Cmd: другие произведения.

Диктатор 3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс Наследница на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    http://fanfics.me/fic87277

  Интерлюдия 1
  
  
  - ...Он был просто в бешенстве! Никогда я Люца до этого таким не видел! - сейчас, для себя обычного, Северус Снейп жестикулировал слишком экспрессивно, показывая, насколько он удивлен поведением своего старого приятеля. - Разгромить, причем вручную, свой собственный кабинет, это... это...
  
  - Том, я смотрю, не жалуют своих верных соратников? - спросил зельевара его длинно- и белобородый собеседник.
  
  - Верные, Альбус, по его мнению, не на свободе. И, пользуясь тяжелым положением своих приятелей, не подгребают их под себя...
  
  - Северус. Не начинай опять!
  
  - Да я сейчас не про вас!..
  
  Мужчины, замяв нарождающуюся ссору, замолчали и уткнули носы в бокалы с огневиски. Нарушая тишину, тихо курлыкнул Фоукс. Сейчас в кабинете директора Хогвартса и Снейп, и Дамблдор могли позволить себе немного расслабиться, зная, что точно не придется, возможно, прямо через секунду, сорваться и бежать, решая внезапно образовавшиеся проблемы. Впрочем, даже несмотря на огромное количество обетов и клятв, данных директору зельеваром, приглашать бывшего, и похоже нынешнего, Упивающегося в свой дом Дамблдор не спешил. "Мой дом - моя крепость", а в крепость не впускают чужих шпионов. Здоровая паранойя здорово продлевает жизнь.
  
  - Значит, молодой Крэбб все же сделал свой окончательный выбор? - задумчиво произнес Дамблдор. - Решил пойти по стопам отца? Хм... Жаль... Жаль, что именно такой. Однако, надо отдать должное, мальчик оказался весьма и весьма хитер. По-слизерински, иначе и не скажешь. Не захотел пачкаться одиозной меткой... Смотрит далеко вперед? Мудро. А ученичество по магической клятве у великого мага традиционно считается делом весьма и весьма почетным, и поставлено в вину быть не может...
  
  - А также за любые деяния отвечает не сам ученик, а его учитель. Даже "я был под Империо" не придется придумывать для суда, - задумчиво отметил Снейп.
  
  - То есть, - уцепился за эту оговорку Дамблдор, - ты подозреваешь, что Крэбб недостаточно лоялен Тому?
  
  - Ничего не могу сказать, - подумав, ответил Снейп. - Люциус ни о чем таком не упоминал. А у него... я еще не спрашивал. По поведению же в школе - тоже ничего не могу сказать. Все же, Альбус, это ученик не моего факультета, извините. Да и если бы был с моего, то... - задумался зельевар, и отрезал. - Тем более. Верить в таком деле на слово слизеринцу, сами понимаете... - подумав, Снейп продолжил рассуждать. - Но если предположить, что это действительно было бы так, то... вряд ли. Иначе, во всяком случае, если бы на его месте сейчас был бы я, вообще бы не пошел к нему. Но! Но. Даже в самом лучшем для нас случае, то есть если Крэбб пошел к, хм... господину, под той или иной формой принуждения... - долгая пауза и зельевар резко отрезал. - У нас все равно нет никаких возможностей через него навредить Темному Лорду.
  
  - Хм... Но то навредить... - задумчиво потянул Дамблдор.
  
  - Я вас не понимаю, Альбус.
  
  - Потом. Мне это нужно еще обдумать.
  
  Еще одна длинная пауза позволила директору и декану одного из факультетов добить огневиски. Естественно, ни великий маг, ни опытный зельевар крепкими спиртными напитками не злоупотребляли, но сделать по паре-тройке глотков ради некоторого расслабления, позволить себе могли. Тем более, после такого сложного года. И не менее сложного ожидаемого впереди. Эх...
  
  - Кстати! Не мог ли ты Альбус... По новым обстоятельствам... - неуверенно начал Снейп. - Быть может, я придержу Драко? А Поттеру мы подсунем Крэ...
  
  - Северус! Я, конечно, тебя понимаю, но поможет ли это Делу? Да и согласится ли на это сам Драко? И, откровенно говоря, поздно уже. Образы уже сформировались. И обоих. Для Крэбба у меня припасена, немного другая роль. Нужно только будет в кое-чем убедиться, а то слишком какой-то непредсказуемый Винсент в последнее время. Его сюрпризы мне порядком надоели. Пора бы его... немного успокоить. Думаю, тянуть с этим не стоит и займусь, сразу же после Распределения...
  
  - Но...
  
  - То есть, - закрыв тему, перебил Дамблдор своего подчиненного, - по словам Малфоя, получается так, что у Крэбба, уже есть наследник? Не рановато ли?
  
  - Молодой да ранний. Но я свечку не держал. А кто был в курсе, тот уже... не с нами. Зря вы так с Барти...
  
  - Хватит, Северус! Мы все это уже не раз обсуждали! У меня не было выбора. Так что именно сказал Малфой?
  
  - Ну... Получается так, - буркнул Снейп.
  
  - Хотя... Если я правильно понимаю, чтобы этот младенец стал наследником, Крэббу придется еще очень и очень постараться?
  
  - Ну да. Без должно проведенных ритуалов этот ребенок - просто полукровный ублюдок.
  
  - Полукровный? Точно? - о чем-то напряженно задумался Дамблдор.
  
  - Да не знаю я! - вышел из себя Снейп. - Он вообще еще и не родился! Даже не ясно, кто это будет, мальчик или девочка!
  
  - Хм... Странно это. Какая-то бордельная рабыня, когда ему было бы легко найти нормальную и чистокровную девочку. С хоть каким-то, но приданным, что в его ситуации не было бы лишним. Но не стал. Не захотел породниться? Почему? Боится за возможное давление ребенком? Но оно все равно будет, вне зависимости от того, от кого он.Такова родительская планида... - посетовал Дамблдор, на что Снейп понимающе кивнул. Оба мужчины были, кстати, бездетными. - Быть может этим он что-то хотел показать или доказать Тому? Но что и зачем? Тем более, что форму он выбрал мягко говоря... странную. Что-то здесь не сходится, - вслух рассуждал директор.
  
  - Случайность?
  
  - Се-е-еверус, - с легкой насмешкой потянул Дамблдор. - Не мне, тебе - Мастеру-зельевару, рассказывать, сколько существует различных зелий, чтобы таких случайностей не могло произойти даже в принципе. Часть которых ты ежегодно варишь для Поппи... Кстати, мальчик мой, в этом году нужно будет сварить удвоенную порцию. После Турнира их запас сильно истощился. И это только, напоминаю, зелья! Хм... Как бы там ни было, надо обдумать, как не только информацию о нем, но и сам факт наличия наследника можно будет использовать наилучшим образам.
  
  - И как, например, мы сможем использовать эту информацию?
  
  - Например... Как ты думаешь, а что скажет и что сделает одна твоя студентка, когда узнает о ребенке "ах, Винсента"? И, каким бы полукровным ни был будущий ребенок, что сделает Крэбб при угрозе его жизни?
  
  - То есть вы хотите... - опешил Снейп.
  
  - Не считай меня уж совсем за людоеда, мальчик мой, - холодно сверкнули очки-половинки.
  
  Каких сил стоило Снейпу удержать на своем лице обычную, слегка нейтрально-презрительную мину, а в голове - мощный окклюментный блок, знает только он. Потому что внутри зельевара выл в безнадежной лютой ненависти волк-оборотень, желающий вцепиться этому лживому старику в горло.
  
  "ТЫ!!! Лили!.. Лили!.."
  
  Но у Снейпа в этом были слишком хорошие и жестокие учителя, а также много-много отработок, чтобы позволить себе показать даже тень истинных чувств. "За свои ошибки, за предательство я уже заплатил страшную цену. И продолжаю платить, пусть меньшую, но уже не первый год. А Крэбб... У Крэбба это все еще только впереди! Я не поверю в то, что ему удастся вывернуться из дружелюбных до омерзительности объятий Дамблдора. Даже мне вот не удалось. Пусть цели старика и чисты, но вот методы..."
  
  Глава опубликована: 14.06.2017
  Глава 5. ...И как неприятно за это потом платить, или Дрессировка слишком наглого ученика
  
  
  Ритуал привязки нового домового эльфа прост и быстр. Несколько клятв, капля крови, которую слизала у меня с пальца Винки - вот и все. Правда, по-хорошему, чистокровные еще привязывают домовика к родовому алтарю в маноре, но я этого делать не стал. Ее же потом выгонять, чтобы она смогла служить Краучам... Не нужно закладывать самому себе мину на будущее - создавать спорные ситуации мультиподчинения.
  
  Организовал знакомство новой домовой и ее подопечной. Судя по сияющему виду Винки, с предполагаемым отцовством я не ошибся, что тоже очень и очень хорошо. Все же некоторые сомнения меня теребили, и, честно говоря, жестокой подставы со стороны судьбы-магии я не то что бы ожидал, но не удивился бы.
  
  Вопрос совместного проживания в одном доме ужаса всея Магической Британии - возрожденного Волдеморта и простой проститутки был решен очень просто. Рагнэйлт просто заперли в выделенных ей комнатах, в качестве развлечения кинув книжный мусор Локхарта, оставшийся у меня после второго курса. Палочки у нее не было, бежать ей было некуда да и, по большому счету, незачем: кормят, поят, ухаживают. Так что с этой стороны я, пока не родится ребенок, в полной безопасности. А потом... Потом Волдеморт возьмет с нее клятву. Или сотрет память. Или решит вопрос... каким-нибудь другим способом.
  
  Нужно еще будет продумать, как мне спасти нового Крауча от возможных притязаний Министрертва и Дамблдора, который в каждой бочке затычка. Особенно, если эта бочка набита галеонами. Ну не поверю я, что от состояния древнего активного чистокровно рода не осталось совсем ничего. Даже если там и будет, по меркам чистокровных, сущий мизер. Но то, что для кого-то не стоящая трудов и внимания мелочь, для другого, не такого переборчивого или богатого - невероятное богатство, за которое будут безжалостно рвать глотки кому угодно, даже грудному младенцу. Особенно грудному младенцу. Ведь такое беспомощное существо не будет сопротивляться...
  
  Припомнил, что я читал по этому вопросу в книгах и вынес из разговоров с Эрни. С точки зрения закона сейчас Барти Крауч-самый-младший - безродный полукровка. Формально все верно - известна только мать, очень слабая ведьма, а отцом мог быть кто угодно. Даже маггл. И будет он считаться таким до тех самых пор, пока не пройдет эмансипацию и не станет взрослым магом, в полной мере претендующим на все наследство рода Краучей. Включая перстень лорда - читай место в Совете Лордов. Вот только до совершеннолетия еще нужно дожить, что с такими опекунами, как Министерство и Дамблдор весьма и весьма проблематично. Да и не узнать можно... Интересно, сколько таких вот как бы безродных полукровок образовалось после Магической Войны? Имеется в виду та, которую еще не называют Первой. А сколько их будет после Второй?
  
  Впрочем, Барти все это не грозит. Все уже придумано до нас. Крестный! Отличное и вполне естественное для магического мира решение. Куча обязательств для меня, зато сколько плюшек для малыша! После того, как я принесу клятву, безродный младенец с точки зрения магии становится членом рода Крэбб! Это заткнет многие глотки, любящие подрать себя о всякие "грязнокровки" и "магглорожденное отребье". И, самое смешное, что благодаря тому, что мой род намного старше семьи безродной проститутки, я могу делать что угодно. Согласно нынешнему законодательству, я имею право спокойно отобрать мальчишку, выставить его не состоящую в браке, вынужденную мать на улицу (ни за что не поверю, что пробить многослойный магический барьер от оплодотворения, который, как проф-необходимость, есть у каждой проститутки, особо хитрому сперматозоиду помогла простая случайность) и самому воспитывать ребенка. Этим правилом раньше вовсю пользовались, чтобы поправить свои дела, пошатнувшиеся количеством членов древние магические семьи. Перефразируя известную фразу: "Он конечно, бастард, но это - наш бастард!" Кровь - не водица, особенно если служба нового, непритязательного члена рода обходится в сущие сикли.
  
  Полностью погрузиться в новые и необычные для меня ощущения: "Как же, я буду крестным отцом! Какой интересный опыт!" мне не дал вызов Волдеморта.
  
  - Ты очень сильно разочаровал меня, ученик, - совершенно спокойно проговорил сидящий в тронообразном кресле Волдеморт, и что-то намекнуло мне, что я только что очень серьезно "попал". Вот только что-либо поделать с этим было уже нельзя. Слишком поздно. А Волдеморт тем временем продолжал свою лекцию: - Похоже, ты посчитал меня аналогом доброго маггловского Санта-Клауса, разносящего подарки детишкам на Рождество. Я вижу, тебе смертельно не достает правильного осознания твоего положения и дисциплины.
  
  - Но...
  
  - Молчать, ученик! Замри! Круцио!
  
