
  Стараюсь честно служить отчизне,
  все свои мысли и дела ото всех тая.
  В коммунистической жуткой жизни
  не будет места для таких, как я!
  
  Пятое мая. 1971 год.
  76
  
  
  * * *
  
  Милашка, будь скорей моею!
  
  С тобою мы знакомы стали.
  (На брудершафт пока не пьём.)
  Откуда столько вдруг печали
  в портрете траурном твоём?
  
  Письма твои тоски полны́.
  Я прочёл их, о тебе мечтая!
  Письма твои такой длины!...
  Чуть не уснул я, их читая!
  
  Но моё сердце не в покое!
  Откуда только ты взялась?...
  Твоё имя, - что это такое?...
  Ведь ты русской назвала́сь.
  
  Мне уже не до искусства!
  Давай же водочки нальём!
  Предосудительные чувства
  теперь кипят в сердце моём!
  
  Как же к тому отнесёшься,
  чтобы моей девчонкой стать?
  Если ко мне прижмёшься!...
  (Позволь немного помечтать!)
  
  Твоя тоска... Расстанься с нею!
  Веселье!... \давай займёмся им!
  Милашка, будь скорей моею!
  (Если хочешь, то буду твоим?)
  
  Седьмое мая. 1971 год.
  77
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-тираны притесняют нас!
  
  День победы кому праздник, кому нет.
  Война, как будто бы, гремит ещё вдали
   За свободу воевали, - никакой свободы нет!
  Вместо свободы только рабство обрели!
  
  Ветераны войны молча протестуют,
  свои награды им пропить не жаль.
  Точно знаю, что меня скоро арестуют.
  Вместо праздника в душе моей печаль.
  
  Нещадно терзают коммунисты нас!...
  За то я на коммунистов только злее!
  Жил бы в Западной Германии сейчас,
  моя жизнь была б, конечно, веселее!
  
  Много стихов бы я о Германии писал!
  Ненависти к коммунизму нету меры!
  Предательством себя от бед я не спасал.
  Мой дед служил Царю, и я его же веры!
  
  Что теперь?... Что празднуем сейчас?
  Этому празднику душа моя не рада!
  Коммунисты-тираны притесняют нас,
  а мы молчим, как будто так и надо!
  
  В России за стихи не жду себе наград!
  Может придётся скитаться мне по свету.
  Я за Западную Германию душою рад!
  За победу никакой радости мне нету.
  
  Одиннадцатое мая. 1971 год.
  78
  
  
  * * *
  
  Коммунизма страшной чумой!
  
  Я, как святыню, целовал
  послевоенный чахлый куст!
  Я на войне этой не воевал,
  но о ней знаю с первых уст!
  
  То, что видел взор мой детский,
  меня всего от страха аж трясёт:
  сумрачный злой орёл немецкий
  в когтях фашизма свастику несёт!
  
  Когда уже одержана победа,
  коммунистам герои не нужны...
  Среди весёлого запойного обеда
  забывать погибших не должны!
  
  Очень омрачена радость победы
  тем, что явилось к нам за ней...
  В кремле коммунисты-людоеды!
  С каждым годом всё страшней!
  
  Никогда стихом не прославляю
  коммунистов зловещие дела.
  С победою их не поздравляю.
  Ведь не победа это и была!...
  
  Кто победил? Не жди ответа,
  победа мерзкой грязью обросла!
  Омрачена в войне победа эта
  тем, что она народам принесла!
  
  Брата убили, отца, сына, деда...
  Не все пришли с войны домой.
  Омрачена теперь это победа
  коммунизма страшной чумой!
  
  Тринадцатое мая. 1971 год.
  79
  
  
  * * *
  
  В Европу с коммунизмом пришла!...
  
  Хотя в России коммунист-чёрт,
   (Да хоть бы в ад он провалился!),
  перед лицом фашистских орд
  русский народ неволею сплотился!
  
  Под мессершмитов жуткий вой,
  (пером его никак не передать!),
  морем английский шёл конвой,
  чтобы Россию грешную спасать!
  
  Та уже давно закончилась война.
  Только знамя победы не целую.
  От ран уже оправилась страна,
  но всё с коммунистами воюю!
  
  Фашистов разгромили наши деды.
  И разлились среди тёплой весны
  сладкая радость печальной победы,
  за победу горькое чувство вины!
  
  Своими стихами не прославлю
  коммунизма-ада гадкое жульё!
  С днём победы не поздравлю,
  сам никогда не праздную её.
  
  В России немцев ждали мы,
  от коммунистов злодеев сходя с ума!
  Вместо фашизма коричневой чумы
  досталась России коммунизма чума!
  
  Святую Россию, сердцу дорогую,
  война с фашизмом не спасла...
  Красная чума, сменив другую,
  в Европу с коммунизмом пришла!
  
  Семнадцатое мая. 1971 год.
  80
  
  
  * * *
  
  Любовь достойна риска!
  
  Не понять любовь до конца!
  Кто, вообще, поймёт её?...
  Любовь опять зажгла сердца!
  Моё-то уж точно!... А твоё?...
  
  Про меня хоть вспоминаешь?
  Или на мне запретная печать?
  Молчишь. Сама того не знаешь,
  или мне не хочешь отвечать?
  
  Я к тебе проделал долгий путь,
  идя дорогою очень опасной!
  Моей душе дай же отдохнуть
  на твоей груди прекрасной!
  
  Я бы на тебе очень хотел уснуть,
  лелея эроса приятную мечту!...
  В трусишки дай мне заглянуть!
  Зачем свою скрываешь красоту?
  
  Тебе не положи в рот пальчик!
  К тебе однажды всё-таки приду!
  Я же очень плохой мальчик,
  тебя однажды ночью украду!
  
  Весь тёмный вечер будет наш!
  Может и ночь!... (Так допускаю!)
  Мне, конечно же, сразу дашь!...
  Как тогда тебя всю обласкаю!
  
  Всегда любовь достойна риска,
  даже у пропасти эроса на краю!
  Твои груди, попочка и писка
  скоро со мной окажутся в раю!
  
  Девятнадцатое мая. 1971 год.
  81
  
  
  * * *
  
  Нас мучают коммунисты-палачи!
  
  В суде состраданья не разбудят,
  всё лживый адвокат болтает зря!
  Не по закону коммунисты судят,
  русских судят они от фонаря!...
  
  Русских тюремные давят своды!
  Темны, как коммунисты, кирпичи!
  Здесь тянутся наши ночи как годы,
  нас мучают коммунисты-палачи!
  
  Когда приставил поганый мент
  ствол пистолета к моему виску,
  я подумал: "Прощай, диссидент!
  Мне бы выпить сейчас кваску..."
  
  Набили нас в камеру тесную,
  здесь на метр человека по два!
  От мысли про жизнь "чудесную"
  здесь моя крýгом идёт голова!
  
  Здесь, в переполненной тюрьме,
  тесно набита камера людьми!
  Душа, рассудок... - всё во тьме!
  "Себя тоскою злою не томи!"
  
  Снегири словно кровь на веточках.
  На вышке коммунист часовой...
  Небо то в звёздах, то в клеточках
  теперь над моею шальной головой!
  
  Я коммунистами хоть схвачен,
  но песни Свободы буду петь!
  Я ещё не настолько одурачен,
  чтобы коммунистов терпеть!
  
  Двадцать третье мая. 1971 год.
  82
  
  
  * * *
  
  Виню, но только не её!
  
  Все люди, словно бы скоты,
  себя вполне готовые убить!
  Моё сердце полно пустоты.
  (Чему же в сердце ещё быть?)
  
  Сердце в тоске вдруг заныло!
  Я вспомнил сирени цветы!...
  Когда-то у меня уже всё было.
  Моё сердце полно пустоты,
  
  Встретились, всё нормально!
  Только с тобою я не был скотом!
  Была пара встреч, буквально.
  Что вдруг началось потом!...
  
  А что потом? И сам не знаю.
  Всё было словно бы в бреду!...
  Все наши встречи вспоминаю,
  и объяснений никак не найду!
  
  Судить просто всем заочно.
  Правда всем насквозь видна.
  Не могу сказать вам точно
  во всём виновен я или она...
  
  Обвинять всех так стало модно!
  Каждый в деле гнёт всегда своё!
  Только теперь виню кого угодно!
  Виню кого угодно, только не её!
  
  Двадцать девятое мая. 1971 год.
  83
  
  
  * * *
  
  Ленину-дьяволу антихристу-вору!
  
  Коммунисты Россию разграбили!
  Загубили всех лучших крестьян!
  Всю святую Россию испохабили!
  Во главе Ленин-кровавый-тиран!
  
  Глухие стоны средь гробниц
  нас заставляют содрогнуться!
  Мною много написано страниц,
  от которых слёзы сами льются!
  
  Годы страшнейшего забвения
  сковали Русь немым кольцом!
  О том пишу свои стихотворения,
  как гибнет Русь под подлецом!
  
  Загнали нас, как скот, в загон!
  Всё коммунистами подмято!
  Вокзал, столыпинский вагон...
  Снова поезд мчит меня куда-то!
  
  Ленину-дьяволу-антихристу-вору
  сами отдали Русь на растерзание!
  Подхожу к тюремному забору...
  За что России такое наказание?
  
  Пламя жертвенных костров
  всюду коммунисты разжигают!
  Как скот (баранов и козлов)
  коммунисты русских убивают!
  
  Россией правит коммунист-идиот,
  всем русским он могилы роет!...
  Если однажды солнце не взойдёт,
  это нас нисколько не расстроит!
  
  Тридцать первое мая. 1971 год.
  84
  
  
  * * *
  
  По тебе душой страдаю!
  
  Довольны были мы судьбою!
  Очень желал я твоего тела!
  Ночами на тебе и под тобою
  я делал всё, что ты сама хотела!
  
  Моя душа играла, как гитара,
  лишь одну тебя лаская и любя!
  Были мы с тобой такая пара!...
  Но вдруг вселился бес в тебя!
  
  Наши желанья всё росли!
  (Теперь это вспоминаешь?)
  Тебя вдруг черти понесли
  туда, куда сама не знаешь!
  
  Испили мы любви пороки
  так, как до нас не мог никто!
  Но теперь странные упрёки
  на меня сыплешь ни за что!
  
  Моя душа всё истерпела!
  Я без тебя не мыслил дня!...
  Милашка, да ты обалдела!...
  За что вдруг выгнала меня?
  
  Явись ко мне во сне иль наяву!
  Не пью, не ем, но не голодаю!
  Существую без тебя, а не живу!
  По тебе душою так страдаю!...
  
  Первое июня. 1971 год.
  85
  
  
  * * *
  
  Для коммунистов-палачей!
  
  Россия к борьбе уже готова
  среди коммунистических бичей!
  Решимость, действие и слово,
  гроза для коммунистов-палачей!
  
  Несётся, безумьем взметённая,
  коммунистов одичавшая толпа!
  Звериной злобой опьянённая
  очень опасна она, хотя и глупа́!
  
  У кровавой звезды пятиконечной
  есть шестой, невидимый, конец.
  "Коммунизма власти не быть вечной!",
  говорил часто мне в детстве отец.
  
  Стою у пропасти на самом краю
  той бездны, куда мы все мчимся!
  Тошно в коммунистическом "раю"!
  все сами к пропасти стремимся!
  
  Среди коммунизма лютой непогоды
  всё только тревожные видим сны!
  К земле прижимают нас наши годы,
  невзгоды нам добавляют седины...
  
  От залпа страшного "Авроры"
  до сих пор война Гражданская идёт!
  Страдают Руси бескрайние просторы!
  Гибнет безвинно русский народ!
  
  Коммунизм-дьявол копит силы,
  чтобы Мир под себя поработить!
  Кругом безвестные могилы!...
  Всюду коммунистам буду мстить!
  
  Третье июня. 1971 год.
  86
  
  
  * * *
  
  Одна, которую люблю!
  
  Всё смотрю на твой портрет.
  Душа моя шепчет: "Прости..."
  Сейчас меня с тобою рядом нет.
  очень долго нахожусь в пути.
  
  Сидишь, как будто бы читаешь,
  сама же словно в чудном сне!
  С улыбкой нежною мечтаешь,
  конечно же, не обо мне...
  
  А я давно с твоим портретом!...
  На нём каждый штрих ловлю!
  Ты теперь одна на свете этом,
  ты лишь одна, которую люблю!
  
  Я от любви словно в бреду!
  Но вряд ли меня поймёшь.
  Так уже давно к тебе иду!...
  Мне не дойти, - ты не зовёшь!
  
  На мне изодраны одежды,
  в моих слезах кровавый след!...
  Другой, кроме тебя, надежды
  у меня в жизни не было и нет!
  
  Тебе покажется то странным,
  мир создан лишь для нас двоих!
  Однажды заявлюсь не званным
  и сяду у прекрасных ног твоих!
  
  Так нежно их обнять посмею!...
  Мне тебя дороже в свете нет!
  Скажу тихо: "Будь моею..."
  Услышу что тогда в ответ?
  
  Пятое июня. 1971 год.
  87
  
  
  * * *
  
  Ленин-антихрист кровавый!
  
  России диссиденты, вы герои,
  хотя пока вы находитесь в тени.
  У коммунистов в мозгу геморрои,
  уже скоро передохнут все они!
  
  Своим словом, позою и жестом
  давно невольно подражаю вам!
  Мой стих, наполненный протестом,
  не нравится очень большевикам!
  
  Стихами проклинаю советскую власть я!
  Не верьте коммунизма лживым словам!
  Долгих лет, здоровья, радости и счастья,
  диссиденты, от всей души желаю вам!
  
  Нежных слов говорить не умею.
  Живём... словно в страшном аду!
  Стихами вам сон золотой не навею,
  вас за собой на борьбу поведу!
  
  Давит Русь коммунизм жестокий!
  Наша жизнь вся из кровавых пóлос!
  Но тихий, чуть уловимый и далёкий,
  слышен уже святой Свободы голос!
  
  Русским лозунги про братство
  коммунист-сатана внушает!
  Коммунистам казнокрадство
  Ленин с того света разрешает!
  
  Давно пора бы уж оставить
  Россию коммунизмом заражать!
  Коммунист хочет Миром править,
  но самому Россию не сдержать!
  
  Седьмое июня. 1971 год.
  88
  
  
  * * *
  
  Давай же развратим друг друга!
  
  Есть любовь, иль вовсе её нет,
  но, к моей радости великой,
  моя девушка милая, ты свет
  в моей душе, с рожденья дикой!
  
  Тебе свои стихи пишу вновь,
  в стихах не называя тебя стервой.
  Ты, моя столь поздняя любовь,
  являешься любовью моей первой!
  
  Ты и есть любовь поздняя моя!
  Но что с тобою связывает нас?
  Первый раз давно влюбился я,
  самым последним будет этот раз!
  
  Сейчас нахожусь в ванной,
  равняю кончики седых усов...
  Ты над землёй обетованной
  паришь, как фея! (Без трусов).
  
  С интересом наблюдаю за тобою,
  словно в каком-то чудном сне!
  Сейчас к тебе от похоти аж вою!...
  Милашка, опустись ко мне!...
  
  Тебя своим стихом прославляю!
  Тебя охота так! - еле терплю!
  Сам себя желаньем удивляю!
  За что же так тебя люблю?...
  
  Моя милашка, милая подруга,
  то не посчитай за мой порок.
  Давай же развратим друг друга
  на зависть тем, кто слаб на передок!
  
  Одиннадцатое июня. 1971 год.
  89
  
  
  * * *
  
  Коммунистам от дел грязных...
  
  В Сибирь мчат меня колёса
  в этот июльский знойный час!
  Запах трав на ниве сенокоса
  русским духом наполняет нас!
  
  Русь, мне твои чудные цветы
  дороже даже звёзд небесных!
  Но только не узнаешь меня ты,
  всегда буду среди безвестных.
  
  Так пуста моя грешная душа,
  как гавань старого пирата.
  Святая Россия была хороша,
  но нету к прошлому возврата.
  
  Голод мутит мой рассудок,
  всё предо мною как во сне...
  Что-нибудь бросить в желудок
  очень хочется голодному мне.
  
  Очень скуден мой обед,
  недорогая вся моя пища.
  Для меня прекрасней нет
  былой России пепелища!
  
  Длятся долгими годами
  сны Руси-матушки моей!...
  Мы уже стали стриками, -
  всё так и не проснуться ей!
  
  В звёздных россыпях алмазных
  сияет где-то моя яркая звезда!
  Коммунистам от дел грязных
  не отмыться ни за что никогда!
  
  Тринадцатое июня. 1971 год.
  90
  
  
  * * *
  
  Подойди, возьми меня!...
  
  Я тёмной ночью на скамейке
  пьяный сидел средь темноты!
  Вдруг чудный голос канарейки
  нежно позвал меня в кусты!
  
  Эта такая чудненькая птаха
  как тут ночью быть могла?
  Я чуть не описался от страха,
  она меня к себе в кусты звала́!
  
  Я не сказал бы, что я трус.
  но в кустах-то темновато!...
  Трусов женских не боюсь,
  но остальное страшновато...
  
  А она мне поёт так сладко,
  меня к себе в кустики маня:
  "Я вкусна, как шоколадка!
  Подойди, возьми меня!..."
  
  Сквозь те кусты, а не дорогой,
  я к ней рванулся!... Вот дела!...
  Говорит: "Смотри! Не трогай!"
  И высоко юбчонку подняла́!...
  
  Вы, может, поверите едва ли,
  я лишь смог промолвить "Ах!..."
  Так с ней всю ночь и простояли
  мы в тёмных проклятых кустах.
  
  Я с тех пор объят тревогой,
  меня всё это теперь очень злит!
  Её слова: "Смотри! Не трогай!"
  Так из-за них кой-где болит!...
  
  Семнадцатое июня. 1971 год.
  91
  
  
  * * *
  
  Коммунистами поэту дана доля беглого раба!
  
  Я не забыл тебя! Не скрою,
  то-ли сожалея, то-ли любя
  в глубине своей души порою
  нет-нет и вспомню про тебя!
  
  Шагами тюремную камеру мерю.
  Здесь ночь светлее ясного дня!
  До сих пор грешной душою верю,
  что помнишь и любишь меня!
  
  Нету дна у жизни-пропасти глубокой,
  как и у бездонного неба нету дна!
  Мой взор к звезде моей далёкой...
  меня ярким светом ответствует она!
  
  От меня так далека она! (Как воля!),
  но Господом дана такая мне судьба!
  Коммунистами поэту дана доля
  скитальца нищего и беглого раба!
  
  Что мне предложено судьбою,
  я сам безвозвратно отверг!
  Может и встретимся с тобою
  "после дождичка в четверг".
  
  К нежным чувствам не привык,
  я словами не привык сорить!
  Слишком скуден мой язык,
  чтобы о любви мне говорить.
  
  Прости, сердце, что не позволил
  тебе безрассудно кого-то любить!
  Этим я сам самого себя обездолил,
  за любовь буду всю жизнь платить.
  
  Девятнадцатое июня. 1971 год.
  92
  
  
  * * *
  
  Коммунизма кандалы стальные!
  
  У могилы моей матери стоя
  мысленно я обращаюсь к ней.
  Русский или немец, всё же кто я?
  Ответа нету, мне с того страшней.
  
  Послевоенные вспоминаю годы
  во рванье, голодные, больные...
  Никогда не позабудут народы
  коммунизма кандалы стальные!
  
  Не сотворили бы даже фашисты
  того, что коммунисты натворили!
  Горизонты России страшно-мглисты,
  просвета нет, чего бы ни говорили!
  
  Коммунисты в зловещий рай зовут,
  в котором человеку нечем дорожить.
  Германию невольно вспоминаю тут,
  очень хотел бы в Германии пожить!
  
  Хочу посетить Западный Берлин,
  рассказывал о нём учитель в школе.
  Я такой в России далеко не один,
  много нас, страдающих в неволе!
  
  Веселятся коммунисты-скоты!
  Живу, коммунизм душой не любя!
  России свобода, часть моей мечты,
  хоть когда-нибудь увижу ли тебя?
  
  Двадцать третье июня. 1971 год.
  93
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-ядовитые гады!
  
  На злобу дня пишу свои куплеты
  о том, какой быть жизнь должна!
  В России существуют нищие поэты,
  хотя Россия очень богатая страна!
  
  России на засов закрыта дверь
  коммунистами в вольную Европу!
  Русский Иван заперт, как зверь,
  лижет коммунистам сраную жопу!
  
  Если мужик выйдет из запоя,
  то Россия наломает столько дров!...
  Коммунистам не будет покоя,
  хотя закон очень злобно-суров!
  
  Теней колышутся громады
  старой питерской тюрьмы...
  Коммунисты-ядовитые-гады,
  вылезли из страшной тьмы!
  
  В тряпки красные одетой
  Россия в луже крови спит!
  От коммунизма власти этой
  всех людей поносит и тошнит!
  
  Власть коммунизма, душу леденящая,
  для России жуткий, страшный враг!
  Тишина, в русских ушах звенящая,
  перед бурей очень злобный знак!
  
  Коммунист-жадный-барыга
  обокрасть он всех на свете готов!
  Россия скоро подымится из ига
  и стряхнёт с себя большевиков!
  
  Двадцать девятое июня. 1971 год.
  94
  
  
  * * *
  
  Тебя почти люблю!
  
  Мне конь Пегас, Муза упряжка
  на Парнас они меня зовут!
  Поэтом быть настолько тяжко,
  что поэты долго не живут!
  
  Коммунистические "поэты"...
  (знать общественность должна)
  передохнут все их куплеты,
  Россия позабудет все их имена!
  
  От жизни плотью я устал,
  но моё сердце не устало!
  Я твои письма прочитал,
  но веселее мне не стало!
  
  Могу сказать ещё при этом:
  пока не поздно, - выбирай!
  Ты только назвалась поэтом,
  и ожидаешь попасть в рай?...
  
  Каждой строчке своей рада,
  все позабыв прежние грехи!...
  Но знай, - поэт исчадье ада!
  Именно оттуда все его стихи!
  
  Только тебя почти люблю!
  (Ведь твои строки хороши!)
  Душой нисколько не кривлю!
  (У меня просто нету души!)
  
  Все твои мнения разрушу!
  (Душа твоя ещё не улетела?)
  За свои стихи продал я душу!
  И ты того тоже захотела?
  
  Первое июля. 1971 год.
  95
  
  
  * * *
  
  Коммунисты тюрем понастроили.
  
  Коммунисты революцию устроили!
  Они с Россией вздумали играть!
  Коммунисты тюрем понастроили,
  чтобы русских ни за что карать!
  
  Пусть будет пасмурным вечер.
  пусть будет непогода до зари!
  Пусть будет ночью дождь и ветер,
  пусть все погаснут фонари!...
  
  Годами маются мужчины
  в свете тюремных фонарей!
  Легли глубокие морщины
  после коммунизма концлагерей!
  
  Какая б ни пришла беда,
  но Русь достойна уважения!
  Вы не дождётесь никогда
  в России зла самосожжения!
  
  Русь коммунизмом испытана,
  стояла уже не раз перед грозой!
  Россия вся кровью пропитана,
  омыта русскою горючею слезой!
  
  Коммунистами разорваны времени узы!
  Россией правит коммунист-педераст!
  Кому, вы мне скажите, рыцарь Музы
  теперь свой меч в России передаст?
  
  Здесь никогда ни за что и ни к кому
  теперь уже ни в чём не явится успех!
  Терзают мою душу мысли: "Почему
  Россия теперь стала хуже всех?"
  
  Третье июля. 1971 год.
  96
  
  
  * * *
  
  Её белоснежные груди!...
  
  Юности вешней мелькнули лета́.
  Кому-то сознание осень рисует.
  Вместо веселья теперь лишь маята
  только у тех, кто собой не рискует!
  
  Быт у кого-то скучный и мерзкий!
  (Если мне скучно, водки напьюсь!)
  Я всю жизнь весёлый и дерзкий!
  Даже смерти порой не боюсь!
  
  Не сплю спокойно, хотя сладко ем!
  Тревога порой душу вдруг обоймёт!...
  "Мне-то зачем оно?.. Мне-то зачем?..."
  Вот это спокойно мне жить не даёт!
  
  Ну зачем полюбил я эту дуру?...
  Не пойму до сих пор и сам даже!
  Вообще-то её бы чудную фигуру
  выставлять можно и в Эрмитаже!
  
  На неё любовались бы люди!...
  (Если б того она захотела сама.)
  Её белоснежные нежные груди
  всех ротозеев сводили бы с ума!
  
  И лизали б её, как конфетку!...
  (Что пишу, такую-то мать?!...)
  Но пока эту вредную Светку
  никак не могу уломать!
  
  Пятое июля. 1971 год.
  97
  
  
  * * *
  
  Кровавый коммунизма век.
  
  В семнадцатом году так перепили,
  что до сих пор не можем протрезветь!
  Коммунисты всех священников убили,
  чтоб в чёрных душах веру не иметь!
  
  Безумны дни, кошмарны ночи...
  это лишь всё, что в России осталось!
  Кровавым туманом подёрнуты очи.
  Нам горе в наследство досталось.
  
  Как ни мудры коммунизма вожди,
  русский народ их всё-таки мудрее!
  От коммунистов добра не жди!
  Надо гнать их с России скорее!
  
  Россия кровавый терпит гнёт,
  не услышите смех детский!...
  Нам в спины целит пулемёт
  не фашистский, а советский!
  
  Коммунист, это предатель!
  В кровавый коммунизма век
  я постарел не как писатель,
  я постарел просто как человек!
  
  Мы на работе бьём баклуши!
  Ненавидим свой рабский труд!
  Стальных машин стальные души
  в наши души свою сталь вдохнут!
  
  Коммунизм души ложью шпарит!
  По всей России кровавый гнёт!
  Никто нам радость не подарит!
  Русским никто счастье не вернёт!
  
  Седьмое июля. 1971 год.
  98
  
  
  * * *
  
  Когда с любимой сплю!
  
  Вокруг меня доброжелатели!...
  (Поверьте, ей Богу, не совру!)
  Эти лицемеры, злопыхатели
  учить меня пытаются "добру"!
  
  "Добротой" меня пытаясь заражать,
  все они мне уже очень надоели!...
  Даже свечку готовы подержать,
  когда я с кем-нибудь в постели!
  
  Они, от бед меня пытаясь уберечь,
  всё учат! Всех их за это не терплю!
  В постель вместо меня готовы лечь,
  когда со своей любимой сплю!
  
  От "доброжелателя" нет спокойного дня!
  Над бедой слезой платочек мочит!
  Но вот в тюрьму садиться за меня
  из них, увы, никто пока не хочет!
  
  Надоели мне "доброжелатели"!
  Мне не дают спокойно даже спать!
  Они лживые, мерзкие предатели!
  В могилу их живьём бы закопать!
  
  Перед ними никогда не клонись!
  И без них прекрасно обойдёмся!
  Надейся, моя милая, крепись!
  Жизнь трудна́, но мы пробьёмся!
  
  Одиннадцатое июля. 1971 год.
  99
  
  
  * * *
  
  Власть захватил коммунизма сброд!
  
  Среди скучных дней и винопитий,
  как злые тени мрачных теней,
  мелькают кровавые отблески событий
  войны Гражданской по сей день!
  
  В войне Гражданской комиссары
  русский народ бросали на народ!...
  В дворянских поместьях пожары!...
  Власть захватил коммунизма сброд!
  
  С войной Гражданскою пришли
  мы к вратам невиданной разрухи!
  Всё коммунисты сокрушить смогли,
  к мольбам и стонам словно глухи!
  
  Он вовсе не герой, но и не трус
  казак, в Гражданскую спасённый.
  Он молчит и мрачно крутит ус,
  судьбой России потрясённый!
  
  Пылает Русь в войне Гражданской!
  Жертвам уже давно потерян счёт!
  На русской земле святой Кубанской
  рекой кровь русская народная течёт!
  
  Напоённые красным дурманом
  идиоты послушались большевиков.
  В войну Гражданскую обманом
  коммунисты заманили дураков!
  
  В России не стало белого света,
  коммунисты русских сделали скотом!
  Была омрачена кровавая победа эта
  тем, что к нам пришло за ней потом!
  
  Тринадцатое июля. 1971 год.
  100
  
  
  * * *
  
  Дрожишь, уставив страстный взор!
  
  В предрассветном свете фонарей
  всё отчётливее выступают здания.
  Своё время тороплю, чтобы скорей
  мне дожить до нового свидания!
  
  Как корабль, идущий ко дну,
  жертвами свой путь устилаю.
  Очень многих люблю, но одну,
  только лишь одну тебя желаю!
  
  Долго в тоске душе не быть,
  она всегда любить готова!
  Не может сердце не любить,
  вот потому и люблю снова!
  
  Сознаю, что меня подавишь
  своей безумной красотой!
  Насильно любить не заставишь.
  Тебе любовь лишь звук пустой!
  
  Мне любовь как боль тупая!
  Тебе всё это только смех...
  Но в объятьях твоих утопая
  позабываю о всём и о всех!
  
  Вокруг себя ничего не замечаешь,
  для тебя даже разврат не позор.
  На нежные слова мои не отвечаешь.
  Дрожишь, уставив страстный взор!
  
  Я отвёл глаза от твоего взгляда,
  который сердце мне прожёг!
  Знаю, тебе только деньги надо,
  но только пуст мой кошелёк.
  
  Семнадцатое июля. 1971 год.
  101
  
  
  * * *
  
  Коммунист-дьявол ужасный!
  
  Гремит звонок как гром небесный!:
  то коммунисты с обыском идут!
  Прерван вечер наш чудесный,
  впереди коммунистический суд!
  
  Дверь неспешно открывая
  коммунистам, проклинаю их!
  Куда меня ни выведет кривая,
  не оставлю ратных дел своих!
  
  С пьяной мордой, красный,
  словно мой проклятый рок,
  коммунист-дьявол-ужасный,
  как зверь переступил порог!
  
  У мента "мужественный" вид,
  его душа голодного вампира!
  Но от него уже давно смердит,
  как будто он вылез из сортира!
  
  Шмонает коммунист-мерин,
  вонючий, словно он в гнилье!
  В своих движениях уверен,
  в чужом копается белье!
  
  Тебе, невесте подвенечной,
  сломали всю судьбу менты!
  Не снимать невесте вечной
  с горя тёмной траурной фаты.
  
  Во сне приходишь в платье белом!
  Верю, - ждёшь меня, на зло судьбе!
  Очень хочу своей душой и телом
  прикоснуться, милая, к тебе!
  
  Девятнадцатое июля. 1971 год.
  102
  
  
  * * *
  
  Другую уже не полюблю!
  
  У поэта женщин очень много!
  Всю жизнь у чьих-то юбок он!
  Но не суди же меня строго:
  где Муза, - там и Купидон!
  
  Но вот явилась ты и сразу
  я всех забыл! Даже запи́л!
  Любовь, как страшную заразу,
  я от тебя вдруг подцепил!
  
  Что делать мне, и сам не знаю!
  Но, как перед Богом, не солгу:
  других женщин вспоминаю,
  ни одну вспомнить не могу!
  
  Лишь ты одна мне только ми́ла!
  Вспомнил я тебя и застонал!...
  Моя душа только тебя любила
  даже когда я тебя и не знал!
  
  Все обиды от тебя терплю,
  но моё сердце тебе очень радо!
  Другую уже не полюблю...
  Другую мне и даром не надо!
  
  Ради тебя!... - хоть в поднебесья!
  Одной только тебе служить я рад!
  Лишь одной тебе отдамся весь я!
  Я за тобой готов и в рай, и в ад!...
  
  Но ты любовь мою не ценишь,
  за любовь мне хочешь мстить!
  Если ты только мне изменишь,
  не смогу тогда тебя простить.
  
  Двадцать третье июля. 1971 год.
  103
  
  
  * * *
  
  Коммунисты загубили русский народ!
  
