Бродских Татьяна: другие произведения.

На краю разбитого мира

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
  • Аннотация:
    Постапокалипсис, пишется в часы плохого настроения. Не любовный роман. Обновление от 29.03


   На краю разбитого мира.
  
  
  
   Глава 1
  
   Тридцатое мая для семьи Семеновых началось неожиданно и бурно. Под утро кошка Васька устроила дикий ор, она металась по комнатам, скреблась во входную и балконную двери, шипела и кусалась, когда её пытались поймать. И это спокойное домашнее животное, которое даже в бытность свою котенком никогда не пакостила, и вела флегматичный образ жизни диванной подушки. Первая мысль домочадцев была о бешенстве , но где Васька могла его подхватить? Вторая мысль появилась после звонка подруги, причем подруги, любящей поспать подольше, тем сильнее было удивление Тамары , хозяйки дома, когда она увидела определившийся номер телефона.
   - Томочка, тут у нас такое творится, мои коты совсем взбесились. Я не знаю, что делать, у тебя нет телефона круглосуточной ветслужбы? Я бы сама поискала, но интернет зараза не работает, я и до тебя с трудом дозвонилась, какие-то проблемы на линии. Что за жизнь, как проблемы так все разом, я тебе про Петра рассказывала? - затараторила Света, она же Светлана Иванова, лучшая подруга Тамары и бывшая одноклассница. Светлана была общительной женщиной, веселой, яркой, но ей катастрофически не везло с мужчинами. От двух замужеств у неё остались десятилетний сын и два кота.
   - Свет, у меня та же проблема, да не с Петром, о чем ты говоришь, - Тома перехватила подозрительный взгляд мужа. - С кошкой проблема, может вирус какой? Я сейчас поищу телефон и перезвоню тебе.
   Тамаре не хотелось долго разговаривать, пять утра не располагает к разговорам о бывших любовниках подруги.
   Дети воспринимали происходящее, как игру, и принимали в ловле кошки не последнее участие. Действительно, когда еще можно с разрешения родителей носиться с топотом по комнатам, по пути сшибая предметы.
   Наконец-то, Васька с трудом упакованная в кошачью переноску, была водворена в кладовку, она уже не просто мяукала, она разразилась хрипящим ревом , за стеной ей подвывала соседская собака. Тамара переживала, как она будет объясняться с соседями, наверняка они своим шумом разбудили половину дома, но соседи ругаться пока не приходили, даже пенсионерка с первого этажа. Еще одна странность в это утро, потому что Лидия Петровна ругалась по поводу и без, и дети топают, и громко работает смыв в унитазе, ночью она от него просыпается, и сама Тамара сильно душится духами, а у Лидии Петровны на них аллергия. И так далее, и тому подобное, она измучила своими придирками весь подъезд, большинство её просто посылали подальше, но Тома была хорошо воспитанная и тактичная, она не могла обругать пожилого человека.
   - Мама, а нам говорили в школе, что перед землетрясением собаки и кошки стремятся покинуть помещение, - дочь Томы закончила третий класс с отличием, и была очень серьезным и начитанным ребенком. - Может Васька так нас предупреждает?
   - Алина, возьми брата, и идите одеваться, - отправив детей, Тома повернулась к задумчивому Сергею. - Думаешь, началось?
   Это была их шутка на протяжении года, когда после ажиотажа в прессе на тему конца света, только ленивый, об этом не задумывался. В прошлом году незадолго до очередного "конца", Сергей забрел на сайт выживальщиков, и теперь периодически туда захаживал. После этого в доме появился тревожный рюкзак, палатка, спальник, отдельная аптечка с лекарствами первой помощи. Тамара не была против такого увлечения мужа, тем более до паранойи оно не доходило.
   - Раз уж мы все равно не спим, может, прогуляемся на сопку, встретим рассвет, представляешь, как дети обрадуются незапланированному походу, - она с надеждой смотрела на мужа, Тома волновалась и беспокоилась, что если дочка права, но ей было неудобно признаться в этом даже себе.
   - Тома, что ты все вокруг да около, так и скажи, что боишься, - раздраженно бросил Сергей, то что одиннадцать лет назад привлекло его в Тамаре, сейчас бесило. Тогда она была юная восемнадцатилетняя девушка, сразу после школы, нежная, наивная, покладистая. На её фоне он двадцатипятилетний сложившийся мужчина, чувствовал себя сильным, ответственным. Он бы хотел видеть жену более эмоциональной, да хотя бы как её подруга Светка, усилием воли Сергей подавил некстати нахлынувшие воспоминания пятилетней давности. Тамара была на последних месяцах беременности и лежала на сохранении, Света захаживала проведать крестницу. Вот тогда и случился их кратковременный и бурный роман, нет, уходить из семьи Сергей не собирался, одно дело яркие впечатления, другое жить как на краю вулкана, да еще и растить чужого ребенка.
   Иногда ему хотелось, чтобы жена закатила истерику, разбила посуду, когда он возвращался поздно домой, с запахом чужих духов на одежде. Не то чтобы он ей часто изменял, а после Светки вообще никого кроме жены у него не было. Он просто задерживался по работе, а перед уходом брал духи секретарши и брызгал на одежду, он добивался проявления ревности, а получал только тихие слезы в подушку, да и те пару лет как прекратились. Тома отдалилась, ушла в себя, в детей, в работу, все чаще она ложилась спать, не дожидаясь его. Последнее время Сергей стал подозревать её в неверности, хотел нанять детектива, он обращал внимание, что жена выглядит моложе своего возраста, и больше двадцати пяти ей было не дать. Тогда как он в тридцать шесть полысел и оплыл, живот еще не мешал видеть главное достоинство, но был на грани.
   - Да боюсь, разве не для такого случая ты собирал "тревожный рюкзак", покупал палатку и спальники, просиживал ночами на форумах выживальщиков? - Сергей забыл, что хоть Тома и была большей частью покладистой и незаметной, но иногда умела настоять на своем, твердо и непреклонно. Так было с учебой , Сергей хотел чтобы она бросила институт, когда забеременела, но Тома до последнего ходила на лекции, а после родов перевелась на заочный, даже не беря академический отпуск. Так было с покупкой квартиры, которую Сергей по совету друзей, собирался оформить на себя, и тогда жена настояла на своем, буквально заставив, включить в совладельцы не только себя, но и детей. Тогда Сергей лишился хорошего способа давления на жену, раньше он мог сказать: "Не нравится, иди, живи к маме".
   - Мне сегодня на работу, я не собираюсь с вами таскаться по сопкам ночью. Подумай, что скажут соседи, тебя же всегда заботило общественное мнение, - язвительно заявил он, направляясь в спальню, намереваясь поспать перед работой часа два.
   "Но не сегодня", - подумала Тамара, одеваясь и собирая вещи, в принципе ничего с собой она брать, не хотела, только документы. Но прибежали дети, услышавшие окончание разговора про "поход", и пришлось брать тот самый рюкзак, благо небольшой, палатку и один спальник, вдруг дети утомятся и захотят поспать, так же прихватили переноску с кошкой. Наверно, еще два года назад Тома залилась бы слезами, но уговорила бы мужа пойти с ними, сейчас ей было все равно, он сам сделал так, что ничего в сердце не дрогнуло, когда она представила, что он может погибнуть, сегодня или завтра. Надо было развестись еще пять лет назад, он до сих пор думает, что Тамара не знает о его романе. Она не стала выяснять кто эта женщина, тем более их отношения не продлились долго, а надо было выяснить и развестись, но тогда она еще его любила. Да и мать с детства внушала ей, что у детей должен быть отец, если уж сделала глупость, родила от него детей, то терпи. И Тамара терпела, любила, прощала, пока в один из дней не поняла, что ей все равно.
   Подъем на сопку не занял много времени, их дом, выше были только гаражи, и так стоял на склоне метрах в двухстах от вершины. Сама сопка практически не имела деревьев, и с неё открывался потрясающий вид на весь залив. На улице кошка притихла, и уже не так рвалась на волю, еще Тамара обратила внимание, что для такого раннего времени, на улицах довольно много прохожих, в основном с собаками, и если маленьких, хозяева еще могли удержать, то владельцы крупных просто пролетали мимо Тамары и детей, в направлении небольшого леска.
   Они забрались на самый пик сопки, ночь была светлая, луна сияла на небосклоне, яркая, и неестественно крупная, переливался огнями ночной город. Тамара достала фонарик и отдала Антону, чтобы он светил, пока она и Алина устанавливают палатку, правда у этого ее решения был и еще один подтекст, пока в руках Антона фонарик, за ним можно было пристально не наблюдать. Палатку установили быстро, ничего сложного в её конструкции не было, Тамара как раз полезла в неё, чтобы постелить спальник и убрать рюкзак, когда раздался восторженный голос дочери:
   - Мама, мама, посмотри, как красиво.
   Было не просто красиво, а волшебно, все небо с северной стороны сияло, зеленые всполохи сменялись красными и фиолетовыми. Это завораживающее зрелище длилось минут пятнадцать, только когда оно пошло на спад, Тамара осознала, что они видели северное сияние, но откуда оно в этих широтах? И по телевизору не предупреждали о магнитной буре. Все-таки хорошо, что они поднялись сюда, могли бы пропустить такое событие, которое случается даже не каждое столетие.
   Алина тараторила, вслух представляя, как будет рассказывать подружкам об увиденном, Антон пригрелся на руках у матери и задремал. Тамара собиралась перенести его в палатку, поднялась с ребенком на руках, земля ушла у неё из-под ног, и она упала на спину, больно при этом ударившись. Плачь испугавшегося ребенка, крики дочери, из-за этого Тамара не сразу почувствовала, что землю до сих пор трясет, и это не у неё дрогнули ноги, это сопка скакнула вверх и опала. Потирая ушибленную спину, успокаивая детей, Тома поднялась на ноги, как только земля перестала ощутимо подрагивать и обратила свой взгляд на занявшуюся зарю, осветившую лежащий в руинах город, еще четверть часа назад бывшим полным огней и жизни. Разрушенные здания, над грудами обломков вздымаются пар, пыль, клубы дыма от начинающихся пожаров, и мертвая тишина режущая слух, ни лая собак, ни воя сигнализаций, ничего, как будто разом выключили звук. А может это она временно оглохла? Или привыкнув к постоянному техногенному шуму, который сопровождает жителей города всю их жизнь, эта минутная тишина показалась ей полной?
   Она смотрела и смотрела не в силах поверить, что это все-таки случилось, что это ни сон, ни бред, ни галлюцинации. С замиранием сердца Тамара перевела взгляд на свой дом, теперь уже бывший, потому что от него осталась только груда кирпичей. Она была не права, когда думала, что её не волнует дальнейшая судьба мужа. Сейчас женщина молилась, желая, чтобы Сергей остался жив и здоров, пусть они никогда больше не будут вместе, только бы он остался жив. Слезы текли по щекам, но Тома их не замечала, она не замечала ничего вокруг, дети жались к ней, не до конца понимая того, что случилось.
   Повторный толчки вывели ее из прострации, заставили сесть, обнять детей. Хотелось закрыть еще и уши, потому что скрежет, грохот разрушающихся зданий тех, что каким-то чудом уцелели после первого сильного толчка. А еще порывистый ветер, который налетел с востока. Тома не помнит, сколько они так просидели, прижавшись друг к другу, сопку потряхивало все меньше и меньше.
   - Извините, вы мне не поможете? - заставил вздрогнуть ее молодой голос. Он принадлежал молодому мужчине в запыленной одежде, придерживающий левую руку, с этой же стороны на голове у него сочилась кровь, стекая по шее и капая на рубашку. Именно вид крови, такой яркой на фоне серых рассветных сумерек, окончательно вернул женщину в реальность.
   - Да, да, конечно, - засуетилась она, усаживая детей, которые расширенными глазами, не то от страха, не то от любопытства, смотрели на раненного мужчину. - Вы садитесь, у меня где-то аптечка была.
   Тамара быстро достала рюкзак из палатки, и чтобы быстрее было искать просто высыпала все на землю.
   - А вы неплохо подготовились, - улыбнулся молодой человек, глядя на складную лопатку, цепную пилу, набор для рыбной ловли, небольшой запас продуктов, армейский котелок и другие нужные вещи. - Меня кстати Илья зовут.
   - Тамара, - как назло аптечка обнаружилась почти под всей этой грудой вещей. - Только это не я готовилась, а муж.
   - А где он? - поинтересовался Илья, немного скривившись, когда Тамара щедро полила рану перекисью водорода.
   - Он не пошел с нами, сказал, что это все глупости, а кошка просто взбесилась, - шмыгнула носом женщина. Рана была небольшая, но на всякий случай, она намазала её антибактериальной мазью под повязку.
   - Вы не расстраивайтесь, может, он жив, успел выйти незадолго до того, как все это началось. Как я, например, сегодня мне нужно было ехать в командировку, вот я и вышел пораньше, в гараже завел машину, а через минуту она заглохла. Взялся искать неполадку, а тут землетрясение, еле успел выскочить и то немного задело. Боюсь, рука сломана.
   О сломанных конечностях Тамара знала мало, разве что надо наложить шину.
   - Алина, возьми брата, и ложитесь в палатку спать, - она хотела по возможности защитить детей, а как, отчего, неважно.
   - Ну мам, я же так пропущу возвращение моря, - заканючила девочка. - Пусть Антон сам идет, он уже немаленький.
   - Моря? - спросил Илья, поднимаясь и оглядываясь. Тома тоже глянула на залив, моря и вправду не было. Мозг механически отмечал подробности, грязное, заилистое дно, искореженные ржавые груды металла, бывшие когда-то машинами или кораблями, то там, то тут лежали яхты. Те, что успели спустить на воду в новом сезоне.
   - Оно вернется, - уверено заявил молодой человек, все больше хмурясь. Кто живет на берегу океана, знают о таком явлении, как цунами, даже если ни разу его не видели. - Давно оно ушло?
   - Не, примерно, когда вы пришли. Мама это будет цунами? - с восхищением в глазах спросила Алина. - Нам про него в школе рассказывали. Вот это круто, сначала светящееся небо, потом землетрясение, теперь цунами.
   - Это было северное сияние, - по привычке поправила Тамара дочку. Она находилась в прострации, до сих пор не веря, что все происходящее не сон. Детям проще, они не до конца понимают случившееся, а если и поймут, то такого большого потрясения, как у взрослых у них не будет. Ведь для детей весь мир в первую очередь это мама, а она вот, рядом, значит, и переживать не о чем.
   - Северное сияние? Вы уверены? - посмотрел на Тому, Илья.
   - Очень похоже, я в интернете видела ролики. Я тоже удивилась, увидев его, - Тамара старалась отвечать четко, спокойно, но в голову лезла только одна мысль, там под завалами могут быть живые люди, а они здесь сидят и обсуждают северное сияние. Но тут же сама себе отвечала, что парень не может вести раскопки с одной рукой, а еще у него вполне может быть сотрясение мозга. У неё же дети, которых она ни за что не оставит одних даже на минуту, а брать их с собой, чтобы они видели трупы, слышали мольбы о помощи, нет, такого даже она не вынесет. Когда же прибудут спасатели? Не скоро, подсказывала обычная логика, ведь аэропорт точно так же разрушен, как и железная дорога, и наверно трасса тоже.
   - Наверно из-за него полетела электроника в машине или нет, - между тем разговаривал сам с собой молодой парень. Неотрывно наблюдая за заливом. Тамара чувствовала, что ей надо чем-то заняться, чтобы не сойти с ума. Она побродила вокруг их стоянки, нашла две относительно ровные палки, осталось придумать, чем их зафиксировать на руке у Ильи, тратить остатки бинта не хотелось, он мог еще понадобиться. Перерыв аптечку нашла эластичный бинт, то что надо.
   - Илья, давайте попробуем наложить шину, - подошла Тома к нему, парень отвлекся от спора с собой, может ли магнитное излучение повредить электронику машины в закрытом гараже или нет.
   - Да. Наверно надо, - неуверенно ответил он, видимо он тоже еще не пришел в себя до конца, адреналин же, который помог ему выбраться из гаража, постепенно рассасывался.
   Тамара помогла ему снять ветровку, вдвоем они как смогли, наложили шину на поврежденную руку.
   - Мама, мама, цунами!
   Женщина дернулась от крика дочери и резко вскинула голову, чтобы своими глазами увидеть всю мощь стихии. Это не было похоже на фильмы-катастрофы, не было огромной волны, как любят показывать цунами в блокбастерах. Больше всего это явление походило на приливную волну, с бурунами и завихрениями, грязная, мутная вода надвигалась с неимоверной скоростью, сметая все на своем пути, а еще стало понятно, откуда это порывистый ветер. Страшно было представить, что твориться внизу. Тамара старалась не думать, что там, на берегу, под завалами еще могли находиться живые люди, им уже было не помочь.
   А вода все прибывала и прибывала, затапливая все новые и новые районы бывшего города. Скоро он стал напоминать скопище небольших островов, отрезанных друг от друга бурлящей водой. Господи, откуда её столько? Сдвинулся пласт земли? Открылся новый разлом в коре? Какое же было землетрясение в эпицентре, если цунами такой силы? Ответов не было и вряд ли они скоро появятся, Тамара боялась даже подумать, но одна мысль ей не давала покоя, что если так происходит по всему миру? Что если помощь так и не придет? Как быть? Как помочь людям? И где остальные выжившие, ведь утром она их видела. Тут она представила, что могло случиться, если бы она одна вышла рано утром на улицу, как те собачники. Сейчас бы она, ломая в кровь ногти, заливаясь слезами, сходя с ума от неизвестности и безнадежности, разбирала завалы собственного дома, пытаясь дозваться детей. Тамара похолодела, внезапно осознав, что какая-то случайность уберегла их с детьми от этого кошмара. А еще она поняла, материнская любовь эгоистична, ей было искренне жаль других людей, он она сможет пережить их гибель, как смогла оправиться после смерти матери, как смерилась с судьбой мужа и подруг, потерю же детей она, наверно, перенести не смогла бы.
   - Почему она все прибывает? - воскликнул Илья, который тоже не отводил глаз от бушующего моря. Тома прикинула на глаз, насколько поднялся уровень воды и ужаснулась. Их сопка имела высоту метров двести, может чуть больше, теперь от неё в лучшем случае осталась половина, а вода все ползла вверх и ползла. Правда скорость её приостановилась, оставалась надежда, что скоро начнется спад.
   - У вас нет радио? - повернулся к ней парень, с каким-то лихорадочным блеском в глазах.
   - Где-то было, - неуверенно ответила Тамара, отводя взгляд от рушащегося мира, привычного, родного. Даже если это локальная катастрофа, потом все будет не так.
   Радио нашлось в отдельном кармашке, но оно не работало. Сквозь шум, помехи и треск пробивался взволнованный мужской голос, говоривший на английском языке. Тома не была сильна в нем, но и она разобрала пару слов: "опасность", "Калифорния", "Йелоустон". Потому, как побледнел Илья, стало ясно, он владеет английским не в пример лучше неё.
   - Тамара, это происходит по всему миру, в Америке, во всяком случае, точно. У них начал извергать Йелоустон, объявлена эвакуация. А еще мощные землетрясения практически разрушили крупные города в Калифорнии. Что же твориться в нашей стране, почему молчат радиостанции? - парень метался по пятачку их временного лагеря, прижимая к себе сломанную руку. А потом сел на бревно, которое наверняка притащили сюда любители пикников, и уткнулся лицо в колени. Тамара не знала что сказать, как посочувствовать ему, ведь он тоже кого-то потерял сегодня, просто мужчины не привыкли плакать, держат все в себе.
   - Знаете, я думаю, как перестанет пребывать вода, мы спустимся вниз и попробуем помочь, кому сможем. Вы ведь пойдете с нами? - тронула она Илью за плечо. Он поднял на неё абсолютно сухие глаза, но в них было столько страданий.
   - Да. Вы правы, мы должны помочь. - Решительно поднялся он. - Понимаете, я живу здесь несколько лет, а сам родом из Хабаровска, там остались мои родители.
   Томе не требовались объяснения, чтобы понять его состояние, одно дело самому попасть в такую ситуацию, и думать, что родные в безопасности, другое, беспокоиться о близких.
  
