Булгари Шайда: другие произведения.

27 глава - Взрослые люди. Нити Дорог.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Воскресенье. Обновление от 13 февраля. Вся история глазами некромага.


  

Глава 27

Нити Дорог.

  
   Он не чувствует боли
   Он всегда подставляет себя под удар.
   Он спокоен как море,
   Забывшее, что такое вода.
   Посмотри. Это он.
   Я о нем говорил. Это мой друг. да...
  
   Пикник. Это он.
  
  
   Джаред Хаккен.
   Тайрани-Алискан.
  
  
   ....Тайранцы. Велеречивые, изящные, безупречно вежливые лжецы, прячущие свои лица за масками. Маски... тёплый бархат, холодный фарфор, тонкая вязь кружева и красочные узоры на бесстрастных красивых лицах с идеальными чертами. Лишь только глаза, следящие сквозь прорези масок настороженно и враждебно, не дают забывать, что это не куклы, а живые люди.
   Только Император Тайрани и юная принцесса не надели сегодня маски, выражая тем самым особое уважение и доверие к алисканской делегации. Но разве они не становятся от этого еще большими лжецами? Тайранцы не умеют испытывать ни уважения, ни доверия даже к самим себе, что же говорить о чужаках? Леди, скрывающие свои лица, но обнажающие грудь, вероломные лорды, кокетливо вертящие в руках веера, и даже могущественные маги, соль земли, в неуместных одеждах придворных -- все они испорченны. Прогнивший народ, ни годный ни на что. Глупые, суетные людишки.
   Алисканцы мнутся посреди тронного зала тайранского двора - грубые, наглые чужаки, столь неуместные в своих строгих мундирах в этой обители роскоши и порока. Я с ними, но чуть в стороне, с любопытством изучаю цвет тайранского двора. Многих я знаю заочно -- через подсмотренные мной разговоры по магическим зеркалам, столь неосмотрительно используемым в Тайрани высшей знатью. Блестящий двор Истика скрывал много тайн, грязных и опасных, тех, которые я мог так удобно использовать. Министры, как пауки плетущие свои интриги за спиной своего государя. Военные, недовольные мирной политикой Тайрани последних лет. Благородные лорды, недолюбливающие магов. Маги, алчущие большей власти, и лелеющие мечты о возвышении. Все они передо мной как на ладони, со своими страхами и страстями. Слабые звенья, способные в любой момент привести Тайрани к гражданской войне. Это не было моей задачей сейчас, подтолкнуть Тайрани к войне или революции, но ведь и интересы Гарма по отношению к Тайрани могут измениться....
   Но среди всех этих самодовольных хлыщей и престарелых интриганов, исходящих тщеславием и жаждой наживы, были и те, кто потенциально представлял собой серьезную угрозу мне и моим планам. Люди, поддерживающие Императора Майстера, направляющие его, стоящие за каждым важным решением. В этот раз они поддержали идею династического брака между принцессой Тайрани и наследником Алискана, столь выгодную Гарму, но стоит им увидеть хоть малейшую угрозу для безопасности Тайрани со стороны Гарма и Алискана, как все договоренности между странами будут расторгнуты. К ним стоило присмотреться получше.
   Министр внутренних дел, Кастиль Тогрин, старый, опытный игрок, имеющий большее влияние на императора -- он был готов откупиться жизнью и свободой юной Элоизы Майстер, лишь бы только узнать, что же стоит за алисканским предложением о сотрудничестве. Марек Гройчек, мастер иллюзий, неформальный лидер имперской пятёрки магов -- умный, сильный противник, изначально не доверяющий Гарму и недолюбливающий некромагов. Грегори Нортон, возглавляющий Тайную Канцелярию не один десяток лет. В отличии от других, он проявлял большую осторожность, и не доверял Зеркалам важные разговоры, так что о нём и о его делах было известно меньше всего. Загадка, так и не разгаданная аналитиками гармцев, нестареющий смертный, живущий, по некоторым сведениям, не одну сотню лет. В чью пользу он играет, и каким силам он служит? Вызывало опасение, что он испытывал к браку Астарта и Элоизы слишком большой интерес, высматривая в этом какую-то свою, неведомую нам выгоду. Его влияние на императора было настолько велико, что он смог приставить к Элоизе свою протеже, арэнаи, входящую когда-то в имперскую пятёрку. Я кинул взгляд в сторону рыжеволосой принцессы и её спутниц. На фоне разряженной стайки молоденьких фрейлин выделялись две особы - пожилая дама в нелепой шляпке с перьями, лишь подчеркивающей её высокий рост и худобу, и молодая женщина в сером строгом платье и белоснежной, ничем не украшенной маске. Первая была, очевидно, дуэньей или нянькой принцессы, и не представляла особого интереса, а вот вторая, очевидно, и была той самой арэнаи, протеже Нортона. Конечно, пешка, но пешка, стоящая в очень хорошей позиции. Возможно, со временем её придётся устранить...
  
  
   .... Любопытно, что на торжественном ужине меня усадили рядом с этой арэнаи. Дело рук Нортона, не иначе, решившего поймать меня на крючок женских чар. Но он ошибся -- она не в моём вкусе. Изучаю тайранку, пришедшую сегодня без маски, столь же пристально, сколь и она меня. Светловолосая, с мягкими, немного неправильными чертами лица и острым упрямым подбородком. Лишь глаза по настоящему красивы -- серые, холодные, неспокойные. Как северное море, у которого я был много лет тому назад, но которое сниться мне до сих пор. В выразительных глазах нет страха, ни презрения, направленного на меня, лишь любопытство и тень недовольства. Интересно, чем? Смотрит прямо, не отводя взгляда -- я уже знал, что даже благородные тайранки не находят ничего постыдного в том, чтобы глядеть в глаза мужчине, хотя в Гарме, да и в Алискане это был явный признак доступности и развращенности женщины.
   - Когда вы отправитесь в Алискан, вам лучше не глядеть мужчине в глаза. Это может интерпретироваться как дерзость, или как сексуальную доступность, - сообщаю я ей, с интересом ожидая реакции. И она не подводит меня.
   - Почему вы решили, что я еду в Алискан? - сощурив глаза, и чуть наклонив голову, спрашивает она. Не покраснела, не отвела взгляд. Смелая. Выдели самое главное из моих слов. Не лишена ума.
   - Ведь вы из свиты леди Элоизы, а значит вместе с ней отправитесь в столицу Алискана, хотя бы на короткое время.
   - Извините, - чуть помедлив, говорит она, - просто мне никогда не приходилось видеть некромагов.
   Меняет свою линию поведения, становясь чуть более дружелюбной. Тактическое отступление, и очень удачное. Это заставляет взглянуть на неё другими глазами. Мне становиться интересно, и я позволяю себе немного большего -- сканирую её сознание, не сильно, лишь поверхностные мысли, чтобы не вызвать подозрение, но тут же наталкиваюсь на мощный ментальный щит. Хм, для столь юной чародейки, специализирующейся к тому же в боевой магии, а не в ментальной, она слишком хорошо защищена. И, похоже, она заметила мою попытку. Обмениваемся колкими замечаниями, и перестаём замечать друг друга. Она переводит своё внимание на своего соседа слева, напыщенного боевого мага, а я начинаю изучать Элоизу Майстер и то, как она общается с Астартом. Хмыкаю про себя -- норовистая девчушка, но если она не будет через месяц есть с руки Астарта, я буду очень удивлён. От занимательного зрелища меня отвлекает десерт. Мороженное. Холодно, сладко, но безумно вкусно....
  
