# Семейный портрет в интерьере

Алексей Петрович Бородкин

Действующие лица:


Павел Игнатьевич - состоятельный мужчина предпенсионного возраста.

Ядвига Михайловна - его жена.

Генрих Иванович - агент страховой компании. Интересный мужчина.

Грабитель.


Действие первое


Богато обставленная квартира. Прихожая. Ядвига Михайловна только что вошла, обнаружила дверь незапертой, испугалась и притихла, как мышь. Смотрит на сигнализацию - та отключена, моргает зелёным огоньком. В это время в комнате в конце коридора что-то падает, незнакомый голос сдавлено матерится.

Ядвига Михайловна на цыпочках проходит по коридору, осторожно заглядывает в комнату. Это супружеская спальня. Сумерки.

Происходит ограбление. Картина, скрывающая сейф, снята и отставлена, со стены свисает кусок оторванных обоев. Грабитель приложил к дверце сейфа медицинский стетоскоп, прислушивается, крутит барабан.

Грабитель нервничает, стучит по дверце кулаком, вслушивается изо всех сил. Лоб его покрыт испариной, на рубашке под мышками тёмные пятна.

Ядвига Михайловна (немного успокоившись) включает свет (он зажигается плавно). Грабитель отпрыгивает в сторону, хватает фомку. Размахивает ею, как саблей.


Ядвига Михайловна. Но-но! Без глупостей! Ты же не собираешься усугубить? Нет смысла менять статью за грабёж на сто пятую!


Грабитель молчит, смотрит во все глаза.

Несколько минут в комнате висит тишина. Ядвига Михайловна и Грабитель рассматривают друг друга. Ядвига Михайловна видит грязный воротничок его рубахи, на лице женщины появляется брезгливое выражение. Она замечает на кровати клетчатый пиджак Грабителя. Тоже не очень чистый и совсем не новый. Ядвига Михайловна опускает взгляд ниже и упирается глазами в брюки с "пузырями" на коленях. Грабитель ей очевидно не нравится.

Ядвига Михайловна. Херово выглядишь. На рукаве пятно, брюки давно не глажены... щетина трёхдневная... Ты совсем не следишь за собой. Я понимаю, Аллен Делон не пришел бы грабить нашу квартиру, но нечто... бельмондоподобное могло бы явиться.


Щёки грабителя покрываются румянцем. Он рассматривает пятно на рукаве, поворачивает его так, чтобы не было видно.

Грабитель. Ты идиотка? Или прикидываешься? Я вообще-то граблю вашу квартиру, если ты не заметила.

Ядвига Михайловна. Это извиняет твой неопрятный вид?


Ядвига Михайловна, избегая резких движений, садится на кровать, жестом приглашает грабителя последовать её примеру. Они сидят по противоположным углам. Грабитель по-прежнему сжимает в руке фомку, и только эта мелочь напоминает о творящемся криминале.


Грабитель. Не извиняет, но мне так удобнее. Это рабочая одежда. Малоприметный вид и... (злится) Чего я перед тобой извиняюсь? Ты тоже, знаешь, не в лучшей форме. Мешки под глазами, цвет лица землистый... помятая какая-то.

Ядвига Михайловна. Я плохо сплю в последнее время.

Грабитель. Мучает совесть?


Ядвига Михайловна показывает оттопыренный средний палец. На ногте ярко-красный кровавый лак.


Ядвига Михайловна. Ты почему не продолжаешь?

Грабитель. Не продолжаю что?


Ядвига Михайловна кивает на прореху в стене и делает жест, коим медвежатники взламывают сейфы. В конце этой маленькой пантомимы она цокает языком: "Клоц!" будто бы лопнул сейфовый замок.


Грабитель. Ты точно больная! Тебе к доктору надо. И как можно скорее. Ты - ку-ку! (вертит у виска пальцем) И даже ку-ка-ре-ку! А я не доктор, я ухожу. Прощай. Некогда мне тут с психопатами возиться...