  У мужика всю жизнь горе-веселье!
  Он затравлен, как дряхлый баран!
  Чуть проспится, опять на похмелье
  где-нибудь отыщет водки стакан!
  
  Если живёшь под страхом смерти,
  то всё в жизни делаешь не так!
  Коммунисты, эти злые черти,
  русских убить готовы за пустяк!
  
  Коммунизма вой иступлённый
  теперь уж не пугает никого!
  Пёс бездомный удивлённый
  только лишь один слушает его!
  
  Власть коммунизма опасная,
  она творит жестокие дела!
  Россия-девица прекрасная
  от коммунизма-чахотки сгнила́!
  
  В России нам не до мечтаний,
  все мы покорились злой судьбе!
  Десятилетия страшных страданий
  накликал сам русский народ себе!
  
  Моя душа с невыразимой болью
  о бедной России стихи мне даёт.
  Словно на раны сыплет солью!
  Как будто кровью слёзы льёт!
  
  Годы пришли к нам очень опасные!
  России от страха даже кривится рот!
  Казни устроили сволочи красные!
  Коммунисты загубили русский народ!
  
  Двадцать девятое июля. 1971 год.
  104
  
  
  * * *
  
  На костре любви!
  
  Это что за нелепость,
  не схожу ли с ума?
  Кому-то дом крепость,
  мне дом, как тюрьма.
  
  Только выйду из дома,
  мне слышен соловей!
  Такая сладкая истома
  сразу на душе моей!
  
  Я был у твоих ног,
  побродил по свету...
  В том, что я одинок,
  вины твоей нету.
  
  Расставанье как беда
  среди жизни гроз...
  Не позабуду никогда
  вкус прощальных слёз.
  
  Хотя тебя и ругаю,
  но огонь в моей крови!
  Сам самого себя сжигаю
  на костре своей любви!
  
  Тусклый блеск заката,
  за ним ночи темнота...
  Ты моя горькая утрата,
  моя ты яркая мечта!
  
  Водку глушишь утром рано.
  Ухожу... Ну а ты знай:
  Будь же ты сыта и пья́на,
  но меня не вспоминай!
  
  Тридцать первое июля. 1971 год.
  105
  
  
  * * *
  
  Коммунист, - он же фашист!
  
  Коммунист, - он же фашист,
  те и другие правду задушили!
  Под лютый смерти жуткий свист
  они для народов саван сшили!
  
  У русского Человека Бог украден!
  Жизнь в России похожа на сортир!
  Ужасен, пуст и жутко безобразен
  в России коммунизма страшный мир!
  
  В чреве злого зверя был зачат
  коммунизма мерзкий зародыш!
  В Европе всюду дьяволы кричат,
  что рождён этот ужасный обглодыш!
  
  С коммунистами лучше не стало!
  Наши мыли словно стон в степи!
  Сердце русское уже давно устало!...
  Душа русская просит: "Потерпи..."
  
  В тюрьме много томится людей,
  это забота коммунистов о народе!
  Над Россией стая белых лебедей
  громко курлычет в небе о Свободе!
  
  Здесь мои родные: мать, мой дед,
  мой далёкий предок похоронен.
  Мне страны, милей России, нет!
  Я вполне её поэтом быть достоин!
  
  Если умру, то через много дней
  меня моя Россия не забудет!
  Вне времени, вне памяти моей
  чего ещё с моей Россией будет?
  
  Первое августа. 1971 год.
  106
  
  
  * * *
  
  Докажу тебе в постели!
  
  Господь не спит на небесах!...
  Я только лишь ещё проснулся.
  Пишешь о господних чудесах?
  Я прочитал и очень ужаснулся!
  
  Я совсем дурак... То признаю!
  Это меня жизнь искромсала!
  Только тебя никак не узнаю!
  Ты что мне за бред написала?
  
  Хоть назови меня в ответ скотом
  (с чёрной злости, или же любя),
  только пишешь вовсе не о том!...
  Ведь чудеса все между ног у тебя!
  
  Вся разденься, к зеркалу пойди,
  сама увидишь в зеркале такое!...
  Мои все объясненья ещё впереди,
  но моё сердце сейчас не в покое!
  
  Сейчас представляю наперёд,
  как голая у зеркала ты поутру!...
  Но если тебе зеркало соврёт,
  приди тогда ко мне, не совру!
  
  Отбрось все сомнения и страх!
  Ко мне лишь свои руки протяни!
  Всё пишешь о Господних чудесах,
  со мной узнаешь точно, где они!
  
  Мне все давно уж надоели,
  но не потеряна мной честь!
  Докажу тебе в постели,
  что чудо ты сама и есть!
  
  Третье августа. 1971 год.
  107
  
  
  * * *
  
  Рухнет под коммунизмом твердь!
  
  От коммунистов хорошего мало,
  от них лишь только лжи поток!
  Сердце моё в счастье задрожало,
  Святой Свободы ощутив глоток!
  
  Заняты все жизнью блудной
  русские к коммунизму на пути!
  В России от пьянки беспробудной
  народ никак не может отойти!
  
  Чем смаковать беспечность,
  лучше погибнуть в борьбе!
  Свобода, страшная вечность,
  меня чарует и мáнит к себе!
  
  Поэтов тех, кто многозвонней,
  уже скосила коммунизма коса!
  С каждым годом всё отдалённей
  звучат в России поэтов голоса.
  
  Коммунист на русских злится!
  Всех русских пытается карать!
  В России даже ветер не решится
  с кровавым флагом поиграть.
  
  Однажды светлый день придёт!
  Исчезнет вдруг с души тревога!
  Порозовеет русский небосвод,
  будет радостной России дорога!
  
  Скоро придёт, минуя остальных,
  за каждым коммунистом смерть!
  В смерти объятиях стальных
  рухнет под коммунизмом твердь!
  
  Пятое августа. 1971 год.
   108
  
  
  * * *
  
  Врать кончай, дай кончить мне!
  
  Пишу так много и бравасто!
  Но, Маша, речь не про тебя.
  Лжём так искренне и часто,
  не ненавидя, вовсе не любя!
  
  (Это так... с души слетело.)
  А как противиться судьбе?
  Но, Маша, ты другое дело!
  Врать вовсе не буду тебе.
  
  Правду от тебя не скрою!
  Перед тобою быть скотом?...
  Мы лжём так часто порою,
  что сами тонем в обмане том!
  
  Вот хоть сама же посмотри,
  всю ночь лелею Эросы мечты!...
  Очень жду предутренней зари!...
  Приходит кто?... Ясно, не ты!
  
  А ты всё с кем-то там и где-то!...
  Знаю всё!... Меня не проведёшь!
  Короче, всё!... - пропало лето!
  Виной твоя лишь только ложь!
  
  Кому-то свои чувства бережём,
  с кем угодно готовые уснуть.
  Так часто искренне все лжём,
  что, дай Бог, себя не обмануть!
  
  Похоть моё сердце претерпело!
  Я теперь с тобою в каждом сне!
  Но, Маша, ты совсем другое дело!
  Врать кончай! - Дай кончить мне!
  
  Седьмое августа. 1971 год.
   109
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-кровавые барыги!
  
  Меня Бог навеки заковал
  цепями Музы страстной!
  Он с небытия меня воззвал
  для жизни мятежной, опасной!
  
  Если от горя опустились руки,
  сразу падать духом не спеши!
  Мои стихи не просто звуки,
  они страдания моей души!
  
  Старый пёс бродячий за углом,
  стихи послушав, прослезился!
  Коммунисты мне платит злом!
  Я на коммунистов разозлился!
  
  Коммунизм всех сожрать хочет,
  раскрыв свою страшную пасть!
  Как мягкая вода граниты точит,
  так мои строки подточат власть!
  
  Мои стихи свободой дышат
  среди оков страны-тюрьмы!
  У нас кричащего не слышат:
  когда зовут, сразу глухие мы!
  
  Осень с проливными дождями
  очень приятна для сердца моего!
  С проклятыми коммунизма вождями
  Россия не достигнет ничего!
  
  Честным людям рты заткнули
  коммунисты-кровавые-барыги!
  Смелые люди собою рискнули:
  они мои напечатали книги!
  
  Одиннадцатое августа. 1971 год.
  110
  
  
  * * *
  
  Влюбился я!
  
  Я подъехал к ресторану!...
  (уже пьяный был, дурак!)
  Повстречал там эту Анну...
  И пошли мы с ней в кабак!
  
  Мне она... - на яйца соль!...
  (Хотя уж битый я матрос!)
  Сохранит ли душа моя боль?
  Вот вопрос так уж вопрос!...
  
  Моя душа боль не хранит!
  (Кто бы в этом сомневался!)
  Хоть я, развратник, паразит
  но чуть на этом не попался!
  
  Она пришла ко мне не звана!
  Ну что же это за такие дела?...
  В неё влюбился я, и эта Анна
  меня прямо за яицы взяла!...
  
  Ты, Анна, ищешь лучших ген...
  Прости меня, русскую рожу!
  У меня русский простой хрен!
  Так я тебя им облагорожу!...
  
  Я новгородский русский дурак,
  ты передо мною не грусти!...
  Но, если что-нибудь не так,
  то, Анна, уж тогда прости!...
  
  Тринадцатое августа. 1971 год.
  111
  
  
  * * *
  
   Угощают коммунисты русских тюрьмой!
  
  Иду какой-то незнакомой дорогой
  с хрупким посохом, с нищей сумой.
  Со справкой с колонии строгой
  сегодня возвращаюсь к себе домой!
  
  Уже немало сгинуло героев!
  Давно потерян жертвам счёт!
  На моём теле следы от побоев
  могила только лишь сотрёт!
  
  Где ёлки к ветру тянут лапы,
  там, где только зверю хорошо,
  тюрьмы, концлагеря и этапы
  я со своими стихами прошёл!
  
  В глухом лесу всю ночь петляю,
  меня скрывает тенью лес густой!
  Но, на всякий случай, стреляю
  в туман холодный, серый, пустой.
  
   Угощают коммунисты нас тюрьмой!
  Кто там бывал, того хорошо понимаю!
  Вернувшись из тюрьмы к себе домой
  своих родимых со слезами обнимаю!
  
  На руках своих железные замочки
  всю свою жизнь буду вспоминать!
  Что ни день, то опять заморочки!
  Всюду коммунизм буду проклинать.
  
  Сквозь строй коммунистов-сволочéй
  не раз пришлось мне проходить!
  Я запомнил коммунистов-палачей!
  Им до гроба буду жестоко мстить!
  
  Семнадцатое августа. 1971 год.
  112
  
  
  * * *
  
  Отдайся мне, и кончим дело!
  
  Ты здесь душой не солгала́?
  Ты ни слова не солгала тут?
  Но твоя правда так мала...
  Все слова твои лишь врут!
  
  Где ветер воет, там тоже и я.
  У нас один с тобой маршрут.
  Зачем же правда всем твоя,
  когда все люди только врут?
  
  Своя у каждого дорога!
  Люди нити жизни рвут!
  Люди врут, но не от Бога!
  Все против Бога они врут!
  
  Ты как древности тростинка,
  тебя то-ль не́ было, то-ль нет!
  Нашей истории пылинка,
  ты словно в будущее свет!
  
  О чём пишешь, не пойму,
  но всё же тебе отвечаю.
  Всё это лишь пишу к тому,
  что в тебе души не чаю!
  
  Языком просто попусту чесать
  тебе самой ещё не надоело?
  Чего там глупости писать,
  отдайся мне, и кончим дело!
  
  Девятнадцатое августа. 1971 год.
  113
  
  
  * * *
  
  Чтобы коммунист издох!
  
  Мне никогда то не забыть!...
  Теперь не убедит меня никто,
  за что коммунистов любить.
  Их ненавидеть есть за что!
  
  Я о коммунисте, как о воре,
  стихи пишу, и это неспроста!
  Число зверя в мутном взоре
  горит у коммуниста-мента!
  
  Коммунист, незваный "гость"
  с обыском часто у меня бывает.
  Как в больную мою душу гвоздь
  он законы коммунизма забивает!
  
  Все поняты́е далеко не святые!
  И я ведь тоже вовсе не святой.
  Все дела мои жестокие крутые
  затерялись где-то в жизни той!...
  
  Мне ждать беду с какого бока?
  К ней пока навстречу не спешу.
  От тюремного срока и до срока
  сладкой Свободой на воле дышу!
  
  Покаянию сердце очень радо,
  в моей душе облегчения стон!...
  Сейчас мне уже алиби не надо,
  теперь виновен я со всех сторон!
  
  Мне, русскому мятежному Поэту,
  знамя святой борьбы доверил Бог!
  За то выпиваю водки стопку эту,
  чтобы последний коммунист издох!
  
  Двадцать третье августа. 1971 год.
  114
  
  
  * * *
  
  До сих пор тебя люблю!
  
  Печально ты тут написала...
  С того теперь вот слёзы лью!
  А мне бы украинского сала,
  а то без закуски водку пью!
  
  Водку пью стакан за стаканом!...
  (Но тебя больше водки люблю!)
  Ты меня посчитаешь тираном,
  но из-за тебя все розы погублю!
  
  Всех их растопчу, уничтожу,
  больше чтоб ни одна не цвела!
  Прости мою пьяную рожу,
  это ты меня до того довела!
  
  Воспоминаний жестокие грёзы.
  Моя душа ничего не позабыла!...
  Я, помнишь, дарил тебе розы,
  ты потом их другому дарила...
  
  Его (не меня) ты любила!
  Тебя же любил я, дурак!...
  Да лучше бы меня ты убила,
  чем со мной поступала так!
  
  Себя в мыслях на том ловлю,
  что погибель в тебе предвижу,
  что до сих пор тебя люблю!
  Все розы с тех пор ненавижу!
  
  Двадцать девятое августа. 1971 год.
  115
  
  
  * * *
  
  Коммунистом никогда не стану!
  
  На краю леса стоит сторожка,
  смотрит она ласково во тьму...
  Меня моей жизни узкая дорожка
  привела в коммунизма тюрьму.
  
  Мне в тюрьму пришла записочка,
  что мне моя подруга не верна,
  что не ждёт меня моя кисочка,
  что теперь с другим живёт она.
  
  Душа моя памятью кровоточит.
  Напоминает мне лютая Колыма,
  как во мраке южной тёплой ночи
  от страсти любви мы сходили с ума!
  
  В мрачных сводах тюремных низких
  о жизни нехорошую слышу молву.
  Я умер теперь для друзей и близких...
  Для врагов-коммунистов ещё живу!
  
  Пишу стихи о тюремной невзгоде,
  о том, как плохо и холодно мне.
  Душа моя скоро оттает на свободе,
  как снега России тают по весне.
  
  В тюремных решётках вижу раму.
  Серый сумрак здесь даже среди дня!
  Серо-полосатую мрачную "пижаму"
  коммунисты-палачи надели на меня.
  
  Только никогда Россию не предам!
  Не излечить в душе мне горя рану.
  Скорее свою душу дьяволу продам,
  но коммунистом никогда не стану!
  
  Тридцать первое августа. 1971 год.
  116
  
  
  * * *
  
  Ты одна, которую люблю!
  
  "Говори со мной до самого рассвета"
  С чего это ты мне такое говоришь?
  В твоей руке тень вижу пистолета,
  и ты со злобной радостью глядишь!
  
  Знаю, меня не сможешь застрелить,
  хотя мужчин стреляешь как котят!
  Крови, слёз и спермы не могу пролить!
  Целься не туда, куда женщины хотят!
  
  Милая, меня, пожалуйста, прости!...
  Я пьяный чёрт, ты трезвая девчонка!
  Все мои грехи к тебе ты отпусти,
  прости меня, дерзкого падонка!
  
  Посмотри, какой день-то погожий!
  Это всё наяву, или только сплю?
  Говоришь, будто бы я прохожий...
  Но тебя всею своей душой люблю!
  
  Прости же дерзости мальчишки!
  Я только свои чувства изливал!
  (Если б приспустила ты трусишки,
  я бы тебя святой богинею назвал!)
  
  Упаду к твоим ногам! (Иль между?)
  Ни душой, ни сердцем тебе не солгу!
  Только одну тебя, как чудную надежду,
  в своей душе до своей смерти сберегу!
  
  В твоих глазах упрямых, строгих
  не любовь, а дерзкие упрёки ловлю!
  Ты одна... Да, ты одна из многих!
  Но только ты одна, которую люблю!
  
  Первое сентября. 1971 год.
  117
  
  
  * * *
  
  Коммунизм русскую кровь сосёт!
  
  Хожу среди ночи не один.
  Часто замечаю тут и там,
  за мной какой-то господин
  ночами тихо ходит по пятам!
  
  Коммунист неотлучно рядом
  всегда повсюду следует за мной,
  давит своим злобным взглядом
  меня он как тюремною стеной!
  
  На моей душе болят свежие раны,
  мне предвещая опять какую-то беду!
  Коммунисты расставили капканы,
  но в их капканы навряд ли попаду!
  
  Не напишу словами добрыми,
  плоть мою страх не затрясёт.
  Коммунизм, клопами злобными,
  уже давно кровь русскую сосёт!
  
  Память шуршит бумагой смятой,
  хотя давно всё позабыть её прошу.
  На день поганой милиции проклятой
  всё, что о коммунистах думаю, пишу!
  
  Дарёному коню в зубы не смотрю,
  друга никогда ни в чём не упрекаю!
  С коммунистами открыто говорю,
  им скорую погибель предрекаю!
  
  Коммунистов душою не приемлю!
  За этим годом год пройдёт другой...
  Брошу флаг коммунизма на землю
  и растопчу его ненавистного ногой!
  
  Третье сентября. 1971 год.
  118
  
  
  * * *
  
  Любви всевластной тайность!
  
  Случайной была наша встреча,
  до сих пор помню день тот и час!
  Я теперь далеко и ты далече...
  Но даль только сближает нас!
  
  Знакомство вдруг произошло,
  но это была не случайность!
  Душу мою тоской заволокло...
  Это любовной страсти тайность!
  
  Раз суждено уж так судьбою,
  раз сердцем я в любовь попал,
  откровенно каюсь перед тобою
  в том, что я с другими уже спал.
  
  И ты, наверно, тоже не святая,
  (ведь все покорны мы судьбе).
  Но только, с губ моих слетая,
  мои слова летят к одной тебе!
  
  Ничего, что сейчас я с другою,
  ничего, что ты пока с другим...
  Ты мне будешь самой дорогою,
  тебе буду самым дорогим!
  
  Пишу тебе стихи не тайком!
  Ни словом, ни душой не вру!
  Тоска в душе моей комком!...
  Скоро приеду, замуж заберу!
  
  Пятое сентября. 1971 год.
  119
  
  
  * * *
  
  В коммунизме-тюрьме как в яме.
  
  В коммунизме-тюрьме как в яме.
  Здесь весь народ словно гнильё.
  Теперь часто думаю о своей маме,
  хотя я вовсе никогда не знал её.
  
  Ночь тюремная мрачно плывёт...
  Стон здесь, вместо музыки, в эфире!
  Сквозь тюрьмы решёток переплёт
  вижу тоже тюрьму, только пошире.
  
  Белый снег меня зовёт на волю.
  Очень хочется побегать по нему!
  России диссидента злую долю
  не пожелаю никогда и никому!
  
  Сердце моё свободы не боится,
  хотя меня ждёт на свободе сума!
  Свобода мне в тюрьме снится,
  на свободе мне снится тюрьма.
  
  Воет злой ветер, в трубах трубя,
  ему подвывает злобная вьюга!...
  Тюрьма-Колыма, хорошо у тебя,
  только здесь мне плохо без друга.
  
  Друг мой по зоне, теперь где ты?...
  Сегодня опять я тебя вспомянул.
  Все наши песни ещё не допеты!
  Здесь вечным сном я ещё не уснул.
  
  Сейчас, зорко вглядываясь в даль,
  смерть коммунизма там ясно вижу!
  Хотя до Свободы доживу едва ль,
  но чести своей никогда не унижу!
  
  Седьмое сентября. 1971 год.
  120
  
  
  * * *
  
  Любовь, это такой тяжёлый труд!...
  
   "Шлюха" говоришь о себе дерзко.
  Что, так недовольна ты судьбой?...
  Но только, знаешь, мне не мерзко
  рядом быть опять с одной тобой!
  
  Я же не взнузданный телёнок.
  Хоть я и с кем попало сплю,
  не люблю хороших девчонок
  и нехороших тоже не люблю.
  
  Ты лишь одна мне дорогая только!
  Имею смелость, честь, отвагу!...
  Но тебе не жаль меня нисколько.
  Если захочешь, сам под тебя лягу!
  
  Любовь спасёт иль уничтожит!
  Не сделать ничего уже нам тут.
  Любить, увы, не каждый может.
  Любовь, это такой тяжёлый труд...
  
  Ты как в горле кость для всех!
  Ну что же, и такое ведь бывает.
  Но твоей письки нежный мех
  надежду в душу мне вселяет!
  
  Ты такая вредная девчонка!...
  От тебя обалдеваю, просто жуть!
  Не могла бы мне родить ребёнка,
  или там ещё чего-нибудь?...
  
  Дерзкий и злобный я подонок.
  Слёз у девок из-за меня град!...
  Милашка, ласковый котёнок,
  я за тебя даже издохнуть рад!
  
  Одиннадцатое сентября. 1971 год.
  121
  
  
  * * *
  
  Чтобы коммунистов стрелять!
  
  Жизни созвучий пёстрое единство
  в душе моей мелодией звучит!
  В России коммунизм-свинство!...
  Русские кабак в сто голосов кричит!
  
  В русском кабаке веселья вой
  под крики полупьяных поваров!
  Здесь опять ныряю с головой
  в море проституток и воров!
  
  Мне в карты везёт переменчиво.
  Банк сорву, но только что с того?
  Везенье... до того оно изменчиво,
  что никогда не надеюсь на него.
  
  Как бы полдень долго ни тянулся,
  но всё равно за ним вечер придёт...
  Я весь в жизнь блатную окунулся!
  Что-то тёмной ночью меня ждёт?
  
  Злых коммунистов ужасные глаза
  опять на меня пристально глядят!
  Из глаз моих невольно катится слеза,
  мысли мои дерзкие мрачно галдят!
  
  Давным-давно я уже дал зарок,
  что никогда больше не осмелюсь...
  Но вот пять взвожу ружья курок,
  в коммуниста-гада снова целюсь!
  
  Меня мама никогда не отпускает
  без пистолета по городу гулять.
  Она тоже ствол с собой таскает,
  чтобы коммунистов стрелять!
  
  Тринадцатое сентября. 1971 год.
  122
  
  
  * * *
  
  Потому, что я не разлюбил!...
  
  Ты и я... Какие здесь проблемы?
  Нету вовсе никаких у нас проблем!
  Хотя, конечно, возникают темы...
  И нам не обойтись без этих тем!
  
  Что же происходит между нами?
  Мне описать всё это нету слов!...
  Предлагаешь дружить нам телами...
  Только я к этому пока-что не готов.
  
  Я не готов с тобой или с другою...
  Короче, больше никого и не хочу!
  Ты мне была когда-то дорогою,
  только сейчас об этом промолчу.
  
  Помолчу, что не́ было и было.
  Промолчу о том, чего таишь.
  Моё сердце с памяти заныло...
  С такого на ногах не устоишь!
  
  Что сказать тебе в ответ смогу?...
  Возразить, конечно, не посмею.
  Перед тобой нисколько не солгу
  потому, что врать вовсе не умею.
  
  Ты, конечно, пышная корова.
  (Из ревности тебя бы я убил!)
  Не могу в тебя влюбиться снова
  потому, что я тебя не разлюбил...
  
  Семнадцатое сентября. 1971 год.
  123
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-палачи управляют страной!
  
  В России вид хижин бедных под луной
  меня давно очень печалит и тревожит.
  Коммунисты-палачи управляют страной!
  Власть коммунизма русским беды множит!
  
  В России всюду коммунизма трущобы.
  Коммунистов кровавые ненавижу дела!
  Ничего, кроме яростной жгучей злобы,
  власть коммунизма мне пока не дала́.
  
  Коммунизма злою властью-стервой
  дан мне страшный кровавый урок!...
  Этот тюремный этап мой не первый,
  далеко не последний этот мой срок.
  
  Мне коммунизм душу мою гложет!
  Начну решётки тюремные пилить!
  Душа моя бунтарская не сможет
  жуткий быт коммунизма пережить!
  
  Ещё пока не вся мною злоба слита
  на коммунистов-мерзких-скотов!
  Коммунистами жизнь моя разбита...
  Но я уже давно и к худшему готов!
  
  Коммунизма-палача власть-мучитель!
  Коммунисты беспредел творят в стране!
  Отвези скорей меня, добрый водитель,
  туда, где друзья мои обрадуются мне!
  
  Хуже, чем было, никогда уже не будет!
  В России не будет хуже, чем сейчас!
  Мой стих русских сознание разбудит!
  Услышат русские мой мятежный глас!
  
  Девятнадцатое сентября. 1971 год.
  124
  
  
  * * *
  
  Из женщин люблю лишь одну!
  
  Наше былое сегодня вспоминаю,
  слёзы горькие стараясь не ронять...
  Любил ли я когда? Да и сам не знаю.
  Ты уйти смогла, устав меня терять.
  
  Нашу любовь судьба так проверяла...
  С другими весело я время проводил!
  Ты каждый раз тогда меня теряла,
  каждый раз потом тебя я находил.
  
  У любви, проклятой этой стервы,
  измены куда больше, чем огня.
  Вдруг твои не выдержали нервы,
  ты вдруг ушла внезапно от меня.
  
  Сначала мне лишь стало веселее,
  сразу любовниц появилась рать!
  Но с каждым годом память злее
  меня за прошлое старается карать!
  
  И вот сижу, письма твои читаю,
  слёзы льются... И сейчас напьюсь!
  Только о тебе одной давно мечтаю,
  но сам прийти к тебе очень боюсь!
  
  Без тебя уже давно иду ко дну!
  Только ты спасти б меня смогла!
  Из женщин люблю лишь одну!
  Одною этой лишь ты всегда была!
  
  Мне не отвечай на это бранью.
  Ты не подумай, будто это ложь.
  Я к тебе явился б звонкой ранью,
  явился бы, но ты же не зовёшь...
  
  Двадцать третье сентября. 1971 год.
  125
  
  
  * * *
  
  Коммунисты губят невинных людей!
  
  Очень страшна́ кровавая тропа
  России, больше не свободной.
  Коммунистов-дьяволов толпа
  купается в крови народной!
  
  Теперь в крови и мерзости лежит
  дух России, коммунизмом распятой!
  Несчастная Россия грешная дрожит
  от коммунизма власти бесноватой!
  
  России нет ни пользы, ни нужды
  в делах пустых и бесполезных!
  Наживёшь себе только вражды
  от коммунизма законов железных!
  
  В России кругом казни и пожары!
  Коммунисты губят невинных людей!
  В карманах трупов звери-комиссары
  ищут подарки для своих жён-блядей!
  
  Злой кровавый режим советский,
  он очень много людей потравил!
  Страшный камень Соловецкий
  много русских жизней раздавил!
  
  Смерть в мученьях принимают
  многие русские люди прекрасные!
  С трупов казнённых одежды снимают
  коммунисты-мародёры красные!
  
  Нам свобода как солнце проглянет!
  Надежду и веру в святое народу неси!
  Добрым словом никто не помянет
  проклятый коммунизм в святой Руси!
  
  Двадцать девятое сентября. 1971 год.
  126
  
  
  * * *
  
  Сегодня я снова влюблён!
  
  Притворны, ласковы улыбки,
  что не тебе я, а другим дарил!
  Говорила: "Не сотвори ошибки".
  Но я ошибок много сотворил!...
  
  Я был с одной тобою дружен!
  Но, что случилось, не пойму!...
  Ты мне сказала: "Ты не нужен!".
  Я за тебя тогда пошёл в тюрьму!
  
  Над мужчинами не издевайся,
  перестань их красотой казнить!
  Догола ни перед кем не раздевайся,
  ну сколько можно всех дразнить?
  
  Тебя так полюбил я!... И люблю!
  Над твоим портретом душой млею!
  За тебя сам себя, точно, погублю,
  если только не станешь ты моею!
  
  Я, как сексопатолог, не солгу!
  Иная хочет... Хочет и не хочет.
  Фригидные, всем вам помогу!
  И тем, кто клитор свой не дрочит!
  
  Вера, Надежда, Любовь и София,
  я уже не раз вами был награждён!
  Уже много раз погибал от любви я,
  но вот сегодня я снова влюблён!...
  
  Твои ноги тебе очень надоели?...
  Узнав такое от тебя теперь не утаю:
  Мне бы с твоими ногами в постели!...
  Да я с ними был бы как в раю!
  
  Первое октября. 1971 год.
  127
  
  
  * * *
  
  Коммунисты наводят на русских страх!
  
  Протяжный жуткий стон стоит!
  Русь лежит в кровавом прахе!...
  Над ней коммунизм-топор висит,
  голова России на кровавой плахе!
  
  Россия безмерно очень большая,
  но её мучает коммунизма гнёт!
  Прозой жизни мечты разрушая
  неудержимо судьба наша идёт!
  
  По всей Руси шагом кровавым
  коммунисты-звери шастают!
  Законом злобным и неправым
  они над русскими властвуют!
  
  Народ для коммунизма стал опасен!
  Много везде звучит мятежных слов!
  Голос русского народа громогласен,
  как звук святых церквей колоколов!
  
  Даже все петродворцовые фонтаны
  притихли в страхе при большевиках.
  Везде лютуют коммунисты-хулиганы,
  всюду наводя на русский народ страх!
  
  Святой Ангел теперь уже не пролетит
  над нашей землёю русской-грешной.
  Вся Россия словно беспробудно спит
  в тоске кроваво-чёрной безутешной.
  
  Россия вдруг так смогла скатиться,
  что теперь нечем больше дорожить!
  Как можно было всем так опуститься?
  Как вообще так можно русским жить?
  
  Третье октября. 1971 год.
  128
  
  
  * * *
  
  Нашу святую любовь не губи!
  
  "Никогда...", - сказала ты однажды.
  Мы разошлись, как в море корабли.
  Только не раз и далеко не однажды
  я вспоминал тебя в чарующей дали!
  
  Мечты мои лучшие жизнь скосила.
  Но всё живу, пока тебя одну любя!
  Где только меня жизнь ни носила...
  Где только ни носила жизнь тебя.
  
  Конечно, я с другими тоже жил,
  не любя, изменяя им всем не раз.
  Во всех блядях я лишь тебя любил!
  Вот мы снова встретились сейчас...
  
  С тобой мы сведены опять судьбою
  через годы злых несчастий груду!
  То, что побывал я не с тобою,
  об этом очень скоро позабуду!
  
  Годы будут нам судьями строгими.
  Только моему слову душою поверь!
  С одним ты жила или со многими
  мне вовсе без разницы это теперь!
  
  Ты для всех мужиков умерла.
  Продолжи дальше жизни путь.
  Что ты не моею когда-то была,
  навеки о том для меня позабудь!
  
  Нашу святую любовь не губи!
  Сердце моё тебе всегда радо!
  Мне отдайся, поверь, полюби!...
  И большего мне уж не надо!
  
  Пятое октября. 1971 год.
  129
  
  
  * * *
  
  Правят Русью коммунисты-уроды!
  
  Коммунизма-урода дурман,
  лишь только грехи и обман,
  на русской земле развелось!
  На Россию всё горе слилóсь!
  
  Ещё слилось очень много чего...
  Вот лишь потому и только с того
  развелось в России разных сволочей,
  коммунистов-педерастов-палачей!
  
  Почернела в России вся земля
  от коммуниста-палача--урода!
  Омертвевшие реки, пустые поля,
  скорбные песни русского народа...
  
  Правят Русью коммунисты-уроды
  ложью гнилой и кровавыми штыками!
  Тянутся коммунизма власти годы
  словно страшными жуткими веками!
  
  Святую Русь, жемчужину жемчужин,
  в страшный ад привели большевики!
  Всех, кто с коммунистами не дружен,
  коммунисты-палачи сажают на штыки!
  
