# Идеалист

Владислав Андреевич Бобков

07.02.2016 ══ Аннотация: Встречайте! Мир стимпанка! Мир пара и технического прогресса, показывающего стремительное движение человечества вперед. Главный герой данной истории олицетворяет собой слово "Идеалист". Вот только к нему также применима и другая фраза: "Цель оправдывает средства." Как он решит действовать в мире так отличающемся и в то же время похожем на его собственный? ══ ══ > >Заморожено

Книга 1. Мир пара. Идеалист.

От автора: благодарю Добрынина Василия за помощь в написании книги.


Аннотация: Встречайте! Мир стимпанка! Мир пара и технического прогресса, показывающий стремительное движение человечества вперед. Главный герой данной истории практически полностью олицетворяет слово "Идеалист". Вот только к нему также применима и другая фраза: "Цель оправдывает средства." Как на него повлияет откровенная бедность большей части населения и пышность, богатство аристократии, упивающейся своей властью?


Пролог.

Людей с моим мировоззрением принято называть идеалистами. "Те, кто не знают жизни" - приходит первая ассоциация после того, как слышишь это определение. Ведь в нашем циничном мире очень сложно не растерять такие вещи как сострадание, человеколюбие и веру в хорошее будущее.

Большинство людей теряет их еще в юношеском возрасте, сталкиваясь с первыми житейскими проблемами. Замечая же потерянное у других, у тех, кто смог через все невзгоды пронести эти идеалы, они... Нет, не радуется за них. А завидуют. Завидуют по-черному, возможно, даже сами не осознавая эту зависть.

Говорят, зависть делится на черную и белую. Черная зависть опасна как для завидующего, ведь именно его душу она разъедает, так и для предмета зависти. Этим типом зависти не хвастаются, а стараются его скрыть.

Другое дело белая зависть. Друзья и товарищи, видя твои успехи в чем-то, говорят: "Я завидую тебе, но белой завистью!"

Ха-ха. Наивные... Она не делится на черную и белую, а ее влияние губительно в обоих случаях, но если в первом еще есть возможность понять, что тобой руководило, то во втором даже этого уже нет.

Почему же я столь долго рассказывал об одном из человеческих недостатков? Все просто. Именно столкновения с ним для меня прошло больнее всего.

Лет сто назад я бы идеально подошел ко времени, но все прошло иначе, и я родился в конце двадцатого столетия.

Счастливое детство советского ребенка, родители которого работали и имели все необходимое для жизни. Школьные года и мое увлечение книгами... Именно из них я почерпнул такие вещи как честь и верность слову.

Разборки между парнями с другой улицы и нами лишь закрепили эти понятия.

Однако ключевое влияние на меня оказал Виктор Михайлович, наш учитель истории. Будучи человеком увлекающимся, он, казалось, вкладывал саму душу в то, что рассказывал. На его уроках даже полные бездари и тунеядцы сидели, боясь вдохнуть, чтобы не прервать его рассказы. Древние битвы прямо оживали перед глазами, а исторические личности были не чем-то отдаленным гипотетическим, а представали обычными людьми, которых можно понять.

Но лучше всего у Виктора Михайловича получалось рассказывать о советской истории, а точнее об идеологической части.

Именно он заронил в мою голову тот идеализм и веру в светлое будущее, в которое нужно идти...

Дальнейшая моя жизнь частично порушила, изменила, а в некоторых местах закалила мои убеждения.

Развал Советского Союза и мое поступление в институт, готовящий будущие кадры для Комитета государственной безопасности... Да-да, тогда я решил, что именно в виде сотрудника государственной безопасности смогу оказать наибольшую пользу людям...

Реальность внесла свои коррективы. Многое из того, что я считал незыблемо верным, для других было смешным и глупым. Найти единомышленников в институте было едва ли возможным.

Оконченный с отличием институт и пошатнувшиеся идеалы - вот был итог моего обучения. Дальше была работа, и ее было много. Все же развал той великой страны даже спустя несколько лет еще неслабо "аукался" всем.

Стараясь придерживаться своего кодекса "чести", я безмерно веселил своих начальников. Может в этом была причина того, что я достаточно легко продвигался по службе? Или никто не воспринимал меня всерьез...

И чем больше я варился в этом котле, тем большие изменения претерпевали мои убеждения. И в один прекрасный момент я понял.

Это было словно спавшее наваждение, морок. Я четко как никогда раньше увидел картину мира, не по частям, а весь, целиком. Все части с еле слышными хлопками вставали на свои места, и все остановилось. Я помню тот момент, словно это было пару секунду назад...

В телефоне, по которому я в тот момент говорил, раздавался недоуменный голос одного из моих подчиненных. Я же, поднявшись из-за своего стола в кабинете, невидящим взором смотрел в стену и не видел ее. Перед глазами проносилась вся моя жизнь, поступки и чаяния.

Без тени эмоций я раскладывал самого себя и в какой-то момент осознал простую истину: если я хочу что-то изменить, то это надо делать уже сейчас, и с "чистыми руками" после этого нельзя будет остаться никак...

Вам кажется эта мысль очевидной? Я рад за вас. Правда-правда, не надо недоверчивости! Ведь для большинства людей эта мысль не очевидна!

Бессмысленные отговорки типа: "Еще денек и я точно брошу курить!" или "Еще день и я выскажу все "хорошее" по поводу затягивающейся выплаты зарплаты!". Но день проходит и... ничего.

Эта мысль, кажется очевидной, ведь она проста в понимании, но так сложна в исполнении. А теория без практики мертва...

Думаю, вы поняли, что в тот момент для меня практика и теория слились вместе...

Я начал искать тех, кто смог бы и захотел бы что-то изменить. В большинстве своем эти два принципа были несовместимы: те, кто хотел, не имели возможности. Те же, кто мог, не хотели.

Однако я не торопился. Постепенно я рос в званиях. Конечно, того темпа, как в начале моей карьеры не было, да и, если честно, то по задумке начальства я должен был остановиться на одной должности и так на ней и сидеть, но вот беда: мне было этого мало.

Та Цель, которая стояла передо мной, требовала большую власть, а властью по собственному желанию никто делиться не собирается...

Ранее я считал грязные методы вроде подставы, шантажа и оговоров, постыдными... После Осознания я тоже так считал, за небольшим исключением. Все это можно было использовать, если иначе Цели не достигнуть. "Цель оправдывает средства" - я жил этой фразой.

Находясь в тени, я руководил людьми словно марионетками, иногда через вторые-третьи руки. При малейшем намеке на разоблачение я без сомнения отрубал всю ветвь. Современные технологии также облегчили мою жизнь, но для их использования также нужны были специалисты... Верные специалисты.

Каждый раз, когда я отдавал приказ на ликвидацию очередных провалившихся, мне было почти физически больно. По идее моя душа должна была загрубеть от того, что я делал, но этого не происходило. Поэтому-то я проверял и перепроверял все свои планы, надеясь, что в этот раз все пройдет гладко...

Я не имел права быть слабым, и мои ближайшие сподвижники, которые знали, в лучшем случае, четверть всего объема плана, считали, будто я сделан из стали, и для меня чужая смерть не более чем обычная действительность...

Никто не должен был знать, как плохо было у меня на душе...

Но наша жизнь это не приключенческая книга, где герой всегда побеждает. Даже одной ошибки бывает достаточно, чтобы перечеркнуть все то, к чему стремился всей душой...

Посадка нужных людей на определенные места была закончена, дай бог, наполовину. В силовом аппарате было несколько людей, занимающих важные посты, но в критической ситуации они ничего не решали...

Люди, ответственные за денежный вопрос, также имелись, но они предпочитают находиться в тени и не делать резких движений "собственноручно".

- Эх... - я с сожалением посмотрел на экран, где транслировалось то, что показывали камеры слежения, натыканные вокруг дома.

Стремительно несущиеся к дому фигуры людей в военной форме и с оружием опускали мое настроение на критически низкую величину.

Самое смешное, в доме имеется несколько отличных подземных экранированных ходов, которые дадут мне возможность исчезнуть...

Вот только это ничего не даст. Судя по тому, что я узнал, приказ идет с самого верха, следовательно, единственная вещь, которая давала шанс на успешное выполнение плана, пошла прахом. Какая уж в таких условиях секретность?

Можно было бы начать все с начала, но... Мир достаточно тесная штука для таких, как я. Так что все, кто сколько-нибудь в теме, уже перемывают мои кости...

Да и нет у меня сил на то, чтобы повторить все заново... Даже в куда меньшем объеме... Несмотря на то, что мне всего тридцать шесть лет...

Инъектор со специальным ядом лежит рядом. Специальная секретная разработка, противоядия нет. Человек, принявший его, постепенно засыпает, не испытывая никаких неприятных ощущений.

Еле слышимый звук дал знать о том, что в доме посторонние.

Звук спускаемого клапана... и яд уходит внутрь организма.

Сознание медленно утекает...

Последнее воспоминание: дверь врезается в стену от мощного пинка ногой. Потом темнота...

Я, Андрей Игнатьевич Косыгин, думал, что это конец, но я ошибался.


## Глава 1. Где я?

Гомон десятков голосов словно звук сварки высверливался мне в уши. Со стоном я попробовал перевернуться на бок и тут же зашипел от острой боли в боку: острый гвоздь по касательной немного проколол кожу, когда я повернулся.

Что за идиоты разбрасывают гвозди там, где лежат люди?!

Я притих, судорожно обдумывая простой, но вместе с тем и неожиданный вопрос: "А где лежит этот самый человек?"

Перед глазами, несмотря на все перемигивания, была мутная пелена, поэтому я постарался собрать разбегающиеся мысли.

Я был в своем кабинете, когда туда ворвались сотрудники внутренних органов... Уверен, что для захвата меня отправили не каких-то там обычных... Неужели инъектор дал осечку?! Проклятые научники! Так и знал, что нельзя было использовать опытный образец!

Тогда где я б****?! И почему не связан? Неужели они там все идиоты и не связывают самоубийц?! Так еще и кладут рядом острые предметы! Им вообще, судя по всему, насрать на информацию, которая скрывается у меня в голове!

Или... Меня уже раскололи, и я попросту ничего не помню? Так почему еще не убили... И дали возможность убить себя самому? Для чего такие сложности?! Пуля в голову - и закопать в тихом месте... Или сжечь... растворить в кислоте... Отдать на органы...

Я, снова попытавшись принять более удобное положение, укололся в другом месте.

Стало несколько прохладно, когда пришло понимание, что одежды, кроме трусов, на мне нет. Да еще и голоса множества людей, доносящиеся рядом: как я мог о них забыть? Воздух прохладный: улица?

Что тут происходит? Оказывается, потеря зрения могла серьезно подорвать мое хладнокровие, которым я до всех этих событий заслуженно гордился.

О да! Мутная пелена, наконец, стала рассасываться и я с трудом, но начал видеть.

И первое, что я увидел - грязную подворотню и огромную кучу мусора, в центре которого я и находился.

Последним вернулось обоняние, и меня стошнило от запаха, который меня окружал.

Пошатываясь, словно последний пьяница, я кое-как утвердился на ногах и гордо, стоя на куче мусора, оглядел окрестности.

В тот же момент из-за угла показалась компания из трех человек, которая бурно что-то обсуждала. Заметив меня, они весело засмеялись и, обмениваясь репликами, двинулись дальше, изредка оборачиваясь и тыкая пальцами. Одеты они были в потасканные куртки с множеством заплаток, иной раз выполненных крайне неряшливо, головы же прикрывали серые неопределенной формы кепки. Последний из троих перед уходом сунул в руки мелкую монетку.

Я чуть наклонил голову, поблагодарив уходящего мужчину, после чего, не торопясь, присел обратно в мусор. В свете появившихся новостей мне было откровенно плевать на запах и на то, что меня окружает.

Одежда: я не специалист, но похожий стиль был популярен лет сто назад как минимум. Слова: какая-то смесь английского. Учитывая, что я отлично знаю английский язык, некоторые слова для меня понятны, но и то с трудом.

И наконец, монетка. На профильной стороне цифра 1, на другой же стороне - лицо какого-то короля в профиль. Огромный вытянутый коршунообразный нос вызывал настоящее благоговение.

Захотелось засмеяться. Что же за зелье приготовили научники?!

Вместе с тем шок начал проходить, и снова я почувствовал холод. Надо было с этим разобраться, как вариант: найти одежду.

Выбравшись из кучи мусора, я, осторожно ступая, чтобы не наступить на многочисленные острые мелкие предметы и на отходы человеческой жизнедеятельности, двинулся вперед.

Что со мной произошло? Где я? Это надо будет узнать в первую очередь... Нога вляпалась в очередную порцию дерьма, и я от души выматерился.

Судя по всему, пока я валялся в отключке, меня и раздели... Хорошо хоть не убили или не раздели до конца... Я покосился на последнюю деталь одежды, которая держала меня хоть в каких-то рамках приличий.

Я уже почти растерял надежду на успешность моих поисков одежды, как удача все же мне улыбнулась... Ну или хотя бы повернулась ко мне передом...

Валяющийся возле стеночки пьяница имел на себе одежду, и этого мне было более чем достаточно.

Я встал перед дилеммой: с одной стороны все мои принципы были против того, чтобы заниматься столь мелким воровством, обирая человек у которого есть лишь его одежда. С другой, без одежды в этом мире я не более чем живой труп, то есть живой человек часы которого сочтены!

И я... Сдался, позволив своему желанию жить победить. Будь рядом зеркало я бы побоялся посмотреться в него...

Аккуратно разоблачив бродягу, я, кривясь от отвращения, натянул его одежку. Запах был непередаваемый, казалось, что он никогда не мылся...

Хотя, надо признать, царившая вокруг вонь уже и не столь заметна, как было в начале. Человек обладает великолепной приспособляемостью и может привыкнуть к чему угодно...

Однако одежда дала мне возможность не выделяться на общем фоне, а учитывая мое незнание языка, это не лишнее.

Поправив куртку, оказавшуюся откровенно тесной в плечах, и мысленно сжав неуверенность в кулак, я бесстрашно шагнул из переулка в настоящую жизнь и... Передо мной предстала самая необычная улица, которую я когда-либо видел...

Узкие улицы были тесно забиты пробирающимся в обе стороны народом. Людей было так много, что было практически невозможно рассмотреть кого-то в отдельности, они толкались, ругались и расталкивали друг друга. Так как в одежде преобладали серые и коричневые тона, то выглядело это как серо-коричневая речка.

И если одежда представляла собой, в основном, курки, сюртуки и всевозможные вариации пальто, то с головными уборами было все не так уж и просто.

Кепки, непонятной формы панамки, котелки-цилиндры и еще множество других шляп, название которых я просто не знал. К тому же, все это великолепие шляпника было самых необычных форм и размеров, заляпанных, порванных, заштопанных и дырявых.

Однако если я рассказал лишь о людях, это не значит, что улица не стоит описания. Скажем так, самое вкусное я оставил на потом.

Изначально по бокам улицы стояли низенькие, одноэтажные домишки, изредка двухэтажные. Однако, через какое-то время места стало не хватать, и жители стали расти вверх, используя как фундамент эти самые дома.

Строители из них были еще те, некоторые этажи уже обрушились бы, но их с боков подпирали такие же выверты архитектуры. Заметив общую неустойчивость конструкций, все спешно начали укреплять, что сделало общий вид совершенно непривычным.

Ко всему вышеперечисленному надо добавить странную любовь всех вокруг к огромным, основательным печным трубам! Или к торчавшим то тут, то там небольшим на вид трубам, из которых со свистом вылетал пар, и дым из них стремительно поднимался вверх!

Все эти дома напоминали дикобраза, из иголок которого вылетает дым!

Самым же непонятным была скорость, с которой дым (или пар) поднимались вверх!

Решив, что дальше стоять на одном месте бессмысленно, я шагнул в толпу, после чего дал ей себя нести, изредка поправляя свое движение в сторону большего числа людей.

Как итог, меня вынесло на какую-то площадь, и там меня окончательно заклинило и развеяло какие-либо сомнения по поводу другого мира...

Все мы знаем, что такое дирижабль: одно из тупиковых направлений развития летательных аппаратов. Громоздкие и трудные в производстве и в обслуживании, недолговечные. Многочисленные проблемы с посадкой и, самое, пожалуй, главное: чрезвычайно дорогие.

То, что предстало передо мной, было идеалом и высшей целью, которая стояла перед создателями дирижаблей...

Представьте четыре гигантских сигары, соединенные между собой на одном уровне в виде прямоугольника. Между ними находятся многочисленные платформы, которые спаивают эти четыре баллона с воздухом вместе, причем некоторые из них составляли нижнюю и верхнюю палубы, находясь над и под "сигарами". Представили? А теперь добавьте к этому листы брони! Покрывающие не только платформы, но и сами дирижабли!!!

И если бы на этом заканчивались странности! О нет... Как бы, они не начинались.

Огромные трубы, изрыгающие целые облака черного дыма. Четыре огромных и множество мелких, судя по всему, поглощали огромное количество угля, которое должно было находиться на этой... Платформе.

Стоит ли говорить, что все это весило так много, что я никак не мог объяснить то, что мы еще живы. Ведь если это... это рухнет... Ударная волна снесет изрядную часть города!

И, как изюминка: гигантские пушки!

Серьезно! Вся эта конструкция была создана тем еще гигантоманом. Чем еще можно объяснить то, что даже на таком расстоянии можно с легкостью различить огромные жерла пушек. Стволы орудий торчали буквально из любой поверхности! Была даже маленькая поросль пушечек сверху, насколько это было возможно рассмотреть, все же я стоял снизу и мог наблюдать лишь воздушного судна, да еще и с боку.

Серьезные "последние доводы королей" на средней палубе, в большинстве своем направленные вперед, но были и боковые.

И наконец, элита. С пяток жерл вулканов, снаряды из которых должны были не просто падать вниз, а еще и разгоняться!

Для чего нужны ТАКИЕ масштабы, я не представлял. По спине пробежал холодок от того, какие же тут войны, если такие "самолетики"...

В спину заметно прилетело, и меня оттеснили к краю площади, рядом оказался покрытый окровавленными струпьями нищий, заметив меня, он протянул трясущуюся руку в характерном жесте, однако это я подметил лишь краем глаза. Все мое внимание было сконцентрировано на обдумывании сложившейся ситуации.

Значит, новый мир... Как жаль, что я не могу пожать руку и... Шею ученым, разработавшим ТУ смесь. Руку за то, что я все же жив. Шею же ради того, чтобы узнать, как же они ее разработали! Иметь возможность в критических ситуациях хоть и покинуть мир, но остаться живым...

Взгляд, словно заколдованный, снова и снова возвращался к плывущей в облаках стальной крепости, которая непонятно как еще держится в облаках.

То, что держит эту штуку, уж точно не обычный газ. Если уж в наше время не смогли найти такой газ с таким уровнем летучести, то уж... Стоп. Никак не привыкну! Другой мир, Андрей, другой мир!

Если я лишь сейчас увидел что-то непривычное, это не значит, что сюрпризы закончились!

Чувствуя, что еще немного и окончательно сойду с ума, я двинулся вперед, снова позволив толпе вести меня.

Скоро площадь скрылась из виду, и потянулись грязные обшарпанные дома, и если прошлые дома соблюдали хоть какие-то правила, вроде строительства в один ряд, то здесь даже этого не было.

К тому же, старое, подгнивающее дерево вокруг очень точно характеризовало то место, куда я попал: трущобы.

К слову, с каждым шагом усиливалась вонь от нечистот и не только. Словно рядом сдохло что-то большое, и оно все еще гниет, источая по округе отвратительные миазмы...

Все чаще стали попадаться нищие и калеки: безногие, безрукие, безглазые... Уроды и больные, замотанные в грязные, пропахшие кровью бинты...

Неужели тут идет война? Судя по гигантской "дуре" над городом, вполне возможно... Другое дело, неужели их так много?! Или это специальное место для калек? Однако сидящие и протягивающие руки дети отмели эту идею.

С небольшой тоской подумал о том, что эти побитые жизнью люди - самая что ни на есть ближайшая ко мне социальная группа, которая может меня принять. Ведь кто я здесь, по сути? Бродяга без дома, денег и знакомых. Одетый в плохую одежду и с завалявшейся монетой в кармане. Кому я нужен? Как бы я тоже не сел с протянутой рукой...

