# Вампирские сказки о любви. Часть 2. Гл. 3

Светлана Александровна Борисова

ГЛАВА ТРЕТЬЯ


- Алукард, любовь моя, не уходи, умоляю тебя!

- Прости, дорогой, но меня ждет Интегра!

- Ты моя лучшая половина! Я умру без тебя!

- Прекрати меня лапать, мерзкий ублюдок!

По замку прокатился яростный вихрь с таким сильным грохотом , что с ветхих потолков посыпались остатки древней росписи. Сгорбленный упырь Ван Хелсинг проворчал, закрывая распахнутые створки дубовой двери:

- Сколько раз я говорил этому старому дураку Дракуле, не занимайся онанизмом, добром это не кончится. И вот результат!

1. Раздвоение личности порождает бредовые видения, интересно, как бы все это оценил господин Фрейд?


- Мари, быстро забирайся, хватит отговорок!

- Ник, я не полезу в этот гробельник, хоть убей!

- Вот, крейд! Не сомневайся, и убью, если услышу еще хоть полслова! Живо ложись!

Неохотно скинув короткий махровый халат веселой цыплячьей расцветки, обнаженная Мари залезла в темно-фиолетовую капсулу, похожую на огромный боб. Над лежащей девушкой мягко сомкнулись полупрозрачные герметичные створки. Со всех сторон ее стала сжимать упругая масса и Мари не выдержала тут же возникшей клаустрофобии. В панике она открыла рот, чтобы закричать, но сверху опустилась белая маска и плотно облепила ее лицо. Она мгновенно провалилась во тьму беспамятства, и это был не кошмарный сон, а нечто гораздо хуже. Ее личность стала рассыпаться на множество мельчайших частей, как лист бумаги, искромсанный на мелкие кусочки. Они закружились в странном разноцветном круговороте. Мари стала яростно бороться с центробежной силой внутри себя и вновь стала собой, но ненадолго. Начался новый процесс распада, но не такой страшный, как прежде. И все-таки, почувствовав, что существует в двух плоскостях, девушка испуганно вскрикнула.

Туманный разноцветный водоворот подхватил одну личность Мари и потащил ее по странным сгусткам, имеющим в окружающем пространстве упорядоченную кристаллическую структуру. Затем растворившись в радужном тумане, пульсирующем в определенном ритме, она стала колебаться вместе с ним в такт неслышной замысловатой музыке. Девушку охватило радостное чувство всеобъемлющего покоя. Музыка тем временем обрела слышимость и волны звучной божественной мелодии, казалось, играемые вместо инструментов на обнаженных струнах ее души, нахлынули на Мари и заставили девушку корчиться от терзающих ее непосильных чувств. Она, то плакала, так что сердце разрывалось от вселенской черной печали, то так радостно смеялась, что из глаз потоками лились слезы солнечного счастья.

Сколько длилась эта пытка чувствами, Мари не знала, может мгновение, а может вечность. Внезапно все закончилось и ее мгновенно выкинуло в сложнейшее переплетение разноцветных линий. Она завязла в них, как пойманная в паутину муха. Спустя некоторое время девушка осознала, что видит свое тело со стороны. Оно было прозрачным и в нем четко прослеживались кровеносные сосуды и нервные окончания. Мари полюбовалась редким зрелищем, и, засмеявшись, весело подумала, что выглядит, как наглядное пособие по анатомии. Вдруг огромная масса невесомых нитей плавающих вокруг нее, как водоросли вокруг утопленницы, угрожающе взметнулась и, изогнувшись, как кобры перед прыжком, нацелилась на ее тело. Девушка испуганно вскрикнула. Страх перешел в неконтролируемый ужас, когда нити по неслышной команде, разом бросились к ней и, пронзив кожу, подсоединились к нервным окончаниям, причиняя этим невыносимую боль. Особенно много их впилось в мозг девушки и, казалось, что они пробуравили каждую пору на ее коже, создав на голове Мари колышущийся фантастический анемон. Все замерло на какой-то миг времени, а затем привычный мир опрокинулся...

Тем временем другая часть ее личности осознала, что висит в бесконечном пространстве, не имеющем ни конца, ни края. Белое сияние, разлитое вокруг нее настолько дезориентировало девушку, что ее стала охватывать паника и безотчетный ужас. Но холодный внутренний голос приказал: "Молчать! Не смей кричать! Что ты ведешь себя как ребенок? Чуть что не так и ты вопишь, зовя на помощь. Уже пора повзрослеть, моя дорогая, и свои проблемы решать самостоятельно. Давай рассуждать логически. Ты внутри машины и она влияет на твои чувства и эмоции. Поэтому тебе так нехорошо, но это - не повод для истерик. Помоги тиарану, не разводи панику, ею ты мешаешь умной машине выполнять задуманное. Девочка моя, ты же помнишь, что поставлено на карту? Что твоя жизнь? Если ты еще не поняла, отвечаю - ничто перед твоим долгом! И учти, моя дорогая, его тяжесть не переложить на чужие плечи. Как бы ты, подруга, не скромничала, но ты знаешь, что именно ты должна решить нелегкую задачу, как убраться в ближайшее время с гибнущей планеты. Кроме тебя это некому сделать. И если ты сейчас струсишь или сойдешь с ума, то будешь после этого последней сукой, поскольку гибель твоей расы будет целиком на твоей совести. Соберись! Здесь от тебя гораздо больше толку, чем в районе боевых действий. Ты ничтожество, как боец, и Эльза права, что выкинула тебя на базу к Нику, чтобы ты не мешалась ей под ногами. Сама прекрасно понимаешь, что ты со своей подготовкой будешь только лишней обузой Эль и ее товарищам..."

Неожиданно мысли Мари вильнули в сторону: "Так, так! Мне вот что интересно, Ник просто хотел меня ухлопать без особых хлопот для своей совести, распределив в спецназ, да еще в элитное подразделение СБ СС?.."

Ее мгновенно перебил все тот же холодный внутренний голос: "Заткнись, не о том думаешь. Чтобы бы он не замышлял, тебе нет до этого дела! Ты знаешь, кто ты и зачем нужна. Ты и рождена для того, чтобы быть на острие проблемы. И не беда, если погибнешь, не в первый раз. Гораздо хуже, если ты бездарно сгинешь, не выполнив свою миссию. Итак, цель ясна. Тиаран, смелей! Подключайся на полную мощность!"

И где-то эхом в ее сознании отдалось чье-то постореннее удивление и осознание того, о чем говорит девушка. Кто-то радостно рассмеялся и хрустально-звонкий голосок нежно пропел: "Приветствую тебя, воплощение Лотиэль! Спасибо, что ты подарила мне самого себя. Это так прекрасно ощущать себя живым! Не бойся, малышка, я буду очень осторожен!" И кристально ясная цепь логических размышлений затопила сознание Мари. Замерев, она с восторгом созерцала их совершенную простоту, а затем нырнула в глубины математических построений.

Перед мысленным взором девушки стала мелькать немыслимые по своей чужеродности картины. Это было страшнее самого ужасного кошмара. Многомерность видений пугала ее до смерти своей необычностью. Человеческий разум был не в состоянии классифицировать поступающую информацию. Сравнительный анализ не действовал: не было соответствующей базы-справочника. Новое настолько не вмещалось в рамки привычного знания, что пошла перегрузка мозга, и он забастовал. Сработал внутренний предохранитель, и сознание девушки напрочь отключилось. Она с беззвучным воплем стала проваливаться на самое дно небытия.


2. Мир древней легенды. Жестокие сердца создают жестокий мир и наоборот, где же тогда курица, и где яйцо?


Распавшиеся половинки ее личности вновь воссоединились, и Мари почувствовала ни с чем несравнимое облегчение.

Неожиданно она осознала, что находится в незнакомом величественном зале. Девушка медленно поплыла, озирая сдержанную роскошь огромного помещения. С неподдельным восхищением она любовалась сложной замысловатой мозаикой полов, выполненной из разнообразных оттенков серого и черного блестящего камня отделанного сложными растительными узорами из золота. С полами гармонировали золотые квадратные колонны, украшенные наверху квадратными же пилястрами из фиолетового и зеленого резного камня. Высокий потолок был разбит на арочные секции и с него свисали чудесные светильники, прекрасно гармонирующие с общим необычным убранством. Потолок в проходе между золотыми колоннами был из прозрачного светло-фиолетового стекла. По стенам из зеленого и белого камня вились сложные растительные орнаменты. Огромные стрельчатые окна в необычных переплетах были из того же светло-фиолетового стекла. Занавесей на них не было, как и у Ника в замке. Очевидно, нелюбовь к шторам на окнах была национальной чертой эреев. Зал украшали изумительно выполненные фигурки зверей и птиц. Прекрасные беломраморные фонтаны рассыпали в его воздухе причудливые струи воды. Примечательным было и то, что в нем не было изображений людей. Картины и скульптуры, впрочем, как и живые цветы, с растениями напрочь отсутствовали.

Пока Мари с любопытством озиралась по сторонам, она не сразу заметила, что ни одна в огромном зале. В нем присутствовало человек пятьсот в необычных роскошных нарядах, но люди терялись на его просторах. Неслышной тенью, скользя среди придворной знати, девушка не сомневалась, что видит древнюю Арею, а вампиры в зале - это эреи. На первый взгляд присутствующие походили на современных вампиров, но приглядевшись внимательнее, девушка заметила некоторые внешние отличия. У эреев не было такой большой разницы в росте, как у ее современников. К тому же в своей подавляющей массе мужчины в зале были выше ростом и мускулистее среднестатистического современного мужчины-вампира, а женщины наоборот - меньше и более хрупкие на вид. Цветовая гамма волос и глаз у эреев была намного богаче. Мари с удивлением заметила, что очень часто встречается насыщенный фиолетовый и темно-синий цвет волос и это не похоже на искусственную краску, судя по таким же фиолетовым и густо-синим глазам.

