# Демоны внутри. Тёмный трон. Глава 2. Падение

Надежда Булочко

'То ли колодец был действительно уж очень глубоким,

то ли летела Алиса уж очень не спеша'.

Льюис Кэрролл, 'Алиса в Стране Чудес'


Я и Роберт не сразу покинули укрытие, дожидаясь, когда всё более-менее стихнет. Заган сам пришёл за нами, когда передал Юаниэль жителям деревни, рассчитывая на то, что проследят, чтобы она не побежала следом за гвардейцами.


- Асмодей, - позвал Заган, оглядываясь по сторонам, стоя посреди пристройки.


- Мы здесь, - отозвался тот, выходя из состояния, сходного с анабиозом. Мне казалось, что он практически не дышал всё это время. Когда Роберт разворачивал крылья, я ощутила, как рушится заклятие, - едва уловимое покалывание на коже.


- Молодец, - похвалил его король, видимо, насчёт того, что магия сработала, и нас не обнаружили ни гвардейцы, ни даже он сам. - Всё закончилось. Пока что.


Я с трудом заставила себя отстраниться от библиотекаря. Без него я ощущала себя слишком уязвимой и одинокой в этом мире. Роберт, словно почувствовав это, поднялся с соломы следом и положил мне руку на плечо:


- Всё будет хорошо, - пробормотал он, словно это могло хоть как-то помочь в сложившейся ситуации. Но сейчас я понимала, что сказанное было даже не для меня. Роберт сам пытался удерживать себя в руках, потому что его то и дело потряхивало от нервного напряжения.


- Не будет, - отозвался Заган, игнорируя наше состояние. - Нам очень повезёт, если Витс продержится до того момента, как мы прибудем в столицу.


Асмодей посмотрел на него раздражённо и, резко развернувшись, вышел через ворота, направляясь, как мне показалось, к Ю, но остановился и присел рядом с Кʼхари. Я поспешила за ним, почему-то боясь оставаться наедине с Заганом. Сейчас, когда я столкнулась с действующей властью и её силой, мне были понятны причины, по которым начался поход за короной. Глядя на брата Велиала, я видела того, кто сочувствует крестьянам, но в то же время готов жертвовать ими во имя высшей цели. Те же, впрочем, это тоже понимали. И это было жутко.


- Она ещё жива, - услышала я Роберта, когда подошла поближе, не заботясь о том, что у меня непокрыта голова и меня все могут увидеть. Мне стыдно, но в тот момент я едва ли не сожалела об этой новости. Кʼхари не выкарабкается. Она слишком стара и слаба. Возможно, чтобы отвести опасность от Асмодея, отплатить ему за то, что он когда-то спас её от демонов, ей пришлось собраться. А теперь мы стояли в лужи крови и смотрели, как она дышит, надрывно, с хрипом, стонами. Я буквально чувствовала её боль.


- Может, получится...? - я с надеждой посмотрела на Роберта, но тот едва ли обращал на меня внимания. Присел рядом с животным, не заботясь о том, что его штаны могут испачкаться, и осторожно, едва касаясь шерсти, провёл ладонью над телом гхоры. - Роберт, ты ведь умеешь исцелять.


- Это не целесообразно, - отозвался Заган, оказавшийся за нашими спинами. - Девочка, ты считаешь, что чудеса творятся направо и налево, забывая об их цене.


- Кажется, я начинаю понимать, почему Велиал называет тебя занудой, - пробормотала я, молясь, чтобы король меня не услышал, но он услышал. Да и характеристика из серии 'зануды' казалась для этого существа слишком мягкой. Заган был военным стратегом и бессмертным - всё вместе это давало такую гремучую смесь, что одному Богу известно, как он распорядится всеми данными ему ресурсами для достижения своих целей.


- Во-первых, я не разрешал тебе разговаривать со мной так, словно мы друзья, - я буквально чувствовала его тяжёлый взгляд на моём затылке. Мне не хотелось оборачиваться, я боялась, что он может, как Велиал, влепить мне пощёчину, но, с другой стороны, он с таким же успехом мог отвесить подзатыльник, но Заган очень редко прибегал к физическому методу выбивания дури, что не могло не радовать. - Во-вторых, жертвовать энергию на исцеление старого и заведомо умирающего животного, животного, а не падшего или человека, это просто эталон глупости. Когда ты перестанешь уже фокусировать своё внимание на ерунде и начнёшь мыслить как взрослый человек?


Последняя фраза всё же возымела эффект, и я на пятках развернулась к королю, едва сдерживая желание уже самой ударить его в лицо:


- Смерть - это ерунда? Вы хотя бы понимаете, что несёте?!


- Смерть - это исход всякой жизни. Я тоже когда-нибудь исчезну, не думай, что я забываю об этом и потому гляжу на всех вас, как на нечто едва ли стоящее моего внимания, - ровно произнёс он, не меняясь в лице. Всё такой же хладнокровный, как и большую часть времени, словно сейчас ничего не произошло в Вест-Ив, не его друга забрала гвардия, не его подруга мечется по поселению, как раненый зверёк, который не в силах справиться со своими эмоциями.


- Было бы лучше, если бы я желала смерти всем вокруг? - огрызнулась я, глядя на него уже едва ли не с вызовом.


- Было бы лучше, если бы ты не лезла со своими желаниями и советами, когда этого не нужно. Девчонка, я не идиот и не бессердечная мразь, какой ты можешь меня считать, но сейчас эмоции должны стоять на самом последнем месте. Как бы нам ни было тяжело - мы должны идти дальше, стиснув зубы.


Роберт продолжал гладить гхору, не обращая внимания на мою ругань со вторым из королей. Та же открыла глаза и мутным взглядом смотрела на него. Едва ли она понимала, что происходит вокруг. В её глазах была агония.


Нефилим молча материализовал меч. Стоило мне увидеть это, как я замолчала, потому что поняла, что тот намеревается сделать.


- Роберт, не нужно! Может... - начала было я, но осеклась, потому что мне на плечо опустилась рука короля и ощутимо сжала, оставляя едва ли не синяки, на что я застонала.


- Я не хочу, чтобы она мучилась, - тяжело выдохнул Роберт. - Она этого не заслужила. Заган, убери Нозоми отсюда. Она уже насмотрелась смертей.


- Ещё одна роли не сыграет.


- Я не уйду, - подала голос я, игнорируя мрачную шутку Загана. Если это вообще можно было назвать шуткой.


Советник покачал головой и положил ладонь на голову Кʼхари:


- Спасибо, малыш. Спасибо за всё. Ты устала. Спи спокойно, - его меч между тем упёрся в грудную клетку гхоры. Животное что-то проворчало и закрыло глаза. Её хвост касался библиотекаря, и от этого складывалось впечатление, что она всё понимает, но просто не может ничего ответить.


Я с трудом сдерживала желание выбить у Роберта оружие и запретить ему приближаться к гхоре, дать ей умереть спокойно, но я понимала, что агония может длиться часами. Долгая, мучительная. Такая же, как у людей, когда единственное, о чём мечтаешь, - это чтобы всё закончилось как можно быстрее. Но животное не сможет само покончить со своими мучениями.


Роберт не колебался. Удар был точный и, вероятно, приносящий мгновенную смерть. Кʼхари умерла на выдохе, не издав ни звука, лишь её хвост дёрнулся и опустился.


Мы молчали. Нам нечего было сказать друг другу.


* * *

Ю то и дело тяжело вздыхала, металась по комнате из угла в угол, снова присаживалась, когда кто-нибудь из многочисленных гостей уступал ей место, но потом снова срывалась и начинала ходить кругами, растерянно озираясь по сторонам, будто бы не понимая, где она находится, и кто все эти падшие вокруг. Жители Вест-Ив собрались вместе и теперь пытались решить, как им быть дальше. Я сидела по правую сторону от Загана, словно была кем-то высокопоставленным в этом мире. Моё появление они восприняли настороженно, но в лицо обвинять меня во всех бедах не стали.


Асмодея с нами не было. После того, как он покончил с мучениями своего питомца, он молча поднялся с земли, нашёл Ю, силой потащил её в дом, где заставил оставаться до тех пор, пока та не успокоится. Сам же, прихватив несколько добровольцев, ушёл хоронить гхору на окраине, что-то вскользь упомянув про демонов, которые придут на запах бойни. По этой же причине мне строго-настрого запретили покидать дом.


Деревенские налили в чай какую-то настойку с травами, отчего тот теперь напоминал микстуру от кашля, и дали одеяло, потому что меня то и дело знобило и ощутимо трясло. Я же в очередной раз наплевала на то, что обещала себе не пить алкоголь.


- Мы же не можем это всё так оставить? - едва ли не извиняющимся голосом обратился к Загану один из жителей поселения - невысокий, но крепкого вида падший, едва ли чем-то особо отличавшийся от остальных присутствующих. Бог явно сильно не заморачивался с внешностью своего небесного воинства, когда создавал его. Интересно, как сильно их внешность изменилась после Падения?


Король сидел, сложив руки на груди, и хмуро переводил взгляд с дрожащей меня на мечущуюся Ю, а после на остальных присутствующих, и так по кругу. Если бы у него на плечах был его плащ с меховым воротом, он бы выглядел как какой-нибудь правитель северных земель, но сейчас Заган походил на всех остальных, разве что от его интонации веяло холодом.