   Глава 2
  
   - Отвези меня домой, - попросила Жанна, едва переступив порог дома друга Руслана. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что это за "закрытая вечеринка для своих".
   "Мерзость какая, неужели, Руслан думает, я буду этим заниматься?" - думала девушка, брезгливо поджимая губы, глядя на полуобнаженные парочки и не только парочки, бесстыже ласкающие друг друга на диване, креслах, ковре. Жанна прикинула на глаз количество человек, выходило около двадцати.
   - Я хочу домой, - повторила она, твердо смотря на своего парня, наверно уже бывшего. Мама была права, когда говорила, что Руслан не вызывает у нее доверия. Она всегда права, Жанна не в первый раз в этом убеждалась, но именно это её еще больше раздражало. Как же родители взрослые, умные, знают жизнь, не перестают этим тюкать её, Жанну, чтобы оградить от разочарований и ошибок. А если она хочет совершать свои ошибки, хочет жить своей жизнью, хочет сама узнать мир и людей? Как же она хотела лет с тринадцати, чтобы родители обзавелись еще одним ребенком и отстали от неё.
   - Малышка, мы же только приехали. Хочешь чего-нибудь выпить? - томно поинтересовался молодой человек, лапая её пониже спины. Жанна откинула его руку, неужели еще недавно ей нравился этот скользкий тип.
   - Вези меня домой, я в этом притоне не останусь!
   - А ты не слишком зарываешься малышка? Хочешь домой, иди пешком! Или оставайся, если будешь хорошей девочкой, - он многозначительно провел пальцами по её губам. - К обеду попадешь домой, если захочешь, конечно. Поверь, тебе понравится.
   - Да пошел ты...
   - Какая страстная малышка, - подошел к ним хозяин дома, молодой ухоженный брюнет, в халате. - Здравствуй, родной, я скучал.
   При этих словах, он на несколько секунд приобнял Руслана, но этого для Жанны было достаточно, она развернулась и пошла на выход.
   - Адрес дома, какой? - уже открыв дверь, спросила она.
   - Малышка, - девушку перекосило, если ее кто-нибудь еще так назовет, точно даст в морду. - Ты на территории охраняемого, коттеджного поселка, такси проедет сюда только с моего разрешения, а я его не дам. Так что топай ножками, радость моя.
   - Может, зря мы ее отпустили? - донесся до Жанны голос Руслана.
   - Погуляет и придет обратно, покладистей будет. Но мне нравятся такие дикие, ты же знаешь. Думаю, нам втроем будет хорошо, - молодой человек специально говорил громко, чтобы девушка услышала его слова через полуоткрытую дверь.
   "Будет тебе хорошо, когда я выбью твои зубы. Раскатал губу, втроем, да я до города лучше босиком пойду, чем тут останусь", - думала девушка, идя по улице. Да она богатенькая, избалованная девчонка, но у нее есть свои принципы, ни каких наркотиков, ни каких беспорядочных половых связей. Жанна не была ханжой, она просто берегла свое здоровье.
   Кстати, Жанна глянула на свои туфельки на шпильках, коротенькую юбочку, топик, одета она явно была не для ходьбы пешком. Но её было не напугать тридцатикилометровым маршем, когда-то в детстве она частенько ходила с родителями в походы. Первым делом она сняла туфли, на каблуках далеко не уйдешь, вдруг придется убегать, мало ли уродов по ночам на машинах ездят.
   На плече сумочка, в руках туфли, почти оружие, в душе непередаваемые эпитеты, которыми девушка награждала Руслана, его любовника, да и всех мужиков вместе взятых. Взяв неплохой темп, она покинула территорию поселка приблизительно через час, можно было вызывать такси, но денег не хватало, придется и дальше идти пешком. Выйдя на трассу, и посылая, изредка останавливающихся мужиков, Жанна шла к городу. Очередная машина притормозила рядом с ней.
   - Я не снимаюсь, не сдаюсь, так что проезжай, - не глядя на водителя, бросила она. После двух часов пешком, со стертыми ногами, со злым настроением, она уже ждала, когда очередной водила не выдержит и решит силой принудить ее к сексу. Его бы ждал неприятный сюрприз, Жанна была КМС по рукопашному бою. Но пока попадались все какие-то малодушные, либо её, не предвещающий ничего хорошего, взгляд останавливал их от последнего шага.
   - Садись, подвезу, - сказал ей молодой голос. Она обернулась, из окна машины на нее смотрело лохматое недоразумение, наверно ее ровесник, лет восемнадцати - девятнадцати. - Долго думать будешь? Лезь, давай, только на переднее сиденье, вдруг ты маньячка.
   Он рассмеялся над своей шуткой, по мнению Жанны в ней не было ничего смешного.
   - У меня нет денег, - ответила она, не двигаясь с места.
   - Да ладно, я уже заработал, отвозил одного в аэропорт. Садись, пока я добрый, - парень искренне улыбался.
   - Свет в салоне включи, - он помрачнел, но включил. Кроме парня никого в машине не было, другая бы девушка извинилась, почувствовала бы раскаяние, все-таки обидела недоверием хорошего человека, но не Жанна, в свои девятнадцать она поняла, верить нельзя никому. Девушка села, как и просил парень, на переднее сидение.
   - А багажник проверять, стало быть, не будешь? - съехидничал парень.
   - Нет, мне надо на N-скую, если тебе не по пути, высади на каком-нибудь повороте, - сказала Жанна, пристегиваясь и вытягивая усталые ноги. Водитель посмотрел на них заинтересованным взглядом.
   - Тебя как звать?
   - Давай договоримся, ты не будешь спрашивать, ни как меня зовут, ни что я делаю здесь ночью, ни что делаю завтра, ничего! Просто довезешь до дома, и я отдам тебе все деньги, что у меня остались, рублей триста, только молча. Если тебе это не подходит, можешь остановить машину, и я выйду, - Жанна была зла, расстроена, у неё болели ноги и вообще, жизнь дерьмо, так считала она в тот момент.
   Дальше они ехали молча, парень сосредоточенно смотрел на дорогу, не обращая внимания на Жанну.
   " А он симпатичный, только подстричь и откормить", - думала девушка, изучая профиль молодого человека. Она немного отдохнула и успокоилась, у нее проснулась совесть, которая навязчиво твердила, что надо бы извиниться или хотя бы спасибо сказать. Жанна вяло от нее отбрыкивалась, ее клонило в сон. Они уже въехали в город, и до дома оставалось минут пять, когда машина заглохла, и ощутимо запахло паленным.
   - Черт, - выругался парень, выходя из машины. Жанна посидела пару минут, но видя, что молодой человек полез за инструментом, вздохнула и тоже вышла.
   - Послушай, - неловко начала она. - Спасибо тебе, я пойду, мне тут недалеко. Возьми, это тебе.
   Протянула парню деньги, но он не взял, отвернулся, не сказав ей ни слова. Девушка пожала плечами, открыла дверь машины и положила деньги на сидение. Она отошла буквально на пару шагов, успев заметить, что по какой-то причине нет света во всем районе, как вдруг земля скакнула ей на встречу. Жанна не удержалась и упала, разбив колено в кровь и ободрав ладони. Матерясь в душе и вслух, девушка не осознавала, откуда этот скрип, грохот камней, как после обвала в горах. Что-то больно стукнуло ее по голове, вызывая кратковременное головокружение и потерю сознания, когда она пришла в себя, вокруг все так же было темно и тихо, страшная такая тишина. Девушка с трудом поднялась, оглядывая в сумраке руины зданий, глаза не верили тому, что видели. Жанна обернулась, чтобы спросить у парня, не галлюцинации ли у неё, и осеклась, он лежал рядом с машиной, точнее рядом с тем, что от неё осталось, когда рухнуло стоящее неподалеку здание. Лежал, чудом избежав бетонной плиты, угодившей на его автомобиль, но какая-то отлетевшая от него деталь распорола ему бедро, и он медленно истекал кровью. Девушка, прихрамывая, бросилась к нему, он был в сознании, и пытался дрожащими руками зажать рану. Жанна огляделась, он перевязать было не чем, тогда она стала снимать с него рубашку.
   - Надо перевязать, - приговаривала она, руки у нее тоже не слушались, на кровь она старалась не смотреть. - Кроме рубашки не чем.
   Владислав не сопротивлялся, он как будто со стороны наблюдал за действиями девушки. Вот она сняла с него рубашку, сложила в несколько раз, подрагивающими руками приложила к ране, прижала его ладонями. Сама тем временем вытащила из его штанов ремень, и уже им обмотала рубашку, чтобы она не падала с раны.
   - Ты сможешь идти? Здесь недалеко была аптека, надо нормально перевязать, да затариться лекарствами, тебе они понадобятся. - Сказала девушка, помогая ему подняться.
   - У меня деньги остались в машине, - ответил Влад, опираясь на ее плечи.
   - Какие деньги? Вокруг катастрофа! А говорили, в нашем городе никогда не будет землетрясения больше шести балов. Врали, - Жанна обняла парня за талию, помогая ему идти. Точнее ковылять, у него бедро, у неё коленка, было бы смешно, если не было так грустно. - Меня Жанна зовут.
   - Влад.
   - Славка, тебе больше подходит, - улыбнулась Жанна.
   - Влад, как-то солиднее, - улыбнулся он в ответ.
   Так они и ковыляли, разговаривая ни о чем, университет, школа, друзья, не вспоминая о том, что того, привычного мира уже нет. Нет университетов, школ, возможно, не все друзья живы. А дальше, что будет дальше? Спасатели, разбор зданий, палаточный лагерь, нехватка воды и других вещей первой необходимости. А еще много боли, отчаяния, слез, горя, пусть не их, это неважно, все это будет витать в воздухе, проникать в душу, бередя собственные раны и страхи.
   Жанна с помощью Влада лишилась своих шпилек, пара ударов кирпичом, самое доступное средство в округе, и вот на ногах у девушки только их подошва. Ходить в такой обуви было неудобно, но лучше, чем рисковать проткнуть ногу, незамеченным гвоздем.
   Тот путь, что раньше занял бы пять минут, растянулся на четверть часа. Павильон аптеки был практически цел, не считая выбитых окон и разбитых витрин.
   - Посиди здесь, я быстро, - Жанна усадила парня на бордюр, а сама полезла в окно. Чтобы не порезаться о торчащие стекла, куском все того кирпича разбила крупные, торчащие куски. Внутри аптеки было темно, Жанна вытащила ключи из сумочки, которую так и не бросила, на них у нее был брелок, он же фонарик и зажигалка.
   Первым делом девушка разыскала бинты, вату, хоть где-то и слышала, что на открытую рану ее накладывать нельзя. Закинула в сумочку йод, зеленку, перекись водорода, туда же пошли антибиотики, жаропонижающие, зачем-то таблетки от кашля, место в сумке закончилось. Тогда подобрав какой-то пакет, закидала всего остального по чуть-чуть, даже пару пачек тампонов, вспомнив, что скоро они понадобятся. Напоследок порылась в холодильнике, нашла новокаин, тут же понадобились шприцы. А на выходе прихватила еще пятилитровую бутылку с водой.