Продолжая говорить, Грабитель собирает вещи: стягивает перчатки, суёт их в саквояж. Туда же отправляются платок и набор отмычек.

Грабитель не сводит с Ядвиги Михайловны глаз и даже старается не моргать. Женщина сидит с каменным лицом и молчит.

Закончив сборы, Грабитель по-хозяйски осматривается - ничего не забыл? - делает шаг к двери.


Ядвига Михайловна (властным сильным голосом). Стоять! Уйдешь, когда я скажу!


От неожиданности Грабитель спотыкается и хватается рукой за дверной косяк.

Ядвига Михайловна. Бери в руки инструменты и взламывай сейф!

Грабитель. Почему я должен это делать? (опять берёт в руки фомку, угрожающе ею потряхивает) А-а-а... я понял. Ты застраховала имущество и надеешься получить страховку? Ведь так?

Ядвига Михайловна (сделав на лице мину, означающую "ты сама проницательность!"). Да, ты прав. И если ты украдёшь побрякушки, я получу значительно больше их стоимости.

Грабитель. Ты или муж?

Ядвига Михайловна. Какая разница? (пожимает плечами) В любом случае, ты не останешься внакладе. Так что давай... действуй!


Некоторое время Грабитель колеблется, потом возвращается к сейфу. Достаёт стетоскоп. Надевает перчатки.


Грабитель (рассуждая сам с собой). Что я творю? Зачем? Какова побудительная причина этих неосмотрительных действий? Потому что я очень нуждаюсь в деньгах, вот почему. Нищета заела... в наше время почти невозможно прожить честно... Нет, возможно, конечно, но безденежье давит на личность, как кузнечный беспощадный пресс. Под этим давлением я теряю самоуважение, а это губительно. С одной стороны, приятно чувствовать себя честным человеком, с другой - как можно уважать себя, когда считаешь пятаки в кармане? Только поэтому я соглашаюсь на твою... (Ядвиге Михайловне) на твою авантюру.


Несколько минут Грабитель пыхтит, стараясь вскрыть сейф, потом, вытирая вспотевший лоб, просит:

Грабитель. Почему бы тебе не сказать мне шифр? У вас слишком сложный замок. Первый раз такой встречаю.

Ядвига Михайловна. Лучше старайся. Важно, чтобы всё выглядело натурально. Будет расследование, нужны улики: царапины, вмятины, следы обуви. Ты работаешь в перчатках, и это плохо. Но, полагаю, отпечатки всё же остались. Современные технологии позволяют получить отпечатки, даже если преступник работал в перчатках. Ты знал об этом?

Грабитель (решительно). Тогда я умываю руки! Катись ты со своей страховкой, знаешь куда?

Ядвига Михайловна (преграждая пути к отступлению). Даже не думай! Вернись и пробуй ещё! Я подскажу тебе первую цифру.

Грабитель. Нет!

Ядвига Михайловна. В последний раз предупреждаю!

Грабитель. Плевал я на тебя и на твои предупреждения!

Ядвига Михайловна (вынимая из сумочки маленький браунинг). Что скажешь на такой аргумент?

Грабитель (задыхаясь от возмущения). Ну ты...


Грабитель произносит нецензурное слово, Ядвига Михайловна изворачивается и ловко бьёт его в нос. Удар получается точным - брызжет кровь. Грабитель ревёт от боли и бросается на обидчицу. Пистолет отлетает в сторону, скользит по паркету.

Минут через семь, выбившись из сил и тяжело дыша, противники расползаются по углам комнаты. Платье Ядвиги Михайловны утратило ворот и пуговицы, грабитель лишился одного рукава.


Грабитель. Аферистка! Мошенница! (пытается пристроить рукав на место) Шизофреничка!

Ядвига Михайловна. Сам такой! Недоносок! Ворюга недоделанный. Сейфа он вскрыть не может! Специалист сраный.

Грабитель. Я тебя застрелю! (ищет глазами пистолет, находит, поднимает)

Ядвига Михайловна (зло смеясь). Кто? Ты? Никогда! Кишка тонка! Ты трус! Ты боишься! Ты...


