Я ни в коей мере не утверждаю, что всё, о чём будет сейчас рассказано, происходило на самом деле. Я только говорю, что сам я ничего не выдумал. Ну, или если быть совсем точным - почти ничего. Этой историей повеселил меня мой друг, имя которого я на всякий случай называть не буду, и который долго ссылался на какого-то своего мифического приятеля. Правда, потом, находясь под расслабляющим воздействием алкоголя, он утратил бдительность и проговорился, что случилось это именно с ним. Я не воспользуюсь его оплошностью и перескажу эту историю не про него, а про этого абстрактного знакомого. Итак...

Один молодой человек познакомился с девушкой. Девушка была хорошая и очень ему нравилась. Не то чтобы этот молодой человек был робок и застенчив, просто, не имея еще достаточного опыта, он не спешил форсировать события и наслаждался романтической фазой их знакомства. Они часами гуляли по дивному городу Петра, который, впрочем, тогда носил имя пусть и не святого, но в те времена еще великого Ленина. Они упивались долгими разговорами обо всём и быстротечным очарованием мокрой питерской осени, ходили в музеи и получали эстетическое удовольствие в театрах.

Однажды он пригласил её в кино. На экраны как раз вышел очередной советский вестерн, снятый по мотивам гражданской войны, в котором хорошие красные и нехорошие белые, разведенные порывистыми ветрами революции по разные стороны фронтов, сошлись в жестокой схватке не на жизнь, а на счастье всего человечества. Перед сеансом наш молодой человек сводил девушку в кафешку (благо, что старорежимные цены позволяли иногда и студентам ходить в рестораны), где они немного перекусили. Уже входя в зал, юноша почувствовал в организме неладное, но значения этому не придал. Как показали дальнейшие события, совершенно напрасно.

Свет погас, и сеанс начался. На экране непримиримые враги, потрясая маузерами и шашками, гонялись друг за другом на конях и пуляли друг в друга из наганов и "максимов", а в это время салатик, съеденный нашим героем, тоже затеял революцию в отдельно взятом животе. Видимо, цены общепита в полной мере соответствовали качеству блюд. На первых порах урчание удавалось скрывать за топотом копыт, пулеметной пальбой и задорными криками "Врешь, не возьмешь!". Но к моменту лирического затишья на фронтах гражданской войны процессы, происходящие в животе, стали выходить из-под контроля. Чтобы скрыть усиливающееся урчание, наш молодой человек начал ерзать и потихоньку кряхтеть. Девушка, конечно же, обратила внимание на странное поведение своего кавалера, но причину этого понять не смогла и поэтому деликатно сделала вид, что ничего не заметила.

Тем временем бои на экране продолжились, а революция в животе перешла в решающую фазу. И вот когда удерживать в себе ее плоды стало уже совсем невозможным, юноша - видит бог, не по своей воле! - осторожно, потихонечку стравил лишнее давление. Или, как говорят в народе - пустил "шипунка". Атмосфера в зале тотчас потеряла свою свежесть.

Через непродолжительное время люди вокруг зашевелились. Наш герой, расчетливо выдержав паузу, наклонился к своей девушке и прошептал:

- Пойдем отсюда! Тут не возможно сидеть!

Та возражать не стала, тем боле, что находиться там действительно стало невозможным, и они вышли на свежий воздух.

Вечер был безвозвратно испорчен, и юноша загрустил. Видя это, но снова не понимая причины, девушка взяла инициативу в свои руки.

- А поехали ко мне, - негромко сказала она, и как бы смущаясь, добавила: - Мои предки на дачу на выходные укатили.

Это заманчивое предложение сразу как-то оживило парня, и о своих физиологических проблемах он тут же забыл. Пока они ехали в автобусе, он вдохновенно что-то рассказывал своей подружке, смеялся, стараясь до поры до времени не подпускать возбуждающую мысль о предстоящем вечере. Коварный организм напомнил о себе, когда они уже подходили к дому.

Отвлеченный заманчивым предложением девушки, наш герой не заметил, что революционные процессы в его животе продолжали нарастать. Переполненный волнением, он вдруг обнаружил, что и утроба его снова оказалась переполнена результатами этих процессов. А в столь позднее время на пустынной улице сваливать вину за испорченную атмосферу было совершенно не на кого. Да и само выпускание на свободу тяжелых ветров перемен сопрягалось теперь с большим риском соответствующих звуковых эффектов. Поэтому парень стоически терпел. А что же ему еще оставалось делать?

Спасение он видел только в одном - дотерпеть до квартиры, дострадать до туалета, а там под прикрытием шумного унитазного потока разрядить революционную ситуацию в организме.

Девушка как назло домой не спешила. Парню с трудом приходилось сдерживать шаг. Разговор снова разладился. Наконец они зашли в подъезд.

Как нарочно лифт оказался занятым. Конечно, гораздо быстрее можно было бы подняться по лестнице, но даже и предложить такое бедный юноша не рискнул и вовсе не из-за трепетного отношения к своей возлюбленной, а просто, потому что боялся неосторожным движением выпустить ситуацию из-под контроля. Любой неверный шаг грозил теперь катастрофой. Через невероятно долгие минуты нетерпеливого ожидания лифт все-таки приехал. На восьмой этаж он поднимался целую вечность. Мысленно торопя его движение, парень с ужасом ожидал резкой остановки.

Остановка на самом деле получилась неожиданной, но ценой невероятных усилий юноша сумел сдержаться. Долго и медленно девушка искала в сумочке ключи. Долго и медленно она открывала дверь. Наконец все осталось позади, и они зашли в квартиру. И вот, когда до спасения оставалось всего несколько шагов, произошло то, на что несчастный парень никак не рассчитывал.

- Проходи в комнату. Я сейчас, - сказала девушка и направилась... в туалет.

Больше терпеть он уже не мог. С невероятным усилием дождавшись, пока она скроется в обманувшем его надежды помещении, он влетел в комнату и, едва закрыв за собой дверь, уже ни о чем не думая, разрядился так мощно и так громогласно, что в серванте зазвенел хрусталь. Сколько отчаяния и, вместе с тем, сколько триумфа и радости было в этом звуке!

Атмосфера в комнате мгновенно перестала располагать к романтическому вечеру. С минуту на минуту в комнату могла зайти возлюбленная. Вместо любви его ждал стыд и позор. И тогда решение пришло мгновенно.

Парень подскочил к окну, распахнул его, сорвал с себя пиджак и, что есть силы размахивая им над головой, начал интенсивно гонять в пространстве воздушные массы.

Уже зашумела вода в туалете, уже щелкнул выключатель и открылся кран в ванной комнате, а воздух все еще продолжал хранить предательские следы революционно-гастрономических ветров. Сотворив невозможное, парень удвоил скорость вращения. И когда ручка двери опустилась, а сама дверь, чуть скрипнув, начала открываться, воздух уже не столь явно выдавал только что здесь произошедшее. Находчивый юноша едва успел остановить свои вентиляторные движения, когда в комнату зашла девушка.

- А что ты в темноте сидишь? - негромко спросила она.

Щёлкнул выключатель, и комната залилась светом. На разостланном диване, натянув до подбородков одеяло, в ужасе вытаращив глаза, лежали в предынфарктном состоянии мама и папа, так не вовремя вернувшиеся с дачи.