   - Ну ты даешь, - сказал с восхищением Влад, увидев, как Жанна перетаскивает свою добычу. - Зачем столько? Давай помогу.
   - Сиди, сейчас тебя лечить будем, - с энтузиазмом заявила девушка, ощущая в себе азарт. - Жаль зашить не чем. Сейчас на руки мне польёшь, я даже мыло нашла.
   Влад смотрел как Жанна неловко, но старательно набирает в шприц новокаин, как примеряется к его ноге, думая, куда лучше колоть, он хотел сделать это сам, но у него руки дрожали еще больше. Почему она это делает, почему помогает ему, ведь она сразу дала понять, что он для неё всего лишь извозчик. Для обычного человеческого участия достаточно было оказать первую помощь, а не делать ему уколы, не обрабатывать рану, сокрушаясь, что нечем зашить, а еще неплохо бы сделать укол от столбняка. Откуда она всего этого набралась? Ведь по виду обычная избалованная дочка богатых родителей, достаточно было глянуть на одежду, маникюр, обувь. Он вспомнил, какой увидел Жанну на дороге, легкомысленно, не по сезону одетую, босиком, стало жаль девчонку, думал, обидели или чего похуже. А когда глянул в льдистые глаза, понял, такая сама кого хочешь обидит, самоуверенная, холодная, наглая. Сейчас бы он о ней так не сказал. Обычная девчонка, его ровесница, голубые или серые глаза, в рассветных сумерках не разобрать, русые длинные волосы, которые она завязала в хвост, чтобы не мешались. Если смыть всю косметику, припорошенную пылью, она будет красавицей. Владу было неловко, вокруг груды развалин, под которыми остались люди, а он думает о девушке. У неё тоже есть родители, но она не бросилась на их поиски, осталась с ним, странно. Ладно ему, можно сказать "повезло", родители погибли в автомобильной аварии, когда ему было пятнадцать, а бабушка с которой он жил после этого, умерла год назад от сердечного приступа. Он уже похоронил всех кого любил, пережил их смерти, а она, почему она так спокойна?
   - Ну все, скоро будешь бегать, - улыбнулась она, вытирая окровавленные руки об его, уже ни на что негодную, рубашку.
   - Спасибо. А ты не хочешь пойти проверить, что случилось с твоим домом? - задал мучивший его вопрос, Влад.
   - А толку, уверена, от него осталось не больше, чем от этих зданий. Хорошо родители в отпуске, представляю, как они сейчас переживают за меня. Наверно уже все мировые СМИ сообщили о нашей катастрофе. Не знаю, что и делать...
   - Бежать, - выдохнул, вскакивая на ноги Владислав, после уколов новокаина, он мог опираться на ногу, практически не чувствуя боли. Снизу по улице катился бурлящий поток воды.
   "Идиот, у нас же море, при землетрясениях такой силы обязательно бывает цунами", - корил себя парень, таща за собой девушку вверх на сопку.
   Свою сумку с лекарствами она так и не бросила, не без оснований пологая, что они еще понадобятся, хорошо, что она успела их рассортировать, и в сумочке остались только самые необходимые. Жанна сразу все поняла, проследив за напряженным взглядом парня, как же все это не вовремя, а еще она не готова была умирать. Она давно распланировала свою жизнь на годы вперед, единственная дочь обеспеченных родителей, у нее были все шансы, добиться чего-то в жизни и Жанна собиралась использовать их, в достижениях своих целей. Университет, престижная, высокооплачиваемая работа, небедный муж и лет в тридцать дети, двое, ведь к тому времени она будет достаточно старой, что толку беречь фигуру. Опять же, при постоянных занятиях спортом, ей потеря привлекательных форм не грозила. А это землетрясение спутало все планы, пока восстановишь документы, данные банковских вкладов, выбьешь страховку, пройдет немало времени, наверно родители захотят переехать в другой город. "Еще это мерзкое цунами", - девушка не могла отделаться от мысли о нереальности происходящего. Невозможно реагировать адекватно, когда ты не раз видела такие сцены в кино.
   Все пребывающее море гнало перед собой пустые пластиковые бутылки, коробки, пакеты и другой мусор. Особенно в его разнообразии выделялись пиломатериалы, доски, вагонка, рейка, видимо смыло где-то со склада.
   - Черт, мы кажется, не туда свернули, - обеспокоенно оглядывался Влад, в поисках обходного пути, потому что дорогу назад перекрывала подступающая вода. Она немного замедлила свой стремительный бег по улицам, но еще пребывала. - Жанна лезь на гаражи.
   - А ты? - спросила девушка, бредя по колено в морской воде, ссадины на ногах щипало от соли. Еще минуту назад воды было всего лишь по щиколотку. - Давай я помогу сначала тебе забраться.
   - Нет, лезь первая, потом подашь мне руку, - не согласился с ней парень.
   Вода была холодная, ноги Жанны замерзли еще несколько минут назад, когда до них докатилась первая волна. Да и вообще она вся замерзла, открытый топик и мини юбка, не добавляли тепла. Девушка покосилась на Влада, вот кому холоднее, чем ей, тощий, сутулый, лишняя растительность на голове, видимо, призвана компенсировать недостаток оной на теле. Жанна улыбнулась.
   Многие гаражи чудом сохранились, только местами обвалились плиты перекрытия и часть стен. Более всего не повезло крайним, наружные стены которых разрушились полностью, превратившись в каменную груду. Она позволяла подняться к крышам сохранившихся гаражей. Вот по таким развалинам, рискуя сломать ногу, ползла Жанна, понимая правоту Влада. Ведь ей, с целыми руками и ногами, царапины, ссадины, синяки не в счет, легче пробраться по завалам, чем человеку с кровопотерей и ногой, на которую невозможно опереться. Девушка добросовестно проверяла каждый шатающийся кирпич, или балку, ища более легкий и удобный путь для Влада. Это только в фильмах герой с легкостью влезает вверх по лифтовой шахте, истекая кровью, или с тремя сквозными пулевыми ранениями, сажает горящий самолет.
   Жанна преодолела половину пути и обернулась, Влад потихоньку пробирался за ней следом, стараясь не опираться на больную ногу.
   "Новокаин, перестал действовать", - поняла девушка, она скрипнула зубами, сейчас она не сможет ему помочь. Жанна хотела уже подниматься дальше, как рука Влада соскользнула, раненая нога подогнулась, видимо парень, неудачно сместил центр тяжести, а сам он упал в воду. К тому времени она уже достигла уровня крыши первого этажа гаражей. У девушки екнуло сердце, она стала спускаться, чтобы помочь молодому человеку.
   - Не надо, я сам, - крикнул он снизу, уверено цепляясь за разрушенную стену, и у него бы получилось, но вмешался случай. Мимо проплывающее бревно с силой ударило в раненую ногу парня, от боли и неожиданности пальцы его разжались, и он окунулся в воду полностью, а течение стало сносить его в сторону.
   - Держись за бревно, греби к стене, - закричала Жанна, забрасывая свою сумку на ближайшую крышу, и скидывая обувь.
   Девушка, как горная коза, перепрыгивала со стены на плиты перекрытия и обратно, она успела до того, как течение отнесло Влада дальше, к другим гаражам или вообще на другую улицу.
   - Давай руку!
   - Ты не удержишь меня, - в его глазах не было отчаяния, только грусть, что так быстро все закончилось.
   - Я сказала, хватайся! - Жанна наклонилась и сама вцепилась в его запястье. Рука парня была холодной и скользкой, но она упрямо за неё тянула. Потихоньку им вдвоем удалось отстоять Влада у моря. Из последних сил он выбрался на груду кирпичей и упал там.
   - Жан, прости, не могу больше, - прошептал он, закрывая глаза.
   Девушка склонилась над ним, не зная, что делать, уровень воды все еще поднимался. Она трясла его за плечо, хлопала по щекам, умоляла очнуться, не бросать ее одну, но он лишь слабо дышал.
   - Не смей умирать! Я тебя не для того спасала, - в отчаянии вскрикнула она, стараясь оттаскивать его безвольное тело от подступающей воды, но силы были неравны, и стихия наступала быстрее. Жанна не знала, зачем она так хочет спасти Влада, абсолютно постороннего человека, но почему-то бросить его на произвол судьбы не могла. Он был как связующее звено с ее прошлой жизнью, как опора дающая силы идти дальше, зная, что не одна в этом сошедшем с ума мире. Потому что от мысли, что больше никто не выжил в этом безумии, хотелось выть, от страха, от одиночества, от горя.
   - Да помогите кто-нибудь, - не выдержав, закричала девушка, не замечая, что слезы текут из глаз.
   - Что сидишь, быстро наверх, - раздался отраженный эхом голос или глас? Жанна заозиралась, она не удивилась бы, увидь ангела или кого-то еще из их братии. Но это оказался мужик в камуфляже, лет сорока пяти или больше.
   - Наверх! - прикрикнул он, заметив, что девушка все еще в прострации. - Я его и один подниму.
   И действительно, он легко приподнял Влада, и взвалил его себе на плечи. Жанна больше не сомневалась и не задерживалась, она ловко, невзирая на голые, замерзшие ноги, содранные пальцы, забиралась все выше и выше, пока не достигла той крыши, куда закинула свою сумку. Там в нее ткнулся мокрый нос, принадлежащий огромной, лохматой, черной собаке.
   - Граф, фу, - скомандовал, хозяин пса, кладя Влада на поверхность.
   Тут же неподалеку лежал и его рюкзак, из него мужчина достал одеяло и укутал им парня, предварительно сняв с него остатки штанов и ботинки.
   - Перевязку ты делала? - спросил он, рассматривая "творчество" Жанны. - Неплохо, пока менять не будем, подождем, когда очнется. Меня звать Петр Иванович.
   - Жанна, а его Влад, - ответила девушку, устраиваясь поближе к парню.
   - Откуда вы взялись в таком виде? - усмехнулся Петр Иванович, разглядывая то, что осталось от ее одежды.
   - Из клуба возвращались на машине, - ответила Жанна, не вдаваясь в подробности. Она сидела рядом с парнем, и с удивлением перебирала его пряди волос, при свете дня они имели рыжий оттенок. - Что же делать дальше?
   Она не заметила, как произнесла этот вопрос вслух.
   - Сейчас отогреем парня, и пойдем на сопку, я видел там свет, значит, и люди есть, - ответил ей неунывающий мужчина, казалось, он наслаждается ситуацией, в глазах азарт и жажда деятельности, наверно из тех, что не первый год готовится к концу света.
  