Нет! Я изо всех сил стиснул зубы: паперть самый последний выход. Я еще побарахтаюсь: здоровье у меня имеется. Поддержанием своего тела в хорошей форме, я старался не пренебрегать. Хотя внешне это не так уж и заметно...

Мозги на месте. Знания, конечно, слабо подходят для какой-либо физической работы, но... Что мешает мне заняться тем, чем я занимался на протяжении более чем десяти лет? Конечно, там я пришел на все готовенькое и изначально у меня были подчиненные, которые делали черновую работу, но теорию я исправно учил, и, в общем-то, в памяти она есть.

С другой стороны, мир трущоб наиболее подходит в сложившейся ситуации. Отсутствие полноценного знания языка - огромный, практически смертельный минус. Почему смертельный? Предположительно идет война, если имеются другие страны, то, скорее всего, у них другой язык, значит, все вокруг будут думать, что я шпион. А что делают со шпионами? Вот именно...

А если предположить, что язык один на весь мир? То возникает другой вопрос: "Почему он непонятно говорит? Колдовство! Костер!"

А религия в этом мире есть: по пути я видел пять человек, одетых в рясы и идущих куда-то по своим делам. Самым странным было наличие выбритых макушек. Получается, мир другой, но многие вещи похожи. Значит, этот мир развивался параллельно нашему...

Что-то я отвлекся. Вернемся же к моему незнанию языка.

Трущобы позволят мне затеряться и не привлекать излишнего влияния полиции, или кто тут осуществляет защиту правопорядка. Также я бы всеми силами постарался оставаться как можно дальше от своих же коллег этого мира. Мы такие люди... Подозрительные...

К тому же, отследить мое появление в будущем станет сложнее, ведь излишнее любопытство в подобных местах не в чести...

О минусах же, которые неизменно появляются. Увеличенная опасность погибнуть от ножа в спину, кровавой драки стенка на стенку или разборок банд. Опять же, возможность заинтересовать спецслужбы, но из-за особенности места проживания исключительно в дурном ключе. Хотя, любой интерес подобного толка дурной, после некоторых раздумий заключил я.

Ведь как мы работаем? Перво-наперво идет сбор любой информации, связанной с объектом нашего интереса. Место проживания, группа крови, данные медицинской карточки, поездки, знакомые, их досье и так далее. Необходимо умение быстро читать и запоминать, чтобы лавировать в этих потоках информации и вычленять крупицы нужных данных. После этого происходят проверки, уточнения и лишь затем начинается агентурная работа.

Теперь непосредственно к тому, что я должен сделать прямо сейчас. Лучше всего погружение в новый мир прошло бы под руководством какого-либо "куратора". Это может быть начальник, принявший на работу, главарь какой-либо банды и просто человек, готовый потратить свое время на возню со мной и при этом не сдать соответствующим людям.

Надо ли говорить, что найти подобного человека на данный момент из ряда фантастики! Даже еще большей, чем то, что я оказался в этом мире! Следовательно, нужен равный или подчиненный.

Первый вариант, опять же, отбросим из-за неимения полноценной возможности удостовериться в его благонадежности... Решено, остановимся на подчиненном...

Где можно найти слабохарактерного, низкого социального уровня и относительно невменяемого...

Я остановился прямо перед зданием, из которого доносился человеческий гомон, и из дверей которого ощутимо тянуло алкоголем.

На несколько секунд замялся перед дверями, ожидая непонятно чего. После чего весело хмыкнул: сработали стереотипы, если паб, значит перед героем должны выкинуть пьяницу.

Посмеявшись над своим подсознанием, я толкнул дверь, после чего с матами отпрыгнул в сторону, когда рядом со мной пронеслось пьяное тело, пущенное чей-то меткой рукой. Ошарашено покачал головой и сделал зарубку в памяти относиться даже к самым странным стереотипам посерьезнее...

На входе меня просканировал мрачным взглядом подпирающий стену мордоворот. И, судя по тому, что он угрожающе деернулся вперед, я еле-еле прошел разделительную планку между бродягой и платежеспособным клиентом...

Стараясь не привлекать внимания, я подошел к стеночке и занял место прямо возле вышибалы. Тот от подобного соседства несколько удивился: где это видано, что его, такого страшного, совсем не бояться! Да еще кто! Какой-то оборванец!

Я же, упершись о деревянную стену, спокойно протянул руку, при этом открыто улыбнувшись.

За время кружения по городу я старался подмечать такие мелкие детали как мимику и жесты при совершении неких привычных и повседневных действий. Это позволило мне создать некий шаблон местных правил, который в будущем я должен буду дополнять и усложнять.

Кивание и отрицательное покачивание головой, пожимание плечами, смех, грусть, плач, гнев, приветствие через пожатие протянутой руки - все это никак не отличалось от нашего мира и было и применялось в тех же ситуациях. Единственное, что было не обычно, это поклоны или, скорее, некие намеки на них. Подобные действия приходилось видеть редко, и то лишь среди небедных людей в чистой части города.

В трущобах же подобный способ приветствия не приветствовался, уж простите, за каламбур.

Вышибала в сомнении все же пожал протянутую руку. Я же приветливо ему кивнул, после чего уже без каких-либо сомнений начал рассматривать собравших здесь людей.

В чем был смысл моего излишнего дружелюбия? В вежливости. В Советском Союзе в некоторых магазинах висели плакаты с такой надписью: "Ничто не обходится нам так дешево и не ценится так дорого, как вежливость". Чуть позже, уже во время обучения в институте, мне попалась статья, в которой представлялись интересные факты из жизни Франклина Рузвельта.

Этот человек выработал определенную систему, позволяющую ему создать определенный положительный образ в глазах населения. Я перечислю лишь несколько из его действий, а именно: запоминание имен, приветствия и рукопожатие.

Согласитесь, если Сам президент, несколько лет назад случайно с вами встретившийся, протягивает вам руку и называет ваше имя, вы тут же почувствуете симпатию к нему.

Возможно, кому-то покажутся эти действия мелкими и незначащими, но я с вами не соглашусь: в политике нельзя пропускать даже мелочи.

Во время жизни на Земле я старался придерживаться этих принципов.

Теперь работник тяжелых кулаков, увидев, что я так и не собираюсь ничего заказывать, испытает небольшое чувство неловкости к человеку, который столь искренне поздоровался с ним, и это не даст ему тут же выкинуть меня прочь. Причина неловкости возникнет сразу по двум причинам. Первая мысль: вдруг этот человек знакомый? А я его не узнал. Вторая сложнее, ведь как много человек считает своим долгом поздороваться с вышибалой? Поверьте, немного. Этому препятствует прежде всего страх. Даже если ты не виноват, но знание его функции уже мешает.

Умение выстраивать сложные и в то же время действенные планы позволило мне в свое время стать самым молодым... Хотя, опустим этот момент... Ведь все мы знаем, как бесславно закончилось "мое время"...

Наблюдая за посетителями паба, я все больше убеждался в правильности своего выбора зайти сюда.

Без знания цен мне было бы не выжить, поэтому эта информация заняла первое место в моем списке приоритетных вещей для изучения.

Чтобы получить одну литровую кружку пива, нужно было отдать одну монету, на подобии моей. Надо признать, после того, как я понял это, во мне проснулась немалая благодарность к тому мужичку.

Правда, если бы я захотел еще чего-нибудь к этому самому пиву, то вышел бы облом. Ведь меньше, чем литрами, его не продавали, а на большее денег явно не хватало.

Следующим, что стоило внимания, оказалось общее настроение, царившее вокруг.

Безнадежность, усталость и тихая злоба... Столь опасное сочетание...

Было видно, что люди отнюдь не рады тому, как продвигается их жизнь, и, тем более, что их ожидает дальше. Отсутствие перспектив или еще какие причины, но они уже роптали, и близится тот день, когда наступит мятеж. Может это случится не скоро, но сам факт чрезвычайно настораживает... Почему?

Любая революция не обходится без крови. При всем желании, кто-нибудь да пострадает. И чем серьезней вопросы и идеи, выдвигаемые обеими сторонами, или не примирение их позиции, тем страшнее и кровавее будут дальнейшие события.

К тому же, нельзя забывать и об опасности быть подвергнутым чисткам. Наверно, вам приходят в голову события в нашей с вами родине? А точнее, сталинские времена? Не считайте, что мы исключительны и неповторимы.

Забавно, мы, русские, всегда наступаем на многие грабли, что уже прошли некоторые страны до нас. Конечно, лучший опыт - это тот опыт, который прочувствовал сам, но те, кому грабли разбили лицо, думают иначе.

Французская революция: многие из тех, кто стоял у ее истоков, полной ложкой отведали "почестей", приготовленных их детищем.

Недаром фраза "Революция пожирает своих детей" известна по всему миру.

Страдают и те, кто стоял на вершине, и те, кто стоит внизу...

Видимо, я зря отвлекся - мелькнула у меня мысль, когда рядом с моею головой в стену влетела кем-то метко брошенная кружка. Почему метко? Если бы я заблаговременно не убрал свою голову, которая еще дорога мне, то она рисковала бы познакомиться поближе с этой самой деревянной и довольно крепкой посудой.

К сожалению, я пропустил причину разгорающейся, тем не менее, присутствие моего тела здесь было веской причиной смотреть вокруг во все глаза и ловко уворачиваться от пролетавших туда-сюда тел и их кулаков. Драка тем временем лавинообразно нарастала, и даже вход в нее вышибалы лишь подбавил газу в творившуюся кутерьму.

Я решил не изображать героя и тихо мирно скрыться, позволив людям культурно отдыхать, но без меня. Тихо пробираясь вдоль стеночки и уже будучи возле выхода, я столкнулся с самым настоящим искушением. Грехом воровства.

Один из мужиков, отхватив сразу несколько ударов в челюсть, решил ненадолго отдохнуть. Благо пол был из достаточно "мягких" дубовых половиц, поэтому "просыпаться" он не спешил. Вот только интересовало меня отнюдь не его предпочтения в месте отдыха, а тугой мешочек с характерным звоном, выпавший из кармана брюк.

Стоило мне только протянуть руку, и немаленькая часть проблем была бы решена! Даже если бы там были лишь самые мелкие монетки, это бы позволило мне значительно ускорить свои планы...

Застыв словно статуя, я, не моргая, гипнотизировал мешочек. Что же мне мешало его взять? Принципы. Забавно, да? Жизнь заставила меня поступиться многими моими идеями, но она же дала мне понимание их важности!

Что такое принципы? Это вещи, следование которым дает гармонию в самом себе. Нарушая их, и ничем хорошим это не закончиться. Несмотря на то, что я достиг столь высокой должности, был ли я счастлив? Отнюдь, лишь знание о том, какой долг лежит на мне, позволяло двигаться дальше.

При этом я никогда не опускался до того, чтобы воровать или красть ради наживы. Успокаивая окружающих, я специально брал деньги, чтобы никто даже не мог помыслить о том, что я не такой как все. Но ни копейки я не тратил ради себя.

Конечно, это могло бы стать подозрительным. Ведь если человек ворует огромные суммы, то удивительно, что вокруг него не появляются новые вещи. Справка о наличие у меня "психологического накопительства" была одним из ценнейших приобретений. А человек, выписавший ее мне, через несколько лет бесследно исчез... Я не имел права рисковать...

Каждый рубль, украденный из бюджета, каждый доллар, переданный мне от "неизвестных" лиц, все вкладывалось в мой План.

Теперь же жизнь в очередной раз решила проверить меня, на этот раз, для разнообразия, бедностью...

Я решительно отвернулся, после чего выскочил за дверь, перескочив через двоих мутузящих друг друга драчунов. Стоило мне, кутаясь в свой пиджак, отойти на несколько метров в сторону, как раздался усиливающийся топот несущихся во всю прыть человек. И уже через секунды две показались сразу пятеро запыхавшихся полицейских.

Лишь удостоив меня подозрительным взглядом, они вытащили дубинки и рванули прямиком в паб, и, судя по усиливающимся крикам, веселье подскочило на несколько порядков вверх...

Отряхнув и так грязную одежду, я пошел прочь, оглядывая все сколько-нибудь темные переулки: мне все еще требовался надежный источник информации...

И через полчаса моего субъективного времени такой человек был найден.

Три мужчины, одежда и лица которых прямо кричали о рабоче-пролетарском, окружили четвертого лицо, которое символизировало понятие "отчаяние". Судя по виду его недоброжелателей, у него был повод для паники.

Прислушавшись к их разговору, я мысленно кивал головой: выбранный мной человечек оказался крысой, то ли украв, то ли умолчав о чем-то, то ли наоборот, слишком распустив язык. Пора вмешиваться.

Плана как такового у меня не было, что было несколько непривычно...

Отступление. Стивен Бенсон по прозвищу Крыса.

Ну зачем я сказал бригадиру, что Бен с дружками филонили на работе?! Знал же, что он тут же побежит разбираться! А кто мог сказать, если тех, кто был в теме, всего несколько человек!

Конечно же, они тут же поняли, что это я! Если бы попытался прятаться, стало бы еще хуже...

Но кто знал, что для разбирательства со мной Бен возьмет с собой еще двоих?! Они же меня покалечат!!!

Что делать?! Что делать?! А ведь все так хорошо начиналось... Толстая Марта на стройке определенно положила на меня глаз... Да еще и прошлые сведенья, откопанные мной, предыдущий бригадир очень высоко оценил и хорошо заплатил за них...

Ну зачем, зачем я настучал о Бене новому бригадиру?! Чувствовал же, что ничего хорошего не выйдет... Прошлый-то старался меня по пустякам не подставлять, а этот...

И что теперь делать? Пытаюсь найти выход и не нахожу его, и остается один вопрос, где именно Бен решил кончить слишком наглую Крысу...

Крыса... Стукач... Что бы они все там ни говорили, все они пользуются моими услугами! Всем нужно разузнать о других, и все они платят мне!! А то чистенькие... Как жаль, что Бен так не считает...

- Извг-ините! Вг-и... - сбоку раздался отчаянно картавый голос. Из-за плохого произношения почти нельзя было понять, что вообще этот тип говорит.

Лишь изогнув шею, я смог увидеть нового гостя из-за спины Бена, который развернулся лицом к новичку.

Рассмотрев того, кому я обязан небольшой отсрочкой, я испытал смешанные чувства: с одной стороны, среднего роста улыбающийся толстячок не выглядел тем, кто может себе позволить безнаказанно отвлекать Бена от его жертвы. Мешковатая куртка была явно не по фигуре: узкая в плечах и животе она глупейшим образом облегала своего владельца. С другой, он все же выгадал мне несколько минут, пока Бен будет вбивать его в пыль...

Незнакомец стоял напротив Бена и улыбался, но как он это делал! Столь искренней улыбки Я не видел уже очень давно! Этот толстячок прямо излучал вокруг волны дружелюбия!

Невыносимо картавя, он пытался что-то объяснить. Прислушавшись, я с изумлением понял, что этот чудак просит Бена и его товарищей, как истинных джентльменов, отпустить меня! Cей факт поразил, судя по всему, не одного меня, ведь иначе я никак не могу объяснить бездействие Бена. Или он попросту не сразу разобрался в ужасной речи чудака.

Но долго это продолжаться не могло...

- Ты чо, типа его защищаешь?! Так на! - завершился этот односторонний разговор, и Бен, замахнувшись, ударил толстяка кулаком в лицо.

Я с извращенным удовольствием уставился на раскрывавшееся передо мной зрелище, ведь когда можно будет полюбоваться на то, что ждет тебя же, но чуть позже?

Однако дальнейшее совершенно выбило меня из колеи...

С той же улыбкой, которая, казалось, стала еще шире, толстячок отклонил голову в сторону, а неизвестно откуда оказавшаяся в его рука палка с хрустом врезалась в нос Бена, заставив его голову резко мотнуться назад.

Бен, пытаясь сохранить равновесие, судорожно отступил назад, при этом его руки рванулись к пострадавшей части тела. Вот только незнакомец не собирался останавливаться на достигнутом. Металлическая палка снова и снова врезалась в голову и бока Бена, пока тот, словно упавшая балка, не рухнул на землю. Весь бой не занял и минуты!

Однако впечатлило меня отнюдь не скорость, с которой толстяк расправился с Беном, хотя и это тоже. Улыбка. Она была все такая же искренняя даже тогда, когда Бен уже был готов, и он наносил последний удар, окончательно разбивший лицо его противника. Более того, если бы не обстановка, показалось бы, что он в высшей степени рад встречи с ним...

Товарищи Бена было шагнули вперед, но, увидев радушное выражение толстяка, с которым он повернулся к ним, быстро подняли руки и спешно отступили, прихватив с собой Бена.

Я с трудом перевел дух и собрался было уходить, когда тот же жизнерадостный голос раздался уже за моей спиной:

- Извг-ините! Вг-и как раз мг-е нужг-ны...

Конец отступления.


Маленькая потасовочка прошла достаточно тяжело для меня. Небольшая одышка, участившийся пульс и тянущиеся мышцы определенно намекали, что я давненько серьезно не тренировался в спаррингах.

Ранее упоминалось, что поддерживанием себя в форме я все же занимался. Но одно дело сила мышц, другое - их гибкость и скорость.

Эти параметры я забросил почти с окончания института... Я все же аналитик, не оперативник, а дальнейший рост в званиях окончательно похерил мои таланты в нанесении вреда ближнему своему руками и ногами...

Хотя, надо отметить, что некоторые навыки все еще хорошо работают...

Ну что за черная неблагодарность? Я посокрушался местными нравами и рывком ухватил моего будущего подчиненного за воротник. Его стремительное исчезновение не входило в мои планы.

Однако у сего человека были совершенно другие намерения.

Дернувшись всем телом, он вывернулся из моей хватки и... согнулся пополам, жадно хватая широко раскрытым ртом воздух, которого ему внезапно стало не хватать. Все же сильный удар в живот действует именно так.

Прихватив моего нового знакомого за локоток, я чуть ли не волоком отвел его в сторону.

Дальнейшие десять минут потребовали от меня все мое знание английского языка, а также все свои навыки по убеждению. Изрядным минусом в этот процессе было откровенно паршивое знание нового языка. Благо хоть он имел немало общего с английским, иначе...

Под конец Стивен, а именно так звали моего знакомого, все же выразил согласие с новой "политикой партии".

После чего он взял на себя роль ведущего, и мы двинули.

Разговаривать нам пока что было не о чем, да и языковой барьер никто не отменял, поэтому мы молчали. Постепенно начало темнеть. Видимо, время, когда я очнулся, было уже в конце дня.

Откровенно бедняцкие кварталы сменились на поистине чумной ад.

Спустившись по очередным деревянным стропилам, небрежно вкопанным в землю, я подавился воздухом, беззвучно открывая рот и бессмысленно лупая глазами: Вонь. Вот то немного, что пришло мне на ум.

Отвратительный запах разложения и нечистот был столь силен, что даже, несмотря на то, что этот мир не радовал меня приятными запахами, это было уже слишком...

Стивен, заметив, что я не иду, повернулся, а увидев мое состояние, еще и поганенько ухмыльнулся.

Э, нет! Так дело не пойдет. С такими как он слабость показывать нельзя...

- Стив-гьен, что тьебя так рассмя-шильо? Скажьи, й-я тожье не прочь посмеяться, - произнес я и приправил откровенно угрожающий тон широкой улыбкой.

- Ничего, - быстро сказал он и излишне поспешно ретировался, продолжив вести дальше.

Кто сказал, что угрожающий тон страшнее доброй улыбки? Уж точно не тот человек, который умеет ею пользоваться. Когда угрожающий смысл слов не сходится с благожелательным выражение лица говорившего, то человек испытывает когнитивный диссонанс.

В таком состоянии человек достаточно уязвим, что и упрощает процесс по манипулированию им.Главное в этом деле: искренность. Ваш оппонент не должен чувствовать фальши ни в первом, ни во втором случае, иначе вся система пойдет в разнос... А если к полученному приему добавить репутацию, социальный статус или похожие моменты, то вероятность успеха лишь увеличиться...

Так, забивая себе голову всякой всячиной, пытаясь отвлечься от окружающей вони, мы и достигли места ночлега.

Длинное деревянное строение, являющиеся внебрачным ребенком сарая, барака и деревянного дома, построенного по чертежам самого Сальвадора Дали, коль он бы решил заняться строительством. Многочисленные деревянные пристройки, находящиеся как на земле, так и выше. Некоторые уже покосились, поэтому к ним сделали подставки, которые, как кости скелета рыбы неизвестной природы, торчали вокруг здания. Венчало же это огромная черная труба.