  Не знаю, каким он там был Темным Лордом и мастером-дуэлянтом, но в применении круциатуса Волдеморт был профи. Настоящим. Эту боль невозможно было терпеть. Боль испепеляла и замораживала. Боль накатывала одной огромной и безжалостной стеной цунами, стараясь погрести и растворить меня... Хотелось орать и кататься по полу. Хотелось броситься на этого гребанного учителя и зубами вцепиться ему в горло... Хотелось на крайний случай вырвать себе сердце, лишь только чтобы не терпеть эту муку лишнюю секунду! Волдеморт давил круциатусом с такой силой, что я вплотную подходил к черте, за которой находилось блаженное безумие. Подходил, но... не переступал ее, ибо для этого не хватало самой малости. Сущей капли боли! А когда пределы моего терпения были преодолены, и я с радостной яростью сам рванулся вперед, в объятья благословенного сумасшествия, пытка внезапно закончилась.
  
  Свозь кровавую плену я посмотрел на своего учителя и хозяина.
  
  Волдеморт... улыбался.
  
  - В следующий раз, ученик, ты должен прежде всего выполнять мои приказы, а только потом заниматься своими личными делами. Ренервейт. Вставай!
  
  Я, полный злобы, но с облегчением, что жестокое наказание закончилось, поднялся на ноги. Но не успел я чего-либо сделать, как совершенно неожиданно услышал:
  
  - Круцио.
  
  Волдеморт, судя по всему, был не только мастером применения Круциатуса, но и отменным, опытным палачом. Чтобы жертва не привыкала к боли, а человек такая скотина, что может привыкнуть абсолютно ко всему, даже к тому, к чему, казалось бы, в принципе привыкнуть невозможно, он давал мне короткие передышки. Во время которых радовал меня великой мудростью вроде: "Я не собираюсь вытирать тебе сопли. Круцио!"; "Ученик, запомни, ты обязан выполнять мои приказы. Круцио!"; "Ученик, ты должен слушаться только меня. Круцио!" и так далее в таком же роде.
  
  Все когда-нибудь кончается. Закончилась и эта пытка. Произошло это до того момента, как я превратился в овощ. Волдеморт... "экономил" своего ученика. Хотя, честно говоря, я не дошел до того состояния совсем немного.
  
  - Иди, занимайся, - отпустил меня Волдеморт. - Внимательно прочитай, что я тебе дал, и готовься. Вскоре прибудет учебный материал. Если плохо, возьми у Питера зелья. И да, ученик. Я запрещаю тебе покидать пределы этого манора! Завтра... продолжим.
  
  Это были очень, очень, очень длинные дни. Тянувшиеся вечность.
  
  Вечность.
  
  Утром я вставал, завтракал и занимался изучением записок Волдеморта и, когда становилось совсем скучно или противно, открывал школьные учебники. Читал (и даже кое-что пробовал делать) из того же Зельеварения... "Как все оказывается в этом мире относительно. Те противные на вид и мерзкие на ощупь и запах реагенты, которые используются в любимой науке Снейпа - милая и смешная ерунда по сравнению с темномагическими ритуалами. Там ингредиенты встречались такие, по сравнению с которыми пресловутая кровь девственницы, собранная в полнолунье на алтаре - веселая шутка..." - думал я.
  
  Незаметно подходил обед, за которым следовал здоровый сон-сиеста, и снова чтение. А потом наставал вечер и меня вызывал к себе Волдеморт. Иногда расспрашивал, что я уяснил из прочитанного. Иногда легилиментил, просматривая второстепенные сюжеты моих школьных и не только школьных приключений. Иногда позволял задавать мне вопросы и отвечал на них. Иногда сам чего-то рассказывал. Иногда даже меня не тянуло от этих рассказов сблевать прямо тут же на месте, Волдеморту на мантию. Но одно оставалось всегда неизменным. Круцио. Учитель пытал меня, причем пытал безжалостно, каждый день. Пытал целую вечность.
  
  И не одну.
  
  Легко сказать "пытал". А как это описать словами? Как слепому от рождения рассказать про цветовую гармонию радуги? Как полностью глухому передать красоту музыки? Как тому, кто не испытывал на себе, описать всю мощь Круциатуса Темного Лорда? Причем самое страшное в этом было то, что Волдеморт пытал меня не только и не столько ради насыщения своей патологической жажды наслаждения чужой болью. Нет. Он проводил, если это можно так назвать, научные исследования на тему "расширение ученической клятвой диапазона переносимости заклинания Круциатус". Доктора Менгеле и Исии оценили бы моего учителя по достоинству... Ну и воспитывал, конечно же. Точнее "воспитывал". Ломал, желая превратить в полного бездумного раба.
  
  А вот с последним у Волдеморта образовалась серьезная проблема. Ну никак не получалось у него меня сломать! И дело не в том, что я такой уж сильный и волевой человек. Нет. Увы, совсем нет. Я даже, может быть, с удовольствием и сломался бы, поскорее-поскорее, лишь только бы не терпеть постоянные пытки, но... не было счастья, да несчастье помогло. Преградой Волдеморту стала... моя ученическая клятва!
  
  Если Волдеморт приказывал мне сопротивляться пытке, то я, как и положено, изо всех сил, уж как мог, терпел и сопротивлялся. Но при этом получалось так, что Темный Лорд боролся со своим собственным приказом! Если он приказывал подчиниться, не сопротивляться... что тут ломать? Где воля? Как сломить то, чего нет?
  
  Нет. Ни о каком сопротивлении ученической клятве даже речи и не шло. За этим пристально следила магия. Но Волдеморту этого было мало. Ему мало было простого безусловного выполнения своих приказов под магическим принуждением, аналогичным Империусу. Ему хотелось - искреннего и разумного безусловного выполнения любых своих приказов. Чем-то его мое слепое подчинение не устраивало. Наверное, все же некоторые идеи из моей речи перед приемом в ученики, в душу Темному Лорду запали. Или не в душу, если у него после крестражей от нее остались лишь жалкие обрывки.
  
  Кстати, Волдеморту пришлось, чтобы не получилось как тогда и чтобы я хоть как-то смог различать безусловные приказы и пожелания, выработать специальные формулировки общения со мной. Когда говорилось "ученик", то исполнение - обязательно, а когда "Винсент, лорд Крэбб, мой молодой друг" - то у меня сохранялась иллюзия свободной воли.
  
  К сожалению, клятва не может заставить сделать меня того, что я не могу сделать физически (магически) в принципе. Увы. Не смогу я по команде Волдеморта взлететь или стать сверхсильным магом. В очередной раз осознавая границы ученического обета, Волдеморту моя дрессировка (на этот день) надоедала и меня отсылали прочь, в мою комнату. В которой на ночь я, приняв набор различных успокаивающих и болеутоляющих зелий, читал книги по некромантии и темной ритуалистике. Отчего мне всю ночь снились такие яркие сны, что утром я просыпался с криком счастья, что это все было всего лишь сном. И все повторялось по новой.
  
  После недельной вечности жизни по такому насыщенному расписанию, я с ироничной улыбкой стал вспоминать прочитанные на первом курсе книги про "расширяющие магический резерв и усиливающие магию Круциатусы". "Этих бы писак сюда! Посмотрел бы я, какими великими они стали бы после недели непрерывных пыток! Эх... Обычно, я всегда говорил, что даже в самом плохом опыте есть зерна пользы. ("Нас ебут а мы крепчаем", м-да...) Но найти пользу в этом... Разве что теперь у меня не дрогнет рука кинуть Круциатус на любого: маггла ли, мага ли... Разве что на ребенка... Хм... Такие мысли внушают надежду. Это означает, что как бы ни пытался Волдеморт, несмотря на все усилия, все равно до конца он меня не доломал. Но... Может и доломать..."
  
  "Сколь веревочка ни вейся, а совьёшься ты в петлю..." - так поется в известной песне, сочиненной по старой русской народной пословице. Вот и со мной день этак на десятый после вселения в Крэбб-манор младшего Крауча произошло то, что рано или поздно должно было случиться.
  
  Шла обычная "тренировка" (от слова "дрессировка", прочитанного у меня в мыслях, Волдеморт, кстати, пришел в полный восторг). "Круцио!" - в очередной раз привычно кинул в меня пыточное Темный Лорд. Обычно после этого я последовательно пролетал все пять пресловутых стадий принятия неизбежного. Не знаю, выводил ли их в словесную форму для себя Волдеморт, или чисто инстинктивно их чувствовал, но факт остается фактом. Обычно пытка прекращалась только после того, как ко мне приходило смиренное принятие ситуации... но в этот раз все прошло по-другому. Я только успел почувствовать невероятную, даже по сравнению с "обычным" круциатусом, боль, как мир вокруг меня выключился.
  
  Очнулся я лежа в какой-то кровати. Все тело было поражено невероятной слабостью. Даже просто лежать было тяжело. Попытка открыть глаза была наказана дикой головной болью. Если судить по этим ощущениям, то открыв глаза я в клочья раздробил себе череп. Когда боль чуть приспала, или просто попривык к ней, я обратил внимание на то, какую информацию доносили до меня уши. Судя по негромким голосам, я в помещении был не один. Негромко застонал. Подав голос я добился того, что к моим губам приставили что-то холодное и гладкое. В открытый рот потекла тягучая жидкость, и практически мгновенно боль ушла. Осторожно, боясь ее возвращения, открыл глаза и осмотрелся.
  
  Оказалось, что я лежал в своей комнате. Рядом с кроватью стоял незнакомый столик, заставленный всевозможными баночками, бутылочками и колбочками. Около моей постели суетился Хвост и еще один, какой-то хорошо одетый, но незнакомый мне маг. Вот только взгляд у этого мага был какой-то откровенно мутный.
  
  Мутный - не мутный, но именно этот маг водил надо мной волшебной палочкой и сыпал так хорошо знакомыми мне по "отдыхам" в Больничном Крыле диагностическими чарами. А вот Питер куда-то резко убежал. Куда именно стало ясно спустя пару минут, когда из коридора послышалось:
  
  - ...Пришел в себя, господин.
  
  - Помолчи, Хвост.
  
  Открылась дверь, и в комнату вошел учитель на букву м. Лекарь, что характерно, на появление Волдеморта не среагировал от слова никак. И когда каким-то невербальным заклинанием Темный Лорд прервал мое обследование, тоже послушно промолчал. Волдеморт некоторое время исследовал мое состояние сам, после чего бросил лекарю короткое:
  
  - Рассказывай.
  
  - У пациента наблюдается сильная магическая...
  
  - Стоп. Легилименс, - прервал мага Волдеморт, и влез ему в мысли. Спустя некоторое время учитель прекратил действие заклинания, и повернулся к Петтигрю.
  
  - Питер. Ты все запомнил?
  
  - Да, господин.
  
  - Есть ли у нас все нужные зелья?
  
  - Есть, господин.
  
  - Что ж... Тогда, - Волдеморт поднял палочку, направил ее на лекаря и произнес: - Фините. Обливиэйт. Конфундус. Хвост! Возьми его, напои каким-нибудь дешевым, дрянным пойлом и выкинь где-нибудь недалеко от дома. Его дома. Исполняй, - и Темный Лорд вышел из комнаты.
  
  - Да, господин, - поклонился вслед Волдеморту Питер, схватил лекаря и аппарировал с ним прочь.
  
  На этом короткое свидание с чуть не убившим меня магом закончилось. И в течение всего дальнейшего процесса выздоровления (занявшего без малого две недели) я Волдеморта тоже ни разу не видел. Зато вот Петтигрю крутился и квохтал вокруг меня с таким усердием, с каким даже драконица не заботится о своем единственном яйце.
  
  Пользуясь случаем и более-менее установившимися отношениями (Питер просто обожал наблюдать, как Волдеморт дрессирует своего ученика), я смог выяснить, что же тогда произошло со мной. Оказывается, магическим силам Волдеморта его воскрешение из мертвых не прошло бесследно. Нет, уровень магии сохранился неизменным, а вот контроль, завязанный на тело... Вот как раз он ощутимо просел. И теперь Темный Лорд походил на совсем молодых магов с их неконтролируемыми магическими выбросами. В принципе, тут даже кое-какая логика прослеживалась, но от этого возрожденному Темному Лорду легче не становилось. Исправить данное положение дел могли только усиленные тренировки, причем желательно с партнером. Но тренировки в паре сопряжены с серьезной опасностью для напарника Волдеморта. Ведь магия может взбрыкнуть в любой момент, что отправит неудачника на больничную кровать или сразу на полку в морг...
  
  Кстати, именно в нестабильности магии, отчасти, причина того, что Волдеморта сейчас окружает не преданный внутренний круг, а всего лишь один предатель-анимаг и один дурной недоучка. Кто может сказать, когда произойдет очередной неконтролируемый магический выброс? И как это скажется на реноме строгого но справедливого Господина? Не лучше ли, пока магия не успокоится, раскидать своих подчиненных приказами на самые неотложные задачи и не позориться магическим хм... нездоровьем?
  