- Придётся, - коротко ответил он.


- Но ведь...


- Я понимаю, что ты хочешь вернуть Витса, мы все этого хотим, но сейчас это невозможно. И я надеюсь, мне не придётся вам объяснять причины, иначе я уже в своих собственных глазах окажусь конченым мерзавцем, - Заган снова посмотрел на Юаниэль. Та замерла, а после медленно подошла к нему, опускаясь перед ним на колени, словно вспомнив разницу в социальном положении.


- Заган, пообещай, что вернёшь Витса в Вест-Ив живым, - прошептала она, хватаясь за его рукав.


Король молча взирал на неё, сверху вниз, видимо, не в силах соврать, и в то же время мне казалось, что он не хочет лишать женщину последней надежды.


- Пожалуйста, он дорог мне. Я понимаю, что говорю глупости, но я... Люблю его, - голос Ю снова сорвался на хрип. Тихий, будто она умирает. - У меня словно сердце вырвали, Заган. Я не знаю, как тебе объяснить. Это слишком сложно...


- Я сделаю всё, что смогу, Юаниэль. Не больше и не меньше.


Ю обессиленно села на пол, понимая, что сейчас от нас меньше всего зависит, останется ли Витс в живых к тому моменту, когда всё закончится. Второй из забранных падших был одиночкой. Его звали Мир, видимо, сокращение от какого-то имени, но я не стала интересоваться. Для Ю первостепенной трагедией была утрата Витса, вся же остальная деревня скорбела по двоим своим соплеменникам.


Асмодей появился на пороге, перемазанный с ног до головы алой кровью, пустым взглядом посмотрел на нас и молча прошёл в глубь дома в гробовой тишине. Следом за ним, из темноты ночи, появились пятеро падших с ящиками в руках, в которых что-то бесконечно возилось. Вначале я решила, что это детёныши гхор или что-то вроде, однако стоило одному из деревенских сунуть руку в ящик, как послышалось рычание, словно скрежет по стеклу. Рывок, и на свет явилось незнакомое мне существо, похожее на небольшую коричнево-рыжую обезьяну, с длинным лысым хвостом, которым оно обвила руку держащего его мужчину. Глаза совершенно чёрные, белков не было видно. За небольшими подранными ушами виднелись закрученные рога, как у горного барана, но их было практически не видно в длинной шерсти. В пасти было полно острых зубов. Внешне зверушка не выглядела безобидной, несмотря на свои размеры.


Вися вниз головой, она несколько раз попыталась оцарапать лапами падшего, злобно клацала челюстью и предупреждающе рычала. Я приподнялась со своего места, чтобы лучше видеть это странное создание.


- Где вы нашли их? - удивлённо поинтересовался кто-то из присутствующих.


- Асмодей наловил. Прибежали на запах крови. Парень выпустил пар, едва удержали от того, чтобы он их не убил со злости, - ответил один из тех, кто уходил с Робертом. - Хороши, а?


- Жирные, - согласился Заган, разглядывая добычу советника своего брата.


- А кто это? - наконец задала я свой вопрос.


- Демон же, - деревенские удивлённо посмотрели на меня. Краткого объяснения, что я человек, бывший охотник, правнучка Набериуса и переметнулась на сторону Велиала, с опущением подробностей, каким именно способом это произошло, им оказалось мало. Они всё ещё не понимали, что у меня огромные провалы в понимании мироустройства Геенны.


- А... - протянула я, почувствовав себя глупым ребёнком, которому объяснили какую-то совершенно банальную вещь. - Пойду поговорю с Робертом. То есть с Асмодеем...


Меня удерживать не стали. Понятия не имею, что они будут делать с пойманными демонами, но не особо и хотелось знать. У меня с трудом получалось сопоставить суккубов и демонов. Словно какие-то отдельные кусочки эволюции: из обезьяны в человека, из демона в суккуба.


Я тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Пусть делают, что хотят. Меня они есть не собираются пока что, значит, меня не должно волновать, чем они питаются в остальное время, пока находятся в Геенне. Это творится тут уже много тысяч лет, и не мне их учить жизни.


Где мне найти Роберта, я примерно представляла, только не знала, стоит ли мне к нему сейчас лезть с беседами. И стоит ли вообще разговаривать на фоне всего произошедшего.


Я стояла у двери в ванную комнату. Судя по приглушённым звукам, нефилим смывал с себя кровь. Занеся было руку, чтобы постучать, я так и не решилась этого сделать. Что я ему скажу? Я ничего не помню. Ничего, что произошло между нами год назад: почему он стёр мне память, сказал ли он мне тогда хоть толику правды о своей природе и причинах нахождения рядом. Но всё это произошло тогда, а сейчас мы всё ещё рядом друг с другом, а между нами едва ли не сохранность всего мира. Страдания Ромео и Джульетты сущие мелочи на фоне этого. Ромео... Марбас так его обозвал как-то. Теперь хотя бы ясно, почему.


Последовав примеру Юаниэль, я села на пол под дверью в ванную, уютно завернувшись в лоскутное одеяло так, что никакие сквозняки были мне не страшны. Не знаю, сколько времени прошло, пока я дожидалась Асмодея. Из гостиной доносились обрывки разговора между падшими, но мне совершенно не хотелось знать, о чём они говорят. Вероятно, опять пытаются поддержать друг друга хоть как-то.


- Совсем с головой не дружишь? Ты же заболеешь, - я упустила момент, когда Роберт открыл дверь и наткнулся на меня, всё ещё сидящую на полу. Наверное, я даже успела немного подремать, потому что сейчас растерянно смотрела на него, не понимая, как я очутилась тут.


- Ро... - пробормотала я, пытаясь подняться, но снова осела на пол. Тело казалось ненормально тяжёлым. Я мотнула головой, пытаясь понять, что со мной происходит. - Я хотела с тобой поговорить.


Нефилим устало вздохнул. Одетый теперь в простую рубаху и штаны, он походил бы на всех остальных жителей Вест-Ив, если бы не цвет волос и глаз.


- Нозоми, я боюсь, что нам не о чем говорить, - отозвался он, отводя взгляд. Я снова попыталась подняться, и на этот раз у меня это вышло. Только теперь одеяло упало на пол. Пока я его сгребала, Асмодей скрылся за соседней дверью. Решительным шагом я последовала за ним. К счастью, запираться он не стал. Или тут не было щеколды или засова. Действительно, Витс и Ю почти всё время жили одни, и им такое ни к чему. Сомневаюсь, что они регулярно упражнялись в метании посуды друг другу в головы.


Роберт сидел на кровати, посреди тысячи книг и рукописей, каких-то непонятных мне предметов. Над головой, посредине комнаты, свисал мобиль или что-то, очень на него похожее: неизвестные земной науке птички и рыбки балансировали на палочках друг напротив друга. А может и не птички и рыбки. В Геенне нельзя быть уверенным на все сто процентов в том, что видишь.


- Тебе лучше уйти, - Асмодей не смотрел на меня, впёрся взглядом в угол, словно там было что-то очень интересное.


Сомневаюсь, что это комната Витса или Юаниэль. Тут Асмодей провёл своё детство?


- Куда мне идти? К падшим, которым я к чёрту не нужна? Или на улицу, к гвардии? Демонам? Куда мне идти, Роберт? - я нервно сжала одеяло, отчего походила, наверное, на маленького ребёнка, который спорит с родителями перед сном.


- В гостиную. Просто посиди у огня, отдохни, попей вина...


- Мне страшно и одиноко! - выпалила я, краснея. Опять алкоголь в голову ударил, заставляя откровенничать? - Ты обещал мне помочь, обещал быть рядом. Сейчас ты нужен мне, я не прошу тебя о чём-то невыполнимом, просто хочу быть рядом, а ты меня прогоняешь.


- Ты же всё слышала? - Асмодей наконец посмотрел мне в глаза. Опять эта боль. Но теперь я хотя бы знаю её причину.


Помедлив, я всё же киваю. Лучше сказать ему правду. Точнее, сделать это молча, так как всё и так ясно, без слов.


- И что ты думаешь об этом? - усмехается нефилим, отчего его лицо приобретает какую-то мученическую гримасу, словно внутри него всё разрывается на части, но он вынужден дальше изображать, что всё в порядке.


- Ты сделал то, что должен был, - коротко отозвалась я, надеясь, что он не начнёт тянуть из меня слово за словом, словно раскалёнными щипцами в лучших традициях адских пыток. Удивительно, я сейчас чувствую себя примерно так же, как если бы меня действительно мучили демоны.


- Перекладываешь всё на меня...


Роберт нахмурился, но ухмылка с его лица не сошла.


- Я доверяю тебе, - пробормотала я слабеющим с каждым словом голосом. Складывалось впечатление, что он намеренно загоняет сам себя в угол, пытаясь в очередной раз разорвать порочный круг, который приносит ему лишь страдания.


- Поэтому решила ответить Велиалу взаимностью?


