Бондарук Георгий Романович: другие произведения.

Князь Тьмы

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  Пролог.
  
  Бастион Тьмы щерился во мрак ночи сотнями обезображенных ликов. Мертвые воины застыли, покорно ожидая команды хозяина к бою. Тучи сходились над огромной твердыней, распростершейся от горизонта до горизонта. Мир затаил дыхание, не смея и дернуться, дабы не разбудить дремлющие доселе силы.
  Сквозь тугую пелену хмари на замок взирало мертвенно-бледное око луны, то появляясь, то прячась за спасительную преграду туч. Не горели факелы, не бегали защитники, не кричали живые. Казалось, что крепость Кар-Тинор вымерла. Да, отчасти так и было, вот только осаждающей армии, застывшей в нерешительности в двух конных переходах, это не сулило ничего хорошего.
  Высокие шпили многочисленных башен, тонкие словно иглы, они пронзали небо на высоту полета стрелы. Рваные стяги забытых ныне кланов щерились жуткими тварями гербов и развевались, подхваченные услужливым ветром. Каких зверей только не собралось на полотнищах. Были там и драконы, и мантикоры, и химеры, и огромные волки, даже величественный слон затесался в эту братию ужаса. Вороны угнездились на шпилях, беспросветные бусины глаз смотрели туда, на горизонт, где блестели начищенные до блеска мечи, где колыхались на ветру пестрые плюмажи. И как ответ на жутких тварей, что навеки застыли на стягах башен, им щерились флаги неприятеля. Грифоны, лебеди, псы, змеи, и гордый феникс, что пламенем своей жизни освещал путь идущих за ним.
  Армия Света, как они себя гордо называли, во все глаза смотрела на застывшую твердыню, не в силах оторвать испуганных взоров. Солдаты сильнее сжали кулаки. Вот она, обитель зла, - думали они. Эх, куда уж простому обывателю понять все хитросплетения сил. Ему бы дай черта, которого можно хаять при всех неудачах. Скотина померла, жена изменила, повозка застряла, во всем Левинг виноват, - да мало ли поводов вспомнить горячо всеми любимого меня, Левингом же и именуемого.
  И теперь все, кого собрали под стенами Кер-Тинора глашатаи, гневно раздували ноздри и шумно дышали, предвкушая нешуточную схватку со злым мной. Пусть даже этот поход грозил им смертью, при чем далеко не быструю, каждый думал, что именно его минует чаша сия. Смерды пришли мстить мне за поборы дворян, за ханжество чинуш, за попратую честь, за моры и неурожаи, за жизнь и за смерть, за рожденных и умерших под этим солнцем. Храмовные служители затянули литании, подбадривая дух солдат. Три культа, три гигантских занозы в моем заду, пришли под мои же ворота требовать от меня капитуляции с последующим умерщвлением на главной площади Феола.
  Столица Империи людей заскучала по зрелищам. Низвергнутая в пучину разврата, она не в силах отказать себе в таком удовольствии. А тут еще повод немалый. Как же, казнить самого Князя Тьмы, это вам не шутки. И то, что оный Князь думает по этому поводу, никого к сожалению не интересует.
  Храм Зедеша как и всегда выставил своих верных мечу и крепкому слову воинов. Тысяча элитных бойцов молила своего мерзкого божка ниспослать им помощи в битве со злодеем. Маги Калисты тихо бормотали заклинания, окружая огромную армию разноцветными куполами щитов. Маги рассредоточились по рядам войск, как и всегда впрочем. По одному на сотню. Еще тысяча.
  И наконец самые ретивые - монахи Дрова. Треклятые друиды попытались воззвать к моим лесам, но в ответ получили смачную фигу и успокоились. Эм, ну как успокоились, еще раз перепроверили не потеряли ли они на подступах своих лесных элементалей, Девов. Их тоже собралось немало. Гигантские древолюды тащили на своих кряжистых спинах поклажи с каменьями. Жаль, что не драгоценными. Было странно то, что на призыв Соединенного Королевства Людей не отозвались другие народы. Ни степные орки, ни темные эльфы, гномы как и ожидалось, даже послов к себе не пустили. Свободолюбивый орден Вольных магов порывался было помочь, но после ряда неудач, свалившихся на головы тамошних старших, как то поумерили пыл. Остальных народов было итого меньше числом, к ним даже не обращались.
  И все бы так и осталось на своих местах, но храм Калисты докопался до одной понятной им истины и создал таки нечто, могущее склонить чашу весов в их пользу. К сожалению, мне так и не удалось узнать, что же такое откопали вечно надоедливые маги стихий.
  Встрепенулись горгульи на парапетах. Черные перья стали дыбом, когти гневно заскрежетали по антрацитовому камню. Дикий клекот известил хозяев этого зловещего места о непрошенных гостях. Одна из горгулий сорвалась с места, ухнула камнем вниз и почти у самой тверди расправила крылья. Заложив крутой вираж, она скрылась в открытом окне. Единственном во всем замке, где тлел огонек света.
  Я молча сидел в полумраке кабинет и размышлял. Ситуация складывалась не очень. Даже без помощи других королевств, ко мне приперлось огромное войско да еще и со своими секретами запазухой. Ни один из моих шпионов так и не смог ответить на мой вопрос. Гигантская мельница войны была запущена и остановить ее лопастей без конфликта я уже не мог. Почти пол тысячалетия я спокойно себе существовал и никого не трогал без особой на то нужды. Несколько разоренных замков баронов, чьи хозяева решили пощипать мои скромные запасы, не в счет.
  За без малого пятьсот лет своей жизни я не объявлял войн, не совращал умы, не грабил караваны, да вообще вел себя паинькой. По крайне мере официально. То, что я время от времени бродил по земле под выдуманными именами, факт мало кому известный. Поэтому я сидел и решительно не понимал, чем я так мог насолить окружающим, что они решили извести меня под корень. Но не это занимало меня, а то, что я таки не мог ничего сделать, чтобы избежать войны. Не то, чтобы мне было кого-то жаль, просто, если я выйграю эту битву, то через век - два, все повторится снова. И так вновь и вновь, пока эти тараканы не надоедят мне настолько, что я изведу их род раз и навсегда.
  Горгулья тихо прокряхтела, привлекая к себе внимание.
  - Чего тебе Кречет, - устало спросил я.
  - Армия, тьфу, Света на подходе ваша мрачность.
