О, долгожданный кот! Амбал, златая цепь,
Ну даром что тот дуб, у ЛукоОйла, блин,
В сём мире мух и рыб он даром ест свой хлеб,
Такую тушку - хрясь. И сало в магазин.

Я не пою ни боли, ни утрат,
Кто виноват - неважно. Счастье птицей
Рванётся ввысь, и с сердцем распростится,
И дольше века длится боль и чад

Былых костров. Но стоит на заре
Золе седой стать освещённой солнцем,
Как старый склеп вдруг растворит оконца -
Подумал кто бы? В мёрзлом ноябре,

На лужах - лёд, недужной суетою
Полны всех чаш края, но Бог с тобою -
Не догорел, не выжжен, запоёт
Огонь - и гром бьёт в бубен пред грозою.
Хорошо идут дела - жопа ждёт, башка - цела,
А спина - как по заказу - вся белым-черным-бела.
Если хилый - сразу в гроб, там поест червяк и гриб,
Агасфером вечным майся между всяких диких триб.
Средь воды и медных труб, средь огня и чуши с губ,
Слушай чистый звон кимвальный и расти в могилу труп.
Любопытен - так пытай. А распнут - так прямо в рай.
Ясен хрен, такая редька всходит редко, но - чрез край.

Ах, этот милый подкаблучник
Голодной юности моей,
Он всех кругом гораздо лучше,
Вялёней, тише и добрей.
Пасись, овечка, пыхай свечка,
За всё ответишь ты, а я -
Сирена с носа корабля...
...И небосвод себе на плечи.
Да, я сама - кариатида,
Атлант, и слон, и Атлантида.
А он - мужик, в постельке вжик.
...Зачем мне грешный мой язык?
Это странно, невероятно -
Вроде б Солнце - а тоже в пятнах,
Жми педали, крути планету,
Диск Фортуны кидай - монету -
А блаженства всё нет как нету.

У любовей шальные губы -
Гусли томные, самогуды,
Ждёшь в надежде и веришь в чудо,
Плача через улыбку Будды.
Чаплин, жрец протеславных вуду.

Все концы давно пали в воду,
Ту, что дважды пройти без брода,
У погоды всегда свобода -
Пастуха ли полить, всё стадо,
Если дождик - то значит, надо.

Умывайся, строгальщик радуг,
Зубы чисти, покуда воздух
Не расстрелян из тех рогаток,
Что божки надрывают в грозы.
Боже, ты переслушал джаза...
Нетерпеливо ножкою качала,
Всё норовила ножкою задеть,
Короче - пнуть. Проснись, козёл, медведь,
Начни с меня, плевать, что не с начала.

Меня муж бросил, что же - помереть?
Судьбу устрою, сделаю карьеру,
И мужика найду - я знаю меры,
Что мне помогут сунуть его в клеть.

Ведь план отличный? Но смущаешь ты -
Рождая дрожь в коленях, трепет в сердце,
Наводишь бесполезные мечты,
Я их гоню, да вот - не отвертеться.

А ты почти что глазом не ведёшь,
Хотя я знаю, что меня приметил,
Не родился ещё мужик на свете...
А впрочем, вдруг?... Я думаю - ты врёшь!

И эта ложь нервирует и бесит.
Я понимаю - девка не невеста,
Но где ещё такую ты найдёшь?
Ну, шевелись же, ты, едрёна вошь!
А то стучит в груди - душе там тесно.

Давай, своей рукой пошевели,
Моя душа прилежно замирает,
И жаждет бури, парадиза, рая,
Войны, самума, к чёрту корабли -

Пускай горят, мосты и жребий - в пламя,
Я не могу - притворство тяготит,
Смотри - твоя, твоя я без пяти
Секунд, давай же, шевели устами.

... А я - молчок, хоть сердце говорит -
Гори, гори, дорвись же до любви....
Ах, эти цены, вы - судьбы струбцины,
Закрутишь сильно - раскрошится глина.
Нет, не спугни! Пусть дикие глазища
Глядят с тоскою, лучше - с ожиданьем,
А ты не делай честного признанья,
А сделай вид, что заблудился в чаще

Её дыханий и сердцебиений,
Не меря пульс, скажи, что тороплива
И стонет кровь. И жаждет рецидива
Увидеть диво. В тайном поклоненьи,

В гореньи глаз и нетерпеньи пальцев,
Боясь признаться, встретиться, расстаться,
Остаться вне. Ведь проявить эмоций
Румянец - стыдно. Сохраняя лица,

Карьеру ставя во главу состава,
Как паровоз, дымящий величаво,
Не дать сознаться, встретиться, влюбиться,
Ни дать, ни взять. Реализуя право

Лишь в снах, столь жгучих, что пылали б в яви,
Профукать случай. И в долгах, и в яме.
В шелках же - компас, говорящий "мимо".
Но что ж глядишь так пылко и пугливо?

Терпи, казак, её речитативы
Всё чаще, чище, ближе к нетерпенью.
Костру полезно веток для горенья
Поднакопить. Сгорая торопливо,

Не обогреть, не сжечь, и томным дымом
Не растекаться через дни и годы,
Наперекор всем козням непогоды,
Не стать сияньем в корче пантомимы.

Не дай нам Бог ни в тризне, ни в поминках,
Ни на пиру коллеги Валтасара
Завязнуть так, чтоб слабостью в коленках
Шатало Землю и к ногам бросало
Чужих блудниц и принцев, и прелестниц
Иных пород, мастей и подмастерий,
Что вырезают скважины без двери,
А ключ теряют в неизвестном месте.
У вас в уме просчитано прилежно,
Что мне положено, а что - другому полу...
А королю свободней без одежды,
И без дворца - а идеально - голым,
Зато весёлым. Погляди на крестик -
Евангелическая радость доброй вести.
Его распнут, а ты - давай! - воскресни,
Не в том году, в неподходящем месте.
Её мечтой рулит необходимость.
Трудна у мам молоденьких судьбина -
Мужик отцвёл, отец, кобздец, малина,
А ты ищи, чтобы пригрели сына.

Как тот Христос - что пасынок для Бога,
Сошедший в мир гулять и хулиганить,
А ты его счета оплатишь. Память
К тому ж торчит занозой-недотрогой.

А я - ужасный кандидат в папаши.
Ей всё известно, только - что поделать,
Когда сбесилось - сердцу не прикажешь,
Оно трещит льдом половодья белым.

Какой залётный принц
Сошедший с корабля
Пройдёт, ища коня,
А влюбится - в меня?

Дай, Боже, этот шанс,
Дай грусть согнать с ресниц.
Удачи - хоть бы раз...
Ну где же ты, мой принц?

Вращается Земли
Неспящий сей волчок,
Пусть капельками дни,
Но времячко - течёт.

Идут, уйдут года,
А принц застрял в пути.
Влюбись, люби меня,
Приди, приди, лети!!!
Не кидай в меня взгляды такие -
Они с толку сбивают меня,
Я смущаюсь, и день ото дня
Наливаюсь любовною силой.
Но когда я услышу в ответ
Твоё гордое, дикое "нет",
Я твой жизненный путь завершу -
Укушу, а потом задушу.