Мне захотелось швырнуть в него одеялом, но я с трудом удержалась от этого, ведь потом бы пришлось гордо удалиться и мёрзнуть остаток ночи, пытаясь отогреться у огня. И очень повезёт, если Заган сжалится и одолжит мне свой плащ, в чём я, впрочем, почему-то сомневаюсь.


- Между нами... - горло словно огнём обожгло, но я заставила себя договорить. Велиал ничего мне не сделает, во всяком случае, сейчас, пока его нет рядом, да и до возвращения короны вряд ли. Мне не хотелось делать больно Роберту, не хотелось, чтобы он страдал из-за того, что он себе надумал. - Ничего нет!


Асмодей недоверчиво прищурился, словно не веря в сказанное мной. Я собрала всю свою решимость в кулак, стараясь выглядеть в его глазах как можно более убедительно.


- Тогда что это было?


- Откуда я знаю, у него спроси, что он за цирк устроил. Поверь, я бы не хотела, чтобы мой жених направо и налево всем рассказывал, что мы в скором времени женимся... - я устало кинула одеяло на стопку книг, потому что оно казалось мне таким же неподъёмным, как и мои проблемы. Она с глухим грохотом осыпалась на пол, но мы едва ли обратили на это внимание. Теперь, избавившись от того, что нас разделяло, от этой преграды в виде одеяла, мы словно были открыты друг другу. Преграды, психологической, столь неуместной, которую я непреднамеренно выстроила, больше не было.


- Честно? - Роберт поднялся с кровати, но не решался сделать шага в мою сторону, словно всё ещё не верил в то, что я не собираюсь добровольно выходить замуж за демона, сожравшего мою душу.


Я снова кивнула. Иногда такое короткое движение заменяет миллион бесполезных слов, сказанных в пустоту. Мужчина не слышал меня, заглушённый своими мыслями, но видел, ловил каждый мой вздох.


- Я... Нозоми, прости, я... - неожиданно Роберт схватился за голову и так и замер, не в силах договорить, потому что не знал, запутался в себе и в своих ощущениях.


Вместо того, чтобы ждать, когда он наберётся сил и обратит на меня вновь своё внимание, после того, как возьмёт себя в руки, я переступила через книги, через свитки, стараясь ни на что не наступить, ничего не помять, и просто обняла его, уткнувшись носом в грудь. Тёплый, такой близкий и настоящий. Всё это время, несмотря на ложь, он мучился. Я с каждым днём всё меньше видела в нём сверхъестественное существо, и всё больше он открывался мне с человеческой стороны. Конечно, для бессмертного такое поведение было несколько сомнительным, ему подстать вести себя как Заган, но я практически ничего не знаю о его детстве. Если так подумать, то я вообще ничего о нём не знаю, лишь какие-то отрывочные факты.


Роберт замер, и мне показалось, перестал дышать, словно боясь спугнуть мираж в лице меня. Я улыбнулась и сжала его со всей данной мне от природы силой, отчего он охнул, а после неловко, с сомнением обнял меня в ответ.


- Не оставляй меня, Роберт, - прошептала я, поднимая взгляд на него. - Ты единственный, кто у меня остался. Без тебя я потеряюсь. В себе и в этом мире. Резонанс с Велиалом это ни чуть не смешно - порой я не узнаю себя, говорю совсем не то, что хочу или думаю, и думаю не так, как нужно. Мне кажется, что я медленно схожу с ума.


- Мне стоит вернуть тебе воспоминания, - предложил он тихим голосом. Я чувствовала его сомнения, но он всё же озвучил эту мысль вслух. Он знал, что это фатально, что-то в прошлом пугало его. Что же он натворил, что боялся потерять моё расположение теперь?


- Не стоит, - я мягко отстранилась и теперь держала его за руки, продолжая глядеть в глаза нефилиму. В полумраке комнаты, в свете одного единственного светильника, представляющего собой какой-то камень, они казались практически чёрными, как у всякого падшего.


- Это бы лишило нас недопонимания.


- Я не хочу знать, что тогда произошло. Сейчас я узнала всё, что мне нужно было узнать. Я хотя бы относительно понимаю, что творится вокруг и почему ты поступил именно так. Теперь я знаю о моих родителях, - стоило мне вспомнить Анну и Маргарет, как в горле встал ком. Не тем я занимаюсь, совсем не тем. Вместо того, чтобы лить слёзы о невинно убитых, я выясняю отношения с одним из виновников всего произошедшего. - И я совсем не хочу знать больше ничего. Роберт, я не знаю, как тебе объяснить, но давай... Давай начнём всё заново.


Асмодей с секунду смотрел на меня растерянно, а после мягко улыбнулся, словно не веря моим словам и своему счастью. Улыбнулся так, как улыбается только он. Мне казалось, что боль в его взгляде медленно исчезает, он облегчённо вздохнул полной грудью.


- Ты уверена?


- Да, - решительно кивнула я, становясь в победную позу, уперев руки в боки и вскинув подбородок. На фоне высокого Роберта я выглядела комично, но мне хотелось, чтобы он сегодня уже не страдал от угрызений совести. - Давай поступим так: мы начнём всё заново. Я не могу тебе гарантировать, что наши отношения будут такими же, как год назад, я знать не хочу, что там было, но мы начнём с дружбы, а там посмотрим. Хорошо?


Библиотекарь потёр затылок:


- Я постараюсь не торопить события, Нозоми. Я очень постараюсь не оказывать на тебя давление и не торопить, дать тебе самой разобраться в том, чего ты хочешь... - он опустился передо мной на колено, в лучших традициях рыцарской романтики. - Прости меня за всё, что я творил, я не добрый и не светлый, каким могу показаться, но я очень хочу быть тем, кого ты хочешь видеть рядом с собой. Другом или же нечто большим.


Я смущённо смотрела на мужчину, изображать из себя решительную девочку пропало желание, гнетущая тяжесть чувств, что носит в себе нефилим, сдавила мне грудь. Я украдкой смахнула слезу, которая так не вовремя выступила.


- Роберт, давай без этой театральности, мне не нравится. Я понимаю, что ты вырос в такой среде и, возможно, это демонстрация преданности, но я хочу, чтобы наше общение было на равных. Опустим твою природу, и то, что у тебя есть крылья... И всё остальное тоже, - я выдохнула, понимая, что наверняка наговорила сейчас глупостей, но Асмодей воспринял мою речь воодушевлённо. Слишком радостно, словно надеялся, что я начну воспринимать его как человека, а не как ангельского сына. Его глаза буквально сияли от радости. К счастью, не багровыми переливами - он держал эмоции под контролем. - Поэтому обойдёмся клятвой на мизинчиках! -торжественно объявила я, протягивая ему руку.


- На мизинчиках? - растерянно заморгал Роберт, не успев переключиться за мной на шуточный тон беседы, которая пару минут назад грозила обернуться настоящей драмой для нас двоих.


- Да, как в детстве! - кивнула я.


Раньше, когда я была маленькая, мы часто давали друг другу всякие глупые обещания, вроде того, что я сделаю домашнюю работу, или Роберт прочтёт какой-нибудь комикс, который мне понравился. Надо ли говорить, что бедному нефилиму приходилось читать вместе со мной совершенно идиотские сказки про слащавых принцесс и глупых, но влюблённых по уши принцев. А после играть со мной в куклы, повторяя всё прочитанное уже в реальной жизни.


Роберт протянул мизинец в ответ:


- Хорошо, Нозоми. Только не заставляй меня читать тебе про принцессу Барби и волшебного единорога, - ага, всё-таки помнит. Я захихикала, и мы скрестили пальцы. - Я обещаю, что отныне не брошу тебя во всякой беде, буду оберегать тебя ценой собственной жизни, - торжественно произнёс Асмодей. - С перерывами на чай, работу и сон.


- Эй! - несмотря на мой окрик, я был рада, что он всё ещё в состоянии шутить.


Нефилим же не отреагировал на моё недовольство и продолжил:


- Я обещаю не лгать тебе и ничего не утаивать за исключением тех моментов, когда информация может принести тебе непоправимый вред, - я растерянно посмотрела на мужчину, поэтому ему пришлось объяснить: - В Геенне всякий может прочесть твои мысли, и если они найдут нужную им информацию, то могут выдернуть её вместе с частью твоего разума, Нозоми. Королевские тайны я не могу тебе доверить. Ради твоего же блага, - я кивнула. Такое объяснение меня устраивало. - Взамен прошу лишь доверия и терпения. Я могу ошибиться, могу идти на поводу у своих эмоций и могу не принять в учёт разницу в возрасте.


- Обещаю не делать поспешных выводов и принимать тебя таким, какой ты есть, - отозвалась я. - Что ж, мы скрестили мизинцы, кто солжёт, тот проглотит тысячу иголок!


- Клятва на мизинчиках - это очень серьёзное дело, - плечи библиотекаря задрожали от сдерживаемого смеха. - Прости... Я просто...


Он рассмеялся, зажав ладонью рот. Я вначале опешила, но после поняла, что мне тоже хочется смеяться. Мигом всё стало проще. Всё, что нас разделяло, все преграды, все тайны, вся ложь - они исчезли, потому что мы просто начали всё заново. Начали, как друзья, не обливаясь слезами и не проклиная друг друга. Я опустилась к нему на пол и снова обняла. В тишине, среди гор книг, мне было спокойно, и складывалось ощущение, что мира вокруг больше не существовало: есть только мы и эта небольшая комната без окна, деревянный пол, каменные стены и единственный источник света, стоящий на перевёрнутом ящике, в котором тоже были свалены какие-то фолианты.