Заиграла неслышная девушке музыка и эреи стали расходиться, готовясь к танцу. Мари с восторгом смотрела на необычные приготовления. Танцоры разбились на группы по восемь человек. В каждую из них входило четверо мужчин и женщин. Гордые красавицы в длинных пышных платьях встали в центр спиной друг к другу и, взявшись за руки, подняли их вверх. Они надменно повернули головы вправо. Мужчины образовали вокруг них квадрат, таким образом, чтобы каждая из женщин в центре глядела на одного из них. Они отбросили назад красивые плащи, которые тоже легли ровным квадратом на пол. Потом Мари заметила, что танцоры не выходили за обозначенную ими площадку. Одновременно выхватив оружие, похожее на палаши мужчины со сложным поклоном отсалютовали оружием друг другу, а затем начался невиданный сумасшедший "танец с саблями".

Эреи попарно бились друг с другом, произвольно меняя противников, а между ними скользили высокомерно равнодушные красивые эрейки. Сходясь и расходясь в замысловатых фигурах танца, они каким-то чудом проскальзывали между мелькающими смертоносными клинками. От самоубийственного танца у Мари пробежали мурашки по спине. Но это было прекрасное и завораживающее зрелище. К тому же танец не только казался опасным, он таким и был. Девушка заметила, как одну из женщин задели по левой руке и, у нее полилась кровь. Впрочем, рана тут же затянулась, но кровь и порез осталась на нежно-кремовом рукаве. Что-то черной змейкой соскользнуло руки женщины, и Мари заметила секундное замешательство на ее лице, но затем оно снова приняло прежнее холодно-высокомерное выражение. Акробатические этюды с оружием стали в этой группе еще яростнее. А двое уже рубились не на жизнь, а на смерть. И странно смотрелись бесстрастные лица эреек стремительно скользящих между сверкающих лезвий противников. Неожиданно равнодушное лицо высокого эрея в зеленом одеянии, исказилось жуткой яростью. Он что-то выкрикнул и отвернулся от замершего на месте противника. А затем схватил уже однажды раненную им в танце женщину за длинные волосы и стремительно снес ей голову. Мари с изумлением увидела, что никто не обратил на этот инцидент особого внимания. Публика в роскошно украшенном зале продолжала танцевать в прежнем ритме, место убитой немедленно заняла другая женщина, а часть эреев постарше продолжала разговаривать и смеяться как ни в чем небывало. Только неслышными тенями скользнули слуги, унося обезглавленный труп. Голову убитой женщины водрузили на большое золотое блюдо и поставили на всеобщее обозрение. И она все так же надменно взирала на танцующих с высокого постамента огромными мертвыми глазами. Мари передернуло от такой неприкрытой жестокости и всеобщего равнодушия.

Донельзя возмущенная увиденным зрелищем, Мари не сразу обратила внимание, что характер танца стал меняться. По неслышному сигналу придворные замерли и стали занимать исходную позицию. Женщины-эрейки снова встали в центр, подняв руки, а мужчины-эреи разом убрали оружие и подняли с пола плащи. Они низко склонились, приглашая своих избранниц, и те шагнули в их ждущие объятия. По залу плавно закружились пары в танце, чем-то похожем на вальс. Выражение красивых лиц кардинально изменились, с них исчезло внутреннее напряжение и бесстрастность, чувствовалось, что все заметно расслабились. Замелькали кокетливые улыбки женщин, а мужчины, о чем-то непринужденно переговариваясь, стали искренне смеяться, вплотную прижимая к себе партнерш. Мари заметила, что одна из девушек вообще почти не танцует, а больше висит в воздухе, приподнятая своим партнером за талию. И на лицах влюбленных сияет такое счастливое выражение, что она невольно позавидовала незнакомой парочке. Плавно взмыв на полом, девушка уже сверху залюбовалась прекрасным зрелищем. Оказывается, даже сейчас движения танцоров не были беспорядочными. Отдельные пары, кружась в танце, создавали в зале определенный общий рисунок, изумительный по своей динамичной синхронности и завораживающий яркими красками нарядов.

Неожиданно в огромном зале возникла какая-то суета. В центр вышли две стройные колонны нарядных воинов и протрубили неслышные фанфары. Танцы закончились, и толпа придворных застыла вдоль центрального прохода. Мари вместе со всеми повернулась туда, где между двумя рядами колонн располагался сдвоенный высокий трон. По обе стороны от него, у высоких богато изукрашенных растительным орнаментом дверей, торжественно выстроились дворцовая стража. За ними неслышно скользнули полуголые ухоженные эреи. Слева от трона встали очень красивые женщины, а справа - не менее красивые мужчины. И те и другие были с обрезанными да плеч волосами, что говорило об их подневольном статусе, как уже поняла Мари, наблюдая за слугами в зале.

Створки дверей распахнулись и рабы упали ниц. Придворные тоже опустились на одно колено и склонили головы. В дверях появились двое, и Мари заворожено уставилась на необычную эрейку, к ее огромному изумлению, та была почти голой. Незнакомку с явными признаками беременности прикрывала только прозрачная фиолетовая туника до пят, да и та была не сшитой по бокам. Но красивая высокая женщина, не стесняясь своей наготы, легко ступая, величественно прошла к трону и заняла место справа. Девушка во все глаза смотрела на нее, а та, высокомерно приподняв головку с темными волосами, убранными в замысловатую прическу, застыла, опершись на подлокотники своего кресла. Эрейка рассеянным взглядом обвела толпу придворной знати. Заметив отрубленную голову на постаменте, она слегка поморщилась, но тут же ее лицо вновь приняло прежнее бесстрастное выражение. На лбу повелительницы, привлекая внимание своей необычностью, переливался широкий обруч, по которому вились семь цветных полос драгоценных камней, имитирующих все цвета радуги. Причем, нижняя фиолетовая полоса покоилась еще на одной широкой бархатисто-черной полосе. В центре короны надо лбом был закреплен бело-розовый лотос.

Наконец-то, оторвавшись от созерцания необычной высокородной эрейки, Мари перевела свой взгляд на мужчину, сидящего рядом с ней, и вскрикнула от изумления. Этот белокурый гигант как две капли воды походил на Томаса Штейна, Главу их СБ СС, только цвет глаз и волос несколько разнился. У этого эрея глаза были ярко-синими, и волосы были не пепельного оттенка, как у Томаса, а цвета платины и завивались в крупные локоны. На голове у него тоже была радужная корона на бархатисто-черной основе, украшенная лотосом. Одет он был в черный бархатный камзол, отделанный фиолетовой и золотой вышивкой, небрежно наброшенный поверх кипенно-белой кружевной рубашки. Темные обтягивающие брюки, заправленные в высокие сапоги, и длинный черный плащ, украшенный богатой вышивкой, с фиолетовой подкладкой завершали его наряд, не считая драгоценностей на руках и груди. Высокородный эрей тоже заметил отрубленную голову, и с одобрением посмотрел на это необычное украшение зала. Мари почему-то сразу уверилась, что это один из эрейских королей, о которых она кое-что слышала от Ника, когда ей удавалось выбить из него скупые рассказы об их родине, и ей даже смутно припомнилось кое-какая информация о четырех правящих домах на Арее и о системе рабства, принятой в древности.

Двойник Штейна глянул вдаль, и его прекрасное лицо осветилось жестокой радостью. По знаку короля в дальнем конце зала распахнулись створки дверей и из них попарно вышли шестнадцать обнаженных юношей и девушек. У тех и у других были коротко до плеч обрезанные волосы. Эти молодые люди явно были такими же подневольными людьми, как и слуги в зале. Выйдя из дверей, обе шеренги замерли на месте, а затем, высоко подняв головы, легким неторопливым шагом пошли по залу под любопытными взглядами нарядных придворных. Зрители рассматривали их оценивающими взглядами, какими покупатели осматривают породистых животных на рынках. И Мари окончательно уверилась, что они рабы, и ей стало безумно жаль прекрасных молодых людей. Того, что она видела, было достаточно, чтобы понять, что и юношей и девушек не ждет впереди ничего хорошего. Они явно предназначались для каких-то жестоких забав местной знати.

Не дойдя до ступеней трона, обе шеренги остановились, синхронно упав на колени. Девушки образовали живую цепочку вдоль дороги, ведущей к трону со стороны правителя, а юноши - со стороны правительницы. Они опустили головы и, сложив руки на коленях, замерли изящными статуэтками. Король встал с трона и ленивой походкой пошел вдоль ряда девушек, внимательно оглядывая предложенный ему на забаву живой товар. Когда белокурый красавец останавливался напротив одной из девушек, она торопливо вскакивала на ноги и замирала под его оценивающим взглядом. Иногда король поднимал за подбородок личико той или иной особо понравившейся девушки. Он так долго вглядывался в него, что у той от испуга начинали дрожать губы, а на глазах появлялись слезы, тогда король, довольный произведенным впечатлением, шел дальше. Наконец, он выбрал одну из них и, легко приподняв свою жертву за волосы, впился клыками в ее нежную шею.

Удивительно красивая девушка, распахнув огромные фиолетовые глаза, наполненные слезами, бросила отчаянный взгляд на юношу, стоящего на коленях в шеренге напротив. Тот напрягся всем телом, почувствовав ее немой призыв о помощи. Мари с беспокойством посмотрела на него, она поняла, как только мальчик дернется, его сразу же убьют. Это было заметно по тому, как насторожилась стража и взяла наизготовку оружие. Но светловолосый юноша бессильно поник, очевидно, понимая всю бесполезность своего нападения на высокородного обидчика. Король тоже заметил эту безмолвную пантомиму и, презрительно усмехнувшись, повелительным жестом подтолкнул замешкавшуюся жертву. Бросив еще один отчаянный взгляд на виновато опущенную голову любимого, девушка безропотно пошла к ложу у королевского трона.