   ....Эйнхери оказалась куда более наглой, чем я думал, и пригласила меня в какую-то там кофейню, пробовать это самое мороженное и кофе. Эта девчонка считает, что ей хватит силы играть со мной? Хотя более вероятно, что она действует по приказу Канцлера. Интересно, Нортону совершенно не жалко свою бывшую любовницу, или он решил таким образом от неё избавиться, дескать, вдруг повезёт, и жуткий гармский некромаг прибьет случайно надоевшую пассию? Ну что же, мне легче, раз уж я всё равно решил держать её в поле зрения. И недели не пройдёт, как я узнаю от этой юной чародейки всё, что она знает о Нортоне, да и к Элоизе смогу подобраться ближе.
   Время, проведённое с ней, прошло почти незаметно. С Эйнхери было интересно, и даже слишком. Тайранцы лицемерны, да, а она шпионка Нортона и боевой маг.... Но тогда почему я совсем не чувствую её лжи, а в её обществе мне столь легко и приятно?
   Отрезвляет меня только нападение стражников при входе во дворец. Говорят, что алисканцы пытались напасть на императора. А вот и ожидаемая диверсия...
  
  
   .... Пришла ко мне извиниться, за то что арестовали. Смешная. Как будто это её вина.
   С ней приятно молчать и приятно смеяться. Гармские женщины другие. Гордые, холодные -- знающие себе цену. Они не приходят к малознакомому мужчине в его комнаты. И я совсем не знаю, как расценивать поведение этой тайранки. Я мог бы подумать, что она соблазняет меня, играет со мной, но кажется, что за её кокетством не стоит ничего кроме обычной привычки тайранцев заигрывать со всеми подряд. Флиртуют как дышат. Но она....
  
  
   ....От этой поездки в загородную усадьбу вблизи Истика я ждал многое. Дурные предчувствия не оставляли меня. Кто-то уже пытался убить императора, и скорее всего дискредитировать алисканцев.... не попытаются ли они снова проделать это с Элоизей и Астартом? Рассказал о случившемся Зикрахену, связавшись с ним через Зеркала. Он пришел к тому же выводу, что и я. Здесь не обошлось без Шаноэ, проклятых, безумных ведьм с дрянным колдовством, заставляющем людей терять разум. Подставить меня и алисканцев, уничтожить императора, и всё это в одном элегантном жесте -- вполне себе в духе этих фанатичек.
   Алисканцы сейчас одна большая проблема -- нервные, агрессивные после своего мнимого унижения от тайранцев. Не привыкли благородные лорды, что их арестовывают. За ними только глаз да глаз.
   Когда дурные предчувствия оправдались, я вздохнул почти с облегчением. Могло быть и хуже. А так, сущие пустяки -- тайранка повздорила с Астартом, и спровоцировала его на тренировочный бой. Даже не на дуэль. Будет любопытно посмотреть, на что она способна, но ставить я всё же буду на Агата -- уж слишком хороша боевая подготовка у алисканской аристократии, юной арэнаи с ними не сравниться....
  
   ...Её глаза. Я никогда не видел боевых магов в трансформации, но я знаю, что цвет их глаз не должен меняться. Тем более так -- северное, тревожное свинцовое море превратилось в расплавленный горячий янтарь. Желтые, некромагические глаза. Невозможно, невероятно. Откуда гармская кровь в одной из Эйнхери? Означает ли это, что один из благородных родов нарушил закон чистоты крови? Или... Шаноэ. Проклятые ведьмы из Пустошей.
   Бой закончен, и все расходятся. Я тоже возвращаюсь к себе, но беспокойство не оставляет меня. Нужно найти Эйнхери, убедиться в своих догадках или опровергнуть их. Её не оказывается в покоях, и я отправляюсь в парк. Нахожу удивительно быстро, как будто чувствую, где она. Смотрю на неё -- усталая, грязная, с болью в теле и пустотой в серых глазах. Смотрит косо, но от заботы вроде не отказывается. Шаноэ, неужели эта девчонка шаноэ? Я знаю, что делать в таких случая, но уверенности, что я прав, нет. Возвращаюсь к себе. Кинжал, спрятанный в рукаве мантии, вновь отправляется в потайное дно чемодана. Не сейчас. Когда я буду уверен.
  
  
   ....Наконец мы покинули Истик. Давно пора -- я уже устал от этого шумного, беспокойного города и от неприятностей, которые здесь случаются постоянно. Или только рядом с этой забавной тайранкой, арэнаи?
   Не скажу, что встреча нашей делегации и принцессы со своей небольшой свиты была столь уж торжественной. Помимо алисканцев нас встречали и мои соотечественники -- Торро Кархен, официальный представитель Парламента Гарма, и Адиель Зикрахен, любимчик Первого Консула. Не враг, но и не друг: стоит лишь Велору Рейвену, моему покровителю и наставнику приказать, и я без раздумий избавлюсь от Зикрахена. Впрочем, как и он от меня. Но ничего личного.
   Я оглянулся на Эйнхери. Всю дорогу она плохо себя чувствовала, но сейчас, оказавшись на твёрдой земле, пришла в себя, и теперь с любопытством оглядывалась по сторонам, держась чуть позади Элоизы. Слегка растерянное и смущенное выражение лица маленькой девочки, впервые оказавшейся так далеко от дома, или поведение профессионального телохранителя, оценивающего угрозу для жизни клиента? Что из этого игра и маска, а что и есть истинная Агнесса Эйнхери, я не знал. Не уверен даже, что она сама это знает. Она поймала мой взгляд, и скорчив чуть недовольную гримаску, вздёрнула нос к верху, делая вид, что игнорирует меня. То ли сердиться на что-то, то ли только притворяется, что злиться, с ней не поймёшь. Забавно. Мне нравиться её сердить, а ей, кажется, на меня сердиться. Этот обмен взглядами перехватил Адиель, и кажется, заинтересовывается.
   Вечером, после неспешного обсуждения моих впечатлений от путешествия и Истика, мы плавно перешли к беседе о политике и о прибывших тайранцах.
   - Так говоришь, принцесса пришлась по вкусу Астарту? - лениво перекатывая в ладонях тонкую ножку бокала с красным вином, спросил Зикрахен. - А он ей? Впрочем, мнение принцессы мне сейчас мало интересно, вряд ли она имеет сильное влияние на своего отца. Сумел ли Астарт произвести нужное впечатление на тайранский двор?
   - Видел бы ты, как тайранцы смотрели на алисканцев вначале, - я позволил себе чуть усмехнуться. - Как на диких зверей, вырвавшихся из клетки, дикарей, нецивилизованных варваров, опасных и непредсказуемых. Впрочем, наш князь князь был достаточно учтив и осторожен, и сумел добиться если не безусловного доверия, то хотя бы уважения к себе и своим людям. Был заключен ряд договоров, среди которых были выгодные и нам, но об этом позже.... Вмешательство Шаноэ чуть всё не испортило. Попытка нападения Астарта на императора Майстера, пусть и спровоцированное колдуньей шаноэ и её проклятыми зельями, вряд ли когда-нибудь забудется императором. Тайранцы, впрочем, и сами попались в эту ловушку. Не видел сам, но слышал, что Канцлера еле-еле успели остановить прежде чем он не убился, прихватив с собой изрядное количество важных особ. Проклятые Шаноэ в этот раз хорошо подготовились, и были во всеоружии.
   - Сколь много тайранцы смогли понять?
   Я покачал головой.
   - Они не знают о сёстрах, хотя прокол в системе безопасности заставил их сильно поволноваться Но впустую, Мэйлин пропала, испарилась с территории Тайрани, и сейчас уже видимо где-то в Пустошах. Меня интересует другое. Точнее, другая.
   - Дай догадаюсь, - Зикрахен кинул быстрый взгляд из под опущенных ресниц. - Эйнхери? Ты ведь на неё вначале подумал. Она была лучшей подругой Мэйлин, она имела доступ к Канцлеру, и выдала себя во время боя с Астартом. Почему ты не действовал, пустив всё на самотёк и позволив ей приехать сюда?
   - Попытка убить арэнаи в загородном доме слишком подорвала бы доверие к Алискану и Гарму, даже если Канцелярия не смогла ничего доказать, - а так бы всё и было. Кинжал, что я припас для неё тогда, прерывая линию её жизни, не оставлял следов на теле, а лишь уничтожал то, что некоторые называют душой -- выглядело бы всё как мгновенная остановка сердца. Полезная штука там где нужно действовать незаметно. - К тому же, будь она шаноэ, вряд ли бы она так глупо себя выдала. Так что необычный для тайранцев цвет глаз я склонен всё таки списывать на побочный эффект неустойчивой трансформации боевых магов, а не на проклятую кровь.
   - Необходимо проверить.
   - Виновник уже был найден, айрин. Это была Мэйлин, не Агнесса.
   - Необходимо проверить, - настойчиво повторил Адиель, и я понял, что мне не удастся так легко от него отделаться. - Не позволяй своим чувствам застилать тебе глаза. Эйнхери неизвестный фактор, Джаред, и уже одним этим может быть опасна. Мы не должны гадать, шаноэ она или нет. Мы должны чётко знать.
   - Без убийств, Адиель, - я признаю своё поражение, и склоняюсь перед волей Зикрахена. На этот раз. - Она может быть полезна.
   - Под твою ответственность, Джаред.
  