  Я тяжело вздохнул и развел руками, мол это не моя вина.
  - Знаю. Как думаешь, их получится отговорить?
  Горгулья отрицательно помотала клювом.
  - Тогда командуй боевую готовность. Приготовить щиты, активировать механизмы, пробудить варлоков, вампиров, оборотней и всю эту братию. В общем, действуй по коду А, - наставлял я горгулью.
  - Как обычно, хозяин, - покорно согласилась горгулья.
  - Как обычно не выйдет. Чуешь запах?
  - Нет.
  - Дерьмом пахнет это все, вот, что я тебе скажу. Имущество снести на нижний ярус и заблокировать. Эвакуация по коду В.
  - Все так плохо, - удивленно гаркнул Кречет.
  Я пожал плечами. Интуиция не самое сильное мое достоинство. Разум же пока не мог просчитать все вероятные возможности, все упиралось в тот секрет, что хранили Калисты. Тысячу проклятий им на голову. Припрись ко мне такое вот войско без козырей, оно испарилось бы к утру.
  Кречет улетел отдавать распоряжения, а я молча подошел к окну. Прохлада ночного воздуха успокаивала мысли. Ущербный диск луны выставил бок в прореху туч и окрасил долину в бледные тона. Гнетущая, отвратительно мертвая тишина не предвещала ничего хорошего. Мир всегда чувствует бойню и старается сдержать ее всеми силами. Вот только... Не в этот раз, мой друг, не в этот раз.
  Пальцы легли на отполированное дерево подоконника. Я спокойно смотрел на пятна флагов и пытался сосчитать, сколько же родов выставили свой гарнизон. Сбившись где-то на пятидесятом роду, я отвернулся от окна и сжал перстень на указательном пальце.
  - Сколько я не вспоминал о тебе?
  Кольцо так и не ответило. Только маленький дракон на резном рисунке довольно оскалился пастью. Утопив рубин в кольцо, я распростер руки в стороны. Тело вздрогнуло от внезапной тяжести, лязгнуло упавшее забрало, доспех послушно окутал своего хозяина. Последний раз я одевал его очень давно, во времена, когда я был слишком молод и горяч, чтобы понять одну простую вещь - силой можно взять все, но плата за это порой слишком высока.
  - А теперь придется платить по старым счетам, - подумал я.
  Доспех был таким же как и в те далекие годы. Шлем скалился пастью черного дракона, плюмаж из черных волос хвостом ниспадал до плеч. Наплечники ощетинились острыми шипами. Кираса ребрами охватила грудь и плавно переходила в набедренники и поножи. Рваный черный плащ развевался за спиной.
  Кречет снова ворвался в окно.
  - Хозяин, войско пошло на приступ.
  Я обернулся. Горгулья видела меня таким впервые. Она видела того самого воина, принявшего длань Тьмы и согласившегося быть ее наместником в этом мире. Там, на горе судеб, она пришла на зов умирающего воина, последнего из всего эскорта и предложила свою руку в обмен на вечное служение ей. Кречет вжал голову не в силах сдержать пристальный взгляд двух багровых точек глаз.
  - Что ж, значит к утру они будут здесь. Как прозаично, - фыркнул я.
  Сжав руку, я мысленно позвал меч. С тихим дзыньком, Темнейший пришел на мой зов. Эфес послушно лег в правую руку. Лезвие, сотканное из мрака пожирало сам воздух. Казалось, мир вздрогнул, увидев оружие, что сжимала моя рука.
  - Кхм, какие будут приказания, хозяин?
  - Пока никаких. Можешь быть свободен.
  Горгулья как можно поскорее убралась подальше от кабинета. Слишком огромная сила сейчас предстала перед ней, сковав грудь в приступе дикого ужаса. Подобное грозило не просто смертью, ее то мои твари не боялись. Ничто, вот чем могло обернуться столкновение с этим мечом. Не признающее никого, кроме меня, оно способно прорубить проход мраку сквозь любую завесу света. Стоит только попросить Ту, что дала мне этот меч, и мир канет во Тьму. Но стоит ли оно того? Стоит ли моя жизнь той участи, что будет уготована этому миру, если я приму такое решение?
  Миновав круглый столик, я прошел коридором во вторую половину этажа и вышел на балкон. Сейчас я смотрел на огромный бастион. Город мертвых, созданный на костях и призванный охранять этот мир, от того, что ждет каждого смертного. Такова была моя плата, вечно стоять на страже Серых Пределов и следить, чтобы тонкая завеса между живыми и мертвыми оставалась незыблемой. Именно здесь пролегала граница, и там, за стенами Кер-Тинора не было ничего живого, на закате стены бастиона лизал вечно голодный серый туман. Что скрывалось за ним, я не знал, как не знал и того, что ждет меня, стража границ, после моей смерти. Тьма отказалась отвечать на этот вопрос.
  - Что ж, может быть жизнь дает мне шанс разгадать и эту загадку, - подумал я.
  Я подошел к краю и взглянул вниз. Из мрака на меня смотрели тысячи багровых угольков, покорно ожидая команды. Они заждались, верные стражи, подъятые из древних могил, коих здесь были тысячи. Земля впитала в себя мириады тел тех, кто сошелся когда-то на этом поле в битве. Кто и зачем бились я не знаю. Вот только сколько бы я не поднимал из земли к себе на службу, меньше костей в земле не становилось. Без малого три сотни тысяч мертвых сейчас ожидали битвы. Им не привыкать. Когда-то прошедшие через мясорубку, они жаждали вновь очутиться в пылу сражения.
  Утром началась осада, которая затянулась на долгие два месяца, а затем, когда от армии неприятеля почти ничего не осталось, когда легионы мертвых ворвались в рваные ряды живых, маги Калисто применили свое тайное оружие и все погрузилось во тьму. Я помню, как в лучах закатного солнца блестнул резной диск в руке последнего мага. Помню, как добежавшие до него скелеты проткнули человека насквозь и подняли высоко вверх. Кровь ручьями стекала по древкам и капала на землю. Почва к тому времени пропиталась глубоко и превратилась в болото. Кровавая лужа растекалась все шире и шире, а я затаив дыхание ждал, понимая, что неведомая магия уже пошла в ход, и я не в силах ей помешать. Грянул о земь первый незримый удар, и содрогнулся бастион. Широкие трещины пошли по неприступной твердыне, до сего момента не тронутой камнем неприятеля. Снаряды разметались о щиты, вложенные в саму крепость Кер-Тинор. Однако магия таки нашла брешь и в этой обороне. Воистину, нет ничего неразрушимого, кроме того, что еще не создали.