  Теперь вместо русских ребятишек
  на Руси только одни лишь сучьи дети!
  Теперь нету нормальных мальчишек.
  Лишь коммунисты за всё это в ответе!
  
  Теперь нечем в России гордиться,
  но есть от чего русским тужить!
  Русским лучше вовсе не родиться,
  чем при коммунистах-палачах жить!
  
  Седьмое октября. 1971 год.
  130
  
  
  * * *
  
  Ты такая супер-тёлка!...
  
  Вокруг тебя лишь только лес...
  Я сейчас вот в кабаке напился!...
  Ничто, увы, не падает с небес,
  и я не из небес к тебе свалился.
  
  Травлюсь водкой, этой бякой.
  Без водки мне с горя хоть вой!...
  Но раньше ты была с собакой...
  Собачку съел любовник твой?
  
  Если бы знать такое горе!...
  Тебе соболезную заочно...
  Но пить перестану вскоре...
  Тогда вот и убью его, точно!
  
  Кроме шуток, если встречу,
  то станет он совсем кривой!
  Всего его так искалечу...
  что позабудет пенис свой!
  
  Язык мой, это сраная метёлка...
  (Я стихом не надоел тебе пока?)
  Но ты ведь такая супер-тёлка!...
  За тебя грохну даже хоть быка!
  
  Но, короче, давай скажем,
  что ты согласна, раз молчишь.
  К берёзе той давай приляжем,
  к той, у которой ты сидишь.
  
  Одиннадцатое октября. 1971 год.
  131
  
  
  * * *
  
  Вопреки коммунизма кошмару!
  
  Любовь круче прокурора,
  её не пожелаю никому!
  Она меня, шального вора,
  загнала в страшную тюрьму!
  
  Неприятности нам достались
  среди коммунистических гроз!
  Без слёз с тобою мы расставались.
  Мы с тобою встречались без слёз.
  
  "Буду ждать!", - на прощанье сказала,
  по мне взглядом печальным скользя.
  Ты мне писем на зону не слала,
  тебе делать этого было нельзя!
  
  Помню, как ты мне сказала,
  (взятку дав конвоирам двоим):
  "Я тебя из тюрьмы бы украла,
  если б ты пожелал быть моим!"
  
  За страшной колючей оградой
  о тебе я лишь только мечтал,
  вспоминая, когда с лампадой
  я ночью тебе свои стихи читал.
  
  В лунном свете под гитару
  я тебе свои романсы часто пел,
  вопреки коммунизма кошмару,
  что я в своём детстве терпел!
  
  Снам кошмарным нашего бытия
  мы предпочли мечты Свободы!
  Пускай даже погибнем ты и я,
  дадим России протеста всходы!
  
  Тринадцатое октября. 1971 год.
   132
  
  
  * * *
  
  Живу в любовной фальши!
  
  У меня любовниц стая...
  Общаюсь с ними, не спеша.
  Любви заложница святая
  моя в любви грешная душа!
  
  Принимаю любовь за ерунду,
  в ней есть серьёзности штрихи.
  Мне, может быть, гореть в аду
  за все мои любовные грехи.
  
  Быть может, что попаду в ад,
  но мне пока на это наплевать!
  Пока любой женщине я очень рад,
  которая со мной ляжет в кровать!
  
  И многие ложатся! Да, ложатся...
  В любви ведь и в поэзии я Гений!
  Мне пока никак не воздержаться
  от моих любовных похождений.
  
  Бывает, что прилягу с иной,
  а уж ко мне другая на подходе!
  Но я хотел бы быть с одной,
  с какой не стыдно при народе!
  
  Всевластный, Господи, прости,
  что живу в любовной фальши!
  Я за любимой готов бы пойти
  на край света! (Даже дальше!)
  
  Семнадцатое октября. 1971 год.
  133
  
  
  * * *
  
  Коммунизм уже смердит!
  
  В России разыгралась драма,
  кругом запреты и штыки!...
  Не знала Русь такого срама,
  какой творят большевики!
  
  На грешную Россию лютых бед
  десница Господняя властно навела.
  Коммунистами загублен мой дед!
  Моя мать от коммунистов умерла!
  
  Теперь в России краях злачных,
  куда уж только взгляд ни кинь,
  небо в тучах кроваво-мрачных!
  По краям лишь пробивает синь.
  
  Тюрьмы, пытки, казни и террор
  не смогут помочь коммунистам!
  Теперь только лишь один позор
  по России просторам чистым!
  
  Словно тучи мерзкой саранчи
  на Россию коммунисты напали!
  Русским приказали: "Молчи!".
  в могилы безвинных закопали!
  
  Коммунизм уже смердит!
  В муках вся корчится страна!
  С "высот" зияющих следит
  за Россией коммунист-сатана!
  
  В России больше нечем дорожить,
  об этом каждый русский теперь знает.
  Всё, что ещё живёт и будет жить,
  коммунистов-палачей проклинает!
  
  Девятнадцатое октября. 1971 год.
  134
  
  
  * * *
  
  Одну тебя желаю и люблю!
  
  Что же так долго ты молчала?
  Разорвана была общенья нить.
  Ты с кем-то там, что ли, кончала?
  Или меня решила подразнить?
  
  Милая, если бы ты только знала!...
  Слово твоё каждое душой ловлю!
  Прости меня, безумного нахала,
  одну только тебя желаю и люблю!
  
  Явилась ты ко мне не званная!
  (С того я чуть ли не сошёл с ума!)
  Ты мне говоришь: "Я пьяная..."
  Ложись, раз уж пришла сама!...
  
  Быть может, я последний гад,
  и ждёт меня Господня кара,
  но я тебе душою грешной рад!
  (А плоть-то как уж заиграла!)
  
  Мы с тобой такая парочка!...
  Из-за тебя всё во мне горит!
  Ты мне словно водки чарочка,
  у меня после которой всё стоит!
  
  Ты мне пенис, как сука, отсосала.
  И я подумал, так будет и всегда!
  "Ухожу" однажды ты сказала.
  Только для меня то была не беда.
  
  Двадцать третье октября. 1971 год.
  135
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских безвинных убивают!
  
  Мне порою хочется напиться:
  в России что ни день, то беда!
  Придётся всем развоплотиться
  в ожидании Всевышнего Суда!
  
  Прошлых веков глухие голоса
  старинных русских городов
  святой России слышат небеса
  меж войн, подвигов, трудов!...
  
  Россия теперь страшная страна!
  Совсем забыли здесь о человеке!
  Только одна Гражданская война
  у нас была́ священной в этом веке!
  
  Фундамент России, некогда великой,
  до основания разрушили большевики!
  Коммунисты в злобе своей дикой
  на русский народ направили штыки!
  
  Коммунисты губят русских людей,
  они в России безвинных убивают!
  Коммунисты со своих бредовых идей
  на Россию антихриста призывают!
  
  Вся Россия с горя уже поседела.
  Русской крови пролито немало!
  Никогда такого злого беспредела
  в России доселе ещё не бывало!
  
  Россия красная теперь погибнет!
  Но святая Русь возродится вновь!
  Народ храмы новые воздвигнет!
  Россия возродит к Христу любовь!
  
  Двадцать девятое октября. 1971 год.
  136
  
  
  * * *
  
  С гениталий пух и перья!
  
  Где вы, мои денёчки прошедшие?
  Всем тогда я в сексе фору дал!...
  Остатки мечты сумасшедшие...
  Тогда она мне закатила скандал!
  
  Я случайно с нею повстречался,
  а потом закрутились у нас дела!...
  Не то, что бы я ей весь отдался,
  не то, что б она сразу мне дала...
  
  Без неё я очень долго страдал!
  Перед нею любой мужик струсит!
  Закатить она может скандал!
  Если что, то и пенис откусит!
  
  Мы, отбросивши все суеверья,
  так тогда позабавились с ней!...
  С её гениталий пух и перья
  ещё по квартире летают моей!
  
  Не скажу, что она была сучкой.
  С каждым днём о ней память ясней!
  Но где-то она с голой штучкой?...
  Очень теперь беспокоюсь о ней!
  
  Я, конечно, ещё вовсе не старик!
  Интимным предавшись мечтам,
  ей на её письку я мог бы парик
  прикупить, или ещё что-то там!...
  
  Тридцать первое октября. 1971 год.
  137
  
  
  * * *
  
  Жертвам коммунизма потерян счёт!
  
  Сдавлена Русь коммунизма тоскою.
  Жертвам коммунизма потерян счёт!
  В России кровью наполненной рекою
  наша жизнь при коммунистах течёт!
  
  На русских коммунист-собака лает!
  Все мужики стремятся только пить.
  Коммунизма власть давно желает
  в русской крови Россию утопить!
  
  Много смелых и строптивых
  убило коммунистическое зло!
  Много русских голов ретивых
  от коммунистов уже полегло!
  
  Души русские измяты! Вера убита!
  Святость с России куда-то ушла...
  Вся земля России могилами изрыта!
  Творят коммунисты кровавые дела!
  
  Коммунизм-тиранию создавая
  гнилая мораль советская молчит.
  По всей России ругань бытовая
  в каждой семье уже давно звучит.
  
  Внезапной битвы не бывает,
  долго копят в душах злость враги!
  Разум зло никогда не забывает:
  "На коммунистов злобу береги!"
  
  Среди коммунизма тяжких оков
  святой Свободы голос взовьётся!
  Звоном святых церквей колоколов
  скоро по всей России разнесётся!
  
  Первое ноября. 1971 год.
  138
  
  
  * * *
  
  Поверь, отдайся мне! (Прости.)
  
  Надоело болтаться со стервами.
  (О своих похожденьях молчу.)
  Своей души оголёнными нервами
  лишь к тебе прикоснуться хочу!
  
  Жизнь моя неразумна и странна!
  Сейчас я страницы её полистал...
  Но если только ты знала бы, Анна,
  как я без тебя жить душою устал!
  
  Ты тут о нервах мне пишешь...
  Анюта, брось всё, не грусти!
  Надеюсь, что меня услышишь:
  поверь, отдайся мне! (Прости.)
  
  Если отдаться мне не хочешь,
  то друзьями тогда можем быть!
  Мне разум и яйца морочишь,
  но тебя не смогу никогда забыть!
  
  Наша встреча с тобой не случайна!
  Надоели мне пьянка, тусовки, гульба!...
  Ну, подумай сама-то хотя бы, Анна,
  если мы встретились, значит судьба!
  
  Теперь позволю заметить, кстати,
  что любовь-то судьбы лишь раба!
  Только судьба хороша лишь в кровати!
  (А иначе-то, что это тогда за судьба?)
  
  Люблю тебя! Что это за напастье!
  За что люблю, того сам не пойму!
  Милая, одна только ты моё счастье!
  Давай согрешим, раз дело к тому!...
  
  Третье ноября. 1971 год.
  139
  
  
  * * *
  
  Коммунизм всем народам тюрьма!
  
  Руки мужчин трясутся с перепою.
  Всю жизнь с нищенской сумой...
  На митинги гонят русских толпою,
  угрожая бесправным тюрьмой!
  
  В Россию хлынула антихриста мразь
  глумиться над всем русским народом!
  С Лениным Россия в бездну понеслась
  под кроваво-мрачным небосводом!
  
  Коммунистическая злая власть!...
  Всё святое коммунисты насрали!
  Сначала Эрмитаж смогли обокрасть,
  потом под шумок Россию обокрали!
  
  Плоть, душа, рассудок... негодуют
  подобно рёву грозных волн морских!
  Против коммунистов протестуют!
  Против звериных законов их!...
  
  Как в злом средневековье древнем
  коммунисты бьют людей, как поросят!
  Грабят все бедные русские деревни
  злые коммунисты-палачи как хотят!
  
  Ведь людскими созданы руками
  в России все тюрьмы для людей.
  Люди стали словно злыми пауками
  от злых коммунистических идей!
  
  Коммунизм всем народам тюрьма
  для плоти, души, совести, рассудка!
  Давным-давно совсем спятила с ума
  коммунизма власть-проститутка!
  
  Пятое ноября. 1971 год.
  140
  
  
  * * *
  
  Распалю тебя любовью!
  
  Тебя я полюбил, в любви признался!
  Но не судьба... За это уж прости!
  Почему я вдруг с тобой расстался?
  Расстался... но об этом не грусти.
  
  "Люблю!" - твержу как заклинанье.
  Ты одна мне словно солнца свет!...
  Не дай свою любовь на поруганье,
  хотя меня давно с тобою рядом нет!
  
  Хотя меня с тобою рядом нету,
  и впереди всё кажется во тьме,
  но, мне поверь, вернусь к лету!
  (Не век же мне сидеть в тюрьме!)
  
  Мне сейчас за брата только бес!
  Здесь не слышу ласкового слова!
  Явлюсь нежданно! (Как исчез.)
  И распалю тебя любовью снова!
  
  На этом и закончатся все муки!
  Слова любви тебе одной скажу!
  Расцелую твои ласковые руки!
  Тебя в безумной страсти закружу!
  
  С тобой разлука хуже, чем изгнанье!
  Ты где-то там, а я один страдай!...
  Не дай свою любовь на поруганье!
  Нашу любовь забвенью не предай!
  
  Седьмое ноября. 1971 год.
  141
  
  
  * * *
  
  Свергнем людоедов-коммунистов!
  
  Муза мятежная моя тоской мается.
  Теперь мы вместе с ней грустим.
  В день милиции сердце сжимается,
   никого не поздравлю с ним!
  
  В стихе своём жёстком, дерзком
  проклинаю коммунизма вождей!
  В отряде был не пионерском
  я по воле коммунистов-блядей!
  
  Я от тюрьмы не отвертелся,
  до сих пор с тревогой сплю...
  Я столько страха натерпелся,
  что коммунистов не люблю!
  
  Живу лишь только настоящим!
  Мысль доверяю лишь строке!
  Свобода, призраком сквозящим,
  мне уже давно маячит вдалеке!
  
  Лёгких мгновений тяжёлые звенья
  в неподсильные цепи сплелись!
  Святой свободы уже вижу тень я!
  Уже восторга звуки разлили́сь!
  
  К Свободе очень труден путь,
  не пройду его, быть может...
  Тогда другой уж как-нибудь
  мои дела пусть подытожит!
  
  Русские сдуру к власти привели
  коммунистов-палачей-террористов.
  Нашего терпенья сроки истекли,
  свергнем людоедов-коммунистов!
  
  Одиннадцатое ноября. 1971 год.
  142
  
  
  * * *
  
  Для меня любовь одна лишь свята!
  
  Я во всём винил только себя!
  Потому женщин часто меняю.
  Просишь винить во всём тебя?
  Теперь тебя во всём и обвиняю!
  
  Началось всё с самого начала!
  Сразу не пошли у нас дела!
  Ты не так меня поцеловала,
  и ты мне неправильно дала́!
  
  Во мне была могучая секса сила!
  Для меня ночь страсти ерунда!
  Но свеча неправильно светила,
  потому и получилось не туда...
  
  Моя душа влюблённая дерзала!
  Верю в то, что ты мне не лгала́!
  Может ты неправильно сказала?
  Может ты неправильно легла?...
  
  Тебя так хотел я милою назвать!...
  Во мне мерина имеешь, не кастрата!
  Не знаешь, как правильно давать,
  вот потому во всём ты виновата!
  
  Для меня любовь одна лишь свята!
  Перед тобой ни словом не солгу!
  В общем, ты одна лишь виновата
  в том, что хочу тебя, но не могу...
  
  Тринадцатое ноября. 1971 год.
  143
  
  
  * * *
  
  О коммунистами-палачами убитых!
  
  Был мой предок дворянином!
  Служил на совесть, не на страх!
  Чем быть честным гражданином,
  теперь почётнее ходить в ворах.
  
  "Срок много лучше, чем вышка...",
  пожал мне руку лживый адвокат.
  Тюрьма, в борьбе лишь передышка!
  Предвижу коммунизма скорый закат!
  
  В кровавой Волге можно утопиться!
  В ней гниют миллионы русских тел!
  Из такой грязной реки воды напиться
  я никогда бы в жизни очень не хотел!
  
  Хотят спрятать в тюрьме тёмной
  коммунисты стихи мои жаркие!
  Горят в жажде борьбы неуёмной
  мои стихи как в небе звёзды яркие!
  
  Вторя коммунизма несчастью
  не написать мне стихи нежные.
  Одержимый мести дикой страстью
  теперь пишу свои стихи мятежные!
  
  Для Правды никаких нету границ,
  в стихах моих, для всех открытых!
  Я уже очень много написал страниц
  о коммунистами-палачами убитых!
  
  Власть коммунизма мне душу истерзала.
  от пыток на ней зияет страшный след!
  Под сводами лютого тюремного подвала
  никогда не погибну, я ведь русский Поэт!
  
  Семнадцатое ноября. 1971 год.
  144
  
  
  * * *
  
  Срамных губ твоих улыбка.
  
  Как ты правильно сказала,
  зловредностью благоухая!
  Жизнь нам всё и показала:
  я очень добрый, ты плохая!
  
  На душе замолкла скрипка.
  Ясно вижу сейчас издалека:
  срамных губ твоих улыбка
  как-то кривоватая слегка!
  
  Я же парень очень лихой!...
  Я молодец!... Ядрёна вошь!
  Клитор тоже твой плохой!
  (Поласкать мне не даёшь!)
  
  Ты такая!... Супер модна!
  (В этом сам же я и виноват!)
  Я женатый, ты свободна!
  (На тебе хоть я женат!)
  
  Ты меня так совратила!...
  Моё сердце как в огне!
  Себе мозги замутила,
  замутила мозги мне!
  
  Но, тебя ничуть не хая,
  твою дурь всю разгоню!
  Понимаю, что ты плохая!
  (Тебя ночью починю!)
  
  Девятнадцатое ноября. 1971 год.
  145
  
  
  * * *
  
  С коммунистами воюю.
  
  Хоть я сам от рождения нищий,
  но с тобой, чем смогу, поделюсь.
  Кормят меня коммунисты пищей,
  от которой только лишь злюсь!
  
  Не все в России теперь "братья",
  в России вижу рабство тут и там!
  От меня ни слова, ни рукопожатья
  не будет коммунистам-скотам!
  
  Лилово-синий нос ментовский
  вижу в своих уголовных делах!
  Режим кровожадный московский
  давно топоров нам готовит и плах!
  
  С коммунистами давно воюю!
  С ними быть в мире мне не дано!
  Коммунисту нам в чашу круговую,
  наливают ядом отравленное вино!
  
  Огонь борьбы мне душу гложет,
  мне жить спокойно никак не даёт!
  Мои дела только Бог подытожит.
  Ну а пока душа моя невесело поёт!
  
  Никогда веру в Бога не предам,
  хотя лозунги коммунизма звóнки!
  Отобьём коммунистам-господам
  их цепкие кровавые ручонки!
  
  Ужасны коммунистов жалы!
  Не боюсь коммуниста-скотины!
  Свои стихи, словно кинжалы,
  коммунистам вонзаю в спины!
  
  Двадцать третье ноября. 1971 год.
  146
  
  
  * * *
  
  Это не любовь, коль не в постели!
  
  Среди грязных шумных ресторанов,
  где за стакан торгуемся с судьбой,
  в кружеве розово-сиреневых туманов
  встретились однажды мы с тобой!
  
  Ты была такая вся!... Такая!...
  За тебя "Мадам Клико" я пил!
  Всем твоим капризам потакая
  всё меню тогда тебе я закупил!
  
  Я же главный среди хулиганов!
  Свою дерзость я не раз являл!
  В кружеве сиреневых туманов
  я тебя в постели представлял!
  
  Ты почти всё выпила и съела!
  Пьяная сказала по складам:
  "Я, хотя почти что обалдела,
  но тебе сегодня и не дам!"
  
  От того мне не пилось, не елось,
  хотя девчонок многих я имел!
  Очень мне тогда тебя хотелось,
  но тебя я тронуть не посмел!
  
  Впереди, знаю, любовь наша!
  Другие девки мне уж надоели!
  Но, сома-то уж подумай, Маша,
  это не любовь, коль не в постели!
  
  Двадцать девятое ноября. 1971 год.
  147
  
  
  * * *
  
  Мне коммунист могилу роет!
  
  Власть коммунистов захлестнула
  горло мне петлёй-прокуратурой!
  Как ножом по сердцу полоснула
  мне жёсткою советскою цензурой!
  
  Меня коммунисты так достали!...
  Среди коммунизма жуткой тьмы
  мне словно бы "родимыми" стали
  мрачные стены коммунизма-тюрьмы.
  
  За своё из тюрьмы освобождение
  здоровьем пришлось заплатить.
  И за такое злое "наслаждение"
  всем коммунистам буду мстить!
  
  Под властью коммуниста-тирана
  моя жизнь течёт в кровавой мгле!
  Думать мне о смерти слишком рано,
  пока звёзды чадят на кровавом кремле!
  
  За меня коммунисты круто взяли́сь,
  только их лживое обвинение ложно!
  Я же словно лесная свободная рысь,
  меня приручить никак невозможно!
  
  Моя жизнь, это бой без правил!
  Живу вольно и бесшабашно!...
  Я на карту свою жизнь поставил,
  хотя мне это очень страшно...
  
  Шаг иной всей жизни стоит!
  Иная жизнь не стоит ничего.
  Мне коммунист могилу роет,
  только самого в неё зарою его!
  
  Первое декабря. 1971 год.
  148
  
  
  * * *
  
  К твоим ногам всё же приползу!
  
  Да, милашка, ты задала задачу!...
  Столько во мне зажжёшь огня!
  Для тебя, наверно, что-то значу.
  Но значишь ли что-то для меня?
  
  Для разговора это, точно, тема!
  Но мне напрасно душу не трави!
  В этом-то и есть вся та проблема,
  что между нами есть огонь любви!
  
  Не с одной тобою пока сплю.
  Наша любовь обоих нас погубит!
  Зачем тебе какое-то "люблю"
  от того, кто, может, и не любит?
  
  Словами душу мою не рань,
  и без того я словно бы во сне!
  Забудь меня и думать перестань
  о будущем со мной и обо мне!
  
  Другая мне тебя куда дороже...
  (Это внушать стараюсь сам себе).
  Внушаю, но признаюсь всё же,
  что душой страдаю по тебе!
  
  Лишь ты моя заветная мечта!
  Без тебя я столько настрадался!
  У тебя ум, красота и доброта.
  У неё деньги! Вот я и сломался!
  
  С другою в шалаше не будет рая!
  Зная о том роняю горькую слезу!
  Прости меня, но только, умирая,
  к твоим ногам всё же приползу!
  
  Третье декабря. 1971 год.
  149
  
  
  * * *
  
  Россия Ленину-дьяволу сдалась!
  
  Наш Царь стал жертвою напрасной,
  Россия Ленину-дьяволу сдалась!
  С мрачной зарёй кровавою, ужасной
  в России жизнь людей оборвалась!
  
  Вдруг в нашу Россию Православную
  власть коммуниста-дьявола пришла!
  Загубили коммунисты жизнь славную!
  Дорога России русской кровью пролегла!
  
  Русь теперь словно духовная пустыня!
  Здесь давно даже сам дьявол не живёт!
  Власть коммунистов важна, как гусыня!
  Молчит затравленный русский народ.
  
  Россия теперь стала сверхдержавой.
  Коммунист русскую кровь жадно сосёт!
  Пропитано опасною могильною отравой
  всё, что коммунизм нам по радио несёт!
  
  Только в России такие есть берёзы!...
  Только в России такие есть дубы!...
  Вместо радости лишь горькие слёзы!
  Вместо веселья только лишь гробы!
  
  Нам нельзя вперёд, нам нельзя назад,
  коммунисты нашу Свободу задушили!
  Жизнь коммунисты превратили в ад!
  Людей лучших коммунисты загубили!
  
  Встань с колен, Россия наша дорогая,
  повернись же к коммунистам лицом!
  Тебе судьба совсем-совсем другая
  была уготовлена Всевышним Творцом!
  
  Пятое декабря. 1971 год.
  150
  
  
  * * *
  
  Кто не рогатый, тот не муж!
  
  Иной муж, конечно, унижён,
  но он сам исправиться готов!
  Друзей наших любимых жён
  часто принимаем за врагов!
  
  Можно от душевной муки
  пройти к измены берегам!
  Да, наша жизнь хуже скуки,
  душой сочувствую врагам!
  
  Превозмогая жизни шум и гам,
  ища лишь к Господу дорогу,
  когда мы плачем по врагам,
  наши молитвы летят к Богу!
  
  Моя строка вполне здорова,
  закалена в сексуальном огне!
  Любовь, мне явившаяся снова.
  вдруг зло разыгралась во мне!
  
  Милая грозится миром править,
  среди секса похотливых берегов!
  Грозится мужу рога наставить,
  всех чертей оставить без рогов!
  
  Без рогов?... Как то возможно
  средь жизни неприятных стуж?
  Это понять совсем не сложно:
  Кто не рогатый, тот не муж!
  
  Седьмое декабря. 1971 год.
  151
  
  
  * * *
  
   Коммунизму вечным позором будут.
  
  Несовместимость двух начал
  на моей родине столкнулись!
  Коммунист-дьявол прокричал,
  в кромешный ад мы окунулись!
  
  Мне знакома дорожная пыль,
  тревога дорог мне тоже знакома.
  Русской кровью окрашен ковыль!
  Тюрьма нам дана вместо дома!
  
  Песней другой незаменимый
  русский романс теперь молчит.
  Коммунистами-палачами гонимый
  мятежный стих во мне звучит!
  
  Мои стихи как душевный стон!
  Коммунизмом в душу я шарахнут!
  Мои стихи как русский самогон:
  в мозги бьют и горько пахнут!
  
  Души русских людей холодеют,
  коммунист на всех наводит страх!
  Теперь все от моих стихов балдеют,
  кто с коммунизмом стал не в ладах!
  
  Мне коммунизм как на раны соль!
  Я давно среди поэтов опальных.
  Превращаются слёзы мои в боль,
  не доходя до глаз моих печальных.
  
  Коммунизм народы не забудут,
  как и им всех совершённых грехов!
  Коммунизму вечным позором будут
  все тома́ моих мятежных стихов!
  
  Одиннадцатое декабря. 1971 год.
  152
  
  
  * * *
  
  За то тебя душой люблю!
  
  Был тогда ласковый апрель!...
  Любовь нам радости вещала!
  Ты и я... Мы сука и кобель...
  Но ты меня пока не оклещала!
  
  Ты мне столько много обещала.
  когда под меня первый раз легла!
  Почему-то ты меня не оклещала,
  а вполне же ведь тогда могла!
  
  Теперь вспоминать то ни к чему.
  что кого-то ты любила и прощала!
  Мы и расстались только потому,
  что ты меня тогда не оклещала!
  
  Да, я, наверное, в сексе скотина!
  Только не волен я в судьбе своей!
  Но ты ведь одна только, Марина,
  всегда одна в грешной душе моей!
  
  Я, наверное, по жизни совсем дурак,
  раз тебя мне до сих пор не позабыть!
  На боку, стоя, лёжа, раком... или как?
  Как ты мне скажешь, так тому и быть!
  
  Но ты ко мне словно нема и глуха!
  Вот потому с другою теперь сплю!
  Знаю, что ты не какая-то шлюха,
  за то тебя грешной душою люблю!
  
  Тринадцатое декабря. 1971 год.
  153
  
  
  * * *
  
  В коммунистическом Аду-раю.
  
  Уже не раз я попадал на нары.
  Со своей юности ранней поры
  своей судьбы тяжёлые удары
  принимаю как от Бога дары!
  
  Не хожу теперь по ресторанам,
  на паперти у церкви не стою.
  Антикоммунистам-хулиганам
  свои мятежные книги раздаю.
  
  Частенько пью Бахуса злое зелье
  за Россию, мною любимую страну!
  Лира любит музыку, шум, веселье!...
  Моя мятежная Муза любит тишину.
  
  Люди в России как звериное стадо!
  С горя друг друга готовы кусать!
  От коммунизма мне ничего не надо,
  только хочу стихи мятежные писать!
  
  Коммунисты-палачи-"доктора́"
  меня швырнули в костоломню!
  Что случилось со мною вчера,
  сегодня уже ничего не помню.
  
  Мысль моя злым червем точится
  у само́й смерти на самом краю...
  Русским жить многим не хочется
  в коммунистическом Аду-раю.
  
  Если мои часы мне не врут,
  то мне уже пора бы свет гасить.
  Сейчас ноль часов, ноль минут,
  мне пора листовки разносить.
  
  Семнадцатое декабря. 1971 год.
  154
  
  
  * * *
  
  Твоя грусть разрывает мне душу!
  
  Наверно ты со страны небедной!
  Там жизнь, наверно, лучше, чем у нас.
  С такою наглою и очень вредной
  я в жизни повстречался в первый раз!
  
  Жаль, что ты не мне досталась!
  (Не подумай, что над тобой смеюсь.)
  Хотя ты мне Милашкою назва́лась,
  только с чего-то тебя очень боюсь!
  
  К душе твоей грешной дорогу
  ищу. Очень грешны мои пути.
  Ну, сжалься надо мной, ей Богу!...
  Прости! Если можешь, прости!...
  
  Жизнь трясёт нас как грушу!
  Но лучшей жизни вовсе не ищу.
  Твоя грусть разрывает мне душу!
  Теперь вместе с тобою грущу.
  
  Ну, хорошо, пусть будет так!
  Но только есть здесь запятая...
  Да, я поэт, оболтус и дурак...
  Но ты ведь тоже не святая...
  
  То ты немка, то ты полька ...
  (Так мне ты сама сказала).
  Мне не дала, пока, нисколько!
  Мне даже дать не обещала...
  
  Девятнадцатое декабря. 1971 год.
  155
  
  
  * * *
  
  Живём в коммунизма аду!
  
  Вдруг житьё кончилось сладкое
  в России в семнадцатом году.
  Время к нам пришло очень гадкое!
  Теперь живём в коммунизма аду!
  
  Совесть в России как будто уснула,
  вдруг стало нам уже не до любви.
  Душа русская словно в грязи утонула.
  Коммунистов руки в русской крови.
  
  Теперь хлебают русскую кровушку
  коммунисты-палачи-комиссары!
  Давно ждут мою буйную головушку
  коммунизма тюремные жёсткие нары.
  
  Свободы в России теперь уже нет!
  Сама свобода к нам скоро не придёт.
  Тёмными ночами о Свободе бред
  мне уснуть порою никак не даёт.
  
  Распутство и винопитие бойкое,
  русским от коммунистов дар.
  Глушит в России горе горькое
  удушающий винный перегар!
  
  Есть русские удачи джентльмены,
  из них каждый один стоит двоих!
  Любим в своей жизни перемены,
  в лютой тюрьме боремся за них!
  
  Россию, Господи, помилуй и прости!
  Не покарай с горя безумного народа!
  Россия теперь на правильном пути!
  Впереди нашей борьбы Свобода!
  
  Двадцать третье декабря. 1971 год.
  156
  
  
  * * *
  
  Не смогу свою любовь предать!
  
  Тебя никак не смог я не заметить!
  К тебе в душе все чувства берегу!
  Письмо прочёл. Чего ответить?...
  Но тебе всё же отвечу, как смогу!
  
  Прочтёшь меня, сама услышишь.
  Сразу позабудешь все свои мечты!
  Я совсем не тот, кому пишешь.
  Я тот, в чьём сердце только ты!
  
  Слова твои в душе мне стоном!...
  Но всё же благодарен я судьбе!
  Ты там с каким-то охламоном...
  Я здесь один страдаю по тебе!...
  
  На тебя мужчины очень падки!
  (Не вздумай там кому-то дать!)
  Мои страдания мне так сладки,
  я по тебе одной готов страдать!
  
  Пускай нас осудят злые люди,
  что не смогла сразу ты мне дать!
  За твои прекраснейшие груди
  не смогу свою любовь предать!
  