  
   Глава 3
  
  
   Сразу спустится вниз, на помощь выжившим людям не получилось. На рассвете, стало видено масштаб произошедшего, город превратился в несколько островков, а вода даже и не думала уходить. "Но ведь этого не может быть", - не верила в очевидное, Тамара, - " на то оно и цунами, чтобы несколькими огромными волнами все разрушить, а потом вернуться на свое место в море". Но все когда-нибудь бывает впервые, так и в этот раз, океан пришел и не собирался покидать новое место.
   А тут еще дети захотели кушать, можно было бы сварить рис, но при наличии большого количества воды вокруг, питьевой имелось только полтора литра. Пришлось разогревать две банки гречневой каши с мясом, точнее с его запахом. Дрова собирал Илья с детьми, они первыми и увидели сначала огромную черную собака, а потом и троих человек.
   Почему-то при виде людей, Тамаре стало страшно, всего лишь на мгновение, но разглядев в компании девушку, весьма фривольно одетую и раненного парня, которого она поддерживала, женщина усовестилась. Сама же хотела идти помогать выжившим, тут они сами приходят, а она их боится.
   - Здрасте! О, у вас завтрак. Позволите присоединиться? - радушно улыбаясь, заговорил высокий мужчина с выправкой военного. Было странно видеть азарт и радость на его лице, когда вокруг происходит такое. Но Тамара была тактичным и вежливым человеком.
   - Конечно, проходите ближе к костру, - засуетилась она, помогая девушке усадить раненого парня. Хотя ему бы лечь.
   Илья же довольно настороженно разглядывал компанию, с первого взгляда было видно, что они познакомились не более часа назад. И если парень с девушкой никаких отрицательных эмоций не вызывали, обычные представители своего поколения, а сейчас такие же жертвы катастрофы, как и они. Тогда как мужчина с цепким взглядом, заставлял подобраться, напоминая одного полковника, времен службы Ильи в армии. Тот полковник был очень ушлым типом.
   - Разносолов у нас нет, две банки каши, да галеты с водой, - грустно улыбнулась Тома.
   - Ничего, у меня тоже найдется что-нибудь к общему столу. Петр Иванович, - скинул рюкзак и протянул руку Илье мужчина.
   - Илья, - ответил на рукопожатие молодой человек. - Это Тома, Алина и Антон.
   Тамара немного удивилась, что Илья представил ее так вольно, как если бы они были не просто случайными знакомыми по несчастью, а как минимум знали друг друга и раньше. Но промолчала, решив поговорить с ним потом наедине.
   - Жанна, он Влад, - отозвалась девушка, плотнее укутывая своего парня в одеяло. Жанна с удовольствием бы прилегла и поспала несколько часов, бессонная ночь, марш-бросок по дорогам пригорода, нервотрепка, катастрофа, все это вымотало обычно неутомимую девушку.
   Тамара первым делом налила Владу воды, заслужив тем самым его благодарный взгляд. Тем временем Петр Иванович незаметно брал руководство в свои руки. Достал из рюкзака тоже пару банок и закинул их содержимое в котелок.
   Потом был совместный завтрак в лучах восходящего солнца, которое воспринималось по-разному. Тамара думала, что ясное, безоблачное небо это как извинения природы за произошедшие катаклизмы. Жанна же была уверенна, что это очередная насмешка мироздания: " Вот смотрите, во что превратился ваш город, а вы букашки считали себя венцом творения". Но в душе все они были согласны, что если бы ни тысячи смертей, ни руины, ни дым от пожарищ, то вид с сопки был даже красивым, очень уж необычно смотрелось простирающиеся море там, где еще недавно были поля, леса, дачные поселки и просто низинные места. За пару часов вода спала всего на несколько метров, надежды на то, что она вернется на свое место, уже не было. Наверно оставшимся в живых людям придется привыкать новому ландшафту.
   Благодаря запасливому Петру Ивановичу, ложек хватило на всех. Ели молча и не торопясь, даже дети притихли со страхом поглядывая вниз на разрушенные дома, которые в солнечных лучах, с неосевшей еще пылью, представляли собой удручающее зрелище.
  