  Да и бывшие лучшие друзья не очень-то и желают лишний раз встречаться с разозленным Лордом. Ведь если верить словам Петтигрю, то первый выброс случился как раз при допросе членов внутреннего круга. Волдеморт в этот момент проверял (легилиментил и пытал круциатусом) Эйвери, так что пожиратель в полной мере осознал, что чувствовали его магглокровные жертвы. Впрочем, осознавал он это совсем недолго, практически мгновенно превратившись в "овощ" с начисто выжженными болью мозгами. Конечно, Темный Лорд немедленно назвал Эйвери предателем, выспренно обозначил произошедшее справедливой карой, но... его ближний круг состоял все же не из выпускниц института благородных девиц! Весь старый состав Упивающися Смертью в обязательном порядке в той или иной степени кое-что понимали в магии. И то, что только что произошло на их глазах, поняли совершенно правильно...
  
  "Хм... Однако с моим появлением здесь в рядах Волдеморта уже две (относительно канона лишние) прорехи..." - подумал я. - "Что же касается Питера... Не надо думать о Хвосте слишком хорошо. Причина трепетного ухода Хвостом за больным мной крылась не в высоких чувствах или искренней симпатии, а в простейшем шкурном интересе. Пока Волдеморт тренируется на мне, он не тренируется на Хвосте. Не станет же меня, кто будет следующей "грушей" на отработку круциатуса? Вот именно!"
  
  Увы, передышка оказалось недолгой, и как только я окончательно выздоровел, то дрессировка неумолимо продолжилась. И даже вполне возможный серьезный урон здоровью, магии или даже смерть единственного ученика не стали для учителя преградой. Он сам для Волдеморта был важнее судьбы тысячи учеников!
  
  По вечерам, откладывая в сторону книги, я вовсю предавался унынию. "Не так, совсем не так я представлял себе службу Волдеморту," - думал я, а внутренний голос только подначивал меня: "Ты, дурак, ведь сам этого хотел? Хотел, не отпирайся? Вот. Хотел. Сам выбирал? Сам. Ну и как тебе "темная сторона силы"? Нравится? Ах не нравится? А что так? Круциотерапия не заходит? Так ведь это для твоего же блага!"
  
  С внутренним голосом можно было бы и поспорить, апеллируя к: "где ты такой умный был раньше?" и "у нас с тобой шкура одна на двоих!", но желания делать этого как-то не было. Совсем. Да и бессмысленно. Все равно, хроноворота предупредить себя прошлого у меня не было, так что играть придется теми картами, что я сам себе намешал. Дурак!
  
  Как будто мне и без того было мало неприятностей, так в поместье появилась еще одна жительница. Нагайна. Здоровущая змея неизвестной мне породы (впрочем, я совсем не специалист, и достоверно опознать могу только ужа, и то - только по парным пятнам) с головой размером с бочонок и тушей, по иному и не назовешь, способной без особых усилий вместить в себя человеческое тело... Короче, совсем не та гостья, которую я бы хотел видеть у себя в маноре. Ко всему прочему змея отличалась омерзительным характером, а я сразу ей чем-то не понравился. Показывая свое нерасположение, она взяла в привычку неожиданно обвиваться вокруг меня и сильно сдавливать в кольцах, при этом насмешливо шипя своей мордой прямо мне в лицо. Мерзкая тварь, трогать которую мене было запрещено безусловным приказом Волдеморта.
  
  Я уже начал даже подумывать, как бы мне свалить отсюда. На мою задумчивость обратил внимание Питер и донес своему хозяину. После сеанса легилименции я получил заслуженное и отправился в очередной раз ставшую больничной койку у себя в комнате. Причем так жестоко наказали меня не столько за то, что я хотел сбежать, а за... глупость. "Куда и как ты собираешься сбежать от данной тобой магической клятвы?" - неприятно для себя удивился Волдеморт моему тупоумию, и произнес совершенно естественное: "Круцио!"
  
  В этот раз за мной никто не ухаживал. Всю неделю.
  
  Натиск на мои волю и разум был силен и непрерывен. Непрерывен настолько, что даже родившегося совершенно здоровым и веселеньким младенца я видел всего один раз. На ритуале Нарекания Имени, совмещенным с принятием обязанностей крестного-в-магии. Родился, кстати, мальчик, которого я, чтобы не прерывать традицию, нарек Бартемиусом. Получился Бартемиус Бартемиусович Крауч, если на отечественный манер, или Барти Крауч Третий - на местный.
  
  Так бы и сгнить мне за книгами по некромантии или от круциатусов Волдеморта, или же превратиться в мужской аналог сумасшедшей Беллы... если бы меня не хватился, по ощущениям - века назад мной покинутый, внешний мир. Однажды, дело было за обедом, влетевшая министерская сова бросила мне в руки официального вида пергаментный свиток. Распечатав его я, честно говоря, выпал в осадок, ибо короткая записка гласила:
  
  "Уважаемый Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб. Секретариат Министра Магии Британии приглашает Вас в качестве представителя Палаты Лордов завтра принять участие в ежегодной инспекции магической тюрьмы "Азкабан".
  
  От имени Министра Магии Корнелиуса Фадж, личный секретарь Персиваль Игнатиус Уизли."
  
  Глава опубликована: 20.06.2017
  Глава 6. Ну, здравствуй, Азкабан
  
  
  - Учитель! - вскочил я с места.
  
  - Акцио письмо! - произнес спокойно сидящий за столом Волдеморт, и свиток мгновенно оказался у него в руках. Правда после брошенного короткого взгляда на написанное там, он тоже вскочил и несколько раз нервно прошелся туда-сюда по обеденному залу, еле слышно задумчиво бормоча себе под нос что-то вроде: "... не успеть... магия не пробьется... показать... нужно предупредить... как найти...".
  
  Кстати, надо отметить такой вот факт. Когда Волдеморт не занимался наказанием-дрессировкой, допросом или пытками общаться с ним можно было совершенно спокойно. Даже Драко Малфой в разговоре сбивался на высокомерный пафос и неприкрытое желание командовать гораздо чаще, чем Темный Лорд. Странно? Ничуть. Наверное, это связано с тем фактом, что в каноне Волдеморт в повседневной жизни был показан совсем никак. А все моменты с его появлением, ординарными, мягко говоря, назвать нельзя. Либо полная пафоса игра на публику, либо бешенство, сопряженное с пытками и казнями. А если захотеть, так можно черного-пречерного лорденка практически из любого человека сделать. Просто вырезав без контекста из его жизни несколько самых неприглядных моментов, а потом смонтировав их в должном порядке. Нет. Я ни в коем разе даже в мыслях не обеляю Волдеморта. После стольких прочувствованных на своей шкуре пыток я его никогда не назову даже неплохим. Даже в том случае, если он на моих глазах маггловский детский садик из огня вытащит! Однако, несмотря на то, что он был весьма вспыльчивым (что вообще-то весьма странно для как-бы "змеиных" кровей), несдержанным и очень скорым на расправу, назвать нормальным его было можно. Ну, насколько вообще "нормальным" можно считать это живое воплощение "зловещей долины": двухметрового гомункула, покрытого зеленоватой, кое-где похожей на чешую, кожей с алыми глазами, давящей магической аурой и руками в крови не то, что по локоть - по шею...
  
  Тем временем несомненно важные размышления Темного Лорда были окончены, и Волдеморт резко произнес:
  
  - Ученик!
  
  - Да, учитель?
  
  - Тебя отец учил нашей боевой азбуке?
  
  - Э-э-э... Нет. А что это такое?
  
  - Плохо. Очень плохо... Так. Хвост!
  
  - Да, господин! - дернулся Петтигрю.
  
  - Покажешь Крэббу и проконтролируешь, как он их запомнил и научился показывать, следующие слова: "внимание", "жди", "вперед", "стоп". Исполняй.
  
  На отработку жестов ушло полдня. Ближе к вечеру в моей комнате появился Волдеморт, понаблюдал как я "говорю", выгнал Хвоста и, трансфигурировав какую-то мелочь в пафосное кресло, уселся передо мной.
  
  - Ученик. Слушай меня внимательно и не перебивай. Я не успеваю подготовить что-нибудь настолько серьезное, чтобы спасти своих самых преданных соратников. Точнее, надежно скрыть это самое что-то от обязательных проверок. Если бы требовался прямой штурм, то придумать можно было бы много чего, но... вряд ли тебе позволят в присутствии Министра Фаджа построить даже малый круг жертвоприношения. Похоже, именно этим и объясняется настолько поздно присланное приглашение. По сути - ультиматум: "немедленно выполни наш приказ!" Мда... Как эффектно Министерство плюет на извечные привилегии чистокровных родов! И насколько измельчали старые семьи, покорно утираясь... - и Учителя в очередной раз понесло на тему "Чистокровные, и что им нужно делать". Особенно с учетом того, что сам он был, пусть и хорошей, древней крови, но полукровкой. Наконец, пропагандистская лекция закончилась, и на некоторое время Волдеморт замолчал.
  
  - Возвращаясь к поездке. То, что мы не сможем вытащить их прямо сейчас, совершенно не означает, что нужно спокойно сидеть и ничего не делать. Вот эти вот фразы, - мне на колени упал свиток, - выучи и дословно произнеси, когда в Азкабане будешь стоять перед Упивающимися. И вообще, желательно, чтобы их услышало как можно больше заключенных. Подписанные сверху слова нужно показывать жестами, причем так, чтобы конвоиры, в отличие от заключенных, этого не заметили. На запоминание и тренировку, чтобы все казалось естественно, у тебя есть половина ночи. После этого Хвост выдаст тебе Зелье Сна без сновидений, а утром - две порции Зелья Бодрости.
  
  Волдеморт высыпал на стол... щепотку очень мелких камушков. Можно сказать - почти песка.
  
  - Тебя наверняка поведут по самым опасным, то есть по самым нужным мне магам.
  
  Руквуд. Лестрейнджи. Долохов. Мальсибер. Ты наверняка увидишься с ними и другими, кто все еще жив. Это, - Темный Лорд взглядом показал на щепоть мусора, - ты должен будешь бросить около их камер. Чтобы ты не врал на допросе, я официально тебе заявляю, что эти камни действительно абсолютно магически инертны, и не являются каким-либо артефактами, несущими вред...
  
  - Тогда для чего...
  
  - Круцио. Фините. Не перебивай меня, ученик. Магически они не представляют из себя ничего и не несут никакого вреда. Просто немного зачарованные камни... которые в качестве маркера для поиска будут незаменимы. К сожалению, я вынужден констатировать, что оставшиеся на свободе соратники меня... сильно разочаровали. Так что истинно преданных нужно возвращать любой ценой и снова ставить в круг. Рано или поздно. И если у Люциуса не получится сделать это быстро и относительно законными методами - рано, то придется брать Азкабан силой - поздно...
  
  - М-м-м... Учитель, можно спросить? - дрессировка пошла мне на пользу, и Волдеморта внутренне я с каждым днем все явственнее и явственнее воспринимал не как начальника, пусть и строгого с изрядной долей самодурства (встречались у меня в той жизни и не такие), а как хозяина. Как же все же это мерзко - быть рабом! Особенно для меня, воспитанного в счастливом социалистическом детстве. Нет, конечно, жизнь меня потом пообтесала, сняв с очков розовое покрытие, показав реальность, сильно отличающуюся от декларируемого всеобщего равенства (особенно, с кончиной СССР). Но заложенные в детстве императивы - от них избавиться без остатка практически невозможно. Это чистая психология. Или для этого должно случиться воистину что-то невероятно плохое.
  
  - Спрашивай.
  
  - Учитель, а почему вы не хотите под моей личиной пойти сами?
  
  - Я не пройду проверку. Ты увидишь все сам.
  
  И, действительно. Я увидел.
  
  Экскурсия в магическую тюрягу для меня началась с... легкого перекуса в кабинете Министра Магии Великобритании Фаджа. Это оказалось весьма и весьма кстати, так как позавтракать я не успел, и кроме двух порций Зелий Бодрости и одной - Зелья Прекрасной Кожи (как сказал Хвост, который не только выдал мне эти зелья, но и внимательно проконтролировал их прием: "это для того, чтобы к тебе особо не присматривались, а то после воспитания Господина ты выглядишь, как несвежий труп"), в животе у меня было совсем пусто. Сопровождающаяся легкой беседой-ни-о-чем (и, как я понял, проверкой на оборотку, так как перед этим меня два часа продержали в приемной под неусыпным вниманием авроров-охранников) встреча должна была в очередной раз ответить на вопрос, "годится ли этот вот молодой лорд для моих планов?". Судя по тому, что в Азкабан мы все же отправились, причем некого молодого и особо дерзкого в кандалы не заковали и волшебной палочки не лишили, проверку я прошел.
  