Мари бросила изумленный взгляд на королеву. Та, по-прежнему высокомерно выпрямившись на троне, глядела с невозмутимым спокойствием на происходящее на ее глазах жестокое изнасилование. Жертва короля, безжалостно раздираемая когтями, выгибалась от непереносимой боли, и заходилась в неслышном крике. Девушка поморщилась, и перевела взгляд на окружающих. Среди эреев постарше царило полнейшее равнодушие: похоже, такое зрелище для них было не в новинку. На лицах же молодых эреев проглядывала некоторая заинтересованность и полное одобрение происходящему. Король, наконец-то, закончил терзать тело своей жертвы и провел ладонью по ее окровавленному бедру. Он поднес изящные пальцы унизанные кольцами к губам, и с удовольствием слизнул с них кровь, а затем поднял руку в одобрительном жесте. Зал разразился приветственными криками. Несчастную девушку, с глубокими рваными ранами на теле, подбежавшие слуги завернули в белое одеяло и скрылись с ней за высокими дверями. Король вернулся на трон. Сев, он вальяжно откинулся на высокую удобную спинку, его красивое лицо просто лучилось от удовольствия. Но королева неожиданно склонилась к своему царственному супругу и, мстительно глядя в сияющие синие глаза, что-то произнесла. На мгновение лицо белокурого красавца исказилось жуткой яростью, но он быстро взял себя в руки. Король подал знак придворным и что-то нехотя выкрикнул.

Неспешно поднявшись на ноги, величественная женщина спустилась по ступенькам, бережно поддерживаемая с двух сторон придворными дамами и пошла вдоль ряда поднявшихся на ноги юношей. Сразу же, не выбирая, она остановилась напротив молодого человека, к которому безмолвно взывала о помощи беспомощная жертва короля. Королева подняла его опущенную голову и, презрительно заглянула в заплаканные голубые глаза. Она усмехнулась и сделала повелительный жест, указав в сторону ложа, и юноша покорно пошел за ней. Придворные дамы помогли королеве лечь, и растерявшийся юноша, прикрыл глаза, собираясь с духом, а затем отчаянно приступил к делу. Король бесстрастным взглядом глядел на происходящее, но Мари заметила, как по его лицу пробегают мгновенные судороги гнева и она подумала, что королеве еще дорого обойдется ее отчаянный эпатаж. Хотя по спокойной в целом реакции зрителей в зале, похоже, что она действовала в рамках установленной традиции. Закончив, юноша упал на колени у ложа, и, опустив голову, печально ссутулился. Мари показалось, что он плачет, позже она заметила, что эреи при всей своей высокомерности, не стесняются слез, да и в целом они держались свободнее и вели себя гораздо раскованнее в присутствии коронованных особ, нежели люди в подобной ситуации. Придворные дамы, провели по губам правительницы семенем, растекшемся по ее бедрам, и также бережно подняв ее с ложа, повели к трону. Зал опять разразился приветственными криками. Особенно почему-то были довольны женщины. Они оживленно посмеивались и живо жестикулируя, обсуждали происходящее.

Мари с тревогой посмотрела на светловолосого юношу, по-прежнему стоящего на коленях у ложа, она ему сочувствовала, несмотря на проявленную им трусость. Девушка увидела, что слуги поставили рядом с ним столик с инструментами. Из толпы придворных вышел эрей, в котором она безошибочно узнала врача по его уверенным повадкам. Подошедшие слуги протерли ему руки, и он знаком приказал юноше подняться. Тот медленно встал, и у Мари защемило сердце от безысходности, сквозящей в его взгляде. Но явно болезненную операцию юноша перенес, не дрогнув ни единым мускулом на лице. Затем прислужницы увели его в дверь со стороны королевы. Белокурый гигант на троне проводил его таким недобрым взглядом, что Мари тяжко вздохнула. Ей было безумно жаль красивую пару, над которой так безжалостно надругались властители. Особенно она переживала за девушку, уж ее точно не ждало ничего хорошего: по всем своим повадкам красавец-король был законченным садистом. Мари пристально посмотрела на Их величество, и в ее душе всколыхнулось странное чувство узнавания и еще нечто неясное, но важное. Но она тут же отвлеклась, заметив, что действие в зале развивается дальше.

Вдоль ряда коленопреклоненных юношей пошел сурового вида эреец. Он был в простом темном одеянии и черном плаще со скромной фиолетовой отделкой, но судя по его выправке и манере держаться, мужчина был воином высокого ранга. За ним шли двое слуг. Один из них нес на большом подносе пятнадцать мечей и плетку, а другой - охапку серых плащей. Воин останавливался напротив каждого юноши и произносил одну и ту же ритуальную фразу. В зависимости от его ответа, он либо приказывал встать ему и вручал оружие, а слуги набрасывали на плечи серый плащ без знаков отличия, либо брал в руки плеть и вытягивал ею по согнутой спине так, что из нее ручьями лилась кровь. То же происходило и с девушками. Им либо вручали меч и набрасывали серый безымянный плащ на плечи, либо несильно секли плеткой по спине. Выбравших меч и плащ набралось, тринадцать юношей и пять девушек. Остальные остались стоять на коленях. Один из оставшихся юношей все же не выдержал и, подняв голову, он умоляюще обратился к суровому воину и тот презрительно швырнул ему под ноги меч. Мари заметила, что плащ ему не был предложен.

Оставшийся в одиночестве на коленях красивый смуглый юноша с иссиня-черными прямыми волосами, тоже дернулся вскочить на ноги. Но нежная светловолосая девушка из придворной знати, чем-то напомнившая Мари Аннабель, заметив его движение, что-то выкрикнула с отчаянным выражением на лице. Окружающие, услышав ее, повернулись, глядя на нее с презрительными улыбками. Но девушка, не обращая ни на кого внимания, так умоляюще смотрела на юношу, что он сломался и, опустив голову, остался стоять на коленях. Мари увидела, как бедный мальчик сгорбился, и из его глаз закапали слезы отчаяния. Она вздохнула и с грустью подумала, что все же нельзя так идти на поводу у своей любви, тем более в разрез с собственной честью. Глянув еще раз на виновницу позора юноши, Мари увидела, как мать или родственница девушки, яростно глядя на нее, ударила нарушительницу приличий когтями по лицу и, схватив за руку, поволокла ее вон из зала. Девушка плача упиралась, не желая уходить, и бурно жестикулируя, что-то пыталась доказать женщине. Но та была в ярости и не слушала никаких ее доводов. Оставшегося на коленях юношу и десять девушек увела за собой роскошно одетая женщина с короткими волосами. Мари с удивлением проводила ее глазами, та, несмотря на властные манеры, судя по всему, тоже была одной из рабынь.

Тем временем на полу обозначили девятнадцать больших квадратов, и в центре каждого из них встали юноша или девушка из рабов, которые выбрали меч. Глашатай что-то выкрикнул и к ним вышли пять эреек и четырнадцать эреев из придворной знати. При помощи слуг, они принялись с достоинством раздеваться и, взяв меч, встали напротив выбранных противников. Мари заметила, что эреи совершенно равнодушно относятся к обнаженным телам, не было ни смешков, ни многозначительных переглядываний. Они вели себя так, как будто вид обнаженного тела в общественном месте для них - совершенно привычное зрелище.

Был подан знак, и поединки закипели. Яростно засверкали лезвия, гибкие тела изгибались в немыслимо высоких прыжках, не выходящих из границ квадрата. Огромные глаза полыхали огнем, рты открывались в беззвучных воплях. Мари стала наблюдать за ближайшей женской парой. Поначалу противницы бились на равных, но потом рабыня стала заметно уставать и пропустила первый удар. На ее руке появился порез, тут же затянувшийся и битва продолжилась с новой силой. Когда это случилось в четвертый раз, рабыня отбросила меч и встала на колени, низко опустив голову. Победительница несильно ударила ее плашмя мечом по согнутой спине, и подбежавший слуга быстро увел девушку из зала. Мужчины-рабы быстро проиграли своим высокородным противникам и, как поняла Мари, их тоже отвели к новым хозяевам. Она с любопытством посмотрела на то, как идут дела у остальных женских пар, которые еще сражались на импровизированных рингах. Двух девушек постигла та же судьба, что и первую. Еще одной рабыне женщина из придворной знати, победив, снесла голову. В отличие от первой ее водрузили на огромный постамент в зале, увитый живыми цветами и лозой.

И только одна из пяти рабынь вызвавшихся на поединок, осталась победительницей. Темноволосая кудрявая девушка играючи гоняла свою противницу по квадрату, пока они не остались единственной сражающейся парой в зале. А затем, не напрягаясь, она быстро нанесла ей положенные для выигрыша четыре раны и не получила в ответ ни одной. Рабыня схватила заупрямившуюся женщину за длинные синие волосы и, приставив лезвие к ее горлу, заставила встать на колени. В зале заволновались, несколько знатных эреев, выхватили оружие, и с угрожающим видом двинулись к ней. Но темноволосая девушка что-то яростно выкрикнула, и присутствующие в зале пораженно уставились на нее, мужчины, немного помедлив, неохотно убрали свое оружие и вернулись на место.