   - Какие у вас планы? - задал вопрос Петр Иванович, после того, как все поели. Жанна занялась перевязкой Влада, Тамара пошла, мыть котелок, а дети увязались за ней. Петр решил, что сейчас самое время обсудить дальнейшие перспективы с единственным, на его взгляд кроме него мужчиной в их компании. Влада он в расчет не брал, парень молодой, не служивший, да и неясно выживет ли.
   - Мы собирались спуститься вниз, вдруг кому-то еще повезло, - пожал плечами Илья, скривился от боли, совсем забыл про сломанную руку. Он не верил, что будет толк от их помощи, завалы разобрать без специальной техники невозможно.
   - Спускаться вниз надо. Всем выжившим мы не поможем, но и цели у нас такой нет. Сейчас главное найти воду, еду, - тут взгляд мужчины остановился на Жанне с Владом. - И вещи, то есть обеспечить нашу группу и тех, кто еще подойдет, всем необходимым, чтобы продержаться до прихода спасателей, а это не меньше трех дней.
   - Если они вообще придут, - мрачно произнес Илья, вспоминая недавно пойманную американскую волну. После того, что сообщили по радио, он уже мало верил, что в скором времени кто-нибудь вспомнит о далеком Дальневосточном городе, в свете произошедших катастроф.
   - Откуда такие паникерские настроения?
   - Радио, - Илья коротко пересказал, что ему удалось узнать до того как оборвался сигнал.
   - Плохо. Это может быть провокацией?
   - Не похоже. Если бы хотели посеять панику, говорили бы про разрушенную Россию, а не Америку. Опять же вода, вряд ли так резко поднялся уровень мирового океана, если только затонуло что-то большое и недалеко.
   Как по команде мужчины перевели взгляд на восток, единственное, что могло затонуть, вызвав при этом такую приливную волну это Японские острова или часть их.
   - ... , - разразился матерной тирадой Петр Иванович. - Мало нам этого, теперь еще и радиоактивное загрязнение грозит, у них же АЭС больше чем у нас по всей стране.
   - А как же течения, по идеи все должно унести на Америку, - задумчиво предположил Илья.
   - Забудь карту старых течений, теперь она измениться. Хорошо, если затонули южные острова, тогда к нам придет Куросио и станет теплее. А если вместе с северными Японскими островами ушли под воду и Курильские , представляешь что может нас ожидать? Ладно, толку гадать, надо заниматься насущными проблемами. Иди всем вниз, нет смысла, кто-то должен остаться в лагере. Опять же детям там делать нечего, Влад не ходячий, у тебя рука, а Жанна не одета, да и спит уже.
   Илья оглянулся на девушку, та уже закончив перевязку, дремала на плече у Влада, который и сам едва держал глаза открытыми, прислушиваясь к разговору. Он даже порывался вставить несколько слов или даже что-то предложить, но почему-то останавливался, с какой-то нежностью поглядывая на спящую девушку.
   - Я пойду, - незаметно подошла Тамара. - А Илья присмотрит за детьми и всем остальным.
   На том и сошлись. Петр Иванович помог Владу забраться в палатку, а Тамара разрешила Жанне воспользоваться спальным мешком, все равно Антон еще не хотел спать. Потом женщина поговорила с детьми, сказала слушаться дядю Илью и никуда не убегать, пообещав вернуться поскорее. Илья тоже пообещал не спускать с них глаз . В другой время, Тамара никогда не оставила с незнакомыми людьми своих детей, но то время прошло, а в новом ей надо было самой заботиться о них. Петр прав, надо найти воду и пропитание, толку сидеть здесь наверху.
   Тамара старалась абстрагироваться, не замечать раздавленную осколком стены кошку, или торчащую из груды кирпичей руку. Мусор, хлам, покореженные автомобили, и многое другое, принесенное морем, большую часть всего этого смыло волной дальше, в долину, но какая-то часть зацепилась за развалины, создавая некий барьер или баррикаду. Всю дорогу Петр старался ее разговорить, кто, откуда, чем занималась до катастрофы? Тома отвечала односложно, или вовсе пропускала вопрос мимо ушей. Ей не хотелось разговаривать.
   Ближе к домам стали попадаться живые люди, первой они нашли молодую, явно беременную женщину. Она сидела на коленях перед развалинами одного из многоквартирных домов и плакала, прижимая к себе сумочку. Тамара посмотрела на Петра, он хмурился, наверно, как и многие мужчины, не выносил женских слез.
   - Тамара, ты поговори с ней, а я пойду, покопаюсь, там с краю дома магазин был, - быстро ретировался мужчина.
   - Вам помочь? Может у вас что-то болит? - подошла она к женщине. Тамаре было неловко вмешиваться в чужое горе, но она понимала, что иногда надо кому-то вмешаться, чтобы жизнь не казалась законченной.
   - Нет, - сквозь рыдания, пробормотала женщина.
   - Не плачьте, сегодня у всех кто-то погиб, но у вас есть ребенок, вы должны думать о нем, - попыталась утешить ее Тома, она боялась, что истерика может закончиться преждевременными родами.
   - Вы не понимаете, это я виновата. Муж сегодня опять пришел под утро, пьяный, начал выговаривать мне, что я растолстела, что его от меня тошнит. Я не удержалась и сказала, что это он жирный, пьяный боров, и меня от него тошнит не меньше. Он меня ударил, несильно, просто пощечина, это видели его родители, но не вмешались. Его отец сказал, что правильно, баба должна знать свое место. Я не могла там находиться, взяла сумку, вызвала такси, и вышла на улицу, чтобы не слушать оскорбления. Я желала им смерти, всем, и мужу, и его отцу, и свекрови, даже их мерзкому лысому коту. И вот они все мертвы, это я виновата, - очередной всхлип.
   - Воспринимайте это как кару небесную, - наобум ляпнула Тамара, не зная, что еще сказать. Она тоже когда-то плакала из-за пьянок мужа, пару раз забрав детей, уходила из дома. Но каждый раз возвращалась, Сергей просил прощения с цветами, а один раз даже встал на колени. Были и страстные примирения, и клятвы, что такого больше не повториться, проходило несколько месяцев и все повторялось.
   - Вы думаете? - перестала всхлипывать женщина.
   - Да, ваш муж ударил беременную женщину, а это кощунство.
   - Наверно вы правы. Ой, моя девочка первый раз толкнулась, - прижав руки к животу, улыбнулась будущая мама. Тамара вздохнула, настроение беременных меняется мгновенно, особенно когда ждешь первого ребенка и не понимаешь, что все эти скачки, всего лишь гормоны.
   - Пойдемте отсюда, - протянула она руку молодой женщине. - Меня Тамара зовут.
   - Ольга, - тяжело оперлась на протянутую руку ее собеседница, ноги видимо затекли в неудобной позе. - А куда мы пойдем?
   - Петр Иванович сказал, что будет у магазина.
   - Но ведь он тоже разрушен.
   - Там могут найтись продукты и вода.
   Тамара шла , поддерживая Ольгу, точнее они пробирались через завалы, огибали неустойчивые конструкции, где-то слышался плач, стоны, крики о помощи. Было ощущение, что звуки доносятся до женщины издалека, через слой ваты или беруши. Она убеждала себя, что они с Ольгой не в силах помочь тем, кто остался под руинами, что своими действиями они только навредят, что это дело спасателей, а не слабых женщин, одна из которых беременная.
  
   У бывшего магазина в объятиях друг друга рыдали немолодая женщина и девочка подросток, мальчик, наверное, одногодок девочки стоял рядом с потерянным видом. Из клятв перемежающихся со всхлипами, Тамара более менее составила картину произошедшего. Молодым людям родители девушки запрещали встречаться, она решила уйти к нему, но их домой не пустила бабушка парнишки, и они всю ночь гуляли. В это время ее мама бегала по району в поисках собственного ребенка. А теперь они вместе плакали, просили друг у друга прощения, потому что и не надеялись увидеть живыми. У Томы на глаза навернулись слезы, она сама мать и может себе представить, чего натерпелась женщина, разыскивая свою дочь. Рядом всхлипнула Ольга, это вернуло в чувство Тамару.
   Она подошла к пареньку, который не знал, куда ему деваться, ведь его девушка была занята матерью, и даже успела пообещать, больше с ним не встречаться. Тома понимала, что девочка сказала это сгоряча, не подумав, да и редко думают пятнадцатилетние подростки.
   - Привет, меня зовут Тамара Алексеевна, а тебя? - улыбнуться получилось только грустно.
   - Олег.
   - Олег, помоги, пожалуйста, Петру Ивановичу, вон тому мужчине в камуфляже.
   - Там же магазин был, ночью там никого не должно было быть, - неуверенно ответил парень.
   - Он не людей ищет, а воду, может быть продукты. Надо будет продержаться до подхода спасателей, - ответила Тамара, она старалась говорить уверенно, но сама не верила, что помощь придет. Даже если оставшаяся часть страны не затронута, где взять столько людей и техники, чтобы помочь им. Ведь волна прокатилась по всем прибрежным селам, прошла в долину и дальше. Насколько хватало взгляда, везде простиралось море, с редкими островками, большая часть из которых была именно в их городе. Думать о том, что осталось от соседних городов не хотелось, они большей часть находились на равнинах и если устояли после землетрясения, то вал воды, несущий с собой тонны мусора, довершил начатое другой стихией.
   - А как же люди? Им же надо помочь, - парнишка с трудом сдерживался, чтобы не заплакать. Он хмурил брови, закусывал губу, не смотрел в глаза, всячески стараясь соответствовать образу сильного мужчины, а они, как известно не плачут.
   - Что бы поднимать плиты перекрытия, нужны техника и люди, а их нет. Но мы обязательно попробуем достать тех, кто не сильно завален. И им будет необходима вода.
   Мальчик кивнул и с серьезным видом отправился помогать Петру Ивановичу и еще одному мужчине, который видимо тоже по случайности остался в живых.
   А потом все завертелось, закружилось, мужчины откопали склад магазина, подростков Петр Иванович подключил к перетаскиванию продуктов и воды в импровизированный лагерь, состоящий пока из одной палатки. Ольгу так же отправили наверх, в помощь Илье, потому что она все время плакала, и толку от нее не было никакого. Тамара и Наталья, мать девочки Насти, поочередно обошли три разрушенных дома, панельные девятиэтажки сложились, как карточные домики, но это давало хоть какой-то шанс оставшимся там людям. Женщины звали, спрашивали есть ли живые, пробирались к ним через завалы, заглядывая в образовавшиеся пустоты. Осторожно передавали воду в бутылках, которую все-таки отыскали мужчины, старались успокоить, говорили, что помощь идет, если не сегодня, то завтра будет точно. Если же был шанс достать человека из-под завала, не потревожив шаткую конструкцию, они звали мужчин. Петр Иванович и Андрей, мужчина средних лет, так же вышедший на улицу из-за взбесившегося пса, приходили на помощь и они вчетвером доставали пострадавшего. Таких спасенных набралось всего пять человек, среди них была маленькая девочка, которая ходила в одну группу детского сада с Тамариным Антоном. Женщина не была знакома с ее родителями, они просто здоровались, встречаясь в коридорах детского сада, девочку же звали Вероника. Еще вчера общительный, улыбающийся ребенок, стремившаяся рассказать всем и вся о себе, сегодня она молча жалась к Томе. Не спрашивала где мама, когда придет, не плакала и ничего не просила, просто стояла с абсолютно сухими глазами, вцепившись в руку женщины. Это и было страшнее всего, видеть помертвевший, разом состарившийся взгляд ребенка.
   К четвертому дому даже не пошли, в этом не было смысла, от него осталась только внушительная горка кирпича. Время близилось к вечеру, голова у Тамары гудела, закрывая глаза, она видела протянутые к ней руки и взгляды полные надежды людей, которых так и не получилось достать. Она вздрагивала, оглядывалась, ей все время казалось, что ее зовут. Все больше накатывала усталость и раздражение, хотелось уйти подальше ото всех, обхватить голову руками и закричать, чтобы выплеснуть все отчаяние и безысходность.
   - Тамара, надо еще раз пройтись, поговорить, успокоить, у вас это замечательно получается. Заодно разнесете людям галеты, - с неиссякаемым задором влез Петр Иванович в мрачные раздумья Томы.
   - Хватит! Я устала, я не могу больше обнадеживать людей, врать им о помощи, которая рядом! Вы оглянитесь вокруг, неужели непонятно, что ждать нам придется долго, очень долго! - сорвалась Тамара, она и так в последние часы с трудом держалась. Не понимая, как спасатели могут постоянно работать в таких условиях, как справляются с такой чудовищной нагрузкой? Не физической, а моральной, видеть боль, страдания людей, знать, что ничем не можешь помочь, но все равно пытаться. - У меня есть свои дети, которым я нужна не меньше, чем этим несчастным людям. Идите к ним сами, интересно у вас хватит совести, чтобы и им так жизнерадостно улыбаться?
   Она подхватила ребенка на руки и, не обращая внимания на опешившего мужчину, пошла к лагерю.
  
