Он сидел в камере, в камере из четырех стен, под самым потолком было маленькое зарешеченное окошко из прутьев тронутых ржавой рукой времени. Здесь не было ни стула, ни кровати, не было ничего - просто стены из черных камней, кривое окошко и грязный человек в лохмотьях, сидящий на полу и тупо рассматривающий один из пальцев на своей ноге. С первого взгляда могло показаться, что обиталище сие отличалось только своей мрачностью, сыростью и грязью, но ощущение дискомфорта возникало из-за отсутствия еще одной детали - двери. Да в этом помещении не было двери. Создавалось впечатление, что здесь ее никогда и не было.
Когда он оказался здесь и почему - он не помнил. Он не помнил своего имени, да и было ли оно у него - он тоже не помнил. Он не знал, кто он и откуда, и его совершенно это не интересовало. К чему вопросы, если на них никто не ответит? Потому что отвечать не кому. Как он себя помнит, он всегда был один. У него не было охранников, да и не нужны они были вовсе, так как двери, равно как и желания бежать из заточения, у него тоже не было.
Он привык к плавному ходу времени, к черноте и сырости своих стен, к непонятным для него звукам, доносящимся через клетчатое окно. Ему нравилась его жизнь - она проходила не спеша, бездумно и никогда не оглядываясь. Он не нуждался в еде, потому что никогда не ел. Он никогда не мылся и не представлял, зачем это надо, хотя нет, он даже не знал, что существует нежное мыло и теплые струи воды, несущие очищение телу. Вся его жизнь состояла из созерцания булыжников, из которых были выложены стены темницы, и редких вылазок к окошку под потолком.
Сегодня он решил сделать над собой усилие и посмотреть, что происходит по ту сторону стены. Ухватившись своими когтистыми пальцами за отталкивающе холодные прутья, он подтянулся. Как всегда, пред его взором явился густой туман, из-за которого ничего не было видно на расстоянии вытянутой руки. Его пугала та неизвестность, которая скрывалась под белесой пеленой, но в то же время она его притягивала, манила и завораживала своей размытостью форм. Он, привыкший к своим черным камням и четким прямым углам между стенами, терялся при виде чего-то необъятного и необъяснимого.
И вдруг, он услышал странный, глухой звук, исходящий из его груди. Тук-тук, тук-тук, тук-тук.... Никогда прежде ему не доводилось слышать биение собственного сердца - он испугался. Его тело дрогнуло, пальцы судорожно разжались, и он рухнул на пол безвольной массой. Впервые в "жизни", из глаз его потекли слезы. Они лились, словно бурные потоки горных рек, смывая всю грязь на своем пути. Лицо его постепенно светлело, взгляд принимал ясность и осмысленность. Он менялся, он этого хотел.
Через некоторое время он поднялся на ноги и осмотрелся. Только сейчас, поняв где он находиться, его переполнило желание вырваться из темницы и уйти в туман. Желание было настолько сильным, что из его груди вырвался стон полный печали и страдания. От стона этого содрогнулась земля, и камни, один за другим, начали выпадать из стены, освобождая путь на волю.
Он стоял посреди руин своего бывшего жилища без сожаления, но с чувством легкости в своем ожившем сердце. Шаг, и его уже окружает туман, обволакивая с ног до головы, опьяняя своей бесконечностью и загадочностью. Шаг, и развалины темницы остаются далеко позади, исчезая в дымчатой пустоте. Еще шаг, и он растворяется, превращаясь в пушистое покрывало тумана, окутывающее землю...