  Не думал я, что так влюблюсь,
  но моё сердце рвётся на куски!
  Яркой радугой к тебе явлюсь
  в чёрный день твоей серой тоски!
  
  Двадцать девятое декабря. 1971 год.
  157
  
  
  * * *
  
  С детства коммунистов не люблю!
  
  Не все душой переживают
  за муки бедной Родины своей.
  Иуды среди нас тоже бывают
  на притяжении жизни всей!
  
  Все вы коммунисты и за то
  опутаны ужасными грехами!
  Ваших душ не вылечит никто!
  Свои плоти злом лечите сами.
  
  О чём вы говорите, и не знаю,
  вряд ли вас когда-нибудь пойму!
  Дружбой с вами честь не запятнаю!
  Дружбе с вами предпочту тюрьму!
  
  Коммунисты, лживые подонки,
  пытались уже не раз убить меня!
  Все мои стихи, мятежны, звонки
  среди коммунистического дня!
  
  С детства коммунистов не люблю!
  Всех бы их в крематория печи!...
  Все веселитесь, покуда терплю
  ваши лживые, кровожадные речи!
  
  В коммунизма идеях висите.
  Сегодня страшней, чем вчера!
  Коммунисты, вы много хотите,
  вам на землю спуститься пора!
  
  Вы меня любить не научили!
  Вас не любить я научился сам.
  Вы меня с родными разлучили.
  Дерзко мщу всю жизнь вам!
  
  Тридцать первое декабря. 1971 год.
  158
  
  
  * * *
  
  Я бы всю тебя расцеловал!
  
  Ты словно какая-то былинка
  для всех. Но лишь не для меня!
  Ты моего сердца половинка!
  Без тебя даже не мыслю дня!...
  
  Мне пишешь, письма читаю.
  Такое пишешь! - просто страх!
  Только о тебе одной мечтаю,
  всё витаешь где-то в облаках.
  
  Такие в моей жизни вот дела!...
  Наверно я совсем теперь дурак!
  Милашка, хотя бы мне дала́...
  Но что-то всё у нас пока не так.
  
  В моей душе есть грусти льдинка...
  (Я до тебя многих женщин знавал.)
  Любовь словно вечности пылинка.
  Пришла бы, я бы тебя расцеловал!
  
  Что ещё могу сказать сейчас тебе?...
  Всё, что с тобою, для меня свято!
  Справлять поминки по своей судьбе
  нам, пока что, слишком рановато!
  
  Короче, я в любви пока ни А ни Бе!...
  Я судьбой балованный мальчишка!
  Тебе ль справлять поминки по судьбе,
  когда ведь ты такая супер пышка?
  
  Первое января. 1972 год.
  159
  
  
  * * *
  
  Коммунисты палачи-звери воют!
  
  Гибнут наши русские края,
  в России всё святое пропадает!
  Мать-Россия, бедная моя,
  за тебя душой Поэт страдает!
  
  Мои стихи полны протестом!
  Пишу в них про мечту свою!
  "Что делать перед арестом?",
  теперь об этом часто думаю́.
  
  Коммунисты-палачи-звери воют,
  с каждым годом всё страшней!
  Меня давно очень беспокоят
  тревоги русских кровавых дней!
  
  Мне плевать на жизнь личную.
  Лишь о Свободе свои песни пою!
  И горькую водку "Столичную"
  в коммунизма праздники не пью.
  
  Не пришлось в могиле братской
  мне казнённых друзей похоронить.
  В позорной шинельке солдатской
  мне в строю не пришлось походить!
  
  Коммунистов мерзкое потомство
  никогда здоровым быть не может!
  Позорное с коммунистами знакомство
  мою мятежную грешную душу гложет!
  
  В грязных душах коммунистов сажа,
  вместо любви в их душах только страх!
  Не напрасно коммунистическая стража
  сторожит меня в тюрьме-"Крестах"!
  
  Третье января. 1972 год.
  160
  
  
  * * *
  
  Нет у меня любви, ну и пусть...
  
  Глаза тоски как ямы тёмные
  печаль тревожную несут.
  Воспоминания неуёмные,
  моей прошлой жизни суд.
  
  Сегодня ни врага, ни друга
  очень увидеть я бы не хотел!
  Мне не нужна ни чья услуга.
  Уже мне никаких не надо дел.
  
  Тоски невидимою шалью
  покрыты все русские края!
  Какой-то пламенной печалью
  охвачена душа мятежная моя!
  
  Лицо тоски очень часто вижу,
  когда утром в зеркало смотрю.
  Себя совсем нисколько не унижу,
  что о себе откровенно говорю.
  
  Как злая тень крылатая тоска
  на мою душу вихрем налетела.
  Тревога стучит у моего виска.
  Моя душа внезапно охладела...
  
  Когда и кто тебе поможет,
  если не хочешь сам того?
  Тоска совсем тебя загложет,
  до смерти измучает всего!
  
  Порою приятную нежную грусть
  вдруг сменяет чёрная печаль...
  Нет у меня любви, ну и пусть...
  Не очень-то мне любовь и жаль.
  
  Пятое января. 1972 год.
  161
  
  
  * * *
  
  Крах, коммунисты, скоро вам!
  
  Грош цена всем вашим словам,
  коммунистов пыл время остудит!
  Крах, коммунисты, скоро вам!
  Вам прощения народа не будет!
  
  Вы за мои стихи мне мстите!
  Лжи на меня наполнена бадья!
  Я Поэт! - чего же вы хотите?...
  Мне один только Бог судья!
  
  Пока я писать ещё в силе
  про коммунистов-гнильё!
  Прочтёте на моей могиле
  настоящее русское имя моё.
  
  В моих дерзких стихах прочтёте
  про коммуниста-злого-тварь,
  как горит на русском эшафоте
  свободы окровавленный фонарь!
  
  Пока дни и ночи напролёт,
  правы или вы совсем не правы,
  коммунисты убивают народ
  безвинный просто для забавы!
  
  Интеллигентов расстреляли!
  Трупов везде навалено горой!
  Ад, про который мы читали,
  это и есть коммунизма строй!
  
  Не надо коммунизма узду,
  всё давно разгадал я сразу!
  Теперь я руки мыть пойду,
  смыть коммунизма заразу!
  
  Седьмое января. 1972 год.
  162
  
  
  * * *
  
  Только тебя одну хочу!
  
  Тебя хвалить слов даже нет!
  Свои слова смогу доказать!
  Ты очень нежно про минет
  в двух словах смогла сказать.
  
  Мою ты душу так задела!...
  Тебя только одну бы я любил!
  Ты так хотела!... Так хотела!
  Господи, где ж я-то был?...
  
  Истекла меж ног ты по́том
  в столь ситуации обидной.
  Ты там с каким-то идиотом...
  А я со стервою фригидной.
  
  Всё страдаешь-то о ком?
  Твоя душа о ком мечтает?
  Работать можешь языком,
  того мне очень не хватает!
  
  Об остальном уж промолчу,
  не дав разгульности неврозу!
  Поверь, только тебя одну хочу!
  (Как наркоман шальную дозу!)
  
  Строка твоя хоть невесёлая,
  но что в душе-то ковырять?
  Трахнемся, пока ты голая,
  ведь нам уж нечего терять!
  
  Одиннадцатое января. 1972 год.
  163
  
  
  * * *
  
  Ленин-сифилитик сукин сын!
  
  Маяковский только лишь один
  режим кровавый прославляет.
   Ленин-сифилитик сукин сын,
  он, мертвец, Россией управляет.
  
  Ленин кровь русскую любил пить,
  ни за что русский народ карать!
  Хотел Россию в крови утопить!
  Он хотел всех русских сожрать!
  
  Вижу самого дьявола черты
  в улыбке Ленина "приятной".
  Увидеть можешь их даже и ты,
  взглянув со стороны обратной!
  
  Коммунисты, это злые твари!
  Ленин-дьявол, он первый тварь!
  Душою ненавижу эти злые хари!
  Нет ужасней коммунистов харь!
  
  Горят адские кровавые огни
  в глазах Ленина-палача-тирана!
  Грешную душу режут мне они.
  на моей душе от них есть рана!
  
  В России коммунисты-уроды!
  С ними мёртвый Ленин-тварь!
  Дитё мятежное самой природы,
  поэт, в душе всегда бунтарь!
  
  Вместо ушей вижу только рога
  в портретах Ленина-дьявола давно!
  Вижу в Ленине-сатане России врага
  много вонючей, даже чем говно!
  
  Тринадцатое января. 1972 год.
  164
  
  
  * * *
  
  Без тебя жить не могу!
  
  Было это всё весною звонкой!
  Ещё всё до сих пор я не забыл!
  Она была совсем еще девочкой,
  я уже прожжённым вором был!
  
  Она, в стремлении несмелом,
  по чувствам пламенным плыла́!
  Я полюбил её душой и телом!
  Я полюбил... и мне она дала́!
  
  Она даже не знала, что я вор.
  Помчались чувства, словно воды!
  А дальше вскоре суд и приговор,
  и тюрьмы ужасной срока годы!
  
  Натерпелся я в тюрьме всего,
  свою жизнь в омут опрокинул!
  Обо мне она не знает ничего!
  Она думает, что я её покинул.
  
  Теперь уже я больше не ворую.
  О любви первой всё ещё грущу!
  Не хочу любовь искать вторую,
  теперь только свою первую ищу!
  
  Пострадал я за воровскую честь,
  за то себя теперь лишь проклинаю!
  Слышал, что у неё уже дочка есть...
  От кого и чья? Пока и сам не знаю.
  
  Разум твердит: "С судьбою свыкнись!
  Не перед кем теперь ты не в долгу!"
  Любимой в душе кричу: "Откликнись!
  Ведь без тебя жить даже не могу!"
  
  Семнадцатое января. 1972 год.
  165
  
  
  * * *
  
  Коммунисты жить русским не дают!
  
  Движение чёрно-кровавых облаков
  в России-тюрьме давно наблюдаю.
  Из-за русских идиотов и дураков
  среди коммунистов душою страдаю!
  
  Не надо мне свободы мнимой!
  Ни на чью милость не уповаю!
  Угли яркой правды негасимой
  дерзкой рифмой раздуваю!
  
  День был очень неудачным,
  а впереди опять тревоги тень.
  Горит рассвет сияньем мрачным,
  мне предвещая трудный день.
  
  В грехах содеянных не каясь
  с улыбкой дерзкой на губах
  по ночам, от всех скрываясь,
  листовки клею на столбах!
  
  Коммунизм режет без ножа!
  Только свою честь не унижу!
  Я певец Свободы, мятежа...
  всех коммунистов ненавижу!
  
  Мои, стихами натруженные, руки
  никак не тяготит мой тяжкий труд!
  Стихи пишу вам вовсе не от скуки...
  Коммунисты жить русским не дают!
  
  На страшное дно глубокого безверья
  злобно столкнули коммунисты Русь!
  Пускай погибну когда-то, но теперь я
  с коммунистами стихами борюсь!
  
  Девятнадцатое января. 1972 год.
  166
  
  
  * * *
  
  С любовью в душу лезет скука!
  
  Сегодня мы с тобою пьяны,
  болтаем чушь о том, о сём!...
  Не стоит бередить былые раны,
  раны друг другу новые несём!
  
  Союз ни с чем наш несравним!
  Нельзя назвать жизнь благою!
  Покуда ты лежишь с другим,
  забавляюсь здесь с другою!
  
  Пускай я хам, пускай невежда,
  без тебя не мыслю даже дня!...
  Милашка, ты ж моя надежда,
  за что же губишь ты меня?...
  
  Любовь твоя, она обманная!
  Я много раз о том твердил.
  Скажи же мне, моя желанная,
  чем я тебе ещё не угодил?...
  
  С любовью в душу лезет скука!
  Я ж не законченный дурак!
  Лишь ты желанная мне сука!
  А ты со мной жестоко так...
  
  Милашка, хватит притворяться!
  Все сомнения в душе развей!
  Готов у ног твоих валяться,
  чтоб только стала ты моей!
  
  Двадцать третье января. 1972 год.
  167
  
  
  * * *
  
  Кровью залиты коммунистов глаза!
  
  Народа много истребивший,
  (число назвать не берусь),
  Адама с Евой соблазнивший
  тот змей теперь терзает Русь
  
  Теперь крутит чёрный ус казак,
  в душе тяжёлой думой мается...
  В жизни всё всегда не просто так,
  когда вдруг судьба наша ломается!
  
  Опутанный кровавыми цепями
  при коммунистах русский человек.
  Задавлен он коммунизма властями,
  совсем недолог его рабский век!
  
  Гло́тки коммунистов залиты вином!
  Кровью залиты коммунистов глаза!
  От всех коммунистов разит говном!
  На мыслях коммунистов тормоза!
  
  Русский пьян, карман с дырой...
  ничто коммуниста не беспокоит.
  За власть коммунизма русский горой,
  эта власть его своей отравой поит!
  
  Коммунист-палач рвёт и мечет,
  не хочет свою власть он отдавать!
  Только ничто его уж не излечит.
  На коммуниста просто наплевать!
  
  Кто с коммунизмом запятнан связью,
  честным тот никогда не может быть!
  Тот может быть противной мразью!
  Нам никогда нельзя о том забыть!
  
  Двадцать девятое января. 1972 год.
  168
  
  
  * * *
  
  Любовь мы знаем и измену.
  
  Чего нам сломами-то сорить?
  Без нас уже сказано немало...
  Мы рождены, чтобы творить...
  Вот и творим, кто что попало!
  
  Зачастую сдуру лезем в драку!
  По пьянее все за любовь горой!...
  Только не во влагалище, а в сраку
  нам часто очень хочется порой!
  
  Нас за это стоит ли корить,
  что мы совсем не там ковыряем?
  Мы рождены, чтобы творить....
  И всю жизнь такое вытворяем!...
  
  В краску уже не вгоним деву!
  (А я так деву даже и не знал!)
  Как в Раю трахал Адам Еву?...
  (За это Бог из рая их изгнал.)
  
  Но что о пустом-то говорить?
  Только языков хватает злобных.
  Мы рождены, чтобы творить...
  Вот и творим себе подобных!
  
  С Богом нас никак не примирить!
  Или, может быть, даже наоборот.
  Уж коль творить, так уж творить!
  (Можно даже через груди в рот!)
  
  Давно любовь мы знаем и измену.
  Свою мать не чтим, не чтим отца...
  Даже совсем не знаем любви цену,
  нещадно губим тем свои сердца.
  
  Тридцать первое января. 1972 год.
  169
  
  
  * * *
  
  Коммунист русские души режет.
  
  Признаться в том не побоюсь,
  (все меня поймёте, полагаю),
  сам с собой порой борюсь!
  Сам к себе враждой пылаю!
  
  Познал я все муки и страдания,
  упрёки упрямой совести своей...
  Моего никак не помутит сознания
  страх коммунизма концлагерей!
  
  Вовсе не горжусь тем, что Муза
  в моей грешной душе находится.
  Против злобного Советского Союза
  мне писать свои стихи приходится!
  
  Лишь словоблудьем, вместо дела,
  теперь очень многие поэты грешат!
  Власть коммунизма русским надоела,
  коммунисты-гады в России кишат!
  
  Я писал бы только сказки людям,
  пишу страстно-мятежные стихи!
  Счастливыми никогда не будем
  за коммунистов-палачей грехи!
  
  Коммунист русские сердца режет,
  вырывает русские души из груди!
  Страшного ада зубов ужасный скрежет
  всех коммунистов ожидает впереди!
  
  Совесть в моей душе не уснула,
  хоть очень тяжела моя судьба!
  Сердце моё волною захлестнула
  антикоммунистическая борьба!
  
  Первое февраля. 1972 год.
  170
  
  
  * * *
  
  Буду тебя любить и вспоминать.
  
  Было всё у нас очень прекрасно!...
  Мечты туманно-розовые плы́ли!
  Любить, увы, далеко небезопасно.
  Всё мы вдруг об этом позабыли.
  
  Какой прекрасный чудный день!
  Мы с тобою вместе, и смеёмся!...
  Но видна нашей разлуки тень...
  Расстаёмся... Скоро расстаёмся!
  
  С тобой расстаться я совсем не рад.
  Нам жизнь такая вот досталась...
  Холодный пол и грустный взгляд...
  На том полу наша любовь осталась.
  
  Как дальше жить с потерею такою?
  Теперь мне нет спокойного ни дня!
  Себя лишь тем теперь и успокою,
  что скоро найдёшь лучше меня.
  
  Ты своё сердце уже не осту́дишь,
  жизнью живя теперь совсем иной.
  С новым любимым, позабудешь
  о том, что была когда-то со мной.
  
  И обо мне уж больше не грусти.
  Теперь у тебя будет новая мечта!
  Меня забудь, пожалуйста, прости.
  (Ведь я поэт и сволочь ещё та!)
  
  Но не пытайся обо мне узнать.
  Моя жизнь теперь будет иною.
  Буду тебя любить и вспоминать
  как мечту, загубленную мною!
  
  Третье февраля. 1972 год.
  171
  
  
  * * *
  
  Проклиная Ленина-палача урода!
  
  Коммунисты пили, жрали!...
  Кровью в кремле залитый пол!
  Вместо русского царя короновали
  Ленина-сифилитика на престол!
  
  Я не Есенин, Русь хвалить не буду!
  Да и России есенинской уже нет...
  Когда-то Русь была подобна чуду,
  но вдруг явился Ленин-людоед!...
  
  В России всё гнетёт контрастом!
  Коммунист убивать русских не устал!
  Был Ленин сифилитиком-педерастом,
  теперь Лениным антихристом стал!
  
  Россией управляет коммунист-зверь!
  Число зверя мы на знамёнах носим.
  Лишь только тихим шёпотом теперь
  правды слова святые произносим.
  
  Явился Ленин-палач-проклятый,
  сифилисом больная у него голова!
  Русский народ, безумием объятый,
  поверил в лживые Ленина слова!
  
  В России народы стонут и поля!
  Коммунизм, в наше сердце рана!
  Никогда не знала русская земля
  ещё столь кровожадного тирана!
  
  Коммуниста-палача бич исхлестал
  души русского невинного народа!
  Русский народ давно страдать устал,
  проклиная Ленина-палача урода!
  
  Пятое февраля. 1972 год.
  172
  
  
  * * *
  
  Она здесь Сукою назвалась.
  
  Прости, Небесный мой Отец,
  ты дал одну, ищу себе другую!
  Я всё же её встретил, наконец!
  Одну, но мне очень дорогую!
  
  Вот вдруг моя мечта сбыла́сь!
  Моя душа облилась кровью!...
  Она здесь Сукой назвала́сь,
  а я назвал её своей Любовью!
  
  Всей душой словам её внимаю,
  свою судьбу нелёгкую кляня!
  О, как её душою понимаю!...
  Но поймёт ли вот она меня?
  
  Сердцем люблю её, ревную!...
  Боюсь ей робость показать...
  Но встречи с нею не миную!
  Как о любви ей рассказать?
  
  Её люблю! - с меня довольно!
  Без неё меня ничто не веселит!
  Мне, пока кажется, не больно,
  но сердце моё по ней болит!
  
  Я без неё теперь не в силах жить!
  И я уже дошёл почти до точки!...
  Может, постель ей предложить?
  Или, может быть, цветочки?...
  
  Душа моя не выдержит накала,
  что от любви к ней терплю!
  Милашка, если бы ты знала,
  как сердцем тебя одну люблю!
  
  Седьмое февраля. 1972 год.
  173
  
  
  * * *
  
  Ленина-педераста сифилитика.
  
  Попали в кабалу России народы,
  устроил это Ленин-вонючий-козёл!
  Пали под святым знаменем Свободы
  все, кто с Гражданской не пришёл!
  
  С мордами, краснее даже кирпича,
  коммунисты рвутся теперь в рай!
  Назвали богом сифилитика Ильича,
  России Святой испоганили край!
  
  Русским в ум вселяя злую гадость
  коммунист-гад Россией управляет!
  В России уничтожив жизни радость
  коммунизм разум русским отравляет!
  
  У коммунистов лишь одна политика:
  что в России есть, им давай на стол!
  Суку Ленина-педераста сифилитика
  коммунисты посадили на престол!
  
  Живут все русские под страхом!
  Русской кровью залита вся страна!
  Притворяется смирным монахом
  коммунист-злобный-палач-сатана!
  
  Как страшная могила хóлоден и нем
  стих краснопузого Бедного Демьяна.
  Надоел в России давно он уже всем,
  славя Ленина-сифилитика-тирана!
  
  Коммунизм, это угроза Земли всей!
  Смотрю на Ленина-злого портреты,
  в его злых глазах и в линиях бровей
  вижу лишь только дьявола приметы!
  
  Одиннадцатое февраля. 1972 год.
  174
  
  
  * * *
  
  Божий рай меж твоих ног!
  
  Что сказать?... Ты написала круто!
  Твоя строка словно райская змея!
  Но как же повезло тому, кому-то...
  он был с тобой! Жаль, что был не я.
  
  Но, если бы я был на его месте,
  ты поняла бы, что я страстный бес!
  Огонь любви делили бы мы вместе,
  как жизни дар, дарованный с небес!
  
  От тебя прогнал бы я тревоги!
  (Я же тебя всю жизнь искал!)
  Я так ласкал бы твои ноги!...
  (Адам в Раю так Еву не ласкал!)
  
  Наперекор даже самой судьбе
  всё б для тебя я сделать смог!
  Я бы вполне внушить смог тебе,
  что божий рай меж твоих ног!
  
  Счастье наше рядом, а не где-то!
  С тобою быть, - для меня честь!
  Сердцем ты поверила бы в это
  лишь потому, что так оно и есть!
  
  Меня за это откровение прости,
  но у меня в душе любви метель!
  Пишешь: "Вернусь, чтобы уйти..."
  Уйти сможешь ко мне в постель!
  
  Я готов ослепнуть и оглохнуть
  только чтобы тобою завладеть!
  Я для тебя готов даже издохнуть!
  (Отдайся мне! Я устал терпеть!)
  
  Тринадцатое февраля. 1972 год.
  175
  
  
  * * *
  
  Ленин-дьявол насквозь лживый!
  
  Тюрьмою стала вся моя страна
  после Ленина-палача декретов!
  Словно ледяная прорубь холодна́
  наша жизнь в стране советов!
  
  Не верю Ленина лживым заветам,
  от них потоки грязной лжи бегут!
  Не верю советским радио, газетам!
  Нам коммунисты всё только лгут!
  
  Россия нищая, не стыдясь позора,
  в Ад вслед за коммунистами бредёт!
  Сами себе в вожди избрали вора,
  терпим коммунизма страшный гнёт!
  
  В кремле засели наши кровопийцы
  нет у них Бога, матери, нету отца!...
  У Ленина-дьявола-палача-убийцы
  не рассмотреть человеческого лица!
  
  Всё убивают коммунисты-уроды
  русских женщин, детей, стариков!...
  Глядит с презреньем на народы
  сифилисный вождь большевиков!
  
  Ленин-дьявол насквозь лживый!
  Губил безжалостно русский народ
  палач-гад-педераст плешивый,
  сифилисом больной Ленин-урод!
  
  Коммунистами убит левый, правый!...
  Россия вся теперь в кровавой мгле!
  Коммунист-палач ужасный и кровавый,
  такой ещё никогда не бывал на Земле!
  
  Семнадцатое февраля. 1972 год.
  176
  
  
  * * *
  
  Люблю тебя, а ты чего?...
  
  Милая, разве это дело?...
  Любишь не меня, а того!
  Это мне уже поднадоело!
  Люблю тебя, а ты чего?...
  
  Ну чего ты, в самом деле?...
  Поверь! (Вру лишь на треть.)
  Я на твоём хотел бы теле
  заснуть, иль, даже, умереть!
  
  Но не подумай, что смеюсь!
  Ты подобна солнца свету!
  Тебе чем хочешь поклянусь,
  лучше тебя девчонки нету!
  
  На твой портрет я, глядя, ахал!
  Лишь только о тебе мои мечты!
  Я столько девок перетрахал!...
  Последняя осталась только ты.
  
  Осталась ты!... (Другие смылись.)
  Душенька моя!... Верю только ей!
  Чувства мои вдруг развеселились
  с того, что скоро станешь моей!
  
  Из-за тебя моё страдает тело!
  Слёзно прошу меня не забывай!
  Так терпеть мне уже надоело!...
  Так надоело!... Всё!... Давай!...
  
  Девятнадцатое февраля. 1972 год.
  177
  
  
  * * *
  
  В СССР никакой свободы нет!
  
  День красной армии встречали,
  всех поздравляли из кремля.
  Много навеяла в души печали
  эта ненавистная дата февраля.
  
  По радио громко кричали "Ура!..."
  Над страной Сталина висела тень.
  Бравурный праздник был вчера, -
  сегодня снова скорбный день...
  
  Как ни скорбеть, ведь я в тюрьме
  сижу по обвиненью в шпионаже.
  В тюремной злобной полутьме
  света почти совсем не видно даже.
  
  Мне в СССР нечем дорожить.
  Но что уж говорить об этом...
  Мне бы за границей пожить,
  я был бы там русским Поэтом.
  
  Жить не в СССР душа моя готова.
  Свободным странам шлю привет!
  За границей есть свобода слова,
  в СССР никакой свободы нет!
  
  Но из России никуда не уеду.
  Остаётся лишь только грустить.
  Я на могиле клялся своему деду,
  что коммунистам буду мстить!
  
  Двадцать третье февраля. 1972 год.
  178
  
  
  * * *
  
  Сотруднику КГБ СССР Иосифу Бродскому.
  
  Я стихи писал борьбы во имя,
  хотя и знал, что ждёт меня беда!
  Иосиф Бродский, твоё имя
  я уже не позабуду никогда!
  
  Но тебя обидеть вовсе не хочу,
  на поселении ты носил "косяк".
  "Как хочу, так и дрочу!" -
  вот на этом твой талант иссяк!
  
  Тебе свои стихи принёс в надежде...
  хотя тогда от страха очень я дрожал.
  Ты в КГБ отнёс мои стихи прежде,
  чем из Советского Союза ты сбежал!
  
  Ты-подлец и твои агенты КГБе...
  Хоть было мне так и не по нраву,
  только я вынес на своём горбе,
  мою, тобой присвоенную, славу!
  
  Я не Моцарт, да ты не Сальери,
  обо всём узнает России народ!
  Мы родились в одном вольере,
  но "собаки" мы разных пород!
  
  Тебе поверил я лишь только раз,
  за что меня чуть в КГБ не убили!
  Так пусть Бог тогда рассудит нас,
  раз люди нас, пока, не рассудили.
  
  Хотя не буду творить расправу,
  но по твоим всё же пройду следам!
  За мои же рифмы иметь славу?...
  Нет, Бродский, тебе этого не дам!
  
  Спецтюрьма.
  
  Двадцать девятое февраля. 1972 год.
  
  179
  
  
  * * *
  
  Коммунист-злой тиран-кровавый!
  
  Радио голос диктора слащавый
  меня никак не сможет обмануть!
  Коммунист-злой тиран-кровавый
  русские души продолжает гнуть!
  
  Своим взглядом хладнокровным
  свободу уже ясно вижу впереди!
  Сзади по моим следам неровным
  кто-то зло шагает за мной позади.
  
  Я прошёл дорогой небольшою.
  Вечно незнамо куда-то спешу.
  Стихи мятежною своей душою
  о коммунистах-палачах пишу.
  
  Все мои стихи как правда чи́сты!
  Поэта русского мятежного, меня,
  ни за что не заставят коммунисты
  таскать для них каштаны из огня!
  
  В СССР всюду казни и гробы!
  Коммунистов стихом долбаю.
  Коммунизма заборов столбы
   мятежными стихами срубаю!
  
  Антикоммунистическая борьба
  пройти не может незаметно.
  Скоро России изменится судьба!
  Говорю честно и авторитетно!
  
  Здоровьем за борьбу плачу.
  Ещё посмотрим: Кто - кого!...
  Себе в жизни сейчас не хочу,
  кроме Свободы, вовсе ничего!
  
  Первое марта. 1972 год.
  180
  
  
  * * *
  
  Скорей меня насилуй наяву!
  
  Встреча с тобой, увы, нечастая!
  Когда встречаемся, смирно молчу.
  Очень ты придирчиво-глазастая!
  А я душой только такую ведь хочу!
  
  Я в тебе увидел душу дорогую!
  Шепчет душа: "Не вздыхай!"
  Хочу тебя! Тебя, а не другую!
  Хочу тебя! Хочу, хоть подыхай!
  
  Теперь себя этой идеей заражаю,
  сердце себе не терзаю по мелочам!
  Ночью в сознании себе воображаю
  как ты меня ласкаешь по ночам!
  
  От того моя душа и не в покое!
  От страсти я готов даже плясать!
  В воображении ты делаешь такое!...
  Господи, мне стыдно написать!
  
  Я ради тебя на всё давно готов!
  И, свои тайны страшные храня,
  только лишь буквально пару слов:
  Во сне ты так насилуешь меня!...
  
  Господи, ну что ж это такое?...
  В людскую и поверил я молву!
  Сердце моё давно уж не в покое!
  Скорей меня насилуй наяву!
  
  Третье марта. 1972 год.
  181
  
  
  * * *
  
  Ленин Крупскую русской кровью подмывал!
  
  После водки пары стаканов
  Крупской захотелось мужика!
  Она любила пару хулиганов,
  Ленин ей лишь нравился слегка.
  
  Ленин Крупскую Надежду
  русской кровью подмывал!
  Чтобы обмыть эту невежду
  он русских невинных убивал!
  
  Такой позор для всех народов!...
  Но рассказать о нём всё же хочу:
  Крупская, боясь рожать уродов,
  свою жопу подставляла Ильичу!
  
  Крупская с детства мечтала
  плавать в спермовом потопе!
  Крупская Ленина так заебала! -
  он скончался с хуем в её жопе!
  
  Крупская тогда в ЦК писала,
  что она в суд решила написать,
  что она у Ленина только сосала, -
  теперь ни у кого ей не пососать!
  
  Потом у всего ЦК Крупская сосала!
  Желая с питанием наладить ей дела,
  Политбюро в рот Крупскую ебало,
  чтобы вдруг с голода она не умерла́!
  
  Ни одного не пропустила хера,
  так и не поняв, какой полезней!
  Крупская, это коммунизма Венера!
  (В смысле венерических болезней!)
  
  Пятое марта. 1972 год.
  182
  
  
  * * *
  
  Рай с любимой в шалаше!
  
  Дребезжат гитары струны!
  Перед нами весь Парнас!
  Мы в любые годы юны!
  Нету старости для нас!
  
  Я любим и ты любима!
  Рай с любимой в шалаше!
  А любовь неизмерима,
  места мало ей в душе!
  
  Переполнена любовью
  моя грешная душа!...
  Скажу, не будет новью,
  ты ведь очень хороша!
  
  Хороша ты, дорогая!
  Ты мне стала дорогой!
  У меня жена другая!...
  У тебя есть муж другой!
  
  Тем не менее мы вместе
  счастья делим все часы!
  У тебя часть моей чести!
  У меня, - твои трусы!...
  
  Их храню, а душу гложет!
  Ты мне счастье и беда!...
  Может кто-нибудь поможет
  нам сойтиться навсегда!
  
  Седьмое марта. 1972 год.
  183
  
  
  * * *
  
  Коммунизм, это в мою душу штырь!
  
  В дни печали безутешной,
  Россия, о тебе стихи пишу.
  Ты была святой и грешной,
  но каяться тебя не прошу.
  
  Своими ранами приемлю,
  Россия, твою грусть и боль!
  Тебе душой и сердцем внемлю!
  С тобой как мёд сладка́ мне соль!
  
  Когда вдруг являются сомнения,
  говорю всегда себе: "Не трусь!..."
  В миг своего святого вдохновения
  верю в себя, в Бога, в Правду, в Русь!
  