Единственное, что меня сейчас тревожило, так это моё самочувствие. Складывалось впечатление, что я простыла. Или это была акклиматизация, усложняющаяся общим состоянием усталости и стрессами. Озноб не проходил, а нормальная температура тела для человека, не как у Велиала, не согревала. Потом я и вовсе громко чихнула. Роберт молча подхватил меня на руки и уложил на кровать, заворачивая в одеяло, выданное мне в гостиной. В уютном коконе мне постепенно становилось теплее, но всё равно хотелось спать.


- Я принесу тебе ещё горячей травяной настойки, Нозоми, - библиотекарь нежно погладил меня по голове и скрылся за дверью.


Кажется, я опять задремала, когда он разбудил меня и попросил что-то выпить. Горячий алкогольный напиток обжёг горло, но почти сразу внутри растеклось тепло, которого так не хватало. Меня хватило на половину кружки, после чего я снова обессилено опустилась на подушки, кутаясь в одеяло и шаль Юаниэль.


- Мне не нравится, как ты выглядишь, - Асмодей приложил ладонь к моему лбу, проверяя температуру. - И лекаря как на зло у нас отобрали... Как ты себя чувствуешь?


Я снова чихнула и потёрла нос:


- Мне бы поспать, - скромно констатировала я своё состояние. - Это от стресса наверно. Я просто устала.


- Чего-нибудь хочется?


- Сказку на ночь и поцеловать, - отозвалась я, скрываясь под одеялами. - Можешь просто поцеловать и выключить свет, если нет желания читать про Барби и единорогов.


- И куда мне тебя целовать, если ты спряталась? - поинтересовался Асмодей, на что я снова высунулась из-под одеяла по нос, намекая, что приму поцелуй в щёку или лоб, но не более.


Нефилим хмыкнул, и в ту же секунду меня лишили такого нехитрого укрытия, открывая миру.


- Ты обещал не торопить события, - устало засмеялась я, когда меня притянули к себе. - Клятва на мизинчиках, Роберт.


- Да, это серьёзный аргумент, но можно хоть чуть-чуть авансом? Ну, пожалей меня, о прекрасная принцесса.


Не знаю, почему я тогда не особо сопротивлялась, видимо, сказывался и алкоголь в крови, и общая усталость, и состояние 'будь что будет, плевать'. В момент, когда я уже практически сдалась на милость нефилиму, дверь распахнулась, и на пороге появился Заган. Я мысленно чертыхнулась. Он как всегда вовремя.


- Выезжаем утром, - сухо проговорил он, глядя на меня, безвольно лежащую в объятиях советника своего брата. - Советую всё же поспать, а не заниматься глупостями.


- Как там Юаниэль? - поинтересовалась я, чисто интуитивно пытаясь переключить тему разговора на менее острую. Запоздало я понимала, что Велиал и без него в курсе, что сейчас происходит со мной, но масла в огонь подливать не стоит.


К моей радости Заган не стал читать нам нотации, топать ногами и расставлять по углам в качестве наказания:


- Пришлось влить в неё едва ли не бочонок настойки, я отнёс её в спальню, проспит до утра, - король ещё раз окинул нас взглядом и снова пропал из виду, явно намереваясь тоже отдохнуть. И от нас в том числе. К счастью, у него хватило ума закрыть дверь.


- Момент упущен, - вздохнул Роберт, укладывая меня обратно. - Ты не против, если я тут сбоку тихонько полежу?


Я кивнула. Библиотекарь подоткнул под меня одеяло со всех сторон, поправил подушки и, шумно выдохнув, лёг у самой стены. Размер кровати не позволял ему расположиться с максимальным комфортом, но это было всё же лучше, чем стог сена или скамейка в гостиной у очага. Щелчка пальцев было достаточно, чтобы кристалл теперь едва мерцал во тьме комнаты. В доме было тихо. После произошедшего - пугающе тихо.


- Как думаешь, с Юаниэль всё будет в порядке? Почему ты не с ней?


- Я не хочу, чтобы она сильно ко мне привязывалась, - услышала я над ухом. Роберт оказался ближе, чем я думала. - Она замечательная, но как бы тебе объяснить... Слишком ответственная в делах воспитания.


- У неё есть дети?


- Падшим и ангелам запрещено иметь детей, Нозоми. Это строго карается. Если ты думаешь, что падшие избавились от законов и правил, когда попали в Геенну, то ты ошибаешься.


- Но ведь я... И ты... - пробормотала я, оборачиваясь на мужчину, отчего мы едва не столкнулись носами.


- Каждый из нарушивших это правило уже понёс наказание, Нозоми, - в интонациях нефилима отчётливо слышался холод. Вероятно, опять вспомнил о своём отце. - Нет, если ты думаешь, что Ю родила от человека, то ты ошибаешься. Дело не в этом. Понимаешь, когда-то давно, ещё до раскола Эдема, ангелы только появлялись из яиц, и старшее поколение было наставником младшего.


- А, - протянула я. - Поэтому Велиал и Заган воспринимают друг друга как братьев?


- И поэтому тоже. Обычно по завершению обучения ангелам не до дружбы, но Заган очень сильно привязался к Велиалу. Он сам мне как-то говорил, что, будучи маленьким, Велиал заставил его пересмотреть некоторые взгляды на жизнь. А после ты знаешь, что произошло... Когда началось Восстание, ученик Ю попал под чей-то меч и погиб. Она не успела его спасти. Сама можешь представить теперь, что с ней будет, если она потеряет кого-то во второй раз.


Асмодей обнял меня так, словно боялся, что я исчезну в темноте и больше никогда не появлюсь рядом, и замолчал до самого утра. Меня, несмотря на тяжёлые мысли, сморило достаточно быстро, но спал ли Роберт этой ночью - я не знала. Поутру он выглядел всё таким же уставшим, как и обычно.


* * *

Заган вернулся к нам задолго до рассвета. У меня появилось ощущение, что я не чувствую здесь времени, словно даже оно течёт тут иначе. А может, и вовсе не течёт, учитывая, что падшие - бессмертные. Однако стоило мне высунуть нос за порог, в холодный туман, как я поняла, что, в отличие от них, очень даже смертная, и жизнь тут как минимум делится на лето и зиму.


Местные предоставили нам двух гхор и кое-какой еды в дорогу. Юаниэль, осунувшаяся и словно постаревшая сразу лет на двадцать, заботливо укутала меня в шерстяную накидку и, выдав местную обувь, по форме напоминающую лодочки, которые, несмотря на свою простоту, были достаточно удобными, напутствовала Асмодею беречь нас обоих и вернуться живыми, но, глядя на неё, я понимала, что она сама едва ли верит в свои же слова. Нас провожали молча, словно в последний путь. Настроение в Вест-Ив было на грани истерики.


Первое время гхоры шли осторожно: из-за очень плотного тумана едва ли можно было разглядеть дорогу. Но стоило солнцу подняться из-за горизонта, как воздух начал прогреваться. Вскоре туман исчез, открывая взгляду всё великолепие Геенны. Я ехала вместе с Заганом. Король позволил мне откинуться на него, и я продолжала то и дело дремать.


Пару раз мы останавливались для того, чтобы животные передохнули. В эти минуты я разведывала всё вокруг. Первая стоянка выдалась не особо интересной, так как была на окраине леса, вторую же было решено устроить у реки, которая пересекала один из множества лугов на нашем пути. Я забралась на каменный мост и наблюдала за тем, как в воде плещется рыба. Она чем-то походила на японских карпов, но её чешуя отливала золотом и серебром. Завидев меня, рыбы поднялись к самой поверхности, явно намереваясь поклянчить еды. Я кинула им несколько кусочков хлебного мякиша, но они либо проигнорировали его, либо же выплюнули, стоило только схватить.


- Роберт, а что ваши карпы едят? - крикнула я библиотекарю, который возился с одной из гхор, вдруг вздумавшей поиграть с другой, и теперь усиленно тыкающей в неё хвостом, доводя едва ли не до бешенства.


- Чари едят мясо, - отозвался мужчина, пытаясь ухватить трёхцветную за хвост и настроить её на более серьёзный лад.


- Чари? - я снова перегнулась через перила, глядя на рыб, которые теперь, казалось, смотрят на меня заинтересованно. - Как пираньи, что ли?


- Ну типа... Так! Успокоилась! ФУ! - Роберт окончательно переключился на гхору, потому что та, поняв что её соплеменница играть не настроена и нежится на солнышке, решила поиграть с ним, ведь он проявляет куда больше активности.