Ядвига Михайловна старается придумать язвительное оскорбление, шевелит губами.

В комнату входит муж Павел Игнатьевич. Он подслеповато щурится и вращает глазами, не понимая, что случилось.


Павел Игнатьевич. Что здесь происходит, Галя? Кто этот человек?

Ядвига Михайловна. А ты не видишь? Это грабитель!


Павел Игнатьевич действует решительно, вынимает из кармана телефон и начинает набирать номер.

Грабитель вскакивает, стремится вперёд к Павлу Игнатьевичу, далеко вытянув пистолет. Павел Игнатьевич закрывается спиной, как это делают, чтобы не мешали звонку.

Выстрел.

Ещё один.

И ещё.

Павел Игнатьевич дёргается, выгибается дугой - телефон взлетает к потолку, нелепо кувыркается.

В руке Ядвиги Михайловны возникает бронзовая статуэтка; женщина позади Грабителя. Бьёт в темя. Удар всего один, но он, вне сомнений, смертелен.

Пауза. От дула пистолета вьётся дымок. Ядвига Михайловна переводит взгляд с одного трупа на другой. Выходит из комнаты, оборачивается. Из дверного проёма оглядывает поле битвы. Выражение на лице меняется, оно, будто бы разглаживается.

Слышно, как Ядвига Михайловна набирает из другой комнаты номер телефона, нервическим голосом сообщает полиции о преступлении.


занавес

Действие второе


Гостиная того же дома, обставлена шикарно и со вкусом. Несколько картин (пейзажей) составляют впечатление, что за окнами - итальянский пейзаж. Море с парусом, фрагмент набережной и виноградник до горизонта.

Ядвига Михайловна ходит по комнате с бокалом коктейля, плечом прижимает к уху телефон. На ней халат и замшевые домашние туфельки.


Ядвига Михайловна (в телефон). Сплошная волокита. Бардак! Просто бардельерро! Как в стране, так и в полиции! А что ты хотела? Думаешь, там кандидаты наук работают? Деревенщина! Да... да... Бестолочи! Нет... Как чувствую? Смешанные чувства, знаешь такой анекдот? Ха-ха. Ну, когда тёща летит в пропасть в новой машине? Ха-ха! Нет... нет... нет... Хочется к морю! К настоящему морю, на белый песок... Нет, здесь такого не найти. Какие курорты в этой стране? Хаос и хлам! Совсем другое дело, когда темнокожий мужчина массирует тебе стопы... м-м-м-м...


В дверь раздаётся звонок.

Ядвига Михайловна. Мама, я тебе перезвоню. Да-да. Что? Нет, кто-то пришел. Вероятно рабочий. Мастер. Я хочу переделать спальню. Пока-пока! Береги себя. Целую!


Идёт в прихожую. Щелкает замок, в комнате появляется Генрих Иванович.

Ядвига Михайловна. Вы будете снимать замеры? Позвольте я вас провожу.


Идут в спальню. На полу - едва заметно - видны контуры тел. На обоях - несколько побуревших кровавых капель.


Ядвига Михайловна. Значит так. Будем переклеивать обои - это однозначно. Паркет... паркет я думаю, менять нет смысла. Его нужно как следует отциклевать. Можете предложить новую люстру... или бра... или точечные светильники... можем сменить освещение, если ваш дизайнер предложит что-нибудь интересное. Пас вульгаритэ, как говорят французы. У вас хороший дизайнер?

Генрих Иванович (задумываясь). Полагаю, он мастер своего дела. Вот только, я бы не называл его дизайнером. Скорее он волк.

Ядвига Михайловна. Волк?

Генрих Иванович. Тигр. Зубр. Хват. Стальные когти, бешеная хватка. Удав. (Ядвига Михайловна выглядит растерянной, Генрих Иванович поясняет) Вы, вероятно, приняли меня за другого, мадам. Я агент страховой компании. Расследую ваше дело.