  Россию мои предки не предавали!
  Не присягну коммунизма господам!
  Предков, Бога, Честь и Россию едва ли
  когда-нибудь за что-нибудь предам!
  
  Коммунизм, это в мою душу штырь,
  на свете не было и нет его страшнее!
  Я уже давно ушёл бы в монастырь,
  но для святой борьбы я здесь нужнее!
  
  Я истоптал не все земные тропы,
  я изглядел все над Россией небеса!
  В баснях русские мятежные Эзопы
  опишут все коммунизма "чудеса"!
  
  В ад гонят русских словно стадо
  коммунисты. Говорят, что в рай.
  Коммунизма будущее не надо!
  Нам сегодня настоящее давай!
  
  Одиннадцатое марта. 1972 год.
  184
  
  
  * * *
  
  Любовь за деньги не купить.
  
  Вопрос: "Пить или не пить?"
  Но, разобраться если строго,
  любовь за деньги не купить,
  но девок можно купить много!
  
  Точно так вот и поступаю!
  (Не скрывать уж между нами?)
  Девок за деньги покупаю.
  (Педерасты отдаются сами).
  
  Мне всё это кажется наивно.
  Вокруг любви чего кружить?
  Но как же дико и противно
  мне без любви на свете жить!
  
  Меня уж как хочешь назови,
  но только пока считаю так:
  Как жить на свете без любви?
  Да без любви совсем никак!
  
  Но мы же плотью не уймёмся!
  Нам языком не лень молоть!
  Мы в любви всем признаёмся,
  нам нужна лишь только плоть!
  
  Только плоть, - ни что иное!
  Любовь!... Это такой дурдом!
  С любовью будет всё в покое?
  Мне в это верится с трудом!
  
  Не стоит жизнь торопить,
  пока Звезда жизни не упала!
  Любовь за деньги не купить!
  Нет любви, и жизнь пропала!
  
  Тринадцатое марта. 1972 год.
  185
  
  
  * * *
  
  Сталину кровавому-гаду!
  
  Коммунисты в блокаду
  жрали с потаённых закромов!
  Сталину-кровавому-гаду
  я глотку перегрызть готов!
  
  На еле слышный зов страдавших
  на помощь никто не приходил.
  На улицах не убирали павших.
  Весь Ленинград уже смердил...
  
  Люди похудели, словно их
  кто-то вытащил из гроба!
  Коммунист жрал за двоих:
  у него были хлеб и сдоба!
  
  От голода были все тупы.
  На улицах тёмных кривых
  ослабшие кушали трупы.
  Неслабые ели даже живых!
  
  Растаял снег, и обнажились
  все горы трупов на виду!...
  Те, что ещё не разложились,
  коммунисты пускали на еду!
  
  Сталин был злым паразитом!
  Шлём теперь проклятья ему-гаду!
  Трупы ели с большим аппетитом
  мы за здоровье Сталина в блокаду.
  
  Не выхожу к победному параду,
  выходят лишь те, кто тупы-глупы!
  Коммунисты заставляли в блокаду
  нас кушать людей гниющие трупы.
  
  Семнадцатое марта. 1972 год.
  186
  
  
  * * *
  
  Ты меня не любишь!
  
  Тебя так люблю, Светлана!
  Молчу, любовь к тебе храня.
  Твоя строка была так странна...
  Ты словом так обидела меня!...
  
  Так не обижал меня никто...
  Но ты мне словно свет в окне!
  Скажи за что же, милая, за что
  так ты наплевала в душу мне?
  
  Знала бы, как я грустил...
  Тебе всё это, - хренотень!
  Тебя, конечно, я простил,
  но на душе печали тень.
  
  Тебя я позабыть не смог!...
  Мне не помогла даже гульба!
  Между твоих прекрасных ног
  закончилась вся моя судьба!
  
  Ну что тебе ещё сказать?...
  Меня, надеюсь, не забыла?
  Мне б твои груди полизать...
  Быть может ты б и полюбила.
  
  Правды хочешь ты, - изволь...
  Ты меня только лишь погубишь!
  Душу мою терзает злая боль
  с того, что меня не любишь!
  
  Девятнадцатое марта. 1972 год.
  187
  
  
  * * *
  
  Коммунистам верить глупо!
  
  Отяжелевшею скулою
  Брежнев уже еле говорит.
  Сияет он улыбкой злою,
  кровью взор его горит!
  
  Правит Россией покойник,
  на нас мёртвым взором глядит,
  коммунист-садист-разбойник,
  душегуб, людоед он, бандит!...
  
  В глазах пустых нету искры.
  Речи Брежнева длинны и пусты́.
  Весело ему хлопают министры
  среди всеобщей дикой пустоты.
  
  Хотя живу не хлебом единым,
  но и хлебу я искренне рад!
  Брежнев с лицом лошадиным
  себе вешает много наград!
  
  Коммунистам верить глупо,
  в России нет им веры никакой!
  Но речь течёт от полутрупа
  Россию отравляющей рекой!
  
  Нам болтает Брежнев ерунду,
  даже пошлости, я бы сказал.
  Он ещё в своём детском саду
  свою совесть с соплями слизал!
  
  От коммунистического кремля
  мрак по всей России растекает!
  У Брежнева кровавая гнойная сопля
  ниже его ширинки мерзко свисает!
  
  Двадцать третье марта. 1972 год.
  188
  
  
  * * *
  
  Ты любовью меня отравила!
  
  Пред судьбою не прогнусь!
  Моё сердце тому хоть не радо,
  ты сказала: "Уже не вернусь."
  А мне вот этого вовсе не надо!
  
  Ты мне надо такая, как есть!
  Ты подумай, чего ты творила!
  Дорога мне свобода и честь!
  Ты любовью меня отравила!
  
  Отравила!... И я не живой!...
  Куда-то катит моя колея?...
  Отныне я только лишь твой!
  А ты?... Хоть сегодня моя?...
  
  За дерзость не будь ко мне стро́га!
  Дерзость!... Я верен лишь ей!...
  Мне ответь же, ответь, ради Бога,
  сегодня стать не могла бы моей?...
  
  Одно слово б твоё всё решило!
  (Дел-то всего лишь на час!)
  Только слово б твоё завершило
  все дела, что возникли у нас!
  
  Тобой, как любимой, горжусь!
  Уваженье, честь, совесть имею!
  От того только лишь ужаснусь,
  что станешь ты вдруг не моею!
  
  Двадцать девятое марта. 1972 год.
  189
  
  
  * * *
  
  Коммунизма страшная гадость!
  
  Жизнь тяжёлая не в радость,
  мы не в праздности живём.
  Коммунизма страшная гадость
  русских пожирает живьём!
  
  Долго власть царская длилась,
  но в России её теперь уже нет.
  Одна чума другой сменилась,
  русских терзает уже много лет!
  
  Мятеж наши сердца огнём сжигает!
  Но в душах тёмных только пустота.
  Нам всем коммунизм предлагает
  пройти сквозь страха-ада ворота́!
  
  Похороны коммунистических рыл
  нас только просто очень веселят!
  Я уже в раннем детстве матом крыл
  всех блядей-коммунистов подряд!
  
  Гнусную ложь не считая позором
  коммунисты русским лгут затем!
  При коммунистах не быть вором
  означает быть вовсе даже никем!
  
  Смерть нам стала родной тёткой.
  Водки выпью, если что-то украду...
  Заливает вся нищая Россия водкой
  коммунизм, нашу страшную беду!
  
  За мысли судят русских строго!
  Жизнь диссидента очень нелегка!
  Нам терпеть осталось ещё много.
  Так от нас ещё свобода далека!...
  
  Тридцать первое марта. 1972 год.
  190
  
  
  * * *
  
  Ты лучшее из моих наваждений!
  
  С утра прикладываюсь к водке,
  чтобы с похмелья не болела голова.
  Сегодня я уже совсем другой красотке
  твержу вчерашние любовные слова!
  
  Мне поэту, разгульному гуляке,
  в сердце сияет месяц голубой!
  В парке аллей тенистом полумраке
  очень люблю встретиться с тобой!
  
  Вдруг закружилась моя голова
  от того, что услышал случайно!
  Твои странные поступки и слова...
  мне всё это так необычайно!...
  
  Твои собачьи грустные глаза
  за мной весь вечер наблюдают...
  Не говорят ни "Нет!", ни "За...",
  как будто бы с тоски страдают.
  
  На висках моих гуляет осень,
  но о старости пока ещё молчу.
  Не вернуть отцветших вёсен,
  новых вёсен просто не хочу.
  
  Мир теней, от времени поблёкших...
  Мне не́ у кого не́ о чем спросить...
  Нежных чувств, в душе засохших,
  уже ни что не сможет воскресить!
  
  Среди прошлых похождений
  раньше вовсе я тебя не замечал.
  Ты лучшее из моих наваждений,
  из всех, какие только я встречал!
  
  Первое апреля. 1972 год.
  191
  
  
  * * *
  
  Коммунизм русских смертью косит!
  
  Коммунизм всех смертью косит!
  Хорошего в жизни уже не жди!...
  Слова нехорошие ветер доносит
  о том, что всех нас ждёт впереди.
  
  СССР, очень страшная держава!
  Её своим стихом не прославляю.
  Может завтра ждёт меня расправа,
  но сегодня напьюсь, погуляю!...
  
  Коммунисты Россию в плен взяли
  у всей свободной Европы на виду!
  Очень многих русских расстреляли
  коммунисты в семнадцатом году!
  
  Шастал у самого нашего порога
  Европы злой призрак одичавший!
  Россия совсем позабыла Бога,
  живёт народ, в грехе упавший.
  
  Дьяволу мы делаем услугу,
  в кровавой топчемся пыли!
  Не прошло сто лет, по кругу
  мы снова к пропасти пришли!
  
  Мы, на "зависть" всем буржуям,
  в нищете всю свою жизнь живём!
  Подчиняемся коммунистам-холýям,
  ни за что они хоронят нас живьём!
  
  Ничем нам наше горе не измерить!
  Всюду видим только с кровью ложь!
  Россия, разве кто бы мог поверить,
  что ты так низко в дерьмо упадёшь!
  
  Третье апреля. 1972 год.
  192
  
  
  * * *
  
  Секса так теперь плотью боюсь!...
  
  Сижу один тихонечко, скучаю...
  Веду по почте странный диалог...
  На все письма никогда не отвечаю.
  Но на это не ответить я не смог!
  
  Моя душа почитать очень рада!
  От имени мужчин пишешь сама?
  Но только сколько в тебе яда!...
  Действительно, уж горе от ума!
  
  Всё прекрасно понимаешь и сама,
  стихи вполне могут стать песней!
  Только чем больше горя от ума,
  тем собеседник даже интересней!
  
  Своею поэта наглою натурой
  могу тебя развеселить уж так!...
  Мне интересно только с дурой!
  (Лишь потому, что сам дурак!)
  
  Ты мне так о сексе написала!...
  Мне твоих слов не позабыть!
  Одна мне как-то пенис искусала,
  сказала: "Так должно и быть!..."
  
  Когда наедине с какой-то остаюсь,
  плоть моя к ней вовсе не стремится!
  Секса так теперь плотью боюсь!...
  (Также, как чёрт ладана боится!)
  
  В твоих стихах надежда, сила!...
  В них страх пред сексом, - ерунда!
  Меня бы ты от страха излечила!
  Только вот за сколько, где, когда?...
  
  Пятое апреля. 1972 год.
  193
  
  
  * * *
  
  Коммунисты кровь русскую хлебают!
  
  Коммунистам только в том успех,
  что они, как свиньи, жрут от пуза.
  Будет весёлым праздником для всех
  скорый развал Советского Союза!
  
  Коммунисты кровь русскую хлебают!
  Русской кровью залиты кремля столы!
  Бандиты-коммунисты направляют
  на людей русских воронёные стволы!
  
  Мы уже давно не любим никого,
  только говорить о любви смеем.
  Смотреть, не видеть вовсе ничего...
  теперь вот это только мы умеем!
  
  За грехи коммунизма ответим
  скоро перед Богом на Суде Его!
  Я Поэт! И сказано всё этим!
  Я поэт, и больше - ничего!...
  
  Скучно-однозвучны песни стали
  о коммунистической партии "нашей".
  Мы от песен тех уже разумом устали.
  Коммунисты кормят кровавой кашей!
  
  Есть на карте очень грязное пятно,
  это и есть наша страшная страна!
  Сколько страдать нам ещё суждено?
  Нам свобода ещё даже не видна...
  
  Коммунизм как тюрьма тесный!
  Что-то там ещё будет впереди?
  Предводитель наш Небесный,
  нас к святой Свободе приведи!
  
  Седьмое апреля. 1972 год.
  194
  
  
  * * *
  
  От красоты твоей дурею!
  
  Дни проводишь в думах и грёзах
  о милом далёком друге своём.
  Заплутал он в сибирских берёзах,
  навсегда позабыл он твой дом!
  
  Ждёшь. Затаилась, не дышишь.
  Но к тебе он всё так и не идёт...
  Шагов его больше не услышишь,
  к себе в постели он другую ждёт.
  
  В гадании было всё прекрасно,
  но в твоей жизни всё наоборот!
  Ждёшь его совсем напрасно,
  он к тебе никогда не придёт...
  
  С годами взор твой всё темней!
  Шутка тебя развеселить не может.
  Ты с каждым днём всё грустней,
  печаль твою душу тихо гложет.
  
  Так от красоты твоей умом дурею,
  что мне порою даже никак не уснуть!
  Тебя своей нежностью укрою и согрею,
  твоей страдающей душе дам отдохнуть.
  
  В эту ночь ты как богиня прекрасная!
  Для меня всегда будешь только такой!
  Но светит на небе луна бледно-ясная,
  словно холодный загробный покой...
  
  Я жил бы с тобой хоть в шалаше,
  но выпита водки стопка прощальная.
  Уже не заплачет свеча поминальная
  по моей грешной заблудшей душе.
  
  Одиннадцатое апреля. 1972 год.
  195
  
  
  * * *
  
  Коммунист до мозга лживый!
  
  Коммунизм кроваво-шелудивый
  привязался очень сильно к нам!
  Коммунист, до мозга лживый,
  весь в крови и пьяный в хлам!...
  
  Пока у власти коммунисты-гады!
  Всем русским только рабский труд!
  Моим стихам коммунисты не рады!
  Меня за стихи преследуют они тут!
  
  В России православные святыни распятые
  коммунистами-палачами с пьяных глаз!
  Коммунисты-гады-сволочи-проклятые
  в страшный коммунизм-ад загоняют нас!
  
  Теперь мы не в ту сторону стреляем!
  За коммунистами идём не в ту сторону!
  Мы всю свою жизнь вечно наступаем
  то на серп, то на грабли, то на борону!
  
  В России честность русских как смело́!
  Коммунист норовит всё себе урвать!
  Честно жить в России очень тяжело!
  При коммунистах стало легче воровать!
  
  Настроили рабам грязных заводов!
  Русские сами пророков убили своих!
  Русские нарожали духовных уродов,
  сдуру сами теперь проклинаем их!
  
  Коммунистические страшные стройки,
  всюду только ложь, халтура и попойки!...
  Всё теперь в России строим кое-как!...
  В СССР теперь не коммунизм, а бардак!
  
  Тринадцатое апреля. 1972 год.
  196
  
  
  * * *
  
  Кто любит, тот ведь и дурак!
  
  Твои слова мне душу раскачали
  и я несу теперь какой-то бред!
  От откровений до моей печали
  никакого расстоянья вовсе нет!
  
  В стихах вранья лишь половина!
  Я смог тебя за что-то полюбить!
  Как же прекрасна ты, Марина!
  Не моя... Мне как же не грубить?
  
  Тебя обидел невзначай немного,
  признаю. Права ты!... Это так!
  Но не суди меня очень строго:
  кто любит, тот ведь и дурак!
  
  Если бы ты была уже моя,
  не пожелал бы я себе и рая!...
  Не стал бы дурость писать я,
  от злобной ревности сгорая!
  
  Твоей любви жду, как чудес,
  среди жизни колдовского леса!
  С того и злобен я, как бес,
  что любишь другого беса!
  
  Ревную, только не сдаюсь!
  Одну тебя лишь вспоминаю!
  Я настырный, своего добьюсь!
  (Чего добьюсь и сам не знаю...)
  
  Сколько раз с кем-то кончали...
  Я позабыл все прошлые дела!
  От горьких откровений до печали
  ты любовью моё сердце довела!
  
  Семнадцатое апреля. 1972 год.
  197
  
  
  * * *
  
  Коммунисты палачи-скоты!
  
  За коммунизма кровавыми вождями
  скрыта нашей смерти злая тень!
  Ночь тёмная осенняя с дождями
  мне всегда светла как ясный день!
  
  Опять аресты и верёвки с вилами
  готовят нам коммунисты-менты!
  Уже всю святую Россию могилами
  изрыли коммунисты-палачи-скоты!
  
  Коммунисты оглохли от стрельбы,
  но продолжают русских убивать!
  Неуёмную жажду святой борьбы
  с годами я научился скрывать.
  
  Хотя, наверно, погибну однажды
  в страшной коммунизма западне,
  но в сердце борьбы святой жажды
  никогда ничем не утолить мне!
  
  Судить меня, наверняка, не будут,
  коммунисты без суда меня убьют...
  Русские меня никогда не забудут,
  они мои мятежные песни поют!
  
  Портрет моей Музы на стене...
  Выбрал я дорогу, может, не ту.
  Музы портрет дерзко навеял мне
  ярко-голубую заветную мечту!
  
  Жизни истина скрыта в вине?...
  Как путь отыскать на свободу?
  Коммунизм в вонючем говне!
  Что делать в России народу?
  
  Девятнадцатое апреля. 1972 год.
  198
  
  
  * * *
  
  Не надо мне месяц медовый!
  
  Мне навевают счастья сны
  твои нежные руки загорелые!
  Как спокойный сон нежны́
  груди твои нежно-белые!
  
  "Ты души моей король!",
  говоришь это мне снова.
  Твоё имя твержу как пароль,
  словно как святое слово!
  
  Ты вся сама подобна чуду!
  Любовь к тебе свято храня
  никогда тебя не позабуду,
  даже если и бросишь меня!
  
  Жизнь стала сложностью,
  того ты сама не находишь?
  Ты своею осторожностью
  опять меня очень заводишь!
  
  Странной осторожности своей
  и сама же, как вижу, боишься.
  Знаю, что когда-то будешь моей,
  хоть на меня и очень злишься.
  
  На все мои упрямые вопросы
  отвечать пока не хочешь ты.
  Утром как слезу роняют росы
  в твоём саду ароматные цветы.
  
  Наш роман не пустяковый,
  многих на много он переживёт!
  Не надо мне месяц медовый,
  очень хочу с тобой медовый год!
  
  Двадцать третье апреля. 1972 год.
  199
  
  
  * * *
  
  Коммунистам давно яму рою!
  
  Страшны истории страницы!
  Нам зло приходится терпеть!
  Мы не свободные, как птицы,
  из России никуда не улететь.
  
  В России коммунизма злой вой!
  Коммунист-дьявол гнёзда вьёт!
  Страшный плакат над головой
  русских в коммунизм-ад зовёт!
  
  Не слава Богу всё теперь у нас,
  живём как будто в жутком сне!
  Текут потоки мрачных глаз
  по русской скорбной стороне.
  
  Мы все над бездною зависли!
  На коммунистов зло коплю!
  Рождённых судорогой мысли
  законов коммунизма не люблю!
  
  Слов пустых нагромождения
  вместо дела видим в России мы!
  Наша жизнь, ужаса приключения,
  терзают нас от сумы до тюрьмы!
  
  Тюрьмою нам стала вся страна!
  Коммунизма будни злы, ужасны!
  Как яд, как опиум, как белена...
  лживые слова коммунистов опасны!
  
  Из уст коммунистов нам порою
  ядовитые речи змеиные текут!
  Коммунистам давно яму рою,
  пусть схоронит Господь их тут!
  
  Двадцать девятое апреля. 1972 год.
  200
  
  
  * * *
  
  Любишь... Но только не меня!
  
  Как на духу одной тебе скажу
  у ног твоей, любимой, светлости,
  я же ведь всё пью для куражу!
  Спиваюсь от безответности!
  
  А ты могла бы!... Ты могла бы!...
  (Меня хоть и нахалом обзови!...)
  Нет, я не в смысле, что дала бы!
  Нет... Я просто о своей любви!
  
  Люблю тебя! (Ещё кого же?)
  Люблю одну тебя, тебя кляня!
  И ты любишь ведь, похоже...
  Любишь... Но только не меня!
  
  А я страдаю!... Так страдаю!...
  Ты вся прохладна, как сугроб!
  Не пью, не ем, от скуки таю!...
  Меня скоро вгонишь в гроб!
  
  В гроб! (А то ещё куда же?)
  Люблю! - словом не передать!
  Тебе меня не жалко даже...
  А мне приходится страдать!
  
  Мои стихи совсем ведь не кураж!
  Сжалься!... Подумай хоть о Боге!
  Если только срочно мне не дашь,
  тогда издохну на твоём пороге!
  
  Первое мая. 1972 год.
  201
  
  
  * * *
  
  Коммунисты поэтов убивают!
  
  В плену коммунизма паутин
  жизнь страшную проводим!
  Среди жизни ужасных картин
  в ожидании смерти бродим!
  
  Коммунисты нам рай обещали,
  они обещали русским добра...
  От коммунистов так обнищали,
  что уже всем помирать нам пора.
  
  Нас держат в страшной темноте,
  как будто света русским не надо!
  Коммунисты, ведь это же бесы те,
  что когда-то вошли в свиное стадо!
  
  Прошлого нету, настоящего нет,
  впереди лишь ада неизвестность!
  Все страдаем от коммунизма бед,
  давно пропиты совесть и честность!
  
  Нас режим коммунизма губит!
  Живём среди кровавых дождей!
  Никто из нас давно не любит
  коммунизма злобных вождей!
  
  Даже варвары не трогали поэтов,
  коммунисты всех поэтов убивают!
  Они наложили на правду запретов!
  Ложь русским в сознанье вливают!
  
  Страдает Русь под басурманом,
  русские теперь проклинают его!
  Не верь, что что-то за туманом...
  За коммунизма туманом - ничего!
  
  Третье мая. 1972 год.
  202
  
  
  * * *
  
  Жрицу любви мне бы поиметь!...
  
  Писать не буду всё напрасно,
  никуда не побегу от тебя прочь!
  Боже мой, как же прекрасно,
  мне провести бы с тобой ночь!
  
  Не хочешь ночью, и не надо!
  Пусть ночью будет темнота!
  Моё сердце тебе очень радо,
  ведь только ты моя мечта!
  
  Моё сердце теперь не в покое!
  Стихи писать я просто неумеха.
  Что бы написать тебе такое?...
  (Чтоб ты описалась от смеха!)
  
  Сама-то пишешь всё проворно!
  А мне тебе о чём бы написать?
  Может про секс и про порно?...
  (Устал в раздумьях лоб чесать!)
  
  Тебе написать, может, о спорте,
  или о моей сломанной судьбе?
  Могу писать я даже об аборте...
  Но только всё это надо ли тебе?
  
  Моя душа с тоски даже завыла!...
  О чём писать, сам даже не знаю я.
  Да, кстати, ты ещё не позабыла,
  что ты заочная любовница моя?
  
  Поверь, люблю тебя страстно!
  С того и смог я написать посметь:
  Боже мой, как же это прекрасно,
  жрицу любви мне бы поиметь!...
  
  Пятое мая. 1972 год.
  203
  
  
  * * *
  
  С коммунистами сражались!
  
  Светлую память о тех берегу,
  кто с коммунистами сражались!
  Белые кости на кровавом снегу
  вечно лежать в России остались!
  
  Коммунистов глаза осоловелые
  видят всё лишь в кровавом свете.
  За Свободу погибли герои Белые!
  Им светлый рай будет на Том свете!
  
  Отважные герои моего романа
  в войне Гражданской полегли!
  Победить коммуниста-тирана
  тогда мои герои не смогли...
  
  За святую Свободу пали Белые!
  Их свято помнит русская земля!
  Кругом пашни вижу опустелые,
  России бесплодные вижу поля...
  
  Герои Белые, Россию прославив,
  канули в прошлое, как в никуда!...
  Ушли все они, за собой не оставив
  на поле ни тени, ни, даже, следа́!
  
  Рать звериная красная, рать Белая,
  кому-то это, быть может, всё равно...
  Какая из них была более смелая,
  не забыто Россией, хотя было давно.
  
  Коммунисты убили моего деда...
  Жизнь провалилась словно на дно!...
  Провались эта позорная "победа"!
  и все коммунисты с нею заодно!
  
  Седьмое мая. 1972 год.
  204
  
  
  * * *
  
  Проклиная коммунистов и праздники их!
  
  Празднуют победу коммунисты.
  Напиваются с горя войны ветераны.
  Коммунисты хуже, чем фашисты!
  От коммунистов в душе моей раны!
  
  За решёткой на улице праздник...
  Лишь только побег у меня на уме!
  Я, как какой-то вор или проказник
  страдаю в советской лютой тюрьме.
  
  Через решётки на праздник гляжу...
  Нету теперь со мной соратников моих.
  В советской проклятой тюрьме сижу
  проклиная коммунистов и праздники их!
  
  Празднует, с горя пьющий народ
  на серой улице победу без веселья.
  Сейчас в обществе тихий разброд,
  под влиянием алкогольного зелья!
  
  Вся моя жизнь как через огонь брод!
  От жизни страшно было мне не раз!
  В Советском Союзе весь народ
  от коммунистов страдает сейчас.
  
  Только не хочу из России рвануть,
  не пускают меня никуда мои грехи!
  В тюрьму меня привёл мой путь...
  В том виной мои мятежные стихи!
  
  Одиннадцатое мая. 1972 год.
  205
  
  
  * * *
  
  Лютуют коммунисты-уроды!
  
  Память наша ленива, коротка́,
  она не хочет вспоминать былое.
  Моя жестокая мятежная строка
  потому, что время в России злое!
  
  Как мне бесценные наследства
  я народные русские песни пою!
  Любовь к святой России с детства
  заложена в грешную душу мою!
  
  Русский мужик не перекрестится,
  пока над ним не грянет гром!
  Коммунизма ужас не поместится
  в мятежном сознании моём!
  
  Мои строки как тюремные вагоны,
  мои мятежные стихи как поезда,
  сквозь коммунизма кровавого законы
  они с грохотом проезжают иногда!
  
  Лютуют коммунисты-уроды,
  губят России всю святую красу!
  Белогвардейское знамя Свободы
  я поднял и гордо к Свободе несу!
  
  Стоит Россия будто кура ощипана.
  Коммунисты обокрали России края.
  Злой клеветою советской осыпана
  к свободе зовущая мятежная Муза моя!
  
  Для Российского забитого народа
  своим талантом верно служу я!
  В поганого коммунизма бочке мёда
  большая ложка дёгтя есть моя!
  
  Тринадцатое мая. 1972 год.
  206
  
  
  * * *
  
  На твою бы попочку поплакать...
  
  Побудь со мной еще немного,
  со мной немного ещё поговори!
  Не будь же со мною так строга,
  сама своей грешной душе не ври!
  
  Не ври! Но, если хочешь, ладно!
  Продолжай мне дальше врать!
  Но только твоя ложь нескладна!
  Зачем же мою душу ею марать?
  
  Зачем марать сердце и душу?
  Зачем глумиться над судьбой?
  Всё твоё прошлое разрушу...
  Погибнет все! Но мы с тобой...
  
  Мы! Только мы на белом свете,
  останемся в потоке долгих лет!
  Я за судьбу твою теперь в ответе!
  Но до сих пор тебя со мною нет.
  
  Тебя со мною нету, так страдаю!
  Страдаю своим телом и душой!...
  Теперь пить перестал, недоедаю...
  Только вот прок в том небольшой.
  
  Теперь и говорю тебе об этом.
  Меня смогла ты очень разозлить!
  Что толку над твоим портретом
  мне понапрасну тихо слёзы лить?
  
  Не надо охать мне и акать!...
  Любовь к тебе мне не предать!
  На твою бы попочку поплакать,
  была бы мне такая благодать!...
  
  Семнадцатое мая. 1972 год.
  207
  
  
  * * *
  
  Убивают коммунисты старых, малых!...
  
  Россия словно заколдована магом:
  в рассудках русских ложь, цинизм...
  Все теперь идём нестройным шагом
  строить устрашающий ад-коммунизм.
  
  Коммунист-враг неугомонный,
  в русские души ложь он льёт!
  От этой лжи народ, как сонный,
  поток неправды душой пьёт!
  
  Смерть свирепствует у нас!
  Наша жизнь как свечка тает!
  Россия в безысходный час
  опять к себе сынов сзывает!
  
  Свободу спрятав под замок
  коммунисты дают нам советы:
  "Кто стать даже ничем не смог,
  соблюдайте Ленина заветы..."
  
  России бескрайним просторам
  коммунисты просто жить не дают!
  Жмутся русские нищие к заборам,
  себе в подвалах находят приют...
  
  Светлым днём и в час ночной
  на "свободе" человек словно раб!
  В России, за тюремной стеной,
  злобствует коммунист-сатрап!
  
  Бьют коммунисты старых, малых!...
  Могильник сотворили со страны!
  На коммунистов душах полинялых
  ясно видны зловещие знаки сатаны!
  
  Девятнадцатое мая. 1972 год.
  208
  
  
  * * *
  
  К твоим ногам бы положил!...
  
  Устал я каяться, грешить!...
  В жизни моей одно и то же!...
  Мне некуда теперь спешить...
  Но жить хочется мне всё же!
  
  Хочу жить, хоть и в тюрьме!
  В тюрьме о любимой мечтаю!
  Хотя она даже не знает обо мне,
  только её стихи в тюрьме читаю!
  
  За что мы любим? - Не пойму!
  Темна душа моя, словно могила.
  Я за любовь пошёл в тюрьму,
  хотя она меня и не любила!...
  
  С ней сейчас какой-то идиот!
  (Друг говорил, и он был прав!)
  Она меня с тюрьмы не ждёт,
  себе все мои денежки прибрав.
  
  А ты вот любишь, его ждёшь!
  (Про тебя прочёл об этом я́.)
  Как вас, женщин, разберёшь?
  Мне очень жаль, что ты не моя!
  
  Если бы только моею была ты,
  тогда я знал бы, зачем жил!
  Я бы своё сердце, как цветы,
  к твоим ногам бы положил!
  
  Двадцать третье мая. 1972 год.
  209
  
  
  * * *
  
  Злобствуют коммунисты-уроды!
  
  России жизнь, это повесть зла и мук,
  с болью от своего рождения читаю...
  Среди коммунизма кровавых вьюг
  с детства о жизни хорошей мечтаю!
  
  Иду, за кем не знаю, следом...
  Господь, меня грешного направь!
  Мне хочется считать явь бредом!
  Но только это всё же наша явь!
  
  Молчу даже перед другом,
  охваченный тихой боязнью.
  Страдаю, как тяжким недугом,
  к коммунизму неприязнью!
  
  Всегда круговую держу оборону,
  который год нету конца войне!
  Коммунисту-вонючему-гондону,
  стихи-проклятья пишу на стене!
  
  Слушаю рёв грядущих дней!
  Восторги слушаю Свободы!
  С каждым годом всё страшней
   злобствуют коммунисты-уроды!
  
  Стал я для Свободы песни петь,
  коммунистов толкая локтями!
  Коммунизм начинает цепенеть,
  в Россию впивается когтями!
  
  Пришла весна, но нет восторга,
  грешной душой не чувствую её...
  От коммунизма пахнет как от морга!
  Над Русью в кровавом небе вороньё!
  
  Двадцать девятое мая. 1972 год.
  210
  
  
  * * *
  
  Есть лишь похоть меж полов!
  
  Мы все бессильны пред судьбою!
  Но наши души рвутся только ввысь!
  Мы случайно встретились с тобою,
  совсем не для того, чтоб разойтись!
  