Заган сказал, что из Вест-Ив в Пандемониум добираться часов шесть. Если повезёт, то управимся за пять. Третий привал был сделан едва ли не на финишной прямой:


- Объедем холм, и там прямая дорога на столицу, - Заган спешился и помог слезть мне. - Счастье-то, думал, что сдохну раньше, чем доползём, - проворчал он, наградив меня раздражённым взглядом, словно я что-то успела натворить. - Асмодей, как и договаривались - постарайся вытащить Гекату. Если начнётся заварушка, то её магия нам очень поможет. Хотя я сильно сомневаюсь, что она сейчас сможет дать кому-то отпор после всего, что с ней произошло. Ты, - он перевёл на меня не совсем добрый взгляд. - Идёшь со мной. Мне придётся взять под контроль твоё тело, побудешь немного одержимой. Поверь, мне этого так же не хочется, как и тебе, но это единственный способ скрыть остатки твоей души от окружающих.


- Вот еще, - я фыркнула. - Сама справлюсь. Только ещё одного падшего мне не хватало в сознании.


Глаза Загана презрительно сузились. Он с трудом удержался от того, чтобы отвесить мне подзатыльник.


- Вот же дура упрямая.


Я уже было открыла рот, чтобы ответить на оскорбление, как неожиданно в мой разум вторгся кто-то чудовищной силы. Он был не настолько обжигающий, как Велиал, но моя попытка хотя бы малого сопротивления была сломлена в тот же миг. Остаток моего разума оказался заключён в кольцо адского пламени. Мне остались лишь возможности слышать и видеть происходящее, больше моё тело мне не подчинялось.


- Где может быть Геката? - Асмодей задумчиво наблюдал за тем, как Заган заставил меня поднять руку, потом ногу, покачать головой, а затем сделать несколько выпадов, будто я атакую кого-то невидимым мечом.


- Хлипкое тело, - Заган обошёл меня, внимательно следя за игрой марионетки. - Биться сможет только с одним, если придётся. Может, двое из низших, несколько демонов. Велиал сильно рисковал, когда направил её на Силов.


Он замолчал, словно прикидывая мои возможные слабые места.


- Я получил информацию, что неделю назад Самаэль перевёл её в архивы высшей магии для создания нового боевого заклинания. Ему не даёт спокойно спать знание о твоём заклятии Оружейника.


- Сомнительно, что можно создать второго Оружейника, - покачал головой Станиславский. - У меня самого он случайно получился.


- Это прекрасно всем известно. Но Самаэль хочет его аналог. Причём не один и не два. Он хочет укомплектовать им своих солдат. Ты понимаешь, чем это грозит?


Библиотекарь кивнул:


- Ходячая мясорубка на поле боя. В Эдеме точно не потерпят такого дисбаланса. Получится как со скандалом насчёт рун, если не страшнее. Хорошо, я все понял. Я примерно знаю, где её искать, чтобы получить информацию о подобного рода магии. А вы?


- Буду изображать искреннюю заинтересованность в очередной ереси, придуманной Лилит со скуки. Дальше как получится, - коротко, но достаточно ёмко ответил король.


- Ясно. Ну, тогда удачи вам. До скорой встречи, Нозоми, - подмигнул мне ободряюще Асмодей и растворился в чёрном тумане, оставляя меня наедине с не самым доброжелательным созданием. Однако пламя, горящее внутри моего сознания, видимо, это и была часть падшего, было спокойным. Действительно поразительная выдержка, учитывая, что сейчас мы отправляемся, возможно, в последний для нас бой.


Гхора советника короля потрогала лапой остатки чёрного тумана, но, поняв, что с этим не поиграешь, потеряла всякий интерес. Заган развернул её и заставил отправиться обратно, в одиночестве, чтобы она не привлекала внимания путников и охраны. Сам же забрался обратно на спину к своей и затащил следом меня.


- А что будет с остальными? - спросила я про себя, потому что голосовые связки у меня оказались парализованы.


Вопрос возник в моем сознании сам собой. Я даже не была уверена, что Заган услышит или как-то узнает о нем, но я ошиблась: сейчас наше общение стало слишком тесным, и он чувствовал все мои мысли, независимо от того, желает он этого или нет.


- Чего тебе? - голос Загана был несколько раздражён, однако пламя всё ещё было ровным.


Чудная вещь эта телепатия или что это? Мне не нужно было открывать рта и напрягать голосовые связки, лишь думать и ощущать ответ в моём уме. Как разговор с самим собой, только собеседник самостоятельный и реальный.


- Кто ещё будет там?


- Тебе этого знать не нужно.


Я хотела было ощетиниться, потому что такой подход из серии отправки, возможно, в последний путь, с полным сокрытием от меня достаточно важных аспектов, мне совершенно не понравился. Но достаточно вовремя вспомнила слова Роберта на тему того, что любая лишняя информация может сыграть со мной плохую шутку.


Был уже почти полдень, и солнце начало ощутимо печь, когда мы, обогнув холм, наконец-то увидели довольно внушительных размеров город, окружённый высокими стенами. Узкие улочки уводили к дворцу, так же ограждённому стеной, но на этот раз с целью скрыть своего хозяина от взглядов зевак. Город же, раскинувшийся прямо у его подножья, производил впечатление застрявшего в эпохе позднего средневековья. Он имел сходство с Венецией или Римом, которые я видела на фотографиях: двух- и трёх- этажные дома с крышей из красной черепицы и огромным множеством флюгеров и флагштоков, на которых на слабом ветру едва-едва колыхались флаги с гербом. Сам же дворец пестрел множеством огромных окон, колонн и балконов, едва ли сильно отставая по стилистике от города. Всё выглядело очень гармонично, и хотелось задержаться немного подольше, чтобы отсюда любоваться видом.


Заган молча выслушал всю триаду из моих мыслей, и издал звук, похожий на смесь ворчания и рычания. Наверняка уже сотню раз пожалел о том, что связался со мной. Однако меня отвлекло от продолжения беззвучной истерии то, что мы вошли в город через, видимо, главные ворота. Стража едва ли обратила на меня внимание, отдав честь королю. Ю уложила платок у меня на голове таким образом, что волос не было видно.


Теперь то тут, то там сновали падшие, одетые в самые разнообразные наряды: кто-то был в чёрном, как Заган, или же в платьях, в чем-то схожих с турецкими халатами, а кто-то вообще был одет на азиатский манер. Несколько детей, что меня действительно удивило, пробежало мимо, размахивая деревянными мечами. Какой-то падший с корзиной в руках предлагал незнакомые мне плоды то ли фруктов, то ли овощей бесплатно всем желающим.


- Откуда здесь дети? Это падшие?


Мой вопрос остался без ответа. Мне оставалось лишь ждать. Но Заган ничего не сказал.


Над улицами были натянуты гирлянды с разноцветными флажками, а некоторые камни в брусчатке были заменены на крупные куски цветного стекла. Дома были выбелены, на некоторых встречались мозаика или роспись, обычно в виде каких-то орнаментов или цветов. Заган без труда преодолевал шумную толпу на гхоре, но, к слову, не без помощи королевского титула. Падшие расступались перед ним и кланялись, кто-то высказывал почтительные приветствия ему вслед. На меня все удивлённо косились, но скорее только из-за того, что я была человеком.


Мы поднялись вверх по улице, вышли на большую круглую площадь, посреди которой были фонтан и статуя какого-то падшего. Настолько тонкая работа из камня поражала: словно опровергая все законы физики и хрупкость материалов, крылья были распахнуты, складывалось впечатление, что мужчина вот-вот поймает ими поток воздуха и взмоет в облака. Одна его рука была вытянута, что создавало впечатление предостережения врагам, а во второй он держал опущенную к земле алебарду. К сожалению, из-за того, что моё тело оставалось под контролем Загана, я не могла рассмотреть статую как следует. Но не стала просить короля остановиться и даже не стала спрашивать о том, кто этот падший.


Нам понадобилось около получаса, чтобы добраться до противоположной стороны города, где начиналось ограждение дворца. Однако тут нам преградила путь стража. Четверо падших в начищенных до блеска золотых доспехах, в шлемах и красных плащах отдали честь прибывшему королю и недобро уставились на меня.


- Она со мной, - холодно прокомментировал Заган, ловя их взгляды.


- Ваше высочество, повелитель Самаэль и его королева не любят... Марионеток, - заметил один из стражников.


- Выслушаю его недовольство лично, - Заган угрожающе обнажил клыки, стоило какому-то гвардейцу приблизиться с целью стащить меня с гхоры.


Стража мгновенно прижалась к стенам, освобождая проход. Король проехал дальше, не глядя на них. Я спиной чувствовала их желание насадить меня на копья и бросить в канаву у стен города.


- Пусть Самаэль сам разбирается с ним, - услышала я их тихие переговоры между собой. - Его упрямство его же и погубит.


- Они ничего тебе не сделают, они выбирают врагов по силе.


Сразу за воротами начинался невероятной красоты сад. Едва ли можно было сказать с уверенностью, что за ним ухаживали больше, чем подстригали ветки над аллеями и огромным количеством дорожек, чтобы они не хлестали зазевавшихся по лицу, но было что-то в этом полудиком саду прекрасное и сбалансированное. Он был наполнен пением птиц, ароматом цветов и сырости, свойственной скорее лесу. Солнечный свет, пробиваясь сквозь кроны деревьев, падал на брусчатку ажурными узорами, переплетаясь с разноцветными камнями, которые то и дело встречались в аккуратной каменной кладке.