Ядвига Михайловна (удивлённо). А разве полицейского расследования недостаточно?

Генрих Иванович. Ваш муж был застрахован на очень крупную сумму... Директорат нашей фирмы хочет быть уверен... Полиция, конечно, провела расследование, но...

Ядвига Михайловна. Что но?

Генрих Иванович. Мне бы хотелось прояснить кое-какие моменты.

Ядвига Михайловна (волнуясь). Я не желаю ничего прояснять! Вот ещё новости! Я несколько раз давала показания в полиции! С меня сняли отпечатки и... и... и вообще мне неприятна эта тема!

Генрих Иванович. Виноват. Таковы правила.

Ядвига Михайловна. А что если я откажусь? Что тогда?

Генрих Иванович (пожимая плечами). Формально у нас нет повода для отказа в выплатах. Но у компании есть механизмы, чтобы откладывать их бесконечно долго. Мы имеем право инициировать собственное полноценное расследование. Это месяцев восемь. Затем мы обратимся в суд. Его мы, конечно, проиграем, но это ещё полгода волокиты и повод подать апелляцию, на которую ответчик не явится (ибо повестка затеряется) и ещё двенадцать месяцев у нас в кармане...

Ядвига Михайловна. Вы - стяжатель. (Закуривает длинную тонкую сигарету) Валяйте, спрашивайте, чего вы хотели!

Генрих Иванович. Всего пара вопросов, я не отниму у вас много времени! Я прочёл полицейский отчёт. В принципе, дело прозрачное за несколькими нюансами.

Ядвига Михайловна. А именно?

Генрих Иванович. Например, пистолет.

Ядвига Михайловна. Пистолет?

Генрих Иванович. Я поднял досье вашего Грабителя. Это был культурный, высокообразованный человек. Я бы сказал, мастер своего дела. Зачем ему пистолет? Зачем грабителю пистолет? Это нонсенс!

Ядвига Михайловна. Вы невнимательно читали отчёт. Пистолет принадлежал моему покойному мужу. Грабитель нашел его в тумбочке.

Генрих Иванович. А разве не положено хранить оружие в сейфе?

Ядвига Михайловна. Положено, но мой покойный супруг пренебрегал этим правилом.

Генрих Иванович. Пусть так. Тумбочка, естественно, запиралась на замок?

Ядвига Михайловна. Естественно!


Генрих Иванович подходит к тумбочке, осматривает её. Несколько раз выдвигает и задвигает ящик, сквозь увеличительное стекло рассматривает замок.


Генрих Иванович. Здесь нет следов взлома.

Ядвига Михайловна. Это тоже естественно. Павлиашвилли не запер тумбочку!

Генрих Иванович. Павлиашвилли?

Ядвига Михайловна (раздражённо). Так я звала своего мужа. У Паши были родственники в Грузии. Он там работал какое-то время... в общем... не важно...

Генрих Иванович. Допускаю, что ваш Павлиашвилли работал в Грузии, и даже верю, что он не запер ящик тумбочки, в который положил предусмотрительно заряженный пистолет. Это его личное дело. Однако я не возьму в толк, зачем грабитель полез в эту тумбочку?

Ядвига Михайловна. Ну... я не знаю. Хотел что-нибудь украсть...

Генрих Иванович. Вы, вероятно, не представляете себе работу домушника такого высокого класса. Его быт, если хотите, ибо быт и работа таких специалистов неразрывно связаны. Грабитель тщательно готовился к преступлению. Изучил ваши повадки и распорядок дня. Готовил варианты отхода в непредвиденной ситуации. Заранее обеспечил себе алиби. И уж, естественно, он знал, что именно хочет украсть, и где это лежит.

Ядвига Михайловна. Тоже мне, гений криминального мира! За полчаса сейфа вскрыть не сумел!

Генрих Иванович (цепко). Откуда вам это известно?

Ядвига Михайловна (смущаясь). Я так предполагаю. Ведь сейф он не открыл?