  Влеченье между наших тел!...
  Душа от радости аж взвилась!
  Я тебя вдруг очень захотел!...
  Вдруг любовь ко мне явилась!
  
  В любви тебе признаться
  решил я и купил цветы!
  (Могла б другая оказаться
  та твоём месте, а не ты!)
  
  Но только ты, а не другая,
  (чтоб издохнуть, если вру!),
  одна лишь ты мне дорогая!
  (Если отдашься мне к утру!)
  
  Тогда я пред тобою оказался,
  (Я лучше бы тогда издох!).
  Я в любви тебе признался!
  (Лучше язык бы мой отсох!)
  
  Но ты сказала мне в ответ,
  что чувство сердце только губит,
  что любви на свете вовсе нет,
  никого никто нигде не любит!
  
  О том, мол, знают даже дети,
  о том понятно всем без слов!
  Нет никакой любви на свете,
  есть лишь похоть меж полов!
  
  Тридцать первое мая. 1972 год.
  211
  
  
  * * *
  
  Коммунизма власти проклятущей!
  
  Приходилось не раз бежать,
  в тюрьме, на зоне я пожил,
  от жуткого страха дрожать...
  С коммунистом я не дружил!
  
  Свои книги пришлось продать,
  хотя я ими очень дорожил!
  Никогда не забыть, не предать
  всё, что в жизни я пережи́л!
  
  Ни век, ни год, ни день рожденья
  я сам своей судьбе не выбирал!
  Но за мои мятежные убеждения
  меня палач-коммунист покарал!
  
  Раньше очень любил я шиповник,
  теперь только алую розу люблю!
  Коммунизм, это в дерьме коровник,
  невольно все его зловония терплю!
  
  Творю тёмной ночью бессонной
  свои антикоммунистические дела!
  В душе, к свободе устремлённой,
  звучат борьбы стихи-колокола!
  
  Дорожу теперь каждой минуткой,
  чтоб коммуниста позлее укусить!
  Пусть погибну смертью жуткой,
  только пощады не буду просить!
  
  Я поэт, России Свободы певец,
  победоносно по миру идущей!
  Мне будет очень радостен конец
  коммунизма власти проклятущей!
  
  Первое июня. 1972 год.
  212
  
  
  * * *
  
  Девица была просто царская!
  
  Пьяный шёл я с работы...
  Попахал я там и попотел.
  Мне всё надоело до рвоты!
  Даже женщину я не хотел.
  
  Домой шёл, от пива икая...
  От пива я даже вспотел!
  Из-за угла вдруг такая!...
  Даже пи́сать я перехотел!
  
  Не понял, что за чертовщина?
  Какой-то получается дурдом!
  Сказала: "Ты мой мужчина!..."
  Поверилось мне в это с трудом!
  
  В невинности моей трещина,
  наверно я очень неправ!...
  "Я тебе верная женщина..."
  сказала мне, ножки задрав...
  
  Что мне тут делать? Как Быть?
  Своё прошлое всё вспоминаю...
  Я её вполне мог бы любить!...
  Но кто она? Даже не знаю!
  
  Девица была просто царская!
  Спросил, обратиться посмев:
  Кто ты? "Елена я Ларская!..."
  Сказала, пописать присев...
  
  Третье июня. 1972 год.
  213
  
  
  * * *
  
  Иосифу Бродскому, сотруднику КГБ СССР.
  
  Вот на Литейном этот дом...
  Там роковая арка за углом...
  От арки той второй подъезд!...
  Мои душа и тело - всё протест!...
  
  Когда тогда я взялся за перилла
  и на дверь Бродского взглянул,
  вдруг меня дрожь нервная забила,
  я чуть тогда назад не повернул!...
  
  Собрался в Бродскому... Тревога
  тогда все сутки мучила меня!
  У его страшного ужасного порога
  я стоял, на свете всё кляня!...
  
  Я поднялся на второй этаж,
  словно на ужасную Голгофу!...
  С ним разговор короткий наш
  в моей жизни сделал катастрофу!
  
  Весна... Но холоднее, чем осень,
  в душе радости нету даже следа́!...
  Квартиру номер двадцать восемь
  я с тех пор запомнил навсегда!
  
  Христа отец, Иосиф, был с Иисусом!
  Дьявол Иосиф Сталин, - с сатаной...
  А этот оказался просто трусом!...
  Но всё-таки судьба свела его со мной.
  
  Его, коварного предателя, кляня,
  я плеть коммунизма отведал!...
  Сначала предал он не одного меня!
  Потом он Родину-Россию пре́дал!
  
  (Я был освобождён 04.06.1972 года в день вылета Бродского из СССР.)
  
  Пятое июня. 1972 год.
  
  214
  
  
  * * *
  
  Коммунисту-палачу злобной-гниде.
  
  Всю жизнь живу бесшабашно
  среди коммунизма жутких дней.
  Не скрою, умереть мне страшно.
  Мне жить сейчас ещё страшней!
  
  Бороться с властью я решил, иду
  навстречу коммунистам-палачам!
  Свои мятежные стихи, не ерунду,
  в России распространяю по ночам!
  
  Безвинно убитых в России гора!...
  Миллионы людей без вести пропали!
  Никогда я не кричал тогда "Ура",
  когда коммунисты с трибун выступали!
  
  Никаких вовсе не признаю запретов!
  Рот мне не заткнуть ничем и никак!
  "Ты негодяй среди русских поэтов!",
  это мне сказали коммунисты так.
  
  После тюрьмы я как-то приумолк,
  совсем не надо мне лишнего стресса.
  Старый антикоммунистический волк,
  я очень одинок среди людского леса.
  
  Коммунисту-палачу злобной-гниде,
  все злодейства никогда не прощаю!
  Всю жизнь, как на кровавой корриде,
  коммунистов-злых-быков укрощаю!
  
  Хотя коммунистов очень боюсь,
  но Богу и России служу душою честно!
  Может в кровавой луже захлебнусь,
  или паду в борьбе совсем безвестно.
  
  Седьмое июня. 1972 год.
  215
  
  
  * * *
  
  Лица коммунистов-палачей!
  
  Поэтом стал я вовсе не случайно,
  своим стихом свободу воспеваю!
  Свои стихи, написанные тайно,
  в запрещённые книги сливаю.
  
  Коммунистов-зверей проклинаю!
  Много русской крови на их руках!
  Лица коммунистов-палачей знаю,
  скрыты они в кровавых колпаках.
  
  Кричу: "Коммунистов долой!...",
  от негодования всею плотью дрожа!
  От коммунистов по верёвке гнилой
  однажды я с восьмого бежал этажа.
  
  Даже вовсе не хочу быть известным,
  только лишь своё имя хочу спасти.
  Теперь у нас позорно быть честным!
  При коммунистах лишь ворьё в чести́.
  
  Стихи мятежные пишу со свечами,
  рифму жёсткую мне легко выводить.
  Осенними дождливыми ночами
  люблю по тёмным улицам бродить!
  
  Господь меня от смерти уберёг,
  чтобы стихами написать я смог,
  ночами я наделал ратных дел,
  мстя коммунистам за беспредел!
  
  Не ожидаю от коммунистов рая!
  Не могу коммунистов простить!
  Из сил последних, даже умирая,
  коммунистам буду везде мстить!
  
  Одиннадцатое июня. 1972 год.
  216
  
  
  * * *
  
  Прилегли мы с нею у берёзки...
  
  Жизнь течёт, изматывая нервы,
  но на невзгоды многие плюют!
  Встречаются порой такие стервы,
  которые слезу на пенис льют!
  
  Рядом жизни мишура и блёски!
  Но как судьба порой бывает злая!
  Вспоминаю стервочкины слёзки.
  Мне кричала: "Как это могла я?..."
  
  Прилегли мы с нею у берёзки,
  друг друга не особо-то желая!
  Закатила она стервочкины слёзки,
  вдруг на меня собакой злою лая!
  
  Всё точно вспомнить не могу,
  хотя многое теперь припоминаю.
  Она мне гнала какую-то пургу...
  О чём? До сих пор не понимаю!
  
  Мои желания не были столь броски,
  чтобы мне ей отдаться с головой!
  На кой хрен мне стервочкины слёзки,
  когда жизни путь есть у меня свой?
  
  Чувства обезумевшие всплёски,
  моих стихов развратный слог!...
  Она лила мне стервочкины слёзки!
  (Я напи́сать столько бы не смог!)
  
  Мужики, поберегите свои нервы!
  На слёзы можно просто наплевать!
  Не забывайте: стервы, это стервы!
  (Не приведи Бог им в рот давать!)
  
  Тринадцатое июня. 1972 год.
  217
  
  
  * * *
  
  Всех, убитых коммунистами!
  
  Терплю, как и все, унижения,
  но память предков не предам!
  Ни веры, ни чести, ни уважения
  коммунистам никогда не отдам!
  
  Хорошо обалдеть и забыться
  от жизни тяжёлых проблем!
  Стараюсь к Свободе пробиться,
  стихи мятежные пишу затем!
  
  Всех, убитых коммунистами,
  добром помяну в стихах своих!
  Они были с дýшами чистыми!
  Стихами прославляю всех их!
  
  Ложь кругом и театральность,
  но не дам свою душу сломать!
  Не могу коммунизма реальность
  вольною душой воспринимать!
  
  Отчаянно борюсь не ради славы,
  смерть меня уже может скосить.
  Это не детские наивные забавы,
  стихи мятежные ночами разносить!
  
  Прошёл я дорогу ужасную кривую.
  Про коммунистов могу рассказать!
  Всё Армагеддона войну Мировую
  хотят миру коммунисты навязать!
  
  Всех коммунистов по дьяволу мерю,
  наполняя проклятьем стиха строку!
  Уж скорее самому дьяволу поверю,
  чем поверю проклятому большевику!
  
  Семнадцатое июня. 1972 год.
  218
  
  
  * * *
  
  Весело уляжемся в постельку!
  
  В сердце твоём душевный пламень,
  но попался грязный шелудивый пёс!
  Разбиты твои чувства как о камень!
  (Было бы приятней разбить нос!)
  
   "Он изменил... Ну что такого?..."
  Кто-то вполне так может сказать.
  Меня послушай, Маша Иванова,
  его измену надо жёстко наказать!
  
  Чтобы больше не ходил к бабью,
  не портил чтобы больше никого
  ему тёмной ночью харю разобью,
  после от всей души описаешь его!
  
  Знаю, на него ты зубки точишь!
  За измену его надо покарать!...
  Если его описать не захочешь,
  так вместе сможем обосрать!
  
  Мы предадим всё фотоснимку!
  В нём будет этот секс-тиран!...
  Потом пойдём с тобой в обнимку
  в шикарный лучший ресторан!
  
  Я с тобою пока только дружен!
  (Могу поклясться даже на крови́!)
  Мы с тобой такой закатим ужин
  на поминки ушедшей любви!...
  
  Под ресторанной музыки мотив
  с тобой оба напившись в стельку,
  о прошлом даже слез не проронив,
  уляжемся в приятную постельку!
  
  Девятнадцатое июня. 1972 год.
  219
  
  
  * * *
  
  Давно с коммунизмом борюсь!
  
  Давно с коммунизмом борюсь!
  Он русской кровью разукрашен.
  Выстрела в грудь уже не боюсь,
  в спину выстрел мне нестрашен.
  
  В России вижу всё по-другому,
  все в коммунизм-пропасть прём!
  Мне, с рождения почти слепому,
  стал Талант верным поводырём.
  
  Всюду коммунизма ненастья,
  куда только в России ни пойду!
  Не знать ни покоя, ни счастья,
  видно, написано мне на роду.
  
  Строкой открытой и понятной
  проклятый коммунизм крушу!
  О прозе жизни неприятной
  стихом пламенным пишу!
  
  Не смогу Россию предать,
  что бы с ней ни случилось!
  Сколько же плоти страдать,
  чтобы душа моя исцелилась?
  
  Сердце моё сжимается от боли:
  коммунист-гад-проклятый-пёс!
  Коммунистам я насыпал соли,
  сам от них еле свои ноги унёс!
  
  Я почти слепой, но не пьяный,
  очень коммунистов не люблю!
  Коммунизма власти окаянной
  вместо стихов подарю соплю!
  
  Двадцать третье июня. 1972 год.
  220
  
  
  * * *
  
  Тебя хочу! Что скажешь?
  
  Ты молода, красива, стро́йна!
  От тебя одной просто торчу!
  Не волнуйся, будь спокойна,
  ведь одну тебя очень хочу!
  
  Влюбиться, это же не в но́ви!
  Но расстаться вам пришлось...
  Сколько слёз и сколько крови,
  излить твоему сердцу довелось!
  
  Слёзки по щёчкам размажешь,
  готовая всех мужиков убить!...
  Только ведь сердцу не скажешь
  любить кого-то, иль не любить.
  
  А я поэт дерзкий и резвый!
  Вся наша жизнь, это дурдом!
  Сегодня я почти что трезвый!
  (Хотя сам верю в то с трудом!)
  
  Того нисколько не стесняюсь!
  О другом уж лучше промолчу.
  Тебе одной в любви призна́юсь!
  (Не говорить же, что тебя хочу!)
  
  Тебя хочу! Чего мне скажешь?
  Сколько же мне ещё терпеть?
  Только сердцу не прикажешь.
  хотеть кого-то иль не хотеть!
  
  Двадцать девятое июня. 1972 год.
  221
  
  
  * * *
  
  В коммунисте-гаде вижу врага!
  
  В борьбе с коммунизмом сгореть
  мною решено бесповоротно!
  Считаю, что за Россию умереть
  поэту русскому очень почётно!
  
  Коммунистов-палачей обличаю,
  хотя могу за то в тюрьме пропасть!
  По России в России душою скучаю,
  ненавидя коммунизма-зверя власть!
  
  Всегда затишье перед бурей.
  Над Россией кровавые рога!...
  Небо над Россией всё хмурей!
  В коммунисте-гаде вижу врага!
  
  Коммунисты-палачи терзают нас!
  Я ещё молод, но уже почти старик.
  Под пытками был я не один раз,
  не слышите моих страданий крик!
  
  Бороться пока всё ещё я в силе!
  Я русский поэт, какой-никакой!
  Всю жизнь я будто бы в могиле,
  я заразился коммунизма тоской.
  
  Я сейчас один как ворон вольный,
  все друзья мои теперь в тюрьме.
  Такой жизнью очень недовольный
  стихи пишу о коммунизме-тьме!
  
  На зло коммунизма своры всей
  не застрелюсь и не повешусь!
  Но грядущей гибелью своей,
  может, когда-нибудь утешусь.
  
  Первое июля. 1972 год.
  222
  
  
  * * *
  
  Тебя люблю только заочно!
  
  Словами весело играя
  наяву и когда спишь,
  "Люблю от края и до края",
  не мне ты это говоришь!
  
  Любовь моя не позабытая,
  только тебя душой любя,
  милашка, дура ты набитая,
  ведь скоро сдохну без тебя!
  
  Я на тебя в такой обиде!...
  Я на тебя обижен так!...
  Речь не идёт о суициде...
  (Я же, наверно, не дурак!)
  
  А, может, и дурак я, точно!
  (Ну разве можно так глупить?)
  Тебя люблю только заочно!
  (Что бы в постели полюбить!)
  
  Уже мне все другие надоели!...
  Нам повстречаться надо срочно!
  Милашка, если бы в постели!...
  (Тогда я не описался бы, точно!)
  
  Подохну завтра иль сейчас!...
  Коль не подохну так оглохну!
  Дай мне хотя бы только раз!
  (А то действительно издохну!)
  
  Не хочешь, да и чёрт с тобою!
  Как-нибудь переживу уж это я!
  Только моею мечтой голубою
  будет всегда писенька твоя!
  
  Третье июля. 1972 год.
  223
  
  
  * * *
  
  Коммунисты России жить не дают!
  
  От коммунистов я наслушался хулы,
  горя от них натерпелся я "всласть"!
  Очень гóрек мне вкус "похвалы",
  какой "ласкает" коммунизма власть!
  
  Не люблю ментовские погоны,
  на допросах только лишь молчу!
  Коммунисты-сволочи-гондоны!
  Их всех давно перемочить хочу!
  
  В душе покой, как перед боем!
  С детства знаю за чего борюсь!
  Не хожу со всеми общим строем,
  не прославлю коммунизма Русь.
  
  В России правду говорить опасно,
  потому о ней никому и не кричу.
  Пишу стихов много и страстно
  о том, о чём принародно молчу!
  
  Верность великой России храня
  от коммунистов получаю плеть я!
  Девять месяцев пыток меня
  состарили словно на столетья.
  
  Водочки выпью за то до дна,
  чтобы люди всю правду знали,
  чтобы свободной была страна,
  чтобы за стихи не стреляли!
  
  Я пошёл искать себе обитель,
  но только не нашёл себе приют.
  Мой Бог, небесный покровитель,
  коммунисты нам жить не дают!
  
  Пятое июля. 1972 год.
  224
  
  
  * * *
  
  Милашка, милая, плачу по тебе...
  
  Хотя всегда веду себя развратно,
  своих любовниц загоняя в страх,
  милашка, как же мне приятно
  с тобой общаться! (Хоть в стихах.)
  
  Мне всё во мне очень не нравится!
  Думаю порою: "Чтобы ты издох!"
  Но моя грешная душа-упрямица
  мне говорит всегда, что я неплох!
  
  Чему верить, даже сам не знаю,
  живу, как будто в страшном сне!
  Только когда тебя вспоминаю,
  становится на сердце легче мне!
  
  Ты меня умней, может, раз во́ сто!
  Ей богу, тебе ни в чём не солгу!...
  Пишешь очень легко и просто!
  Так писать ни в жизнь не смогу!
  
  В твоих стихах природы рань...
  Красота её... (Это бесспорно!)
  Пищу лишь только злую дрянь,
  а, иногда, и даже очень порно!...
  
  Твои заметки на своих страницах
  я вдруг увидел, и хвала судьбе!...
  Слёзы нависли на моих ресницах,
  милашка, милая, плачу по тебе...
  
  Седьмое июля. 1972 год.
  225
  
  
  * * *
  
  Всем, коммунистами убитым!
  
  Музе радостной и грустной
  словно верный раб служу!
  Своей строкою неискусной
  патриотов сознание бужу!
  
  Земной шар, такой огромный!...
  Всех коммунистов проклиная,
  тихо живу, поэт бездомный,
  своей Родины с детства не зная.
  
  Живу без права на ошибку,
  без права правду говорить!...
  Ношу притворную улыбку,
  продолжаю коммунизм корить!
  
  Никак не могу коммунизма звуки
  в свою грешную душу впустить!
  Превозмогая в душе злые муки
  коммунистам продолжаю мстить!
  
  Не расскажу никогда никому
  про творческих сил прилив!
  Жизни радуюсь лишь потому,
  что сегодня снова остался жив!
  
  В стенах старинной крепости
  следы коммунистов пуль нахожу.
  Быть не может страшнее нелепости,
  чем людей стрелять для куражу!
  
  Не бывал я в тюрьмах сытым,
  от коммунистов я много страдал!
  Всем, коммунистами убитым,
  я стихами памятник создáл!
  
  Одиннадцатое июля. 1972 год.
  226
  
  
  * * *
  
  Вместо любви только скука.
  
  Ты любила, терпела, страдала,
  но явилась нежданно разлука!
  Ты чувство в душе удержала...
  но вместо любви только скука.
  
  Тех, что не любили, мне жаль!
  Они могут лишь только предать.
  Отпусти же из сердца печаль.
  Сколько же можно страдать?
  
  Сколько же можно страдать?
  На страдания сердца не хватит!
  Другим сможешь любовь передать,
  но разум с того твой не спятит!
  
  Сама же ведь многим соврёшь,
  сама давно к тому ты готова!
  Сама очень много раз умрёшь,
  сама же и воскреснешь снова!
  
  Последнее своё воскресение
  в любви лишь для себя соверши!
  Послушай судьбы песнопение
  для твоей светло-грешной души.
  
  Мне тебя очень искренне жаль...
  Но тебя со мной рядом здесь нет.
  Отпусти из сердца седую печаль,
  впереди у тебя лишь радости свет!
  
  Тринадцатое июля. 1972 год.
  227
  
  
  * * *
  
  Коммунисты русских рвут на части!
  
  Я, как поэт, выполняю святое дело,
  всегда против коммунистов пишу!
  Не свою душу, а лишь только тело
  в жертву коммунистам приношу!
  
  Моя душа на коммунистов злится!
  Мысли не в силах я доверить никому!
  Теперь со мной не то что-то творится.
  В чём дело, даже сам никак не пойму!
  
  Держу всюду круговую оборону
  и день, и ночь уже который год!
  Коммунизма кровавому трону
  уже очень скоро погибель придёт!
  
  Сожрать меня могут с потрохами,
  могут живьём в тюрьме сгноить...
  Не прочь я лишний раз стихами
  коммунистов-зверей заклеймить!
  
  Я стать русским поэтом поспешил,
  коммунист меня преследует, карая!
  В коммунизма-"раю" не согрешил
  я, изгнанный из коммунизма-"рая"!
  
  Не напишу коммунистам стиха,
  коммунисты русских рвут на части!
  Бездомному псу шелудивому блоха
  поприятнее коммунизма власти!
  
  Живу среди коммунизма запретов!
  Мне на всех коммунистов плевать!
  Страну страшную Безумных Советов
  не смогу своей Родиной назвать!
  
  Семнадцатое июля. 1972 год.
  228
  
  
  * * *
  
  От любви к тебе я как дурак!
  
  Вчера напился! Думал, что умру!
  Меня можешь погубить (знаю!),
  но, протрезвев маленечко к утру,
  лишь одну тебя опять вспоминаю!
  
  От любви к тебе я как дурак!
  (Уже давно сам я так считаю!)
  Сквозь похмельный полумрак
  даже пьяный о тебе мечтаю!
  
  Жизни мой талант не затупить,
  и душа моя ещё не обнищала!
  Милая, стал бы я меньше пить,
  если бы ты мне пообещала!...
  
  Нет, не подумай, я не о плохом!
  Мой язык на гадостях подвешен,
  вся душа моя наполнена грехом,
  но я в мыслях о тебя безгрешен!
  
  Меня как хочешь можешь наказать!
  Что мы не вместе, я за то в ответе!
  Прошу тебя мне только показать!...
  (Я это о твоём чудном портрете!)
  
  Милая, в тебе души не чаю!
  Мне остаётся лишь грустить!
  На тебя похожую встречаю,
  с горя начинаю водку пить!
  
  Ты моею стала бы царицей!...
  Не стала... Себя проклинаю!
  Тебя считаю своей Жар-птицей,
  но как тебя поймать не знаю!
  
  Девятнадцатое июля. 1972 год.
  229
  
  
  * * *
  
  Коммунисты творят беспредел!
  
  Душою страстною страдаю,
  глядя на коммунизма разброд!
  Всё терпеливо, всё выжидаю,
  когда опомнится русский народ!
  
  Не своим делом занимаюсь,
  но, скрипя душой, терплю!
  Хотя со смертью обнимаюсь,
  но жизнь пока очень люблю!
  
  Липнут невзгоды как тесто!
  Сколько горя уже я прошёл!...
  Прихожу в безопасное место,
  мне спокойно здесь и хорошо!
  
  Я всю жизнь раздражённый,
  к коммунизму гнев неудержим!
  Хотел бы я упасть сражённый
  любовью к близким и родным!
  
  Всех коммунистов проклинаю,
  но бежать с России не спешу.
  Многое в жизни уже не узнаю,
  но о чём знаю, о том напишу!
  
  Читаю все свои стихи народу
  под кандалов печальный звук.
  Моё желанье биться за свободу
  гонит прочь с моей души испуг!
  
  Я родиться в СССР не хотел
  и умереть я здесь пока не хочу.
  Коммунисты творят беспредел!
  Об этом своими стихами кричу!
  
  Двадцать третье июля. 1972 год.
  230
  
  
  * * *
  
  Сближала нас тогда любовь!
  
  Помню, как акация цвела!...
  Я позабыл совсем о чести!
  Ночь такая дивная была!...
  Мы с тобою были вместе!
  
  Луна над нами сказочно плыла,
  качая золотистыми рогами!
  Та ночь такая дивная была!...
  Стояло что-то между нами.
  
  Вспоминаю теперь это вновь.
  Прекрасно было всё сначала!
  Сближала нас тогда любовь! -
  Чувство долга нас разъединяло!
  
  У тебя тогда уже имелся муж...
  А у меня тогда уже была жена.
  Сколько же страданий стуж
  моя душа перенести должна!...
  
  Мы любовь взаимную познали!
  В наших душах, как в саду, цвело!
  Мы друг друга страстно целовали!...
  Но только дальше дело не пошло.
  
  Ночь тогда такая дивная была!...
  Нам ворковали голуби на крыше.
  Но ты тогда мне всё же не дала́...
  Был долг тебе любви превыше.
  
  Двадцать девятое июля. 1972год.
  231
  
  
  * * *
  
  Коммунисты испоганить всё смогли!
  
  Я, на нищету обречённый,
  на свободе не часто бываю!
  Гнев, в душе заключённый,
  на коммунистов изливаю!
  
  От коммунистов шелудивых
  у русских идёт крýгом голова!
  Сквозь пустоту их речей лживых
  слышу надежды ясные слова!
  
  Беспредел, словно злая стихия,
  всю нищую Россию захлестнул!
  О нём теперь пишу свои стихи я,
  чтобы России разум не уснул!
  
  В России я не один из диссидентов!
  Таких, как я, теперь хоть пруд пруди!
  Давно я среди КГБэшных клиентов.
  Что будет со мною ещё впереди?...
  
  Коммунисты испоганить всё смогли!
  Кругом заражена, загажена природа!
  Слышу скорбный стон русской земли
  в устах русского забитого народа!
  
  Сатана, череп, свастика, паук...
  вижу на коммунистическом гербе!
  По России слышен смерти звук,
  коммунист едет на нашем горбе!
  
  Святыни наших церковных алтарей
  коммунисты испоганили, осквернили!
  Желаю всей душой чтобы поскорей
  коммунисты-палачи издохли, сгнили!
  
  Тридцать первое июля. 1972 год.
  232
  
  
  * * *
  
  Люблю её и плотью, и душой!
  
  Чем бы разогнать мне мою скуку?...
  (Скука, за все мои веселья плата.)
  Вдруг сон!... Сон оказался в руку
  Мне приснилась Иванова Ната!
  
  Приснилась в чём её мама родила́!
  Хотя с похмелья, но протрезвел я́!
  Господи, ну что же это за дела?...
  Она красавица, но только не моя!
  
  Господи, она красивая такая!...
  Не видел я таких красивых тел!
  Встал я, от восторга аж икая,
  по похмелиться уж не захотел.
  
  Позабыл мужскую я гордыню!
  Хочу отправить ей о любви факс!
  Её бы я, как чудесную богиню,
  отнёс куда угодно! (Даже в ЗАГС!)
  
  Теперь уж моё сердце не в покое!
  Тихо мечтаю, судьбу свою кроя́!
  Ну, в самом деле, что это такое?...
  Красавица, с чего вдруг не моя?
  
  Я позабыл всех прошлых шлюх,
  которых я в стихах прославил!
  О ней среди поэтов ходит слух,
  что она очень строгих правил!
  
  Только, несмотря на это, всё же
  ушки завешу ей любовною лапшой!
  Не простит... но делать что же?...
  Люблю её и плотью, и душой!
  
  Первое августа. 1972 год.
  233
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов-палачей на дыбу!
  
  Пусть буду битым и голодным,
  пусть будет нелёгкою моя судьба...
  Рабом я родился, умру свободным!
  В том залогом будет моя борьба!
  
  У власти коммунисты-палачи-невежды!
  Я коммунистов не однажды прокля́л!
  Голос моей матери, как голос надежды,
  меня в жизни много раз вдохновлял!
  
  Ночь придёт, затуманится небо,
  желание борьбы скажет: "Пора!...".
  Мне не надо ни зрелищ, ни хлеба,
  мятежные стихи разношу до утра!
  
  Коммунистов стихами не славлю,
  гнёт их ужасный со всеми терплю!
  Дуло к своему виску не приставлю,
  ни за что никогда не залезу в петлю!
  
  В России хорошо жить могли бы!
  Мог бы жить хорошо со всеми я!
  Но вновь у коммунистов перегибы,
  опять от них в России нет житья!
  
  Кто слишком высоко не залетал,
  не знает он, как падать больно!
  Я от коммунизма-неволи устал,
  мне очень хочется жить вольно!
  
  Если поймал бы волшебную рыбу,
  я тогда долго бы думать не стал,
  всех коммунистов-палачей на дыбу
  с большим бы удовольствием послал!
  
  Третье августа. 1972 год.
  234
  
  
  * * *
  
  Нашу любовь сама уничтожишь!
  
  Познакомил нас, наверно, чёрт!
  (Не удивлюсь, коль ты его сестра!)
  К тебе любовью к стенке я припёрт!
  Милашка, разобраться нам пора!...
  
  Уже пора все кончить заморочки!
  Воздай или убей моей любви мечту!
  Уже пора расставить нам все точки,
  и наколоть тебе на попочку тату!
  
  Я написал бы там стихом такое!... -
  да ты бы с того даже ахнула сама!...
  Ведь моё сердце от тебя не в покое,
  ведь это ты сама свела меня с ума!
  
  Свела с ума!... А дальше что же?
  Дальше что?... Скажи!... Не лги!
  Не любишь? Но ты всех дороже!
  Убей меня! Иль мне ты помоги!
  
  Мне говоришь: "Умею ла́ститься...".
  Ты обидные слова мне говоришь...
  А мне хочется с тобой счастьица!...
  Ты лишь только похотью горишь!...
  
  Горишь!... Сама того не знаешь,
  что страстью зажигаешь всех вокруг,
  душу мне огнём любви сжигаешь!
  Но только я один тебе лишь друг!...
  
  Говоришь: "Ласкать не можешь...".
  Горечь твоих слов пью до дна!...
  Нашу любовь сама уничтожишь!
  Но в этом будет лишь твоя вина!
  
  Пятое августа. 1972 год.
  235
  
  
  * * *
  
  Россией правит коммунизма шваль!
  
  Сколько прошли через Русь
  сирые изгнанники - поэты?
  Всех подсчитать их не берусь...
  на их именах лежат запреты!
  
  Тюрьмы коммунизма все знаю,
  рассказ мой не может быть лжив!
  С ужасом "Кресты" вспоминаю
  лишь потому, что остался там жив!
  
  Я с кремлёвской кухни не обедал,
  много я по тюрьмам покружил!
  Любви я в жизни пока не изведал,
  а ненависти очень много пережил!
  
  Везде вижу только лишь гадости
  в течение коммунистического века!
  Нету в жизни ни цели, ни радости
  у советского забитого человека!
  
  Россию стихом не прославлю,
  ею правит коммунизма шваль!
  На Россию судьбу свою ставлю!
  Для России мне жизни не жаль!
  
  Своими стихами всем говорю.
  На коммунистов только злюсь!
  Пусть не встречу свободы зарю,
  только к ней душою стремлюсь!
  
  Стихов я уже много настрочил,
  теперь их вам предлагаю послушать.
  Я столько коммунистов замочил!...
  сколько русским водки не скушать!
  
  Седьмое августа. 1972 год.
  236
  
  
  * * *
  
  Будет с тобою богиня любви!
  
  Если любимый уходит к подружке,
  значит другой к тебе придёт вскоре.
  Когда нету вина в твоей кружке,
  это действительно горе так горе!...
  
  Милашка, отбрось все печали!
  Пусть он катится к сучке своей!
  (Чтобы черти его повстречали,
  когда он пойдёт ночью к ней!)
  
  Не повезёт его новенькой чушке!
  (Он тебя до сих пор не забыл!)
  Если милый уходит к подружке,
  значит это вовсе не милый и был!
  
  Давай с тобой время потратим
  на любовь! Пусть поёт соловей!
  Давай с тобою пир такой закатим!...
  (Он обоссытся с подружкой своей!)
  