Дальше я приведу разговор, состоявшийся между хозяином ночлежки и моим подчиненным. Конечно, за полную достоверность я не ручаюсь, ведь знания языка в то время у меня желали лучшего, поэтому непонятые предложения я домыслил по ситуации.

- Крыса, ты ли это? А мы все думали, что твой болтливый язык болтается у Бена на веревочке!

- Заткнись, Толстый! - огрызнулся Стив, бросив по сторонам опасливый взгляд. - Твое дело содержать ночлежку, а не болтать попусту...

-Ты меня еще поучи, падаль! - вскинулся толстяк и угрожающе шагнул к тут же попятившемуся Стиву. - Понятно?!

- Понятно- понятно... - прогнусавил Крыса, после чего опасливо продолжил, - Можем мы с моим знакомым переночевать?

Толстяк широко приоткрыл свои заплывшие жиром глазки и громко захохотал, хлопая руками по своему объемному пузу:

- Кого-кого?! Знакомого?! Ах-ха-ха!!! Кто согласился пойти с тобой, а крыса?! К тому же, все знают, что я не даю кров кому попало! Лишь после поручительства двух человек. И ты, крыса, не тянешь даже на одного, - под конец он стал абсолютно серьезен.

Чего-то подобного я и ожидал, благо на этот исход у меня была небольшая сценка...

- Сегодня хол-оший денеьк мистьер... Я с... Клысой ньекоторое время побьуду у вяс, вы же понимаете о чем йя?

При произнесении этих слов я как бы невзначай выпрямился и приподнял подбородок вверх, взгляд презрительно оглядел одежду, а использованием обращением "мистер" и голосом намекнул на... то, что додумал сам хозяин. И он не обманул моих ожиданий.

Отметив у меня дешевую и грязную одежду, специально коверканную речь, неправильное поведение, да еще и явный намек, он пришел к определенным выводам, которые были в корне неверны, но, тем не менее, выгодны мне.

- Что ж... - хозяин сделал паузу, - Не знал, что ты, крыса, связался с... - он оборвал себя, - Входите.

Быстро взглянул на сбледнувшего Крысу, который, судя по всему, также провел логическую цепочку и пришел к тем же мыслям.

Я уже проходил толстяка и, чтобы Стив ничего не услышал, тихонько шепнул ему:

- Дьумаю, ви понимаьете, что распространьятся о моем прьебывании здьесь не стоит?! Могу покльясться чьестью, что никто из тех, кто останавливается здь-есь меня не итьерес-ует...

Лицо толстяка чуть разгладилось, после чего он уже более-менее успокоено кивнул.

Пока шел наверх, в полной мере прочувствовал запах сивухи и наслушался пьяных воплей и даже небольшой драки. Да-а-а... Кто бы мог подумать, что так сложится моя дальнейшая жизнь...

Наша комната оказалась на втором этаже. Небольшой грязный закуток без какого-либо признака мебели, с несколькими валяющимися на полу матрасами, аж черными от грязи и пыли. Кроме расположившегося в дальнем углу Стива, никого больше не было, может, подойдут потом?

Выбрав самый чистый матрас, я с удовольствием на него опустился, распрямив ноги; увидев же открывающего рот Стива, который все это время настороженно сверлил меня взглядом, я его оборвал:

- Ньет.

- А... - обиделся Крыса.

- Обманул толстяка, чтёбы он про-пустил мьеня.

- Ну ты... Ну вы, сэр, и дали! Обмануть самого толстяка Джо! Такое не каждый может! - ошарашено пробормотал Стив, несколько иначе посмотрев на меня.

Я иронично хмыкнул: лесть. Проблема в том, что я слишком часто пользовался ей сам, чтобы теперь не чувствовать ее в чужих словах...

- Если бьудешь держаться мьеня, то такьие как этот толстьяк будут считаться с тобьой. А тьеперь спать!

Подождав, пока Стивен уснет, я немного расслабился. Железные цепи, сковывающие меня, чуть-чуть отпустили, и я смог немного успокоиться. Сам не заметив когда, я провалился в сон.


## Глава 3. Язык и дела криминальные.


Знакомого звали Стивен Фрак и он был еще той крысой. Самоуверенный и вместе с тем трусливый, наглый и готовый в любую секунду предать, льстивый и лживый... Список его недостатков можно продолжать долго, а при особенно сильном желании даже написать небольшую книжку.

Однако у него были и хорошие стороны, которые меня примиряли с его минусами. Хотя что значит хорошие? "Хорошесть" понятие относительное, для кого-то так и есть, а для кого совсем не так. Хорошие они были для меня, ведь благодаря его трусости он не мог и помыслить, чтобы напасть или каким либо другим способом причинить мне физический вред.

Другое дело, опасность быть преданным и оказаться в застенках полиции или спецслужб. К моей несказанной радости все оказалось куда проще и наивнее, чем я ожидал. Ориентируясь на то, как ведутся дела в моем мире, я инстинктивно перевел это и сюда. Как оказалось зря.

Мне стоило бы вспомнить, что нам рассказывали на уроках истории посвященных развитию спецслужб. Если не вдаваться в конкретику, то по настоящему некий пробой наметился лишь в начале двадцатого века.

Несоизмеримое влияние оказала первая мировая война. Война двигатель прогреса, как то так, да? Возможно... Человечество всю свою сознательную жизнь воевало: против тех парней за холмом, против тех, кто за морем, против тех, кто на соседней улице.

Локальные конфликты, мировые войны, гражданские войны, революции... Все это подталкивало человека вперед: ученые изобретали новое оружие, а уже на его основании появлялось и что то для мирной жизни, правда бывало и наоборот.

Так и спецслужбы развивались на основе крови, ударов в спину, подлости и недоверии, чуть позже дополнились безжалостностью полевых допросов и расстрелами предателей которых на мировых войнах было более чем достаточно...

Этот мир еще не прошел ужасы и мутации Земли, но и райским местом я бы его не назвал.

И не смотря на то, что большинство людей было полностью беззащитно перед спецслужбами даже боше чем в моем мире, здесь я был в куда большей безопасности.

Как я уже сказал ранее искусство разведки и шпионажа лишь начало свой "победоносный" путь. Конечно, где-нибудь во дворце Короля находится еще тот змеиный клубок. Но на простых граждан это почти и не влияет.

Вот только здесь имелись свои недостатки, которые были исправлены хотя бы для большей части населения развитых стран: бедность, нищета и почти полное отсутствие таких вещей как права... Однако, для меня рожденному на сто лет позже это было дикостью и варварством.

Думаю вы все знаете, что такое профсоюзы и трудовое право? Если нет, то я поясню, как эти понятия представляю я: это свод законов, которые по идеи направлены на облегчение жизни трудящихся и не дающие работодателям творить беспредел, к слову, это работает в обе стороны. Профсоюзы же это организации которые заботятся, чтобы законы трудового права соблюдались.

Да, мое определение наивно и отражает лишь часть от всего смысла. Но, я искренне сомневаюсь, что оно не верно.

Для нас эти понятия очевидны и непреложны, возможно, мы не верим в их действенность или в то, что начальству придется что-то там выполнять... Вот только так или иначе у нас есть страховка! В зависимости от ситуации тонкая как шерстяная нитка или прочная как стальной канат, но есть!

В этом же мире ничего подобного еще не было, а если и пыталось быть создано, то... Безжалостно затаптывалось.

Скажете незаконно? Будете жаловаться? Кому? Королю? Да ради бога! Он с радостью отправит вас на плаху, ведь ваши возмущения это самая настоящая критика действующей власти, то есть власти короля! А никакого равноправия и близко еще нет!

Скажете, что этого не может быть? Ведь в Англии сто лет назад...

И тут я вас прерву: в Земной Англии, не в этой. В Англии мира Терры законы сформулированы иначе и государственный порядок иной...

К тому же, шанс, хотя бы увидеть короля стремится к почти отрицательной величине.

Конечно мой личный гид, по прозвищу Крыса знал не сказать, чтобы много, но он в лучшую сторону отличался от почти всех бедняков, горбатящихся за краюху хлеба и стакан чистой воды.

В детстве он даже научился читать и писать в одной из школ построенных возле церквей. Что было достаточно сложно если учесть то как там преподавали, а точнее лениво бросали крошки знаний не особо заморачиваясь, как много поймут их ученики.

Интеллектуальный толчок привитый с детства заронил в душу Стива желание знать больше. А так как в университеты попасть шансов не было никаких, то он выбрал другое направление, а именно: сбор сведений о мире вокруг. А уже позже для того, чтобы вообще питаться, сбор информации и окружающих людях и торговля этим.

Но вот беда, если этот бизнес неправильно поставить, то вместо уважаемого человека можно превратиться в... Доносчика. Презренного человека, которому никто не доверяет и все презирают. Поэтому то, когда я протянул ему руку помощи он тут же за нее ухватился! Правда я никогда не выпускал из другой руки увесистую дубинку, которую совсем не скрывал...

Позже я не раз восхищался своей интуицией, которая побудила мне прийти на помощь этому доходяге...

Начнем же по порядку. Этот мир называется Терра и многие стран о которых я узнал называются также как и у нас, а именно: Германия, которая оказывается граничит ПО СУШЕ с Англией, Франция, Россия и Италия... Поднапрягшись, Стив смог выдать еще несколько фактов, какая страна вроде как граничит с другой. Географии он, как не жаль, не учился и карт в жизни не видел.

Откуда у Стивена даже такие познания? Ведь я более чем уверен, что задай я такой вопрос обычному работяге с ближайшего завода и он бы максимум вспомнил лишь одну две страны, на этом о представления о мире и заканчивались .

Морской порт! Работа в порту разнорабочим и не такое может дать. Ведь матросы со всего мира приезжают в торговые порты Лондона и внимательный слушатель может многое узнать от матросов.

Ах да! Повезло мне очнуться не где то на куличках, а в центре Английского королевства! Никакой Ирландии нет и в помине, а Шотландия давно и окончательно аннексирована, поэтому здесь нет никакого "Соединенного королевства".

Также у этого мира есть одно существенное отличие, которое напрочь разбивает все мои представления о том, как должна развиваться история Англии здесь. А нет! Я не прав, целых три отличия.

Первое, Англия не остров, а полуостров... Прониклись? Я вот проникся... По тому как осекся Фрак когда мне это рассказывал можно было судить по выражению моего лица...

Оказывается Англия нижней частью граничит впилась в Германию, мои не сказать, чтобы большие знания географии шепчут что-то про Нидерланды, но видимо на Терре их нет или они составляют часть великой Германской Империи. Именно так с заглавной буквы. Правит же этой великой страной Кайзер Фридрих Третий.

И взаимоотношения этих двух стран желают лучшего...

Второе заключается в отсутствии нового света. Во всяком случае на все мои вопросы про Америку или открытую новую землю, переселенцев натыкался на полное непонимание вопроса! Об этом еще стоит подумать, но уже и так понятно, что у Англии явные проблемы... Ведь всей своей мощью и величием эта страна обязана дойкой своих колоний. Золото и ресурсы стекались к этой островной державе и позволяли ей делать вещи, экономика других стран которых даже не могли мечтать. В этом же мире ничего подобного скорее всего нет... Разве что Индия... Мало информации...

И наконец, третье отличие как вы можете уже догадаться заключается в тех летающих корабликах, которые держаться в воздухе вопреки какому то здравому смыслу.

Причина этого оказалась еще более удивительной чем изменившаяся география, а именно: совершенно другие законы физики!

Небольшое отличие, а какие последствия! Припоминаете, не так давно я удивлялся странным формам и размерам дымовых труб? Оказывается этому есть объяснение, да еще какое!

Проведем экскурс в физику, предмет для кого-то интересный и позволяющий окунуться в тайны природы и увидеть глубинную связь между всем сущим или еще той морокой, которую надо выдержать, чтобы перейти в другой класс или другой курс.

Тем не менее в большей случаев в нашей памяти остается часть информации, которая предоставляется учителями или профессорами.

Частенько эти знания как либо связаны с нашей повседневной жизнью... Но не суть.

Слышали вы когда-нибудь при какой температуре кипит вода? Я, право слово, сомневаюсь, что вы этого не знаете, но все же отвечу: при сто градусах по Цельсию при нормальном давлении. Не будем углубляться в такие частности почему давление нормальное или нет, это пока не важно.

Возьмем кастрюлю с водой и нагреем воду до ста градусов по Цельсию. Что произойдет? Вода начнет испускать пар, который станет подниматься вверх, так как горячий воздух легче холодного.

А что такое пар? Это одно из агрегатных состояний воды, газообразное если точнее. Молекулы воды распространены в определенном объеме.

Бурление же воды в кастрюле обусловлено стремлением водяного пара, образовавшегося внутри жидкости, ее покинуть.

Я вижу вас начинает уже раздражать мои пространственные рассуждения? Поэтому перейду к сути.

На Терре при достижении паром температуры 100 градусов происходит некий пробой или прорыв при котором их летучесть повышается во много раз по сравнению с обычным газообразным состоянием!

И конечно же у этого есть последствия! Вы поставили чайник с водой кипятиться? Будьте готовы к тому, что это чайник пробьет нехило по вашему потолку. Хотите вкусного супчика и прикрыли крыжкой? Старайтесь пробираться ползком, ведь внезапно рванувшийся пар способен отправить эту саму крышку вам в голову с достаточной силой! Ваша бойлерная случайно превысила температуру в сто градусов? какая жалость, но крышу давно надо было поменять...

Также стоит учитывать, что в воздухе так или иначе имеется какая то влажность и в ваш камин вполне возможно попадет такой воздух... После чего резко рванет вверх. Безусловно, его концентрация смехотворна, но трубы надо делать покрепче...

Судя по всему именно этим правилом обусловлены многочисленные крепкие дымовые трубы.

Мое же знакомство с этими тонкостями прошло достаточно... Экстравагантно...


Отступление.

- Что вы туда добавили?! - Я, все больше охреневая, смотрел на то, как чан с "общаком" шипя подергивается стремясь сорваться с десятка крепких скоб, которые его прижимают к огню.

- Как обычно... - Растерянно проворчал Толстяк, недоуменно на меня посмотрев. Но вспомнив что-то он глянул с заметной долей издевки... Видимо он решил, что дело в наполнении общака и начал злорадствовать, что такой "господин" как я никогда не ел в таких условиях...

Думаю, нужно рассказать что такое "общак". Для большинства живущих даже в бедных районах есть ежедневно и досыта было неосуществимой мечтой, что уж говорить об жителях трущоб к которым относились и я с Крысой. К тому же, далеко не у всех имелась возможность приготовить горячу пищу: уголь был дорогим, а дерево еще дороже...

Поэтому было принято готовить в общем чане у человека у которого он собственно имелся. В такие чаны забрасывалась хоть сколько-нибудь съедобная еда. после чего долго варилась, пока все не превращалось в однородную массу. Затем это делилось и елось. Если ты ничего не принес, то к трапезе не допускался. Это и называлось общаком.

Теперь то вы представляете, что за варево я в дальнейшем ел...

Но смутила меня отнюдь не еда, а именно поведение чана. Ранее я удивлялся странной форме трубы теперь же, глядя как из специальных отверстий со свистом вырывается пар и на огромной скорости ввинчивается вверх, уже не был удивлен.

Странные металлические крепления для посудины вызывали у меня лишь недоумение по началу, сейчас понимание.

Также была необычна скорость с которой чан закипел. Стоило появится первой струйке папа как процесс пошел лавинообразно! И чан за несколько секунд кипел уже так будто прошло уже минут двадцать!

- Босс, я потом тебе все объясню... - Раздался с боку тихий голос Стива на что я лишь заторможенно кивнул.

Уже позже слушая объяснения Крысы у меня в голову сложилась прочная картина мира, но тогда я был поистине растерян.

Еще одним стоящим упоминание моментом служил полный пофигизм Стива, касающийся моего полного не знания мира.

Как я потом спрашивал, Стив изначально думал, что я иностранец, потом, что я душевнобольной, а уже затем, через несколько лет, он догадался, что я не из этого мира.

На мой закономерный вопрос: - А почему ты никак не отреагировал?! - Он лишь отшучивался и несмотря на все мои попытки он так и не рассказал, почему он так себя вел с практически незнакомым ему человеком... -

Конец отступления.


Примерно в это же время я и выбрал имя и фамилию, по которым меня должны были знать в этом мире.

Вопрос, надо сказать, был довольно своеобразным... С одной стороны, носит свое прошлое имя и фамилию здесь, не было никакой возможности, с другой, привыкать к новым инициалам... Еще та морока. Конечно, сам я этим не занимался, но знающие люди рассказывали.

Как это не смешно, но многие проваливались просто из-за того, что забывали среагировать на обращение по "новому" имени.

Следовательно, нужно подобрать инициалы так, чтобы в голове осталась достаточно ассоциативных цепочек.

Начать решил с фамилии, как с самой сложной части. Косыгин является производным от слова косой... На английском звучало бы как Слантин. Но на Терре произношение несколько иное: Слэнтин.

Теперь имя и тут меньше всего сложностей: Андрей - Эндрю.

Как итог Эндрю Слэнтин! Теперь надо умудриться привыкнуть...

Как таковых, личных средств у Стивена было немного, поэтому он смог потренировать меня в языке и рассказывать об окружающем мире, а также гулять по городу всего лишь неделю, по окончанию которой у него кончились деньги. И нам волей неволей пришлось покинуть гостеприимный дом Толстяка.

Тот, надо признать, за все время не преподнес никакой пакости, как я подспудно от него ожидал, а один раз даже помог, когда один алкаш придрался к Фраку.

Но не это важно, а важно то, что нам пришлось отправляться на заработки.

Почему "нам"? Ведь он все же мой подчиненный, хоть и не совсем добровольный... По правде говоря, я даже не задумывался над этим. Всю свою жизнь я старательно работал, возможно моя "работа" была не самым чистым занятием, но тем менее я отдавал все свои силы и никогда не был нахлебником.

И более того, презирал людей, которые имея руки, ноги сидят на шеях своих родных и отказываются идти работать. Никогда таким не был и не собираюсь становиться.

Стив, если и был удивлен, то никак этого не показал. В последнее время он предавался черной меланхолии из-за полностью потраченных скопленных им средств.

Я и Стивен были работниками почти самого низкого пошиба, находясь выше по социальной лестнице разве что калек и увечных, потерявших какие-то части тела на производстве. Разнорабочие и грузчики, вот наш максимум. И для первого нужна была хорошая репутация...

Надо ли говорить кем мы стали?

И если Стивен Фрак после целого дня ворочанья тяжеленных мешков, деталей и лопат был еще более менее, то я еле шел.

С иронией подумал о том, что на Земле несколько раз пытался бороться с лишним весом и даже были некоторые успехи, но окрыленный удачами я забрасывал "методику" и все возвращалось к исходному значению. То есть этакому плотному толстячку, которого нельзя назвать жирдяем, но и нормальным тоже.

Терра же предоставит мне возможность похудеть в кратчайшие сроки! Если не сдохну по ходу...

Знаете... Одно дело знать, что люди жили плохо, другое дело жить... Смешно, да? какие прописные истины я говорю, да? Да-а-а... Смешно... А мне вот совсем не смешно.

С каждым днем проведенным в этом проклятом Лондоне, с каждой каплей пота появившейся от грубой физической работы, с каждой порцией Общака, который я давясь от отвращения закидываю внутрь себя, я чувствую постепенно накатывающее отупение...

Получая те крохи, что можно было заработать за целый день работы грузчиком, нельзя было даже накопить хоть сколько-нибудь деньжат. В лучшем случае под вечер купишь достаточно еды которую сможешь съесть без общака... В худшем же хватит лишь на обрезки и объедки...

Что представляет собой жизнь бедняка? Это планомерный путь к смерти. Никаким самураям даже не снился настолько прямой путь к смерти!

Вся жизнь бедняка построена так, чтобы он как можно быстрее отдал концы!

Начнем с рождения среднестатистического городского бедняка. Знаете с каким забавным фактом я столкнулся?

По окончанию третьего рабочего дня я и Стив пробирались к ночлежке Толстяка Джо и на одном из поворотов мне предстало такое зрелище: на подгнившем крыльце сидит потасканного вида женщина и с задумчивым видом пытается зашить рубашку лежащую у нее на коленях. Ранее этот вид одежды видимо был белым... Ну или на крайний случай серым. сейчас же этот кусок ветоши представлял собой все оттенки от черно серого до полноценного черного, а расползающаяся ткань определенно намекала на то, что ее пора выбросить или даже сжечь.