   ... Непривычно действовать как бандит с большой дороги. Подкарауливать за дверью грязного сарая, поджидая жертву, и надеяться лишь на голую силу. Плебейство. Хотя Адиелю кажется это доставляет удовольствие, вон как глаза горят. Это был его план -- инсценировать нападение преступников, не прибегая к магии. Дескать, тогда никто на нас не подумает, списав это, к примеру, на тех же гайдуков, решивших проучить наглую девицу. Я бы тоже на нас не подумал. Где это видано, чтобы некромаги пользовались не своей магией, а тряпкой, пропитанной усыпляющим наркотиком?!
   Всё прошло как нужно. Тело Эйнхери обмякает в мои руках, и я аккуратно опускаю его на грязный пол. Проверяю пульс -- замедлен, дыхание глубокое и ровное. Без сознания.
   - Быстрее было бы её убить. И надежнее, - в очередной раз повторяет Адиель. Мне кажется, или он несколько пристрастен? Как и я, он не сумел остаться равнодушным к тайранке, только вот отношение его к ней явно недоброе -- невзлюбил с первого взгляда.
   Наклоняюсь к ней, беру кровь из предплечья, отрезаю прядь спутанных светлых волос. Готово. Кем бы ты ни была, Агнесса Эйнхери, к вечеру мы будем об этом знать.
  
   Мы стоим в тесной комнатке, заставленной столами и оборудованием, которую нам отвели под лабораторию. На этом настоял Зикрахен -- он, к слову сказать, мог бы стать неплохим ученым, если бы выбрал науку, а не политические игры. Но его тщеславие и жажда власти выше его любви к познанию. Не понимаю его. Если бы у меня был выбор, я бы выбрал другое. Но у меня его нет. Я слишком многое должен моему Консулу.
   - В крови нет ни следа изменений, свойственного шаноэ и их выкормышам. Она абсолютно нормальна, - в моем голосе нескрываемое торжество и насмешка. Адиель ошибался, а я был прав, это ли не повод для торжества?
   -Так нормальна, как только может быть нормальна арэнаи с гармской кровью, - спокойно соглашается со мной Адиель. - И это нас наталкивает на другую проблему. Один из благородных гармцев нарушил закон о чистоте крови.
   - Можно попробовать отправить результаты анализа крови в Гарм. Если в базе данных есть образец крови этого благородного, то совпадение быстро обнаружиться. Не хотелось бы мне быть на месте этого некромага.
   Впрочем, меня не особо волнуют проблемы пока неизвестного мне гармца.
  