  
  
   Глава 4
  
   Поднявшись на сопку, Тамара первым делом нашла своих детей, обняла, пряча слезы в их волосах. Так они и сидели, обнявшись вчетвером, потому что женщина не выпустила из рук чужую девочку. Хотя какая она чужая, с этого момента она такая же дочь для Тамары, как и Алина. Если каким-то чудом найдутся родственники Вероники, женщина будет только рада, но она в это не верила. Глядя на все, что творилось вокруг, все больше понимала, как раньше уже не будет никогда.
   - Тома, ты наверно голодная? - подсел к ней Илья. - Детей я накормил. А это что за красавица у нас?
   Женщина подняла красные от слез глаза на молодого человека, он улыбался, но не так, как Петр Иванович, а тепло, успокаивающе. Тамара вздохнула, собралась, вспоминая, что Вероника голодная, да и она ничего не ела с утра.
   - Тарелок у нас не хватает, что из моря выловили в том и едим, - извиняющее произнес Илья, протягивая пластиковый контейнер с кашей.
   - Спасибо Илья, - поблагодарила женщина, решив отложить с ним разговор на потом. Если ему удобно обращаться к ней на "ты", пусть. - Это Вероника, они с Антоном ходили в одну группу, теперь она будет жить с нами. Правда, дети?
   - А где мы будем жить? - задал вопрос умный не по годам Антон.
   - Построим дом на острове, заведем корову, курочек. Вероника, ты видела маленьких цыплят? Нет? Они желтые и пушистые, - Тамара продолжала рисовать радужную картину их будущего, не забывая кормить девочку.
   - Тома, ты, правда, думаешь, что все так и останется? - тихо спросил Илья, когда Вероника задремала под мышкой у женщины, а другие дети сбежали к общему костру.
   - Посмотрите вокруг, уже одно это говорит, что по-старому ничего не будет.
   - Тамара, я понимаю, что это звучит странно, но называй меня на "ты", - отвел глаза в сторону молодой человек. Тамара ему понравилась с первого взгляда, но он понимал, что сейчас не время затевать отношения.
   - Почему странно, думаю, некоторые условности придется оставить в прошлом, - вздохнула Тома. - Нас слишком мало, чтобы еще и отстраняться друг от друга этим "вы".
   - Я тоже так считаю, - улыбнулся Илья. - Предлагаю выбрать остров немного южнее, зима будет очень долгая и холодная.
   - Из-за Йеллоустона?! Я о нем тоже читала, неужели все это правда? И из-за какого-то вулкана наступит новый ледниковый период? - думать о новой катастрофе не хотелось, но и просто отмахнуться от нее не получалось. Еще сутки назад землетрясение и цунами было сродни фантастики, вроде и существует, но не у нас.
   - Надеюсь, что ученые опять преувеличили, и ледниковый период все-таки не настанет. Но в следующем году лета, скорее всего не будет, как уже было в тысяча восемьсот шестнадцатом году, после извержения вулкана Тамбора.
   - А не рано ли мы стали готовиться к худшему? - спросила Тамара, машинально поглаживая спящую девочку по голове. - Может, не все так плохо и помощь придет?
   - В прошлом году кажется, на Дальнем Востоке было наводнение и много там помогали? От волонтеров больше помощи было, чем от государства. А если эта магнитная буря серьезно испортила электростанции и электронное оборудование, помощи мы несколько лет не дождемся.
   Как не хотелось так думать Тамаре, но Илья был прав, рассчитывать на помощь государства не стоило. Оно скорее начнет помогать пострадавшей Америке или другим странам, чем собственным людям, живущим на окраине . Женщина понимала, что сейчас не время предаваться апатии и депрессии, что надо думать о будущем, ведь у нее дети. Но в один день отринуть прошлое невозможно.
   - Что же нам делать? - тихо произнесла она, глядя на заходящее солнце. Оно было точно такое же, как и вчера, как и неделю назад, и даже во времена детства Томы. Все меняется, даже ,казалось бы, неизменный мир, к которому все так привыкли, только солнце остается вечным. Но и ему когда-нибудь придет конец.
   - Все устроится, главное мы живы, - сжал ее ладонь в своей руке Илья.
   Тамара не успела ничего ответить, подошла Наталья, за время совместной работы они очень сблизились. Женщина выглядела очень уставшей и расстроенной.
   - Петр Иванович всех собирает, хочет доложить сложившуюся ситуацию и выслушать предложения по ее разрешению.
   - Наташ, ты хоть ела? - спросила Тамара, женщина помотала головой. - Плюнь ты на Петра, разговаривать лучше на сытый желудок. Илья у нас там каши еще не осталось?
   Тома хотела подняться и принести сама, но молодой человек ее опередил, сжал руку еще раз, сказал : "Сиди, я сам", поднялся и ушел к костру. Наталья устало села рядом.
   - Хороший он у тебя, - Тома не сразу поняла, что Наташа говорила об Илье. - Ты береги его, таких мужчин редко встретишь.
   Тамара хотела сказать, что Наташа все перепутала, что они с Ильей познакомились только сегодня, но почему-то промолчала. Может оттого, что за этот день столько всего случилось, что все эти люди стали ей почти родственниками, горе сближает. Даже на Петра Ивановича она почти не злилась, во многом он был прав, в такой ситуации нужна цель, чтобы не впадать в апатию и депрессию. Наверно все-таки надо послушать, что он хочет сказать. Подошел Илья, принес кашу Наталье, сел рядом с Тамарой.
   - Петр Иванович дал добро на то, что всем надо поесть и отдохнуть, - усмехнулся молодой человек. - Сбор объявил через полчаса.
   - Илья, а Владу лучше стало? Я совсем забыла про него спросить, - спросила Тома, ей было жаль паренька. Но с такой девушкой, как Жанна можно было не волноваться за жизнь Влада, она зубами его из лап смерти вырвет.
   - Жар спал, думаю, он поправится, - ответил Илья, задумчиво поглядывая вдаль.
  