Вначале мы ехали по центральной аллее, вдоль которой были высажены опрятные кусты и расставлены каменные вазы. За пару сотен футов от дворца я начала различать среди пения птиц голоса и звуки музыки. Заган спешился, не доехав сотню футов до широкой мраморной лестницы главного входа. Гвардейцы стояли по обе стороны перил, торжественно вытянувшись, как на параде.


Мимо нас то и дело проходил кто-то из местной знати, они улыбались, здоровались, но не задерживались, удаляясь по своим делам. Король снова спустил меня на землю. Если бы он не был падшим, то я предложила бы ему прочитать молитву, прежде чем мы пойдём во дворец.


Заган решительным шагом пошёл вверх по ступеням, мои ноги понесли меня следом. Находясь полностью под его контролем, я не вызывала ни у кого из окружающих подозрения, понуро семеня следом за королём с видом забитой жизнью прислуги.


Холл мы миновали едва ли не бегом, король сменил надменную неспешность на какую-то нервную ходьбу, едва ли уделяя время присутствующим здесь падшим. Поднявшись по ещё одной лестнице, ведущей на второй этаж, мы миновали помещение, в котором размещался огромный стол, накрытый белыми скатертями, украшенными лентами и цветами. Слуги суетились и аккуратно расставляли обеденные приборы. То и дело в толпе гостей сновала прислуга, держа в руках подносы с напитками и закусками.


Теперь вокруг нас было ещё больше аристократов и высокопоставленных падших, из-за чего мой сопровождающий вынужден был притормозить. Щедро украшенные драгоценными камнями аксессуары, наряды с ручной вышивкой, самого разнообразного кроя - знать Геенны имела превосходный вкус, всякий земной модельер или ювелир продал бы душу, лишь бы оказаться тут на час. Заган же был в этой толпе самым мрачным - словно небольшая чёрная тучка он плыл среди гостей, которые тут же расступались перед ним, почтительно кланяясь, но соблюдая дистанцию, будто бы он мог заразить их какой-то неведомой болезнью.


В мою сторону теперь смотрели с отвращением. Ещё бы, они думают, что я бездушная марионетка. Видимо, план короля сработал, и они не чувствуют моего присутствия.


- Заган, а вы всё-таки приехали. Надо же! - я сразу узнала этот голос, хотя до этого слышала его лишь один раз. К нам навстречу из толпы вышел гвардеец, который вчера навёл шума в Вест-Ив. Вид у него был более чем довольный, его наглая улыбка могла смело конкурировать по яркости с его надраенным до блеска золотым нагрудником. - Приятно, что я в вас не ошибся. Это ещё что такое? - он увидел меня, и улыбка мгновенно улетучилась с его лица. Мне показалось, что он даже побледнел.


- Жак, оставь его, - рядом с нами появился ещё один падший, одетый в тёмно-зелёную, практически чёрную тунику, с наброшенным на плечи плащом, края которого были отделаны золотом. Он не выглядел, как военный, скорее, какой-то высокопоставленный представитель знати. Его сопровождала падшая, примерно в таком же наряде, разве что рукава рубашки у неё были шире и украшены кружевом. Лиц я не могла разглядеть, потому что Заган не давал мне поднять головы. - Вероятно, весна наконец-то благосклонно повлияла на него, и он променял ментальный секс с душами в Лимбе на плотские радости.


- Разве что от этого всего веет некоторой некрофилией, не находишь? - захихикала женщина.


- Сомневаюсь, но, возможно, это потянуло от ваших неоригинальных шуточек, - к моему удивлению, король почти никак не отреагировал на такое поведение со стороны этих двоих. - Прекрасная сегодня погода, Аваддон, рад, что вы с Шахат выбрались из той сырой пещеры, которую вы любя называете домом, и наконец-то посетили цивилизованное общество.


- Да как ты... - в ту же секунду взбеленилась женщина, но мужчина её одёрнул, оттаскивая в сторону и шипя, чтобы она держала себя в руках и не велась на провокацию Загана. Это кто ещё кого провоцирует!


Жак, видимо, так звали гвардейца, остался рядом с нами и теперь разглядывал меня как нечто из ряда вон выходящее.


- Всё же я бы попросил... - начал он, но Заган смерил его таким взглядом, что тот тут же умолк, передёрнул плечами и поспешно скрылся в толпе гостей. Больше никто из присутствующих к королю со своими советами и комментариями подойти не решился.


Брат Велиала перехватил у одного из слуг с подноса бокал вина и залпом осушил его, после чего, небрежно поставив на край стола, пошёл дальше, едва ли обращая внимания на перешёптывания за своей спиной.


Мы миновали ещё один зал, который больше напоминал гостиную для светских вечеров. Я успела лишь заметить дорогой ковёр под ногами и диван с множеством мягких подушек, на котором уже кто-то отдыхал, замученный беседами и придворными интригами. С каждым шагом я всё больше понимала, что это за змеиный клубок: чувствовала на себя десятки раздражённых и заинтересованных взглядов, слышала о себе и короле всяческие нелестные вещи.


Распахнув двери, король пересёк широкий коридор залитый солнцем и раздражённо выдохнул, словно всё это время старался не дышать.


- Заган, мой дорогой угрюмый король. Ты только прибыл, а уже наделал столько шуму, - раздался достаточно грубый голос рядом с нами. Не из-за интонации, нет. Просто казалось, что падшему, который им обладает, он был нужен в самую последнюю очередь, поэтому он не позаботился о его звучании, когда создавал физическое тело.


По коридору к нам навстречу медленно шёл высокий падший, почти на голову выше моего сопровождающего, одетый куда богаче остальных: длинный плащ, украшенный воротником из рыжего меха, отливающего медью, мантия. - Ты не отвечал на мои письма, и это самый малый из твоих проступков за последние четыре месяца.


- Прошу простить, ваше величество, - не скрывая раздражения в голосе, сказал Заган и поклонился. - Были дела в Гайе.


Самаэль.


От страха я сама едва ли невольно не задержала дыхание, надеясь, что наш обман не раскроется раньше времени.


- Заган, ты знаешь, что я не люблю, когда ты игнорируешь мои просьбы и приказы, а в последнее время ты делаешь это все чаще, - незнакомец развернулся и поманил нас за собой.


Его не очень длинные чёрные волосы были заплетены в толстую косу, украшенную на конце золотой лентой. На плаще красовался герб в виде огромной крылатой змеи, которая обвила ангела, охваченного языками пламени, видимо, символ Геенны. Вполне в их духе. Наверняка несёт какой-нибудь великий сакральный смысл.


- Лишь твои заслуги перед Геенной в прошлом заставляют меня считаться с тобой. Я понимаю, что ты опечален гибелью Велиала, но его время прошло, теперь я первый из королей. И ты, некогда давший клятву, должен служить Тёмному трону. Я и так пошёл тебе навстречу и оставил тебя править кругом, хотя твои способности к командованию войсками куда лучше раскрываются на поле боя, чем за столом с бумагами.


- Король в первую очередь дипломат, ваше величество, - Заган резко остановился.


- Велиал так считал, но я не Велиал, - в глазах мужчины недобро заблестели алые переливы. Я повторюсь, если ты плохо меня расслышал, - время Велиала прошло. Раз и навсегда. Мы вскоре выступаем против Эдема, и мне нужна твоя верность и твёрдая рука, а не сопли и меланхолия.


Так вот из-за чего переворот организовывали в такой спешке: Самаэль решил расширить владения?


- Мы не готовы к войне, вы это прекрасно знаете.


- Я более чем уверен, что если бы Велиал сказал тебе поднять меч и идти в бой, ты бы кинулся в первых рядах смертников, - похоже, что повелитель демонов начал терять терпение.


- Он не игрался с жизнями своих подданных и трезво оценивал ситуацию, - по интонации, с которой говорил Заган, мне показалось, что он с трудом сдерживается, чтобы не ударить повелителя. - Я снова отвечу - сейчас мы к войне не готовы. Я отказываюсь вести под вашим знаменем свои легионы.


- Это можно расценивать как предательство? - Самаэль едва не шипел от злости.


От четвертования нас спасла какая-то подошедшая к королям женщина, правда, в отличие от остальных присутствующих вокруг падших, у неё были невероятные рыжие волосы, отчего я несколько опешила. Она поцеловала верховного правителя в щеку, а потом что-то шепнула ему на ухо.


- Да, Лилит, я знаю. Этот упёртый баран притащил с собой труп, - ответил тот, выслушав её. Я как-то сразу поняла, что речь шла обо мне. Несмотря на такое обидное обращение, я мысленно отсалютовала королю - нас всё ещё не раскусили. Пламя в сознании продолжало гореть ровно - Заган был полностью уверен в своих силах.


- Самаэль, я же просила, - протянула она певучим голосом, хоть в нём и проскальзывало неприкрытое отвращение. - Она портит мне аппетит.


- Заган, ты понял? Убери подальше, - Самаэль отмахнулся в мою сторону, словно я была каким-то досаждающим всем насекомым. - А после обеда уничтожь эту гадость.