  
   Просыпаюсь от вызова Зеркала. Сонно натягиваю на себя мантию, и спешу ответить. В такой час только начальство может звонить, если не сам... Велор Рэйвен.
   - Мой лорд, - поправляю помятый воротник и довольно неуклюже отвешиваю церемониальный поклон.
   Консул выглядит как всегда безупречно в своих тонких шелковых одеждах, полностью скрывающих тело. Черные гладкие волосы заплетены в драконью косу, на смуглом изящном лице раздраженно блестят желтые глаза с красноватым оттенком.
   - Наконец-то, Джаред. Ты опять заставил себя ждать.
   - Я ответил настолько быстро, насколько это возможно, - любого другого Консул бы убил за такие слова, но я его ученик, а он мой Наставник, и я могу позволить себе говорить с ним так. Но не более.
   - Не оправдывайся, я связался с тобой, не для того, чтобы ругаться, - отмахнулся от меня Рэйвен. - Расскажи мне лучше о том образце крови, что вы прислали в наши лаборатории.
   - Маги уже установили кровную связь? - удивлённо спрашиваю я. И что же интересно они такого обнаружили, что сам Консул ради этого не поленился со мной связаться?
   - Не смогли, у них нет необходимых для этого данных. Зато они есть у меня, и у Первого Консула, - недовольно кривиться Вейлор.
   - И... что?
   - И то, - передразнивает меня Консул. - Расскажи мне лучше подробно о том, что у вас происходит. Твои отчёты достаточно скудны.
   Послушно пересказываю ему события последних дней, особо упоминая о своих подозрениях о сёстрах Шаноэ и их связи с Эйнхери.
   - Но в её крови нет ни следа изменений, и ты засомневался, - подытоживает Рэйвен. - И вполне логично заподозрил непосредственное влияние одного из благородных. Оба раза ты был почти прав. Определяющее слово почти.
   - Что вы имеете в виду, айрин? Она всё таки из сестёр Шаноэ?
   - В каком-то смысле да. Не инициированная, хотя это по-моему первый случай, когда сёстры оставили одну из своих. Тем более ту, в которой столь сильна кровь гармских некромагов. Надо же, арэнаи с желтыми глазами. -- Рэйвен резко рассмеялся, хотя глаза его оставались злы.
   - Значит, всё же родство с гармцами в ней есть, но через одну из Шаноэ.
   - Одну из Правящих Шаноэ, - поправил меня Рэйвен. - Из тех, кто когда-то бежал из Гарма, пытаясь избежать заслуженной кары.
   - Мой лорд, вы чем-то обеспокоены? - осторожно спросил я. Вейлор никогда не был образцом сдержанности и спокойствия, в отличии от своего брата, но мало кто знал, что его импульсивность и эмоциональность всего лишь искусная маска манипулятора, а сам он гораздо более рассудительнее и расчетливее Первого Консула. Но сейчас он был действительно выведен из себя. Я достаточно знал своего наставника, чтобы увидеть его раздражение -- в нервных движениях рук, в чуть прищуренных глазах, в напряженной позе. И это было весьма необычно для Рэйвена.
   - Обеспокоен? А я должен быть рад тому, что наконец обрёл потерянное потомство?
   - То есть..., - я удивленно приподнял брови.
   - ....Да да. Агнесса моей крови, пусть даже и порядком разбавленной кровью северных колдунов. Хотя всё же неплохо, что мой род не прервался на моей безумной дочери, - ворчливо, по-старушечьи прервал меня Консул.
   - Ваша дочь из Правящих Шаноэ? - не знаю, чем я больше удивлён. Тем что он связан с шаноэ родством, или тем, что у него была или есть дочь.
   - Какой ты догадливый, - язвительно заметил Консул. - И перестань так глупо на меня таращиться. Это раздражает, знаешь ли. Полагаю, Агнесса Эйнхери является моей внучкой, или, что более вероятнее, правнучкой. Всё же влияние гармской крови в ней почти не чувствуется.
   - А вы уверены, что она ваша внучка или правнучка? - с некоторым сомнением спрашиваю я. - Мог ли Первый Консул...
   - Талин? У него нет и не может быть детей, - говорит Велор так, как будто бы это было его заслугой. Хотя кто его знает, может так и есть. Консулы недолюбливали друг друга, и с Велора станется устроить брату неприятности со здоровьем. - Моя же дочь.... Это не то, о чём бы я хотел говорить хоть с кем-нибудь, но ты и так уже посвящен во многое, мой ученик. Танара родилась с желтыми глазами и с магическим даром в крови. Ты знаешь, что означает сейчас рождение таких девочек. Смерть или жизнь на блокираторах, что, пожалуй, еще более жестоко. Тогда же мы находили возможности и силы будущих шаноэ весьма любопытными и полезными для нас. Некромаги владеют и управляют мёртвой материей, они же, те, кого мы позже начали называть шаноэ, Измененные, могут изменять живую, и пожалуй самую тонкую структуру этого мира -- человеческое сознание. Это сближает шаноэ с магами разума, но только ни один из менталистов не может того, на что способны шаноэ. Стирать память, внушать ложные идеи и образы, читать мысли, видеть сверхъестественное -- в этом маги разума сильны. Но только они не могут менять самого человека, превращая его сущность в нечто другое, то, то делают шаноэ. Это большая власть, Джаред, великая сила. Она может приносить пользу, некоторыми её благами мы пользуемся и по сей день.
   - Наши рабы, низшие, да?
   - Ты умный мальчик, Джаред. Все думают, что это достижение некромагии -- лишить низших их воли и избавить от ненужных сомнений. Вы, молодое поколение, настолько к этому привыкли, что думаете, что так было всегда. А я помню, как Танара впервые пришла ко мне с этой идеей - она хотела быть полезной мне и Гарму, моя дочь. Это было чуть более семиста лет назад. Благодаря этому мы получили идеальную рабочую силу, что дало возможность воплотить наиболее сложные и масштабные инженерные проекты. Проклятый дар может быть весьма полезным.
   - Тогда почему шаноэ изгнали из Гарма? Почему хотели их уничтожить?
   - Почему? - с непонятной интонацией переспросил Консул. - Потому что они шли против самих законов мира. Они играли с человеческой природой, приравнивая себя к богам, но однажды зашли слишком далеко. Они начали менять самих себя. Добровольно уходить за Грань.
   - За Грань? - я чуть нахмурился. Я слышал много легенд о сёстрах Шаноэ, проклятых женщинах с измененной кровью, но о Грани слышал впервые. Второй Консул кивнул. - Что это?
   - Красивый эвфемизм не очень красивого процесса, - некромаг чуть скривился, как будто съел кислую дольку яблока. - Сходить с ума, терять рассудок, сбрендить -- вот что значит уйти за Грань. Весело, Джаред? Мне не очень. Танара, другие, такие же как она... они все мечтали преодолеть границы человеческого разума, стать чем-то большим, чем просто людьми. Они начали экспериментировать с собой, со своим восприятием, со своим сознанием. Я снисходительно наблюдал за этим, не верил, что у них что-то получиться, хотя мой брат предупреждал меня об опасности их изысканий. Знаешь, маги всегда стремились к тому, чтобы улучшить или просто изменить несовершенную природу людей, и у некоторых это получалось. Целитель Хаврис, сигил Орани, Хель Пустынник - все они предпринимали попытки создать более совершенных существ из человеческих особей, и последнему это даже почти удалось. Да и трансформация боевых магов, я думаю, тоже не просто из ниоткуда возникла. Но всё это было лишь попыткой изменить человеческое тело, не человеческое сознание. И уж тем более не сознание магов. Ты знаешь, к чему это может привести?
   - Только к безумию магов. Значит, все шаноэ безумны? По настоящему безумны? Но тогда... Нет, это невозможно. Маг, сошедший с ума -- опасен для других, но прежде всего опасен для себя. Он не может управлять магией, она съест его самого заживо. А Правящие Шаноэ, как я слышал, могущественные ведьмы. Если бы они были безумны...
   - Они безумны. Но при этом владеют своей силой в полной мере и даже более. Они ушли за Грань, но не утратили контроль за своей силой, и стали лишь сильнее. Этим и опасны. Власть, сила в руках безумных ведьм. Нам пришлось принять решение о их уничтожении. Многих мы убили, но часть ушла, сбежала в уже разрушенные тогда земли, называемые сейчас Пустошами. И среди них, к сожалению, была моя дочь. Мой позор, который я так и не смог смыть с себя. А теперь я узнаю, что моя дочь не только мертва, но и дала жизнь другим.
   - Прикажете устранить Агнессу Эйнхери? - как можно более бесстрастно спрашиваю я.
   Мне неприятно думать, что придется избавиться от Агнессы, но иного не дано. Для Консула это должно быть дело чести.
   - Мою драгоценного потомка? Мою кровиночку? Устранить?! - деланно ужасается Консул. - Напротив! Беречь как меня самого и глаз не спускать. Что случиться -- спрошу с тебя.
   Так, я, кажется, опять перестал улавливать ход мысли моего покровителя. Консул только что внушал мне, насколько опасны Шаноэ, и мне показалось, что он питает к ним всем весьма негативные чувства. Да и когда он про Танару говорил -- не тоска и не любовь в его глазах мелькала по потерянной дочурке, а кое-что пострашнее. А тут... Неужели ему действительно не наплевать на жизнь Агнессы, которую он даже не знает?
   - Опять не можешь разобраться? - почти ласково спрашивает мой учитель. - И не нужно раньше срока, а потом сам увидишь, или догадаешься, зачем мне всё это нужно. А пока ты должен знать, что она важна для меня и моих планов. Агнесса Эйнхери, арэнаи с гармской кровью, с желтыми глазами, почти шаноэ, но не проклятая, нормальная. Не ушедшая за Грань. Не знаю почему, но в её крови нет ни частички Ша, признаков безумия, видимо, Эйнхери смогли изолировать её от влияния сестёр Шаноэ. И это важно, поверь мне, Джаред. Но Первый Консул тоже знает, что в Агнессе течёт кровь Рэйвенов, я не смог от него этого утаить. И он захочет избавиться от девочки руками Зикрахена. Ты должен защитить её, и если получиться, привезти в Гарм.
   - Это довольно опасно, похитить тайранку, - замечаю я, а сам уже в мыслях составляю план операции. - Всё же она фрейлина княгини и будущая императрица, и её внезапное исчезновение из алисканского дворца сложно будет не заметить.
   - В тебе пропадает талант криминального гения, - в голосе моего учителя насмешка, и от этого мне кажется, что я снова неуклюжий ребёнок, путающийся в заклинаниях, а не состоявшийся, опытный некромаг первого уровня. - Зачем же похищать? Это было бы более чем неуместно. Агнесса должна захотеть поехать в Гарм добровольно. Мы должны налаживать отношения с Тайрани, а не портить их.
   -О, - сконфуженно произношу я. - Понятно. Хорошо.
   По настоящему, конечно, ничего не понятно, но спрашивать Консула -- только злить, а это чревато. Если он не хочет говорить о своих мотивах, он и не скажет, сочтя это излишним для меня. Хотя, стоит отдать ему должное, он никогда не вынуждает действовать меня в слепую. Я для него непросто исполнитель, слуга -- я его ученик, первый за многие сотни лет. И я ценю это. Я не подведу Рейвена. Тем более что задание более чем по душе.
   - Можно уточнить? До каких границ я должен действовать, защищая Агнессу? К примеру, если Зикрахен будет угрожать её жизни?
   - Ты спрашиваешь, можно ли его убить? Желательно этого избежать, но.... Да, приоритетом для тебя всегда остается Агнесса Эйнхери.
   Вот как. Консул готов пойти на конфликт со своим братом, ради сохранения жизни Эйнхери. Более чем любопытно.
  