  Я дернулся к магу, приведшему в действие эту страшную магию, но не успел. Второй удар опрокинул меня на земь. Загрохотали падающие башни, в небо поднялось огромное облако пыли, скрывшее все вокруг. Я чувствовал, как таят мои силы, вместе с бастионом умирали и его защитники. Еще дергались мертвые, силясь добраться до горстки выживших, еще клекотали горгульи и шипели вампиры, но третий удар сровнял все с земле, а вместе с ним и защищавшихся и нападавших. Так не стало Кер-Тинора, меня и Объединенной Армии Людей. И так началась моя новая жизнь.
  
  Глава 1.
  
  Сквозь тугую пелену безвременья и мрака до меня доходили смутные слова. Словно кто-то пытался докричаться до меня под водой. Слоги таяли в пустоте, терялись в закоулках небытия, но они сделали самое главное - пробудили меня. Будто погруженный в смолу, я попытался перевернуться, поднять голову и понять, откуда идет звук. Непомерная тяжесть сдавливала меня со всех сторон. Однако я уже плыл навстречу неизвестному голосу. Он тянул меня за собой, и вот слова стали различимыми, ясными как солнечный день. Кто-то взывал ко мне, эм, не совсем конечно ко мне, просто я стал жертвой ритуала подъятия мертвого.
  - Это какого ж зомби здесь происходит, - подумал я.
  В те далекие времена моей жизни, первым и последним некромантом своего мира был я. За тем то меня и наняли стражем границ, чтобы всякие там неучи не тревожили попусту ушедших в вечный путь. И надо думать, у меня это получалось более чем неплохо. Сколько орденов и сект я задушил в зародыше и развеял прах по ветру. Шучу конечно, просто пришлось забрать деятелей в Кер-Тинор и сделать их частью своего гарнизона. По сути, занимались они примерно тем же, только во благо интересам Тьмы, да и меня, собственно. Три сотни личей я собрал за долгие годы своей жизни. С такой силой никакие армии не нужны. Люди, да и нелюди, пошедшие тропой некромантии, конечно не прыгали от восторга, когда на пороге их без сомнения тайного ордена появлялась моя персона и требовала ауденции. Но выбор был невелик или служение Тьме в Кер-Тиноре или смерть и служение мне в Кер-Тиноре тупоголовыми скелетами. Добровольный вариант все-таки нравился всем больше. Были конечно и те, кто рискнули прорваться боем, правда не преуспели. В конце концов, я заключил пакт с Тьмой гораздо раньше, да и на более выгодных, нежели они, условиях.
  Неудивительно, что после моей без сомнения героической гибели следить за Серыми Пределами и за теми, кто их покой нарушает, стало некому. Вот и развелось всяких, - думал я, пока брел влекомый неизвестным голосом.
  В глазах более-менее прояснилось. Взор еще мутило, но различать контуры я уже мог. Литания зазывала меня аккурат в звезду, в центре которой лежал обломок кости.
  - Мда, так меня не поднять хотят, а в призраки превратить? Напрасно.
  Контакт с внетелесными сущностями опасен еще и тем, что оные сущности могут использовать контактера в качестве оболочки для продолжения жизни. И чем сильнее призрак, тем больше у него было шансов выбить душу из чужого тела и по праву победителя занять свободное место.
  Более того, оный призыватель, что смел развеять блаженную негу моей смерти, не удосужился обезопасить себя от такого вторжения, понадеясь на хилые амулеты. Адепт заканчивал заклинание, а значит следовало торопиться. Все сильнее меня тянуло в центр треугольника, вписанного в пятиконечную звезду. Взор прояснился еще сильнее. Сейчас я смотрел на мир из эфирного плана, еще немного и меня засосет в мир материи. А там чертов некромант сможет делать со мной все, что угодно.
  Осматриваться было некогда, собрав волю в кулак, я пробил защиту адепта насквозь и потеснил чужую душу с ею по праву занимаемого места. Не выбил, а просто "вежливо" попросил подвинуться. В целях осторожности. Амулеты на груди горе-некроманта итак вспыхнули, а если еще и вырвать душу, это могут заметить. И выгнать наглого оккупанта. Глупо было бы упустить такой шанс. Мельком взглянув на кость, я понял, что она не моя. Не было никакой связи моей мертвой части с этим берцовым огрызком.
  - Кого этот ум...
  Додумать мысль я не успел, литания зацепила кого-то еще и потянула по межсферному каналу из Серых Пределов сюда, в эту самую... Клетку?
  - Что еще за новость?
  Пока я не был привязан к шести оранам чувств живого тела, поэтому мог смотреть во все стороны разом. Небольшой подарок от смерти в качестве компенсации за остальные неудобства. Хреноватый, если честно, но что с неё вечной спросишь?
  Я находился в большой аудитории, на сцене в конце зала. На меня смотрело добрых пятнадцать пар глаз молодых юношей и девушек. Они явно чего-то ждали, затаив дыхание. На сцене стояла клетка, которая опускалась с потолка. Видимо, чтобы из-за разгильдяйства неучей, особо разгоряченный особы неживого пола не растерзали остальных. Разумно, ничего не скажешь. Как же он? Принцип меньшего зла и все такое. Пожертвуй малым, дабы не жертвовать большое.
  Слева от клетки, на возвышении стоял длинный деревянный стол, за которым сидел уже седой мужчина, с интересом наблюдавший за происходящим. Его аура пусть и не блистала силой, но несколько линий Мона в его биополе намекали на то, что порох в пороховницах остался.
  Поясню. Линии Мона или линии силы составляют кокон человека, пронизывают его насквозь и намертво приплетают ядро души к тонким телам. Со временем линии разрушаются, и связь души с телом слабеет. Маги за счет того, что постоянно пользуются своей силой, поддерживают эти нити в постоянной подпитке, чем здорово продлевают себе жизнь. Более того, по характерным чертам линий Мона можно определить, какой род силы использует маг. В данном случае это был некромант. Как и все здесь собравшиеся.
  - Что это, новый орден? Интересно, пакт с Тьмой еще в силе или я могу плюнуть на все и пожить для себя?