Генрих Иванович. Не открыл. Исходя из ваших показаний, ваш муж и вы ему помешали.

Ядвига Михайловна. Именно так и случилось.

Генрих Иванович (задумчиво). Так и случилось... Скажите, вы не знаете, почему грабитель выбрал именно вашу квартиру?

Ядвига Михайловна. Откуда я могу это знать? Вы же не думаете, что я сообщила ему адрес и код сигнализации?

Генрих Иванович. Нет, так я не думаю, однако я провёл маленькое... хотел сказать расследование, но вижу, это слово вас нервирует, посему скажу "маленькое исследование". Так вот, я провёл маленькое исследование в Интернете. Четыре месяца назад, на некоторых женских форумах появилась Лапуля... это ник такой... иными словами имя или кличка. (Ядвига Михайловна кивает, что поняла и Генрих Иванович продолжает) Эта Лапуля обсуждала с приятельницами по форуму драгоценности, хвасталась дорогими обновками и, между делом, сетовала, что сейф её мужа совсем ненадёжен.

Ядвига Михайловна. Ах, женская неосмотрительность! Раньше мы доверяли мужчинам, и они нас обманывали. Теперь нас обманывает Интернет...

Генрих Иванович. Как бы ни так. Кто тут кого обманывает, нам ещё предстоит разобраться. Так вот, Лапуля хвасталась на обилие драгоценностей и сетовала на плохую их охрану. А потом вдруг, на параллельной ветке форума она дала свой домашний адрес.


Генрих Иванович вопросительно смотрит на Ядвигу Михайловну, та кокетливо пожимает плечами. Халат сползает, появляется обнаженное плечико. Бархатная кожа прекрасно дополняет амурную свежесть спальни.


Ядвига Михайловна. Женская неосмотрительность, только и всего. А почему вы мне это рассказываете? Какое я имею отно...

Генрих Иванович (перебивая). Оставьте ваши штучки! Вы прекрасно понимаете почему! Она дала ваш почтовый адрес, и... и не отпирайтесь, Лапуля - это вы. Ай-пи адрес это тоже подтвердит, если проверить! В этом я уверен.

Ядвига Михайловна. Я и не собираюсь отпираться! Зачем мне это? Я не сделала ничего противозаконного. Вы всё время меня в чём-то подозреваете! Как будто я... мошенница какая-то!


На полочке стоят семейные фотографии в разномастных рамках. На одной фотографии Ядвига Михайловна и Павел Игнатьевич, улыбаясь, смотрят друг на друга. Генрих Иванович приглядывается к этой фотографии.


Генрих Иванович. Удачный снимок. Супруги смотрят в глаза друг другу.

Ядвига Михайловна. Согласна. Здесь я свежа.

Генрих Иванович. Когда смотришь в глаза, невозможно обмануть, ведь так?

Ядвига Михайловна. Вы правы.

Генрих Иванович. Эта фотография стоит здесь недавно. Не запылилась, как другие, и цвета ещё не поблекли.

Ядвига Михайловна. Я поставила её с месяц назад. Чтобы оживить наши чувства.

Генрих Иванович. Понимаю.

Ядвига Михайловна. Супружеская жизнь... сложна и многогранна. Иногда требуется напоминать мужчине, что он супруг и отец семейства. Это возвышенная должность, данная ему богом...

Генрих Иванович. Вернёмся к нашим баранам. У меня есть третий вопрос. Ваш муж был застрахован на очень крупную сумму - мы это знаем. Причём его застраховали вы! (Генрих Иванович поднимает руку, становится похож на древнеримского патриция) Вы застраховали мужа без его присутствия. Выступили в качестве страхователя, оплатили страховой взнос. Кроме того, вы - главный выгодоприобретатель в случае смерти Павла Игнатьевича. Возникает вопрос, знал ли муж о страховке?