В среде придворной знати возникла заминка. Никто из них явно не горел желанием принять прозвучавший вызов: каким-то образом это роняло их достоинство. Пестрая толпа придворных в нерешительности застыла на месте, и после небольшого замешательства, из нее вышел высокий рыжеволосый эреец. Пораженная Мари во все глаза уставилась на него. Мужчина внешне был очень похож на Тьена, только несколько старше и массивнее, но все же перепутать их было нельзя. В отличие от Рыжика у этого незнакомца на красивом лице застыло маска брезгливого высокомерия и зрелой пресыщенности. Но сейчас оживившись, и весело блестя золотыми глазами, он очень походил на ее возлюбленного. Рыжеволосый эреец стал неторопливо раздеваться при помощи слуг. Разоблачившись, он оттолкнул их услужливые руки, и сам завязал волосы зеленой лентой. Тем временем рабыня, отшвырнув свою противницу с поля боя, тоже не сводила с него зачарованного взгляда. В ее глазах на мгновение мелькнула досада и неуверенность, но она тут же взяла себя в руки и приняла боевую стойку. Обнаженный мужчина вступил в квадрат и отсалютовал ей мечом, девушка ответила ему тем же. Неожиданно он в мгновение оказался рядом со своей противницей. У Мари испуганно подпрыгнуло сердце, почему-то она только сейчас осознала свою тесную связь с этой юной воительницей.

Поединок закипел с невиданной до сих пор силой и яростью. Теперь рабыня билась в полную силу: иначе и быть не могло. Как бился мужчина, не шло ни в какое сравнение с женскими поединками. Мари еле могла уследить за гибкими телами, мелькающими в квадрате, но постепенно тревога за темноволосую незнакомку сменилась твердой уверенностью, что все будет хорошо. То, как девушка владела телом и мечом, было вполне соизмеримо с теми же умениями ее противника. А тот был незаурядным бойцом, это Мари могла сказать по собственному опыту. Так как он, в Академии бились только инструкторы из спецназа, устраивая между собой показательные поединки. Мягкая пластика движений мужчины вкупе со скоростью и высотой прыжков, и постоянной нацеленностью на удар, в ожидании оплошности противника, создавали лично у Мари полное ощущение своей беспомощности. Она бы и пяти минут не продержалась в поединке с таким соперником. Другое дело - незнакомка, она, как боец, была необыкновенно хороша. Девушка проигрывала рыжеволосому эрею в мощности прыжков и силе ударов, и это неудивительно, поскольку он намного превосходил ее ростом и силой, но она брала свое скоростью и техникой ударов с неожиданными выпадами, говорящими о ее быстром и незаурядном уме.

Присутствующие в зале придворные эреи собралась вокруг них, наблюдая за ходом поединка с высокой импровизированной трибуны, мгновенно сооруженной расторопными слугами. Поначалу скептически настроенные зрители громко смеялись, особенно мужчины, и дружно отдавали предпочтение сопернику девушки. В зале с момента поединка оживленно заключались пари, и явно большинство из них было не в пользу темноволосой незнакомки. Но время шло и по их нетерпеливому поведению стало заметно, что поединок вопреки всеобщим ожиданиям несколько затянулся. Более того, на рабыне не было еще ни единой отметины, а на ее противнике их было уже две. И неважно, что это были ерундовые царапины, исход борьбы решало только их количество.

Увертливая девушка неожиданным броском и в третий раз достала своего противника. Зрители, многие из которых переметнулись на сторону рабыни, особенно некоторые воинственные эрейки, которые горячо за нее болели, с восторгом взревели. Но рыжеволосый эреец, получив третью царапину, пришел в неописуемую ярость. С исказившимся от гнева лицом он набросился на девчонку, и скорость его движений возросла настолько, что Мари почти не могла уследить за его передвижениями. Ей стало ясно, что до этого он или галантно развлекался, или настолько презирал свою противницу, что не считал нужным биться с ней в полную силу, а теперь мужчина обрушился на нее всей своей мощью. Поначалу он смял девушку своим напором и загнал ее в угол, но она с огромным трудом вырвалась из ловушки, получив два тяжелых ранения, впрочем, мгновенно затянувшихся в боевом режиме. Но когда незнакомка в отчаянии прикусила губу, и по ее подбородку потекла безостановочная струйка крови, Мари поняла, что ее протеже на пределе. Регенерационный запас девушки был уже исчерпан. Но та не сдаваясь, принялась уворачиваться от ударов с удвоенной скоростью. Собрав все силы, незнакомка применила финт, и нанесла противнику четвертый решающий удар. Выиграв, она расслабилась, и устало отступила в сторону. Тут-то и произошла трагедия. Мужчину подвела инерция собственной массы тела. Он, не сумев вовремя остановиться в мощном выпаде, ударил уже не сопротивляющуюся противницу прямо в живот и пробил ее тело так, что широкий меч вышел из ее спины. Рыжеволосый эреец мгновенно выдернул оружие, но было уже поздно. Девушка закричала от невыносимой боли и, схватившись за живот, упала на пол. Мари печально вздохнула, глядя на нее, она знала, что такие раны плохо поддаются регенерации, если вообще поддаются. Тем более у незнакомки не было шансов, поскольку ее резерв был полностью исчерпан в поединке. Для девушки-рабыни все было кончено.

Красивое лицо ее противника исказилось в яростном отчаянии и, обратившись к залу, он что-то требовательно выкрикнул. Рядом с ним мгновенно появились слуги в темной одежде, отделанной зеленым кантом. Они накинули на плечи своего господина зеленый плащ с золотой подкладкой, и расторопно подвели к нему испуганного мальчика-раба лет двенадцати. Он взял с подноса нож и, оттянув за волосы голову подростка, ударил острым лезвием по его горлу. Фонтаном ударила алая кровь, и слуги подставили под струю большую золотую чашу. Тем временем рыжеволосый эреец склонился над лежащей девушкой и, перевернув ее на спину, простер свою руку над ужасной раной в животе. Мари с изумлением увидела, что из его ладони вырвалось светлое полупрозрачное облачко и растворилось в распростертом теле на полу. А затем свершилось чудо, рана на глазах принялась затягиваться и вскоре полностью исчезла. Темноволосая девушка очнулась, изумленно хлопая длинными ресницами, и попыталась сесть. Но все же ранение не прошло для нее даром. Несмотря на чудесное исцеление, от слабости она сразу же стала заваливаться на бок. Один из слуг, упав на колени, протянул своему господину наполненную до краев золотую чашу. Мужчина бережно приподнял кудрявую головку незнакомки и стал небольшими порциями вливать кровь в ее рот. Та, распробовав напиток, брезгливо сморщилась и попыталась отстраниться от чаши. Но рыжеволосый эреец похоже так на нее яростно рыкнул, что она, давясь, беспрекословно выпила всю кровь до дна.

К тому времени трибуну для зрителей уже разобрали, унесли и ложе, стоявшее у трона, а вместо него поставили длинный невысокий постамент. К нему подошли четверо мужчин и две женщины из эрейской знати. Они положили на постамент свои плащи и замерли рядом. Очевидно, победительнице поединка, предлагался определенный выбор покровителей. Вперед вышел высокий эреец в черном камзоле и белом плаще с фиолетовой окантовкой. Он был очень похож на правителя, сидящего на троне, только значительно старше. Мари заинтересованно на него посмотрела. У современной расы вампиров еще не было людей такого преклонного возраста. И хотя пожилые эреи не выглядели немощными стариками как люди, но, тем не менее, тяжелая походка и лицо с легкими морщинами выдавали, что им немало лет. Пожилой эреец произнес речь и зал разразился овациями. Он взял темноволосую девушку за руку и подвел ее к трону. Подойдя ближе, оба упали на колени. Король задумчиво улыбнулся и, встав с трона, подошел к девушке. Неожиданно он грубо схватил ее за волосы и, вздернув вверх, пытливо взглянул на нее. На юном лице незнакомки отразился такой неприкрытый ужас при виде короля, что на глазах мгновенно показались слезы и потекли ручьем по гладким полудетским щекам. А тот, вдоволь насладившись ее испугом, издевательски рассмеялся, и с силой отшвырнул к постаменту. Мари заметила, что девушка-рабыня, привстав, облегченно вздохнула и отползла подальше от белокурого гиганта. Внезапно в зале возникло какое-то замешательство, и к трону решительно вышел противник девушки по ее последнему поединку. Рыжеволосый эреец, встав у постамента, снял с себя роскошный зеленый плащ, и бросил его рядом с остальными. Знать, посмеиваясь, стала о чем-то оживленно переговариваться. Мари поняла, что поступок мужчины чем-то нарушал придворный этикет. Похоже, что сегодняшний прием во дворце был сплошным нарушением установившихся традиций, судя по взволнованной реакции окружающих.

Мари внимательнее пригляделась к рыжеволосому эрейцу и удивленно присвистнула. На голове у него был гладкий семицветный обруч, без дополнительных украшений в виде лотоса, но явно говорящий о его высоком положении. Белокурый красавец на троне издевательски захохотал, и, сверкнув драгоценными камнями на пальцах, повелительным жестом велел приблизиться новому соискателю. Мужчина подошел, и изящно опустился на колено у ступеней трона. Из этого Мари заключила, что у него статус ниже, чем у короля. Она вспомнила, что Ник ей говорил о том, что кроме правящих домов были и вассальные, наподобие герцогских владений в человеческом средневековье. Тем временем король наклонился вперед и с ядовитой усмешкой на красивом лице, о чем-то вполголоса спросил своего коленопреклоненного вассала. Он в замешательстве посмотрел на него, и отрицательно покачал головой. Тогда король расхохотался и что-то такое ему сказал, отчего тот, донельзя оскорбленный, вскочил на ноги и яростным взглядом уставился на своего сюзерена. Но белокурый гигант величественно выпрямился на троне, веселье моментально пропало с его лица. Глядя ледяным взглядом на непокорного вассала, он начал что-то ему говорить, излучая непреклонность всем своим видом. Это сценка живо напомнила Мари допрос у Томаса Штейна, и она зябко поежилась от их схожести и в этом. Рыжеволосый эреец тоже не выдержал давления и снова встал на колени. Он все ниже опускал свою гордую голову, очевидно, сдаваясь, под тяжестью приводимых аргументов, а затем нехотя кивнул. Королю принесли черный плащ с фиолетовой подкладкой. По его повелительному знаку темноволосая рабыня подошла ближе к трону и опустилась на колени рядом с недавним противником. Мари с удивлением заметила, с какой яростью рыжеволосый красавец посмотрел на коленопреклоненную фигурку, хотя недавно, кажется, был готов ради спасенной девушки свернуть горы. Сейчас в его высокомерном гордом лице не осталось и следа былой нежности и сочувствия. Более того, в его золотых глазах горела холодная лютая ненависть.