  Этот вопрос не давал мне покоя, потому как, если мой договор в силе, то я немедленно должен был стереть некромантов с лица земли. Дабы они не тревожили границы Серых Пределов своими длинными носами. А если нет... То плевал я на эти магов, пусть себе живут.
  Пока я рассматривал место, в которое меня призвали, появился новый дух. Этот сообразить не успел и угодил прямо в треугольник. Скованный по рукам и ногам, он так и остался наполовину проявленным, застрявшим на границе между тонким миром и миром материи. И поделом ему. Очертания призрака плавали, я не мог определить, кем же был мертвец при жизни. Контуры доспехов проступали медленно. У молодого некроманта не хватало сил, чтобы проявить духа сильнее. Пришлось помочь. Подстегнув духа, я влил в него немного силы. Призрак вспыхнул, а я обомлел. Передо мной стоял солдат той самой армии, которая пришла штурмовать Кер-Тинор. На этом проблемы только начинались. Дух тоже не был прикован к органам чувств живых, поэтому видел куда больше магов. И солдат меня узнал. Еще бы он забыл. Мой жуткий облик передавался из уст в уста на протяжении без малого пяти веков.
  - Ты, - провыл призрак и ткнул в молодого мага пальцем.
  - Изыйди, - скомандовал я и разорвал связь.
  Мда, плохо дело. Толпа учеников зашевелилась, недобро так зашуршала, по аудитории пошли шепотки. Седой некромант приподнял бровь, однако подвоха не заметил или сделал вид. Поправив полы черной мантии, маг щелкнул пальцами, и клетка пошла вверх. Лязгнули цепи, подъемный механизм тихо шуршал, поглощая звено за звеном, пока клетка не скрылась в ширме на потолке.
  - Илинос, свободен. Практика зачтена - духа ты вызвал. Но тут же потерял связь с ним, поэтому получаешь оценку: "удовлетворительно"
  - Благодарю ваше милосердие, учитель, - ответил парень и поклонился в пояс.
  Старый маг явно остался доволен. Так и ухмылялся в свои тонюсенькие усики. Называть этих бесов некромантами мой сгнивший язык не поворачивался. Таких на дыбу и в столицу, народ по площадям смешить. Поправив темно-коричневый, почти черный камзол, учитель сел обратно за стол и вперился в тетрадь. Рукава камзола были расписаны золотыми и багровыми нитями. Линии сплетались в узоры, а последние в руны, те самые, что издревле хранились под семью замками бастиона мертвых. Да, именно в Кер-Тиноре.
  - Уму не постижимо, - думал я, пока хлыщ шел на свое место.
  Толпа недорослей уже перестала шушукаться и почти забыла о случившемся. Как говорится - у страха глаза велики и все такое, мало ли чего кому могло привидеться. Оно и верно, чем меньше внимания к мальчику, тем больше шансов на то, что я выберусь из этой передряги и разнесу все к...
  - Стоп, - подумал я, а почему собственно мне следует это делать?
  Да, конечно, вроде как пакт не имел срока, с другой стороны, на нем была живая метка с живым именем. А кто я теперь? Тень от себя былого, чхни и сдует. И вновь вопрос о целостности пакта вставал ребром.
  - Нет, нужно что-то с этим делать, - думал я. Но для начала мне нужно тело, и желательно не вот это. Подумать только, променять свое везде полезное вместилище на вот это изможденное онанизмом и постоянной зубрежкой подобие жизни?
  Пока я спорил сам с собой за неимением более пригодного для этих целей собеседника, Илинос успел плюхнуться обратно за парту. К слову ли сказать, парень сидел в самых последних рядах, абсолютно один на несколько скамей вперед.
  - Изгой что ли? Да и бес с ним.
  Нет, бес то оно бес, но из диалогов можно многое почерпнуть, а тут, даже в мысли не залезешь, треклятый амулет сразу же возвестил бы о попытке вторжения. Как он только меня проморгал?
  Мои размышления прервались, учитель вызвал к себе другого ученика. Некой Низимброй оказалась гномоподобная дева с ручищами как у титана. Это крохотное рыжее чудо под смешки остальных выкатилось на сцену и поклонилось учителю. Поклон вышел гротескным. В ней итак росту было локтей шесть, а тут еще и поклон... Который, кгм, в общем вышел далеко уж не в пояс, поскольку такового просто не нашлось. Дама уперлась в свое достояние и преодолеть этот мягкий рубеж уже не смогла. Смешки повторились. Оправив каштановый камзол и разгладив "складки позора", Низимбра вошла в очерченное пространство и громко объявило о готовности.
  - Нет, я не понял, это что гнома?
  Моему возмущение не было предела. Да где б это видано было, чтобы народ камня и пещер взялся за трупонадругательство? Эти же высокоморальные деспоты и думать не могли о таком посрамлении своего без сомнения прославленного рода. Тем временем учитель щелкнул, и клетка пошла вниз. К сожалению, я не мог видеть все, что делала гнома, треклятый колдун сидел слишком далеко и неудобно, однако понятно было одно - кость использовали не как материал призыва, а как якорь, позволяющий зафиксировать точку призывателя на загробном мире.
  - Они что, фетишисты, - ярился я.
  Злость захлестнула меня так сильно, что я непроизвольно потерял над ней контроль. В итоге магическое давление на Илиноса стало критическим, и тот потерял сознание. Дальше было скучно, экзаменирование приостановили, тело парня выволокли на относительно свежий воздух. А каким он может быть в чертовом подвале? Аудитория как раз находилась в стенах МОИХ кладовых, которые я велел этому пернату ослу запечатать.
  Избежать повторного выброса силы, который убил бы парня, помогло два фактора. Во-первых, это был всего лишь верхний ярус, эдакое преддверие. И я с надеждой в небьющемся сердце думал, что последний доступный этим... Недоразвитым во всех смыслах этого слова куртизанкам больше ничего не досталось. Во-вторых, амулет на груди парня недобро засветился, и мне пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не развалить все вокруг и тем самым не сдать своего присутствия.
  Вскоре подбежали лекари. Парень и девушка в просторных зеленых балахонах. Путь в этой тьме им освещали крохотные феи, которые парили вокруг наверший двух деревянных посохов.
  - Что? Друиды? Лечат? Некромантов!? Так, все, дышать - успокаивал я себя. Да какой к демоновой матери дышать? Я же мертв!