  С души исчезнут все метели!
  Засияет душа, словно янтарь!
  Ты будешь царицей в постели!
  И я, при тебе, словно царь!...
  
  Чувством стоит ли жить мнимым?
  Но только обратно его не зови!
  С подружкою чёрт и с любимым!
  Будет с тобою богиня любви!
  
  Одиннадцатое августа. 1972 год.
  237
  
  
  * * *
  
  Коммунизм-ад погибель нам!
  
  В России-тюрьме несвободный
  живу, коммунистов кляня!
  Коммунист-зверь голодный
  кровожадно смотрит на меня!
  
  На коммунистов буду злиться!
  Об этом в своих стихах не молчу!
  Пить, гулять, смеяться, веселиться
  при коммунистах вовсе не хочу!
  
  Я на допросах не раз бывал в коме,
  но никогда не давал на вопросы ответ!
  В тюрьме не скучаю о родном доме
  потому, что у меня родного дома нет.
  
  Я сегодня жив, - и слава Богу!
  Дай мне Бог и завтра уцелеть!
  Своей жизни страшную дорогу,
  может быть, смогу преодолеть!
  
  Нищий угрюмый слова обронил,
  но стихами я поднял эти слова.
  Он коммунистов очень бранил!
  Была вся в шрамах его голова.
  
  Прошлых тайн своих не выдам,
  уж как бы того ни хотелось мне!
  Коммунистам-грязным-гнидам,
  скоро всем гореть в адовом огне!
  
  Правды слова не сыпьте напрасно,
  как бисер, коммунистам-свинья́м!
  Мне давным-давно стало ясно,
  что коммунизм-ад погибель нам!
  
  Тринадцатое августа. 1972 год.
  238
  
  
  * * *
  
  Потому, что тебя люблю!
  
  Предаюсь разврату и блуду.
  Без тебя моя жизнь пуста!
  Но тебя никогда не забуду,
  ведь ты же сама чистота!
  
  Любовь, она словно цунами!
  Но всё-таки стоит любить!
  Что было тогда между нами,
  мне уже никогда не забыть!
  
  Всегда пьян я и не голодаю!
  Другим, как и тебе, всё лгу!
  По тебе лишь душою страдаю,
  но вернуться к тебе не смогу!
  
  Я любовь нашу не сохранил!
  Я разрушил наш нежный покой!
  Я любил тебя, но не ценил,
  вот и скатился до жизни такой...
  
  В пьянке катятся дни и недели,
  пытаюсь в вине погубить себя!
  В чужой просыпаясь постели
  вспоминаю лишь только тебя!
  
  Винных бутылок целую груду
  в своей пьяной квартире коплю.
  Лишь тебя никогда не забуду
  потому, что тебя лишь люблю!
  
  Семнадцатое августа. 1972 год.
  239
  
  
  * * *
  
  Всех коммунистов проклинаю!
  
  Так я с коммунизмом не дружу,
  что даже смерть меня не успокоит!
  Я никогда нигде собой не дорожу,
  на смерть пойти ничего не стоит!
  
  Россию я изъездил поездами,
  её далью мне душу не согреть!
  Стон души томит меня годами,
  больно мне на родину смотреть!
  
  К родной земле не раз припадаю!
  Не раз ума у ней себе прошу!...
   Сам за стихи свои душой страдаю,
  давно против коммунизма пишу!
  
  В душу бьёт кровавою порошей!
  Но наугад, закрыв глаза, бреду...
  Не легко с такой тяжёлой ношей,
  очень боюсь, что вот-вот упаду!
  
  Стихом сражаюсь в стране советов,
  может быть, совсем погибну тут!
  Дон-Кихотом среди русских поэтов
  без насмешки люди меня назовут!
  
  Я только нечаянно раскрылся, -
  сразу тут же получил по голове!
  После чего в подполье скрылся,
  теперь тихо живу в подобие сове.
  
  Что такое любовь, пока не знаю,
  но так очень хотелось бы узнать!
  Всех коммунистов проклинаю!
  Всю жизнь их буду проклинать!
  
  Девятнадцатое августа. 1972 год.
  240
  
  
  * * *
  
  Ты меня любовью заразила!
  
  Меня милашка наповал сразила!
  Хоть верь мне или же не верь,
  но ты меня любовью заразила!...
  Как быть с тобою нам теперь?
  
  Пишешь мне свои стихочки,
  не думая, что это мне как яд!
  Я потому, твои читая строчки,
  влюбился! Теперь сам не рад!
  
  Не рад, что нет тебя со мною!
  Не рад, что я с другою сплю!
  Сердцем по тебе в разлуке ною,
  страдаю, мучаюсь, люблю!...
  
  От нервов стал курить я трубку,
  даже дрожь пошла в правой руке.
  А ты, небось, задравши юбку,
  торчишь в каком-то сходняке!
  
  Гуляешь там с кем ни попало!
  А я, тебя ревнуя, всё терплю!
  Мне так с того обидно стало,
  ведь всей душой тебя люблю!
  
  "Тебя одну люблю, поверь!",
  моя душа тебе вскричала!
  Как же быть-то нам теперь?
  (Отдалась бы, для начала?...)
  
  Двадцать третье августа. 1972 год.
  241
  
  
  * * *
  
  Коммунисты женщин и детей казнят!
  
  У власти коммунист-паразит
  какого в Мире ещё не знали!
  Кто в тюрьме только ни сидит!
  Кого в тюрьму ни понагнали!...
  
  Хотя все доживём едва ль,
  (погибнут многие народы!),
  не оградит нас штыков сталь
  от приближения Свободы!
  
  Все в России издыхаем,
  слёзы кровавые все льём!
  Пыль кровавую вдыхаем,
  злобу вместе с вином пьём!
  
  Народ России безумной толпою
  в ад за коммунистами бредёт.
  Русские идут мрачной тропою,
  куда коммунист-сатана ведёт!
  
  По радио коммунисты-бесы
  зовут нас в бесовский "рай"!
  Кому какие надо интересы,
  это уж сам попробуй выбирай!
  
  Ясный невинный детский взгляд
  у всех злобных палачей партийных.
  Стариков, женщин и детей казнят
  коммунисты на шáбашах стихийных!
  
  Сколько честного безвинного народа
  погибло среди стен советской тюрьмы!
  Россию вдали ожидает святая Свобода!
  Но в борьбе за неё погибнем все мы!
  
  Двадцать девятое августа. 1972 год.
  242
  
  
  * * *
  
  Тебя одну желая и любя!
  
  Милашка, ты простая простота.
  (Хотя мне очень много знаешь!)
  Кто убил твоего любимого кота?
  Что, сама того не понимаешь?
  
  Ладно, признаюсь, так тому и быть!
  Его с тобой в постели я представил!
  Его, как и тебя, я смог бы полюбить,
  но он мне просто выбор не оставил!
  
  Что он любовник твой признался.
  Дала мне с того в голову моча!...
  Подлец, так мне нагло улыбался!
  Вот и пальнул в него я сгоряча!
  
  Ты красотой своей меня погубишь!
  За то кота и грохнул я так вот...
  Кота того ты всё ещё так любишь?
  А я хожу как драный блудный кот!
  
  Прости, пальнул в него я сдуру,
  только тебя одну желая и любя!
  Теперь его мягонькую шкуру
  ласкаю ночью (Будто бы тебя!).
  
  Меня не прогоняй же прочь.
  Я пред тобою как на эшафоте!
  Я тебе шкуру, - ты мне ночь...
  И будем, будто бы, в расчёте!
  
  Тридцать первое августа. 1972 год.
  243
  
  
  * * *
  
  Русских пытают коммунисты-палачи!
  
  Мне всей душой Россию жаль!
  Совсем не ту нашла себе дорогу!
  Россия раздаёт горькую печаль
  русским патриотам понемногу.
  
  Снова слушая русскую шарманку,
  своей душою страждущей грущу.
  Коммунизма-ада власть-засранку,
  пока я жив ни за что не прощу!
  
  Вовсе не боюсь ливней тёмных
  ночною осенней мрачною порой!
  В душевных чувствах неуёмных
  всегда за Свободу стою горой!
  
  О том лишь свой веду рассказ,
  что мы в России очень озоруем!
  Всей свободной Европе напоказ
  пьянствуем, бесчинствуем, воруем!
  
  Много русских безвинно казнённых!
  Коммунисты всем угрожают: "Молчи!"
  В страшных кабинетах затемнённых
  русских пытают коммунисты-палачи!
  
  Страдаем от коммунистов мы!
  Наши души отравлены полынью.
  Всех давит плен страны-тюрьмы,
  но никогда не поддаюсь унынью!
  
  В душе моей пылает пламень!
  Русь от коммунизма спасаю!
  Сегодня не последний камень
  в коммуниста-палача бросаю!
  
  Первое сентября. 1972 год.
  244
  
  
  * * *
  
  Ждёт в любви измена.
  
  Напился я и среди бреда
  письма твои стал читать!
  Ты меня, лихого сердцееда,
  о будущем заставила мечтать!
  
  "Дурашка, дурачок, дурнушка?"
  Этот вопросик твой ко мне?
  Послушай, дерзкая девчушка,
  ты наяву явилась иль во сне?...
  
  И вообще, скажи какого хрена
  пишешь тут мне такую муть?
  О том, что ждёт в любви измена
  лучше совсем навеки позабудь!
  
  Совсем забудь о том, что было!
  Совсем позабудь о том, что есть.
  Сердце моё от похоти заныло...
  Но помню про совесть и честь!
  
  Лишь только ты одна, нагая,
  плоть мою во все грехи маня,
  мне кущи своего рая предлагая,
  лишь ты смогла понять меня!
  
  Твои черты мне очень дорогие!
  Теперь их частенько вижу во сне!
  Все остальные, прошлые, другие,
  пускай совсем забудут обо мне...
  
  Третье сентября. 1972 год.
  245
  
  
  * * *
  
  Громлю коммунистов-гнильё!
  
  Взлететь хочу вольною птицей,
  улететь от коммунизма пурги.
  Мои друзья давно за границей,
  со мной лишь коммунисты-враги.
  
  От коммунистов не жду пощады,
  я их злодеяния им не простил!
  Сегодня меняю свои взгляды,
  я словно через себя переступил.
  
  Терплю коммунизма холод,
  погибли здесь все мои друзья.
  Скорее стар уж я, чем молод,
  но как же ещё мало сделал я!
  
  Я к неприятностям привык,
  стихом служа своей отчизне,
  хотя порой иной опасный миг
  кажется мне длиннее жизни!
  
  Я говорил стихами много раз
  тем, кто замечен в жополизме:
  "Счастливым быть хочу сейчас,
  а не в каком-то коммунизме!"
  
  Мне большого стоило труда
  на Запад прорубить оконце.
  С детства очень я хотел туда,
  куда уходит на ночь солнце!
  
  Меня честь дворянская взывает,
  громить коммунистов-гнильё!
  Ненависть мне душу разрывает,
  любовь к России лечит мне её!
  
  Пятое сентября. 1972 год.
  246
  
  
  * * *
  
  С чего стесняетесь, девки?
  
  Мне стопка лишняя как пуля!
  От неё сгораю словно в огне!
  Любовь, меня подкарауля,
  вдруг в сердце выстрела мне!...
  
  Её читаю... Так прикольно!
  Пишет она про дальние края.
  Только сердцу очень больно,
  что эта девка вовсе не моя!
  
  Не моя!... Мне делать что?
  Мне бы её руку или ногу!...
  Но не поймёт меня никто!
  Пойду в дальнею дорогу...
  
  Там буду плакать и страдать!
  Водку не пью, порой недоедаю.
  Милашка мне не хочет дать!...
  Плотью от похоти страдаю!
  
  Все мы грешники невольно!...
  В каждом сердце страсти неуём!
  Мы часто раним близких больно
  лишь тем, что мы им не даём!...
  
  Себе лишь счастья лучшего ища,
  (женской сексуальности приём),
  все они нам дают влагалища...
  (А что мы взамен любви даём?)
  
  Под девичьи дерзкие припевки
  каждый мужчина сексом заражён!
  С чего стесняетесь вы, девки?
  мужской пенис, - это не рожон!
  
  Седьмое сентября. 1972 год.
  247
  
  
  * * *
  
  Повсюду коммунизма грязь!
  
  Повсюду коммунизма грязь,
  вся Россия испачкана кровью!
  Очень медленно, словно боясь,
  наполняется сердце любовью.
  
  Капли крови поэтов рубинами
  на коммунистической России горят!
  Лучших поэтов забили дубинами!
  Души погибших до сих пор голосят!
  
  Страшны коммунизма законы!
  Над Россией померк белый свет!
  Лишь тишина гробовая и стоны...
  Других в России звуков уже нет!
  
  Никто России не был равным,
  был России строптивым нрав!
  Россия шла шагом державным,
  гордо свою голову подняв!
  
  Не только министры и дворяне,
  в России в полном достатке жили,
  даже и деревенские крестьяне!...
  (Что с работой хорошо дружили).
  
  Теперь тяжёлой все объяты думой,
  каждый в стразе и злобе молчит...
  Безвинных жертв напев угрюмый
  среди мрака коммунизма звучит!
  
  Чего ждать от одурённого народа,
  мечты у которого: пьянство, табак?
  Скоро придёт на Россию Свобода,
  разгонит всех коммунистов-собак!
  
  Одиннадцатое сентября. 1972 год.
  248
  
  
  * * *
  
  Приди, отдайся, будь моей!
  
  Вторник или понедельник?...
  О себе что тебе сказать могу?...
  Да, я пропойца и бездельник,
  но не пред кем я не в долгу.
  
  Живу в разврате и гульбе.
  Люблю покушать и бай-бай!
  Стихом скажу немного о тебе:
  Люблю тебя, и мне давай!...
  
  Давай, - и всё! Базара нету!
  Я же крутой, и вовсе не дурак!
  Чего-нибудь, хотя бы конфету,
  давай, - и всё! (За просто так!)
  
  Давай! (Могу взять и книжки!)
  Натворил я много крутых дел!
  Если мне дашь свои штанишки,
  то это, точно, будет беспредел!
  
  Ну, вообще!... Ну ты такая!...
  (Это я так про твой протрет!)
  Мыслям нескромным потакая
  даже размечтался про минет!...
  
  Коньяка я выпил уже литр!
  Печень? Да и чёт бы с ней!
  Не отгрызу тебе клитор,
  приди, отдайся, будь моей!
  
  Тринадцатое сентября. 1972 год.
  249
  
  
  * * *
  
  Ленину-сатане место почётное.
  
  Слова коммунистов, как рвотное,
  могут лишь мне голову кружить!
  Ленину-сатане место почётное
  коммунисты смели предложить!
  
  За тенью лживых обещаний
  коммунизма кровавая даль!
  От меня приветов и прощаний
  не слышат коммунисты-шваль!
  
  Дуновение Свободы разнеслось,
  русские души надеждою грея!
  Скорее бы восстание началось,
  чтобы всё закончилось скорее!
  
  О счастье, равенстве и братстве
  нам говорит коммунист-сатана!
  Вся Россия, при её богатстве,
  из-за коммунизма нищая страна!
  
  Постучится гость незваный,
  только весь вечер испоганит...
  Коммунист явится окаянный,
  страхом души всем изранит!
  
  Сколько съедено человечины
  коммунистом-зверем-козлом!
  Души России людей искалечены!
  Русские души наполнены злом!
  
  Уже злодеяньям потеряна мера!
  Вся Россия гремит в канделах!
  Отчего же вдруг дрогнула вера
  у нас в Православных сердцах?
  
  Семнадцатое сентября. 1972 год.
  250
  
  
  * * *
  
  Милашка в меня влюбилась!
  
  О любви пишу не от скуки.
  В душе чувства нежные коплю.
  Любовь награда мне за муки,
  которые от милашки терплю!
  
  В любви её такой простор!
  Только в любви не забавляюсь.
  Меня как не убила до сих пор?
  Тому и сам порою удивляюсь!
  
  Всем давно известна тема эта!
  Всё понятно, - мы не глупы!
  Возьмём: Ромео и Джульетта...
  С их любви одни лишь трупы!
  
  Милашка в меня влюбилась!
  В её любви безумства сила!
  (Сама, пока ещё, не отравилась,
  но бочку с ядом прикатила.)
  
  От любви смерти жду давно!
  Со всеми рассчитался я долгами.
  (Подсыплет что-нибудь в вино, -
  и на погост вперёд ногами!...)
  
  Она меня любовью не оставит!
  Её любовь полна страсти огня!
  Кого же она первого отравит?
  Отравит первого себя или меня?
  
  Всё жду свой последний час!
  Она за мною тенью бродит...
  Но блеск её влюблённых глаз
  душу мне до ужаса доводит!
  
  Девятнадцатое сентября. 1972 год.
  251
  
  
  * * *
  
  Лик ужаса, это лик власти коммунизма!
  
  В России разгулялись дикие страсти,
  коммунисты людей жарят на кострах!
  Лик ужаса, это лик коммунизма власти,
  на всё Европу нагоняет жуткий страх!
  
  Пьют на Руси мужики беспробудно!
  С похмелья, как звери голодны, злы!
  На Руси скоро станет совсем безлюдно,
  останутся только коммунисты-козлы!
  
  В России кровавым, мрачным силуэтом
  тень коммунизма опустилась на поля,
  не однажды воспетая русским поэтом
  русской кровью полита России земля!
  
  Бескрайняя Россия, только тесен
  поэта русского убогий приют...
  Под стон унылых русских песен
  всем коммунисты кандалы куют!
  
  Много раз безвинно убиенный
  народ русский до сих пор всё жив!
  Жив России Генофонд бесценный,
  России здоровых сил живой прилив!
  
  Святая Россия сейчас томится
  в кривых когтях большевиков!
  Ей Свобода теперь только снится
  среди окровавленных штыков!
  
  Вся Россия стала страной одураченной,
  коммунисты могут лишь только врать!
  В России, диким безумьем охваченной,
  тяжело русским жить, тяжело умирать!
  
  Двадцать третье сентября. 1972 год.
  252
  
  
  * * *
  
  Я полюбил тебя за твои муки!
  
  Милашка, я на тебя имею виды!
  Сейчас письмо твоё держу в руках.
  Много горькой печали и обиды
  нахожу в твоих грустных строка́х!
  
  Мне не понять, хотя не дурак.
  (Аж сердце рвётся на куски!)
  Кто и за что тебя обидел так?
  Кто влил в тебя столько тоски?
  
  В твоих строках так много скуки,
  видно, с тобой была злая беда.
  Я полюбил тебя за твои муки!
  (Да ты и на портрете хоть куда!)
  
  В чувствах к тебе просто таю!
  В моём сердце любви тихий стон.
  Только об одной тебе мечтаю, -
  рядом с тобой какой-то охламон!
  
  Тебе, конечно же, не стыдно,
  ко мне писать, в душе его храня.
  Только мне, знаешь, как обидно,
  что пишешь мне не про меня?...
  
  Хоть раз во сне ко мне приди!
  Я готов на виртуальные свиданья!
  Милашка, теперь уже всё позади!
  (Я это про все твои страданья).
  
  Милашка, по нему не страдай!
  Нечего из-за него локти кусать!
  Мне, лучше, хоть розочек дай!...
  Буду тебе стихи любви писать.
  
  Двадцать девятое сентября. 1972 год.
  253
  
  
  * * *
  
  Глумятся коммунисты-суки!
  
  Глумятся коммунисты-суки,
  всю Россию-матушку губя!
  В порыве нестерпимой муки
  часто молюсь, Россия, за тебя!
  
  Не могу даже на мгновение
  покориться злой своей судьбе!
  Не покидает Музы вдохновение
  покуда я за свободу в борьбе!
  
  Я, словно загнанный зверёк,
  ночью по Ленинграду метаюсь!
  За свои стихи тюремный срок
  снова тщетно избежать пытаюсь!
  
  В правоту Бога всевышних сил
  с детства безропотно верю!
  Я уже много бед переносил,
  ими свою опасную жизнь мерю.
  
  Чужие письма никогда не читаю,
  в чужие окна скрытно не гляжу.
  О хорошем лишь только мечтаю,
  но лишь плохое в жизни нахожу!
  
  Коммунизма "рай" не для меня.
  он тюрьмою всех людей пугает!
  Но пламя жажды мести огня
  мою грешную душу обжигает!
  
  Страницы своего прошлого читая,
  знаю, что будет со мной впереди.
  Давно к коммунистам месть святая
  пылает в моей дворянской груди!
  
  Первое октября. 1972 год.
  254
  
  
  * * *
  
  В женщине мудрость и любовь!
  
  Норовят в блудниц кидать каменья,
  даже штрафовать пытаются иных...
  Ценны женские старинные уменья,
  мужчины все подохли бы без них!
  
  Сколько в женщинах терпенья!
  Сколько в них нежности и страсти!
  Приятны женские старинные уменья,
  от них мужчины в женской власти!
  
  У мужчин лишь похоти влеченья,
  с норовом лишь женщине грубить.
  Мудры женские старинные уменья!
  Дорого стоит их умение любить!...
  
  От мужика одни только мученья!
  Ласковый, пока своё не получил.
  Дороги женские старинные уменья!
  Кто любви мужчин бы научил?
  
  Женщина развеет все сомненья,
  и даст по жизни мудрые советы!
  Милы женские старинные уменья!
  Они не раз поэтами воспеты!
  
  Женщины достойны восхищенья!
  Любви достойны! (Это уж без спора!)
  Ценные женские старинные уменья!
  Они любой семьи надежда и опора!
  
  И, продолжая женщин восхваленья,
  не побоюсь повториться вновь!
  Пью за женские старинные уменья!
  В женщине и мудрость, и любовь!
  
  Третье октября. 1972 год.
  255
  
  
  * * *
  
  Коммунизма кошмары!
  
  Муза мятежная моя уже давно
  стихом Россию прославляет!
  Сейчас мне далеко не всё равно,
  кто моей Россией управляет!
  
  Своею кровью свои стихи мóю!
  Мне на коммунизм наплевать!...
  Русь очень большая, но тюрьмою
  её только лишь можно назвать!
  
  Несу в душе непосильную ношу!
  Пусть за неё, может, погибну я,
  всё равно никогда её не брошу:
  эта тяжкая ноша, - Россия моя!
  
  Я в СССР очень давно живу.
  Прошёл я тюремные нары!
  Я не в страшном сне, а наяву
  вижу коммунизма кошмары!
  
  Я про коммунизма "совесть"
  в тюрьме от надзирателя узнал.
  Написать могу целую повесть,
  как в тюрьмах от пыток стонал!
  
  Куда только ни кину свой взор,
  в России всюду одни страдания!
  Только грех кругом лишь и позор,
  это всем нам от Бога наказания!
  
  Коммунистов с детства ненавижу!
  Я давно ради борьбы на всё готов!
  Пусть наживу себе, может, грыжу,
  но наломаю коммунистам дров!...
  
  Пятое октября. 1972 год.
  256
  
  
  * * *
  
  Сжигает мою душу любви зной!
  
  Спорить с безумной молвой людскою
  всё равно, что в зеркало плевать!
  Мне на брудершафт с моей тоскою
  приходится очень часто выпивать.
  
  Водку пью в намереньях благих,
  которые меня ведь и погубят!
  Но больше выпиваю за других,
  которые меня, увы, не любят!
  
  Какая разница там, любят или нет?
  С этого не пострадает моя честь!
  Но на одной сошёлся клином свет!
  Эта одна как раз вот ты и есть!
  
  Такие вот сейчас мои дела!
  (Но я даже и худшее терпел.)
  Тебя, в чём тебя мама родила,
  сейчас увидеть очень бы хотел!
  
  Но ты мне даже не покажешь...
  С горя в стакан водки уткнусь!
  Обо мне ты всем расскажешь,
  но от своих слов не отрекусь.
  
  Не отрекусь, что мною ты любима,
  что к одной тебе душою рвусь!
  Ты для меня никем незаменима!
  От тебя никогда не отрекусь!
  
  Вином своё сердце успокою!
  Сжигает мою душу любви зной!
  Теперь на брудершафт с тоскою
  буду пить, пока ты не со мной!
  
  Седьмое октября. 1972 год.
  257
  
  
  * * *
  
  Русских коммунисты сделали скотом!
  
  Золотой орёл двуглавый с Византии
  давно на Русь святую прилетел!
  Вдруг содрогнулись все святые, -
  пришёл коммунизма беспредел!
  
  Аврора своим залпом злобным
  кровавый террор в России начала́!
  Стала Россия местом лобным,
  кровь русская рекою потекла!
  
  Ностальгия мою душу гложет!...
  Мне Россия словно солнца свет!
  России быть совсем не может
  там, где людей русских вовсе нет!
  
  Русь при Царе звалась "Великая!",
  при коммунистах совсем спилáсь!...
  Власть коммунизма, кровавая, дикая,
  по России красной чумой разлилáсь!
  
  Пришла к нам с коммунизмом беда!
  Всю Россию кровавая темень покрыла!
  В России не забыть никому никогда,
  что власть коммунизма натворила!
  
  Кто расстрелян, кто повешен!...
  Русских коммунисты сделали скотом!
  Всё равно: кто свят, кто грешен...
  разборка Всевышнего будет потом!
  
  Власть эта с антихристом сравнима!
  Русь в коммунизма кровавой мгле!
  Такого страшного кровавого режима
  никогда ещё не знали люди на Земле!
  
  Одиннадцатое октября. 1972 год.
  258
  
  
  * * *
  
  В тебя вдохну жизнь и страсть!
  
  "Я не люблю, но я любима!"
  Сказала ты на зло своей судьбе!
  Разве пройдёшь такое мимо?
  И мою душу бросило к тебе!
  
  Быть может, меня и осудишь.
  Чью душу губишь, не любя?
  Меня, конечно же, не любишь,
  а я вот очень полюбил тебя!
  
  Моей душе ты так нужна!...
  Но сама ведь этого не знаешь!
  Ты вся нежностью озарена,
  душу чувством наполняешь!
  
  Для меня лишь только ты одна!...
  Признаться в этом мне не стыдно!
  "Я совсем для другого рождена...".
  Как это слышать мне обидно!
  
  Только ты теперь судьба моя!
  Мечтою: "Дымкой не растай!"
  Говоришь: "Убежать пытаюсь я...".
  Об этом даже вовсе не мечтай!
  
  Ты лишь моя теперь навеки!
  Любой каприз твой исполню!
  В твоих венах высушены реки?
  Своей любовью их наполню!
  
  Твои что за ужасные слова!
  (От них можно в ко́му впасть!)
  "Хотя дышу, но я мертва..."
  В тебя вдохну жизнь и страсть!
  
  Тринадцатое октября. 1972 год.
  259
  
  
  * * *
  
  Коммуниста-подлеца!
  
  Русские загорелые берёзки
  как девчонки собрали́сь
  у могилок, там, где слёзки
  бурной речкой разлили́сь!
  
  Коммунисты-насильники
  здесь могил нарыли ряд!
  Безымянные могильники
  о безвинных жертвах говорят!
  
  Прихожу сюда много раз,
  чтобы свою душу успокоить.
  За стихи мятежные у нас
  тюрьмою могут удостоить!
  
  По радио коммуниста-подлеца
  слушают коммунизма уроды!
  Своими стихами пою без конца
  свои песни желанной Свободы!
  
  Не испытает душа моя нежность
  от портрета коммуниста-подлеца!
  Все уже понимают неизбежность
  коммунизма власти скорого конца!
  
  Пёс конвоя, насупившись, рычит
  на подконвойного горе-беднягу!
  Рядом злобный конвоир молчит,
  он коммунистам дал присягу.
  
  Коммунизма-вонючего отраву
  не приемлет русская земля!
  Берегут былой России Славу
  стены новгородского кремля!
  
  Семнадцатое октября. 1972 год.
  260
  
  
  * * *
  
  С нами любовь-проститутка!
  
  В древнем Риме была прибаутка:
  "Безделье намного хуже стресса".
  Читаю: "Любовь-проститутка"
  Такое мне пишет одна поэтесса.
  
  Мои чувства аж взревели!
  Сердце как стрелой кольнуло!
  Пишет она уже не о себе ли?...
  Ох, как меня к ней потянуло!...
  
  Её одну, уже желая и любя,
  заранее готов я раздеваться!
  Вдруг она пишет про себя,
  как же мне к ней не рваться?
  
  Выдалась свободная минутка,
  представляю: оба мы раздеты!...
  С нами любовь-проститутка!
  Милая моя, откликнись, где ты?
  
  Без неё мне теперь покоя нету!
  Только в ней одной счастье моё!
  Так вдруг захотел я поэтессу эту,
  что уже жить не в силах без неё!
  
  Это, конечно же, вовсе не шутка!
  Ради неё теперь на всё готов я́!
  Ведь с нею любовь-проститутка!...
  Сейчас где и с кем ты милая моя?
  
  Девятнадцатое октября. 1972 год.
  261
  
  
  * * *
  
  Ленин-кровавый безумный!
  
  Русских объяло безразличием,
  в Россию явился Ленин-козёл!
  Под злобным страшным кличем
  Россию Ленин к пропасти повёл!
  
  Здесь столько пало заключённых
  в те, Ленина-людоеда, жуткие дни!
  Каждый холм это куча казнённых!:
  Ленину-палачу не нравились они!
  
  Русь под коммунистом-вором!
  Деревни русские все разорены!
  Речи страшной ересью и вздором
  коммунистов кровавых полны́!
  
  В крови утоплена вся наша страна
  Ленина-палача-кровавого бандой!
  Но душа России не поражена
  коммунизма ядом-пропагандой!
  
  В России всё лучшее в загоне!
  Русских святых стёрты имена!
  Нет ничего для нас в законе!
  Терзает Русь коммунист-сатана!
  
  Страшное будущее нам строя
  коммунисты похожи на волков!
  Пьяная толпа нашла себе героя
  среди палачей-большевиков!
  
  Ленин-кровавый-безумный
  Россией правил всем на страх!
  Коммунизм, до боли шумный,
  в России ожидает скоро крах!
  
  Двадцать третье октября. 1972 год.
  262
  
  
  * * *
  
  Стоит ли влюбляться?...
  
  Мысли любви как тараканы!...
  Ничего хорошего в них нет!
  Любовь залечит кому раны?
  Это лишь обмана дикий бред!
  
  Любовь то сердце искалечит,
  то в душу, как змея, вползёт...
  Кого-то, может быть, излечит,
  это кому в любви как повезёт!
  
  Уже все мною выпиты стаканы,
  это я вином свою любовь убил!
  Любовь, может, залечит раны
  лишь тем, кто вовсе не любил!
  
  Но тех, кто всё ещё любит,
  и слёзы в любви только льёт,
  их любовь только погубит,
  любовь их всех только убьёт!
  
  Душой с любовью забавляться,
  только свою душу лишь губить!
  Так тогда стоит ли влюбляться
  и стоит ли тогда кого любить?
  
  Мужчины, все мы как тираны.
  Сам я в этом убедиться смог.
  Любовь кому-то лечит раны...
  (Не те, что между женских ног).
  
  Двадцать девятое октября. 1972 год.
  263
  
  
  * * *
  
  Коммунисты-звери рыщут!
  
  Попрятались все по квартирам,
  в своих все сидят крепостя́х!
  Все разбрелись по сортирам,
  своё дерьмо ковыряют в ногтях!
  
  Пьют бормотуху, водку, ром...
  все коммунизма ветераны.
  Молчат, пока не грянет гром.
  Грянет, - все как тараканы!...
  
  То-ли со зла, то-ли с испуга
  строки кри́вы, буквы косы,
  со злорадством друг на друга
  все пишут кляузы, доносы!...
  
  Умеют уже все по фене бóтать!
  Как злые змеи все переплелись!
  Так всем не хочется работать,
  что вдруг за учение все взяли́сь!
  
  От коммунистов русские стонут!
  Русью правит коммунист-псих!
  В грязи кровавой ноги тонут
  на демонстрациях-оргиях у них!
  