Ядвига Михайловна. Конечно знал, что за глупости? Откуда такие мрачные мысли, Генрих Иванович? Пойдёмте лучше выпьем чаю. . А ещё лучше тяпнем коньячку, у меня замечательный коньяк, знаете ли. Его присылали Павлиашвилли из Грузии.


Генрих Иванович смотрит на Ядвигу Михайловну с подозрением, потом подозрение сменяется интересом: что за птица перед ним? Неожиданно он соглашается, и они перемещаются на кухню.

Ядвига Михайловна наливает коньяк; стукаются рюмочки. Ядвига Михайловна выпивает и машет перед раскрытым ртом ладошкой, глаза её наполняются слезами. Она ужасно мила в этот момент. Генрих Иванович посасывает дольку лимона, украдкой поглядывает на хозяйку.


Генрих Иванович. Мне кажется, вы недооценивали вашего мужа.

Ядвига Михайловна (удивлённо). Да? А в чём?

Генрих Иванович. Он догадывался о ваших... шалостях. Более того, он о них знал. Павел Игнатьевич нанял частного детектива, чтобы следить за вами.

Ядвига Михайловна. Да? Вот это мило! Следить за мной? За самой честной женщиной этой планеты? Как низко!

Генрих Иванович. Я беседовал с детективом.

Ядвига Михайловна. И что он рассказал?

Генрих Иванович. Ничего. Почти ничего интересного. Где вы бываете, с кем встречаетесь, прочие бытовые подробности. К делу они не имеют отношения.

Ядвига Михайловна. Вы правы, личная жизнь это... (старается подобрать слово).

Генрих Иванович (неожиданно). А хотите, я вам расскажу, что произошло на самом деле?

Ядвига Михайловна. Сделайте такое одолжение.

Генрих Иванович. Восемь месяцев назад, вы решили избавиться от супруга. Причин такого решения я не знаю, они меня не касаются. Быть может, он вам изменял?

Ядвига Михайловна. Изменял? Это слово здесь не уместно. Павлиашвилли не пропускал ни одной юбки из доступного окружения. Он говорил, что уезжает в командировки, а сам блядовал в третьесортных отелях. Ему даже не хватало фантазии придумать что-то возбуждающее, оригинальное, яркое. Нет, он был животным до мозга костей! Ему нужен был занюханный отель, шлюха в грязной постели и секс такого же качества!

Генрих Иванович. Вы застраховали своего мужа, и стали готовить его... гибель. Заказать мужа киллеру дорого, да и небезопасно. Можно стать жертвой шантажа. Найти хорошего киллера тоже непростая задачка. Тогда вы придумали план с ограблением. Как говорил Папанов в "Бриллиантовой руке" это дёшево, надёжно и практично. Вы закинули приманку - стали щебетать по форумам, намекать, что ограбить вас проще пареной репы.

Ядвига Михайловна. Я такого не говорила. Вы всё выдумали.

Генрих Иванович. Естественно это было произнесено иносказательно. Однако сложить два плюс два несложно.

Оставалось только ждать. И вот, наконец, Грабитель явился в ваш дом. Первую половину плана можно было считать выполненной. Оставалось только дождаться мужа и застрелить его. Потом убить грабителя.

Ядвига Михайловна. Чушь!

Генрих Иванович. Или Грабителя вы убили первым? А потом застрелили мужа?

Ядвига Михайловна. Бред! Пьяный бред! Вам нельзя пить, Генрих Иванович!

Ядвига Михайловна наполняет рюмки. Выпивают молча.


Генрих Иванович (продолжая). Когда вы заметили, что за домом кто-то следит, вы поняли, что Грабитель клюнул. Он следил за домом, а вы приглядывали за ним.

Ядвига Михайловна. Полнейшая чушь!

Генрих Иванович. Теперь нужно было организовать рандеву всем троим участникам представления. Для этого необходимо отключить сигнализацию. Вернее устроить так, будто бы её забыли включить. Например, таким способом: утром вы сказали мужу, что забыли косметичку, и пока он ждал в машине, сбегали домой. Отключили сигнализацию и упорхнули "забыв" её включить. Простенько и со вкусом. Я прав?