  Вот на этой мысли я и остановился. Некто очень рассудительный внутри меня намекнул, что если я хочу сохранить хотя бы то, что имею сейчас, свое негодование следует засунуть поближе к детству, тобишь в задницу. Именно этим я и занялся. Не в прямом конечно же смысле.
  Тем временем юноша друид откинул тяжелую ткань капюшона назад. Из-под длинных светлых волос наружу выбивались два заостренных кончика ушей. Приятное, немного женственное лицо с участием смотрело на бессознательное тело моего носителя и вглядывалось куда-то вглубь. И вот тут мне действительно поплохело. Чертов эльф читал его астральное тело в поисках проблемы. А проблемой помимо пресловутого же онанизма являлся я. И что-то мне подсказало, что онанизм здесь отнюдь не главная причина тяжелого состояния Илиноса.
  Внутри меня похолодело. Друид проходил линию за линией, до меня ему оставалось совсем чуть-чуть - дойти до главного энергетического узла рядом с сердцем.
  - Пиши пропало, - в гневе подумал я и отвесил друиду нехилую такую плюху.
  Того аж в стену впечатало бедного. Девушка друид поспешила к брату по разуму, а учитель только лишь хмыкнул.
  - Истощение у него, - каркнул некромант. Зря на него Клисиндра в обиде, вон как амулет свой зачаровал.
  В голосе некроманта прозвучало скрытое злорадство. И направлено оно было на друидов. Неудивительно, как вообще эти до пены у рта противные друг другу направления в магии смогли находиться друг с другом в пределах одного удара мечом? Для меня оставалось загадкой.
  Эльф тем временем оправился от плюхи и встал, отряхнул свою зеленую мантию и измученно улыбнулся. Было видно, что его мутит. Неудивительно, живое тело не любит соприкосновений с камнем, особенно изнеженное эльфийское. Выплеснув злость, я по новому посмотрел на мир. Все-таки за время моей вынужденной командировки в небытие, мои кладовые изменились. Исчезли пыточные инструменты, появились перегородки, даже потолок стал ниже. Когда-то преддверия занимали всю нижнюю часть замка и являлись единым помещением. Всюду висели истлевшие трупы, валялись черепа, конечности. То тут, то там стояли пыточных дел инструменты, намекающие на судьбу тех, кто отважился сюда спуститься. Теперь же, от аудитории вперед шел короткий в десяток шагов коридор, который расширялся и перерастал в кольцо, пронзенное такими же ходами.
  Сверху сквозь решетку с пентаграммой падал бледный свет. Новострой разительно отличался от камня, который я заложил в основу своего бастиона. То был мертвый камень, пропитанной смертью и ожиданием неизбежного, черный и мрачный. А то, что понаставили мои так называемые потомки... Что это? Кирпич?
  - Убью, - спокойно подумал я.
  Илиноса, и меня, следовательно, нес воздушный элементаль. Тело распростерлось по широкой загнутой к краям носилке и не подавало признаков жизни. Неудивительно, пока взывал ко мне итак натерпелся, а тут еще я со своим неуемным раздражением. Нет бы поблагодарить парня за подаренный шанс, а я ему чуть мозги не выжег. В общем, как сказал бы народ:
  - Левинг попутал, тьма на его голову.
  Меня несли в полном молчании. Эльф по пути накладывал на себя исцеляющие заклинания, девушка так и не сняла своего капюшона, поэтому рассмотреть ее лица я не мог. Зато сканировать ауры двух целителей мне никто не мешал. По мере того, как я вглядывался в переплетения линий Мона, мне становилось все хуже. На верхнем слое было все как всегда. Целители, с легким уклоном в магию земли и воды, что давало этим навозным червям воистину непробиваемое спокойствие и флегматичность. Довольно-таки здоровые и молодые. Эльф только-только подходил к совершеннолетию, а это около сорока - пятидесяти лет. Ребенок еще, по остроухим меркам. Его спутница недалеко ушла. Правда судя по ауре, принадлежала она гному, точнее гноме. И все было бы хорошо, но состояние призрака тем и прекрасно, что можно заглянуть куда глубже, нежели способен обычный маг. Мелькнуло несколько слоев реальности, тихо прошуршав свои шлейфом на грани слуха, тренькнул какой-то внутренний звонок, оповестивший, что я на самом краю астрального плана. Еще чуть-чуть, и я рисковал сорваться в мир мыслеобразов и идей.
  Сомнительная перспектива, скажу я вам. На этом уровне такая какофония из хитросплетений сил, образов и огрызков мыслей, что участь на всю жизнь остаться умалишенным не такая уж и безрадостная, лишь бы только поскорее достали из этого ужаса.
  Линии Мона подернулись рябью. Взлянув на них с другой стороны, я оторопел. Дело в том, что правило одной тональности дара придумали не просто так. Без определенной подготовки разнополюсные потенциалы, совмещаясь в одной точке, выделяли колоссальное количество энергии. В общем, если вам приспичет совместить воедино темное и светлое заклинание, то делайте это подальше от населенных пунтков. Вам то все равно уже будет, а людям потом в разрухе жить. Бахнет так, что на другом конце мира слышно будет. Так вот, линии Мона целителей были опутаны тонкой нитью Тьмы. Мрак медленно пожирал канал за каналом, плодя свои собственные. Это напоминало какую-то болезнь, при чем с довольно-таки печальным исходом. Как только две силы сойдутся в их ауре, жди беды. И я от нее хотел бы оказаться подальше.
  Однако до этого было еще далеко. Вернувшись в мир материи, я взялся за размышления.
  Мне было непонятно, как могло случиться так, что светлая аура смогла вместить в себя антагониста, да еще и позволить ему себя разрушать. Это противоречило всем правилам магии да и обычно логики. Природа продумала такое развитие событий и постаралась сделать все, чтобы чада ее жили долго и счастливо.
  - Нет, - думал я, конечно это может быть свидетельством проклятия.
  Однако, сделав в уме несколько вычислений и построений векторов сил, пришлось отвергнуть эту идею. По сути, любая порча оставляет за собой след. Особенно такая сильная. Да это тоже самое, что вылить на себя кипящую смолу. Живого места не останется. Даже если предположить, что малефик был безумно хитер и каким-то образом умудрился избавиться от следа, все равно, подобные изменения настолько противоречивы самой природе проклинаемого, что это в любом случае вызвало бы внутреннюю ответную реакцию. Проще подвязать какую-нибудь болячку, пусть и изощренную, но поражающую тело. А тут...