   ***
   Жанна тоже смотрела в сторону заката, рядом, положив ей голову на колени, лежал Влад, делая вид, что спит. Девушка знала, что он наблюдает за ней из-под ресниц, но ничего не говорила. Она даже себе не хотела признаваться, что этот рыжий несуразный парнишка что-то для нее значит. Нет, они просто оказались в стрессовой ситуации вместе, по психологии они что-то такое проходили, вспоминала Жанна. Там даже объясняли, почему жертвы похищения влюбляются в своих похитителей. Девушка тогда считала, что это полная ерунда, с ней уж точно такого не могло бы никогда случиться. И пусть ее никто не похищал, Влад наоборот ее спас, страшно представить, чтобы с ней было, если бы он не подвез ее. Вот, точно, это не привязанность или влюбленность, а обычная благодарность. Жанне сразу стало легче, а на сердце тоскливее. Рука сама собой зарылась в лохмы одного крайне хитрого товарища. Еще девушка кляла себя за черствость, вокруг столько людей погибло, а многие до сих пор под завалами без надежды на спасения, а она сидит и размышляет о своих чувствах. Она, конечно, сопереживала, соболезновала и так далее, но привитый с детства эгоизм, заставлял в первую очередь переживать за родителей и Влада.
   - Хватит притворяться, я знаю, что ты не спишь. Нога не болит? - спросила девушка, перебирая пальцами волосы парня.
   - Я не притворяюсь, я наслаждаюсь, - тепло улыбнулся Влад. Зачем он так, от его влюбленных глаз и улыбки, у Жанны екало сердце и наворачивались слезы. - Когда ты рядом у меня ничего не болит.
   - Подхалим. Болит же, - Жанна положила ладонь на его лоб, температура еще была, но не такая большая, как часа три назад. Влад улыбался, Жанна ловила себя на мысли, что невольно улыбается в ответ.
   - Друзья, давайте, собираемся, нам очень многое надо обсудить, - раздался громкий голос Петра Ивановича над головой. Жанна вздрогнула, у нее было двоякое отношение к мужчине, с одной стороны, благодаря Петру Ивановичу, жив Влад, с другой, его бывает очень много.
   Так как Жанна с Владом итак находились у общего костра, девушка сама делала лежанку из досок для парня, земля еще была холодная, а сидеть ему было тяжело. Сверху досок постелила одеяло, найденное на раскопках, хоть и грязное, но все удобнее лежать. Брать спальный мешок Тамары, девушка не стала, у женщины были дети, им он был нужнее.
   После слов Петра Ивановича к общему костру стали подтягиваться люди, Жанна знала не всех. Кроме Тамары и Ильи, она немного пообщалась с Ольгой, то ли положение на ней так сказывалось, то ли сам характер у нее был такой, но Жанне эта молодая беременная женщина не понравилась. Было в ней что-то скользкое, уже то, что Ольга заигрывала с Ильей, вызывало неприятие. Жанна не понимала, как такое возможно, когда всего несколько часов назад погиб твой муж и его родственники, да какой бы плохой он ни был, есть же элементарные нормы приличий. Но может она так думает, потому что у нее никто не умер? Жанна предпочитала думать, что ее родители живы и даже если этот хаос творится по всему миру, ее отец найдет выход из положения. Наверно ей просто надо было во что-то верить и она верила.
   Постепенно все собрались, получалась довольно большая компания из семнадцати человек. Из них трое детей, двое подростков, одна пенсионерка, а остальные мужчины и женщины в возрасте от девятнадцати до сорока пяти лет, примерно.
   - Меня наверно все знают, но я представлюсь еще раз, - встал их негласный лидер. - Петр Иванович, полковник в отставке. Сейчас я назову имена всех остальных, вдруг кто-то еще не успел познакомиться . И начнем мы со старшего поколения. Мария Владимировна, до всего этого учила детей русскому и литературе.
   Да, в пенсионерке явно прослеживался многолетний стаж преподавания, строгий, уверенный взгляд, прямые плечи, даже горе не смогло сломить их. Дальше Петр Иванович представлял всех по именам. Ольга оказалась домохозяйкой, как и Наталья, а вот Тамара финансистом по внешнеэкономической деятельности, Жанна никогда бы не подумала. Илья программист, но это было ожидаемо, Сергей охранник. Елена, одна из спасенных, женщина неопределенного возраста, ей могло быть и около тридцати, и около сорока, продавец. Вадим был немного старше их с Владом, и работал в автомастерской, что находилась на территории гаражного кооператива. Он как раз работал ночью, выполнял срочный заказ, поэтому и спася. Валерий был водителем, и явно любящим выпить, он возвращался с ночной смены и почти вошел в дом, как начало все рушиться и его весьма удачно завалило, оставив только пару царапин.
   - Я просил вас собраться, чтобы обсудить сложившуюся обстановку. Все мы видим, что за целый день вода спала всего на полметра, и то это может быть обычным отливом. Мы отрезаны от большой земли морем, мусором и отсутствием транспорта, с помощью которого можно было бы выбраться. Все вы, наверное, ждете спасателей, вынужден вас разочаровать, спасаться нам придется самим. Я вижу в ваших глазах недоверие, и даже его понимаю. Но оглянитесь вокруг, масштаб катастрофы ужасающий, пока к нам смогут, добраться мы умрем от обычного обезвоживания.
   Жанна смотрела, как реагируют на это сообщения , сама она тоже мало верила, что кто-то будет их спасать. Кажется, данная новость стала шоком только для Ольги, ну еще охранник Сергей пребывал с обескураженным лицом. Даже подростки не удивились перспективе остаться без помощи, все-таки в нашей стране люди давно перестали надеяться на государство.
   - Что вы предлагаете, Петр Иванович? - спросила бывшая учительница.
   - Я не предлагаю, я настаиваю, что нам надо выбираться с нашего неуютного острова, по возможности в ближайшие дни. Питьевой воды нам надолго не хватит, а надо найти еще остров с родником или ключом. Надо чтобы там было хоть какое-то пригодное для жилья здание.
   - Вы думаете, нам никто не поможет? - в голосе Ольги проскальзывали истерические нотки.
   - Я думаю, что с большой земли к нам доберутся не раньше, чем через месяц. А все вы понимаете, что прожить здесь месяц у нас не получиться.
   - А как же люди, что остались под завалами? - тихо спросила Наталья, держа за руку дочку.
   - Мы ничем не можем им помочь. Без техники пытаться поднимать разрушенные конструкции, равносильно самоубийству.
   - Но они же без нашей поддержки умрут, - еще тише пробормотала женщина.
   - А если мы останемся, то вместе с ними умрем и мы. Наталья ты готова еще раз рискнуть своей дочерью, готова смотреть, как она умирает на твоих руках от нехватки воды или еды? - от этих слов Петра Ивановича Наташа побледнела и крепче вцепилась в свою дочь.
   Тамара же наоборот нахмурилась, она считала, что Петр прав и надо уходить от города подальше. Скоро начнут разлагаться мертвые тела, а это болезни и эпидемии. Но ей не понравилось, что он использует такие низкие приемы. Хотя они, конечно, самые действенные.
   - Но я никого не заставляю, все кто хочет, могут статься тут и дожидаться спасателей. Еду, воду и остальные, найденные вещи мы поделим поровну. Сейчас я не спрашиваю вашего ответа, подумаете до утра. Илья, ты английский хорошо знаешь? Пойдем, хочу свое радио послушать, у меня оно военного образца, может чего и выловим на просторах мира.
   Для Тамары не стояло вопроса, оставаться или покидать сопку, превратившуюся в остров, она это решила еще утром, сидеть здесь действительно не имело смысла. Как не жаль ей людей, но Петр прав, помочь им они не могли. Поэтому она просто поднялась и пошла, готовить ночлег для детей, да и остальным с этим вопросом помочь надо было.
   - Мы с Петром Ивановичем? - спросил Влад у Жанны.
   - С каких это пор "мы"? Ты решай за себя, - хмыкнула девушка, а у самой радостно забилось сердце.
   - А разве мы не будем восполнять человеческую популяцию? Неужели у тебя хватит совести отказаться от такой почетной обязанности? - улыбнулся парень.
   - Это у тебя совести нет. Как ты можешь в такое время шутить? - почему-то смутилась Жанна, может от того, что воображение нарисовало ей рыжих детишек с такими же хитрыми глазами, как у Влада.
   - Мы живы, а это уже повод для радости. А на счет "мы", куда ты туда и я. Или ты бросишь раненного товарища? - хитро усмехнулся он.
   Жанна легонько дернула его за чуб, чтобы не говорил глупости.
   - Это значит, что мы тут не остаемся?! Очень мудрое решение, представляешь, какая хорошая будет наследственность у наших детей?
   - Хватит, Влад, это уже не смешно. И вообще, дети это не тема для шуток. Пойду, помогу Тамаре, - девушка осторожно встала и пошла к женщинам, которые решали проблему ночевки.
   - Я не шутил, - тихо произнес ей в след Влад. Глупо, конечно думать, то такая девушка, как Жанна обратит на него внимание, но надеется же можно.
  
   Подходил к концу первый день в их новой жизни, что принесет она им в дальнейшем? Только ли горе потерь и тяжесть существования? Никто об этом не знал, и в тот момент не особо об этом задумывался. Мысли придут потом, когда сгладится горе от потери близких, когда появится желание жить. А сейчас все были заняты насущными делами, пребывая в какой-то прострации. Но может это и к лучшему?
  
  
   Глава 5
  
   Первая ночевка в их новом мире у всех прошла по-разному, Тамара спала беспокойно, постоянно просыпаясь, чтобы проверить детей. Они устроились вчетвером, Тома и Алина по краям, а Антона с Вероникой положили в серединку, чтобы не замерзли. Еще в палатку поместились Ольга и Мария Владимировна. Тома хотела отказаться от места в палатке в пользу Влада, ведь он серьезно ранен, но тот не захотел, да и дети боялись засыпать без нее. Проснувшись, очередной раз за ночь в слезах, ей опять снилось, что она не успела спасти детей, проверив, что они спокойно спят, Тома осторожно выбралась из палатки. Надо проветриться, забыть сон. Все спали. Жанна лежала, положив голову на плечо Влада, даже во сне натягивая на него одеяло. Тамара улыбнулась, заботливая девушка, а по виду не скажешь. Петр Иванович и остальные мужчины устроились с другой стороны костра, среди них был и Олег, молодцы, не бросили парнишку. В сторонке спала Наталья с дочкой, а рядом расположилась Елена. Эта женщина весь вечер молчала, было непонятно, погиб у нее кто-то или нет.
   У костра сидел Илья, закутавшись в одеяло.
   - Не спишь? - присела рядом Тома.
   - Бдю, - улыбнулся молодой человек. - Задание Петра Ивановича, нести караул, сейчас моя смена. А ты почему не спишь?
   - Кошмары не дают.
   - Садись ближе, без одеяла холодно сидеть.
   Тамара подвинулась ближе, Илья накинул на нее край одеяла, ненадолго задержав свою руку на ее талии. Женщина промолчала, решив, что ей просто показалось.
      - А зачем нести караул? - спросила она , чтобы отвлечься от нерадостных мыслей.
      - Поддерживать костер, ночью холодно, а нам сейчас болеть нельзя. А еще чтобы живые люди видели, что они не одни. Знаешь, на соседних сопках тоже есть костры. Радует, правда?! - Илью действительно радовало, что есть еще выжившие. У него вообще поднялось настроение, когда Тома села рядом. От этой молодой женщины исходило спокойствие и умиротворение. Как у нее это получалось в такой ситуации, Илья не знал. Но находясь рядом с ней, он был уверен, что жизнь не закончилась на этой катастрофе.
      - Радует, очень. Петр Иванович не рассказывал о своих планах? Как выбираться с нашего островка еще не обсуждали? - Тамара легла спать одной из первых, стала укладывать детей и уснула сама.
      - Плоты строить, как еще по-другому? - пожал плечами мужчина. - А плыть будем от острова к острову, разговаривать с людьми, искать источник воды.
      - Лучше перебраться на ближайшую сопку, воды мы там не найдем, но есть много других вещей, которые нужны. А еще к ней  могло  прибить яхты или лодки.
   - Всегда мечтал о своей яхте, - улыбнулся Илья.
   - Я тоже, - задумчиво произнесла Тома, вглядываясь в языки пламени. Ей было тепло и спокойно, костер ли согревал или мужчина, сидящий рядом, кто знает. Захотелось прислонить голову к его плечу, поплакать , ощутить участие и поддержку. Как же она устала быть сильной. И не только за этот день, а за все прошедшие годы.
   - Мечты сбываются. Уверен, мы уже завтра найдем подходящую яхту.
   - Которая потребует ремонта. Много ли мы сможем? Я со своим экономическим образованием, а ты со сломанной рукой.
   - Сможем, обязательно, нам просто некуда деваться, - мужчина ободряюще обнял Тамару за плечи. - Тебе надо отдохнуть, Тома, завтра день будет трудный.
   - Ты хотел сказать, ближайшие месяцы будут трудными? - как-то сама собой голова Тамары оказалась на плече у Ильи. - Знаешь, когда я думаю о будущем, у меня опускаются руки. Заставляют шевелиться только дети, и понимание, что их здоровье и жизни зависят от меня. А я так устала, и мне тоже страшно, особенно смотреть в глаза обреченным людям. Эти глаза полные надежд, протянутые руки, стоит мне смежить веки, и я вижу их, как наяву. Мне кажется, они будут приходить ко мне до конца моей жизни. Извини, тебе наверно неинтересно выслушивать мои жалобы.
   - Тома, причем здесь интересно или нет. Ты живой человек, это нормальное желание выговориться. Нельзя загонять себя в такое состояние. Сколько можно уже подбадривать других в ущерб себе? - Илья, конечно прав, но она не могла просто пройти мимо людей, которым хуже, чем ей. Обостренное чувство ответственности или может быть чувство вины? Ведь ее дети живы и здоровы, не всем так повезло. - Завтра мы начнем строить плоты, возможно, найдем лодку и уедем отсюда.
   Да, им надо уехать отсюда, и не только с этого импровизированного островка, где нет воды и запасы еды на исходе. А вообще из бывшего города, где все напоминает о прошлом, которого не вернуть. Возможно, когда-нибудь она о нем забудет, перестанет жалеть о несбывшихся желаниях и нереализованных планах, но это будет не скоро. Надо было встать, уйти, но именно уходить и не хотелось. Тамара вздохнула, здраво рассудив, раз Илье не мешает ее присутствие и он готов побыть жилеткой, для ее невыплаканных слез, то почему она должна отказывать себе в такой малости? Нет, жаловаться на судьбу она не стала, да и плакать тоже, ей достаточно было чувствовать рядом тепло живого человека.
    