  Правда, на счет палочки, как оказалось, я слегка поторопился. Аппарировав на безлюдный берег холодного северного моря к старой, заброшенной на вид хижине, мы оказались под прицелом сразу двух четверок авроров. Мы все (мы это: я, Фадж и преданная лично ему тройка магов-боевиков, которые, похоже, носили красные мантии чисто формально) законопослушно подняли руки и не шевелились. А дальше все пошло как в том анекдоте - "Стою. Стреляю..."
  
  Нас перекрестно обездвижили заклятиями, и мы уже не шевелиться стали совсем не по своей воле. Так и простояли, пока у нас изымали волшебные палочки. Не шевелились, когда нас тщательно проверили какими-то заклинаниями и артефактами, и безропотно дали себя дополнительно и очень внимательно обыскать чисто по-маггловски - руками. Только после этого наложенный петрификус или какой-то его аналог (невербально, кстати, наложенный) с нас сняли. Сняли только для того, чтобы перейти к следующей проверке.
  
  Как это водится среди шпионов, она не обошлась без серьезного испытания храбрости и самоконтроля. Это испытание приняло форму странного артефакта, который, как я понял, распознавал ложь. К счастью, начали с Фаджа, поэтому у меня была возможность услышать вопросы, и время тщательно продумать и правильно в мыслях настроиться на нужные ответы. Конечно, артефакт не веритасерум в Верховном Суде... но, судя по тому, что один аврор постоянно держал отвечающего "на мушке", то есть - наставив прямо в центр спины волшебную палочку, за неправильные ответы здесь светило далеко не общественное порицание. "Любые сомнения трактуются против вас. Часовой стреляет без предупреждения, а прыжок на месте - попытка улететь..."
  
  Удачно прошедшие проверку охранники пусть и лишались пристального присмотра, но палочки им так и не возвращали. Наконец дошло дело и до меня. Я шел по счету последним, наверное, как самый на вид безопасный, то есть после Фаджа и его охраны. Палочка намекающе ткнулась мне в спину и стоящий передо мной аврор произнес:
  
  - Засуньте руку в артефакт. Учтите, если вы соврете, то артефакт станет красным. Это будет расценено, как попытка помочь совершить заключенным совершить побег. Что в свою очередь, согласно поправке два от тринадцатого сентября тысяча семьсот тридцать четвертого года к закону Гампа номер семь дробь три от двенадцатого декабря тысяча семьсот четвертого года "О серьезных нарушениях Статута Секретности и применении непростительных заклинаний", карается для допущенного к посещению тюрьмы внесудебным бессрочным помещением в Азкабан. Попытка сопротивления карается немедленной смертью.
  
  "Тоже мне, нашлись поклонники Дюны!" - подумал я. - "Хм... Похоже дороги назад нет. Уже нет, раз мне не предложили отказаться..." - и положил руку внутрь деревянной коробки.
  
  - Ваше имя? - прозвучал первый вопрос.
  
  - Лорд Крэбб, - внутренне холодея произнес я самое честное имя из тех, какими бы имел право здесь называться. Ведь Винсентом Крэббом я не родился и не был назван, а вот лордское достоинство добыл своим собственными руками. И кинжалом...
  
  Аврор бросил быстрый взгляд на артефакт и продолжил допрос.
  
  - Зачем вы идете в Азкабан?
  
  - По приглашению Министра. В качестве представителя Палаты Лордов.
  
  - Собираетесь ли вы осуществить побег кого-либо из заключенных?
  
  - Нет. - "Я действительно не собираюсь. А что собирается делать учитель - мне это не ведомо. И когда именно - неведомо."
  
  - Будете ли вы во время посещения помогать заключенным совершить побег?
  
  - Нет. - "Не дурак тот, кто составлял вопросы. Намерение и действие могут не совпадать в обе стороны."
  
  - Наложено на вас заклинание Империус?
  
  - Нет.
  
  - Имеете ли вы при себе что-либо, предназначенное для побега заключенных.
  
  - Нет.
  
  - Чисто, - спустя длинную, полную напряжения паузу проговорил незнакомый аврор.
  
  - Неужели нужно было так грубо, Роберт? - с ясно слышимым неудовольствием произнес Фадж.
  
  - После участившихся побегов вы сами настояли именно на такой процедуре проверки, Министр.
  
  - Да-да. Но все равно, как-то это противно...
  
  - Противно? Один раз в году можно и потерпеть! А вот нам... Например, если вы изменили свое мнение, мы с ребятами с радостью вернемся в Лондон. Жить в этой халупе, несмотря на чары расширения, то еще удовольствие!
  
  - Нет. Хватит разговоров. Джон, Винсент, пойдем. Не будем растягивать это удовольствие.
  
  А дальше не было никакой магии. Мы втроем подошли к небольшому ялику. Самый преданный Фаджу аврор - Долиш (кстати, именно он меня "тащил" с собой аппарацией), сел на весла. Мы с Министром - на другие банки. Двое остающихся на берегу наших сопровождающих столкнули лодку в море. Долиш опустил весла в воду и размеренно погреб. В пустоту спокойного сейчас северного моря.
  
  Время тянулось медленно. Аврор работал двигателем, Фадж - молчал, а я сидел и любовался постепенно удаляющимся берегом. Хотя, чем там можно было любоваться? Серое небо, камни и начинающая желтеть трава на склонах холмов... Это вам не яркая, буйствующая красками Испания! Тоска...
  
  Приблизительно через час я стал чувствовать себя... неуютно. Нехорошо. Тяжело. Тревожно. Хотелось попросить все так же неутомимо гребущего Долиша отвернуть в сторону. Правда, глядя на то, как морщатся мои спутники, я понял, что дело тут не в мой повышенной чувствительности. Мы, похоже, просто прибываем на место. И действительно:
  
  - Уже скоро, - подтвердил короткой репликой мои догадки Фадж.
  
  Но даже несмотря на внимательное и сосредоточенное ожидание, Азкабан появился на глаза резко и совершенно внезапно. Еще секунду назад впереди ничего кроме пустынного моря нет, а тут - раз, и впереди уже совсем близко оказывается небольшой остров и мрачное строение на нем.
  
  "Какие сильные чары сокрытия!"
  
  Как средневековая крепость Азкабан меня очень впечатлил. Даже больше чем Хогвартс. Стоящий на высоком холме, а поэтому кажущийся еще выше, представляющий из себя соединенные вровень стенами широкие башни (одна квадратная, две - круглые) замок занимал практически всю площадь безымянного островка. До навязшего в зубах по одноименному телешоу французского форта он не дотягивал, но и так все узкое каменистое подножье, а также часть прибрежной полосы великолепно простреливалось бы сверху из луков и катапульт. Наоборот же... Забросить стрелу на стену выстой метров тридцать-сорок (на глаз - высота двух хрущевок моей Родины) и попасть в кого-нибудь, да еще с качающейся палубы (потому что высадиться тут под обстрелом абсолютно нереально)... Короче, как такой замок можно штурмовать (при наличии достаточного по количеству, хорошо обученного и в должной мере мотивированного гарнизона внутри) с античными-раннесредневековыми технологиями, когда не то что всякие баллисты-онагры, а даже тупо лестницы негде собрать, я даже не представляю. А как это все было построено: на безлюдном острове, посреди холодного моря и в древние времена, я и думать не буду. Наверняка - какое-то великое колдунство. Или просто громадная куча костей...
  
  Да. Наверняка костей здесь очень много. Ведь все эти вьющиеся вокруг крепости, как пчелы около улья, или, скорее, как мухи над коровьей лепешкой, черные балахоны - дементоры, должны были кого-нибудь веками жрать?
  
  - Гхрм, - прочистил горло Фадж, и неестественно веселым голосом начал экскурсию. - Итак. Крепость Азкабан. Самая страшная тюрьма мира. Здесь содержатся только преступники, обладающие магическими способностями - колдуны и ведьмы, нарушившие законы нашего магического мира. Сколько именно таких несчастных - секрет Министерства. Побегов из этой тюрьмы еще ни разу не, хм... официально сбежать из тюрьмы смог один лишь только Сириус Блек, ордер на поимку которого... это не важно. Так. Постоянно проживающие здесь надзиратели в количестве... - Фадж глупо постоял с открытым ртом, потом поморщился и продолжил уже без улыбки: - ...это тоже секретная информация, следят за тем, чтобы узники не голодали. Именно эти маги кормят заключенных. Два раза в день. Охраны, живой охраны я имею в виду, а не дементоров, в Азкабане нет. Просто стены и решетки не только препятствуют побегу заключенных, но и одновременно защищают узников от дементоров. Согласно Договору, заключенному очень давно, любой маг, оказавшийся внутри Азкабана без соответствующего артефакта-маркера - законная добыча. Во время осмотра держись поближе ко мне. Амулет только один. Ах да. Магглоотталкивающие и маскировочные чары различной формы скрывают Азкабан от магглов, желающих намеренно попасть сюда, а такая концентрация дементоров, ты ее на себе хорошо прочувствовал, отпугивает своей аурой страха и смерти тех, кто мог бы попасть сюда совершенно случайно. Бывало даже так, что магглы, заплывающие сюда не по своей воле (например во время шторма), пытались спастись со своих лоханок вплавь и тонули! А другие глупые магглы гадали: "отчего это совершенно исправные корабли дрейфуют без экипажа?" Что же касается защиты от магического проникновения... Полный набор антиаппарационных щитов предохраняет тюрьму от перемещения внутрь любым магическим способом, включая домовиков, а такая концентрация дементоров превращает и так очень сложное беспалочковое колдовство в просто невозможное.
  
  "Или, если я правильно помню засмотренную "до дыр" лекцию Китежа, то в этом больше виновато находящееся здесь Место Бессилия" - добавил я про себя.
  
  - Можно задать вопрос? - по выработанной Волдемортом привычке, прежде чем спросить, я озаботился проверить наличие у себя разрешения делать это.
  
  - Да, Винсент, конечно. Спрашивай.
  
  - А разве дементоры не действуют на охранников так же, как и на заключенных? Не вытаскивают и из них самые хорошие воспоминания? Да и сама аура места здесь такая, что работать... не хотел бы я здесь.
  
  - Хм. Видишь ли, это не совсем так. Дементоры отнюдь не питаются самыми хорошими воспоминаниями, как вам говорят на уроках в Хогвартсе. Совсем наоборот. Дементоры гасят, отбрасывают их, вытаскивая из памяти мага самые отвратительные, заставляя волшебника страдать. Именно эти муки и страдания являются их пищей, а не светлые чувства. Было бы наоборот, то, как легко догадаться, дементоры охраняли бы не самую ужасную тюрьму в мире, а маггловский парк развлечений или магазин Зонко! А заклинание Патронуса было бы для них шикарно накрытым праздничным столом! Однако, для жертвы картина практически идентичная - хороших воспоминаний нет, а плохие, похороненные глубоко в памяти, так и лезут "на глаза". Что же касается твоего вопроса... Для тюремщиков в замке существуют специально зачарованные помещения, где влияния дементоров практически не чувствуется. Там они и проводят все свое свободное от работы время. А во время работы у них артефакты, которые... отгоняют дементоров. Бывали... несчастные случаи, когда служащий забывал артефакт и был дементорами съ... хм, пострадал. Патронусом ведь воспользоваться нельзя, так как ни у кого (!) волшебных палочек тут нет, - пробормотал Фадж, а потом взглянув на меня резко бросил. - Да. Есть влияние на служащих, не смотри так. Есть. Но в этом существует и положительная сторона. Легкое давление тренирует в работающих здесь магах великолепную умственную дисциплину, привычку смотреть, видеть и помнить только хорошее, а также невероятное спокойствие. Не так ли, Джон? Вон - смотри. Он отработал в Азкабане три смены, и - жив здоров. Тем более, они знают, на что идут и за сколько они на это идут. Охранники получают тут чуть ли не как замминистра!
  
  Дальше мы плыли молча. Встречал нас на берегу, тоже молча, всего один маг. Кивнув Министру, он повел нас через приоткрытую створку калитки, расположенной в проеме заложенных камнями ворот, внутрь крепости. Туда, где меня ожидал кусочек настоящего Ада...
  
  Узкие лестницы с неудобно высокими ступенями. Решетки, запирающие темные коридоры с камерами. Влажные, блестящие в свете редких факелов каменные стены. Холод... Тьма... Маленькие камеры-кельи, закрытые ржавыми решетками... И полубезумные, совершенно не похожие на людей, существа в лохмотьях, запертые в них.
  
  Чтобы сделать картину совсем уж похожей на Хельхейм, по стенам поползли неприлично прихотливые и изящные для такого темного ужасного места блестящие белые узоры. Это дементоры, почуявшие свежую, полную неболи пищу, слетались на обед.
  
  "Как это забавно... Не знающие ужасов хлада южане представляют ад очень горячим местом. А вот северяне, наоборот - ледяным..." Только долго предаваться отстраненным размышлениям мне не дали. Вскоре появился первый местный охранник, и я с отвращением и легким страхом вжался спиной в Фаджа. Конечно, для меня, как бы потомственного мага-некроманта, это материал для работы но... Одно дело дементор, как тогда, в Хогвартсе - либо далеко, либо на поводке, и совсем другое, как сейчас - с "лицензией на убийство". Да и не один...
  