  Отложив вопросы в дальний ящик, я вновь вернулся к наблюдениям. Элементаль покорно нес пока еще не мое тело, носилки мерно покачивались в такт его передвижением. Почти прозрачные ноги тихо шуршали по поверхности камня. Просторная зала закончилась, мы вновь нырнули в коридорчик, который закончился лестницей. Начался утомительный путь наверх. Эту лестница настолько опыстылела мне во времена еще моих бурных будней наместника Тьмы. Они надоели мне настолько, что пришлось делать нечто вроде небольших стационарных телепортов, позволяющих перемещаться от помещения к помещению. Толи нынешние хозяева бастиона не могут ими пользоваться, толи доступ к ним простым смертным, типа валяющегося в беспамятстве некроманта и лекарей, к ним закрыт. Пока мы долго добирались к выходу, я сделал заметку себе в памяти оторвать ноги всем главам сего заведения, разбросать по замку и прикрыть телепорты, в случае, если те еще работают. А если нет, еще и руки пообрываю. Все равно таким остолопам они не нужны.
  За размышлениями о приятном время препровождении в пыточных казармах, я не заметил, как мы дошли до конца лестницы. Тяжелая дубовая дверь тихо отворилась, впуская нас в приятные объятия Тьмы. Коридор к преддверию в кладовые был всегда темным. Когда-то давно, будучи с сильнейшего похмелья, мне нужно было попасть в кладовые. Не помню, что могло мне понадобиться настолько сильно, что я в состоянии абсолютной невменяемости решил туда спуститься. Яркий свет факелов слепил глаза, издевательски яркие огоньки, казалось, впиваются в голову мириадами искр и жалят меня. Гнев не заставил себя долго ждать, и выпаленное случайно проклятье навсегда потушило свет в этом месте. Пламя факелов вздыбилось, пошло рябью и в испуге сжалось, а затем вспыхнуло ярче солнца и погасло. Я был в абсолютном недоумении, эм, и в полнейшей темноте. Никакие заклятья не спасали. "Светляки" тут же гасли, ночное зрение крутило перед глазами фигу, факелы тухли. Это было еще одной причиной создания телепортов. Каждый раз спотыкаться в кромешной тьме мне не улыбалось. Попытки снять наложенное мною же проклятие не увенчались успехом. Я даже не мог вспомнить, что со злости крикнул.
  И вот снова я двигаюсь по тому самому коридору в абсолютной темноте, только уже не своим ходом, а будучи призраком, привязанным к горе-некроманту, лежащему на носилках. Внезапно перед глазами что-то блеснуло. Сначала я не придал этому значения, мол почудилось. Но тут же вскочила мысль о том, что я мертв, и мерещиться мне не может в принципе. Присмотревшись, я понял, что это было и подумал о том, каким же идиотом был, раз столько лет не смог разгадать такую простую загадку. Видимо, алкогольные пары еще не выветрились из моей головы, когда я приказывал свету убраться отсюда к черту и не мешать похмельному мне болеть. И он внял. А я годами бился, пытаясь убрать отсюда излишние эманации тьмы.
  Свет хоть и обиделся на мои скабрезности, но далеко уходить не стал. Даже нить оставил для обратной связи. Скот.
  - Ладно свет, вернись. А то меня не донесут, - тихо прошуршал я.
  И свет вернулся. Ярко вспыхнули факелы, рыжеватое пламя лизнуло каменную кладку стен и стало черным. Однако темнее от этого не стало.
  - Все-таки учел прошлые ошибки и решил исправиться, - зло подумал я.
  Огонь лишь нервно дернулся в ответ и продолжил спокойно гореть. Да, вот только мои "верные" целители спокойствие потеряли. Заметались, закричали, какие-то приборы достали в виде коробочки. Чего они там измеряли, я так и не понял. Однако, когда друид поднес приборчик к моему телу, коробочка вспыхнула и осыпалась пеплом. Мы оба недоуменно смотрели на горстку праха и ничего не понимали. Я не понимал, что вообще происходит, и что это за прибор. Друид же знал, что это за прибор, но в происходящем разбирался не больше моего.
  - Нужно срочно доложить ректору, - пропел эльф.
  - Да, кажется, Он, вернулся, - слегка пробасила гнома.
  И тут до меня потихоньку начало доходить, КОГО именно они имели ввиду. Мысли в бешеном ритме пронеслись в голове. Варианты были разные от просто убить до варварски покалечить. Но на сегодня у меня был перелемит злодеяний, поэтому я остановился на ментальном воздействии. Зазвенел амулет на груди эльфа, от чего он в ужасе вскрикнул и схватился за грудь. Побрякушка на нем вспыхнула тем же черным пламенем и завернулась в воронку. Черная дыра ширилась все сильнее, я почувствовал, что меня тянет в неё. Будто на астральном плане возник сильнейший ураган и пытается унести меня прочь. Я противился как мог, но в итоге мой дух вышвырнуло из тела Илиноса и потянуло в дыру. Миг, другой, третий я медленно открываю глаза и вижу перед собой взволнованную гному. Она сидела надо мной, ее ракрасневшееся от эмоций лицо ходило ходуном, в поисках подобающего случаю выражения, но постоянно сомневалось, от того мимика менялась с дикой скоростью. Соленая влага капала с ее глаз аккурат в мой открытый рот. Еще мгновение, до меня внезапно дошло, что рта у меня до сей секунды не было, а какой был, к слезам не чувствителен. Затем пришло понимание, что если я не вдохну, то рискую опять стать призраком. И только еще через пару стуков сердца, я понял, что жив.
  - Тьма на мою голову, что здесь происходит, - с ужасным хрипом произнес я.
  - Эр, ты жив!
  Гнома так обрадовалась, что перешла на ультразвук, чем вызвала новый виток головной боли. Не выдержав ее словопоток, я взмахнул рукой и активировал заклинание тишины. И ничего не произошло. Пораженный таким "везением", я резко вскочил и посмотрел на свои руки. Ладони как ладони, тонкие, изящные, почти что женские. Узрев сие, меня скрутил приступ отвращения. Я понял, в чьем теле застрял, однако не мог взять в толк, почему моя родная любимая темная сила отказала мне во взаимности. Переход на энергетическое зрение дался мне легко, как и обычно. Вновь перед мои взором расплылись сияющие линии, бьющие вокруг эманациями света. Ответ пришел быстро. Мое новое тело просто не могло проводить через себя эманации тьмы ни под каким предлогом. Те же линии, что были пожраны и преобразованы мраком, на это пока не годились. Далее последовал длинный совершенно нецензурный поток слов довольно-таки красочно характеризующий сложившуюся ситуацию. Я был настолько взбешен, что даже спокойное черное пламя как-то поутихло, грозясь в очередной раз сбежать куда подальше.