  
   Приказ Консула я воспринял более чем серьезно. И первым делом принялся за изготовление амулета слежения. В артефактной магии я к сожалению, не очень хорош, в отличии от Зикрахена, поэтому это заняло у меня не один день. Зато амулет получился загляденье -- позволял найти объект слежки даже на самом краю Ойкумены, и, что актуально для меня, подавал сигнал при опасности для жизни объекта. Правда, это не всегда помогало. Однажды я не успел. К тому времени, когда я добрался до места нападения, всё уже завершилось, к моему громадному облегчению, достаточно благополучно. К счастью, Агнесса оказалась достаточно предусмотрительна, и позаботилась о собственной безопасности, а Салман её подстраховал. Я проводил их до неизвестного мне дома и вернулся на место преступления. К сожалению, стражники уже прибыли, и я не смог подобраться к телу неудачливого убийцы. Впрочем, я был более чем уверен, что за покушением стоял Зикрахен. Узнаю его привычку действовать чужими руками, притом действовать прямолинейно и грубо.
  
  
   ...Амулет вёл себя странно. Он не нагрелся до состояния раскалённого метала, как тогда, когда Агнессу пытались подстрелить, а напротив, был холоден и тускл. Что-то было не так. Судя по показаниям амулета, Агнесса была в саду. Что она делает в заснеженном саду ночью?
   Её не надо было долго искать.
   Бредёт по заснеженной аллее, в тонкой, полупрозрачной ночной сорочке и плаще, небрежно накинутом на плечи. Затуманенный взгляд и измученное, исцарапанное лицо. Сжимает что-то в руках. Проходит мимо меня, не замечая, не кинув даже взгляд.
   - Айри Эйнхери? Что с вами? - окликаю её.
   Медленно поворачивает голову ко мне, в глазах вспыхивает недовольство. Отлично, значит не всё потеряно, раз она еще может реагировать на внешние раздражители.
   - Вы за мной следите?
   - Нет, я часто гуляю здесь в это время суток. Люблю ночной воздух. Но вас я здесь вижу впервые, да и еще в таком виде. У вас точно всё в порядке?
   Не отвечает, спеша дальше. Да что же это у неё в руках? Более чем уверен, что эта штука и есть причина столь странного поведения Агнессы. И если это так, то нужно действовать быстро. Догоняю, вырываю из рук кинжал, подавляя попытки боевой трансформации. Плохо, очень плохо, артефакт почти полностью подчинил её. Полностью разорвать связь не получиться, по крайней мере сейчас, слишком травматично это будет для Агнессы, но ослабить нити подчинения вполне возможно.
   Размышляю, куда её тащить. В моей комнате есть необходимые инструменты, которые могли бы мне облегчить предстоящую работу, но до покоев Агнессы ближе. Выбираю последнее и подхватываю замерзшую девушку на руки.
   До покоев тайранки удалось добраться не привлекая внимания. Аккуратно кладу её на диван, растираю замерзшие пальцы и стопы. Вроде ей стало чуть полегче. По крайней мере не пытается меня убить. Стук в дверь. Замираю. Неизвестный оказался очень настойчивым, и уходить не собирался.
   - Открой, - слабо говорит девушка. - Я кажется, знаю, кто это. Ей легче открыть, от неё не спрячешься.
   - От неё? - хмурюсь.
   - Дезире Фанфорт. Она назойлива, но умеет держать язык за зубами. Никто не узнает о том, что ты мне помогаешь.
   Медлил я по другой причине, но спорить не стал. Дезире Фанфорт.... Я не обладал никакими фактами, говорящими, что она больше чем обычная фрейлина, но интуиция моя говорила, что с этой леди не всё так просто....
  
  
   .... Я проснулся от пронзительной боли в висках. Сердце билось как бешеное, а ладони были мокры от пота. Кто-то использовал магию смерти. В чём было рванул к Адиелю, в считанные секунды перемахнув коридор. Что он, демоны его побери, делает? Не успеваю постучаться, как дверь распахивается сама.
   - Что ты творишь?! На тебя напали?
   - Нет... Смотри, - он бледен и сосредоточен. Не отводит взгляда от окна.
   Прохожу вслед за ним и гляжу на открывающийся перед моим взором город. Над северо-восточной частью города навис дым, постепенно формирующийся в подобие смерча, невидимого обычным людям, но хорошо заметного магам. Следы от сильного магического воздействия, судя по неприятным ощущениям от магии, некромагического.
   - Что там?
   - МИЦа. Кто-то провёл некромагический ритуал. Кто-то очень сильный. Или хорошо подготовленный.
   - Нас хотят подставить?
   - Очевидно. Нам лучше самим спуститься вниз, пока за нами не пришли.
   Сдаётся, что мне удастся провести сравнительный анализ тайранских и алисканских тюрем.
   Успеваем к раз к тому, как нам перемывают кости. Скучно и неинтересно -- сейчас арестовывать будут. Ну что же, в этот раз я не имею настроения, чтобы сопротивляться. Что-то мне говорит, что это недоразумение быстро проясниться. Зато вот то, что Зарр оказался более чем негативно настроен к тайранке, оказалось весьма интересным. Хм, уж не в Салмане ли дело? Рэймис с воином всегда были хорошими друзьями, несмотря на то, что находились в разных лагерях, но влюбленность Джудо в Агнессу в конец расстроила их отношения. Хм, кажется я не один подозреваю Эйнхери в использовании ментальной магии? Но у меня то есть причины, я знаю, что в Агнессе течёт кровь ведьм шаноэ, а вот этот откуда догадался?
  
   .... Я благосклонно жду, пока Зарр продолжит задавать вопросы. Всё, что меня до этого спрашивали, не отличалось оригинальностью. Где я был ночью и с кем? Один, спал в своей постели. Где был Зикрахен? Без понятия, но утром он был у себя. Есть ли еще некромаги в городе? Не знаю никого. Какие меня отношения связывали с Орани? Никаких, хотя не скажу, что питаю к сигилу приязнь. И нет, я не могу сказать, каким способом его убили, пока не взгляну на место преступления. Вопросы иссякли, но Рэймис не спешил меня отпускать.
   - Позвольте вас спросить, айрин Хаккен, - прервал затянувшееся молчание маг, - в каких вы отношениях находитесь с айри Эйнхери?
   Я не ожидал вопроса, поэтому выдал себя, чуть дернувшись. Но Зарру хватило и этого.
   - О чём вы? В каких отношениях я могу быть с невестой Джудо?
   - Наши люди не так плохо работают, как вы думаете, айрин. Вас видели выходящим из её покоев. Ночью.
   Я спокойно смотрю на стихийника, а затем позволяю понимающей улыбке заскользить по своим губам.
   - Копаете под Эйнхери? Хотите уличить её в измене? Чем вам арэнаи то не угодила?
   В это раз вздрагивает Зарр. Кажется, я попал в цель.
   - Хотя я кажется догадываюсь, - издевательски тяну я. - Вы просто беспокоитесь за своего друга, Салмана Джудо. Он как мальчишка влюбился в эту тайранку, а вы ревнуете. Не знал, что вы любитель... своего пола.
   Худшего оскорбления для алисканца и быть не может. С садистским наслаждением наблюдаю, как Зарр борется с желанием ударить меня, и не может себе этого позволить. Он замечает это, и берёт себя в руки.
   - Развлекаетесь за мой счёт? Ну ну. Вижу, вы уверены, что статус гармского посла вас защитит. Но даже если я не смогу добраться до вас, моей власти вполне хватит, чтобы прижать к ногтю Эйнхери.
   - Вы полагаете, что мы действовали вместе? Ну я то понятно почему, а вот при чём тут Агнесса?
   Маг не отвечает, уйдя в свои мысли. А ведь в чём-то Зарр прав. Как бы то ни было, у Эйнхери действительно есть все причины желать Орани зла, мне ли этого не знать. Но вот что за некромаг ей помог?
  
