Бродский Давид Шикович : другие произведения.

Осень строителя коммунизма

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:

  Однажды имея в запасе селедку,
  Петров в Гастроном пошел быстро за водкой.
  Вернулся домой. Дверь закрыта. Звонит.
  - Кто там?
  - Петров-Водкин, - Петров говорит.
  
  
  Иду в мастерскую. Левое плечо греют лучи осеннего солнца. Красно-оранжевый клен отдает земле полученное летом. Настроение тихое, ностальгическое. Без стихов никак невозможно!
  "Унылая пора!" и тут же "Очей очарованье!" - позволяли себе великие.
  Или такое: "Осень наступила, высохли цветы, и глядят уныло голые кусты" - это уже Плещеев.
  Вот, Агния Барто: "Листопад, листопад, утопает в листьях сад, листья грустно шелестят..."
  Задумчивый Пастернак увидел такое: "Липы обруч золотой - Как венец на новобрачной.
  Лик березы - под фатой Подвенечной и прозрачной"
  Липа в золотом венце новобрачной - красиво! Но где этот прекрасный поэт видел желтую фату?!
  Некрасов хандрит: "Поздняя осень. Грачи улетели, лес обнажился, поля опустели, только не сжата полоска одна... Грустную думу наводит она".
  Потом хандра прошла, и он радостно восклицает: "Славная осень! Здоровый, ядрёный воздух усталые силы бодрит; лед неокрепший на речке студеной, словно как тающий сахар лежит..."
  Ивану Бунину хорошо! Он - любуется:
  Лес, точно терем расписной,
  Лиловый, золотой, багряный,
  Веселой, пестрою стеной
  Стоит над светлою поляной.
  Но не всегда - "Отцвели кувшинки, и шафран отцвел. Выбиты тропинки, лес и пуст, и гол".
  Ему вторит тезка: "Как грустный взгляд, люблю я осень. В туманный, тихий день хожу я часто в лес и там сижу - на небо белое гляжу..."
  Белокурый хулиган хулиганит "Тихо в чаще можжевеля по обрыву. Осень, рыжая кобыла, чешет гривы".
  Может Бальмонтом, и закончить осенний экскурс в поэзию?
  Солнце реже смеется,
  Нет в цветах благовонья.
  Скоро Осень проснется
  И заплачет спросонья.
  
  Честное слово! Еще кусочек Аполлона Майкова и всё.
  Листья шумят под ногой;
  Смерть стелет жатву свою...
  Только я весел душой
  И, как безумный, пою!
  
  Уф-ф-ф... А сколько еще можно рвать на куски и кусочки, прекрасные грустно-радостные русские стихи об осени...
  Но... Не будем углубляться - впереди рассказ.
  Иду в мастерскую. Правое плечо греют лучи осеннего солнца. Красно-оранжевый клен отдает земле полученное летом.
  Поднимаюсь в мансарду на пятый этаж. На четвертом стоят рядышком натруженные, забрызганные побелкой рабочие ботинки.
  Попасть ко мне можно только с "черного хода", посему стоящие там ботинки как бы говорят: "Нас выкинули!" Думаю так: подожду, ежели через неделю не сдвинутся с места, значит, точно выкинули. Еще прилипший к моей подошве ржавый листик приложил для наглядности.
  Всю неделю, поднимаясь - спускаясь, проверял - листик на месте. У соседей, ниже этажом, стучать перестали, значит, ремонт закончился - значит, выбросили за ненадобностью.
  Забрал. Принес. Поставил на табуретку. Сижу, любуюсь.
  Параллельно любованию проходит поиск возможности вставить этот шедевр прозодежды в картину. Изобразить просто одни ботинки, даже ТАКИЕ! - мне было неинтересно. Тогда было не интересно. В те годы была тяга к "психологическому натюрморту" и я "выкручивал руки" и своим мозгам, и натуре.
  На тот день все любованием и закончилось. Идея или приходит сразу, или гуляет сама по себе, а ты за ней бегай, догоняй, хватай за ворот и спрашивай: "Ну, будем работать, или как?!"
  
  Дни стояли замечательные... ("стояли" - почему стояли? может осенью - вот именно - стоят?)
  Приходил в мастерскую, бросал взгляд (снова штамп...) на ботинки и чувствовал - образ тускнеет и отдаляется, но прятать их среди скопившегося хлама пока не хотелось - надеялся: идея придет.
  И она пришла. Вот ее примерный маршрут: Осень. Падают листья. На что похожи падающие кленовые осенние листья? На... червонцы. На советские красно-оранжевые, когда-то родные и желанные. Их часто безуспешно ждали, а потом они вдруг сыпались неизвестно откуда и, если не успеешь собрать и утилизировать, превращались в осенние листья клена - вспыхнули ярко и пропали. Кто-то собрал в кучу и вывез неизвестно куда. Иногда они проникали за подкладку, иногда прятались в толстой книге, иногда тихо валялись в ящике, отодвигаемые дальше и дальше.
  Это был символ. С ним можно было вполне не символически посидеть в ресторане (если пустят), купить два ящика пива (если завезут) и еще оставалось к пиву. Сходить много раз в кино, театр и на стадион. А можно было заныкать и ждать лучших времен. Времена пришли, но уже к зеленым.
  
  В мастерской можно найти всё. И если осенью там появились рабочие ботинки - на них должны посыпаться... Конечно, ОНИ - родные, желанные, красные листья-червонцы.
  Перерыл в мастерской всё, что можно было (многое уже не досягаемо...). И, почти отчаявшись найти, обнаружил искомое в книге "Сокровища Эрмитажа". Обычно так засушивают красивый осенний лист, чтобы не скрутился. Червонец лежал один, без шумных друзей-близнецов и, казалось - тронь и рассыплется. Но он был сделан из качественной бумаги и отпечатан качественной краской. Кое-что советы делали очень качественно, и символ - из этого числа.
  Разве теперь возможно выяснить, как он туда попал? В Эрмитаж. Может это намек?
  (На сокровище, конечно.)
  Небольшое препятствие несоответствия количества наличия (прошу прощения за...) устранилось путем многократного повтора символа на холсте. Червонец размножился и, наконец, обрел своих братьев-близнецов.
  К одному символу - другой. А разве эти ботинки - не символ?! Еще какой! И осень - символ. Грустный и...
  "Унылая пора! Очей очарованье!"
  
  
  
  http://arts.in.ua/artists/David_Brodski/w/194381/
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"