  Коммунисты-звери всюду рыщут!
  В крови все русские реки, берега!...
  Коммунисты-палачи в русских ищут
  себе коммунизма заклятого врага!
  
  Слуги кровавой мерзости и блуда,
  коммунисты-палачи в России царят!
  Их Бог скоро накажет, но покуда
  по всей России своё зло они творят!
  
  Тридцать первое октября. 1972 год.
  264
  
  
  * * *
  
  Давно бы ты моею стала!
  
  Опять я получил твоё письмо,
  совсем не оскорбив тебя ничем.
  Что я хам, развратник и дерьмо
  ты снова пишешь мне зачем?
  
  Среди майских дней погожих,
  среди весенней чудной красоты,
  "Наплевать на мнение прохожих",
  это мне так тогда сказала ты.
  
  Знали все, что ты мною любима!
  Я вовсе не пытался то скрывать!
  Теперь ты мне никем незаменима,
  только тебе на это всё плевать!...
  
  Твой покой ничем не нарушу,
  за то любовью сам себя губя!
  Зачем так терзаешь мою душу,
  меня вовсе нисколько не любя?
  
  Я верил в то, что ты сказала,
  зная твой надменный нрав!
  "Ты мою душу истерзала!..."
  Так думал я, но был неправ!
  
  Милашка, я ведь такой дурак!...
  Моя душа страдать уже устала!
  Если б я знал, что любишь так,
  уже давно бы ты моею стала!
  
  Уже давно бы между нами!...
  (Меня больше так не мучай!)
  И мы бы жаркими ночами
  веселились в любви жгучей!
  
  Первое ноября. 1972 год.
  265
  
  
  * * *
  
  Коммунистов смерть родила!
  
  Всего лишь за серебряников десять
  дьяволу все коммунисты продались!
  Всех коммунистов надо повесить!
  На кой хрен они русским, сдались?
  
  Коммунисты-палачи-звери бродят
  среди русских святых берегов!
  Коммунисты врагов себе находят
  там, где даже вовсе нету врагов!
  
  Коммунистов смерть родила́,
  чтобы они губили всё подряд!
  Коммунисты свои страшные дела
  по ночам над русскими творят!
  
  Рабы русские господ благодарят
  за то, что с ними не очень стрóги!
  Но в душе русские то говорят,
  о чём лишь только знаю боги!
  
  Многим людям ночи без рассвета
  ненавистная власть коммунизма дала́!
  Нету от них ни ответа, ни привета, -
  всех кровожадная ЧК подстерегла!
  
  Со страха смерти, перепоя, испуга
  русских людей нервы накалены!
  Многие на допросах друг на друга
  грязью поливают по воле сатаны!
  
  Доносы пишут друг на друга,
  теперь уже друг друга продают!...
  России не выйти из адова круга,
  подохнут все коммунисты тут!
  
  Третье ноября. 1972 год.
  266
  
  
  * * *
  
  О разврате и блуде мечтает.
  
  Секс, лишь пустая небрежность,
  чувства порой никому не в зачёт!
  По губам растекается нежность...
  по срамным губам сперма течёт!
  
  Ну а дальше? А дальше другая...
  От меня она тоже получит цветы.
  Говорить буду ей "Дорогая!..."
  она мне отдастся тоже, как ты.
  
  Ну а дальше десятая, сотая...
  Сколько ляжет всех под меня?
  На кроватях разврата работая
  не смогу отдохнуть ни дня!
  
  Что нам делать, раз жизнь такая?
  Только дана нам она неспроста!
  Лишь зову плоти своей потакая
  все мы давно позабыли Христа.
  
  Каждый жених такой молодец,
  перед невестою, вроде бы, тает!
  Но каждый, гордо идя под венец,
  лишь о разврате и блуде мечтает.
  
  Светлой любви неизбежность
  приводит нас к тёмным гробам.
  По губам растекается нежность,
  это сперма по срамным губам!
  
  Пятое ноября. 1972 год.
  267
  
  
  * * *
  
  Коммунисты стреляют в своих!
  
  Пашни, луга, леса и реки...
  всё теперь притихло на Руси!
  Здесь бродят нищие калеки,
  их о жизни нашей расспроси.
  
  Коммунисты заковали цепью их,
  их даже на прогулку не выводят!
  Зовут они товарищей своих, -
  коммунисты к ним приходят!...
  
  Они о камни бьются головой!
  Вены сами себе они кусают!...
  Их злобный мучает конвой!...
  Их живьём в костры бросают!
  
  Как в каких-то басурманов,
  коммунисты стреляют в своих!
  Из пулемётов, винтовок, наганов
  коммунисты теперь убивают их!
  
  Смерть в страшных мучениях,
  путь их весь кровью зали́т!...
  На их безвестных погребениях
  не увидишь мраморных плит.
  
  Всё со временем поймёшь,
  жизнь свою подытожишь.
  Коммунистов кровавая ложь,
  её долго терпеть не сможешь!
  
  Пускай коммунизма гробы
   разукрасили России просторы!
  Сруби коммунизма столбы, -
  упадут коммунизма заборы!
  
  Седьмое ноября. 1972 год.
  268
  
  
  * * *
  
  Жаркие ночи бывали у нас!...
  
  Один сижу, кушаю кашку...
  Устал я сражаться с судьбой!
  Душа моя всем нараспашку!
  Нараспашку и перед тобой!
  
  Отдам тебе кружку и чашку!
  Всё, что хочешь, тебе отдам!
  Душа пред тобой нараспашку!
  Но любовь никогда не предам!
  
  Не предам, что было меж нами!
  Не предам то, чего с нами нет!
  Какими теперь чудесными снами
  мне кажутся дни прошлых лет!
  
  О прошлых годах помечтаю...
  Ты, наверно, о том не мечтаешь.
  Пока в любви облаках витаю
  мне упрямо могилу копаешь!
  
  Ладно уж, копай, если хочешь,
  если тебе другого занятия нет.
  Тихо свои проклятья бормочешь,
  глядя со злою гримасой мне вслед
  
  А когда-то ты мне улыбалась!
  Жаркие ночи бывали у нас!...
  Любовь в моём сердце осталась,
  только лишь ею живу сейчас!
  
  Одиннадцатое ноября. 1972 год.
  269
  
  
  * * *
  
  Кровь русскую коммунисты пьют!
  
  Народ советский-нищий-раб
  стонет под коммунизма бичами!
  Он духом очень слишком слаб,
  чтобы бороться с палачами!
  
  В России давит мнение свободное
  коммунизма кровавый злобный век!
  За слово, коммунистам неугодное,
  лютой смертью платит человек!
  
  Хочешь плачь, а хочешь, пой
  ночь всю от заката до рассвета.
  Но не может быть душа слепой
  коммунистами гонимого поэта!
  
  Правды слова острее бритвы!
  Все они твёрже, чем гранит!
  Ветер доносит запах битвы,
  в которой биться предстоит!
  
  Коммунисты создали злую рать,
  в России всё святое истребили!
  Они друг друга стали убивать,
  как звери страшные завыли!...
  
  Каждый второй уже убит,
  кровь их коммунисты пьют!
  Как черти топотом копыт,
  покоя коммунисты не дают!
  
  Нас к коммунизму призывают!...
  Что ни день, то смерти страсть!
  Они коммунизмом называют
  адского зверя зияющую пасть!
  
  Тринадцатое ноября. 1972 год.
  270
  
  
  * * *
  
  Обману коль, то это ж любя!
  
  Я прочёл твоё и прослезился,
  голову к твоим письмам клоня.
  Я чуть с другой повеселился,
  а ты вдруг так резко на меня!...
  
  Мне очень и искренне жаль!...
  (Даже выпил я водки грамм двести!)
  Вдруг у тебя разыгралась печаль...
  (Мне интересно, в каком это месте?)
  
  Ты клялась мне ещё, что любила!
  (Или это был только чувства аванс?)
  Если ревность тебя закрутила,
  может дашь мне ещё один шанс?
  
  В любви у меня малый стаж,
  потому я теперь словно в трансе!
  Если только хотя бы мне дашь!...
  (Говорю только лишь о шансе).
  
  К тебе слова мои не забудь!
  Хотя не жду от тебя наград,
  но, если ещё там что-нибудь,
  дашь мне, то буду лишь рад!
  
  Ты мне стала теперь дорогою!
  Так зачем в стороне мне грешить?
  С тобою мне спать иль с другою?
  Это ты только можешь решить!
  
  Впереди много будет потерь,
  но люблю лишь только тебя!
  Одному только мне поверь!
  (Обману коль, то это ж любя!)
  
  Семнадцатое ноября. 1972 год.
  271
  
  
  * * *
  
  Могилы коммунизм русским роет!
  
  В состоянии жутком сумасбродном
  коммунисты русскую хлебают кровь!
  Не вспыхнет в сердце благородном
  к России нищей, затравленной любовь!
  
  Нет числа разным запретам!
  Народ коммунистами гоним!
  Кричат: "Вся власть Советам!",
  это значит, власть только им!
  
  Могилы коммунизм русским роет!
  Нечем теперь в жизни дорожить.
  Поверьте, жизнь того не стоит,
  чтобы под коммунистом жить!
  
  Коммунизмом-ядом отравленной
  не долго жизни продолжаться!
  В душе русской затравленной
  стихи нежные могут рождаться.
  
  В России теперь царствует враньё!
  Кровь русская невинных рекой льётся!
  Со злобно-страшным криком вороньё
  десятки лет над павшей Русью вьётся!
  
  На жизнь, Господь, меня благослови,
  на борьбу благослови с большевиками,
  Россию утопившими в русской крови
  своими страшными кровавыми штыками!
  
  Народа гул негодований растущих
  однажды превратиться в бунта гром!
  Для коммунистов-палачей проклятущих
  в России всё не закончится добром!
  
  Девятнадцатое ноября. 1972 год.
  272
  
  
  * * *
  
  Коль не хочешь дать всё тело...
  
  Обрати же ко мне внимание,
  тебя опять умоляю вновь!
  У тебя ко мне разочарование,
  у меня к тебе только любовь!
  
  Где чувства жгучий пламень?
  (Я теперь опять всё за своё!)
  "Я загляну под этот камень",
  ты это не про сердце ли моё?
  
  Милашка, чем ты не довольна?
  (Из-за тебя теперь мне не до сна!)
  Но так строка твоя прикольна!
  Очень мне понравилась она!
  
  Ты же мне голову морочишь!
  И с того теперь мне не уснуть!
  Ты под камень смотреть хочешь,
  хочу тебе под юбку заглянуть!
  
  Без обиды! В самом деле
  в моём сердце чувства вал!
  Все бы родинки на теле
  я бы твоём расцеловал!
  
  Так давай же! В чём же дело?
  Не подумай, что всё ложь!
  Подставляй мне своё тело! -
  в рай со мною попадёшь!
  
  Даже моё сердце заболело:
  с тобой мне хочется в кровать!
  Коль не хочешь дать всё тело,
  груди дай мне поцеловать!
  
  Двадцать третье ноября. 1972 год.
  273
  
  
  * * *
  
  Власть коммунизма русских давит!
  
  Томимый тяжкой мыслью я мечтал
  о своей жизни будущей, далёкой!...
  От коммунистов я с детства устал
  душой мятежного поэта одинокой!
  
  Русских власть коммунизма давит!
  Что-то русским будет ещё впереди?
  Злоба давно сознание русское травит!
  Ненависть кипит у русских в груди!
  
  Хотя смотрю по сторонам в оба,
  но в тюрьму попадаюсь много раз.
  Проклятого коммунизма чёрная злоба
  всю жизнь жестоко преследует нас!
  
  Уши русские завешены "лапшой"!
  В России верят дьяволу, - не Богу!
  Своею грешной ясновидящей душой
  к свободе вижу верную дорогу!
  
  Устал от коммунизма лживых басен,
  что коммунисты рассказывают мне!
  Для меня весь горизонт России ясен,
  хотя пока ещё Россия в мрачном сне!
  
  Я написал уже стихов большую груду
  про коммунизма кровавый перегиб!
  Против коммунизма стихи писать буду,
  пока ещё от коммунистов я не погиб!
  
  К заветной Свободе в стремлении
  дворянскую честь свою не предаю!
  Я, словно в каком-то исступлении,
  стихами "СОС!" Европе подаю!
  
  Двадцать девятое ноября. 1972 год.
  274
  
  
  * * *
  
  Как вспомню... в похоти дрожу!
  
  В своём прошлом ковыряюсь,
  как перед Богом, не солгу,
  вспоминать тебя пытаюсь,
  но тебя вспомнить не могу...
  
  Теперь не знаю, как мне быть...
  Кто-то другой, может, и знает.
  Тебя не вспомнить, не забыть!...
  И от того душа моя страдает!
  
  Но точно знаю, что мы с тобою
  когда-то были близко сведены
  нашей зловредною судьбою!
  (Узнал о том я от грешной луны).
  
  Как мы встретились, - не знаю.
  Не помню, как мы разошлись.
  Но что-то всё же вспоминаю.
  (Уж ты, пожалуйста, не злись).
  
  Иногда вспоминаю луг и сено!...
  На утреннем лугу полевые цветы!...
  Тогда мне было море по колено!...
  Была тогда со мною рядом ты!
  
  На этом память моя вдруг застряла.
  Но, что помню, то всё же скажу.
  Ты подо мной такое вытворяла! ...
  Как вспомню... в похоти дрожу!
  
  До сих пор для меня та ночка свята!
  Может помнишь мальчика Илью?...
  Ведь ты и есть моя бесценная утрата,
  лишь по которой теперь слёзы лью!
  
  Первое декабря. 1972 год.
  275
  
  
  * * *
  
  За смерть коммунизма молюсь!
  
  У бескрайнего моря стою,
  красотою его чудной тронут!
  В нём вижу всю жизнь свою.
  Но мои беды в нём не тонут!
  
  Коммунизм не принимаю,
  по-другому на жизнь гляжу!
  Всё, что только могу, ломаю!
  Везде, где только могу, врежу!
  
  С горя рыдают русские степи!
  За смерть коммунизма молюсь!
  Рву коммунизма рабские цепи!
  На свободу душою стремлюсь!
  
  Благодарен я мятежной Музе,
  стихи пищу быстро и легко!
  Смотрю на праздники в Союзе
  как за окном и очень далеко...
  
  Стихи, - на коммунизм сатира
  их пишу, коммунистов кляня!
  На весёлом пиру труда и мира,
  может, найдётся место для меня!
  
  Коммунизма праздники не отмечаю,
  на коммунистических митингах не кричу,
  в тупой толпе демонстрантов скучаю,
  всегда в толпе демонстрантов молчу.
  
  Шептал я коммунизма "маскам",
  теперь им прямо стихами кричу:
  "Верить коммунизма бредовым сказкам
  уже с детства не хотел и не хочу!"
  
  Третье декабря. 1972 год.
  276
  
  
  * * *
  
  Тебя не любить не смогу!
  
  Мы с тобою прекрасная пара!
  Нам с тобою иметь бы детей!
  Но всегда ты с похмелья угара,
  и полна полоумных страстей!
  
  Не хочешь ребёнка рожать,
  а он постоянно мне снится!
  Не пытайся меня удержать,
  иду к той, что рожать не боится!
  
  Никогда тебе не солгу!
  Тебя люблю, но и всё же,
  тебя не любить не смогу,
  но другая мне будет дороже!
  
  Скажешь, что я скотина,
  что сошёлся я с той не любя!
  Она дочь мне родит или сына!
  Их буду любить, как тебя!
  
  А пока, обливаясь слезами,
  над своею нелёгкой судьбой,
  пред святыми молюсь образами,
  чтобы счастье осталось с тобой!
  
  Мне от похоти уж не дрожать!
  С тобой не смогу быть дольше!
  Не пытайся меня у себя удержать,
  душу мне повредишь и не больше!
  
  Пятое декабря. 1972 год.
  277
  
  
  * * *
  
  Коммунизма век кровавых пыток!
  
  Когда Россия была Свята,
  коммунисты устроили раскол!
  Брат, обманутый, на брата
  с коммунизма лозунгом пошёл!
  
  Коммунизма век кровавых пыток
  на смену веку царскому пришёл!
  Нищеты в России теперь избыток,
  пропили люди всё: и двор, и кол...
  
  Теперь мою Россию населяют
  богохульные бездушные тела.
  Но очень часто вспоминают,
  какой прекрасной жизнь была́!
  
  Программа коммунизма ясна:
  народу - гнёт! Миру - война!
  Потому стал Союз Советский
  кровавый лагерь Соловецкий!
  
  Россией теперь правит незаконно
  только кучка коммунистов-сволочей!
  Теперь назвать могу всех поимённо
  коммунистов-педерастов-палачей!
  
  Многих я знал сволочей и насильников!
  Только тот, что назвался "врачом",
  коммунист Евгений Красильников,
  был моим самым страшным палачом!
  
  Помню всех: и мёртвых, и живых
  палачей, чья совесть нечиста́!
  Только никогда не забывайте их,
  казнивших Русь, как Пилат Христа!
  
  Седьмое декабря. 1972 год.
  278
  
  
  * * *
  
  Насиловать тебя не собираюсь.
  
  Изнасиловать просишь тебя.
  Да я всегда!... Я ради Бога!...
  Но, только пенис свой любя,
  скажу, я мальчик недотрога.
  
  Мне зачем насиловать кого-то?
  Буду свою девственность хранить.
  Никак не пойму тебя что-то...
  Не меня ли хочешь заманить?
  
  Знаю вас, коварных и упорных!...
  Куда ни гляну, вас лишь нахожу!
  Вертитесь у мужских уборных!...
  (Из-за вас писать в кусты хожу).
  
  Внимательно я прочитал твою записку...
  Здесь это что ещё за такая ерунда?...
  Я не понял куда: в попку или в письку?
  Может в ротик? В груди? Или куда?...
  
  Тебя насиловать даже не собираюсь,
  и ты отбрось свою дурную блажь!
  Хотя, по-честному признаюсь,
  давно жду, когда сама мне дашь!
  
  Твой портрет!... На нём лишь попа...
  Разве ж это дело? Мне скажи...
  Видно, ты с похмелья как с потопа...
  Развернись, мне письку покажи.
  
  Одиннадцатое декабря. 1972 год.
  279
  
  
  * * *
  
  После страшной коммунизма ночи.
  
  Голова поседевшего волоса
  в серебристом пылает огне!
  Звуки странные низкого голоса
  о погосте напомнили мне.
  
  Мои годы так же пролетают,
  как цветы роняют лепестки!
  С каждым годом силы мои тают,
  всё ближе к вечности мостки.
  
  Как трясина моя жизнь зыбка!
  Только смерть мне вовсе не беда!
  Моей смерти смиренная улыбка
  на моих устах застынет навсегда.
  
  Кругом всё потемнеет вдруг!
  Свет белый в темноте растает...
  Исчезнет солнца алый круг,
  вдруг тьма глубокая настанет.
  
  Монах высокий в алой ризе
  вдруг мне повстречался на пути.
  Стою сейчас у жизни на карнизе,
  тихо прошу Господа: "Прости..."
  
  Смерть в глаза мне заглянула,
  с косою удалилась тихо прочь.
  Моя грешная душа словно уснула,
  для меня словно наступила ночь.
  
  Только мне верить хочется очень
  в то, что давно сказал мне мой дед:
  "После страшной коммунизма ночи
  очень радостным будет рассвет!"
  
  Тринадцатое декабря. 1972 год.
  280
  
  
  * * *
  
  СОДЕРЖАНИЕ.
  
   1. Титульная страница.
   2. От издательства.
   3. От автора.
   4. Коммунистов с Испании гнали!
   5. Моей любви приходит крах!
   6. Всех коммунистов проклинаю!
   7. Милашка, как там твои ножки?
   8. Всех душит коммунист-злодей!
   9. Стань женщиной только моей!
   10. На казнь коммунистами поэта Гумилёва.
   11. Тебя, наверно, всё-таки люблю!
   12. Всех коммунистов проклиная!
   13. Всё равно тебя не разлюблю!
   14. Все коммунистами убиты!
   15. Тебя почти люблю!
   16. Из-за коммунизма власти проклятой!
   17. Вместо любви осталась твоя ложь.
   18. Ленин Россию утопил в крови!
   19. В любви ни времени, ни срока!...
   20. Коммунисты русских казнят!
   21. Всё прощаю ей к утру!
   22. Коммунисты становятся злей!
   23. Между любовью и свободой!
   24. Издохнет коммунизм!
   25. Без тебя мне жизни нет!
   26. Мои антикоммунистические стихи!
   27. Любовь рвётся полоумно!
   28. Коммунисты кровь русскую пьют.
   29. Дай посмотреть, чего же я люблю!
   30. Коммунисты антихриста страшней!
   31. Что ломаться, ложись и давай!...
   32. Что ломаться, ложись и давай!...
   33. Скажи, ты любишь или нет?
   34. За злодеяния коммунистам плачу!
   35. Мне клялась, что ты меня любила!
  
  281
  
  
  * * *
  
   36. Коммунизм в борьбе не победит!
   37. Всё равно, одну тебя люблю!
   38. Коммунизм страшной силой...
   39. Я с тобой в твоей постели!...
   40. Среди коммунизма кровавой суеты!
   41. Ты любви вполне достойна!
   42. Убитых коммунистами поэтов!
   43. Найти любовь свою пытаясь...
   44. Среди коммунизма гонений, скитаний...
   45. Вместо любви похмелья дурман.
   46. В коммунизм-ад маня!...
   47. Твои влюблённые глаза!
   48. Всех коммунистов проклинаю!
   49. Ты лишь одна, которую люблю!
   50. Ленин велел всех убивать!
   51. Здравствуй, милое создание!
   52. Коммунизма-ада кровавые силы!
   53. Оргазма прелести познав!
   54. Озверели коммунисты-скоты!
   55. У неё такая супер-грудь!...
   56. Так нам коммунисты надоели!
   57. Мне пенис не откусишь?
   58. Коммунистов злой звериный крик!
   59. Тебя никогда не обижу.
   60. Коммунистов проклиная, ненавидя!...
   61. Любви подвластно вольнодумной!
   62. Убито всё большевиками!
   63. Буду помнить и любить!
   64. Коммунисты-людоеды-злые-звери!
   65. Изнасиловать задумала меня!
   66. Казнённый коммунистами Поэт.
   67. Люблю Марию незабвенно!
   68. Коммунисты убивают всех подряд!
   69. Как не любить и как не верить?
   70. Чтобы от коммунистов забыться!
   71. Ночкой тёмною в тёплой постели!
   72. Коммунизм всё наше святое губит!
  
  282
  
  
  * * *
  
   73. С гениталий пух и перья!...
   74. Коммунизм Россию не изгложет!
   75. Люблю! А ты рванулась вдаль!
   76. В коммунистической жуткой жизни.
   77. Милашка, будь скорей моею!
   78. Коммунисты-тираны притесняют нас
   79. Коммунизма страшной чумой!
   80. В Европу с коммунизмом пришла!...
   81. Любовь достойна риска!
   82. Нас мучают коммунисты-палачи!
   83. Виню, но только не её!
   84. Ленину-дьяволу антихристу-вору!
   85. По тебе душой страдаю!
   86. Для коммунистов-палачей!
   87. Одна, которую люблю!
   88. Ленин-антихрист кровавый!
   89. Давай же развратим друг друга!
   90. Коммунистам от дел грязных...
   91. "Подойди, возьми меня!..."
   92. Коммунистами поэту дана доля беглого раба!
   93. Коммунизма кандалы стальные!
   94. Коммунисты-ядовитые гады!
   95. Тебя уже почти люблю!
   96. Коммунисты тюрем понастроили.
   97. Её белоснежные груди!...
   98. Кровавый коммунизма век.
   99 Когда с любимой сплю!
  100. Власть захватил коммунизма сброд!
  101. Дрожишь, уставив страстный взор!
  102. Коммунист-дьявол ужасный!
  103. Другую уже не полюблю!
  104 Коммунисты загубили русский народ!
  105. На костре любви!
  106. Коммунист, - он же фашист!
  107. Докажу тебе в постели!
  108. Рухнет под коммунизмом твердь!
  109. Врать кончай, дай кончить мне!
  
  283
  
  
  * * *
  
  110. Коммунисты-кровавые-барыги!
  111. Влюбился я!
  112. Угощают коммунисты русских тюрьмой!
  113. Отдайся мне, и кончим дело!
  114. Чтобы коммунист издох!
  115. До сих пор тебя люблю!
  116. Коммунистом никогда не стану!
  117. Ты одна, которую люблю!
  118. Коммунизм русскую кровь сосёт!
  119. Любви всевластной тайность!
  120. В коммунизме-тюрьме как в яме.
  121. Любовь, это такой тяжёлый труд!...
  122. Чтобы коммунистов стрелять!
  123. Потому, что я не разлюбил!...
  124. Коммунисты-палачи управляют страной!
  125. Из женщин люблю лишь одну!
  126. Коммунисты губят невинных людей!
  127. Сегодня я снова влюблён!
  128. Коммунисты наводят на русских страх!
  129. Нашу святую любовь не губи!
  130. Правят Русью коммунисты-уроды!
  131. Ты такая супер-тёлка!...
  132. Вопреки коммунизма кошмару!
  133. Живу в любовной фальши!
  134. Коммунизм уже смердит!
  135. Одну тебя желаю и люблю!
  136. Коммунисты русских безвинных убивают!
  137. С гениталий её пух и перья!
  138. Жертвам коммунизма потерян счёт!
  139. Поверь, отдайся мне! ! (Прости.)
  140. Коммунизм всем народам тюрьма!
  141. Распалю тебя любовью!
  142. Свергнем людоедов-коммунистов!
  143. Для меня любовь одна лишь свята!
  144. О коммунистами-палачами убитых!
  145. Срамных губ твоих улыбка.
  146. С коммунистами воюю.
  
  284
  
  
  * * *
  
  147. Это не любовь, коль не в постели!
  148. Мне коммунист могилу роет!
  149. К твоим ногам всё же приползу!
  150. Россия Ленину-дьяволу сдалась!
  151. Кто не рогатый, тот не муж!
  152. Коммунизму вечным позором будут.
  153. За то тебя душой люблю!
  154. В коммунистическом Аду-раю.
  155. Твоя грусть разрывает мне душу!
  156. Живём в коммунизма аду!
  157. Не смогу свою любовь предать!
  158. С детства коммунистов не люблю!
  159. Я бы всю тебя расцеловал!
  160. Коммунисты-палачи-звери воют!
  161. Нет у меня любви, ну и пусть...
  162. Крах, коммунисты, скоро вам!
  163. Только тебя одну хочу!
  164. Ленин-сифилитик сукин сын!
  165. Без тебя жить не могу!
  166. Коммунисты жить русским не дают!
  167. С любовью в душу лезет скука!
  168. Кровью залиты коммунистов глаза!
  169. Любовь мы знаем и измену.
  170. Коммунист русские души режет.
  171. Буду тебя любить и вспоминать.
  172. Проклиная Ленина-палача урода!
  173. Она здесь Сукою назвалась.
  174. Ленина-педераста сифилитика.
  175. Божий рай меж твоих ног!
  176. Ленин-дьявол насквозь лживый!
  177. Люблю тебя, а ты чего?...
  178. В СССР никакой свободы нет!
  179. Сотруднику КГБ СССР Иосифу Бродскому.
  180. Коммунист-злой тиран-кровавый!
  181. Скорей меня насилуй наяву!
  182. Ленин Крупскую русской кровью подмывал!
  183. Рай с любимой в шалаше!
  
  285
  
  
  * * *
  
  184. Коммунизм, это в мою душу штырь!
  185. Любовь за деньги не купить.
  186. Сталину-кровавому-гаду!
  187. Ты меня не любишь!
  188. Коммунистам верить глупо!
  189. Ты любовью меня отравила!
  190. Коммунизма страшная гадость!
  191. Ты лучшее из моих наваждений!
  192. Коммунизм русских смертью косит!
  193. Секса так теперь плотью боюсь!...
  194. Коммунисты кровь русскую хлебают!
  195. От красоты твоей дурею!
  196. Коммунист до мозга лживый!
  197. Кто любит, тот ведь и дурак!
  198. Коммунисты-палачи-скоты!
  199. Не надо мне месяц медовый!
  200. Коммунистам давно яму рою!
  201. Любишь... Но только не меня!
  202. Коммунисты поэтов убивают!
  203. Жрицу Любви мне бы поиметь!...
  204. С коммунистами сражались!
  205. Проклиная коммунистов и праздники их!
  206. Лютуют коммунисты-уроды!
  207. На твою бы попочку поплакать...
  208. Убивают коммунисты старых, малых!...
  209. К твоим ногам бы положил!...
  210. Злобствуют коммунисты-уроды!
  211. Есть лишь похоть меж полов!
  212. Коммунизма власти проклятущей!
  213. Девица была просто царская!
  214. Иосифу Бродскому, сотруднику КГБ СССР
  215. Коммунисту-палачу злобной-гниде.
  216. Лица коммунистов-палачей!
  217. Прилегли мы с нею у берёзки...
  218. Всех, убитых коммунистами!
  219. Весело уляжемся в приятную постельку!
  220. Давно с коммунизмом борюсь!
  
  286
  
  
  * * *
  
  221. Тебя хочу! Что скажешь?
  222. В коммунисте-гаде вижу врага!
  223. Тебя люблю только заочно!
  224. Коммунисты России жить не дают!
  225. Милашка, милая, плачу по тебе...
  226. Всем, коммунистами убитым!
  227. Вместо любви только скука.
  228. Коммунисты русских рвут на части!
  229. От любви к тебе я как дурак!
  230. Коммунисты творят беспредел!
  231. Сближала нас тогда любовь!
  232. Коммунисты испоганить всё смогли!
  233. Люблю её и плотью, и душой!
  234. Всех коммунистов-палачей на дыбу!
  235. Нашу любовь сама уничтожишь!
  236. Россией правит коммунизма шваль!
  237. Будет с тобою богиня любви!
  238. Коммунизм-ад погибель нам!
  239. Потому, что тебя люблю!
  240. Всех коммунистов проклинаю!
  241. Ты меня любовью заразила!
  242. Коммунисты женщин и детей казнят!
  243. Только тебя одну желая и любя!
  244. Русских пытают коммунисты-палачи!
  245. Ждёт в любви измена.
  246. Громлю коммунистов-гнильё!
  247. С чего стесняетесь, девки?
  248. Повсюду коммунизма грязь!
  249. Приди, отдайся, будь моей!
  250. Ленину-сатане место почётное.
  251. Милашка в меня влюбилась!
  252. Лик ужаса, это лик власти коммунизма!
  253. Я полюбил тебя за твои муки!
  254. Глумятся коммунисты-суки!
  255. В женщине мудрость и любовь!
  256. Коммунизма кошмары!
  257. Сжигает душу любви зной!
  
  287
  
  
  * * *
  
  258. Русских коммунисты сделали скотом!
  259. В тебя вдохну жизнь и страсть!
  260. Коммуниста-подлеца!
  261. С нами любовь-проститутка!
  262. Ленин-кровавый-безумный!
  263. Стоит ли влюбляться?...
  264. Коммунисты-звери рыщут!
  265. Давно бы ты моею стала!
  266. Коммунистов смерть родила!
  267. О разврате и блуде мечтает.
  268. Коммунисты стреляют в своих!
  269. Жаркие ночи бывали у нас!...
  270. Кровь русскую коммунисты пьют!
  271. Обману коль, то это ж любя!
  272. Могилы коммунизм русским роет!
  273. Коль не хочешь дать всё тело...
  274. Власть коммунизма русских давит!
  275. Как вспомню... в похоти дрожу!
  276. За смерть коммунизма молюсь!
  277. Тебя не любить не смогу!
  278. Коммунизма век кровавых пыток!
  279. Тебя насиловать не собираюсь.
  280. После страшной коммунизма ночи.
  281. - 288. Содержание.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  288
  

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"