  Нежить крутились очень близко вокруг нас, навевая жуть своей аурой страха и небрежными качаниями черных, рваных саванов, пока Фадж не засунул руку во внутренний карман своего щегольского жилета. Почти мгновенно дементоры разлетелись в стороны. Теперь дистанцию до нас они выдерживали приличную, но окончательно не улетали. Следили.
  
  Ждали...
  
  Надеялись...
  
  Чтобы хоть как-то отвлечься от окружающей обстановки и кружащейся невдалеке вполне возможной и весьма поганой смерти, я решил расспросить надзирателя об Азкабане. Бросив взгляд на Фаджа и получив негласное разрешение, тот неохотно стал отвечать на мои вопросы. Часть он просто игнорировал, бурча "запрещено", на часть очень кратко отвечал. Обобщив вторую половину, я в голове построил для себя следующую модель тюрьмы.
  
  Если смотреть сверху, то в сечении крепость имела вид треугольника. Но не того, чистого, правильного, с острыми гранями из фильма-канона, а неравностороннего. Ко всему прочему башни были неодинаковыми по форме и размерам. Две были круглыми, побольше, одна, поменьше - квадратная. Башни соединялись толстыми стенами, в которых в два ряда и были вырублены камеры для заключенных. Внутренний двор - пустовал. Квадратная башня, в которой были единственные ворота, была отведена для проживания персонала и соответствующим образом обработана. Остальной объем был отдан на откуп дементорам.
  
  Деления на мужские и женские зоны содержания не было. Все камеры были одиночными. По суровости условий заключения камеры сильно отличались друг от друга. Для начала, те, что выходили маленькими зарешеченными окошками на море, были гораздо холоднее и сырее тех, что выходили во внутренний двор. Далее, чем выше располагалась камера, тем большее давление ауры дементоров испытывал заключенный. Ну и, наконец, чем дальше от квадратной башни находилась камера, тем чаще ее коридор посещали дементоры.
  
  Таким образом, камеры щадящего содержания, ну, насколько это вообще возможно в такой тюрьме, располагались у самой поверхности земли и в подвалах около квадратной башни, а самого жестокого - на верхнем урезе куртины между двумя круглыми. Именно там находились камеры, предназначенные для самых страшных преступников магического мира. Именно там сидели самые именитые Упивающиеся Смертью. И именно сюда после непродолжительной экскурсии мы и пришли. Фадж явно хотел услышать от меня четкую и недвусмысленную "подпись кровью".
  
  - Господа. Леди. Согласно Договору, я, Министр Магии Корнелиус Фадж, в сопровождении действительного представителя Палаты Лордов, лорда Крэбба, совершаю плановый ежегодный осмотр условий заключения. Есть ли у вас какие-нибудь жалобы или просьбы?
  
  - Сдохни Фадж! - лениво произнес хриплый женский голос. - И не ври. Я не поверю в то, что с тобой полюбоваться нашими мучениями пришел кто-то из Палаты. Все же врагов у нас там уже не осталось. Или туда стали брать кого-то вроде Уизли?
  
  "Похоже, сводить под шумок гражданской войны личные и родовые счеты придумка отнюдь не Логана Крэбба." - подумал я, и вышел из-за спины Министра вперед. Развернулся к нему лицом.
  
  Да. Министр однозначно ждет моей речи. Что ж. Он ее получит в полном объеме. Даже в большем, чем ожидает. А пока он будет наслаждаться театром, я высыплю из кармана маяк и выполню задание Волдеморта. Так. Нужно правую, наиболее опасную руку, по-наполеоновски большим пальцем сквозь ткань мантии зацепить за пуговицу, а левую, как в придворном поклоне, спрятать за спину. И "забыть" ее там.
  
  - Лорд Винсент Логан Крэбб к вашим услугам, мадам.
  
  В ответ на мое честное представление на меня со всех сторон посыпались насмешки.
  
  - А Крэбб-то поусох на малфоевском содержании!
  
  - Угу. А ведь я его предупреждал!
  
  - Ха, - послышался резкий выдох из камеры у меня из-за спины. - Какого несчастного министерские крысы в этот раз, интересно, напоили обороткой?
  
  - Хоть бы в геральдические справочники, мордредовы полукровки заглянули! Крэбб!
  
  - Он бы еще Малфоем назвался!
  
  - Или сразу Слизерином!
  
  - Когда мастер вернется, я буду лично пытать самозванца! - проговорила Лестрейдж из темной глубины своей камеры. А потом настолько внезапно резко прыгнула вперед, что я непроизвольно отшатнулся. Видок у нее был тот еще: нечёсаные темные патлы, землистая кожа и впалые, горящие злобным бешенством глаза.
  
  - Ути-пути. Иди сюда, сладенький мальчик. Тетя сделает тебе очень больно! Ха-ха-ха!
  
  - Хм... Леди Лестрейндж? Вам бы, мадам, получше следить за своим лицом и гардеробом. И кожей...
  
  - Ты! Ты!
  
  - Я, мадам, я, - продолжил откровенно нарываться я.
  
  - Я думаю, не будь решеток, ты, юноша, вел бы себя совсем по-другому, - поправили меня с другой стороны.
  
  - Пользуется, что мы заперты, как пикси в клетке.
  
  - Не слишком ли он наглый для смертника?
  
  - Нет. Именно поэтому и наглый. Сказать, как и терять, ему нечего, вот он и придуряется по принципу: "Na miru i smert' krasna".
  
  "О. Родная речь. Значит у меня за спиной сидит Долохов," - подумал я, набрал в грудь побольше воздуха и разразился ярким спичем.
  
  - К огромному вашему разочарованию, господа заключенные, я настоящий Винсент Логан Крэбб. Вы наверняка назовете меня предателем, и будете совершенно неправы. Увы вам, но моя преданность никогда не принадлежала тому, кого звали Томом Реддлом! Убившегося с концами давным-давно об лоб простого младенца! - здесь я решил сделать небольшой шажок в сторону от написанной для меня лично Волдемортом речи. Сейчас между Министром и Поттером пробежала черная кошка, так что лучше лишний раз при нем этой фамилии не произносить. - А что я могу сказать неудачникам, которые сделали ставку на давно мертвого...
  
  Хорошо вызубренная речь лилась без участия разума. А вот мысли... Мысли были заняты совсем другим: "Учитель! Я, конечно, все понимаю, но, мать твою, Меропу, за ногу! Мне же еще потом с ними работать! Как они будут меня воспринимать? И что со мной сделают? Это тебе не как бы добренькие, хотя и среди них тоже хватает отморозков, Орденцы. У которых любовь - самая великая сила и "не следует уподобляться Упивающимися Смертью, мальчик мой". А эти... Эти как выйдут, так первым же делом на куски меня порвут! Поймут ли они объяснения? И успеют ли их получить? Неужели, учитель, ты не догадался... Стоп! Уж что-что, а своих последователей Темный Лорд знает как никто другой! И их реакцию на мое посещение он предугадал, да что там предугадал - запрограммировал, лично написав мне речь, Значит - нет здесь никакой ошибки! Совсем наоборот. Это хитрый и тонкий расчет. Как и положено, Волдеморт не хочет, чтобы среди его последователей образовывались крупные фракции. Сюда же отлично ложится поручение-пощечина Люциусу, учить меня политике... Ага. Это с учетом того, что я блондина после этого так и не видел! Осторожничает Лорд. Осторожничает. Не доверяет своим бывшим соратникам. Год младенцем промучился, лишь бы не рассказать своим "друзьям" о своем возвращении.
  
  Клятвы-клятвами, но слепо доверять даже магическим и вроде бы абсолютно непреложным - глупо. Так что старым добрым "разделяй и властвуй!" дело не испортишь. Или испортишь? Не в этом ли причина его итогового поражения в каноне?"
  
  ...Или поверите лживым россказням дурачка-Поттера, о том, что Темный Лорд воскрес? Нет! Вы так и сгниете здесь...
  
  - Достаточно, лорд Крэбб, - прервал меня, соловьем разливающегося в полной тишине, Министр. - Не стоит попусту глумиться над побежденными. Это недостойно.
  
  "Вот, что значит - матерый публичный политик! Нутром почуял возможность на ровном месте поднять пару очков репутации, и безошибочно выбрал роль "доброго полицейского", - подумал я. - Ну и ладно. Вперед. Хорошо смеется тот, кто смеется последним!..."
  
  - Извините, Министр. Наболело. Такие вот как эти склонили моего отца к противоправному бунту против Министерства.
  
  - Они уже свое получили, - довольно благосклонно кивнул мне Министр, засчитав прогиб. - Лучше исполните свои обязанности,
  
  "Внезапно. У меня есть обязанности? Хотя да, логично. Иначе зачем тут нужен представитель Палаты Лордов?" - подумал я в замешательстве.
  
  По глазам поняв, что я не в курсе, Фадж подсказал мне:
  
  - Согласно Соглашению, примите у них просьбы и жалобы.
  
  - Хорошо. Согласно соглашения, я спрашиваю у вас, мадам Лестрейндж. Есть ли у вас какие-нибудь просьбы? - Фадж на такую формулировку слегка поморщился. Видимо, что-то я сказал не так, но была эта ошибка хоть и грубой, но некритичной.
  
  - Чтобы ты сдох поскорее! Лорд вернется! Освободит нас! И я лично выверну тебя наизнанку! - завизжала Беллатрикс, отошедшая от моего невероятно наглого поношения ее Господина.
  
  - Увы. Данная просьба не входит в разрешенный список. Так? - я вопросительно посмотрел на Министра, и тот без всяких гримас утвердительно кивнул. - У кого-нибудь еще есть пожелания?
  
  - "Мне бы клубники поесть с грядки", "а мне бы любимого гиппогрифа погладить", "стены родного манора потрогать", "сказку от любимого домового эльфа послушать на ночь"... - посыпались со всех заказы.
  
  - Смешно, - сказал я. - Даже если я и выгляжу настолько идиотом, то все равно Министр ничего такого не позволит. Но я... оценил шутку. Только, увы. Все это, как только освободитесь. А так, данная просьба не входит в разрешенный список.
  
  - Ты! - опять визжала Беллатрикс. - Мерзкий предатель! Мастер вернется и покарает всех вас!
  
  - До свидания, джентльмены, леди, - поклонился я. И, сопровождаемые в спину бессильными проклятиями, мы вчетвером покинули этаж, а вскоре, и крепость.
  
  Обратная дорога оказалась не такой легкой и приятной, как туда. Море, видно, устало быть кротким, и решило немного показать свой настоящий характер. Ледяной ветер и холодные брызги воды, срывающиеся с весел, очень быстро превратили нас с Министром в дрожащих от холода мокрых котят. И это с учетом того, что ближайшие волшебные палочки находились в получасе пути, а беспалочково наложить заклинание согревания ни один из нас троих не мог.
  
  В итоге, лучше всего в дороге чувствовал себя сидящий на веслах Долиш. Он хотя бы мог согреться греблей. Зато как на ура пошла кружечка горячего чая с капелькой огневиски в кабинете Фаджа! Именно им мы запили и бутербродами закусили неприятное на вкус зелье от простуды. Кстати, не дурно́е Перечное, а какое-то более щадящее.
  
  Придя в себя и обменявшись впечатлениями о посещении, мы вкусили от щедрот министерского буфета и я, получив намек, засобирался по своим делам. Когда я уже было вставал, Министр остановил меня совершенно неожиданной просьбой.
  
  - Ах да, чистая формальность, - Фадж протянул мне пергамент. - Подпишите протокол посещения.
  
  - Угу. Давайте, прочитаю, - протянул я руку взять свиток. Но не смог.
  
  - Ах, зачем вам это, лорд Крэбб, - свиток оказался зажат в руке Министра. - Я думаю, что для вас там ничего интересного нет... Вы ведь согласны, что никаких нарушений в содержании членов Палаты Лордов, осужденных на пожизненное заключение нет?
  
  - Хм... - я серьезно посмотрел в глаза Фаджа и произнес. - Вы знаете, сейчас род Крэбб находится в настолько бедственном состоянии, что у него осталось только доброе имя. Рисковать еще и им...
  
  - Я думаю, что скромная сумма, скажем в пятьсот...
  
  - Вы наверное хотели сказать "тысяча"?
  
  - Хорошо, семьсот пятьдесят галеонов поможет роду Крэбб?..
  
  Глава опубликована: 26.06.2017
  Интерлюдия 2
  
  
  Министр Магии Британии Корнелиус Фадж удерживал добродушную мину на лице еще минуты три после того, как за молодым лордом закрылась дверь. И только окончательно убедившись, что никакой накладки не случится, и его протеже внезапно не вернется, убрал с лица фальшивую улыбку и устало опустился в кресло. Потер лицо, поморщился от боли в висках, открыл ящик стола и выхватил оттуда сразу два флакончика. Выпил. Откинулся на спинку кресла и тяжело, с облегчением, выдохнул.
  