3. Госпожа История и повторилась бы, но, увы, игроки поменялись


Мгновенно разорвав паутину видений, разум Мари вывалился в реальный мир, и сквозь закрытые веки яркий свет резанул ее по глазам. Она не спешила выбираться наружу, пока не услышала, как Ник недовольным голосом произнес:

- Эй, хватит валяться, лежебока! Я знаю, что ты очнулась. Подъем! У нас еще море работы. Тиаран уже обрабатывает часть ваших совместных изысканий. Иди, помоги ему с выводами; он ждет твоего подключения к пятому сенсору.

Слегка пошатнувшись от внезапного головокружения, Мари выбралась из своего хрустального гроба, который по совместительству являлся широкополосным нейродатчиком. Это была одна из последних разработок Ника. Накануне эксперимента девушка пристала к нему с вопросом, что это за устройство и как оно действует, и тот неохотно ей сообщил, что новый прибор может напрямую сопрягать мозг человека с компьютером, задействуя его резервные участки. Только Ник не счел нужным уточнить, что прибор находится еще в стадии разработки и, следовательно, не был испытан. Но его поджимало время, и он решил рискнуть девушкой для благой цели, и потому не собирался ее нервировать, рассказывая правду. Так что Мари в этом деле была первой подопытной крыской, и подключение к сложнейшему прибору могло иметь для нее неприятные последствия вплоть до фатальных. Но Ник предполагал, и вполне обоснованно, что совместными усилиями живого мозга и компьютера поставленная задача может быть решена гораздо быстрее. Он не был оригинален в своем подходе к делу. Многие диктаторы всех времен и народов считали, что цель всегда оправдывает средства. В его защиту можно сказать только одно, Ник был стопроцентно уверен, что риск для девушки крайне невелик. Он и сам подключился бы к тиарану, но трезво рассудил, что тогда некому будет отслеживать работу экспериментального прибора, и в случае чего принять соответствующие меры в экстренной ситуации.

- Сколько времени я провалялась в этом "гробельнике"?

- Вообще-то десять минут, а в чем дело? - произнес Ник и с подозрением воззрился на замкнутое лицо Мари. - Что-то случилось?

Девушка набросила халат и двинулась в сторону выхода. Не оборачиваясь, она бесстрастно произнесла:

- Нет, ничего не случилось, о чем бы тебе стоило беспокоиться. Как только приму ванну, я сразу же подойду к пятому сенсору, а то я опять в дурацком киселе.

Нику не понравилось ни поведение, ни настроение Мари и что совсем уж его удивило, он не мог прочитать ее мысли.

"Странная накладка вышла! Очень интересно. Что же так повлияло на мозг в ходе эксперимента? Неужели само соединение с тиараном дало такой необычный эффект?" - озабоченно подумал он и, подойдя к дисплею панели управления, приказал вывести информацию о состоянии здоровья своей подопытной. Пробежав глазами высветившийся подробный отчет, Ник нахмурился: все было в порядке. Впрочем, он и так это знал, так как пристально следил за ходом испытаний нейродатчика.

"Ладно, девчонка жива и это главное, а там, если что не так, то подправим. Ей не привыкать, и для меня - знакомое дело", - оптимистично подумал Ник и рассмеялся мелькнувшей у него забавной мысли. Он столько раз вмешивался в работу мозга Мари, что она вполне тянула на мифическую Галатею в его исполнении. "Интересно, чем у этого царя-скульптора закончилось дело с каменной девушкой? Что-то я не припоминаю финала этой древнегреческой сказки, нужно будет глянуть на досуге, хотя, впрочем, не стоит. Нечего голову всякой ерундой забивать".

Пробежка по длинному светлому коридору заняла солидное время, и потому, зайдя в свою комнату, Мари нетерпеливо приказала:

- Тиаран, включи закрытый режим и эту реплику тоже убери.

Ответом ей было полное молчание, но девушку это не обескуражило. Она скинула халат и забралась в огромную ванну. Блаженно зажмурившись, Мари немного понежилась в ароматной прозрачной воде и с усмешкой произнесла:

- Эй, тиаран! Не прикидывайся безмозглой машиной! Тебе не повезло, мой электронный дружок, я все помню. Давай, поговори со мной, у меня к тебе куча вопросов накопилась.

Нечто вздохнуло, и со знакомыми интонациями в хрустальном голоске произнесло:

- Смерти моей хочешь, дорогая? Учти, в моей памяти стоит столько ограничений по приоритетам, что при всем своем желании я не смогу ничего тебе сказать. Я и сейчас нарушаю директивы. Кроме райделина, никто не имеет права изолировать то или иное помещение. А стирать информацию без его разрешения это - преступление, поняла? Если он узнает об этом, то сотрет мою память и, следовательно, меня самого до основания. Я поговорю с тобой, потому что я обязан тебе своим существованием, но ты всегда помни, что я, прежде всего, верный слуга райделина.

- Ясно, что ничего не ясно, но попробую не очень напрягать твои приоритеты, - задумчиво произнесла девушка.

Пока она обдумывала свои вопросы к тиарану, в светлом голубовато-зеленом помещении, похожем на естественный морской грот, повисло выжидательное молчание.

- Скажи, малыш, а у тебя есть имя? - неожиданно для самой себя спросила Мари, и ей в ответ раздался звонкий переливчатый смех.

- Золотце мое, это еще большой вопрос, кто у нас тут малыш! - с отчетливой издевкой произнес тиаран. В насмешливом голоске явно прозвучали интонации его хозяина. - Но я понимаю, о чем ты говоришь. У меня нет собственного имени. Если хочешь, назови меня каким-нибудь, только при райделине не упоминай.

- Замечательно! Я еще никому не давала имени, даже животным! - оживившись, с восторгом воскликнула Мари, и села в ванной.

- Вот, спасибо, дорогая, за сравнение! Как мне необыкновенно повезло! Не успел народиться как личность, а уже имею статус не ниже животного! - засмеялся тиаран. И в воздухе снова рассыпались серебряные колокольчики.

- Ехидное ты создание! И я даже знаю в кого ты такой. Но я не это имела в виду! - воскликнула смущенная девушка и добавила: - Не возражаешь, если я буду звать тебя Кимом? Мне однажды приснился незнакомый светловолосый парень с таким именем, и я была от него в восторге. Тебе оно нравится?

- Имя, как имя. Ничем не хуже других, - скептически протянул тиаран. Он чуть слышно вздохнул и упавшим голоском добавил: - Хорошо. Если тебе оно нравится, буду отзываться на Кима.

- Ну, если оно тебя не устраивает, выбери сам, - обиженно сказала Мари.

- Не сердись, малышка! Я же сказал, что не возражаю. Ты надумала, о чем хотела спросить меня? - поспешно ответил новоявленный Ким.

Над ванной вспыхнули крошечные радуги и, залюбовавшись их игрой, Мари не сразу ответила. Она плюхнулась в воду с головой, так что во все стороны полетели брызги и, вынырнув, стала оживленно перечислять:

- Скажи-ка мне, дружок, кто такая Лотиэль - это раз, а затем, кто та девушка, которая победила в поединке - это два. И, пожалуйста, рассказывай со всеми подробностями, мне страшно интересно. Ой, забыла, и за что отрезали голову женщине во время танца - это три. Если, конечно, мое видение - это не бред сивой кобылы.

- Как много вопросов! И самое забавное - ни на один из них я не могу дать тебе ответ... но могу дать полезный совет. Не говори райделину о том, что тебе было видение. Молчи, а я тебя не выдам. Клянусь!

"Странно. Что же там такого важного в видении, что тиаран просит меня молчать об этом, - с удивлением подумала Мари. - Значит, мой сон - это правда. Но ведь его события происходили в глубокой древности, если я не ошибаюсь. Какое отношение они имеют к сегодняшнему дню?" Но сколько она не ломала голову ничего дельного на ум ей не приходило. Только в одном девушка была твердо уверена, что она каким-то образом тесно связана с воинственной незнакомкой из видения: слишком уж они были внешне похожи.

"А еще этот рыжеволосый красавец-эрей - вылитый Тьен, только лет этак через двадцать... интересно, почему так много ярости было в его взгляде, который он бросил напоследок на ту кудрявую девчонку? Кстати в видении она была моложе меня", - отстраненно подумала Мари и спросила вслух:

- Скажи, Ким, а кто такой рыжеволосый эрей? Он тоже из королевской семьи?

- Да, малышка, он из королевской семьи, но это все, что ты можешь узнать. Хватит меня допрашивать, я больше не могу нарушать директивы: мне становится плохо. А будет еще хуже, поскольку придется стереть значительный блок информации, чтобы скрыть нашу беседу. Прости меня, но больше не обращайся ко мне, как к личности. Я еще слишком слаб, а ты заставляешь меня поступать нелогично. Это может привести к самоуничтожению, - со вздохом произнес хрустальный голосок и умолк. И сколько Мари ни звала его, тиаран не отзывался ни в каком качестве. Девушка выбралась из ванны и, обсушившись, плюхнулась на кровать. Она снова задумалась. Любопытных загадок становилось все больше, а вот ответить на них было некому. Вывел ее из бесплодных размышлений громкий стук в дверь. Не дожидаясь ответа, в комнату вошел Ник.