- Как пожелаете, - кивнул Заган, положил руку мне на плечо и позволил чуть-чуть поднять голову, что бы я имела больший угол обзора. Наконец, я смогла кое-как разглядеть главного врага Велиала и его жену. Лилит в действительности мало походила на падшую, в ней было слишком много человеческого. Платье атласное, украшенное золотом и множеством драгоценных камней. Фигура Лилит идеальная, такой бы на земле позавидовали даже самые дорогие фотомодели, и она это выгодно подчёркивала корсетом. Её рыжие вьющиеся волосы, уложенные в изящную причёску с косичками и бусинками, отливали на солнце бронзой. Невероятно яркий и сочный цвет.


- Не беспокойся, они тебя не ощутили.


Нынешний повелитель демонов и его жена удалились по коридору, мы же остались стоять там, где были.


- И что теперь? - поинтересовалась я у Загана, хотя была уверена, что он меня проигнорирует. То и дело он словно вспоминал обо мне и подбадривал, но это были скорее вялые попытки сгладить ситуацию, чем реальное желание помочь. С людьми этот падший общаться точно не умел.


Король неожиданно ответил на мой вопрос, хоть и после долгого молчания, так что я даже уже не рассчитывала.


- Ждать. В любом случае, они сделают всё, чтобы я отсюда живым сегодня не вышел.


- То есть, они догадались? - мне стало жутко. Прогнозы Загана обычно имели свойство сбываться. Он тот, кто просчитывает ситуацию на несколько шагов вперёд, и если уж он считает, что всё плохо, значит, всё плохо.


Меня усадили на широкий подоконник из синего мрамора, давая телу согреться на солнце. Чувство болезности никуда не ушло.


- Нет, не догадались. Чувствуют угрозу, но не могут понять, что именно творится у них под носом. Скорее всего, обвинят в чрезмерном самоуправстве и неподчинении короне. Было бы желание, всякая власть всегда найдёт, за что казнить неугодных ей. Поверь, все настоящие святые умирают в утробе или младенчестве.


С каждой секундой мысли о том, что Велиал сможет вернуть корону правителя, становились всё эфемернее и эфемернее. Вокруг нас стража, несколько десятков аристократов и даже легендарный Аваддон, о котором в нашем мире не знает разве что живущий высоко в горах слепой глухонемой отшельник, который с младенчества воспитывался волками.


Заган неожиданно прижал меня к себе, а его рука фривольно оказалась у меня на пояснице. В мыслях я высказала ему всё, что я о нём думаю, не стесняясь в выражениях. Моё состояние походило на то, когда тебе приходится в кругу родственников и их друзей смотреть очередную рождественскую комедию по кабельному, хочешь ты этого или нет. Так и с моим телом: я ничего не могла противопоставить падшему, он же мог делать всё, что ему вздумается. Например... Целовать?!


- Ваше величество, - от окончательного нервного срыва меня спас кто-то из гвардейцев: он поклонился королю и старался не смотреть на меня. - Празднование начнётся через пятнадцать минут. Верховный правитель очень просит вас не опаздывать. И он просит оставить марионетку где-нибудь подальше.


- Я понял, - король изобразил недовольство тем, что ему мешают. Гвардеец ещё раз поклонился и исчез из нашего поля зрения.


- Ты с ума сошёл? Ещё раз так сделаешь, и я... - о правилах общения с правителем я забыла. Мне хотелось отплеваться и прополоскать рот с мылом, хотя стоит отдать Загану должное, он всего лишь коснулся моих губ, а не полез облизывать с ног до головы, как Марбас.


- За нами следят, если ты не заметила, - но мои возмущения эффекта не возымели, потому что меня снова начали ласкать. Если опустить тот факт, что делал король это с нежностью и аккуратностью, словно боясь сломать, то меня это выводило из себя. -  Хотя да, как-то это слишком, но пусть они продолжат думать о тебе так.


И не поспоришь же. Я буквально чувствовала ненормальное любопытство по отношению к нам двоим, когда мимо проходил очередной гость праздника.


- Начнёте меня лапать - и я сломаю вам пальцы, ваше величество! - прошипела я злобно на пламя в моём разуме.


- Справедливая угроза.


Заган взял моё лицо в ладони и как-то странно посмотрел. Впервые за всё время нашего знакомства он задержал взгляд на мне так надолго, мне даже стало как-то неуютно. Но он ничего не стал комментировать, не стал объяснять причину своего поведения сейчас. Это были не ласки, какое-то личное любопытство. Но я ему доверяла, потому что сейчас от него зависит моя безопасность, и пока что со своим делом король справлялся хорошо. Ну, если опустить момент с ласками, о котором мы не договаривались заранее.


Падший вздохнул, выпустил меня и сел рядом.


- Ожидание смерти порой страшнее самой смерти, - тихо сказал Заган. Шедшие мимо двое падших мужчин притормозили и посмотрели на короля, решив, что он обратился к ним.


- Ваше величество? - поинтересовался один из них, льстиво улыбаясь.


- Герцог Рихел, герцог Куриэл, - Заган выпрямился, но пламя внутри меня как-то странно дрогнуло. Мне показалось, что он занервничал. - Ваше появление в наших тёплых краях весьма неожиданно. Особенно по случаю такого мероприятия.


Герцоги переглянулись. Тут я поняла, что они двигаются практически синхронно, как Ишет, но, в отличие от неё, эти были падшими, а значит, каждый обладал собственным разумом.


- Занятная у вас марионетка, - задумчиво проговорил один из мужчин, делая шаг в мою сторону. -Помнится в отчёте Жака о ней не было ни слова, - он окончательно преодолел расстояние между нами и теперь наклонился к самому лицу, глядя в глаза, которые продолжали смотреть в одну точку. Изредка мне позволяли моргать, но окружающие списывали это на предпочтение короля, чтобы я хоть чуть-чуть походила на живую.


- Подарок знакомого, - отозвался Заган, даже не пытаясь хоть как-то его оттеснить. Пламя взвилось столбом, заглушая остаток беседы, так, что я ничего не расслышала. Поэтому все, что мне оставалось, - это попытаться прочесть по губам, но впервые я поняла, что не понимаю, о чём ведётся беседа. Не потому, что разговор приобрёл какую-то специфическую тематику, а потому, что при попытке его расшифровать получался хаотичный набор шипяще-певучих звуков.


А потом они втроём и вовсе развернулись и пошли куда-то вместе, я же последовала за ними как привязанная. Треск и шипение пламени в сознании сбивали с толку и не давали сосредоточиться ни на пути, ни на окружении, словно меня лишили возможности анализировать. Это пугало: мой разум ещё больше отдалился от тела.


- Какая жалость, что его светлейшество Люцифер не смог порадовать нас своим присутствием. Ему нездоровится? - продолжали как ни в чём не бывало беседовать с королём герцоги.


- Если бы. Выплеснул на голову её величеству Лилит кастрюлю супа, после того, как она сказала, что хочет или нет, но ему придётся присутствовать на празднике. Говорят, слуги потом час вычёсывали кусочки овощей и мяса из её волос, - хмыкнул второй из теперь сопровождающих нас герцогов.


- Ужас какой, - театрально ужаснулся такой наглости первый. - Странно, что его не заперли в наказание в комнате.


- В комнате не оставили, но сладкого лишили.


Я не запомнила дороги, но меня заставили остановиться в дверях в огромный зал. В это же самое мгновение я в полной мере осознала, что нахожусь во дворце. От красоты захватывало дух: отполированный до зеркального блеска пол из белого мрамора, потолок такой высокий, что хотелось задрать голову, чтобы ощутить масштабы. Своды потолка поддерживались колоннами, выполненными из цельных кусков какого-то полупрозрачного камня с металлическими, золотыми и серебряными жилами внутри. Солнечные лучи, проходящие сквозь них, играли всеми цветами радуги на полу и стенах. Одиннадцать разных геральдик, вероятно, правителей Геенны, вышитых вручную на гобеленах огромных размеров, под стать размерам зала, свисали с потолка.


На другом конце, если идти по красной ковровой дорожке, а затем подняться по небольшой лестнице в шесть-семь ступеней, располагались троны. Их было два, они были вроде бы и похожи между собой, и в то же время отличались: тот, что был по правую сторону, - мрачный, выполненный из тёмных пород дерева, местами оттенённого чёрным лаком; второй же - светлый, с золотым ободом и стилизацией под солнечные лучи, исходящие от него. Я как-то сразу поняла, что это троны верховных правителей, один из которых по праву принадлежит Велиалу. С его любовью к чёрному цвету одежды, мне почему-то не пришлось долго решать, который из них - его.


За тронами был огромный витраж во всю стену, в центре которого был уже знакомый мне герб: крылатый змей, опутавший ангела в языках пламени. Заган сделал движение рукой, и я вынуждена была повиноваться, уходя туда, куда он мне указал: в угол, к стене у входа, туда, где царил полумрак, сам же пошёл дальше в сопровождении герцогов.


- Не дёргайся. Тебе пока что ничего не грозит. Не вздумай выкинуть какой-нибудь очередной фокус, если не хочешь, чтобы тебя потом отскребали от стены дворца, - услышала я напоследок наставление второго из королей.


Разумеется, я сразу начала паниковать. Меня пугало расстояние, на которое собирался отдалиться от меня нынешний хозяин моего тела. Я понимала, что в случае опасности он сделает всё, чтобы защитить меня, ведь он дал обещание своему брату, однако мне было бы спокойнее видеть его как можно ближе.