Ядвига Михайловна. Ах, милый агент Генрих Иванович! Вы так же далеки от истины, как Марс от Венеры!

Генрих Иванович. Про сигнализацию я ещё уточню, я отправил запрос в охранное предприятие. Идём далее. Грабитель следил за квартирой ежедневно, практически беспрерывно. Почувствовав удобный случай, он вскрыл замки...

Ядвига Михайловна (саркастически). Неужели это сделал он? Я думала, вы станете утверждать, что замки вскрыла тоже я.

Генрих Иванович. Ну что вы! Вскрыть замки для домушника - пара пустяков. Ах да, совсем запамятовал, на вас были синяки, и Грабитель получил ссадины. Значит, была борьба. Значит, первым вы убили его.

Ядвига Михайловна. Вы гений сыска. У попа была собака, он её убил. Она съела кусок мяса, он её любил.

Генрих Иванович. Наоборот. Сперва съела, а потом была убита.

Ядвига Михайловна. Значит так, дорогой мой фантазёр. Сейчас мы выпьем ещё по одной. На посошок. А потом вы уйдёте, и я забуду о вашем существовании. Идёт?

Генрих Иванович. Идёт.


Выпивают.

Генрих Иванович (мимоходом). Я сообщу в полиции о своих выводах. Думаю, это их заинтересует. Скорых выплат по страховому случаю не ждите. Дело об убийстве будет отправлено на дорасследование.

Ядвига Михайловна. Сколько угодно!

Генрих Иванович. Как советуют бывалые люди, сушите сухари.

Ядвига Михайловна. Сам суши. Болван!

Генрих Иванович. И ещё одно. (Играючи тянет за кончик пояса, узел халата развязывается "Упс!") Ваш муж установил в квартире скрытую камеру. По рекомендации частного детектива.


Повисает пауза. Оба внимательно смотрят за реакцией противника. Ядвига Михайловна не выдерживает первой.

Ядвига Михайловна. Чего ты хочешь? Секса?

Генрих Иванович. Разобраться.

Ядвига Михайловна. Пшел вон!


Генрих Иванович делает неприличный жест, перекинув ладонь левой руки через локоть правой.

Ядвига Михайловна. Я полицию вызову!

Генрих Иванович. Валяй. Они найдут камеру и составят протокол. Сядешь по полной.


Ядвига Михайловна бросается в спальню, Генрих Иванович бежит за ней.

Соперники пихают друг друга локтями, огрызаются, бросают колкости и оскорбления. В комнате начинается беспорядочный шмон.

Ядвига Михайловна. Не смей прикасаться к моим вещам, подонок!

Генрих Иванович. Заткнись, мымра!

Ядвига Михайловна. Чтоб у тебя руки отсохли!

Генрих Иванович. Чего вдруг?

Ядвига Михайловна. Ты хочешь засадить невиновного человека!

Генрих Иванович. Если ты невиновна, тебе нечего бояться.

Ядвига Михайловна. Ублюдок!

Генрих Иванович. Пигалица!


Грудь Ядвиги Михайловны вздымается, волосы растрепались, во все щёки алеет румянец. Она привлекательна, но Генрих Иванович этого не замечает. Он обшаривает углы, простукивает стены, опрокидывает мебель.


Генрих Иванович. Нашел! Вот она! Моя ты маленькая!


За семейной фотографией прилеплена камера. Генрих Иванович целует фотографию и прижимает к груди.

В руке Ядвиги Михайловны возникает пистолет.


Генрих Иванович. Откуда оружие?

Ядвига Михайловна. Полиция вернула. На него есть разрешение.

Генрих Иванович. Вот олухи! Разрешение не имеет силы. Владелец убит.

Ядвига Михайловна. Не важно. Это частная собственность. Отдай камеру.

Генрих Иванович. Не отдам.

Ядвига Михайловна. Тогда я застрелю тебя.

Генрих Иванович. Ты этого не сделаешь.