  Правильно построенный и хорошо отлаженный механизм Министерства Магии позволял в отсутствие кризисов Министру приходить на работу два-три раза в неделю и даже в эти дни не особо изнурять себя. К сожалению, были некоторые обязанности, строго прописанные еще двести лет назад, которые Министру переложить на подчиненных было абсолютно невозможно, ибо за их должным выполнением следила магия. В качестве примера можно взять вот эти вот ежегодные посещения Азкабана.
  
  Результатами нынешней проверки Фадж был очень доволен и... страшно разочарован.
  
  Доволен он был прежде всего тем, как удачно были усилены меры безопасности. "Теперь уже из Азкабана не сбежать никому! И ладно бы Упивающиеся! Тех, раз не освободили свои сразу же после Войны, то уж точно не освободят и теперь. Некому и незачем. Но вот сидящая сейчас в Азкабане пятерка Гильдии - это очень, очень хороший... куш. Да-да, не проблема, а именно куш!"
  
  Чтобы понять, почему Фадж именно так оценивал факт удерживания в заключении магов-наемников, нужно было знать историю Гильдии. Если не вдаваться в подробности, то только жесткая дисциплина и, на грани клятв, следование сложившимся неформальным традициям, одной из которой была взаимовыручка не глядя на принятые в магических государствах законы, позволяет Гильдии существовать до сих пор. Не станет ее, и Гильдия будет разорвана на куски и мгновенно поглощена более мощными в силу своей, хотя бы, многочисленности, профессиональными ассоциациями или государствами.
  
  "Так что, выбора у них нет. Сейчас, правда, они пока еще пытаются сбить цену, но... Рано или поздно, чистая экономика - упущенная прибыль, например, сделает их более сговорчивыми. Ведь их же собственные, нежно лелеемые правила, запрещают работать в стране, где сидят в заключении их члены! А побега... Побега теперь можно не опасаться!"
  
  Касательно разочарования же...
  
  Чего только дети, случается, по молодости не вобьют себе в голову! Вот и у молодого Корнелиуса, мальчика хоть и не из грязнокровной, но далеко не Древнейшей и Благороднейшей фамилии, после нескольких встреч со сверстниками-аристократами появилась мечта по силе духа и чести стать вровень с достойнейшими представителями старых родов.
  
  Нет, розовые очки изрядно потрескались, когда Фадж пошел работать в министерство и узнал всю подноготную общения чистокровных семей. И чем больше узнавал, чем выше становился занимаемый им пост, тем больше трещин появлялось на них. Но окончательно очки разбились и скончалось детское мечта-заблуждение, что чистокровная магическая аристократия чем-то выше неродовитых, именно сегодня. И причиной этого стал молодой лорд Крэбб.
  
  "Как дешево стала стоить нынешняя чистокровная аристократия! Всего-то какая-то пошлая тысяча галеонов! Еще и торговался... Те же Лестрейнджи на суде грязно сквернословили и угрожали Визенгамоту невероятными карами. А услышав приговор надменно смеялись в лицо своим судьям. Крауч-старший отрекся от сына, лишь бы только восстановить честь древней фамилии. А этот... "Сгниют они в Азкабане" Сгниют. Но не они. А он сам. Или уже сгнил. Да, они враги, но разве их фанатичной преданностью нельзя не восхищаться? А чем восхищаться в этом молодом, но уже совсем продажном парне? Ни силы рода, ни силы магии, ни даже силы духа и чести! - думал Фадж. - Нет, как политика, меня порадовала покладистость и управляемость нового члена Палаты Лордов. А вот надежда, что где-то есть что-то сильное и чистое, готовое стать хотя бы образом для министерских работников (которые, тут надо быть с собой честным, далеко не без греха и берут в этом пример с их любимого Министра, то есть - меня) - рухнула. А значит... Значит у Министерства больше нет выбора. Нет выбора, но есть обязанность - взять на себя всю полноту власти. Правы были те, кто давным-давно начал Игру. И он, Фадж, не подведет. Будет достоин Первого Министра. Раз уж нельзя стать вровень с лордами, то лучше пусть я останусь в памяти потомков, как как великий правитель, окончательно сокрушивший прогнившую аристократию!"
  
  Глава опубликована: 02.07.2017
  Интерлюдия 3
  
  
  "Плюх!" - с таким вот неприятным звуком шмат непонятного месива с половника надзирателя упал в миску очередного заключенного. "Дзинь" - и миска отправляется в глубину камеры.
  
  - Хо-хо-хо! Ужин! Шикуем! Прям, как у Люца в поместье! - громко, на весь коридор, простучал по только что полученной плошке один из узников. Можно было бы, конечно, правдиво сказать, что это был серьезный и даже привлекательный мужчина, с ухоженными серыми волосами но... это все было очень и очень давно. Сейчас заключенные легко сошли бы за братьев-близнецов: все худые, грязные, одетые в лохмотья. А волосы... Волосы у всех были одинакового, непонятного цвета и практически одной длины.
  
  - Чему радуешься? Это все, как обычно. Министр пришел и навел шороху. Проверил. Раздал пинки местным крысам. Но все едино - через месяц охрана опять проворуется. И мы снова перейдем на регулярное пятиразовое питание. С постными субботами и воскресеньями...
  
  - Они поди в своих отчетах пишут, что мы тут жрем в три горла, а на самом деле... Эх...
  
  - Мрачен ты слишком, Рудольфус! Нужно смотреть на жизнь оптимистично!
  
  - Мы, если ты не заметил, в Азкабане, Антонин! - включился в беседу третий голос. - Здесь пессимистами даже стенам быть положено!
  
  - О, о, о! - в притворном испуге замах руками Долохов. Благо, камера "оппонента" была как раз напротив, так что его пантомима была тому хорошо видна. - Вот не надо наваливаться на меня всей семьей, Рабастан! Новости с доставкой к порогу. Ужин. Приятная компания старинных друзей... Много ли нужно для счастья?
  
  - Ага. Только ощутить, как моими руками хрустит горло разносчика! Эта тварь опять навалила в мою порцию песка!
  
  - О! Мистер "молчи" отозвался! Руквуд! Я уж думал, ты наконец подох.
  
  - Только после тебя! И то, лет через пятьсот!
  
  - Кстати, Рудольфус! Твоя жена опять пилит волосы!
  
  - Долохов! Заткни свою поганую пасть! Иначе это сделаю я!
  
  - Интересно, как ты это сделаешь?
  
  - Трикси. Опять ты занимаешься ерундой! Чем тебя не устраивает естественный способ? Тем более тебе с этим проще...
  
  Естественный способ заключался в том, что рано или поздно слишком длинные волосы ломались или выпадали сами. А зимой после прохода дементоров часто случалось так, что длинные концы смерзались в ком и легко обламывались. А что касается простоты... Обычно женщин старались поберечь и селили подальше от самого неприятного места в Азкабане. Но для Беллатрикс за ее примерное, примерно наглое и вызывающее, поведение на суде сделали исключение и "оказали честь" занять самое поганое место - наверху внешней стороны дальней стены. Где всегда влажно и много дементоров.
  
  Вообще, с гигиеной, как и со всем прочим, в Азкабане дела обстояли не очень. Точнее, совсем никак. Грязно тебе - можешь оторвать от своего арестантского балахона кусочек тяпки и протереть ей тело, где дотянешься. Без мыла? Ну что ж - не надо (да и особо негде) было пачкаться. Извел весь балахон на тряпки? Сиди голым. Меняют его сейчас раз в два года. Раньше было два раза в год, но сейчас - вот так вот. Экономят. Волосы? Обломятся сами. Ногти мешают? Обгрызи. Не обгрызть потому, что выпали зубы? Тогда - обломи. Личная гигиена? Вон вода течет из стены по небольшому желобу в дырку в полу... И это все - в магическом мире, где почистить заключенного и его камеру можно с помощью одной лишь волшебной палочки в течение пары минут. Но - нельзя. Не положено. И нет здесь палочек. Ни у кого...
  
  Зато опустившихся заключенных редкие гости Азкабана отмечали сразу. Об их наличие на этаже раньше глаз свидетельствовал нос, улавливающий мощный запах никогда не убираемого отхожего места. Впрочем, после того, как заключенный переставал за собой следить, то очень скоро он заболевал, затем переставал есть, пить... а потом и дышать. А окружающим было на это абсолютно плевать. Даже не так. Сдох сосед, тебе легче дышать стало. Хотя бы в этом Упивающимся было легче других. Из-за тяжести своих преступлений они сидели достаточно компактно, поэтому в неизбежные минуты слабости могли подбодрить давшего временную слабину товарища.
  
  Кстати, такое положение заключенных было не столько результатом какого-то особо крупного хищения средств, хотя и оно имело место быть, сколько осознанной позицией администрации тюрьмы. Этакой века назад хорошо продуманной стратегией содержания магов. Целью которой было создание заключенным предельно тяжелых условий содержания, дабы магия внутри узников была сфокусирована не на побеге, а на поддержании минимальной жизнедеятельности организма.
  
  - Когда господин придет нас вызволять, я должна быть готова помочь ему! А волосы...
  
  - Когда господин придет нас вызволять, если захочет, он поправит наши прически одним взмахом руки!
  
  - Все равно делать нечего! - после долгой паузы проговорила леди Лестрейндж, продолжая перетирать отросшие пряди о решетку.
  
  - Эх Белла-белла... Как ты можешь...
  
  - Не начинай опять! - взвизгнула женщина.
  
  - Какой это по счету раз?
  
  - Семьдесят восьмой...
  
  - Девятый.
  
  - Я ошибся?
  
  - Ты тогда спал.
  
  - А-а-а... Ну... может быть.
  
  У людей, которым заняться абсолютно нечем, кроме как годами чесать языками, не остается практически никаких тайн и никаких претензий друг к другу. За время заключения они успели перессориться-перемириться, и повторить этот цикл десятки раз. А эти вот, сидящие сейчас вместе, ко всему прочему были и до попадания в Азкабан неплохо знакомы.
  
  - Давайте лучше обсудим новости? Как вам новый фаворит Фаджа?
  
  - Да еще месяц об этом, как минимум, будем болтать. Поесть дай спокойно!
  
  - Мерзкий предатель! - ради этого визга Беллатрикс даже оторвалась от своих успокаивающих нервы косметологических процедур. - Клянусь, я убью его!
  
  - Формально - он не предатель, - вставил свои пару кнатов в разговор предпочитающий больше молчать, чем говорить, Руквуд. - С какого такого он может считаться предателем, если не присягал Лорду?
  
  - Кстати, слышали? Он назвался лордом Крэбб.
  
  - Ага. И строго отрицал, что самозванец.
  
  - Может быть, это правда?
  
  - Правда что? Что кто-то грохнул нашего Лога?
  
  - Не подходит. Слишком молод Винсент, чтобы стать после смерти отца сразу же лордом.
  
  - Ага. И не попасть под опеку Дамблдора!
  
  - Точно! Дамблдор. Это его игра!
  
  - Ну. Мог и грохнуть. Проклятье там, как вы помните, то еще было...
  
  - Однако, то, что он лорд, клоун-Фадж не опроверг.
  
  - Фадж соврет - недорого возьмет. Помню его молодым...
  
  - Нас поди уже давно в ближние друзья Мордреда записали!
  
  - Погоди. Уж не хочешь ли ты сказать, что он...
  
  - Вряд ли. Уж что-что, а грязную метку предателя крови я, ты знаешь историю нашего рода, почувствую даже став сквибом! Чтобы убить отца и не получить ее, нужно... Я даже так сразу в двух словах и не скажу, сколько всего нужно...
  
  - Дамблдор! Его тень!
  
  - Все равно убить! Как он так мог отзываться так о господине?! Мерзкая тварь!
  
  - Знаете, - произнес привычно молчащий Руквуд, - убить мы его, несомненно, убьем, но... Что-то мне в его словах показалось странным.
  
  - Да. И мне. Только не в словах, а в жестах. Он держал левую руку постоянно за спиной и как-то шевелил ею. Я б сказал, подозрительно знакомо так шевелил. Если бы он был из наших, я бы подумал, что он с нами пытается... говорить.
  
  - Точно! Придуманная Лордом азбука! А я-то думаю, что мне это кривляние так напоминает?!
  
  - И что именно он сказал?
  
  - Хм... Насколько я помню, ничего особенного. Какие-то простейшие слова. Вроде "внимание", "стоп"... Мало слишком...
  
  - Да все это ложь! Наверняка Дамблдор подослал его к нам! Уж что-что, а авроры в курсе нашей азбуки. Могли и этого подучить! "Вам бы, мадам Лестрейндж, получше следить за своим лицом и гардеробом...", с-с-сучонок!
  
  - Ага. Помню...
  
  - Погодите, - опять заговорил Руквуд. - А что если совместить то, что он говорил, и что показывал жестами?
  