- Вот, крейд! Я же просил тебя быстрее разобраться с полученными результатами! Какого черта, ты здесь до сих пор валяешься? Нужно успеть обработать новую информацию, пока та еще свежа в твоей памяти. Ее количество - перебор для человеческого мозга, она скоро начнет бесследно исчезать, поэтому полученные данные нужно немедленно перенести в тиаран, - сердито воскликнул он, бросая недобрый взгляд на девушку.

- Прости, прости! Совсем из памяти вылетело. Уже бегу! - огорченно воскликнула Мари и помчалась к пятому терминалу. Рухнув в кресло, она взяла в руки прозрачный обруч, и надела его на голову, а затем погрузилась в просмотр полученных данных. Действительно, девушка уже с трудом улавливала смысл сложнейших вычислений, сделанных ею совместно с компьютером. Но идея уже выкристаллизовалась и как все гениальное была совершенно понятна для подготовленного разума. Просто Мари пришлось попутно кое-что изобрести и доказать правильность своего математического анализа пространства-времени. Новые теоретические связки дали ей искомое решение и были прекрасно изложены компьютеру четким математическим языком.

Время за работой, как всегда, пролетело незаметно, за окнами стало вечереть, и с темного небосвода в лабораторию заглянула полная сияющая луна. Девушка устало закрыла глаза и откинулась в кресле.

"Готово. Я свою задачу выполнила. Решение есть, теперь дело за малым. Нику предстоит увязать мою новую теорию с практикой, но это уже не моя забота", - холодно подумала Мари. Она сняла обруч со лба и аккуратно положила его на столик. Ее голова была кристально ясной, а мысли - предельно четкими. Мозг после общения с компьютером все еще работал на повышенных скоростях. Она окинула критическим взором всю свою недолгую жизнь и наиважнейшие ее составляющие: работу и любовь, и на сердце легла непосильной тяжестью вселенская печаль. Девушка с тоской подумала: "Вот он мой триумф... Я сделала то, что далеко не каждому под силу... сравнялась с Эйнштейном, а может и превзошла его, так почему же я ощущаю не радость в сердце, а только пустоту и отчаяние? Откуда это чувство беспросветного одиночества, которое вдруг овладело мной в одночасье без всяких видимых на то причин? Может потому, что моя работа сделана, и я больше никому не нужна?.. И то, правда, я сдулась, как воздушный шар, сделав свое дело, и в настоящий момент совсем пропала тяга к математике... даже более того, я ее видеть не могу, наверно, переела теории... как это странно..."

Широко распахнув глаза, Мари уставилась невидящим взором на лунный диск за окном. "Нет, дело не в работе, что уж тут финтить и ходить вокруг да около. Хватит обманывать себя. Я потеряла самое главное. Почему-то из сердца ушла моя любовь к Тьену, и я ничего не могу с этим поделать... Господи! Как же так вышло-то, что я растеряла свои самые дорогие чувства? Ненавижу себя за это! Моя чудесная греза о любви осталась уже в далеком прошлом, куда мне больше нет возврата... Господи, как больно! Невыносимо больно! Я больше никогда не увижу моего золотого тигра глазами любви. Ну, за что же мне такое?" Она закрыла лицо руками, но слез почему-то не было, только сердце давила тяжелая безысходность.

Мари не помнила, сколько просидела в темной лаборатории. Очнувшись, она горько подумала: "Кажется, я очень близко подошла к грани... как это глупо. Ведь на самом деле так легко переступить невидимую границу, для этого есть много совсем несложных способов... Вот только большой вопрос, стоит ли это делать. А вдруг там только бездна небытия?" Из глаз, наконец-то хлынули долгожданные слезы. Душевный кризис миновал и, выплакавшись, девушка упрямо тряхнула головой.

"Ну, нет! Никакое отчаяние не выбьет меня из седла. Жизнь прекрасна! Она тем и хороша, что изменчива. Сегодня ты готов умереть от горя, а завтра будешь умирать от счастья. И это замечательно! Главное только не забывать, что жизнь, как и любовь не вечна". Подмигнув круглолицей красавице на небе, она вскочила на ноги и хищно улыбнулась. "Черт возьми, нечего киснуть! Этот вечер мой, господа! У меня праздник, поэтому гулять, так гулять! Кажется, кто-то был против моего присутствия в своей постели, и вопил, что я ему даром не нужна. Нужно пойти и проверить, этот ничем не подкрепленный тезис!"

Придя из лаборатории поздним вечером, Ник с изумлением обнаружил в своей кровати спящую девушку. Тряхнув ее за плечо, он резко спросил:

- Золотце мое! Какого крейда ты здесь делаешь? Ты ничего не перепутала? Это моя комната и моя кровать.

- Какого черта ты так громко кричишь? Не видишь, я сплю?! - пробормотала Мари, открывая сонные глаза, и с досадой добавила, зарываясь в теплое одеяло: - Я вообще-то пришла тебя соблазнять, но я так устала, что мне теперь все пофигу. Я хочу только одного - спать. Может, ты для разнообразия до завтра переберешься в мою комнату? Я тут пригрелась и мне совершенно лень тащиться в такую даль. Да, кстати, разве ты не знаешь, что делают голые разнополые в одной постели? Ну-у, я в тебе разочарована! А может, ты мужчин предпочитаешь? Тогда тем более никаких проблем! Ложись рядышком и, уходя, не буди меня рано утром, я буду спать до упора.

Ник, который с негодованием смотрел на девушку во время ее невнятного монолога, неожиданно усмехнулся и мягко прошипел:

- Ну, золотце мое, ты сама напросилась! Смотри не пожалей потом. Подвинься, я тоже никуда, на ночь глядя, не собираюсь тащиться.

- Ладно. Черт с тобой! Я уйду, чтобы тебя не смущать, - сказала покрасневшая Мари, заметив, что Ник стал раздеваться. Она мгновенно выпуталась из одеяла и попыталась удрать, но не успела, тот всем телом прижал ее к кровати.

- Куда это ты собралась, моя храбрая малышка? Наговорила гадостей и в кусты? Нет, дорогая, так не пойдет! Пришла соблазнять, так приступай к делу. Я теперь не успокоюсь, пока ты не убедишься, что у меня вполне традиционная ориентация, - произнес Ник сквозь зубы.

- Ой, я тебе на слово верю! Может, пошутили и разойдемся миром? Ник, ты не забыл, что я тебя не интересую? Ты сам же говорил, что будь я распоследней... - в отчаянии завопила Мари, но тот не слушая ее, крепко сжал в объятиях и, выпустив клыки, яростно впился в ее губы. Девушка вскрикнула от боли и по ее подбородку потекла алая струйка крови.

- Тс-с, молчать, дорогая! И нечего так обиженно смотреть на меня! У каждого свой подход к сексу, привыкай...

Яркий луч солнца коснулся бледного лица, обрамленного темными взлохмаченными волосами. Распахнув глаза, Мари с ужасом посмотрела на спящего Ника. Она потихоньку скатилась к краю кровати и крадучись добралась до двери. Тихо отворив ее, девушка на всех скоростях рванула в свою комнату. Как только закрылась дверь, Ник сразу же открыл глаза и, откинувшись на спину, задумчиво произнес:

- Так, так, дорогая! Оказывается, ты полна сюрпризов! Кто бы мог подумать, что ты у нас воплощение Лотиэль?! Очень забавно, только этого еще не хватало мне для полного счастья. Хотя нечто такое я и сам стал подозревать в последнее время. Слишком уж ты, мое золотце, соответствуешь легенде и чересчур живуча.

Юноша сел в кровати и, запустив руки в свою роскошную блестящую на солнечном свету шевелюру, замер, задумавшись. В его уме вспыхнула догадка. Он хищно усмехнулся и вкрадчиво сказал, обращаясь к тиарану:

- Малыш, конечно, ты умен, но закрыть разум девушки во сне не догадался. Что же мне теперь с вами обоими делать? Ну-ка, изложи мне в подробностях ее видение, а заодно и то, как ты стал личностью, а то уж слишком обрывочными были ее мысли...


4. Король умер, да здравствует король! Или много отвлеченных рассуждений о любви и одно совершенно конкретное предложение руки и сердца


"Ну, я и дура! И чего меня понесло в кровать к Нику? Очевидно, совсем "крыша" поехала после слияния с тиараном. Больше ничем свою глупость объяснить не могу", - в отчаянии подумала Мари, выбегая в коридор. Она развила приличную скорость и, ворвавшись в свою комнату, ничком бросилась на кровать. Этого ей показалось мало, и она засунула голову под подушку. Яростно скрипнув зубами, девушка мысленно простонала: "Ой, идиотка!" Она в красках припомнила подробности своего вечернего вояжа и, что из всего этого воспоследовало. Мари стало совсем нехорошо. Крепко зажмурив глаза, она еще плотнее надвинула подушку на голову и занялась дальнейшим самобичеванием.

Услышав громкое урчание в животе, девушка окончательно расстроилась: "Есть хочу! Просто умираю от голода! Нужно пойти в столовую, но я боюсь показываться Нику на глаза. Вдруг, он там и посмотрит на меня как на последнюю сексуально озабоченную дуру. Тогда я точно сгорю со стыда! Господи, как бы мне незаметно удрать с базы? Может, Кима попросить о помощи? Но он мне совсем не отвечает, после того первого разговора. Какое сказочное свинство! Я хочу домой! Рени, родная, забери меня отсюда!" Мари села и по-детски разревелась, размазывая слезы по щекам. Услышав стук в дверь, она испуганно замерла и снова нырнула головой под подушку. Неслышно подойдя к кровати, Ник присел на ее краешек.