  - Эр"Рья с тобой все в порядке, - спросила гнома, когда мой гнев подутих и я замолк.
  Ответа на ее вопрос не последовало. Я просто прижался к прохладе камня и плавно сполз вниз. Осознание размеров задницы, в которую меня сунули, были настолько огромны, что не поддавались никакому рациональному осмыслению.
  Я - наместник Тьмы богами позабытого мира, правитель бастиона мрака и страж границ мертвых оказался заперт в теле ненавистной мне расы светлых эльфов и стал друидом! При этом полностью лишенный возможности пользоваться темной энергией и любимой некромантией, да еще и неизвестно насколько вечностей вперед, потому что треклятые светлые ослы абсолютно к этому всему неприспособленны! И единственный шанс маячил передо мной - это то, что я принял за проклятие.
  Тьма поразила очень малую часть линий Мона, но даже это давало мне хоть и мизерный, но приток темной силы. Теперь понятно, почему не получилось проклясть орущую гному. Просто сил не хватило.
  Я рассмеялся. Вторая догадка пришла сразу после первой. Как только мой темный потенциал достигнет половины светлого, меня ждет плачевная участь быть разорванным на части взбесившимся танцем сил. То есть шанс вернуть мою темную сущность был, но он вел к неминуемой гибели. Или нет? С другой стороны, если в пиковый момент полностью обескровить светлый дар, темная сила не встретит антагониста и просто поглотит все лишнее.
  - А может ну его все, - подумал я, - в конце концов, бастиона больше нет, буду выращивать энтов и ворковать с дриадами...
  Воображение тут же подкинуло катринку, как я в теле эльфа сижу под раскидистым дубом и напеваю песенки зеленой деве леса, от такой перспективы меня кинуло в дрожь. Что бы я, Левинг, чьим именем пугают детей, яблочки выращивал!? Гнев жаром полыхнул в груди, я почувствовал, как тьма всколыхнулась в душе и откусила еще кусочек светлого дара.
  Гнома все так же стояла рядом и участливо заглядывала мне в глаза. Пришлось немного напрячь память теперь своего тела, чтобы узнать хотя бы имя этой особы. Долго ждать не пришлось. Хоть эльфов и хаят за медленное мышление, все же мозг у них от природы работает лучше человеческого. А остальное от чванства.
  - Зида, все в порядке.
  Голос был жутким. Дух, помещенный в чужую оболочку, начал приспосабливать её под себя. Звук напоминал ругань вороны, страдающей запором.
  - Эр, тебе плохо?
  Девушка растерла ладошки. Между коротких пальцев пробежали зеленые всполохи. Зида положила руки на мою голову и закрыла глаза. Теплая волна пробежала по моему телу, захотелось прыгать, петь и мчаться вдаль с беззаботно голой пятой точкой, - сказал бы обычный эльф. Меня же вывернуло наизнанку, завернуло, еще раз выкрутило, а затем бросило в жар. Мокрый от пота с выпяченными от напряжения глазами я стал все больше походить на пресловутую ворону с проблемами желудка.
  - Зида, - прохрипел я, - больше не надо!
  И вовремя между прочем я это сказал. Гнома как раз собиралась понять, что пошло не так и исправить ошибку. Никогда не лечите темного мага светлыми заклятиями, если вы хотите ему помочь. Наплыв стихии антагониста вызывает бурную реакцию в его организме. Лечить то оно лечит, просто это тоже самое, что забивать в тонкую стену маленькие гвозди кузнечным молотом.
  Через пару минут все прошло. Полный сил и радостных эмоций я подавил в себе желание раз и навсегда избавить этот мир от очаровательной гномы и поднялся с пола. Илинос все так же был без сознания, элементаль покорно ждал команды, девушка пояснений произошедшему. Собственно, вернулись к тому, с чего начали. Эм, с небольшой перестановкой.
  - Пойдем уже, а то этого недоделанного не донесем.
  - Эр, с тобой точно все в порядке, тебя будто подменили.
  Дав себе мысленную затрещину, я улыбнулся.
  - Зида, ты как всегда преувеличиваешь.
  Конечно, с ее то ростом в метр с шляпой. Еще бы ей не преувеличивать. Раздраженный донельзя я пошел вперед. Заняться было чем и без препарирования тонких тел одной наблюдательной чародейки. Полотно памяти раскинулось передо мной в мир личностей Эр"Рья э Лонифер. Эльфом он был добрым, альтруистичным и немного замкнутым. Все остальное вытекало из этих трех слов. Грубо говоря, я попал в тело добродушного ботаника с замашками на полоумного героя средних масштабов.
  - Тьма, неужели я настолько плохо служил тебе, что ты сотворила со мной ТАКОЕ, - мысленно возопил я.
  Гнома шла позади меня, погруженная в свои раздумья.
  Остался позади злополучный коридор, замелькали повороты, коим не было числа. Лестница извивалась, словно крамольная дама вокруг металлического прута. Спустя пол часа, мы добрались до первого этажа. Если подземные коммуникации я еще узнавал, даже сквозь нити времени, протянутые в виде перестройки, то надземные строение были абсолютно иные. В конце концов, Кер-Тинор рухнул, и видимо, только то, что осталось под землей частично уцелело. Шанс зажить нормальной жизнью заиграл новыми красками. Но эта приятная мысль была крохотной пежинкой счастья на моем кромешно-черном полотне настроения.
  Пока гнома вела нас к лечебнице, я разматывал клубки памяти и жадно впивался в каждое событие, пропуская между пальцев только откровенно отвратительные мне сцены.
  Как говорил мой давно почивший друг:
  - За все, Левинг, придется платить.
  Вот мы и заплатили. Каждый с полна. Вместе с открывшимися мне знаниями пришло понимание истоков проклятия, что пожирало ауры светлых магов. Тьма и Смерть, что спали за стенами моего бастиона, который я охранял без малого пятьсот лет, разлились по миру, отравив его.