Вокруг занятой женщины лазают и играются на дороге прямо в грязи сразу несколько замызганных по самое не могу детишек в возрасте от двух до четырех. Одежды у них не было.

Вдруг один из карапузов отполз чуть в сторону и что-то поднял. И я с отвращением понял, что это кусок окаменевших нечистот и сунул себе в рот!

- Женщина! У вас ребенок отравится! - Крикнул я, передергиваясь.

Та, лениво глянув на свое чадо неразборчиво крикнуло и он пополз обратно.

Не знаю зачем, но я начал ее отчитывать: - Почему вы не следите за своими детьми?! Еще немного и было бы поздно! Кто знает, что за зараза там была! -

На что я получил искренний в своем недоумении ответ: - И что? Половина из них зиму не переживет. Они еще даже имена не получили. - Женщина видимо напугавшись моего вида, быстро скользнула внутрь халупы, бросив детей на улице, а чуть погодя на свет вышел ее муженек.

Убедив его, что ничего не случилось, я отстраненно услышал звук крепкого подзатыльника и мат уставшего мужчины, которого дура жена подняла ни про что.

Я не скоро отошел от шока. А когда начал уточнять, то будто почувствовал бездну, которая находилась у нас под ногами.

Оказалось, не принято давать детям до пяти лет имена, чтобы, как говорится, не привязываться! Огромная смертность среди детей привычное явление и в этом нет ничего странного!

Нехватка еды, полная антисанитария, наплевательское отношение и это еще не весь список. Удивительно, что тут вообще имеется хоть какой то прирост населения...

А если продвинуться дальше? Что ждет подросшего ребенка-бедняка? Та же работа на заводе в котором почти и не обращают внимания на то, что он ребенок и спрашивают по полной...

Рвя жилы и работая на одной силе воли бедняк каким то чудом становится взрослым, что его ждет?

О-о-о! Его ждет много веселых вещей! Как я уже упомянул: антисанитария и плохая еда. А теперь смело добавьте к этому плохую экологию! Угольный смог, смешиваясь с парами нечистот впадающими в Темзу, почти не рассеивается в бедных кварталах Лондона. И люди этим ежедневно дышат! И даже пьют воду из этой же, проклятой Темзы!

Не многие доживают даже до сорока...

Основной приток населения идет из деревень, где наивные крестьяне надеяться, что в городе лучше...

В очередной раз разговаривая с одним таким "переселенцем", я понимал, что выбираться из города и становиться крестьянином тоже не лучшая идея.

Феодалам Англии было еще больше плевать на своих подданных чем городским властям, но тут хотя бы была иллюзия законности, там же законом были сами феодалы...

С другой стороны за пределами города исчезала вероятность выхаркать свои легкие из-за ядовитого смога...

Однако я еще не закончил расписывать все прелести бытия бедняком в этом мире!

"Изюминкой" на торте творившегося здесь я считаю опять же детей. Но не маленьких, а подросших и начавших себя осознавать.

Они оказывались на улице по разным причинам: кого-то выкинули из дома родители, которые были не в состоянии его прокормить, у кого-то умерли родители, что было не редкостью, а кто-то сбежал из приюта.

И поверьте, то, что я слышал об этих "Частных предприятиях по оказанию помощи детям лишившихся родственников или крыши на головой, под приглядом короны", говорило лишь одно: надо всеми силами стараться туда не попасть.

Пища и кров будут обеспечены... Но каторжники в шахтах работают примерно в таких же условиях... По задумке тех, кто создавал подобные учреждения, они должны быть полностью самоокупаемыемыми. Следовательно дети почти двенадцать часов в сутки занимались пошивкой, стиркой и другими работами из которых владельцы "приютов" могли получить прибыль и крохи скинуть на то, что были рабочие не сдохли с голоду и были одеты.

Наказания за пререкания, не сделанную работу или испорченный товар были по настоящему жестоки. Детская смертность в приютах была привычным явление и многие решали, что лучше сдохнуть от голода на улице, чем под палками в карцере за неправильно сделанную работу.

Но тут появляется такая приставка как "...под приглядом короны". Наверное, изначально это планировалось как наличие высшей инстанции, которая должна была проверять эти частные заведения на то, чтобы дети проживали в них хорошо...

Теперь же полицейские поймав ребенка-бродягу силой уводят его в приют, может быть даже не задумываясь над тем, а что же будет с беглецом попавшим обратно в ад?

Спустя две недели жизни на Терре я понял, так дальше продолжаться не могло. Творившаяся вокруг несправедливость, горе и отчаяние сотен тысяч людей в городе и миллионов по всей стране, а также то, как я сам жил расставило все по местам.

И я решил: Если у меня не получилось изменить что-то на Земле, то я попытаюсь сделать это здесь.

Но на одной решимости и желании идти до конца мало, что можно было сделать. Нужны были союзники, ресурсы, база, информация и еще множество вещей которых у меня не было.

Однако еще на Земле я руководствовался правилом: глаза бояться, а руки делают.

Здесь же у меня просто не было права на страх...

Отступление.

- Мистер Слэнтин, вы уверены? - В очередной раз переспросил крыса, который отчаянно трусил. Это было видно по его мельтешащим рукам и бегающем взгляде, который перескакивал с его босса на окружающие дома.

- Стив... - Чуть устало протянул Эндрю Слэнтин: - Ты задаешь этот вопрос уже четвертый раз... Неужели ты сомневаешься в моей возможности выполнять то, что я запланировал? - Совершенно обычный вопрос, заданный спокойным уверенным тоном заставил Фрака почувствовать предательский ком в горле.

- Нет, босс! Я ни капли не сомневался! -

- Вот и хорошо... Ты помнишь, свою роль? -

- Конечно, мистер Слэнтин. - Стив аж подпрыгнул от переполняющих его чувств.

Эндрю лишь скупо усмехнулся и сходу толкнул дверь в паб, где по слухам так любил сидеть Бен со своими дружками после тяжелого рабочего дня.

Но заранее прикормленный беспризорник заранее сообщил Крысе, а тот своему боссу о том, что Бен в пабе.

Дети улиц уже начали узнавать о господине, который дает мелкие поручения и самое главное, расплачивается за них. Никто из них даже не подозревал, что это начало чего-то большего...

Получив немного еды радостный пацан убежал прочь, Эндрю прихватив Крысу двинулся на встречу, которая должна была решить очень многое... Если не все.

Пацан не соврал и Бен и впрямь был здесь и во главе стола со своей компашкой с явным удовольствием тянул пиво.

Подошедшего Эндрю они узнал сразу судя по напряженным позам.

Стол за которым сидели Бен с товарищами предназначался для четверых человек по два человека на скамью, по обе стороны стола. Главарь сидел напротив своих подчиненных и непосредственно к нему подошел Эндрю.

- Добрый вечер господа, я могу присесть? -

Замешкавшись на секунду Бен растянул губы в хищной усмешке, которая особенно сильно выделялась на начавших спадать синяках: - Конечно, присаживайтесь "гос-под-ди-и-ин" он издевательски протянул последнее слово и немного подвинулся.

- Благодарю. - Вежливо поблагодарил его Слэнтин проворно садясь за стол, после чего поднял руку: - Мне пожалуйста пива! -

Через минуту его заказ был доставлен, а официантка испуганно ретировалась прочь. А судя по тому, как спешно очищался паб все тоже начали догадываться о намечающемся действии.

Наконец тишину прервал сам Эндрю, отставив кружку с пивом в сторону: - Неплохая сегодня погода, ты так не считаешь? -

Бен неотрывно смотревший на пьющего, скрипнул зубами: - Погода так себе! Ты че сучий выкормышь, решил, что если один раз случайно меня победил можешь свободно говорить со мной?! Так я! - Он было начал подниматься.

- Тихо! - Внезапно рявкнул Слэнтин и сильно ударил по столу раскрытой рукой, Бен замер. Мгновенно став спокойным он продолжил: - Выслушай меня, а уже потом мы будем разбираться кто прав, а кто виноват. -

Несколько секунд раздумывая, Бен раздраженно опустился обратно: - У тебя немного времени толстячок. Пока я пью это пиво. - Кивнул на большую кружку где плескалось еще две трети.

- Хорошо. - Ничем не показав своего раздражения продолжил Эндрю: - Тогда я скажу в чем смысл того, что я пришел сюда. -

И замолчал и молча ровно до того момента, как Бен уже готов был взорваться, после чего сказал лишь одно слово: - Деньги. -

Видя, как его слушатели и впрямь заинтересовались он продолжил: - Деньги... Деньги... Деньги... То чего вечно не хватает и я знаю как это исправить. -

- Что же ты сейчас сидишь с нами? А не пьешь где-нибудь дорогое вино?! - Пошутил Бен и сам захохотал над своей шуткою, а громилы по ту сторону стола лишь вторили его смеху.

Дождавшись тишины Бен продолжил: - Потому что я не могу сделать это в одиночку или даже вдвоем. Нужно больше человек для дела... -

- Ври больше! - Оборвал его главарь: - Все знают кто ты! Ты же... -

- Толстяк Джо. - Понимающе кивнул Эндрю, заставив Бена осечься: - Это же он тебе рассказал эту неправду? Я скормил ему эту ложь лишь за тем, чтобы попасть в ночлежку и... Чтобы он задавал меньше вопросов о том, кто я... -

Бен с недоверием уставился на совершенно непонятного для него толстяка. С одной стороны никакой опасности он от него не чувствовал... С другой же, именно он лежал на земле после первой потасовки. Да и то, что он знает слова толстого... И разговор о деньгах...

В больших, но неповоротливых мозгах Бена все эти выводы никак не могли сложиться в одну картину, поэтому он не знал, что делать.

- Бен... - Мягко начал Эндрю: - Я знаю как дать тебе настоящее уважение... -

- Меня и так уважают Или ты...! - Рявкнул Бен, нахмурив брови.

- Бен, не нужно этого. "Бояться значит уважают" - Это верное утверждение... Но уважение замешанное на страхе не долговечно и... Как бы не настоящее, напускное. Стоит кому то заплатить и те, кто тебя бояться тут же сдадут... Не так ли? -

- Да... - Заторможено протянул главарь, но тут же опомнился: - Говори прямо! Хватит крутить задом как портовая шлюха! -

- Вы как всегда велеречивы мой друг. - Не моргнул и глазом Слэнтин: - Но перейду к сути: ты со своими подчиненными обязуетесь подчиняться мне и принять мое главенство, я же в свою очередь обязуюсь сделать вас уважаемые людьми и, чтобы у вас в карманах звенели не обычные пенни, а полноценные фунты. -

Бен зло ощерился: - А что нам мешает выбить из тебя такого умного все, что ты знаешь, а потом прикопать тебя за этим пабом? - Громилы напряглись.

- А насчет этого варианта... - Слэнтин поправил рукава куртки и наклонился к Бену и шепотом продолжил: - Ты ничего обо мне не знаешь... Мистер... В моем рукаве спрятан нож и поверь. Он окажется в твоей печени раньше, чем ты успеешь двинуть рукой... - Вернувшись обратно и уже в полный голос: - И не знаешь о причинах, побудивших меня попасть сюда, но... Навыков я не растерял и этого хватит на моих врагов и исчезновение из этих мест. - Глазами показал на опущенную руку, кисть которой была скрыта рукавом.

Громилы не понимающе смотрели на своего главаря, который неожиданно стал чрезмерно задумчивым.

Бен был обычным хулиганом лишь начавшим свой путь к "званию" бандита, однако он уже отнимал деньги и не особо задумывался о будущем. Противников среди местных на трех улицах, которые он контролировал не было, да и среди пришлых тоже. Ведь все были одинаково бедны и брать было нечего. Лишь изредка их шайка выбивала несколько небольших монет из карманов очередного прохожего, которому не повезло не туда забрести.

Один раз была серьезная драка с парнями с другой территории, но больше этого не повторялось. Сила и кулаки, вот, что обычно котировалось в драки. Они никогда не думали о том, чтобы покалечить или убить.

Грозясь смертью незнакомцу Бен собирался максимум начистить ему лицо, немного попинать, забрать всю одежду и все. Но столкнулся с совершенно иным отношением.

Смотря на опущенную руку, он поднял взгляд и столкнулся глазами с Эндрю и не увидел там ничего кроме ледяного спокойствия и уверенности, что его обещание будет тут же выполнено... Ни сомнений, ни жалости, ничего. Лишь уверенность, что при неудачном развитии их разговора он выйдет с крысой, а они остануться...

И Бен испугался, однако гордость заставляла его всячески пытаться сохранить лицо... Хотя бы перед своими товарищами, ведь незнакомец определенно все понял и... Был не против.

- Поверьте Бен. Я был бы рад заключить договор именно с вами, так вы согласны? -

- Да... Но если что не так. то ты за все ответишь. - Кое-как вытолкнул угрозу Бен с опаской смотя на реакцию незнакомца, но тот лишь понятливо усмехнулся и протянул руку:

- Я очень этому рад, ну тогда давайте познакомимся снова... - Громко: - Стив иди сюда к нашим новым друзьям! Меня зовут и Эндрю Слэнтин и поверьте этот день самый удачливый из всей вашей жизни...

Конец отступления.


*****


- Я расскажу полиции и уж они то вас прищучат! -

Я сокрушенно покачал головой и откинувшись на стойку кивнул Крысе.

Кроме нас пяятерых больше никого не было. Все посетители были вежливо выпровожены, а слуги и помошники заперты в кладовке, чтобы не мешались.

Стив все время косясь на меня приободрился и цедя слова продолжил запугивание трактирщика, которому не повезло держать паб, прямо по направлению расширения нашего бизнеса.

Он был уже четвертым, поэтому каждый из нашей небольшой компании уже знал свои роли и даже "отыграли" их не по одному разу.

Бен при своей силе не обладал достаточными мозгами и не мог быть лицом нашей растущей организации. Из-за этого мне пришлось искать того, кто справился бы с этой ролью. То есть человек, которого я более менее знал, которому в некоторой степени доверял и который был умнее или хитрее остальных... Благо не смотря на скудность моих подчиненных такой человек нашелся.

Безусловно, Стивен Фрак обладал очень плохой репутацией в народе: стукач и слабак. Но при желании все можно исправить или хотя бы подменить факты.

Заменой пошла слабость Фрака: теперь банда Бена неотступно оказывала ему силовое прикрытие.

Бена сложившаяся ситуация не устроила совершенно. Настолько, что он забыв мои недвусмысленные угрозы решил мне доказать мою неправоту на том, чем он владел по его мнению лучше всего. Нет, ни словами, а силушкой.

Я в последнее время посвятив все вечера тренировкам, не ударил в грязь лицом: спустя три минуты скрючившийся от боли Бен приносил мне искренние извинения. Об их искренности можно было судить по тому с каким трудом он поднимался на ноги.

Мягко пожурив (пинками донеся свою мысль до его деревянных мозгов) и посетовав на его забывчивость (угрожая ножом прошипел, что еще один такой казус и в его услугах я не буду нуждаться), я отправил его налаживать мосты со Стивом.

С Фраком же вышла несколько другая ситуация и слушая его, я не знал плакать или смеяться. Стив до дрожи боялся Бена. Он так сильно его боялся, что не мог даже говорить в его присутствии!

Осознав, что благодаря нелепой случайности весь мой план может пойти псу под хвост, я пришел в ярость.

После некоторого раздумья я придумал решение неожиданно возникшей проблемы. Закупив несколько бутылок самого крепкого алкоголя я устроил пьянку в течение которой старался всеми силами не напиться.

Задумка удалась частично: вырубился я первым, не справившись с очередной кружкой, а вот Бен и Стив продолжили бухать по черному. Таким образом очухавшись утром с ужасной головной болью и дикой тошнотой, увидел мирно болтающих подчиненных...

Будь у меня рядом огнестрел пристрелил бы на месте сук... В тот момент, мучаясь от головной боли и смотря на свежих как огурчиков мужчин, я не считал, что это того стоило.

Я же, распределив роли в своей организации, отошел в сторону, тем не менее контролируя каждый их шаг и в нужные моменты поправляя.

Теперь расскажу, собственно о идеи, которая побудила меня начать действовать.

Знаете ли вы, что такое организованная преступность? Я не сомневаюсь, что вы слышали о ней, ведь мы все знаем в какой стране живем. В стране в которой самое большое число эти самых "образований" и, конечно же "рядовых".

У этого термина есть несколько определений, но я остановлюсь на одном - это группа трех и более лиц, которые не стихийно собрались ради одного преступления, а для планомерного совершения множества "дел".

К этому можно добавить разве что наличие развитой вертикали власти или распределения ролей среди участников.

Как таковые незаконные формирования организовывались с давних времен. Возьмем, как пример, контрабандистов. Ведь любая власть найдет что запретить, а люди такие существа, что им обязательно это станет надо. И спрос рождает предложение: найдутся люди, готовые преступить закон и с риском для жизни, но за хорошую плату доставить что-то запрещенное.

Пираты и разбойники, еще один пример того как преступники объединялись для выполнения долгосрочных действий.

Но стоит отметить, что так называемые мафии, как мы их знаем возникли относительно недавно. И этому предшествовало несколько причин.

Во первых максимально отрицательное отношение населения к факту воровства и лишь в двадцатом веке капитализм изменил устоявшиеся устои.

Во вторых увеличилось народонаселение, что повлекло за собой усложнение работы правоохранительных органов.

Эти две причины я считаю основными. Безусловно, имеется еще множество моментов, вроде притока эмигрантов, которые не желая вливаться в общество организовывали все вокруг по своему разумению не считаясь с другими людьми или окончание войны, когда люди, умеющие пользоваться оружием решали, что жить по принципам войны удобнее...

Я обладал знаниями о том, как развивалось преступное сообщество и при желании мог это повторить, чем и собирался заняться. При этом самые распространенные ошибки были известны и я не собирался их допускать.

Единственное, что заботило меня по настоящему это извечный вопрос: "Тварь ли я дрожащая или право имею". Хотя в моем случае это было поставлено иначе: "Могу ли я считать, что выбрал правильный путь по изменению мира?"

Всю свою более менее сознательную жизнь, я хотел изменить мир, в одно время начал делать определенные шаги в этом направлении. И у меня было все необходимое для этого: мощная государственная машина, сотни подчиненных и готовый план... Но все это провалилось.

Теперь у меня всего трое начинающих преступников и один стукач и я собираюсь организовать преступную империю, которая даст мне фундамент для остальных моих идей.

Но можно ли воздвигать здание нового мира, если фундамент столь гнилой? Не обрушится ли все, похоронив все благие начинания под обломками?

Однако несмотря на тяжелые мысли я не имел права медлить.

Первый этап плана по становлению новой силы в городе начинался в трущобах, а точнее на подконтрольной Бену с товарищами территории.

На ней имелось четыре паба, лавка мясника, лавка бакалейщика и ночлежка Толстяка Джо.

Джо, решено было оставить на последок, как самую тяжелую цель. Первыми же были выбраны трактирщики.

Здесь не появилось каких либо проблем. Будучи ошарашенные нашей наглостью и напористостью они почти без сопротивления соглашались платить за "крышу". Мы же обязались защищать их от залетных бандитов и воров. Так что если на нашей территории у кого-то из них будет что-то украдено обращаться будут не в полицию, что и так было бесполезно, а к нам.

Крыса, заранее проинструктированный мной, заливался соловьем расписывая все прелести после заключения соглашения. И надо сказать это действовало, ведь в трущобах дозваться до полиции было почти не возможно. Лишь потратив немаленькую сумму можно было заставить "господ" снизойти до тех, кого они обязаны защищать. Теперь же, гарант безопасности был куда доступнее.

Правда, это не отменяло недоверие и ярость за отдаваемые кровные... Но внешний вид и репутация Бена делали чудеса.

- Слушай ты! Нам плевать на полицию! Ты за кого нас держишь? Мы живем здесь, неужели мы не знаем как скоро тут появится полиция если мы даже убьем тебя? -

Мужчина с опаской слушавший Фрака судорожно вздохнул.

- Но ты не бойся. Мы тебя убивать не будем, мы же не убийцы! Стивен махнул руками "быкам" и те отпрянули расслабляясь. Трактирщик чуть успокоился.