  
   - Куда-то собираешься? - Адиель Зикрахен. А я ведь так надеялся уйти незаметно.- Что, твоя примитивная штучка, что ты мастерил на досуге, опять показывает что-то интересное?
   Я сжимаю амулет в ладони, настороженно глядя на Адиеля.
   - Что тебе надо?
   - Просто мне показалось, что ты собираешься делать глупости в одиночку, и это как-то связанно с нашей драгоценной тайранкой.
   - С чего ты решил?
   - Не разочаровывай меня. Неужели тебе не пришла мысль о том, что Эйнхери непосредственно связана со смертью сигила? А точнее, непосредственно связана с тем некромагом, что провернул это в попытке нас очернить. Вижу, пришла. И решил сам всё выяснить, без меня? Не могу тебе этого позволить. Вряд ли ты справишься в одиночку с тем некромагом, что так удачно для нас отправил на тот свет мага хаоса, слишком уж он силён.
   - Волнуешься за меня? - внимательно изучаю Адиеля. - Или решил таки добить Эйнхери с моей помощью?
   - Не беспокойся за свою айри, - насмешливо говорит Зикрахен. - Мы с ней уже обо всём договорились. Она покидает Алискан, и я оставляю её в покое. Нам нет необходимости ссориться из-за этой тайранки, она того не стоит, будь она хоть трижды потомком Рэйвенов. Первому Консулу будет вполне достаточно, если она будет держаться от гармских дел подальше. А вот выяснить, кто был тем некромагом, что разнёс здание Совета в клочья, необходимо. И мне кажется, у тебя есть ключ к этому.
   Неохотно кладу амулет на стол, открывая его любопытному взору Зикрахена.
   - Агнесса сейчас где-то в городе. Удивительное желание прогуляться после весьма утомляющего ареста, как мне кажется.
   - Думаешь, она встречается с магом смерти?
   - Не думаю. Чувствую.
   - Ну что же. Если уж сам Второй Консул доверяет твоей поистине удивительной интуиции, почему же мне не сделать то же самое. Пошли, пока мы не пропустили самое интересное.
   Амулет привёл нас к тому дому, где провели ночь Салман и Агнесса в день нападения на неё. Может, я ошибся, и она просто встречаться здесь с Салманом, а мы собираемся вторгнуться в их любовное гнёздышко? Но кажется, Зикрахен так не думает. Подобрался, как огромный кот, только что когти не точит в предвкушении нападения на ничего не подозревающую жертву.
   - Интересно, что тайранка забыла в доме Гиваргиса?
   - Гиваргис? Кто это?
   - Один бездарный целитель, но с хорошими семейными связями. Было бы забавно узнать, что этот посредственный маг и есть тот самый таинственный некромаг. Ну что, рискнем вторгнуться в чужой дом?
   Велор Рэйвен вполне справедливо указал мне на мои преступные наклонности. Я не испытывал ни капли угрызения, вламываясь в чужой дом. Впрочем, сюрприз не удался. Нас ждали.
  
  
   Бой был коротким, но весьма увлекательным. Закончился он, правда, совершенно позорно для нас - попались в ловушку малолетней девчонки, что даже сотню лет не разменяла. Узнай об этом ой учитель, он бы меня со свету сжил. Одно оправдание -- мы были слишком заняты, отражая атаки незнакомого некромага. Не гармская школа некромагии, скорее салдорская, но как силён! Будь я один, без опытного Зикрахена, давно был бы размазан по стенке. Я уже всерьез стал задумываться о тактическом отступлении, когда вместе с Зикрахеном был пойман в свои же "паучьи сети", отраженные Агнессой. И теперь мы с Адиелем лежим беспомощными кульками в ногах арэнаи.
   Один плюс -- Агнесса, судя по всему, не так уж и хочет нашей смерти. Самое главное, не дать уговорить её на это чужеземному некромагу. В голову приходит безумная мысль, которую я озвучиваю, пока не передумал. Клятва на Смерть.
   Впрочем, идея безумна только на первый взгляд. Мне же она более чем выгодна. Я всё равно не собирался убивать Агнессу, и дать клятву для меня не так уж сложно. Зато Зикрахена это остановит, когда он в очередной раз решит прикончить девчонку. Не захочет давать клятву? Ну что же, о его смерти я не пожалею. Самое главное, чтобы на это согласился чужак....
   В моем небольшом эксперименте (а это был именно эксперимент, ведь последствий моих действий я не мог предугадать) согласились принять участие все, кроме чужеземца. Впрочем, он был не против, и мне этого хватило. Ни Агнесса, ни некромаги не знали один любопытный нюанс -- чтобы мы не обещали, и чем бы не клялись, но это касается только тех, кто был в круге. Чтобы я не обещал относительно чужеземца, я мог этого не исполнять. Дайте мне только освободиться от чар, и я найду способ, как добраться до этого салдорца....
   Но все мои коварные планы и мысли были отброшены, когда пришла Она. Госпожа Смерть была действительно... поражающей.
  