    ***
  
   Следующий день действительно стал самым тяжелым. Приходилось среди гор мусора выбирать подходящие доски, деревянные балки, бруски, все то, что могло пригодиться для постройки плотов. Инструменты разыскали в полуразрушенных гаражах, хуже было с гвоздями и веревками.
     Лагерь перенесли ближе к месту работы, туда же сносилось все, что могло пригодиться. Никто утром не захотел остаться на сопке, большинство решили перебраться на более крупный остров, куда спасатели наверняка высадятся в первую очередь. Тамара не стала высказывать свои мысли о спасателях, зачем расстраивать людей, но решила думать в долгосрочной перспективе. По этой причине она хотела попасть на соседний островок, где должны были сохраниться аптеки и другие магазины, пусть большинство из них наверняка разрушено. Но там был базар и киоски не могли развалиться полностью. Конечно, по ним успели пробежаться свои выжившие, но вряд ли их много. Да и вещи им нужны будут другие, не те, что хотела собрать Тамара.
     Вода спала еще на метр, но судя по всему, это был именно отлив.
   Работа была у всех, Илья даже Антону с Вероникой нашел занятие, они бегали и собирали пустые пластиковые бутылки. Вероника хоть и не проявляла особого желания, но у Антона получалось ее привлечь к общему делу, с ним она отвлекалась от страшных воспоминаний. Тамара то и дело оглядывалась, ей было страшно за детей. Она им объяснила, почему нельзя  подходить к разрушенным зданиям, но дети быстро забывают об опасности, тем более по развалинам лазить интереснее, чем их обходить.
  
  
  
   29.03.14
    
   Плот решили делать один и небольшой, чтобы быстрее его закончить и уже сегодня переправиться на соседний островок. Оказалось, что пустые пластиковые бутылки стали главным составляющим плота. Их штук по шесть обматывали скотчем, запас которого нашелся у Петра Ивановича, а потом такими связками приматывались к доскам. Получилось несколько четырехметровых заготовок, на них стали прибивать поперечные перекладины, чтобы собрать конструкцию воедино. А уже на них прибивали доски будущего пола или палубы, как это называется у плотов, Тамара не знала. Весел, конечно, не было, решили обойтись шестами, но несколько досок все же захватили, вдруг глубина больше предполагаемых трех-пяти метров. Когда-то в этом месте проходила дорога между двумя возвышенностями, она не спускалась в низину, она шла по отрогу одной сопки к другой. Так что все сошлись во мнении, что здесь самое мелкое место. Сложнее всего было спустить плот на воду, перетаскивать его через груды мусора, рискуя провалиться и сломать ногу. Чудом обошлось без серьезных травм и ран.
   За первым рейсом все следили очень внимательно, с надеждой и опасением, но все обошлось благополучно, плот выдержал. Когда делали третий рейс, на который попали Тамара с детьми, к новоприбывшим подошло местное население. Они почти ничем не отличались от таких же случайно спасшихся, та же пыль вперемешку с кровью на одеждах и скорбь в глазах. Они не спешили здороваться, не спешили предложить помощь, потому что видели, это не спасатели, а такие же пострадавшие и это знание лишало надежды.
   Петр Иванович, отправив Сергея с Валерием забирать остальных, им предстояло сделать еще два рейса, сам пошел налаживать отношения с обитателями этого острова. Тома помогла Жанне перетащить Влада через завалы мусора. И они все вместе устроились на небольшой возвышенности, планируя дождаться остальных. Тамара запретила детям отходить от нее, место новое, люди неизвестные, а опасности все те же. А ведь еще могут быть озлобленные псы, да и люди сейчас не отличаются добротой, кто знает, что может перемкнуть в голове у человека, который потерял свою семью.
   Тома сидела, обнимала детей, в последние сутки она это делала чаще, чем за весь прошлый год, и смотрела на изменившийся ландшафт. Еще два дня назад вон там была автобусная остановка, а на том месте, где они сейчас сидели пешеходная дорожка, а за спиной был маленький сквер. Деревья большей частью сохранились, но сквер в них уже признать было невозможно. Между стволами набило мусора, веток, встречались и вывороченные с корнем деревья. Но если отвлечься от этого хаоса, если на минутку представить, что будет через несколько лет, когда природа возьмет свое и покроет все буйной растительностью. Да, пожалуй, Тамаре понравились бы зеленые островки в бескрайнем море.
   - Нет, вы только подумайте, у них негласный лидер баба! - стремительно подбежал возмущенный Петр Иванович, даже его Граф, пофыркивал, поддерживая хозяина. - Девушки я не хочу вас оскорбить, но по-другому ту дамочку не назвать! На язык просятся такие эпитеты как хабалка, надсмотрщик в юбке. А у меня принципы, я не разговариваю на матах с женщинами, даже с такими стервами.
   - Петр Иванович, успокойтесь, расскажите, что же сказала вам эта страшная женщина? Знаете, мне даже захотелось с ней познакомиться, не представляю, что могло лишить вас душевного равновесия, - Тамара миролюбиво улыбнулась, хотя ее улыбка больше предназначалась Графу. Пес оказался неравнодушен к детям, он постоянно к ним лип, и сейчас, пока не видел хозяин, подсунул морду под ладонь Алины, напрашиваясь на ласку.
   - Я всего лишь заикнулся, что мы не планируем долго у них тут задержаться. Что на улице не зима, что тела уже начали разлагаться и пить воду из родника опасно. Где гарантия, что трупные яды не просочились в грунт? Предложил объединиться и найти остров, где не было массовой застройки. А в ответ услышал, что я солдафон бессердечный, и это самое мягкое, что она сказала, остальное повторять не буду. Меня просто бесят такие людишки, которые не видят дальше собственного носа. Спасатели придут! Ха, с тем же успехом можно говорить, что явится миссия и воскресит всех умерших.
   - Петр Иванович, вы перегибаете с цинизмом, даже мне захотелось сказать вам что-нибудь эдакое. Хотя я как раз поддерживаю вашу точку зрения, что спасателей мы в ближайшее время не дождемся, - Тамара уже который раз удивлялась тому, что никто еще не набил полковнику в отставке физиономию.
   - Простите, Тома, вы правы, это все от безысходности. Я думал, что готов морально к таким катаклизмам, но в реальности сталкиваешься не с теми проблемами, к каким готовился, - воздохнул мужчина и сел неподалеку от Тамары. Странно, но Жанна и Влад не принимали участие в разговоре, хотя слушали затаив дыхание. Разные чувства побегали в их глазах, у Жанны больше было беспокойства, наверно о родителях, которые как раз отдыхали за границей, Тома знала, поэтому понимала девушку. А вот Влад был чему-то искренне рад.
   - Не учли человеческий фактор? - получилось немного насмешливо, но Тома не считала нужным беречь самомнение Петра Ивановича, пусть получает то, что сам в принципе и начал.
   - Скорее упустил из вида, что дело придется иметь с гражданскими.
   - А так же с женщинами и детьми, - добавила Тамара, смотря вдаль, туда, где плот уже пристал к противоположному берегу. - Так какие у нас планы, Петр Иванович? Ведь он у вас уже есть, не правда ли?
   - Он у меня был еще до всего случившегося. В первую очередь надо, как можно быстрее покинуть город, сейчас тепло, источников в городе нет, только грунтовые воды...
   - Я не об этом. Покинуть город это понятно, но насколько? Неделя? Месяц? Год?
   - Я думаю, пройдет года три, прежде чем к нам сюда доберутся.
   - И китайцы будут первыми, - получилось мрачновато, но и радоваться было не чему.
   - Не исключено. Поэтому первое, что нам надо найти это оружие, тут не очень далеко был охотничий магазин, - глаза полковника блеснули азартом.
   - Нет бы, подумать, чем мы будем питаться в ближайшее время и впоследствии, а вы уже планируете с кем-то воевать, - с укором сказала Тома.
   - Мужчина априори защитник, а о еде думать женское занятие. Так что думайте Тома, а физическую силу мы вам на сбор запасов обеспечим.
  
   ***
  
   Следующие три дня прошли в суматохе. В их импровизированный лагерь каждый сносил все что нужно и не нужно. Пока Петр Иванович не распределил ответственности. Так что кучи стали приобретать порядок. Отдельно лежали продовольственные запасы, необходимая утварь, одежда. За лекарства отвечала Жанна, все равно медиков среди группы не было. Девушка поступила просто, она принесла из аптечного киоска почти все, что осталось целым, в основном таблетки, отбирая конечно те, что имели длительный срок хранения. Мария Владимировна оказала Жанне неоценимую помощь, как и любая пенсионерка, некоторые лекарства она знала очень хорошо. Но у бывшей учительницы были свои задачи, которые она решила возложить на себя сама. Она почему-то решила, что ее долг спасти накопленные человеком знания. Так что она самозабвенно копалась на развалинах книжного магазина, выискивая что-то нужное и полезное. Тамара даже попросила обратить ее внимание на брошюры со всевозможными советами, как вырастить кроликов, или построить дом, в общем, что-нибудь практичное. Сама Тома, помимо сборов продуктов, принесла семена и зимнюю одежду, рассчитывая на долгосрочную перспективу. По этому поводу в лагере был практически скандал, большинство возмущались, что эти, по их мнению, бесполезные вещи занимают и без того ограниченные места в лодках. Но Тамару поддержал Петр Иванович и Илья, сказав, что лучше взять сейчас, чем потом замерзать, если холода придут раньше спасателей. Потом они вдвоем показывали на огромную неподвижную тучу на востоке и объясняли всем, чем грозит взрыв супервулкана.
   На второй день количество людей прибавилось, в основном это были мужчины, которые считали, что лучше быть под руководством Петра Иванович, чем какой-то бабы. Правда, приняли не всех, двух с явно наркоманско - уголовными лицами отправили восвояси. С тех пор лагерь всегда охранял кто-то из мужчин. Тамара очень удивилась, когда еще в первый день, мужчины отправились на раскопки магазина для охотников, а назад вернулись до верха нагруженные оружием. Илья светился от счастья, неся с собой арбалет, он потом полчаса рассказывал о достоинствах этого оружия перед огнестрельным, даже пустился в исторические дебри. Тамара пообещала попробовать стрельнуть из арбалета, когда будет больше свободного времени. Нет, она не прониклась восхищением или любопытством, просто за многие годы супружеской жизни она поняла, что в некоторых мелочах с мужчиной лучше согласиться, чем долго доказывать, почему тебе это неинтересно.
   Единственным человеком, не принимающим участия в жизни лагеря, была Ольга. Костер поддерживать она не могла, живот не позволял наклоняться, от запаха готовящийся еды ее тошнило, хотя на сам аппетит это никоим образом не влияло. Попробовали дать ей задание поискать одежду, что-нибудь просто и полезное, но она набрела на какой-то бутик модной одежды и набрала себе вечерних платьев, причем явно малых. Ольга плакала, когда Петр Иванович их сжег, говорила, что у нее никогда не было таких платьев, что она ради них обязательно бы похудела. Все смотрели на беременную женщину недоуменно, у всех горе, а она убивается из-за ненужных тряпок. В конечном итоге стали закрывать на ее странности глаза.
   Самая большая проблема была даже не с водой, которой становилось все меньше и меньше, а с транспортом. Вещей набралось много, а у них в наличии было только плот и лодка, которую на днях нашли мужчины. Вообще они нашли почти целую яхту, сломанная мачта и оборванный якорь не в счет, но ее требовалось спустить на воду. И не факт, что на том боку, на котором она ныне лежит, не окажется пробоин.
   Им повезло, хотя за везение пришлось расплачиваться кому простудой, нахождение в холодной воде не проходит даром, кому ссадинами и порезами, когда с помощью досок и других подручных средств сталкивали яхту в воду.
   К концу четвертого дня пребывания на острове они были готовы к отплытию.
  
  
  


Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"