- Мы же родились и выросли в этом районе! Как мы можем убить земляка? Но и оставить тебя в покое мы не можем, понимаешь? -

- Почему?! - Выдал мужчина крик души. Все эти переходы от доброго полицейского к злому и наоборот, окончательно выбили его из колеи.

Стив изобразил сострадание... Ну как изобразил, попытался. У меня его ужимки вызвали лишь нервный тик, а вот мужик воспринял как чистую монету. Вот, что с человеком страх делает:

- Понимаешь... Все твое товарищи почти сразу согласились на наши требования. И знаешь, стоит тебе посмотреть на них под другим углом и ты тоже поймешь всю прибыль от этого. Вот кто ты был до этого? Обычным человеком, которого любой мог обидеть или обоьрать! А если ты согласишься?! Ты будешь одним из нас! Каждый из нас придет тебе на помощь, стоит кому-либо лишь косо посмотреть в твою сторну! -

Под конец Стив почти кричал и надо признать это привело к результату.

Трактирщик внимательно слушавший его в сердцах стукнув ладонью по барной стойке, возле которой стоял и заорал:

- Хорошо! Уговорили! Я буду платить, но только попробуйте не выполнить то, что обещали! - Оставил он за собой последнее слово.

- В чем вопрос! - Все бросились похлопывать опешившего мужика по плечам и говорить, какой мудрый выбор он принял.

Видимо не придя еще в себя, тот решил отпраздновать это. Сидя за столом я смотрел за тем как мои подчиненные пытались хлопнуть по задницам снующим туда сюда разносчиц, которых сразу же выпустили из кладовки, те же уже все забыв хихикали и лишь уворачивались. Краем уха услышал занимательный разговор между трактирщиком и Фраком.

- Слушай... А что вы бы сделали, если бы я не согласился? -

Стив, заранее проинструктированный мной на подобный вопрос, деланно равнодушно ответил: - А... Это... Ничего, просто к тебе бы не прише ни один посетитель. Есть методы... -

Трактирщик лишь кивнул на это, не зная что сказать.

Этот владелец питейного заведения был последним из подобных ему, кто был на нашей территории. Дальше черед настал лавочников.

Однако я не торопился. Внимательно наблюдая за трактирщиками я пытался понять кто из них, что собой представляет. Критическая ситуация в которой они оказались существенно облегчала мне задачу. Ведь не зря говорится, что настоящего друга можно узнать если вместе с ним попадете в беду. В критической ситуации с человека слетают все маски и именно в этот момент, можно увидеть его истинное лицо.

Третий по счету владелец паба меня серьезно насторожил: в его глазах я увидел страх, но вместе с ним я увидел и... Ненависть. Человек испытывающий подобные чувства опасен, ведь он способен погибнуть, но убить своего врага или разориться, но достать...

В этом и была причина моей осторожности... И как показала практика она была не зря.

Господа офицеры, а точнее один из господ явился вместе с целой сворой полицейских лишь через три дня, когда даже я начал терять терпение и сомневаться в собственном умении читать по лицам.

Вот только на счет "господина" я погорячился... Никто из сколько-нибудь командного звена, которые априори являлись дворянинами, не явились. Зато был прислан целый десятник из жополизов.

"Жополизы", или позор родителей, это те парни или мужчины, которые родившись и живя в трущобах решились пойти работать или помогать полиции.

Чтобы понимать всю ненависть обычных людей к представителям власти, нужно всего лишь посмотреть на отношение к тому, кто стал полицейским.

Родители жополиза вынуждены будут отказаться от своего сына и лучше бы прилюдно, чтобы было как можно меньше слухов и сплетен. Хотя совсем от них избавиться уж точно не получиться: соседи теперь всегда будут смотреть с подозрением.

Друзья, знакомые, все постараются забыть его, а если судьба сведет их снова, то обращаться лишь официально в рамках закона не более.

Если полицейский будет просить помощи раненный его забьют или в лучшем случае не обратят внимания.

Ходить по улицам в одиночку представителям закона не рекомендуется...

Перед человек, который по собственному желанию становится отверженным, остается лишь один путь: выслуживаться, ведь единственная ошибка и вне государственной структуры он труп.

Надо ли говорить, что подобные индивиды еще более жестоки даже чем их хозяева? Ведь те, не всегда знают куда бить больнее всего...

Стоило полицейским лишь войти на наш район, как уже через пять минут я был в курсе. Пацаны исправно получив вознаграждение радостно бросились следить за неторопливо двигающимися в сторону трактира, представителями закона.

Сидя за столом в четвертом по счету пабе, я сосредоточенно обдумывал причины, следствия и последствия того, что происходило.

Трактирщик, обратившись к государству совершил смертельную для себя ошибку: он стал отверженным. Конечно, об этом бы не сразу узнали если бы все развивалось по обычному, но мне это было не выгодно.

Поэтому мои подчиненные уже ходили среди жителей и разносили свежие вести о том, что трактирщик оказывается, того-с... Предатель. И, что любой, кто неправильно ответит на вопросы полицейских станет на одну ступеньку с ним. Следовательно, много не болтайте...

Жополиз со своей свитой обговорив с трактирщиком детали начали искать возмутителей спокойствия, но ничего у них не вышло, ведь в трущобах было с избытком схронов которые были специально подготовленные нами для этого на второй день ожиданий неприятностей.

Тогда представители закона решили пойти другим путем: хватая прохожих и зевак они морально давя заставляли тех отвечать на свои вопросы. и если бы мы не озаботились тем, чтобы никто не знал где мы находимся у них могло бы даже получится... Однако все сложилось совсем не так как хотели они.

Спустя час бесплодных попыток они покинули район.

Вот только я не питал иллюзий: скорее всего полиция не успокоится, пока не найдет нас. И эту проблему надо решать сразу, не затягивая.

Остается один единственный вопрос: "Как?"

И ответ на него у меня был, правда он мне не сказать, чтобы нравился...


Отступление. Отделение полиции, чей радиус охвата территории захватывает и часть трущоб.


- Сержант Пол Джефферсон! -

- Сэр! -

-Почему возмутители спокойствия все еще не доставлены?! -

- Их предупредили, сэр! -

- Что?!! Что за нелепые отмазки?! И это после всего, что для тебя сделало государство? Я всегда говорил, что из трущобных крыс нельзя сделать ничего путного! Вас можно отправлять лишь на каторгу и убирать говно из стоков! - Обрюзгший, с начавшими седеть висками, шеф-констебль в дорогом, но сидящем на нем в обтяжку мундире из-за излишней полноты, поднялся, но тут же грузно опустился обратно в давным-давно продавленное кресло.

Лицо здорового сержанта, чей квадратный подбородок уже приобрел себе собрата в лице второго подбородка поменьше, вытянулось еще больше в подобострастной улыбке.

Шеф-констебль полиции Марк Эдуард Кенинхерт требовательно уставился на своего подчиненного- Что молчишь?! Тебе понятно, что я сказал или ты своей тупоголовой головой не можешь этого осознать?! А ну повтори! -

Возможно, подчиненный шефа-констебля и возмутился бы имей он хоть немного чувства собственного достоинства и наплевав на все последствия своих действий, но подобный человек бы не задержался возле Марка Эдуарда столько времени.

- Мы можем лишь убирать говно из канализации и я благодарю от всей души вашу милость за вашу щедрость, что вы позволили мне здесь служить... - Уровень подобострастия скакнул на пару октан ваше, но шеф-констебль лишь благосклонно внимал потоку лести непрекращающимся потоком лившемся на него.

- Достаточно Джефферсон, я рад, что вы осознали, но результаты должны быть... -

- Всенепременно будут ваша милость!! Мы приложим все усилия!! Ведь как мы можем сплоховать, если у нас столь замечательный шеф-констебль?!-

- Не перебивай. - Нахмурился было шеф-констебль, но сразу сдался под новым витком лести, после чего уже довольным тоном закончил: - На этот раз я прощаю твой промах, но у тебя еще неделя, не разочаруй меня. -

- Конечно, ваша милость! - В полиции, как в полувоенной структуре были и четко нормированный уставные обращения к старшему по званию, но шеф-констебль будучи из мелких, но тем не менее дворян обожал когда к нему обращались именно "ваша милость", тот же кто не понимал это сразу... Как минимум в полиции не задерживался: - Но извините, что все еще отвлекаю, к вам посетитель... - Он замолчал.

- Посетитель? - Непритворно удивился Кенинхерт: -Вроде бы никто в эти дни не записывался ко мне на прием... -

- Этот посетитель, захотел остаться неизвестным и он уже здесь, ваша милость. Еще он сказал, что имеет при себе очень выгодное предложение, как для вас, так и для того, кто его послал.

- Кхм. - Неоднозначно хмыкнул шеф-констебль: - Ну что же... Зови. Посмотрим, что он скажет... -

- Будет исполнено ваша милость! -

Джефферсон подавив презрительную усмешку вышел из кабинета. Этот самый гость оказался на удивление неплохим малым, хоть и в начале казался очень уж подозрительным. Отнесся ко мне с уважением, почему бы и не помочь ему за соответствующее вознаграждение, рассказав о том, как привести шефа-констебля в благодушное настроение перед встречей. Всего лишь десяток монет и я честь по чести выполнил свое обязательство, сделав это самое настроение. К тому же, то, что он обещал поспособствовать решению моей проблемы с не пойманными преступниками как раз и заставило меня взяться за его предложение: такие мысли бродили в голове сержанта, но переместимся же снова в кабинета Марка Эдуарда, чтобы услышать тот любопытный разговор, что состоялся между человеком решившим остаться инкогнито и пожилым шефом-констеблем.

Вошедший в кабинет человек, чуть поклонившись окончательно при этом спрятав свое лицо под низко надвинутым капюшоном темно-серого плаща. Сей образец одежды скрывал вошедшего почти полностью, оставляя лишь низ лица, по которому нельзя было ничего прочесть.

- Проходите, господин... - В сомнении протянул Кенинхерт тем не менее даже не пытаясь подняться. Неизвестность личности гостя его немного напрягала.

- Не стоит господин Кенинхерт. Моя личность не имеет никакого значения и более того, знания о ней не принесут никакой пользы, а лишь вред. - Незнакомец спокойно прошел через весь кабинет и не делая лишних движений уселся на стул напротив своего собеседника.

- Хорошо! - Недовольно согласился Кенинхерт. Он уже начал сомневаться в необходимости пустить к себе в кабинет этого, без сомнения, пройдоху: - Ради чего вы пришли ко мне?! -

Вошедший мгновенно уловив изменения в голосе Кенинхерта сразу же сменил тон и вот, он уже говорит голосом прожженного торговца расписывающего свой товар с лучшей стороны: -Не буду ходить вокруг и около, господин. Цель моего прихода лежит на поверхности и имя ей деньги! А точнее деньги которые вы можете заработать на практически законных основаниях при этом вам почти не придется ничего делать! -

- Да неужели? - Шеф-констебль откинулся на спинку кресла и растянул губу в саркастичной ухмылке: - Мне особо понравилась та, часть вашей речи, которая касалась "практически законных оснований". И с эти вы пришли ко мне, к Шефу-констеблю полиции! Да вы наглец сударь... - На последнем слове о подался чуть вперед отслеживая любое телодвижение своего оппонента, ведь обращение "сударь" практиковалось лишь по отношению к простолюдинам от дворянина...

- Я бы хотел сохранить свое инкогнито. - Ловко ушел от прямого ответа гость, вызвав недовольство у Кенинхерта: - Насчет же законности... Если в дело идут большие деньги, то ради блага всех сторон на них можно и закрыть глаза.

Раскрою карты, я говорю не от своего имени, а представляю группу людей, которые нашли способ делать деньги даже в трущобах. Как нам стало известно вы уже в курсе? -

- Так это вы?! Ха! Я отправляю своих подчиненных найти мне людей связанных с этими действиями, а они приходят ко мне сами! Так что мне мешает арестовать вас и положить конец всем волнениям, которые совершенно неприемлемы на моем участке? - С любопытством спросил Кенинхерт.

- Деньги, господин шеф-констебль. Деньги. - Никак не показав своего волнения продолжил незнакомец: - Мы знали, что наша деятельность рано или поздно привлечет ваше внимание. Поэтому мы не стали идти к вам сразу.

Теперь же мы вам предлагаем вам долю в нашем деле, от вас же требуется лишь на некоторое время прикрыть глаза на небольшие волнения, пока мы не стабилизируем обстановку.

При этом вы получите полноценные фунты на пустом месте! То есть прямо из трущоб! Как вы на это смотрите? -

Кенинхерт серьезно задумался. С одной стороны он не видел ничего плохого в том, чтобы предложенная неизвестными схема обогащения, начал действовать, принося при этом полновесные фунты в карманы всех заинтересованных сторон.

Подумаешь, трущобные крысы лишаться части заработка, они вообще должны быть благодарны, что живут в столице и их присутствие терпят в высшем обществе.

Да и лишние золотые тоже бы не повредили, ведь жизнь на широкую ногу требует так много средств...

Другое дело, что сам Кенинхерт в последнее время как раз заручился некой поддержкой со стороны двора, благодаря действию своего родственника входящего в свиту одного генерала, который в свою очередь был допущен прямо к Королю!

И любые волнения были совершенно ни к чему, ведь как раз наметалась возможность повышения по службе, а в идеале и переезд на более "вкусное" место службы. Все же кварталы среднего достатка и трущобы были не самым лучшим местом. Хоть и не самым плохим.

Марк вспомнил, что его знакомый помощник шефа-констебля чем то не понравился комиссару своего начальника... Все же отсылать в трущобы с понижением в звании до нижнего командного состава было слишком жестоко. Не удивительно, что он выбрал самоубийство и застрелился, чтобы смыть позор...

Придя к этому выводу, Кенинхерт поднял взгляд и сделав постное лицо заговорил официальным тоном: - Ваше предложение наносит урон моей чести! Как вы могли подумать, чтобы я! Шеф-констебль! Мог принять столь незаконное предложение! Боюсь мне придется вас арестовать... -

- Жаль. - Голос незнакомца изменился, заставив Кенинхерта осечься: - Для вас же было бы лучше принять наше щедрое предложение. Но вы отказались, ваше право. Тогда... - Его рука метнулась под плащ и шеф-констебль в ужасе уставился на его действия, попытавшись отодвинуться, но кресло лишь чуть приподнялось на задних ножках, горло же его смогло выдавить лишь полузадушенный сип.

- Прочтите пожалуйста эти бумаги. - Закончил неизвестный, выложив перед хватающим словно рыба воздух, шеф-констеблем документы.

Тот наконец справившись с собой начал их листать и как разительно менялось его лицо по мере прочтения!

При осознании, что кто-то узнал о его темных делишках, шашнях с преступниками и многочисленных правонарушениях, он тут же впал в ярость, вскочил и нависнул над курьером и цедя сквозь зубы прошипел: -Т-ты! Ты!! Ты знаешь, что с тобой будет?! Сейчас ты все расскажешь про своих дружков! Кровью харкать будешь тварь! Я тебя! -

- Молчать. - Тихо сказал незнакомец, но всего лишь одного единственного слова хватило, чтобы заткнуть извергающего ругательства Кенинхерта.

- А теперь послушайте меня. - все также не повышая голос продолжил мужчина в плаще: - Все эти документы находятся в далеко не единственном экземпляре. Наша организация изначально слабо рассчитывала на вашу адекватность, по этой причине был разработан этот план. -

- План? - Смог лишь спросить Кенинхерт.

- План. Нашу организацию вполне бы удовлетворила ваша смерть... - Полицейский икнул: - Но излишние волнения помешали бы некоторым планам и привело бы к ненужным волнениям, из-за чего пришлось договариваться с вами. Этот компромат не только не вреден вам. О нет. Он даже полезен.

По вашему лицу я вижу, что вы еще не поняли... Этот компромат, единственное, что заставляет нашу организацию мириться с вашим существованием. Исчезнет эта ниточка позволяющая вас контролировать, исчезнет и последняя надобность оставлять вас в живых. - Голос незнакомца промораживающий сидящего напротив него оппонента почти насквозь, немного потеплел и в нем проскользнула сочувствующая нотка, которая немного приободрила Марка Эдуарда: - В ваших же интересах, чтобы наше сотрудничество продолжалось и дальше. Вы поняли мою мысль? -

- Да. -

- Это значит, что вы принимаете НАШЕ щедрое предложение? -

- Я-я-я п-принимаю. - Закивал головой изрядно потеющий полицейский. Было видно, что в жизни на него еще ни разу так не давили и он тут же сломался стоило этому произойти.

- Я рад. Но наша организация хоть и развивается в столь необычном направлении, тем не менее имеет высоких покровителей и не испытывает проблем со средствами, следовательно вы все же будете получать процент от сети которую мы развернем. Остаются лишь формальности. -

Из под плаща была вытащена еще одна папка: - Здесь договор, который подтверждает наши обязательства, пожалуйста распишитесь, здесь, здесь и еще вот здесь. -

- А это об-бязательно? - Предпринял последнюю попытку сохранить свою свободу Кенинхерт.

- Мы же с вами взрослые люди... - Неприкрытые капюшоном губы растянулись в мрачную ухмылку: - Кто в наше время верит словам... -

Перо шефа-констебля заскребло по договору, который попади в руки королевской внутренней службы, не только лишил бы подписавшего его всех званий, но и отправил бы прямиком в комнату для допросов.

Конец отступления.


- Мне очень жаль, но вы не оставили нам выбора. Зря вы пошли в полицию... - Я и впрямь сожалел о действиях сидящего передо мной привязанного к стулу человека.

- Да пошел ты! В гробу я тебя видал! Да ты... - Поток брани был заткнут кулаком стоявшего рядом с ним подручного Бена.

- Спасибо. - Чуть кивнул я ему на что получил, что то вроде "рады стараться ваша милость". Я досадливо поморщился. Сколько бы я не говорил своим подчиненным не обращаться ко мне как дворянину, все было без толку.

Сословные различия цвели и пахли, из-за чего, не смотря на мои недвусмысленные приказы, они обращались ко мне как дворянину. А это было уже опасно, ведь то что я узнал касательно сословных различий и различности в правах между ними, заставляло меня всячески уклоняться от ложного дворянства.

Проверить меня почти ничего не стоило, а наказание за присваивание дворянства простолюдином было в лучшем случае просто смертельное. В худшем же сопровождалось еще и пытками.

- Вы неправы. Не затаи вы на нас зла и не ступив на путь предательства, вы бы процветали и не смотря на некоторые отчисления все равно бы получали куда больше чем сейчас. Мне жаль, уведите его. -

Стул с орущим трактирщиком подхватили и понесли на верх, я же не торопясь пошел следом.

Предательство нельзя прощать. предавший раз, предаст и во второй. Я не мог оставить жизнь этому человеку, ведь меня бы не понял никто.

Подчиненные узнав о действиях трактирщика пришли в ярость и хотели убить в тот же день. Фрак озвучил мысль их всех в куда более цензурной манере, чем это сделал Бен:

- Эта сволочь пошла к полиции. Сделай он что-то другое, хоть попытайся нас убить, все могло бы быть иначе, но он пошел в полицию. - После чего Стивен презрительно сплюнул прямо на пол, хоть и знал, что получит от меня за нечистоплотность.

И в этих простых словах была скрыта вся ненависть обычных людей, пролетария к слугам власти. Можно было лишь догадываться о том отчуждении, что относилось к самой власти.

Однако просто убить трактирщика я не мог, ведь он еще мог послужить моей цели.

Зал трактира был до верху забит уже изрядно пьяным и накаченным злостью народом. Стивен с честью выполнял задачу, расписывая всю низость произошедшего события, а дешевое пойло лишь укрепило ярость собравшихся.

Стул с трактирщиком поставили прямо на барную стойку, я же залез на нее тоже, встав в полный рост и поднял руки призывая к тишине.

Дождавшись когда взгляды всех скрестились на мне, а разговоры прекратились я заговорил сначала тихо, а с каждым словом все громче и громче, распаляя себя:

- Люди. Товарищи. Друзья. Мы собрались здесь, чтобы решить, что нам делать с человеком который предал нас. Да! Именно предал. Ведь ничем иным как предательством не назовешь того, кто решил пойти к полиции!! -

- Вокруг поднялся одобрительный гул, но я не должен был останавливаться лишь повышая темп. методика управления толпой и умение работать с ней было выучено мной по собственной инициативе и как я рассчитывал пригодилось мне, хоть и в другом мире:

- Он! Посчитал себя лучше нас! Мы бедняки живем в трущобах, работаем за каждый кусок хлеба, а он мало того, что наживался на нас, так еще и натравливал на нас проклятых полицейских!! -

Каждое мое слово все сильнее и сильней распаляло толпу. Иногда я чуть сбавлял накал, но почти сразу разогревал его с новой силой. Словно волна безумие толпы захватывало все новых и новых членов и наконец пошел не прерывный рев ярости людей, готовых растерзать виновника, как они считали всех своих бед.