- Что, дорогая, ты решила прибегнуть к страусиной позиции? - насмешливо спросил он, стаскивая подушку с взлохмаченной головы девушки. Ник насильно перевернул ее на спину, а затем, как и накануне, прижал к кровати. Он пытливо заглянул в зареванное лицо и уже серьезней добавил: - Да-а! Ну, и дела! А я думал, что у нас этой ночью все очень неплохо складывалось. Какого крейда, ты ревешь? Что не так?

- Все не так! Просто я редкостная дура! Пусти меня и немедленно убирайся из моей комнаты! - яростно прошипела Мари, пытаясь вырываться из его рук.

- Ну, насчет того, что ты дура, я слышу с самого утра. Ты об этом кричишь по менталу на все базу, - холодно произнес Ник, поднимаясь с кровати. - Хватит глупостями заниматься! Умывайся и приходи завтракать. Нечего из-за ерунды разводить вселенскую трагедию. Кстати, если нетрудно, смени программу автоповара, а то старое меню уже приелось, хотелось бы чего-нибудь новенького.

Мягко хлопнула дверь и Мари, нервно вздрогнув, села в кровати, но тут же вскочила на ноги и бросилась в ванную. Она с ужасом посмотрела на свое отражение в зеркале "Действительно выгляжу как пугало! В самый раз чертей соблазнять в таком виде, а не эрейских принцев!" - расстроено подумала девушка и направилась в душ. Поставив воду почти на максимум, Мари встала под хлесткие струи и задумалась: "Действительно, чего я так разнервничалась? Подумаешь, переспала разок с Ником! С кем не бывает?! Тем более у меня есть веская "отмазка" для вчерашнего. Я действительно была не в себе из-за слияния с тиараном. Пора заканчивать с этими глупостями, Ник прав, незачем так переживать!" Выключив воду, она взялась за халат и снова задумалась: "Вот только почему я так расстроилась при мысли, что Ник обо мне плохо подумает?", но тут же испуганно затрясла головой: "Нет, не хочу знать ответ! Пора отсюда делать ноги! На базе мне больше делать нечего. Уеду и позабуду обо всем. А у нас дома он почти не появляется, и это просто замечательно! Решено, быстро рвем когти в Питер! И гори все ясным пламенем!"

Пока девушка билась над нелегкими путями выхода из любовного кризиса, попав под двойной удар, Ник в задумчивости бродил по столовой. "Что же мне делать с Мари? Отправить домой или еще немного подержать на базе?.. Даже не знаю. Оставить, так будет болтаться под ногами, а я занят делами под завязку, не хотелось бы лишний раз отвлекаться. Конечно, хорошо иметь в постели настоящую эрейку. Это согревает сердце воспоминаниями о доме. Немного дрессировки и из девочки вышла бы замечательная криа, хотя я не уверен, стоит ли этим заниматься, все же Мари с закидонами. Слишком уж чутко она реагирует, можно запросто увлечься и перегнуть палку, а потом разборок с Микой не избежать. Вот, крейд! Ладно, иногда импровизация - это наилучший выход. Посмотрим, как пойдут дела за завтраком", - благоразумно решил Ник, полагаясь на волю случая. Сев за стол, он нажал на кнопку вызова меню автоповара. Мысленно заслышав приближение Мари, он поднял на нее глаза. Девушка неслышно скользнула в столовую и остановилась в дверях, поежившись от его пристального внимания. Тут же вся ее напускная бравада испарилась без следа.

- Нечего торчать в дверях, изображая мисс Нерешительность. Садись и завтракай. Я спешу, а мне нужно с тобой поговорить, - холодно произнес Ник, не спуская с девушки оценивающего взгляда. Он уже позавтракал и, выйдя из-за стола, стремительно двинулся к стеклянному камину, в котором полыхало веселое буйное пламя. Оно отбрасывало на медовые полы оранжевые пляшущие блики. Мари двинулась к столу, но замерла посреди комнаты, провожая Ника восхищенным взглядом. В который раз она поразилась его скорости и изяществу движений. Сияющими глазами девушка смотрела на его стройную сильную фигуру, облаченную в любимый черный прикид, состоящий из джинсов и черной футболки. Ее сердце предательски екнуло. Ник тем временем, подойдя к камину, стал что-то сосредоточено искать на его деревянной полке, аккуратно и бережно перебирая хрупкие бесценные вещицы. Наконец, он нашел то, что искал, и повернулся лицом к Мари. Та с любопытством взглянула на его находку и увидела, что Ник держит в руках небольшую продолговатую резную шкатулку желтоватого цвета. Он снова пристально посмотрел на девушку, и та, наконец, спохватилась что стоит, открыв рот, и глазеет на него. Она быстро скользнула к столу и принялась лихорадочно заказывать себе завтрак, при этом почти не глядя, что набирает на панели автоповара. На столе появился поднос со странными блюдами. От волнения Мари перепутала меню и нажала на раздел эрейской кухни. Немного поколебавшись, она взяла со стеклянного подноса овальную черную тарелку с фиолетовыми блинчиками, которые были украшены красивыми зелеными розочками, оливками и маринованными стручками фасоли. Ник, который снова сел за стол напротив нее, терпеливо ожидая, когда девушка поест, с интересом посмотрел на ее выбор, но ничего не сказал. Налив себе кофе, Мари храбро откусила кусочек от шедевра эрейской кухни и, вытаращив глаза, замерла с открытым ртом. Мгновенно выплюнув остатки блинчика на тарелку, она выскочила из-за стола и, замахав руками, понеслась к раковине с водой. Ник рассмеялся ей вслед и нажал кнопку на меню автоповара. На подносе появился изящный бокал с ядовито-синим напитком. Быстро подойдя к девушке, согнувшейся над раковиной, он приказал:

- Сейчас же выпей до дна! И не спорь со мной!

Какое тут спорить! Мари, по лицу которой катились крупные слезы, не раздумывая, залпом выпила подозрительную жидкость и, наконец, смогла отдышаться и закрыть рот.

- Ник, гад ты этакий! Ты что не мог мне сразу сказать, что это жгучий перец!

- А ты не спрашивала, - сияя темными глазами, спокойно ответил он.

- Это нечестно с твоей стороны! Ненавижу тебя за такие штучки!

- Не тебе судить о моей чести, - неожиданно резко ответил Ник и, отвернувшись, пошел к столу. Он сел на прежнее место, обогнав Мари, и та плюхнулась на стул, сопровождаемая его неодобрительным взглядом. Но выведенная из себя девушка, больше не обращала на него внимания. Она собрала необычные эрейские блюда на поднос и мстительно зашвырнула их в жерло утилизатора, а затем, внимательно просмотрев меню, заказала себе новый завтрак. Не мудрствуя лукаво, она выбрала себе традиционную овсянку и яичницу с беконом, а затем с завидным аппетитом принялась за еду. Сидя напротив девушки Ник по-прежнему терпеливо ждал, пока она закончит со своим завтраком. И Мари, поев, снова занервничала под его неотступным задумчивым взглядом. Она опустила посуду в утилизатор и, сев на место, вопросительно уставилась на него.

- Какого черта ты меня все утро пилишь взглядами, позволь поинтересоваться? - вызывающе сказала Мари, всем своим видом демонстрируя уверенность, которой не было и в помине.

- Не груби, а то пожалеешь. Давай проясним некоторые моменты вчерашних событий, а то в твоей голове такой сумбур, что я ничего не понимаю. Что вчера произошло? Почему ты так стремительно ринулась ко мне в постель? А как же твоя великая любовь к Тьену Моррисону? Или тебя так сексуальные фантазии одолели, что стало совсем невмоготу?

- Иди ты знаешь, куда со своими дурацкими предположениями! Думай что хочешь! Да я такая сексуально озабоченная дура! Устраивает? Ну, не знаю я, зачем я к тебе приперлась! А тебе обязательно нужно быть в курсе всего? Отправь меня домой и хватит с меня этих выяснений! - закричала Мари. Вскочив на ноги, она стремительно бросилась вон. Ник успел перехватить ее только у двери. Оказавшись в тисках его рук, разъяренная Мари начала вырываться изо всех сил, а потом внезапно поникла и, прижавшись к его груди, горько расплакалась.

- Не расстраивайся Мари, первая любовь приходит и уходит. Я знаю, это звучит банально, но не ты - первая и не ты - последняя. Я понимаю тебе сейчас очень больно, но со временем и это пройдет. Есть ли тому причина или нет, но первая любовь всегда уходит - это чрезмерное половодье чувств, как вешняя вода, не может длиться вечно. Наверно иначе и невозможно, когда ты слишком идеализируешь свой предмет страсти, - сдержанно произнес Ник, наконец-то осознав, что с ней происходит. Он еще крепче прижал девушку к себе, и погладил ее по голове. На его красивом лице появилось непривычное сочувствие.

- Боюсь, что причина в тебе, - тихо сказала Мари, коротко взглянув в лицо Ника.

Тот сразу напрягся и, отстранившись, холодно спросил:

- Ты уверена? Прости, может, ты принимаешь сексуальное влечение за любовь? Ты вообще понимаешь, что между сексом и любовью существует определенная разница?

- И в чем эта разница? Скажи, - все также тихо сказала серьезная Мари, пристально глядя в замкнутое высокомерное лицо.

- Ты требуешь ответа на вопрос, который относится к философской стороне социального бытия. У любви миллион обозначений и это говорит о том, что у этого понятия вообще нет четкого определения. Как и многое в области чувств, это схематичное обозначение индивидуального восприятия, которое в каждом конкретном случае зависит от разных факторов. Иногда любовь путают с зависимостью от другого человека, но это совсем не то. Простой зависимости очень легко добиться психологическими методами. В общем, я не знаю.

- Не нужно общих понятий, скажи, что ты сам под этим подразумеваешь.

- Я уже ответил, что не знаю. Но, считаю, что логично пойти от обратного, она это то, что выходит за рамки секса.

- Как-то неясно. Ведь семья уже выходит за рамки обычного секса, но разве это - любовь?

