Ответ: мораль (то есть правила поведения в обществе) людей вообще, любых, ограничена тем, что другие люди этого общества могут не одобрить твоих ужасных поступков, которые им помешают жить. И в ответ могут навалять тебе люлей. Вплоть до замочить. Даже возникает государство как наёмный аппарат насилия для поддержания прав и свобод тех, кто слабоват физически, чтобы навалять лично.

Так что мораль ограничена. Твои свободы кончаются там, где начинаются свободы других людей. И ограничено это силой других людей, благо не один на планете живёшь. Людей. Но не Бога.

Ужасы начинаются там, где некто сочтёт себя слишком сильным и непобедимым, ненаказуемым. Отморозком. Вот тогда он начинает плевать на всех, пока те не объединятся и не плюнут на него так, что он утонет наконец. Поэтому самая главная свобода людей - объединяться - это жизненно важно для выживания, для боя с сильным врагом.

И, как говорится, слава Богу, что все люди - один и тот же биологический вид и примерно равны по силе. Нет непобедимых монстров. А если б и были - то полковник Кольт уравнял бы и их.

Да, тут бы ещё и про численность "войска" не помешало бы сказать: не умением, так числом. Но уже есть водородная бомба. Вот во времена Христа не было, поэтому Иерусалим оказался у римлян.

Кстати. В каждой схватке, в каждом конфликте бывают проигравшие. Особенно - в схватке со стихией, старостью, болезнями. Было бы странно не выдумать Бога, восстанавливающего справедливость. "Мы слабы и проиграли. Но могущественный Бог всё-таки накажет обидчика: не сейчас, так после смерти". Это одна из причин существования идеи Бога: мечта о сильном заступнике. Очень сильном.