Толпа- страшная сила. Человек стайно- стадное животное, среди нас есть как волки так и овцы. Но даже овцы сбившись в гигантское стадо и обезумев могут затоптать стаю волков. В толпе человек откидывает вопросы морали и нравственности находя для себя утешение в том, что он как все. "Я делал тоже, что и все". Как для вас оправдание? Можно быть уверенным в собственной индивидуальности и силе воли, но стоит оказаться в бушующей топе, как все это подвергается сильнейшему давлению. Лишь побывав в подобной ситуации можно узнать ответ на вопрос: "Смогу ли я, скинуть наваждение?"

- Вот виновник ваших бед!!! - Я жестом указал на жертву: - Виноват ли он?!! -

- Да!!! - Толпа качнулась вперед.

- Так разберитесь с ним! - Я толчком ноги отправил жертву прямо в ревущую толпу.

Повязывание кровью... Вот в чем заключалась необходимость убивать трактирщика столь жестоко...

Я не мигая смотрел на то, как человека разодрали на кусочки за несколько минут и думал. Думал над тем, что если есть ад и рай, то я попаду непременно в ад и меня ждет самый большой котел... Хотя это было понятно пока я еще жил на Земле... Но ради того, чтобы люди жили лучше я готов взять на себя всю ответственность.

После того, как толпа успокоилась им всем были открыты новые бочки с пивом. Смотреть на это у меня не было желания так что я не прощаясь ушел: у меня еще было много дел.

Позже раздумывая над собственными мотивами и действиями в той или иной ситуации я так и не смог решить чем была вызвана идея этой казни.

Вполне возможно это была месть за тот риск, что мне угрожал в кабинете шеф-констебля. Ведь не смотря на все мои ухищрения большая часть давления на Кенинхерта был блеф.

Не было никакой организации которая убила бы его, если бы он решил схватить меня в своем кабинете. Компромат, что мы собрали хоть и мог доставить некоторые проблемы Кенинхерту, но был не особо опасен.

Что в нем было? Взятки, закрывание глаз на неких лиц занимающихся сбором людей для флота и пожалуй самое главное, контрабанда. Последняя была самым весомым поводом, но о ней у нас была лишь отрывистая информация и мне пришлось здорово постараться, чтобы это выглядело опасным для шеф-констебля, хотя бы на первый взгляд.

Вопрос с Кенинхертом надо было решать не медля, вот и причина моего безрассудства. И лишь чудом все закончилось именно так, как я и планировал.

Имея на руках этот договор можно было совершенно спокойно контролировать главу полицейского участка. А если учитывать, что под его контролем находится немалая часть города...

Все же риск имел под собой основу. Теперь моя организация имела образно говоря зеленый свет для развития.

Столь жестокая и главное внезапная расправа объяснила всем заинтересованным лицам, что поблажек не будет никому. А отсутствие полиции, окончательно заставило их смириться.

Вот только я не собирался становиться обычным бандитом, который лишь тянет деньги из своих жертв и ему плевать как они их достают. О нет. Я внимательно следил за тем, что именно приносит им доход и старался поспособствовать их развитию. Разговоры с поставщиками продуктов с целью снизить стоимость поставляемых товаров и реклама заведений за пределами нашей территории. Всем этим занялся Фрак, правда набрав перед этим еще двух подчиненных.

Изменившая обстановка мало помалу вернула ему уверенность с свои силы, из-за чего его вечно угодливо сгорбленная спина выровнялась, а взгляд перестал бегать как у мелкого уличного воришки.

Новые подчиненные же окончательно убедили его в том, что я не собираюсь выкидывать его.

Удостоверившись, он с жаром погрузился в работу исправно даваемую мной. Так как проблем было много и наша стремительно расширяющая компания создавала их казалось бы из ничего, то иной раз даже поспать было некогда.

Но Фрак не роптал, да что там! Он с таким энтузиазмом брался за любую работу, что я даже начал провел с ним разъяснительную беседу в которой объяснил, что если он свалиться от усталости за очередными переговорами или сбором информации на условно враждебной территории, а именно в других районах, это будет совершенно бессмысленным действием с его стороны.

Выслушав эмоциональные заверения в том, что он дескать свои силы знает и уж точно не доведет до переутомления. Меня он не убедил, ведь в свою бытность на Земле, занимая важную должность, я всегда отводил некоторое время на отдых: даже если ситуация казалась архиважной несколько минут не сделали бы ничего существенного, однако уставшему разуму этого было достаточно чтобы прийти в себя. Тем не менее я все же позволил ему действовать в том же же режиме и дальше: посмотрим кто из нас прав.

Бен набрал еще несколько наиболее верных и проверенных парней и старательно приучал их к тому, что наша организация это лучший выбор в их беспросветной жизни.

Когда "курс молодого бойца" для молодых "быков" был закончен они были отправлены на работу вышибалами в таверны и охранниками к торговцам.

Кстати владельцы магазинов также подписали договор и с ними было меньше всего проблем. Вовремя пущенный слух о наличие высокого покровителя, который помог разобраться с полицией, а также спешное ретирование с этой самой полиции создали мне неплохую рекламу.

В кастовом обществе малейшая ошибка связанная с пренебрежением по отношению к дворянину могла окончиться самым печальным образом.

Каждый из них взял на обучение по пареньку, которых я выбирал лично. Нежелание и протест были задавлены стоило им только появится.

Мне нужны были люди которые разбирались в своих областях и чья верность принадлежала лишь мне. для выполнения этой задачи мной были признаны подходящими кандидатурами обычные бездомные дети. Хотя обычными я бы их не назвал.

Моя прикормка уличных сирот оказалась на диво успешна. Я не стал действовать как государство, то есть, силой заставляя их помогать мне, но и не ударился в другую крайность, а именно безвозмездная помощь.

О нет, за каждый кусок хлеба отданный мной, они должны были выполнять поручения. Возможно большинство из этих "поручений" были настолько просты и бессмысленны, что они почти ничего не стоили, однако каждая работа должна быть оплачена.

И подобная стратегия была лучшим решением. Голодные, недоверчивые, озлобленные подростки. Они не верили никому и готовы убить за краюху хлеба, причем не какого-нибудь качественного хлеба, а всего лишь огрызка сделанного из самой худшей муки сдобренной отрубями. Моя щедрость выглядела словно красивый кусочек сыра лежащий в услужливо поставленной мышеловке. Вот только для живущих в трущобах этого кусочка сыра было достаточно, чтобы рискнуть.

Я боюсь даже представить кем они считали меня, когда я раздавал еду за поручения вроде подсчитать количество зданий в районе или количество посетителей в том или ином трактире под вечер (для этого давалась палка и на ней вырезались палочки по числу зданий или тех или иных вещей, которые я потом подсчитывал самостоятельно). Кем я был в их глазах? Может быть работорговцем выискивающим жертву для своих богатых господ , маньяком или просто чудаком и глупцом.

Но их отношение мало помалу менялось этому способствовало две вещи. Первая, ни с кем. кто выполнял мои приказы ничего не случилось. Вторая же, по моему мнению самая важная: я был успешен.

Изначально я пытался сохранить свое инкогнито, считая при этом, что смогу руководить всем из тени. Ошибка, в этом районе словно в большой деревне слухи разносились моментально и все сразу раскусили кто является главным, единственное, что можно приписать в достижение. Это неофициальное решение всех вокруг поменьше говорить обо мне.

Если раньше меня считали безобидным чудаком, которые дает дурацкие поручения, но при этом кормит, то теперь я стал непонятным человеком, который стал силой и властью на районе. А значит его поручения имеют какой-то смысл, ведь не будет же такой человек просто так тратить свои деньги. А может поручения которые мы выполняли как то помогли ему подняться так высоко? Ведь Бен с парнями просто так не стали бы подчиняться обычному чудаку.

И последнее. Я был бедняком, я жил в трущобах, несмотря на то, что я был чужаком, меня приняли как своего. Эта "соломинка" окончательно "сломала хребет верблюду" и выброшенные на улицу беспризорники решили что мне можно верить. Конечно с оглядкой и не доверяя до конца, но иначе они и не могли.

Пользуясь этим я отбирал лишь самых лучших из них: лидеров и вожаков групп. Ни один не отказался от шанса выбиться из той жизни в которой они жили до этого. Конкуренция была дикая. Дошло даже до драк однако предусмотрительно захваченные парни Бена споро разрешили проблему десятком тумаков и оплеух.

Шестеро счастливчиков со всем желанием рванули осваивать ремесло трактирщиков и торговцев мясом и долгосрочными товарами. Мотивация при этом у них была бешеная, как и желание подняться еще выше. Эти молодые парни пятнадцати шестнадцати лет смотрели вперед с оптимизмом, цинизмом и готовностью преодолеть любые препятствия, а понимание кому они обязаны создавало окончательный штрих на этой картине.

Пройдут года прежде чем они станут настоящими мастерами в своих специальностях, однако в этом деле я не гнался за сиюминутным результатом, а поставил все на долгосрочную перспективу.

Одна из вещей которая меня волновала после всех этих событий было отношение ко мне подчиненных. Повлияли ли на них слухи о причастности к интригам дворян или даже о непосредственно моей принадлежности к ним.

К счастью нет. Видимо, как я уже упомянул то, что я разделили с ними тяготы жизни позволило мне остаться вне подозрений.

Более того некоторые из моих подчиненных стали чрезвычайно...


Отступление.

Я как ни в чем не бывало шел из свое комнаты намереваясь пропустить кружечку из оставшихся запасов прежнего трактирщика, когда услышал дружный смех двух здоровых глоток. Примечательно же в этом не смех, а личности тех, кто издавал сии звуки.

Бен и Стив хоть и сломали лед недоверия и презрения к друг другу, но тем не менее не были замечены в совсем уж приятельских отношениях.

Сейчас же я слышу прямое опровержение моих прежних наблюдений... Интересно. Сжигаемый любопытством я осторожно подкрался к приоткрытой двери ведущей в одну из комнат ранее призванных быть номерами для постояльцев, теперь же личными комнатами для моих подчиненных. Хоть и размер у этих комнат был поистине маленьким. Лично я имел в своем распоряжении две комнатушки: одна была переоборудована мной в кабинет, вторая же была спальней. Стив и Бен имели по одной комнате. Их подчиненные же теснились по два три человека в одной, однако учитывая как они жили прежде, даже подобное тесное жилье было для них роскошью.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что вокруг нет лишних глаз и ушей я прислушался к происходящему в комнате.

- Ой не могу! Ха-ха-ха! Больше так не шути, а то в могилу меня сведешь! - Бен старался отдышаться от чересчур громкого смеха.

- Пф-ф-ф! Хи-хи-хи. - Вторил ему Стив своим высоким голосом.

- Кто бы мог подумать Стив, что наш босс такой человек! -

- И не говори Бен! -

Собираясь было уходить я замер, после чего с удвоенным вниманием стал вслушиваться в столь неожиданные признания...

- На какой кружке он начал пытаться петь?! -

- На третьей кружке! И как пел! если бы он попытался повторить это ее раз перед бродячими артистами, те бы забили его своими инструментами! Ха-ха-ха! -

- А на какой - на какой кружке он упал?! Я Стив, ты знаешь не очень хорош со счетом... -

- На пятой! Помнишь как он упал лицом прямо... - Стив осекся увидев заходящего к ним меня, его лицо медленно, но на удивление равномерно стало бледнеть.

Бен, стоя ко мне спиной ничего не заметил и продолжал веселиться.

- Так как я все же упал Бен? - С мягкой улыбкой спросил я плотно закрывая дверь и закрывая щеколду. Стив от моих действий окончательно спал с лица и широко распахнутыми глазами пытался намекнуть Бену заткнуться. Вот только Бен был не из тех кто так легко останавливаются...

- А прямо в кашу Босс! Прямо в овсяную кашу, а потом когда вы упали на пол и ударились головой она так весело... Стекала... Вниз... ИК! - Бен медленно повернулся и последние слова говорил уже начиная осознавать кто стоит у него за спиной.

- Значит вниз, да... - Тихо проронил я. Рука инстинктивно стала поправлять ремень на котором висел нож.

Видимо что-то увидев в моих глазах, друзья-товарищи переглянулись и сразу же кинулись с криками убеждать меня, что они здесь совершенно ни причем и это Бен/Стив начали эту тему! -

- Разберемся... - Я холодно смотрел на замерших, словно мышки перед удавом, подчиненных.

Конец отступления.


Я с улыбкой вспомнил ту ситуацию. Не раз замечал, что теперь прежде чем начать говорить Стив и Бен рефлекторно оглядываются проверяя кто стоит у них за спиной.

- Босс! - Ко мне в кабинет ворвался Бен. Весь его вид кричал о том, что случилось что-то неожиданное. А неожиданности в нашем деле редко ведут к чему то хорошему: - Толстяк Джо собирает парней! -

Я расслабленно откинулся в кресле резко выдыхая накопленный в легких воздух.

Джо повел себя именно так как я и рассчитывал. Зная о том, что в полиции у меня все схвачено он не стал делать туже ошибку, что и трактирщик. При этом будучи неофициальным теневым лидером на районе, он не мог так просто отказаться от власти.

Ведь власть это вкуснейшее блюдо, отведав кусочек которого хочешь еще и еще. Также любое упоминание или наблюдением за тем, как любой другой "ест" это блюдо, заставляет желать забрать сей деликатес у других. Лишь немногие в состоянии контролировать себя и лишь считанные единицы не занимаются самообманом, ведь власть хитрая штука. На секунд может показаться, что при желании ты можешь все это бросить и уйти, к примеру. На заслуженный отдых. Проверяя себя делаешь шаги, чтобы это проверить и убеждаешься, что все идет хорошо. Вот только в решающий момент, ты словно дикий зверь бросаешься на тех, кому ты всем до этого думал отдать власть... И если победа остается все же за тобой с горечью признаешь для себя, что она сильнее чем ты.

Я изначально не собирался скидывать Толстяка с его "трона", спору нет, над ним бы появился непосредственный начальник в моем лице, однако это меньшее из зол. которое позволило бы не рисковать своей шкурой. К сожалению Джо, несмотря на то что видел как закончилось столкновение со мной других противников не вынес из этого урока.

Я снова обратил внимание на уже начавшего нервничать Бена: - Что же... Он сделал свой выбор. Парни готовы? -

Бен расплылся в широкой улыбке: - А то, Босс!! После того как появился... Этот... - Бен с трудом переборол себя, чтобы не выматериться. Несмотря на то, что трущобы достаточно простое место в плане нравов, я сразу дал понять, что не приемлю, чтобы в разговорах со мной использовался мат.

Очевидно, что эта идея не вызвала энтузиазма у моих подчиненных. Будучи любителями как следует выразиться их речь в первые дни напоминала попытки заикающихся спеть какую-нибудь песню.

Это не было обычной блажью человека, дорвавшегося до власти, ведь учитывая сколько в этой самой власти я крутился... Нет, причина была в другом.

Создания подходящего начальственного облика, вот ради чего все началось.

И этот вопрос я считал и считаю очень важным. Постараюсь объяснить в чем весь сыр бор

Некоторое начальники, преимущественно из молодых да ранних, получив власть над своими бывшими коллегами, в лучшем случае незнакомыми работниками, идут на поводу чувств и пытаются вести себя "Как свои", то есть вникать во все проблемы подчиненных и воспринимать их проблемы как свои, лишь бы те не посчитали, что товарищ зазнался.

И этот путь, как вы догадываетесь ведет в никуда. Не возможно быть всегда правым. хорошие поступки забываются быстрее, а плохие помнят дольше. Оставишь своего бывшего товарища на дежурство два раз подряд, и он первым будет злобно ворчать на тебя, забыв о том как ты всячески уговаривал его не филонить.

Этот процесс необратим и наступает момент, когда критическая масса недовольства подчиненных. которые привыкли, что с ними сюсюкают, превышает некие порог и начинает просачиваться на начальника.

Люди всегда хотят большего и не довольны имеющимся, поэтому по их мнению начальник должен прислушаться и сделать как хотят они, а не как надо.

Негатив подчиненных больно ранит начальника, который в лучших чувствах пытался быть и хорошим начальником и хорошим человеком.

И наконец начальник ломается. Одни люди навсегда разочаровываются как в бывших товарищах так и в своих навыках управления, скорее всего в таком случае они увольняются, не в силах находится в коллективе, который помнит их неудачи.

Вторая группа людей сделана из другого теста. На негатив, они отвечают негативом, на агрессию, агрессией. Начальники этой группы впадают в другую крайность: теперь им плевать на проблемы подчиненных. Они считают себя намного выше, чем те кем они управляют и подобная схема работает. Подчиненные, окончательно уверяются, что начальник стал зверем и стараются вести себя тише воды ниже травы, те кто не согласен, беспощадно увольняются.

По такой схеме работают большинство руководителей и надо признать, подобная схема самая действенная в плане трудозатрат.

Но все же имеется и третья схема. Она требует больше усилий для руководителя, но и дает ощутимые плюсы.

Начальник идущий по третьему пути не должен пытаться быть наравне с подчиненными, однако и слишком высоко задирать нос также не лучшая идея.

Смысл в том, чтобы совмещать положительные стороны от обоих методов.

Будучи НАД починенными, они меньше оспаривают твою власть, а неотдаленность от них позволяет сохранять положительное отношение.

Учитывая мои цели в этом мире я выбрал третий путь. Кастовое общество нельзя так просто сломать. Можно сказать. что оно сломано, но люди в душе все равно останутся теми кто был до этого. Нужно действовать постепенно. Они не поймут сюсюканий с ними того, кто стоит выше.

Второй путь, это отношение в самом худшем его проявлении знати на данный момент к обычным людям. если я хочу выгодно смотреться на их фоне, этот путь не приемлем.

Вот поэтому то я и выбрал третий путь. Если я провалюсь, то никогда не поздно перейти к жесткому варианту.

Мои требования о нецензурной лексике, то есть матах, были одним из десятков ходов, которые я словно умелый шахматист один за другим ходил в какой-то одной известной лишь мне последовательности.

Выводы говорить еще рано, слишком мало времени прошло, однако пока наметки получатся интересные...

- Этот... Парни готовы порвать кого угодно! - Бен был полон энтузиазма. После резкого скачка наступило время "переваривания" того, что мы успели захапать, а Бен жаждал большего, войдя во вкус. К тому же в свете последних событий он лишился немалой части подчиненных и надеялся своими действиями наверстать их количество.

- Спешка подходит лишь для ловли блох. готовь парней и да, ваша вражда со Штуцером не идет на пользу нашему делу... - Я в упор посмотрел на Бена.

- Да я что! Какая вражда! Мне совершенно плевать на него, что бы ему... Эм... -

- Ладно иди уж. - Я скрыл довольное выражение лица. Дождавшись пока Бен выйдет тихо спросил сам у себя:

- Иоганн Штуцер, что же с тобой случилось? -

Этот вопрос не был приоритетным и никак не связывался с моими грандиозными планами. Тем не менее, как человеку меня грызло обычное любопытство.

Все началось в один из дней, когда нехватка парней для грубой работы стало в очередной раз не

хватать.

Такие люди были рабочими пешками в той машине, которая начала мой путь к вершине. Недалекие, грубые, однако здоровые и сильные они занимались разным делом: кто-то работал вышибалами, кто-то прочесывали улицы, кто-то таскали тяжести и были обычными грузчиками и это лишь несколько примеров.

В моем растущем деле требовались новые и новые люди. Однако я не мог себе позволить брать случайных людей совершенно без проверки.

Излишняя доверчивость почти заставляет людей предавать. Страх же, в небольших порциях даже полезен.

Конечно формулировка желает лучшего, но тем не менее она верна. Что бы было если бы никто не боялся наказания за свои преступления? За убийство, кражу и домогательство имеются строгие наказания и если бы их не было мир погрузился бы в хаос.

Даже обычный человек, который чист перед законом, стоит ему подумать о преступлении скорее всего вспомнит отнюдь не аморальности своих действий. Нет, нет и нет. Страх наказания и лишь затем понимание, что это "нехорошо".