  - Хм... Он постоянно крутился...
  
  - Крутился? Или подставлял руку под наше внимание?
  
  - Это тоже может быть. Ведь подать знак как-то иначе он в присутствии Фаджа и Долиша не смог.
  
  - А подал бы, сидел бы сейчас рядом. Если внесудебное преследование еще не отменили...
  
  - Или не ввели заново.
  
  - Это все ложь! Дамблдор...
  
  - Успокойся, Белла! - резко приказал Рудольфус. - Вспоминайте!
  
  На некоторое время в коридоре повисло молчание. Начальным навыкам окклюменции учили всех без исключения чистокровных, а они, в том числе, позволяют при желании брать под контроль излишне сильные эмоции. Другое дело, что далеко не каждый маг, в том числе и Беллатрикса, постоянно хочет держать свои эмоции в узде... Но сейчас был как раз тот случай, когда эмоции строго противопоказаны.
  
  - У кого что получилось?
  
  - У меня мало.
  
  - У меня тоже.
  
  - Ко мне этот вообще лицом стоял...
  
  - Тогда начну я, - сказал Долохов. - А вы меня поправляйте. Жесты, кстати, у него смазанные. Явно показывал с чьих-то, сам он нашей азбуки не знает.
  
  - Или показали недавно.
  
  - Ну... Не знаю. Ладно. Итак, начали: "Томом Реддлом" - "внимание"...
  
  - Да, - ответил неслаженный хор голосов.
  
  - "Подохшего давным-давно" - "стоп". "Сгнием" - "стоп, ждите"? "Никогда не увидим белого света" - "жди", "вперед". Кто-нибудь что-нибудь понял?
  
  - Ну... Похоже "стоп" все же означает "нет". Азбука никогда не предназначалась для отвлеченной беседы...
  
  - Возможно. Тогда "жди", "вперед" - вполне может сойти за скоро?
  
  - Главное другое. Получается, господин... вернулся? - с недоверчивой надеждой проговорил женский голос.
  
  - Но метки у него нет, - отметил Руквуд. - Помните, как он показательно задрал рукава мантии, показывая, что "никогда у него не будет такой грязи на руках"?
  
  - Мерзавец! Как он мог так...
  
  - Белла!
  
  - Что "Белла"? Разве ты не согласен...
  
  - ...Кто бы его со свежей меткой пустил сюда не в качестве нашего соседа?
  
  - Это все хорошо, - послышался чей-то скептический голос, - вот только как это совместить с тем, что и Долиш, и Фадж пусть и слабо, но знакомы с легилименцией? Уж что-что, а правду ото лжи они отличат!
  
  - Здесь нет ни у кого палочек. И вообще - колдовать тяжело. Так что хоть изолгись!
  
  - А если он попросит пацана повторить свою речь не здесь?
  
  - Тогда... Тогда, не знаю.
  
  - ...
  
  - Формулировки!
  
  - Ну конечно же! Кому как не нам, Басти, знать, как важны формулировки!
  
  - Жаль с нами нет Люциуса. Он как никто другой умеет обманывать правдой.
  
  - Кстати. Повелителя он никогда не называл ни Волдемортом, ни как сейчас его называют "тот-кого-мы-ссым-вспоминать"...
  
  - Антонин! Здесь дамы!
  
  - Дама сама может послать еще грубее. Продолжай, - приказала резко успокоившаяся мадам Лестрейндж.
  
  - ... а только Томом Реддлом. Но если Том Реддл умер, а воскрес господин именно как Волдеморт, окончательно приняв свое придуманное имя? Белла, ты точно рассмотрела те жесты? Не зря же он повернулся в этот момент спиной именно к тебе! "Никогда не возвратится" - "стоп", "ждите", "вперед"? То есть "нет", "скоро"?
  
  - А я знаю? - опять вспыхнула яростью Беллатрикс. - Они у него смазанные.
  
  - То есть, показывал с чьих-то...
  
  - Или показали недавно.
  
  - Мы уже это обсуждали!
  
  - Ну да, так...
  
  - Погоди, Трикси, - перебил ее муж. - Вспомни-ка, что точно в это время говорил, хм... лорд Крэбб?
  
  - Да какой он к Мордреду лорд Крэбб?! Мерзкий мальчишка!
  
  - Если наши догадки правдивы, то - Лорд Крэбб, - выделил голосом Лестрейдж. - Надо уже сейчас привыкать, что среди нас, похоже, наконец-то появился еще один союзный член Палаты. Голосовать-то Логан не мог...
  
  - Это при условии, что все что мы здесь наговорили - действительно правда. А не наш вымысел, чтобы...
  
  - Он возродился! Я знала! Он придет за нами! Он освободит нас! Нам нужно только подождать!
  
  - Ну да за этим дело не встанет...
  
  - Как будто у нас есть выбор... - пессимистически сказал промолчавший весь разговор Керроу.
  
  Выбора у них, конечно же, не было. Но тот, кто не был в Азкабане, тому никогда не понять, как невероятно дорого там стоит надежда и как смертельно опасно беспросветное отчаяние. Отчаяние от понимания того, что друг, командир и повелитель вернулся с того света, но... бросил их. Но сейчас, после стольких лет в заключении с высасывающей жизнь нежитью, у них она снова появилась. Как теплый шарик светлых чувств повлияет на их характеры? Сколько крови они прольют, когда выйдут? Меньше ли? Или наоборот, только больше?..
  
  Впрочем, сладостные мечты о мести вскоре были отметены суровой действительностью. По стенам поползли первые пятна изморози, и спустя несколько минут коридор наполнился громкими звуками. Кто-то зарычал, кто-то заплакал, кто-то матерился, а кто-то просто тихо закрывал глаза, и сквозь прорехи в зубах рефлекторно сжатой челюсти тихо хрипел и стонал... Никто и сам не стыдился своей реакции, и не стыдил, за вроде как позорную, соседа. Дементоры давно отучили от этого...
  
  Тех, кто смог выжить...
  
  Глава опубликована: 08.07.2017
  Глава 7. Старые знакомые и новые задания
  
  
  Честно говоря, покидая Министерство Магии через камин, я думал, что на месяц вперед, или уж по крайней мере на ближайшую неделю лимит событий у меня вычерпан. Думал: "Сейчас - быстренько, в свой манор. Там - под легилименцию или в омут солью воспоминания, и, наконец, смогу отдохнуть. Все же - я честно заслужил некоторую передышку у судьбы и Волдеморта". Но, как показало дальнейшее развитие событий, я сильно ошибся. "Отдыха тебе? - Как бы не так!" Ведь дома меня ждал гость. Точнее, это мой гость принимал гостя.
  
  Из камина я вышел, похоже, к самому окончанию их разговора, но один только вид собеседника Волдеморта заставил, фигурально выражаясь, вздыбиться шерсти у меня на затылке.
  
  - ... Так что, я не очень доволен тобой, Северус. Приложи к выполнению моих заданий больше усердия...
  
  - Мистер Снейп? Уч... эм, милорд? - незаданным вопросом повис в воздухе обрубок фразы, пока я спешным порядком возводил максимально возможные для моего уровня владения окклюментные щиты.
  
  Естественно, для двух лучших легилиментов современности (это если не брать во внимание тех, кто не афиширует своих способностей, и, согласно британской традиции, как о ни на что неспособных варварах, забыть про весь остальной мир) мои судорожные попытки не стали тайной. И если Снейпа они явно просто позабавили, то Волдеморта - насторожили.
  
  - Ученик. Отложи волшебную палочку и подойди ко мне.
  
  Сделав, что от меня потребовал Волдеморт, я получил следующий приказ.
  
  - Посмотри на меня. Легилименс.
  
  Наскоро просмотрев мои воспоминания и не найдя там крамолы, Темный Лорд успокоился, сел в кресло и произнес:
  
  - Северус. Позволь представить тебе моего ученика, Винсента Логана Крэбба. Впрочем, ты его и так наверное не забыл. Ведь, когда-то, он был распределен на наш с тобой, самый лучший, факультет Салазара Слизерина...
  
  - Мистер Снейп, - кивнул я.
  
  - Крэбб, - со своим привычным легким презрением небрежно кивнул мне зельевар.
  
  - Лорд Крэбб, ми-и-истер Снейп, - передразнивая поправил я одного из своих недругов. - Не забывайтесь. Мы сейчас не на уроке зельеварения!
  
  Вот чем был всегда хорош Принц-Полукровка, так это своими легко прогнозируемыми реакциями. Даже странно это для мастера-окклюмента - быть таким вспыльчивым человеком. Как раз тот случай, когда навыки ничто против мерзкого характера.
  
  "Но, однако, он работает над собой! Надо же, только покраснел и желваки на скулах вспухли, а раньше бы с говном смешал. Вот что животворящие Волдемортские круциатусы делают! Не-е-е. Ты мне таким неинтересен. Это Волдеморт не в курсе, что Снейп стучит Дамблдору, а вот я себе такого ошибочного доверия позволить не могу. Не смогу склонить зельевара принести мне клятву неразглашения, то как только уйдет, так сразу же по ненависти душевной с радостью вложит меня белобородому старцу. Что автоматом означает открытие сезона охоты на бедного меня. Как будто у меня без этого проблем мало?! А чтобы такого не случилось, мне нужна от него магическая клятва. Но в нормальном состоянии такой матерый шпион, как Снейп, ее ни за что не принесет. А, значит, сейчас он нужен мне в максимально неадекватном состоянии. Нужно додавливать... Тем более, от в конец испорченных отношений, учитывая отложенную до смерти Дамблдора учебу в Хогвартсе, я ничего не теряю..."
  
  - И? Я жду.
  
  - Лорд. Крэбб, - после долгой паузы сказал, как выплюнул, Снейп.
  
  Я бросил взгляд на Учителя, проверяя его реакцию. Волдеморту наша пикировка доставляла видимое удовольствие, так что можно было идти дальше.
  
  - Учитель. Я требую, чтобы мистер Снейп принес клятву о неразглашении. Иначе о том, что я ваш ученик уже на следующий день станет известно всей магической Британии. Мистер Снейп такой... известный любитель пораспространять сплетни! - непривычный, точнее, порядком отвыкший за последние годы от оскорблений, Снейп только зубами скрипнул.
  
  - Господин. Это не имеет смысла...
  
  - Действительно, лорд Крэбб. Вы зря сомневаетесь в мистере Снейпе. Я проверял его, - при этом Снейпа заметно передернуло. - Северус, ты ведь предан мне, не так ли?
  
  - Да, господин, - с каменным лицом поклонился Снейп.
  
  "Ну уж нет! Хрен соскочишь!"
  
  - Однако, я слышал директор Дамблдор отличный легилимент. А вот про то, что профессор хоть что-то смыслит в окклюменции, слухи до меня не доходили... - "Врать при двух легилиментах нельзя. Совсем. Но играть словами правды - еще как! Действительно, слухи до меня не доходили: фильм и книга - это ведь не слухи? Заодно и канон укреплю. Если сейчас заавадят Снейпа, то, боюсь, убивать Дамблдора придется Малфою. Или мне. Оно мне надо, от "Поттера и Ко" потом всю оставшуюся жизнь бегать?" - Тем более, учителя наверняка приносят какую-то клятву школе и ее главе...
  
  - Северус? - голос Волдеморта заметно охладел. - Легилименс. Хм, - задумчиво произнес Волдеморт. - Ты правильно догадался, ученик. Такая клятва есть. Но ничего особо мешающего нашим планам там нет.
  
  - Однако и... это... помогающего тоже? Нет?
  
  - Да, - с интересом взглянул на меня Темный Лорд. - И что из этого следует?
  
  - Из этого следует, что ему следует принести клятву не разглашать сведений, касающихся меня кому-либо, кроме тех, кому вы, учитель, разрешите.
  
  - Это. Бредовая. Клятва, ло-орд Крэбб, - презрительно протянул Снейп. - С такой клятвой, проверив ваше эссе, я даже не смогу поставить вам честно положенного "тролля". Потому, что это тоже будет. Разглашением информации. О вашей. Полнейшей. Бездарности.
  
  - А кто сказал, что эти эссе у меня будут? Я не собираюсь возвращаться в Хогвартс, пока там директором Дамблдор!
  
  - Что же такого плохого вам сделал директор, лорд Крэбб?
  
  - Что? А то ты этого не знаешь? Он... дерьмо! - схватился я за правую руку, которую прострелило внезапной дикой болью. Непреложный обет недвусмысленно напомнил о себе.
  
  - Северус прав, ученик. Но и ты, - Волдеморт посмотрел на Снейпа, - прими некоторую законность требований лорда Крэбба. Пока мы должны таиться, он вполне естественно опасается за свою жизнь. "Никаким образом не разглашать никому информацию о том, что лорд Крэбб является моим учеником" - такая формулировка тебя устроит?
  
  Облив меня целым океаном презрения, Снейп процедил сквозь зубы:
  
  - Хорошо. Я. Принесу. Клятву.
  