  Сначала в мир пришел мор. Гиб скот, умирали разумные твари. Людей за неполные пол века осталось всего ничего. А это было только начало. Напрасно ломали голову маги в попытке остановить неизбежное. Но лед тронулся и последствий уже было не избежать. Затем туман окутал мир и погасло солнце, закрыв землю черным полотном туч и восстали мертвые. Долгие годы горстка выживших народов сдерживала натиск обезумевшей от голода орды. Многие столетия отстраивался заново бастион Кер-Тинор, и теперь там, где раньше колыхалось море смерти, кипела жизнь, а на востоке царила смерть. Все встало с ног на голову, когда мой прах разлетелся по миру, и крепость пала.
  Крепкие стены долго сдерживали напор мертвецов, но силы были не равны. Что может противопоставить обычный пусть и сильный маг нежити? В целом - ничего. Как бы он не жег мертвых, чем бы не пронзал их, они будут подниматься и сражаться вновь. Им нечего терять, не за что радеть, не о чем мечтать, ими движет только заложенная в них сила, вырвавшая мертвую плоть и дух из объятий смерти.
  Около тысячи лет назад мертвые предприняли попытку штурмом взять цитадель. Некий безумно сильный маг с диском в руках вел за собой легионы нежити. И стены задрожали от ударов скелетов, защитники гибли под напором мертвых, чтобы потом примкнуть к их рядам и напасть на товарищей. Тогда-то и появился некий умник, который влил в свои жилы часть мертвой крови, вобрав в себя толику Тьмы. С тех пор это у них нечто вроде культа. Все маги вливают в себя часть той силы, которой я присягнул много лет назад, чтобы получить возможность своими чарами истреблять нежить.
  Дела более-менее пошли на поправку. Штурм был отбит, Король-Лич, как его прозвали в народе, отозвал войска. И за это пришлось платить. Маги осознали всю плачевность ситуации, когда тот светлый умник взорвался у себя в лаборатории, породив своей смертью жуткое чудовище, которое с не менее жутким воем скрылось за стенами Кер-Тинора.
  С тех пор, светлые маги, принявшие из рук Тьмы "щедрый" дар, забыли про долголетие. Около тридцати-сорока лет есть у мага, отпившего из Чаши Откровений и вкусившего мертвой крови. Когда подходит его срок, он вонзает себе ритуальный кинжал в сердце. Труп его предают огню, а прах развеивают по ветру.
  Зато некроманты теперь в почете. За каждого более менее способного аколита семье платили чуть ли не состояние. Те пятнадцать пар глаз, что сверлили мой затылок в аудитории - надежда выживших на спасение.
  Зида уже отворяла дверь в лечебницу, когда в моей голове вспыхнули слова безумного жреца, что передаются теперь из уст в уста, как главное пророчество. "Когда разбудите вы прах тех, кто хранил ваш мир, вспыхнет свет во мраке ночи, доселе непроглядной, и придет в мир Он, слуга Ночи, дабы повести вас к рассвету." Сказав это, жрец вырвал свое сердце и прокричал:
  - Соберите кровь и окропите мертвый камень, только он возвестит вас о приходе хозяина.
  После этого жрец умер, маги сделали все, как тот и велел. Именно этим прибором эльф и искал моего присутствия.
  - Мда, ну и бедлам тут творится, - подумал я и прошел в лечебницу.
  
  Глава 2.
  
  - Эр"Рья, вы что, ковыряетесь в носу, - возопила миловидная преподавательница магии Жизни.
  - Конечно, - спокойно ответил я.
  Дама передернула плечами, от чего её зеленоватая мантия пошла волнами, а волосы цвета древесной коры колыхнулись в такт движению. Фиолетовые глаза эльфийки снисходительно смотрели на меня сквозь плен длинных ресниц. О, мы с ней подружились с первого же дня знакомства. Эм, эльф то как раз с ней был знаком уже как года три. Я же имел честь лицезреть такую импозантную женщину только месяц.
  Провалявшись в лечебнице чуть больше недели, под неустанным вниманием лекаря, я удостоился визита самого ректора кого-то там, наврал ему с три короба о том, что после вспышки света ничерта не помню. Затем еще неделю я посещал усиленные курсы психотерапии. Менталист долго пытался покопаться в моей остроухой, чтоб её, голове. Но все было тщетно, о чем он и доложил ректору. Еще бы у гнолла что-то вышло. Не зря я штандарты Тьмы пол тысячелетия за собой носил.
  Пока валялся в лечебнице, я поразмыслил над своими планами на жизнь, и решил не являть себя миру. Потому как результата подобных действий предугадать не мог, а противопоставить агрессии целой академии магов мне на данный момент было нечего. Убедив себя в верности своих мыслей, я влился в поток учеников и принялся постигать противную всей моей сущности науку магии Жизни.
  - Мисс Элеонора, мы же как раз проходим тему полезных ископаемых, вот я и решил от теории перейти к практике.
  Дотошная эльфийка раздражала меня одним своим присутствием, а гнев в свою очередь ускорял процесс адаптации духа в моем теле. Спустя пару недель учебы, мои глаза из миндальных превратились в глубоко черные и без белков. Как и было когда-то. На руках стали потихоньку нарастать мышцы, мерзкие женственные ладони обрели мозоли. И это далеко не от лучшего друга всех подростков. Выписавшись из лечебницы, я записался на курсы охотников на нежить. Они сначала не хотели меня брать и долго смеялись. Но выбитые зубы привратников, и вывернутая из пола стойка, которую потом нашли между полушариями ягодиц секретаря, склонили местных ведьмаков на мою сторону.
  Леди Элеонора сжала ладони до хруста в костяшках и медленно выдохнула. Затем так же медленно развернулась к доске и продолжила нудную лекцию о дарах земли.
  На кафедре друидов нас было много. Эльфы, гномы, люди, даже несколько орков, пара гоблинов и один зверолюд. Где они нашли это воистину редкое создание, я не знаю. Ходят легенды, что именно от них пошли остальные народности. Выходцы из Леса Древних, что когда-то простирался от края и до края земли, в мои былые годы от них остались лишь скудные байки странников, да упоминания о том, что дескать на Болоте Вдов, недалеко от Кер-Тинора живут последние представители расы прародителей всего разумного на планете. И трупу ясно, что врали. Воодушевленный новым общением, я излазил вдоль и поперек чертову трясину, но так никого и не нашел.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"