В моей организации сразу при вступлении давались все правила и "понятия" поведения жизни. предательство, как и доносничество каралось смертью.

Однако если человек был бы заслан с конкретной целью вызнать секреты? Его не остановит обычны страх наказания.

Поэтому мной была разработана специальная система принятия в организацию.

Для этого требовалось поручительство от двух уже действующих членов, а также проверка его личности людьми Стива. по окончанию проверки, рекрут принимается, но не с полными правами действующего члена. Лишь спустя месяц работы он окончательно снимается с наблюдения и становится рядовым подчиненным.

Пока что, не было поймано ни одного шпиона, однако мы не столь большая рыба. Зато контора Стива начала нарабатывать опыт, что не мало важно.

С подчиненными Бена до некоторого времени все было куда хуже.

Будучи обычными парнями, чуть ли не половина которых лишь недавно стояла у сохи ни о каких боевых искусствах они знать не знали ничего. Но это было пол беды, если не четверть. Ведь их сила и здоровье частично нивелировали эту проблему. Одного прямого удара кулаком хватало, чтобы свалить многих.

Главная же проблема заключалась в том, что они никогда не участвовали в драках где расплата за ошибку - смерть. В таких делах малейшая слабость может привести к ужасным последствиям.

Было всего несколько человек, имеющих опыт убийства. Они были разбиты по группам менее опытных товарищей, но проблему это не решало.

Один из них и был Иоганн Штуцер.

Люди бывают разные. Кто-то принимает все близко к сердцу и чувствует мир куда острее чем окружающие. Бывают кремни, которые засмеются смерти в лицо и смешно пошутят будучи одной ногой в могиле.

Иоганн Штуцер не принадлежал ни к первой ни ко второй категории людей. Лучше всего, его характер можно было описать одним единственным словом: флегматик. Даже в самых беспросветных ситуациях он спокоен и уравновешен. Я лишь раз видел, чтобы что-то вывело его из себя или заставило проявить чуть больше эмоций чем он хотел. Однако никто не назвал бы его медлительным, но и торопливым тоже.

Его внешность, казалась, специально подчеркивает его немецкое имя и Фамилию. Он имел белую кожу и светло-русые волосы ранее коротко подстриженные, сейчас уже отросшие до середины лба. Лицо также было достойно упоминания. Высокий, крутой лоб, орлиный нос и ярко голубые глаза. Стоит добавить рост примерно метр восемьдесят девяносто и подтянутое телосложение и получится практически идеальный ариец, как его представляли в фашистской Германии моего мира.

Он был солдатом, служба же его протекала на границе на протяжении целых десяти лет. Обычный контакт составляет пять лет, но его можно расширить по желанию. Вернулся в родной город он целым и невредимым, даже здоровье не подорвал на государственных харчах. Уже в Лондон, он узнал о том, что крыша лачуги его семьи в которую входил отец, мать и два брата и сестра рухнула, похоронив их под собой и, словно этого было мало, это произошло в тот редкий момент, когда они зажгли очаг... Сгорело все и даже несколько соседних зданий, надо ли говорить как были бы рады человеку, имеющего принадлежность к той семье?

Пока он рассказывал мне это, я старался увидеть хоть какие проявления эмоций, чтобы понять, что он за человек, но я так и не дождался. Голос его был все также ровен, а глаза смотрели со все тем же арктическим спокойствием.

Так он остался без ничего и стал бродягой. Тех денег, что дало ему государство на долго не хватило и к тому, что он был бездомным еще и стал нищим.

Вы спросите, почему же он не пошел работать? Ведь если у его семьи был дом, хоть и бедный, значит они чем то зарабатывали... В Армию же его забрали в возрасте двадцати лет, что не малый возраст для бедных районов.

И вы будете правы, у Иоганна была профессия, которая могла бы приносить хлеб насущный... Он был портным и его отец был тоже портным. Это был семейный бизнес.

Однако кто будет давать свою одежду заштопать или ее же заказывать у портного у которого нет даже дома и своей мастерской! Иоганн попытался стать учеником у одного из портных, но кому нужен бродяга с улицы? Его даже не стали слушать, пригрозив полицией.

Что же ему оставалось делать? В принципе не так много.

Армия научила его убивать, а окружающая действительность прямо толкала его в банды, но тем не менее Иоганн не захотел становиться бандитом.

Удивительно, но все тяготы свалившиеся на него отнюдь не сломили этого сильного человека, а лишь закалили его. Не имея крыши над головой, работая за краюху хлеба он даже не рассматривал возможность стать бандитом.

Более того, он умудрялся помогать бездомным детям и при этом они не считали его чудаком, вроде меня.

Своим несгибаемым характером и поведением он умудрился стать человеком, которому доверяли даже эти молодые уличные волчата!

Живя на улице, люди словно звери учатся чувствовать страх. Но страх есть в каждом из нас, важно лишь сколько его и как мы умеем его контролировать. В Иоганне не было страха или он загнал его так глубоко, что забыл про него сам.

Что же привело такого человека ко мне? Ведь мои планы являются лишь планами и пока я обычный босс бандитской группировки. Конечно, она лучше организована, но суть ее остается той же.

Две вещи: мое отношение к бездомным и отношение к чистоте.

Пацанята, общаясь с Иоганном так или иначе рассказывали о необычном человеке, который подкармливает их, а чуть позже о том, чего этот человек достиг и кем стал.

Позже, Иоганн обмолвился, что именно это заставило его вообще задуматься о том, чтобы служить мне.

Однако окончательно решение он принял после того, как мной были созданы бригады дворников, которые убирали улицы и специальные места лишь в которые теперь можно было бросать мусор. также были выкопаны дополнительные выгребные ямы над которыми были созданы туалеты. За бросание мусора и нечистот на улицы были оглашены штрафы.

Иоганна привлек порядок, та вещь, которой ему так не хватало после армии.

Иногда я приписываю еще и третий пункт: возможно ему просто надоела его бессмысленное существование и он сдался. Вот только стоит мне в очередной раз встретится с ним, как я понимаю всю провальность этой мысли.

Я с радостью принял бы такого человека официально в свою организацию, но правила приема никто не отменял. Я мог бы сделать исключение, но в нашем деле малейшая слабость толкуется однозначно.

С другой стороны, обычные дела призванные проверять готовность новых членов подчиняться, а также их решительность явно не подходили в этом случае.

После некоторых раздумий я решил рискнуть и поставить неизвестную фигуру, а именно Иоганна в один из самых проблемных участков: в подготовку бойцов. Он стал инструктором и все парни моей организации были обязаны ему подчиняться во время учебы. Не слабо, не так ли?

Взять совершенно чужого человека с улицы и поставить на такое важное дело! С моей же стороны ситуация выглядела не так однозначно.

Я чувствовал всем свои нутром уходящее время до начала больших неприятностей. И лучше кандидатуры чем Иоганн у меня в любом случае не было, следовательно после проверки я бы дал ему то же дело.

Мое решение вызвало бурю негодования почти у всех моих подчиненных подчистую. Обычные рядовые члены возмущались необходимостью подчиняться неизвестному бродяге взятому с улицы.

Бен же невзлюбил Штуцера с первого взгляда. Я так и не понял причину вызвавшую столь яркую отрицательную реакцию у главаря силового корпуса. Может быть он чутьем чуял конкурента?

Лишь Стив без вопросов принял мое решение и еще не раз обращался с вопросами к Иоганну, его же подчиненные посещали учебу Штуцера вместе со всеми.

В ту неделю мой "трон" шатался очень сильно. Люди бурлили и спорили, негодовали и ругались, проклинали и матерились, но тем не менее шли проливать пот на тренировках.

Я же в это время создал целых три плана на случай потери контроля над ситуацией. Бессмысленно умирать не входило в мои планы. Деньги, как и документы полученные через полицию у меня уже имелись, знания о мире в некотором роде присутствовали, язык же по уверениям окружающих имел лишь небольшой акцент. Я мог исчезнуть словно меня и не было, а имеющиеся деньги позволили бы купить небольшой магазин и спокойно жить в свое удовольствие.

Однако я остался и напряженно следил за представлением. Почему?

Потому- что я знал себя. Все мы так или иначе обманываем других. На вопрос: "Как дела?" мы стараясь выглядеть беззаботно отвечаем: "Нормально!", ведь мы знаем, что им плевать. Стоит вам начать расписывать как все обстоит на самом деле, мы внезапно увидим скуку и искреннее непонимание собеседника в том, зачем мы вываливаем СВОИ проблемы на него.

Но одно дело обманывать кого-то и другое дело обманывать самого себя. Неудачи на работе могу вызвать апатию, человек разочаровывается, иногда в самом себе. Размышляя о своих неудачах такой человек может прийти к выводу, что он не достоин больше и что лезть вперед бессмысленно и вредно. "Логически" объяснив для себя ситуацию, человек на время почувствует себя лучше. Мир начав было рушиться снова обрел целостность. Конечно, его вид стал хуже, но лучше такой вид чем никакого, думает человек.

Вот только в глубине души этот человек боец и "логические" доводы в невозможности чего-то не подходят ему. Но он обжегшись раз будет убеждать себя, что он недостоин и не сможет. Дальнейшее развитие ситуации приведет лишь к куда большей депрессии и окончательному разочарованию.

Всегда нужно внимательно следить за своими желаниями. Жажда славы, денег, власти она есть и попытки задавить эти чувства приведут лишь к неприятию, даже если вы не понимаете чем оно вызвано.

Моя суть заключается в желании сделать мир таким, как я его вижу. Я революционер и даже другой мир не в силах этого изменить.

Попытавшись жить обычной жизнью я в итоге сделаю две вещи: плюну на все и брошусь в самую гущу событий или пущу себе пулю в лоб.

Видимо, если взглянуть через призму того, что я нагородил выше, Иоганн Штуцер был на своем месте.

Через две недели Штуцер представил мне готовые десятки возглавляемые младшими вожаками, которые в свою очередь смирились с Иоганном как учителем.

Это было бы волшебством если бы не было правдой. Невозможно, немыслимо! На столь успешный результат я и не мог рассчитывать! В лучшем случае я планировал лишь половину тех, кто готов был бы подчинятся требованиям инструктора, но уж точно не всех!

И если непонятный фокус нельзя объяснить с первого раза, то надо напрячься и поставить вопрос иначе: "В чем обман?".

Сей вопрос и был задан Стиву с первым по настоящему важным заданием. И надо признать он справился если не на сто процентов то на близкое к этой цифре число.

Агенты Стива были среди разных людей. Мои лекции по поводу агентурной работы нашли глубинное понимание у Стива и явно не прошли у него мимо ушей.

Лишь самая малая часть людей осознанно работала на него. Они были его "руками", которые контролировали следующий уровень, средний по численности входящих в него людей. Здесь были те, кто догадывался о том, что они стучат, но имеющийся компромат, любовь стучать или денежное довольствие мешали им отказаться от этого дела.

Эти люди были рабочими лошадками, которые собирали у своих соседей, сослуживцев, друзей и сообщали их "рукам" Стива.

Полученная информация заставила меня позабыть обо всех планах и задуматься о необходимости подчистить наши ряды на предмет болтунов, а также устранить Иоганна.

Оказывается нашлось не мало тех, кто делился с ним информацией по поводу устройства и расположения тех или иных сил в нашей группировке!

Как можно быть настолько тупыми я просто не представляю. Можно не питать иллюзий по поводу информационной безопасности моей организации. Если есть что -то, что они еще не растрепали всему свету, то я очень удивлюсь...

Иоганн пользуясь своими источниками разузнал о всех тех, кто имеет авторитет среди обычных членов банды, после чего умудрился убедить их по отдельности, а уже опираясь на них создал отряды подчиненные новоявленным "командирам".

"Командиры", понимая кому они обязаны своими новыми званиями быстро навели порядок в своих отрядах, а там где не справились помогал Иоганн или один из уже прошедших тест на послушание отрядов.

Иоганн выбрал тактику "Разделяй и властвуй". Он мудро не стал идти одному против толпы. Нет. Он раздербанил людей на части и подчинил себе небольшой кусочек и уже с помощью него стал постепенно захватывать целое. будь среди оставшихся мало мальский лидер процесс мог бы быть повернут вспять. Вот только все лидеры были в руках у Штуцера...

Все его действия звучат просто и очевидно, однако повторить мало кто бы смог.

Я трезво оцениваю свои силы и полной уверенности в том, что я бы с легкостью повторил подобные маневры у меня не имелось.

Я отличный руководитель, но как оперативный агент найдется не мало тех. кто обставить меня в два счета.

И можно было бы гордиться таким подчиненным. Выполнил приказ в лучшем виде и не понес никаких потерь, только всегда есть одно "но"...

Если Иоганн имеет такие навыки и умения не решит ли он, если уже не решил, что я ему не нужен?

Сей вопрос необходимо было решить.

Спустя две недели ровно, после дачи задания, Иоганн был приглашен ко мне в кабинет и у меня не было полной уверенности, что один из нас выйдет от туда в живом виде...


Отступление.

- Здравствуйте, сэр. - Иоганн зашел в специально подготовленный для разговора кабинет.

В подготовку входило оцепление всех входов и выходов наиболее доверенными подчиненными Стива. Конечно, их было всего несколько человек, но главное в них можно было быть уверенным. Выбранное задние не имело больших размеров и все входы и выходы были на перечет. Учитывая сложившуюся ситуацию столь серьезные меры были необходимы.

- Проходи, присаживайся. - Я никак не показал реакцию на раздражающее "ваша милость", лишь указал на стоявший напротив меня стул, который, к слову, стоял в двух метрах от меня. При этом между нами еще и находился тяжелый даже на вид стол, являющийся барьером призванным замедлить Иоганна если наш разговор меня не удовлетворит.

Огнестрельное оружие совершило переворот в военном деле. От средневековых мечей и луков, до винтовок и пушек, а потом до танков и пулеметов и наконец, межконтинентальные ракеты.

Меня бы не удивило если бы в этом мире ничего бы не знали об огнестреле, но слава всем богам, которые приглядывают за мной, здесь человечество остановилось на "винтовках и пушках".

Мне жизненно необходимо было оружие, ведь при серьезных столкновениях обычные дубинки, топоры и ножи не котируются против тех же ружей.

Тем не менее достать даже самое ржавую и плохую винтовку было ой как не просто!

Стоит вспомнить лишь отношение власть имущих к собственному народу и по тому, что я успел узнать подобное творилось повсеместно, то становится понятно огромное нежелание властей давать оружие обычным гражданам.

Хранение и передача оружия каралась ссылкой на рудники на пять лет. А если судить по тому, что я узнал, вернувшихся с рудников практически не было...

За производство и использование: казнь через повешение. Если повезет, через гильотину. Да-да, сие изобретение нашло для себя место и здесь.

За укрывательство огромные штрафы по итогам которых провинившийся и его семья становятся должниками государству. Проще говоря: рабами, чьи долговые расписки могли продать хоть на тот же рудник...

Вот только чем сильнее принижать и бить народ, тем сильнее он начнет противодействовать угнетателям. Оружие имелось, хоть его было и мало. Учитывая отношение к доносничеству. полиции редко удавалось поймать кого-то кому можно было инкриминировать "Незаконное хранение оружия" или незаконное его использование.

Всеми моими стараниями получилось раздобыть лишь три винтовки и одно ружье в уж совсем отвратительном состоянии.

Винтовкам как и ружью требовались унитарные патроны, то есть имеющие пулю, порох и капсюль в гильзе.

Для двуствольного ружья получилось достать лишь три патрона, для винтовок же лучше: целых два десятка.

В данный момент сквозь щели по обе стороны комнаты смотрели парни Бена вооруженные теми самыми винтовками. Их задача была остановить Иоганна. Бен мог гарантировать верность лишь одного десятка из всех парней. Стрелять же я их учил лично, на что потратил целых четыре патрона.

Ружье же я держал как раз под рукой.

- Удивительно, что ты отослал парней, которые хотели прийти с тобой сюда. -

- Какой смысл было тащить столько людей для обычного разговора. - Ответил Штуцер.

В чем подвох? Даже обычные бандиты поняли, что ничего хорошего их наставника не ждет здесь, однако он не взял никого... Ловушка? Здание окружено? Вроде нет... Никого так и не заметили...

- Прежде я хотел бы выразить восхищение твоим умением управлять людьми. далеко не каждый смог бы так умело справиться с несколькими десятками человек, которые привыкли к жизни вне закона.

Причем ты выполнил мой приказ в лучшем виде... Даже удивительно. Можно даже подумать, что теперь ты их босс, ха-ха! - Я засмеялся, как бы приглашая посмеяться над этой веселой шуткой, однако верхнюю половину лица я и не думал менять, впившись глазами в лицо сидящего напротив меня человека.

- Нет, сэр, никто не думает так. - Иоганн оставался все таким же спокойным.

- Неужели? - Я картинно удивился: - А вот сведенья, что я получил говорят об обратном. Дескать есть люди, которые прямо заявляют о том, что "Иоганн Штуцер будет лучшим боссом, чем этот неудачник Эндрю Слэнтин".

- Я не слышал этого, но если бы кто-то произнес это в моем присутствии я бы заставил бы его замолчать. -

Я мысленно поморщился: - Хорошо... Иоганн. Знаешь, что я вижу? -

- Что, сэр? -

- Я вижу, человека который имеет своих шпионов у меня в организации и который пользуясь этим подчинил себе моих парней. Единственное, что мне не понятно, почему ты до сих пор еще попытался избавиться от меня. Лишь этот вопрос не дает мне вышибить тебе мозги, после чего навести порядок среди парней. - Я демонстративно положил ружье на стол, пока еще не направляя в сторону Штуцера: - Так что? -

Иоганн сверкнул глазами в сторону оружия, однако он все так же сохранял абсолютную невозмутимость и бесстрашие! Глядя на него я задавал сам себе вопрос: смог бы я с таким же спокойствием говорить, окажись в столь безвыходном положении?

Вместе с тем, как можно назвать человека который по собственному желанию пошел на верную смерть? Глупцом или храбрецом? Как зыбка грань между этими двумя понятиями...

Штуцер вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза: - Сэр, я не собирался предавать вас. Конечно, вы мне не верите, но тем не менее это так.

Ранее я не стал говорить, но в армии я дослужился до сержанта. Это было предельное звание, которого мог достичь не дворянин.

Под моим командованием было сто человек и я знаю, как ими управлять.

Узнав о вас я разузнал побольше, чтобы пойти служить обычному бандиту. И вы отличались от обычных бандитов. Вы не старались ограбить людей до последней нитки. Вы следили за порядком, делали то, что должна делать полиция. Люди, работающие на вас верят вашему слову и у них появилась уверенность, что они не умрут на следующую неделю от голода.

В армии мне говорили, что делать и я был счастлив. Жизнь была проста и понятна, однако... - Еле заметная судорога прошла по его лицу и я чуть не раскрыл рот от удивления. Штуцер потерял над собой контроль?! Что там случилось?!

-... Я ушел из армии. Родные погибли. Свое дело открыть было не возможно. Я могу выполнить приказ, но мне нужен тот, кто его отдаст. - Иоганн замолчал.

Я тоже не торопился ничего говорить. Ситуация сложная. С одной стороны, все чем я занимался ранее кричало во мне, говоря. что это обман. С другой, я чувствовал, что сидящий напротив меня человек говорит правду.

К тому же, своими словами и действиями я оскорбил его. Недоверие и предательство было нормой в моем мире, но так ли это было здесь?

А уж для человека вроде Иоганна, который скорее умрет чем совершит подлость... Отдаст собственный кусок хлеба, чтобы помочь нуждающимся. Мои слова про предательство... А уж тем более размахивание оружием...

Как жаль, что я не успел поговорить с ним до этого. Мной двигала подозрительность, на пару с неведением. Вот только может ли я это быть оправданием? Как это не печально, но люди не склонны к прощению, однако мне ничего не мешает попытаться исправить свои ошибки...

- Хорошо Иоганн. Я верю тебе. - Я взмахнул рукой, отдав команду опустить оружие парням: - Бен! - Дверь открылась и на меня удивленно взглянул глава бандитов: - Возьми всех парней и оставь нас, нам надо поговорить. - Я выделил последнее слово, намекая на то, что невольный слушатель может распрощаться со своими любопытными ушами вместе с головой.