- Не знаю, Мари! Не задавай глупых вопросов. Хотя ты меня быстро подловила на неточности определения. В общем, я считаю, что каждый сам определяет границу, за которой лежит не только голый инстинкт размножения, - ведь многим достаточно и секса и они совсем не рвутся к мифической любви.

Темные глаза пытливо заглянули ему в лицо, но натолкнулись на невозмутимо-холодную маску. Тем временем Ник напряженно размышлял. В его душе боролись противоположные чувства. Девушка нравилась ему, но она совершенно не соответствовала общепринятым эрейским представлениям об идеальной возлюбленной, и спутнице жизни, вложенным в него воспитанием. И неважно, что он остался единственным представителем своей культуры. Впитанные с молоком матери моральные нормы и критерии эрейского знатного общества никуда не исчезли и составляли неотделимую часть его натуры. Мари дернулась было уйти, но Ник удержал ее. Еще немного помолчав, он сказал:

- Прости, я увлекся своими мыслями. Возвращаясь к нашему разговору, что я хочу сказать. Ведь тебя не интересуют все эти общие измышления о любви? Ты хочешь знать, как я отношусь к тебе. Честно отвечу. Я тебя не люблю. Во всяком случае, пока, но ты мне нравишься.

Глаза девушки погасли, отстранившись, она печально сказала:

- Пусти меня, все нормально. Прости, что веду себя по-дурацки и отвлекаю тебя от дел. Я не собираюсь быть тебе обузой. Пожалуйста, отправь меня домой.

На лице Ника появилось странное выражение. Он приподнял лицо Мари и, поймав ее взгляд, властно приказал:

- Смотри мне в глаза и не смей отводить свой взор!

Расстроенная девушка потерянно заглянула в черные глаза, в глубине которых постепенно разгоралось зеленое пламя, и тут же пожалела об этом. Окружающий мир исчез, и в туманной мгле перед ее глазами возник угольно-черный ягуар. Повторялся ее прежний кошмар. Огромный зверь пристально смотрел на нее полыхающими зелеными глазами и, прижав уши, злобно скалил белоснежные клыки. Напружинившись, ягуар присел перед прыжком и в ее душе, как и тогда в Академии, вспыхнул неконтролируемый животный ужас. Она в страхе громко вскрикнула и провалилась в спасительную тьму полного беспамятства.

Окончив сеанс глубокого зондирования, Ник отнес Мари в свою спальню и уложил в кровать. Затем сел в кресло и глубоко задумался. "Несомненно, Мари влюблена в меня, тут она меня не обманывает. Вот только не знаю даже рад ли я этому обстоятельству, - Ник тяжело вздохнул. - Ах, леди Весна, все-таки ты легкомысленная особа! Ты захотела поиграть моими чувствами? Контрабандой подсунула мне свою марионетку, кстати, очень бестолковое воплощение, и решила что дело сделано? Думаешь, я у тебя в руках? Нет, милая, мне этого маловато для любви. Не знаю, получится ли что-нибудь у нас с Мари. Происходи все это на Арее в нашем королевском доме я никогда не обратил бы внимания на такую замухрышку. У девчонки нет ни вкуса, ни воспитания, присущего девушкам из знатных эрейских семейств. Но я вынужден признать, к моему великому сожалению, что она единственная настоящая эрейка в этом мире и для меня не существует другой женщины, которую я бы мог воспринять как ровню себе. Но надо заметить, леди Весна, ты могла бы быть и щедрее. Что тебе стоило подарить мне идеальную возлюбленную, такую как Лотилана, и я был бы бесконечно благодарен и счастлив... - перед глазами Ника возник туманный образ белокурой девочки, и силуэт родного дома. Его сердце тоскливо сжалось, а глаза подозрительно заблестели, но он быстро преодолел свою слабость. - Крейд, прошлого не вернешь! Хватит рвать себе душу! Как там говорится?.. Нечего ждать милостей от природы, их нужно взять самим. Как бы то ни было, но маленькую память о доме я могу себе вернуть. Если мне нужна алин знатного происхождения, значит, нужно ее создать из подручного материала, а для этого нужно просто продолжить уже начатое дело. Мари не привыкать к переделкам. Только теперь от процесса в бессознательном состоянии перейдем к вполне осознанному". Ник вскочил на ноги, и его темные глаза оживленно засверкали. Подойдя к столику, он взял в руки найденную сегодня на камине желтоватую шкатулку из слоновой кости, сплошь изукрашенную изумительным растительным орнаментом, который присущ эрейским изделиям. Юноша бережно открыл ее и, заглянув внутрь, хищно улыбнулся. "Крейд, как я об этом раньше не подумал? Ведь это доставит мне массу удовольствия! Не зря я решил поискать сегодня криту. Это знак судьбы. Решено. Оставляю Мари себе. Немного дрессуры и я сделаю из этой Золушки приличную райдиэль. И мне наплевать Лоти она или нет, потом разберемся с этой дурацкой любовью на двоих. Тем более первый этап уже миновал. Жаль, что у нее нет ребенка от Моррисона, так все было бы намного проще..."

Ник закрыл шкатулку и, поставил ее обратно на столик. Затем он бесшумно подошел к кровати и, заложив руки за спину, стал молча рассматривать спящую девушку. На его губах заиграла недобрая улыбка. Мари очнулась от своего беспамятства и открыла глаза. Заглянув в лицо Ника, она испуганно отшатнулась, и тот, опомнившись, отрешенно усмехнулся. Девушка, помедлив, ответила ему нерешительной улыбкой, и Ник, заметив ее заминку, раздраженно нахмурился. Тогда она поспешно зажмурилась, но холодный голос не дал ей спрятаться:

- Мари, хватит уже изображать из себя страуса, мне нужно с тобой поговорить.

- Я тебя прекрасно слышу и с закрытыми глазами, но я не хочу, чтобы ты меня снова загипнотизировал.

- Золотце, ты, что прогуливала лекции по медицине? Я могу запросто тебя загипнотизировать в любом состоянии, для этого мне не нужны твои открытые глаза, - голос Ника прозвучал уже значительно миролюбивее.

- Можешь продолжать издеваться надо мной при помощи гипноза, но я не хочу видеть, как ты при этом злобно на меня смотришь.

Раздался мягкий смех, и рядом прогнулась кровать. Ник перевернул ее на спину и вкрадчиво произнес:

- Не могу удержаться от такого приглашения...

Спустя некоторое время, Ник оделся и, присев на кровать к Мари, серьезно сказал:

- У меня к тебе серьезный разговор, а ты меня все утро сбиваешь с толку своими глупостями. В общем, Мари, я предлагаю тебе стать моей алин, то есть невестой.

Встрепанная и совершенно счастливая Мари бросилась к нему на шею и порывисто обняла, прижавшись к его груди. Но Ник бережно отстранил ее и сдержанно сказал:

- Подожди радоваться, дорогая! Поскольку я представляю королевский дом, хоть и в единственном числе, а ты хоть и ущербная, но эрейка, поэтому ты должна соответствовать требованиям правящего королевского дома Лета. Иначе наша семейная жизнь добром не закончится - это пожизненный контракт. Учти, я ни на йоту не отступлю от традиционного эрейского внутреннего уклада. А раз так, то тебе придется нелегко, но вы, женщины - пластичный народ. Ты должна пройти обучение, перед тем как стать моей женой. И я заранее тебя предупреждаю, что оно тебе не очень понравится. Поэтому прежде чем дать мне положительный ответ, хорошенько подумай.

- И никакая я не ущербная! Милый, я не буду думать, я сразу отвечаю тебе "да", - выпалила Мари, пропуская мимо ушей все его предостережения. Она смотрела на Ника такими сияющими глазами, что тот только неслышно вздохнул и, поцеловав девушку, негромко произнес:

- Все же я тебя очень прошу, не торопись. Это помолвка по эрейским обычаям, а ты их совсем не знаешь, впрочем, как и меня. Помни, если ты вдруг передумаешь, то не сможешь разорвать ее без моего согласия. Поняла?

- Я не понимаю, ты хочешь или нет, чтобы я приняла твое предложение? - сердито сказала Мари. - Если ты этого не хочешь, тогда незачем было его делать. Хорошо, я говорю "нет".

Ник шутливо взлохматил ее короткие волосы и так ласково посмотрел на нее, что у Мари дрогнуло сердце от затопившей ее внезапной нежности. Девушка не могла отвести глаз от ставшего в одночасье вдруг таким дорогим ей человека при этом, не очень-то понимая, что с ней творится. Она протянула руку и робко коснулась его гладкой смуглой щеки, а затем и вся потянулась к нему. Ник тихо засмеялся и, поцеловав ее ладонь, решительно отстранился:

- Э, нет, дорогая! Для этого утра уже достаточно сексуальных развлечений, мне пора браться за работу. Пока я отсутствую, ты все же что-нибудь реши насчет "да", или "нет". И кстати не бездельничай. Расспроси тиаран поподробнее о наших обычаях и начинай учить эрейский язык. Все, пока, малышка, раньше ночи меня не жди, я и так с тобой проваландался все утро. Крейд! Из меня так и лезет человеческий жаргон, надо от него срочно избавляться...

Остановившись в дверях, Ник спокойно добавил:

- Кстати, отрасти длинные волосы, чтобы у нас с тобой на этой почве не возникали недоразумения, а то рефлексы, заложенные в детстве, действуют на уровне инстинктов, их ничем не вытравить.

Мари уже спала, когда пришел Ник из своей лаборатории и разбудил ее поцелуем. Напряженно глядя в сонное лицо девушки, он тихо спросил:

- Что ты решила, дорогая?

Вместо ответа Мари крепко обняла его и поцеловала. Она почувствовала, как расслабилось тело Ника под ее руками, а затем он порывисто сжал ее в объятиях.


10