Борисов Сергей Сергеевич: другие произведения.

Духовность

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

  
  На проходной, как всегда, было шумно и весело. Оно и понятно: утро, понедельник, начало рабочей недели, народ вернулся из серых выходных в красочные будни труда. Из радиоточки внук гениального русского журналиста Д. Кисилев III раскрывал тайные заговоры мирового правительства, которых с каждым днем становилось все больше и призывал засыпать бездуховный мир ядерным пеплом.
  - Петров?
  - Я!
  - Иди сюда, не задерживай товарищей. Товарищи при этом заржали, как стадо лошадей.
  - Ну, - Петров поднял граненый стакан, доверху наполненный чистой, как слеза патриарха водкой, - за Россию, за нацлидера, за стабильную и процветающую Русь, - и молниеносным движением опрокинул его в себя, после чего довольно крякнув и вытерев навернувшиеся на глаза несуществующие слезы, махнул стакан вниз, чтобы показать, что ни одна драгоценная капля огненной воды не пропала зря. Народ, стоящий за спиной Петрова зааплодировал.
  - Следующий! Комиссар в пыльном шлеме махнул рукой, давая понять, что следующий рабочий может подойти к нему, пока Петров расписавшись в журнале, проходит на территорию завода.
  - Иванов! Иванов представился, показал партийное удостоверение и не дожидаясь команды протянул руку за стаканом, чем сразу же вызвал смешки позади себя.
  - Иванов, молодец, проявляешь инициативу, хвалю! Комиссар отработанным за годы движением профессионально налил в стакан новую порцию водки и кивнул, давая Иванову разрешение на причащение исконно русской культурой и духовностью. Иванов не подкачал, раскрыл рот и буквально проглотил стакан, чтобы через секунду поставить его на стол уже абсолютно пустым.
  Иванова одобрительно похлопали по плечу, комиссар дружелюбно улыбнулся и Иванов, с чувством выполненного долга, перед Родиной и народом, чеканя шаг, пошел к своему рабочему месту.
  - Сидоров? Тишина, - Сидоров! Комиссар снова позвал к себе своего блудного сына. Вперед вышел Сидоров. Весь, какой-то сконфуженный, глаза в пол, в руках мнет отцовскую шапку-петушок.
  - Ну, что же ты, Сидоров, заставляешь ждать весь коллектив. Давай, подходи,- комиссар сам протянул Сидорову стакан с водкой, - пей!
  Я, это, - Сидоров, виновато посмотрел в сторону комиссара, я вчера того, слегка перебрал у тещи на блинах. Плохо мне, мутит что-то. Я на нее смотреть пока даже не могу, вот.
  - Понятно, комиссар, понимающе кивнул Сидорову. С кем не бывает. Именины, проводы, красный день календаря. Хорошо, Сидоров, иди работать. Вот только, - комиссар, усмехнувшись, одними уголками губ достал из стола тот самый предмет, который, как говорят некоторые сказочники, когда-то боялись все работяги, особенно водители.
  - Дыхни, Сидоров! Тебе ведь не трудно, а? Комиссар поманил Сидорова к себе. - Давай, не стесняйся, не задерживай очередь. У нас скоро пятиминутка ненависти к американским и европейским империалистам начнется, а к этому моменту, сам знаешь, все уже обязаны занять свои рабочие места.
  Сидоров неуверенно подошел к комиссару и склонившись над аппаратом, осторожно подул в него и тут же в испуге отпрянул, словно чего-то испугался.
  Комиссар посмотрел на прибор, потом перевел взгляд своих кристально честных глаз на Сидорова, при этом, ничего кроме иронии и сожаления в его взгляде не читалось.
  - Что это ты, Сидоров, никак обмануть коллектив вздумал или продался уже с потрохами врагам Родины?
  Сидоров стал белым, как мел, было заметно, что при последних словах комиссара его затряс мелкий озноб. Потому что все прекрасно знают, что делают с предателями Родины.
  - Н..ет, я, правда, пил, может плохо подул? Давайте еще раз попробую. Сидоров протянул дрожащую руку к аппарату.
  - Ты еще скажи, Сидоров, что аппарат неисправен, ведь и такое может быть, комиссар ухмыльнулся, но все же протянул Сидорову прибор. И Сидоров, что есть мочи, дунул в него, надеясь выдавить из себя даже те пары алкоголя, которые могли остаться в нем еще с прошлого года.
  Комиссар, молча, посмотрел на аппарат. Потом также молча на Сидорова. Снова на аппарат и снова на Сидорова. Толпа, стоявшая позади Сидорова, притихла. Такого представления она еще не видела.
  Вдруг, Сидоров, и в самом деле, иностранный шпион, который по наущению своих заокеанских хозяев проник на их завод, чтобы выведать секретную формулу производства балалаек. И теперь, чтобы не выдать своих кураторов, как в сериалах про наших разведчиков и их шпионов, раскусит на глазах у всех ампулу с цианидом.
  Но, Сидоров, почему то не спешил порадовать своих коллег, не падал на бетонный пол и не бился в конвульсиях, пуская изо рта пену и не бросался к ближайшему окну, чтобы выпрыгнув из него убежать отстреливаясь на тайную конспиративную квартиру. Вместо этого он полез по карманам, что-то суетливо в них разыскивая, наконец, нашел и держа в кулаке протянул комиссару.