- Но Босс... Этот же... -

- Бен, ты не слышал, что я сказал?! - осадил его я и тут же сменил тон на доброжелательный и немного благодарный: - Не беспокойся, я контролирую ситуацию. Можешь идти. -

- Хорошо босс. - Бен был недоволен, но спорить не стал, лишь бросил раздраженный взгляд на Иоганна, который в очередной раз проигнорировал, чем испортил настроение главарю еще больше.

Еще минут пять раздавались его маты, поторапливающие всех на выход. наконец все стихло и я снова обратил внимание на ждущего меня Штуцера.

Коль заварил всю эту кашу, то теперь ее нужно и расхлебывать:

- Знаешь Иоганн, первое, что я хочу сделать это... - Сделал небольшую паузу, словно мне трудно продолжать дальше: - Это извиниться. -

У Штуцера чуть сдвинулись брови вверх, что, судя по всему, равносильно было сильнейшему проявлению чувств. В этом мире не было принято вышестоящим извиняться за свои ошибки. В кастовом обществе это норма, я же несмотря на то, что родился и вырос в другое время и в другом обществе, тоже старался вести себя как в этом мире. В чужой монастырь с собственным уставом не лезут.

Однако сейчас был другой случай:

- Я обвинил тебя и назвал предателем. Обвинил в попытке предать и захватить власть. Это очень серьезные обвинения.

После твоих слов и того, что я уже знаю о тебе, я понимаю, ты не виновен, а я ошибся.

Ты вправе напасть, ведь подобные оскорбления смываются у дворян кровью на дуэлях, в нашей же той же кровью, но без лишних расшаркиваний.

Ты также можешь затаить обиду, но поверь, я искренне сожалею о своей поспешности и постараюсь не допустить подобного вновь.

Ты примешь мои извинения? - Я замер, ожидая решения, пожалуй, ценнейшего кадра, что я встретил в этом мире.

Иоганн Штуцер не торопился с ответом, по его лицу нельзя было сказать ничего, но неподвижный взгляд буравящий стол не давал сомнений о его внимании.

Лишь спустя несколько минут он расправил плечи и посмотрел на меня: - Я принимаю ваши извинения, босс. И не держу обиды. -

- Хорошо. - Я улыбнулся: - Теперь же награда за превосходно выполненный приказ. Ты получишь жилье и жалование, а также звание, если это можно назвать в нашей среде, командира моей личной охраны. людей отберешь сам. Также на тебя все также остается обучение наших рядовых членов и прививание им дисциплины. -

- Так точно, сэр. - По военному ответил Штуцер, встав со стула и вытянувшись передо мной.

- Мы не в армии сержант. -

- Хорошо, босс. - Штуцер сел обратно.

- И второе, после всех этих событий, ты доказал как своими действиями, так и характером, что ты достоин стать тем из немногих, кто знает мои цели. - Я голосом выделил важность последних слов, поэтому Иоганн подобрался.

- Эта тайна опасна, ведь стоит ей попасться не в те руки и последствия могут быть ужасны. Я верю в твое умение держать тайны, но все же скажу. После того, как ты выйдешь отсюда, ты не должен давать даже намеков о том, что я поведаю тебе.

Сложно описать это, но если сказать коротко: я хочу изменить мир, сделать его лучше. Убрать ту грязь в которой мы живем и помочь людям!

Ты как никто другой знаешь, как живут обычные люди! Дворяне и король должны были стать пастырями для тех кто внизу, они должны были помогать и оберегать, заботится. Ведь чем больше возможности, тем больше и ответственность.

Однако, что мы видим? А видим мы беззаконие и презрение от тех, кто должен помогать и оберегать.

Люди, объединяются вместе для того, чтобы стать сильней и помочь друг другу. Власть нужна для того, чтобы люди жили лучше с ней, чем без нее. Но что же получается?! Власть превратилась в паразита! Пиявку, которая вцепилась в нашу шею! Шею трудового народа, который тащит на себе этих заплывших жиром и пороками дворян! А они лишь смеются и стегают кнутом, оставляя кровоточащие раны на тебе народа! -

Глаза Иоганна вспыхнули от ярости и он медленно встал напротив меня.

- Если ничего не делать, то все так и будет продолжаться! аппетит приходит во время еды! Дворяне не считают нас людьми и если не пытаться это исправить они все дальше и дальше будут продолжать мучить нас.

Я хочу исправить это!! Пока что я почти никто, сейчас я почти не имею ресурсов для этого, но я буду делать все от себя возможное! Пролью как свою, так и чужую кровь для того, чтобы изменить сложившийся порядок! - Неожиданно для меня самого речь, в начале призванная лишь убедить Иоганна служить мне задело в моей душе то, ради чего я все это затеял. Грязь и несправедливость, что я видел нашла отражение в моей душе и сейчас выплеснулась в гневной необдуманной речи. Для жителя этого мира возможно чересчур откровенной.

Ведь для них дворяне и их бесчинства привычно, а король настолько великая фигура, что оспаривать его мнение является святотатством. Нужно постараться откатить назад:

-Я понимаю, что для тебя это скорее всего слишком... -

- Нет! - Я замолчал с потрясением смотря на стоявшего передо мной Иоганна.

Иоганн был зол. Нет! Он был в ярости! И это пугало. Когда в ярость приходит эмоциональный человек, он быстро прогорает и успокаивается, но если в ярость впадает такой человек как Штуцер... Можно лишь посочувствовать тем, на кого падет его гнев.

К его лицу прилила кровь так, что вместо белого оно стало почти черным, что было поистине страшно. Словно маска кровожадного демона была надета на его лицо.

- Я готов на все, чтобы дво-ря-не... - Он произнес это по слогам: - Чтобы они поняли, что мы не просто мясо! Я... - Наконец он справился с собой и произнес уже куда спокойней: - Среди людей ходят слухи о вашем титуле и что вы не из простого народа, но даже если это не так, вы все равно достойны его больше чем все эти, как вы сказали заплывшие жиром дворяне! -

Иоганн встал на колено: - Я вверяю свою верность вам, ваша милость. -

Я быстро встал с кресла и в несколько шагов дошел до коленопреклонного мужчины и рывком поднял его за плечи: - Я принимаю твою верность. Хоть я и впрямь не дворянин. Встань же! Теперь ты мой товарищ, не слуга! И я еще не сделал того, что обещал, вот когда народ вздохнет спокойно без гнета высшего света, тогда и я буду достоин твоих слов. -

- Я верю, что это непременно произойдет, ведь ведете нас вы. - Штуцер, казалось, не испытывал никаких сомнений. Его лицо стало как обычно бесстрастно, а глаза смело смотрели вперед: он был готов ко всему.

Так, слабо подготовленная проверка на лояльность, стала попыткой сыграть на чувствах подчиненного, но превратилась в рождение настоящей дружбы в которой и я и он готовы были сделать все, чтобы изменить мир.

Конец отступления.


После всех этих событий подчиненные были в сильном недоумении и, надо сказать, было за что. Появление бродяги, который в рекордные сроки занимает высокое положение, чуть погодя он же оказался по настоящему крут, показав свою власть и подчинив всех вокруг своей воле, и почти сразу слухи о сходке Босса и Штуцера!

Через несколько дней, Стив, докладывая мне, весело ухмылялся рассказывая особо безумные слухи, ходившие о нашей встрече.

Некоторые были в полной уверенности, что я и Иоганн сошлись в драке! И так как Иоганн продолжает служить мне, я вышел победителем! То-то я замечал опасливо восхищенные взгляды когда вышел на прогулку, размять ноги.

Вместе посмеявшись со Стивом над фантазией парней, спросил у него насчет общей реакции на все произошедшие события.

- Мистер Эндрю. Как я понял по словам моих парней, Иоганн держит всех в кулаке и не дает никому спуска, также он выбрал пять человек и тренирует их так, что я лучше бы проработал две смены на цементном заводе, чем пошел на его занятия! - Стива, видимо очень впечатлила учеба до потери сознания.

Я кивнул, показывая, что принял к сведенью. Иоганн не имел привычки терять время попусту. Каждую свободную минуту он старался чем то себя занять. Время, когда он ничем не занимался заключалось в походе в то или иное место или когда он спал.

- Те, кто пытался катить на вас бочку сэр, умылись кровью, Штуцер прямо сказал, что убьет самолично любого предателя. Ему поверили: он не болтает языком попусту.-

После всех этих событий прошло чуть больше месяца, однако мои "войска" уже знали что такое дисциплина и готовы были выполнять приказы даже если они им не нравились. Учеба Иоганна была жесткой, любое неповиновение каралось строго, однако Штуцер никогда не заходил в своей тяге к порядку излишне далеко, поэтому парни хоть и стонали, но видя успехи друг друга, втайне гордились своим командиром.

Да-да. Увеличившаяся организация требовала новых правил и как пример для дальнейшего развития я выбрал английскую армию этого мира.

Число всех парней достигло четырех десятков и это были все до последнего рядовые члены банды. Иоганн получил звание сержанта и под его управлением встали три из четырех десятков, а оставшийся десяток был отдан Бену. Это если не учитывать мою личную охрану в количестве четырех человек. Было пять, но один был пойман на крысятничестве и утоплен. Выполнили же этот приказ оставшиеся четверо телохранителей. Что породило множество слухов, касающихся их безбашенности... Каждый десяток возглавлял капрал.

Конечно, Иоганн был обязан следить за подготовкой всех войск, но вот командовать он мог не всеми людьми.

В принципе, Бен должен был иметь равное число подчиненных как и у Иоганна, но он... Не справлялся. И это мягко сказано. Безусловно, желания получить все и побольше у него было хоть отбавляй, но вот распорядиться полученными ресурсами он не умел. Помимо больших мускулов нужно было иметь еще и хорошие мозги или хотя бы хитрость, а с эти у Бена были большие проблемы.

Стоит добавить нежелание меняться и работать над своими ошибками и становится понятно мое решение отдать его подчиненных Иоганну.

Смотря на бесящегося от ярости Бена я понимал, что он этого так не оставит... Но вместе с тем, он пока что не давал повода усомнится в своей верности. Сложная ситуация.

Люди Стива не входили в обычные войска, поэтому информация об их количестве и даже об их ведомстве не афишировалась и не озвучивалась. Однако на момент реорганизации у Стива было лишь две пары "рук", то есть четыре человека, которым он мог доверять больше обычного.

Стив был полной противоположностью Бену в плане работы над собой.

Кто был Стив на момент встречи со мной? Стукач, помойная крыса, которая медленно подыхала от голода и окружающих ужасов, Бен же был в куда лучших условиях: главарь успешной банды.

Однако кем они стали? Бен так и остался тем же главарем, десять подчиненных это его максимум, больше он не может переварить и лишь подавится.

Стив же другое дело! Шаг за шагом он ломал себя, заставлял смотреть в глаза собеседникам, убрал лебезящие нотки из голоса, выпрямил спину и перестал смотреть словно загнанная в угол крыса. Он научился управлять подчиненными так, чтобы они не только боялись его, но и уважали.

Его шпионская сеть, хоть и была грубой и не надежной. При желании я мог бы за несколько дней полностью взломать ее и узнать обо всех членах, однако сделал он ее сам. С моей помощью, но сам! Многие ли могут похвастаться, что в возрасте двадцати четырех лет иметь собственную шпионскую сеть?

Причем сеть рабочую, ведь новость об подготовке нападения Толстяка Джо они принесли как нельзя вовремя! Ведь Бен откуда то узнал об этом...

- Входи! - Крикнул я погромче.

Дверь снова открылась и вошел улыбающийся Стив.

- Ну и сколько ты с него содрал? -

Не понимаю о чем вы сэр! - Попытался сделать лицо поневинней Фрак.

- Хах! Не пытайся! Все равно не поверю! Так сколько? -

- Десять серебряных, чтобы якобы он первым сообщил об этом. - Раскололся Стив, давя ухмылку.

- Хах. Ну ладно пошутили и хватит. - Я согнал улыбку и настроился на серьезный лад, после чего встал и пошел на выход, Стив последовал следом: - Все идет по плану? -

Стив тоже напрягся: - Да, сэр. Иоганн как раз следит за сборами.

- Ну что же, твои как я понимаю уже готовы? -

- Да, сэр. Снаряжение одето, холодное оружие у каждого. Оба ружья укомплектованы и готовы к стрельбе.

- Хорошо, в какой точке собираются люди Толстяка? -

-На стыке с улицей Рыбной и Красной. Собственно как мы и ожидали. Толстяк заключил союз с бандами обоих этих улиц! - Стив от избытка чувств аж стал жестикулировать, делая жест будто откручивает кому то голову.

- Он не мог нас победить в сражении один на один поэтому он позвал пришлых, но вот чем он собирается платить другой вопрос... Значит на стыке говоришь? Те стрелковые позиции для стрелков уже готовы? -

- Да сэр. Парни уже пристрелялись, те двадцать патронов не были потрачены зря... -

- Не напоминай. - Я поморщился. Без опыта стрельбы парни Стива с винтовками почти ничего не стоили, пришлось раскошелится на дополнительные патроны. Благо пришло сразу несколько партий этого редкого товара: - За каждый патрон с тебя спрошу если что. -

- Понял сэр. -

Почему же я вообще довел до военного столкновения? Ведь мне ничего не мешало заключить союзы с бандами обеих улиц и таким образом значительно сократить силы Толстяка Джо.

Причем у меня было бы куда больше шансов добиться этого, чем у Толстяка, потому что я располагал куда большими и силами и все заинтересованные лица об этом знали. Толстяк должно быть изрядно распотрошил свои кубышки с деньгами за то, чтобы они все же выступили против меня.

Ответ прост: мне не нужны союзники. Я хочу стать единственным человеком в трущобах в руках которого будет сосредоточена вся власть.

В политике, если честно, нет союзников. А те, что называются ими это те, с которыми ты не можешь справится своими силами и поэтому вынужден улыбаться и сотрудничать. Звучит подло и неприятно, однако это реальный мир и все красивые слова очень часто имеют под собой огромную кучу неприятного пахнущего содержимого.

С другой стороны, мне ничего не мешало пойти другим путем: организовать заключение тройственного союза с другими бандами, после чего спокойно расправится с Толстяком. Затем не торопясь и обстоятельно переманивать членов других банд официально и неофициально и наконец создать два передела власти и поставить лояльных мне людей на места главарей. В итоге оба новоиспеченных главаря изъявили желание пойти под мою руку.

Почти бескровный, тщательно выверенный план, который имел все шансы быть воплощенным в жизнь. Вот только есть небольшой минус, который моих обстоятельствах решающий: время.

Лишь на две жалких банды нужно будет потратить очень много времени, а таких банд в трущобах десятки!

Имей я при себе государственное финансирование и людей в необходимых количествах еще куда ни шло, но так... Наверное лет через пять десять я как раз добьюсь своих целей, а именно контроля трущоб.

С одной стороны я смогу сделать то, что хотел: изменить мир. Чуть-чуть, лишь часть города, но сам факт. Кому-то бы хватило... Но не мне! Я хочу большего, в десятки, сотню, тысячу раз большего! И для того, чтобы воплотить мои планы в жизнь потребуются десятилетия и тратить столь ценное время на возню с бандитами я не имею права.

Вот поэтому Стив получил приказ никак не разрабатывать планов по союзу с другими бандами. Однако исподволь нанимать людей в уже действующих бандах было не запрещено и даже указана необходимость этого делать. Цели убивать всех бандитов не было, а после победы, проигравшие вполне успешно могут влиться в наши ряды.

Двор порадовал меня видом спешащих и строящихся людей. никто не бегал панике у всех была строго для них определенная цель.

Иоганн провел ни одну учебную тревогу, объясняя и показывая, что делать в той или иной ситуации. Например им было отработано: неожиданное нападение на базу, защита базы, визит полицейских, что включало в себя спешное уборка всего незаконного и как раз известие о нападении Толстяка Джо.

Сам Иоганн нашелся распекающий одного из своих капралов и двоих стовяших за ним рядовых. они втянув голову в плечи панически стреляли глазами, пытаясь найти выход.

- ... Значит у двоих ТВОИХ подчиненных нет личного оружия... Рядовые! За утерю личного оружия в армии наказание: смерть через повешенье! Капралу же два десятка палок и вычет из жалования! -

Провинившиеся парни переглянулись с побелевшими лицами и бросились в ноги Штуцеру:

- Сэр! Прошу сэр! Пощадите, больше не повторится! Пожалуйста! -

Капрал тоже помрачнел, со злобой смотря на двух придурков. Из-за них он оказался в столь щекотливой ситуации.

Увидев меня он чуть приободрился, надеясь на то, что пронесет.

- Что у вас тут, сержант Штуцер? - Официально спросил я.

- Два преступника. Халатное отношение к личному оружию. - Четко ответил Иоганн. Забавно, что для него они стали преступниками лишь после утери оружия, а не из-за их профессиональной деятельности.

- Что собираешься делать? -

Иоганн окинул хмурым взглядом провинившихся: - Повесть бы... - Он сделал паузу: - Но у нас столкновение намечается... Капрал Браун! -

- Да, сэр! Вы и ваш десяток переходите в первую линию! Оружие для эти двух дураков получите в хранилище! Вперед! -

- Да, сэр! - Парни испарились.

- Мы попадаем в сроки? неожиданностей не предвидится? -

- Никак нет, сэр. Лишь в этом десятке нашлись... - Иоганн замялся подбирая что-то без матов, после чего перевел тему: - Парни мистера Фрака готовы? -

- Да. Они скорее всего уже на позициях. -

- Что ж, тогда выходим. Командование все также на мне? - Штуцер, до этого внимательно рассматривающий что-то среди рядовых, снова повернулся ко мне.

- Ничего не меняется. Руководитель не должен делать все сам, он должен лишь руководить. -

- Хорошо. - Недовольно ответил Иоганн.

Сержант считал, что это я должен был возглавить эту войсковую операцию, чтобы получить все лавры. Он же, должен был при мне в роли советника или бевого командира, который в гуще событий.

Услышав подобную идею, я подавив желание высказать матерно свое мнение о подобной идеи, я более менее спокойно объяснил, где вижу его желание по геройствовать.

Однако, какого было мое удивление, когда Иоганн с полной уверенностью в своих словах стал доказывать мне, что он дескать не будет отсиживаться в тылу, пока его подчиненные воюют.


Отступление.

- Лишь трусы отсиживаются тылу! -

- По твоему я трус? -

- Сэр! Вы генерал, который будет управлять всем ходом сражения. Мое же место среди людей: направлять и подбадривать их. Показывать своим примером отсутствие страха и веру в победу. - Иоганн не собирался отступать.

- Неужели? - Ядовито спросил я: - А если тебя случайно убьют ты мне предлагаешь где тебе замену искать? -

- Сэр, я... -

- Молчать! Ты сказал, что я буду генералом, но имею ли я опыт командование в боевых ситуациях спросил ли ты?!

Ты же имеешь опыт командования даже большим числом людей именно тебе, как омему военачальнику командовать этим сражением.-

Штуцер угрюмо молчал. Он понимал, что в моих словах есть логика, но и отступать от своего не хотел.

Я заставил себя вспомнить, какое время сейчас в этом мире. если проводить аналогии с Землей, сейчас только-только отошли от стрельбы из ружей один строй на другой строй. Командиры стоят в первых рядах, блестя многочисленными наградами и привлекая внимание противника.

Лишь после опыта первой мировой все великие державы стали менять отношение к внешнему виду и тактике.

Иоганн Штуцер человек своего времени и он искренне не понимает моих требований. Более того они для него звучат оскорбительно.

- Иоганн. - Мягко начал я чуть погодя: - Я понимаю, что требую от тебя многого, но это же не просто так. Для того, чтобы выполнить помочь людям мне нужен ты.

Один человек ничего не сможет сделать. он может убить короля, но на его место сядет другой король и все пойдет по старому. Он может убить десятки дворян, но система будет работать по прежнему.

Мне нужны люди, которые поддержат меня и помогут. Ты один из таких людей. И нас мало. Если ты и впрямь хочешь помочь ты не должен рисковать. Я понимаю, что это тяжело, но как только наша организация крепко встанет на ноги и мы не будем скрываться, ты сможешь действовать как захочешь. Ты понимаешь меня? -

- Да... И хорошо. Я буду командовать из тыла, однако я с радостью передам командование в ваши руки. -

- Отлично Иоганн. Я знал, что могу на тебя рассчитывать. - С облегчением закончил я.

Конец отступления.