   - Как хорошо, что вы меня позвали, драгоценные мои, - раздаётся красивый женский голос, от которого меня бросает в холодную дрожь.
   Одетый в белый саван полуразлагающийся труп ласково улыбнулся нам губами, бывшими когда-то, видимо, весьма соблазнительными. Сероватая в некоторых местах кожа отслаивается и слезает неопрятными хлопьями, а кое-где и вовсе отсутствует, обнажая мясо и белоснежные кости, щеки продырявлены, или изъедены червями, отчего кажется, что Смерть недобро скалиться, под длинными желтоватыми когтями засохшая кровь. Но страшнее всего глаза. Я некромаг, и многое видел, трупами, пусть даже ходячими, меня не испугать. Но эти глаза -- пустые, белесые, выворачивающие душу и ломающие волю.... Я трусливо отвожу глаза, опасаясь встретиться взглядом со своей Госпожой. И вовремя, чтобы заметить странное поведение Агнессы. На её лице восхищение и любовь. Ничего не замечая вокруг, кроме Госпожи Смерти, она падает перед Ней на колени, и приникает к Её ногам. Костлявые пальцы гладят Агнессу по волосам и по лицу, а я с каким-то зачарованным ужасом наблюдаю за этим.
   - Вы ошибаетесь, Госпожа, мы вас не звали. Прошу извинить нас, если своей Сделкой мы Вас побеспокоили и отвлеки от безусловно важных дел.
   Смерть отвлекается от своей игрушки и обращает внимание на осмелившегося заговорить чужака:
   - Никакого беспокойства. Я более чем довольна своим нахождением здесь. А ты разве не рад видеть меня? Ты ведь столь много сделал в своё время для меня, Хельмин....
   Знакомое имя, где то я его слышал. Не могу вспомнит, но кажется, Адиель понял, кем же является наш таинственный противник:
   - Хельмин, значит? - произносит он едва слышно, но Смерть оборачивается в нашу сторону.
   - Вы, я вижу, тоже не очень рады видеть меня? - в голосе Её нет угрозы, лишь любопытство, но от этого мне не менее страшно.
   - Госпожа, видеть Вас большое удовольствие для нас, - пытаюсь выкрутиться я. Закончиться обряд, тут же отрежу язык Адиелю, чтобы не молол им попусту, привлекая к нам внимание.
   Наблюдаю за разворачивающимся передо мной представлением, пытаясь хотя бы внешне остаться спокойным. Знали бы вы, чего мне это стоит.
   Разговор Смерти и Хельмина, так и не открывшего лица, более чем любопытен, и в какой-то момент я понимаю, что этот чужеземец, Хельмин, никто иной, как Хель Пустынник, один из известнейших некромагов древности. Создатель морой, которыми пугают детишек даже в Гарме, маг, исчезнувший, как мы думали, несколько сотен лет назад, и, как теперь выяснилось, легендарный Открывающий Пути. И вот он теперь здесь, разговаривает со Смертью, выторговывая у Неё жизнь Агнессы. Агнесса много значит для него, если он готов ради тайранки отправиться в Подземный мир заживо.
   Впрочем, могу понять Хельмина. Он, судя по всему, не пропадёт даже в гостях у Смерти, а вот свою Ma'dennie Tarro он может потерять.
   Надо же, как в детскую сказку попал. Ту самую, которую так любила рассказывать ему мама. И моя Агнесса, та, которую я так снисходительно опекал и оберегал, считая глупым ребёнком, ввязавшимся во взрослые игры, одна из главных героинь этой сказки. Что же, тогда её участие в последних событиях совсем не случайно -- хотя и придаёт всему некий зловещий оттенок. На краткий миг я пожалел, что не могу теперь её убить. Ведь там, где в дело вступает Ma'dennie Tarro, жди неприятностей и потерь. Хотя это наверное не выход. Всё может только ухудшиться, если избавиться от Ma'dennie Tarro, Повелительницы Перекрёстков.
   Смерть уходит, забирая с собой Хеля Пустынника, и мы остаёмся втроем. О том, что здесь была сама Госпожа Смерть, напоминает лишь запах тлена и ощущение запустения, оставшийся после неё. Тайранка сломанной куклой лежит на полу, и лишь дрожащие плечи говорят о том, что она в сознании. Не удивлюсь, если после этой истории тайранка обзаведётся седыми волосами -- всё же объятия Смерти нелегко перенести. Я приседаю рядом с ней, и мягко пускаю ладонь ей на плечо.
   - Агнесса...
   - Руки убери. И не касайся меня больше без моего разрешения.
   Злиться. Хорошо, значит скоро будет в порядке. Садиться, поправляя смявшуюся юбку, избегая смотреть мне в глаза.
   - Ты знал? Знал, что так произойдёт? Что Она заберёт Анх... Хельмина? - в голосе лёд, но лучше уж так, чем истерика.
   - Думаешь, я всё подстроил?
   - А разве нет?! - голос её срывается.
   - Смерть слишком непредсказуема, чтобы с ней играть, Агнесса, - качаю головой сочувствующе. Видимо, этот некромаг был ей дорог. - Скажи мне лучше другое. Откуда ты знаешь Хеля Пустыника?
   Агнесса морщиться, как будто бы слышит что-то неприятное. Порывается что-то сказать, но взгляд её падает на Зикрахена, и она вновь замыкается в себе. Отвожу Адиеля чуть в сторону:
   - Я думаю, тебе лучше уйти. Я приду чуть позже.
   - С чего бы это?- ухмыляется некромаг. - Мне тоже интересно, что расскажет наша арэнаи.
   - Вряд ли она хоть слово скажет при тебе. У вас с ней какая-то взаимная нелюбовь с первого взгляда. А вот мне...
   - А вот тебе? - вздымает иронично бровь Зикрахен. - Думаешь она будет делиться своими переживаниями и мыслями с некромагом, пытавшимся убить её дружка?
   - Ты как всегда недооцениваешь меня, - укоризненно качаю головой. - Поверь мне, я найду способ.... её разговорить.
   Вытолкав Адиеля взашей, я возвращаюсь к Агнессе. Та встречает меня более чем прохладно.
   - Знаешь в чём ошибка большинства людей, сталкивающихся с боевыми магами? - недобро начинает она.
   - И в чём же?
   - Вы недооцениваете способности арэнаи, к примеру наш прекрасный слух, - сухо говорит она. - И как ты собираешься разводить меня на.... поболтать?
   - А вот так, - я резко наклоняюсь к ней, и подхватываю на руки, пользуясь её слабостью. - Где тут кухня?
   Она прожигает меня взглядом, но затем устало махает рукой:
   - По коридору направо.
   Усадив её на огромный обеденный стол, отхожу на шаг от разъяренной арэнаи. .
   - Хочешь чего-нибудь?
   - Хочу, - соглашается Агнесса. - Надрать тебе задницу и намылить шею.
   - Хм, я имел ввиду нечто другое, - ослепительно улыбаюсь разгневанной девушке. - Может чаю?
   - Загляни в буфет. Там вроде хранятся какие-то успокаивающие травки. Мне не помешает, - тяжело вздыхает Агнесса.
   - Как ты? - спрашиваю сочувственно.
   - Нормально, только дрожь в руках не проходит, - жалуется тайранка. - Ага, вот этот сбор подойдёт.
   Пока готовиться отвар, в комнате сохраняется молчание. Мне много хочется спросить, но тайранка опережает меня:
   - Послушай, ты же хорошо знаешь Древнюю Речь?
   - Да. У меня был хороший учитель.
   - Что означает Ma'dennie Tarro?
   - М-м-м....
   - Что "м-м-м"? Это что-то ужасное, да? - встревоженно спрашивает Агнесса.
   - Не совсем, - уклончиво говорю я. - Ma'dennie Tarro переводят чаще всего как Повелитель Перекрёстков. Знакомое название?
   - В колоде гадальных карт есть такая карта, где изображено пересечение двух дорог и собственно сам Повелитель Перекрёстков, - чуть заторможено кивает арэнаи.- Обычно в гадании эта карта означает перемены, или сложный выбор между двумя или несколькими вариантами событий.
   - А еще есть карта Открывающего Пути, Eternnie Satari, - я с любопытством гляжу на задумчивую девушку. - Вместе эти две карты образуют расклад Дороги.
   - Ну и что? При чём здесь я и Хель? Что это вообще означает?!
   - Боюсь это означает большие неприятности, - беспечно пожимаю плечами. - Хотя теперь, когда твой некромаг исчез, возможно всё обойдётся.
   - О чём ты? - встревоженно спрашивает Агнесса?
   - Не говори мне, что ты не слышала легенду об Открывающем Пути и Повелителе Перекрёстков, - недоверчиво говорю я. - Эту сказку знают все дети!
   - Все дети Гарма, я полагаю. Я же об этом слышу первый раз. Расскажи её, - требует она.
   - Ну хорошо, - притворно вздыхаю. - Давным давно, когда мир был совсем молодым...
   - Джаред!
   - Ну хорошо, расскажу без литературных подробностей, хотя ты многое упускаешь...
   - Я справлюсь, - ледяным тоном прерывает меня Агнесса.
   - Ну хорошо. Эта легенда повествует о четырёх магах, держащих мир....
   - Держащих мир? - скептически спрашивает арэнаи.
   - Да. И не перебивай меня. Двоих я уже называл: это Открывающий Пути и Повелитель Перекрёстков, их еще называют Бродягами. Они получили своё отображение в гадальных картах, впрочем, как и двое других, Ткачих. Нет-нет, - я поднял руку, - не прерывай меня. Имей терпение.