  Комиссар с плохо скрываемой брезгливостью принял из рук Сидорова клочок бумаги, и уже откровенно, брезгливо развернув его, стал читать. Толпа инстинктивно подалась вперед, словно, надеясь, что сможет разглядеть, что же там на нем написано.
  Между тем брезгливость на лице комиссара сменилась веселым задором. Как будто, кто-то рассказал ему только что очень хороший анекдот. Уже улыбаясь до ушей комиссар протянул помятую бумажку обратно Сидорову и снисходительно похлопав того по плечу показал, что он может проходить. Толпа замерла в ожидании чуда, что ей сейчас все объяснят, прояснят ситуацию. Но Сидоров без единого звука, прошел вперед, так и не проронив ни звука, а комиссар в этот момент всеми силами старался не рассмеяться.
  И только когда Сидоров скрылся из вида, комиссар произнес почти что шепотом, - язвенник.
  Толпа взорвалась дружным хохотом. Ожидали чего угодно, но только не этого. Надо же, не повезло мужику. Как же он теперь будет жить и работать с таким-то диагнозом? Это пострашнее любой смертельной болезни. Пришел на работу - трезвый, вернулся домой - все еще трезвый, утром на работу и снова трезвый.
  А как, известно, ничто так не помогает русскому человеку одухотворяться и переживать жизненные невзгоды, как водка. Теперь, Сидорову, недолго осталось. Скоро окружающая его действительность проделает в нем дыру и он уже не сможет нормально жить и работать, и даже ненавидеть врагов, как следует. А это, в условиях непрекращающейся борьбы с окружающими Родину коварными и подлыми врагами сломает Сидорова окончательно и придется мужику отправиться доживать свой век в психиатрическую лечебницу, где держат всех, с подобным отклонением.
  После того как все отсмеялись, все снова стало буднично и рутинно. Комиссар вызывал по списку. Рабочий подходил, получал свою ежедневную порцию духовности, в виде полного стакана водки и отправлялся к своему рабочему месту. И так, пока вся рабочая смена не была допущена к работе.
  Дальше, рабочий день прошел по расписанию, без осечек и ЧП.
  Традиционная пятиминутка ненависти к загнивающему Западу и сгнившей уже империалистической Америке, перекур, чтение и обсуждение последних новостей правительства и Нацлидера, пятиминутка любви к Родине, березкам и вставание с колен, в буквальном смысле слова. Потом снова перекур и прослушивание обязательной радиопередачи "Нас не сломить" с ее бессменным ведущим, уже правнуком Д. Кисилева, Кисилевым IV, снова перекур, послеобеденный тест на лояльность на полиграфе, тихий час и благодарственная молитва Нацлидеру.
  За пять минут до конца рабочего дня комиссар, все в таком же пыльном шлеме прошелся по рабочим местам, пересчитал рабочих по головам, а наиболее удачливым, тех, кого он посчитал уже слишком трезвыми, налил еще по полстакана водки. После чего рабочий день на сверхсекретном заводе по производству балалаек был окончен и люди потянулись к выходу.
  И уже там, на самом выходе их и нагнала неожиданная, как снег на голову, новость. Сидоров, все-таки оказался нацпредателем. Оказывается, комиссар, сразу заподозрил, что, с ним, что-то не чисто и доложил куда следует. А те, уже быстро, по наработанной за десятилетия методике выбили из Сидорова всю правду. Что справку он самолично подделал. Потому что вступил в какую-то секту, в которой отрицали духовность, березки, а самое страшное - исконно русскую традицию - пьянство.
  Само собой, что таким нацпредателям ни на заводе, ни в самом лучшем государстве места не было и не будет. Уже нацпредатель Сидоров был незамедлительно отправлен по приговору чрезвычайной заводской тройки искупать вину перед народом на дальние рубежи родины - валить лес и кормить медведей, а начальство выступило с обращением, суть которого сводилась к следующему.
  С этого момента, всем гражданам надо еще больше крепить бдительность в своих рядах во избежание появления, таких как Сидоров. О всех подозрительных личностях, даже, если до этого они называли себя родственниками, друзьями или товарищами, сообщать куда следует немедленно.
  Лица, замеченные в уклонении от ежедневного причащения к неиссякаемому роднику русской духовности - пьянству, будут автоматически признаны врагами народа, со всеми вытекающими из этого последствиями. В нерабочее время и в выходные дни, каждый работник обязан будет сдавать анализы крови, мочи и кала на наличие в них минимальной дозы духовности. А уклонение от сдачи анализов, а значит, отказ подтвердить свою лояльность Родине и ее Нацлидеру, автоматически приравнивается к нацпредательству и влечет за собой, и дальше по списку.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"