  Все прошло быстро. Взаимно стиснутые предплечья правых рук. Слова клятвы. Свидетельствующий обету Волдеморт. И вот уже на руке у Снейпа появилась нитка обета.
  
  "Сколько их там у него? Навряд ли меньше чем у меня..." - спокойно подумал я и в очередной раз отметил, что изучение окклюменции не прошли даром. Одним из бонусов, если настойчиво практиковаться в этой магической дисциплине, было то, что появлялась возможность отстраненно мыслить несмотря на внутренние и внешние раздражители. Причем мыслить холодно и спокойно. То есть, тебе могут медленно без наркоза пилить ногу, а ты тем временем отмечаешь и анализируешь заточку и качества металла пилы. И одновременно с этим пылаешь ненавистью и клянешься страшно отомстить. Этакий пусть и не второй поток мышления, что так любят описывать в фантастике, но некая предтеча его.
  
  Глядя на гаснущую нитку обета Снейпа, я чисто машинально явил свои и стал перебирать их, как своеобразные нематериальные четки. Тем более, заняться мне было больше нечем. Учитель меня пока никуда не отпускал: поставив купол от прослушивания, он что-то внушал Снейпу. Ученик, несмотря на невозможность противиться приказу учителя, это, похоже, не настолько уж и доверенное лицо. Так что, остается перебирать... СТОП.
  
  Я вынырнул из созерцательного состояния и стал пристально рассматривать свое правое предплечье. И почувствовал, как мой рот неконтролируемо расплывается в широкой, довольной улыбке. Да! Обетов определенно стало меньше! Какой же исчез? Ну, конечно же! Долг жизни! Магия в должной мере оценила мои усилия! Конечно, как меня между делом просветил учитель, у крестного тоже есть обязанности, за неисполнение или за исполнение, но не должным образом, можно неплохо огрести проблем, но... Это всяко лучше, чем постоянные боли и медленно деградирующая магия!
  
  "Ура! Первый пошел! Ай да я! Ай да молодец! Кстати... Нужно будет, пользуясь удачным выполнением задания в Азкабане, выпросить немножко поиграть с пацаном. Хотя, с кем там еще играть? Крауч пока еще может находиться всего лишь в двух состояниях: либо сон, либо хм... питание. А нет, трех. Еще орет. Винки просто в восторге, и говорит, что из маленького хозяина вырастет могучий маг, как и все в его семье. И ей не портит настроение даже то, что с Лоттой они, мягко говоря, не поладили... - Настроение неудержимо пошло в гору. - Глядишь, обучение у великого, без всяких "но" - великого, темного мага поможет мне выполнить чертово задание чертовой Рейвенкло. А там... Там и другие исполнятся. Седрик вон уцелел - уже плюс в копилку. Что касается обиды Снейпа... Утрется. Ему не привыкать. В конце концов, он всю жизнь только и делает, что утирается, даже не пытаясь это положение вещей изменить. И отыгрывается за свое затоптанное эго - на беззащитных школьниках. Умница какой! Нашел себе противников по силам! Вот только я служить мальчиком для битья не собираюсь. Тем более, Снейп быстро отходчивый. Вон уже, после разговора с Лордом, выглядит каким-то повеселевшим, и уже не настолько волком смотрит на меня..."
  
  - Ученик, - секретный разговор Волдеморта со Снейпом закончился, и магическая сфера приватности исчезла. - Подойди ко мне. А ты, Северус, пока свободен. Почитай пока что-нибудь из моих записей. Ты всегда был к ним... неравнодушен.
  
  Снейп согласно кивнул и освободил кресло рядом с Волдемортом. Сегодня Темный Лорд явно был в хорошем настроении, поэтому надел "маску" "великодушный господин", вместо своей любимой - "жестокий и беспощадный рабовладелец". Правда, надетая маска не делала учителя глупее, поэтому как только я сел в кресло, нас от Снейпа скрыло знакомое заклинание приватности. Безопасность должна быть безопасной. Уважаю и одобряю такой поход.
  
  - Как прошло твое свидание с Азкабаном?
  
  - Без проблем, учитель.
  
  - Покажи.
  
  Я покорно поднял глаза на Волдеморта и снял окклюментный щит, которые поставил против Снейпа.
  
  - Легилименс.
  
  Спустя минут десять Волдеморт вылез из моих воспоминаний и с удовлетворенной миной кивнул.
  
  - Я доволен тобой, ученик. Да? Разрешаю спросить.
  
  - Скажите, учитель, а... - сначала я хотел спросить, не убьют ли они меня после освобождения за такое хамство, но потом передумал, и задал другой: - ... они догадаются?
  
  - Я верю в них так же, как они верят в меня. Так. Тебе будет несколько других заданий.
  
  - Учитель? - с надеждой в голосе спросил я.
  
  Задания означают частый выход за пределы поместья. Задания подразумевают, что мой товарный вид не должен составлять конкуренцию неудачно поднятому инферналу. Задания - это невероятное счастье, потому что дрессировка постоянными круциатусами закончилась. На время или навсегда - не знаю, но в моем положении любой, даже самой малой отсрочке рад будешь, просто как незнамо чему...
  
  - Во-первых. Что-то Люциус не спешит выполнять мое поручение и ввести тебя в истеблишмент Магической Британии. Я потороплю его. Твоей задачей будет не только хорошо освоиться в нашем высшем обществе, чтобы подвести его под мою руку, но и... проконтролировать действия Малфоя. Учти, я верю Люциусу, но... не доверяю ему. До конца не доверяю. Слишком уж он скользкий! И если бы он эту свою скользкость использовал во славу своего повелителя... а не в общении с ним! Да. Ученик. Я запрещаю тебе каким-либо образом делиться с кем-либо моим мнением о Малфоях.
  
  "Вот так вот... "Люциус не спешит". А то, что ходу ему сюда нет, да и меня ты сам не отпускал, это к делу отношения не имеет. М-да... Стиль, когда во всех случившихся неприятностях виноваты только и исключительно исполнители, а начальник - весь в белом, мне обрыд еще в прошлой жизни. Похоже, я был слишком оптимистичен, когда расписывал свою пользу в качестве "адвоката дьявола". Ибо дьявол - он не нуждается в адвокатах! "И вообще, раб, не спорь с хозяином! И не обсуждай его слуг!" - вот и весь разговор. Вот так вот..."
  
  - И учти. В том, что касается высшего общества, я полностью полагаюсь на мнение Люциуса. Пока. Пока я лично не восстановил свои прежние связи. Поэтому, его оценка твоих действий или бездействий будет определяющей. А за недостойное исполнение обязанностей я буду жестоко карать. Второе. Вот этот вот ритуал, - Волдеморт протянул мне свиток. - Ты будешь приходить на выходные сюда и практиковаться в нем вместе с Хвостом.
  
  - Эм... Учитель...
  
  - Круц... Ах да. Я же разрешил спрашивать... Хорошо. Что ты хотел?
  
  - Можно дополнить мои занятия еще и обучением аппарации? - попросил я об уже давно желаемом навыке.
  
  Аппарация в магическом мире может отдаленно быть приравнена к правам на вождение в мире маггловском. Правами на мотоцикл, легковушку, автобус, корабль и самолет одновременно. И хрен там с некромантией, анимагией, магией крови... Аппарация! Такая свобода перемещения - вот главное достоинство магического мира!
  
  - Мобильность. Она очень нужна. Для дела. Не все же бегать мне в Хогсмид и прыгать по каминам?
  
  - Хм. Разумно. Я уже забыл, что это такое, не уметь аппарировать... Я прикажу Хвосту. И больше пока не перебивай меня. Третье. Меня интересует Поттер. То, что ты стараешься держаться от него подальше, характеризует тебя как разумного мага, однако мне нужна информация. Собери ее как можно больше. И проверь его. Ты, как и твой отец, хорош в прикладной боевой магии. Попробуй напасть на него. Узнай его силы. Но, приказываю тебе, ученик, ни в коем случае не вздумай убить его! Он пока мне нужен живым. Так что он мой и только мой! Четвертое. Этот вот список, - мне в руки спланировал второй свиток. - Это те заклинания, которые тебе нужно будет обязательно выучить. Там нет ничего темномагического, но заклинания весьма и весьма специфические. Сам не сможешь. Нужен учитель, а я - занят. Поэтому - честно заплатишь Флитвику. Ты же теперь опять богатый... - намекнул мне Волдеморт на увиденную в моей памяти полученную от Фаджа взятку.
  
  - М-м-м? - как воспитанный ученик-промокашка я поднял руку.
  
  - Спрашивай, ученик.
  
  - Хм... А на ваш профессиональный взгляд, он учитель - достойный? И, кстати, где мне его, как и Поттера, поймать вне Хогвартса? А то как вспомню, еще ни разу Флитвика не встречал за его пределами. Он, в отличие от Поттера, даже в Хогсмид не ходит...
  
  - Ха-ха-ха, - непонятно чему развеселился Темный Лорд. - Еще бы ему ходить! Хогвартс для Флитвика - это не только стол и кров, но еще и возможность пожить лишний денек-другой. Контракт на его голову до сих пор еще не отозван...
  
  - Контракт? - удивился я.
  
  - Конечно! Думаешь, такой боевитый полукровка, как наш профессор чар, просто так безвылазно сидит в Хогвартсе? Не-е-ет. На самом деле все не так. Маска. Отличная маска. Истинное же лицо милого и обаятельного профессора совсем-совсем иное...
  
  "Угу, - согласился я про себя. - Помню-помню..."
  
  -... Профессор чар, скромный и выдержанный сейчас, много лет назад был совсем не таким. Проклятая гоблинская кровь в его жилах требовала битв, смертей и крови. Много крови, льющейся из ран врагов! Поэтому им был сделан именно такой выбор в развитии: боевая магия. И чемпионаты по дуэлингу... на одном из которых он прикончил своего соперника. Дуэль была спортивной, в своей печальной судьбе больше виноват сам противник: нечего было быть таким неудачником, но... кого это волнует? Уж точно не сильный и знаменитый клан германцев, потерявшего перспективного члена семьи! С тех пор спортивная карьера дуэлянта закончилась, и полукровке пришлось скрываться от мести своих кровников... Впрочем, в этом есть и хорошая сторона. Наша школа магии получила опытного и знаменитого на континенте учителя. У которого ты уже научился немалому и гораздо большему еще научишься в будущем. Кровь, конечно же, у него не очень чиста... Но хотя он и полугоблин, но очень, очень неплох. Даже можно сказать - силен. Гибок разумом. Флитвик стал бы самой яркой жемчужиной в моем Ближнем круге... если бы согласился. И Упивающихся он ничему не учил... Однако, несмотря на глупую, но заслуживавшую уважения свой честностью и твердостью политическую позицию, деньги ему все же нужны. Поэтому от официальной подработки, в качестве твоего репетитора, он не откажется. Сто-двести галеонов будет достаточно...
  
  - Но тогда..., - наконец-то я сложил два и два, и замер, холодея спиной от страшной догадки. - Эм... А как же я...? Это...? В смысле...
  
  - Ты правильно все понял, - широко, но на этот раз очень неприятно, одними лишь своими тонкими губами, улыбнулся Волдеморт. - Ты возвращаешься в Хогвартс.
  
  - Похоже. Лорд Крэбб. Я снова. Для вас. Профессор? - улыбкой увидевшей добычу акулы улыбнулся Снейп. Занятый своими переживаниями я даже не заметил, в какой именно момент было убрано заклинание от подслушивания.
  
  - Северус. Можешь отправляться. И, будь любезен, составь компанию моему ученику по дороге в Хогвартс.
  
  - С огромным. Удовольствием. Повелитель. Лорд Крэбб. Прошу вас, - Снейп указал мне на камин. - Вы умеете. Пользоваться камином? Возьмите щепотку дымолетного пороха, бросьте в него и громко отчетливо произнесите "Три метлы".
  
  "Это типа так мене намекают, что я полный придурок?" - подумал я и пошел к своей "Голгофе".
  
  - Стоп, - остановил нас Волдеморт.
  
  Я с яростной надеждой, а Снейп - с предчувствием разочарования, обернулись на оклик нашего общего хозяина.
  
  - Держи, - на столик упало простое золотое колечко. - Это тебе, ученик, связь со мной, вместо метки. Носи всегда при себе. Когда нагреется, срочно возвращайся в манор!
  
  - Акцио кольцо, - приказал я и надел прилетевший мне в руки "пейджер Волдеморта" на палец. Рядом с другим таким же. "Хм... Кто, интересно, у кого подрезал идею? Или это общепринятый, веками овеянный метод? М-да... А я-то думал, что Волдеморт пошутил с Хогвартсом. Не повезло..." - подумал я и бросил шепотку в камин.
   - "Три метлы"
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Демина "На краю одиночества"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Черчень "Все хотят меня. В жены"(Любовное фэнтези) Э.Милярець "Сугдея"(Боевое фэнтези) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) В.Свободина "Темный лорд и светлая искусница"(Любовное фэнтези) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"