   - Я хотела только сказать, - ангельским голосом произнесла Агнесса, - что у тебя выкипает вода.
   Устранив устроенный из-за моей невнимательности беспорядок, я разлил отвар по чашкам и продолжил:
   В отличии от Бродяг Ткачихи традиционно изображаются в женской ипостаси, хотя на пласте нашей реальности Ткачи могут воплотиться в любом теле, как мужском, так и женском. Точно так же, хотя Повелителя Перекрёстков может вполне и оказаться Повелительницей, как в твоём случае. Первую Ткачиху называют Corrdo Varde, Прядущая Нить, вторую соответственно - Перерезающей Нить, Teitros Varde. Ткачихи символизируют неотвратимость судьбы, Бродяги -- случай. Вот собственно и всё.
   - И всё? - несколько обиженно спросила арэнаи. - Ничего же непонятно.
   - Сама же хотела покороче. Ну ладно... Попытаюсь объяснить. Всегда, в любой момент времени в мире присутствует все четверо этих.... хм, не богов, всё же, а скорее воплощений неких сил. В ком они воплотятся -- неизвестно, предугадать это нельзя, хотя чаще всего эти силы выбирают магов. Но история знает и иные воплощения. К примеру, Тейнар Одоро, первый и последний Император Ойкумены.
   - Он был одним из Бродяг? - поразилась Агнесса.
   - Ты могла бы догадаться, - укоризненно произнёс я. - Он был Прядущим Нить. По крайней мере, так считают сейчас. Достоверно об этом неизвестно -- не каждому же об этом сообщает сама Смерть.... Но кем еще мог быть тот, кто когда-то сумел остановить Войны Магов, и железной рукой навёл порядок на Ойкумене? Прядущий Нити это воплощение закона и стабильности мира, тот кто расставляет всё по своим местам.
   - А Перерезающая Нить?
   - Её, или его, время придёт тогда, когда отлаженный механизм, заданный Прядущей, даст сбой, и необходимо будет... всё исправить. Перерезающую Нить кстати очень почитают салдорские некромаги -- считая её воплощение способной полностью уничтожить мир.... Бред конечно. Любой гармский ребёнок знает, что вслед за Перерезающей Нить всегда приходит Прядущая. Бесконечный цикл жизни и умирания, неотвратимость и неумолимость судьбы, не знающей исключений.... почти. Тут то и вступают в дело Бродяги. Смешно -- Асет Орани считает себя магом хаоса, тем, кто может менять реальность под свой вкус, и разрушает незыблемые границы, но он также покорен веретену Ткачих, как и все другие, кроме Бродяг. Повелитель Перекрёстков и Открывающий Пути находятся вне власти Ткачих, а значит и вне власти судьбы.
   - Да? - скептически спросила Агнесса. - Тогда какого демона моё предсказание сбывается, притом сбывается так... дословно?
   - Предсказание? - я бросил быстрый взгляд на девушку. - Что за предсказание?
   - Да гадали мне перед отъездом, - Агнесса скривилась, как-будто съела что-то кислое. - И Открывающего Пути предсказали, и встречу со Смертью.... Только вот не думала, что предсказание так буквально воплотиться в жизнь.
   - Ну, что же, теперь ты знаешь, что в твоих силах изменить это предсказание. Или не менять его вовсе, - я умолчал о том, что последнее было бы явно лучше для всех, пусть даже и в ущерб самой Агнессе. Ну не люблю я хаос и беспорядок. - В любом случае знай, что всё, что ты делаешь, оказывает влияние на мир, меняет его. Бродяги те, кто может пустить всё под откос... или же наоборот спасти ситуацию. Это как повезёт. Дестабилизирующий, но необходимый фактор, позволяющий развиваться миру.
   - И я значит Повелительница Перекрёстков, Ma'dennie Tarro - задумчиво произнесла девушка, привычным жестом почесав кончик носа. - Что-то я не вижу вокруг себя рушащихся государств и разрушенных судеб. Вот Хельмин совсем другое дело. Раз уж он оказался тем самым ужасным Хелем Пустынником, вполне могу поверить в то, что он Открывающий Пути.... Планы рядом с ним рушатся будь здоров. Более чем уверена, что он приложил свою руку к тому, чтобы меня заставили покинуть мой уютный домик в Истике и отправиться в эту варварскую империю.
   Я хмыкнул. Надо же, она даже не знала, с кем свела её дорога. Наивное дитя.
   - Ну так у него и опыт, наработанный несколькими сотен лет. Но вообще Бродяги редко оказывают глобальное влияние на окружающую реальность -- всё же нити судьбы сплетены весьма плотно. Для этого нужно несколько факторов. Нужное место, нужное время.... и встреча Открывающего Пути и Повелителя Перекрёстков.
   - А это зачем? - настороженно спросила арэнаи. - Про Ткачих ты ничего подобного не рассказывал.
   - Потому что хотя встреча обеих Ткачих и возможна, это не окажет сильного влияния ни на них, ни на ход судьбы, - пожал я плечами. - По крайней мере так считается. Приходит время, когда необходимо сменить существующий порядок на другой, обновить и оживить засохшее древо, и в дело вступает Перерезающая Нити, но вслед за ней всегда приходит Прядущая. Бродяги же другое дело -- они спутают всю пряжу и глазом не моргнут. Заставят мечтать о неведомом, искать новые дороги и новые решения, тяготясь своей судьбой, пусть даже и вполне удачной. Открывающий Пути будет тем, кто покажет, что эти мечтания о неведомом не бесплодны, и что в мире возможно всё, о чём можно помыслить, и даже больше. Но ни он, ни другие, те, кто захочет пойти за ним, не смогут свернуть со старой Дороги, вытканной Ткачихами, пока Повелитель Перекрёстков не поставит их перед выбором -- какую из множества неизвестностей выбрать.... И напротив, не будь Открывающего Пути, никто никогда не сможет найти Перекрёсток, и не сойдёт с Дороги, вытканной Ткачихами, слепо следующими за волей богов. Так что одного из двух Бродяг вполне можно пережить. А вот их встреча это всегда признак того, что мир скоро перевернётся.
   - Весьма поучительная легенда. Немного запутанная правда, - наконец сказала Агнесса. Какая то она.... слишком спокойная. Уж не переборщил ли я с травами? - Но что это означает для всех нас? И для меня конкретно?
   - Лишь то, что какие-бы планы не были у сильных мира сего на данные события, к чему бы не шли дела, к войне ли, или к заключению выгодных для всех политических соглашений, всё это исказиться самым странным образом.
   Под "сильными мира сего" я имел ввиду прежде всего Консулов Гарма, имеющих большие виды как на Алискан, так и на Тайрани, но не думаю, что ей это надо знать. Интересно, в чью пользу в конце концов сыграет Повелительница Перекрёстков и её на данный момент пропавший напарник? Первый Консул выступал за военную интервенцию обоих государств и полное уничтожение их правительств. Алискан, а затем и Тайрани должны были стать сырьевыми придатками Гарма, поставляя метрополии рабов и столь необходимые Гарму металлы. Вот только Велор Рэйвен, и те, кто поддерживал его, были против резких жестов и выступали за постепенную культурную и экономическую интеграцию Алискана и процветающего Тайрани, с сохранением формальных границ и марионеточного правительства. Не потому что Велор был миротворцем, а потому что считал, что новая магическая война приведёт лишь к созданию новых Безымянных Пустошей, бесплодных и бесполезных. Пока перевес сил склонялся к решению Первого Консула, слишком уж неуступчив и недоверчив оказался Тайрани, слишком уж горда и упряма военная аристократия Алискана, и даже самому Второму Консулу стало казаться, что их легче покорить, силой поставив на колени, чем договориться, взяв на посулы и уговоры. Но здесь оказались Бродяги, в полном присутствии, а это означает что всё уже пошло не так, что время перемен наступило....
   - О чём ты думаешь? - спросила тайранка. - Уж не о том ли, как избавить мир от такой угрозы как я?
   - Я не могу это сделать, я же дал клятву, - всё еще продолжая думать о своём, произнёс я, и был удостоен весьма пристальным, и несколько недобрым взглядом. - Да и опасно это, избавлять мир от тебя. Твоя смерть вполне может послужить катализатором для опасных изменений, которые потом уже нельзя будет остановить.
   - Да, вот такая я гадкая. Даже своей смертью могу испортить чужую игру, - чуть иронично сказала Агнесса.
   - Не советую кстати никому рассказывать, что ты Ma'dennie Tarro. Мало ли найдётся безумцев, пытающихся это использовать.
   - А ты? - серьезно спросила Эйнхери, - разве ты не захочешь это использовать, Джаред?
   - Я не из тех, кто седлает бурю и укрощает ветра, - покачал головой я.
   И я не слукавил, почти. Нельзя заставить ветра дуть туда, куда тебе надо.... но можно заставить его работать на себя, построив ветряные мельницы.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"