Ядвига Михайловна. Почему?

Генрих Иванович. Это докажет, что ты убийца. Потянешь за двойное убийство. В смысле, за тройное.


Через несколько минут пререканий, Ядвига Михайловна приносит ноутбук, к нему подключают камеру и начинается просмотр.

Кадр неудачен. Камера была установлена не лучшим образом - видна только часть комнаты. Звука нет.

Возникают и исчезают фигуры. Генрих Иванович передвигает движок на день убийства.

Некоторое время в кадре ничего не происходит, мелькает Грабитель, входящий в комнату, появляется Ядвига Михайловна. Потом в спальню входит Павел Игнатьевич. Он берёт телефон, отворачивается. Появляется мужская рука (вне сомнений, это рука Грабителя), пистолет беззвучно и потому особенно жутко гавкает выстрелами.

Павел Игнатьевич падает. Рядом падает Грабитель. Проносится тень Ядвиги Михайловны, выходящей из комнаты.

Генрих Иванович дважды просматривает запись. Гоняет движок туда-сюда. Он разочарован и подавлен.


Ядвига Михайловна. Убедился?

Генрих Иванович (досадливо). Да уж...

Ядвига Михайловна. Тогда вали отсюда.

Генрих Иванович. Будет вам сердиться, Ядвига Михайловна! Я человек подневольный, делал свою работу.

Ядвига Михайловна. Ты жлоб и невоспитанный тип!

Генрих Иванович. Я просто хотел разобраться.

Ядвига Михайловна. Разобрался? Теперь уходи!


Генрих Иванович повторно собирает вещи. Оглядывается.

Генрих Иванович (виновато). Я постараюсь написать отчёт сегодня-завтра. Не думаю, что будут проволочки. В качестве моральной компенсации, я лично переговорю с исполнительным директором, вам перечислят всю сумму сразу.

Ядвига Михайловна (с видом оскорблённой добродетели). Надеюсь на вашу порядочность, Генрих.

Генрих Иванович. Можете не сомневаться! Я убедился в вашей невиновности, а потому... потому... (машет рукой). Прощайте, Ядвига Михайловна!

Ядвига Михайловна. Прощайте!


занавес


Действие третье


Та же гостиная, тот же дом. Итальянские пейзажи на стенах.

Ядвига Михайловна ходит с бокалом коктейля, плечом прижимает к уху телефон. На ней халат и замшевые домашние туфли.

Со времени визита страхового агента ничего не изменилось.

Ядвига Михайловна (в телефон). Да, всё обошлось. Нет-нет, ничего страшного. Хлопоты, волокита, бездари кругом, а так - ничего. Нет... нет... да... нет... Бездарности правят этим миром! А как ты хотела?

О чём ты говоришь? Кому в наше время можно доверять? Мужикам? Не смеши меня! Всё приходится делать самой! ВСЁ!

Осёл Павлиашвилли только трахаться умел... Нет, делал это паршиво! Что?.. О чём ты говоришь?..

Поставил! Конечно поставил... Ха-ха, этот осёл прилепил её в гостиной. Чем думал? Задницей, конечно, ха-ха, ты разве сомневалась? Нижними полушариями своего мозга. Ха-ха.

Нет... нет... Я нашла. Неужели я в своём доме не найду? Да... Переставила в спальню за семейный портрет. Проковыряла в фотографии дырочку - ма-аленькую! - и воткнула туда камеру. Как тебе идея?.. Почему?.. Чего ради?.. Мама, не говори глупостей. Какое порно? Я повернула её так, чтобы самое интересное оставалось за кадром и отключила звук...

Чего ты не понимаешь? Что значит "самое интересное"? Самое интересное, означает самое интересное... Нет... нет... Конечно я не виновна! Железное алиби! Броня!.. Страховку уже получила. Да... Что значит, сомневаешься в правосудии? А я не сомневаюсь. Откуда такая уверенность?

Потому что самое интересное всегда остаётся за кадром.


занавес