Казалось, что я осталась одна, наедине со своими мыслями, потому Заган снова представлял собой в моем сознании лишь трескучее пламя. Мало-помалу, я отвлеклась, перестала его замечать и теперь просто наслаждалась архитектурой и запахом всевозможных цветов, используемых в украшениях вокруг. От такого сомнительного бездействия на меня снова навалилась усталость. Подумалось, что было бы неплохо присесть, но мне было приказано стоять и разглядывать присутствующих.


Тихая мелодия разливалась по залу. Она должна была приносить чувство умиротворения, но из-за Загана я практически не слышала её. Король походил на белый шум, заставляя или абстрагироваться от треска его пламени, или раствориться в нём, ища смысл, как в шорохе помех.


Из-за него я не сразу заметила, что к тронам поднялись Лилит и Самаэль. Издалека их было плохо видно, зато акустика в зале была отличная, но всё равно я пропустила половину речи жены повелителя демонов:


-... В этот день природа пробуждается ото сна, начинает новый виток жизни. Как зарождается новая жизнь, так спадают оковы смерти со всего живого, - продолжала тем временем Лилит. Все взоры присутствующих были обращены к королевской паре.


Вначале мне было совершенно неинтересно, о чём она говорит. Она походила на проповедника в церкви, но складывалось ощущение, что паства её терпит лишь из-за того, что она жена верховного правителя. Лилит продолжала что-то говорить, с каждой секундой всё эмоциональнее, взмахивая руками, отчего походила в своих одеяниях на огненную птицу. Это завораживало. Её речь через какое-то время походила на танец. Танец слова и тела, танец каких-то высших, невидимых обычному человеку материй. Я сама не заметила, как мои мысли оказались полностью заняты ею. Я не слышала, что именно она говорит, но поток звуков и её движения едва не поглотили меня с головой.


Из этого наваждения меня выдернул звон металла и приближающийся шум:


- Ваше Величество! - в тронный зал, к присутствующим, выбежало два стражника. Выглядели они крайне плачевно: некогда начищенные до блеска доспехи теперь были в копоти, а на лицах красовались ссадины и ожоги. Один из них держался за искалеченную руку. - Асмодей вернулся!


Услышав это, аристократия зашумела: лица многих были испуганными, другие же отреагировали на новость агрессивно. Самаэль резко поднялся с трона.


- Как он посмел?! Или мои приказы тут ничего не значат теперь? Ангельское отребье!


Если до этого он выглядел хотя бы немного статно, то теперь он скорее походил на сумасшедшего. Почему-то его стала бить нервная дрожь, а в глазах читалась какая-то паника. Король резко дёрнул рукой в сторону. За какое-то мгновение из воздуха появился Асмодей и неуклюже упал на землю в сотне футов от трона.


- Да чёртовы ж мастера принудительных скачков... - откашлялся он. - Руки из жопы, хоть нормально сначала делать это научитесь, прежде чем показывать на публике. Я чуть желудка не лишился.


- Асмодей, ублюдок-полукровка, я предупреждал тебя, чем грозит возвращение в Геенну? - в руках правителя сам собой появился тяжёлый двуручный меч. - Я был слишком милосерден, позволив себе сослать тебя на Землю. Следовало прикончить тебя сразу.


- Попал так попал, - равнодушно рассмеялся Асмодей и, поднимаясь с пола, протёр очки от копоти, снова нацепил их на нос.


Мгновение, и со всех сторон в него упирались копья личной стражи короля. Гвардейцы были в зале с самого начала. Удивительно, как я их не заметила. Асмодей ойкнул, не успев отреагировать, но в ту же секунду они оказались утыканы чёрными иглами, исчезли, обратившись в пепел и угли.


- Заган! - до Лилит, видимо, дошло раньше, что их провели. Она кинулась на второго короля, который стоял в первом ряду. Вначале она наткнулась на его барьер, безуспешно оцарапала воздух. Но потом её отшвырнуло в сторону тронов. - Двуличная мразь!


- Не стоит так себя мучать, - послышался усталый голос Асмодея. - Я уж как-нибудь сам.


- Знаю я тебя, бестолочь, - буркнул Заган. - Вечно твой зад прикрывать. Я же просил с ними не сюсюкаться. Мы не на ярмарке.


Асмодей неожиданно материализовал из огня арбалет и направил его на стоящую за его спиной аристократию. Заган же держал на виду Самаэля и Лилит.


Повисла напряжённая тишина. Руны лже-богов в руках Асмодея не давали приблизиться, но и Заган с библиотекарем оказались в ловушке, зажатые со всех сторон. Вопрос был лишь в том, сколько падших погибнет, прежде чем их скрутят и повалят на пол. И тут я поняла, что короля в моём сознании нет, он исчез из него, видимо, оставив мне право разобраться с ситуацией на свой лад, либо попытаться сбежать незамеченной.


Я сделала было шаг, но меня тут же заметили те, кто стоял в последнем ряду.


- Она ещё и живая ко всему прочему, - я узнала голос Аваддона. - Куда же ты направилась, девчонка?


Он и его спутница пришли в зал едва ли не последними и не стали пробиваться через присутствующих, вполне довольствуясь местами на отшибе. Аваддон выглядел странно: ненормально бледным, казалось, что его кожа и чёрные волосы, собранные в короткий хвост, были покрыты инеем. Шахат же была смуглой. До этого я не обратила внимания на такую разницу, сейчас же они походили на стужу и жару, которые каким-то удивительным стечением обстоятельств нашли общий язык.


- Погоди, - Шахат удивлённо смотрела на меня, поняв, что со мной что-то не так. - Что у неё с глазами?


Падшие разом материализовали мечи и теперь медленно приближались ко мне, продолжая пристально смотреть в лицо, пытаясь понять, что со мной не так.


Самаэль тем временем за долю секунды преодолел с десяток футов по направлению к Загану, занося меч над головой, намереваясь, видимо, расправиться с ним на месте. К счастью, брат Велиала явно был готов к такому развитию событий, потому что последовал залп магии такой силы, что все стёкла разлетелись на осколки, впуская в помещение прохладный весенний воздух.


- О, так вы без меня начали?! - у меня над ухом раздался знакомый ломающийся голос. Я едва не запрыгала от радости. - Ну вы и мрази.


- Тени!!! - закричал кто-то в дыму, который образовался после заклятие Загана.


Меня схватили за плечо и рванули назад, я не сопротивлялась, полностью доверившись наёмнику.


- Я смотрю, ты имидж поменяла, - прокомментировал мой внешний вид Марбас, когда я оказалась в его объятиях. Перед нами тут же возникли ассасины, отгораживая от подданных короны. - Мне больше нравилось, когда ты была дерзкой оборванкой, а не это этно деревенское.


Я облегчённо рассмеялась, на что Марбас удивлённо на меня посмотрел, не понимая, видимо, причин для такой радости.


Самаэль тем временем наносил по Загану хаотичные удары, из-за которых тому пришлось изворачиваться с максимально возможной скоростью и по возможности атаковать в ответ. Периодически к ним кто-то присоединялся, но в итоге брат Велиала выпустил сноп игл, очерчивая ими полукруг, создавая частокол, через который было проблематично подойти к нему со спины и по бокам.


- Сед, вытащите Асмодея и Загана! - приказал глава Братства туману вокруг себя, сам же подхватив меня на руки, ринулся куда-то по коридору. Но этот путь отличался от того, по которому мы пришли сюда, похоже, что мы уходили вглубь замка. - Я пока припрячу нашу принцессу.


- Я сама могу бежать, - наконец не выдержала я, когда Марбас выбил магией стекло в окне первого этажа и запрыгнул на подоконник.


- Да кто ж сомневается, - отозвался он и подбросил меня в воздух. Я уже собиралась было перегруппироваться, чтобы хоть как-то удачно упасть и ничего себе не сломать, но меня перехватил вынырнувший из чёрного морока его подчинённый, лицо которого было скрыто под капюшоном с маской. Но у него на руках я была недолго. Меня снова, словно мячик, бросили дальше. Хотелось накричать на них, но я поняла, что лучше молчать и отложить все скандалы на потом.


И в тот самый момент, когда я очерчивала очередную изящную дугу по воздуху, откуда-то сверху в меня едва не врезалось заклятие, которое образовало на газоне внутреннего двора, где мы теперь находились, огромное выжженное пятно.


- Вижу! - один из ассасинов обратился в туман и рванулся вверх, второй последовал за ним как прикрытие.


Меня снова поймали и кинули обратно Марбасу.


- Ты меня что, как приманку используешь? - зашипела я на него, злобно ударяя в грудь.


- Так какой нормальный падший от такого десерта откажется? - расхохотался он, снова срываясь с места и устремляясь вглубь двора, под одну из каменных арок.


То и дело нас пытался кто-то атаковать, но помощники Марбаса реагировали на угрозу молниеносно. Да и сам наёмник бежал зигзагами, не хуже зайца, не давая толком прицелиться. Но потом на нашем пути появился тот, кого я уже не ожидала увидеть.


Аваддон вылетел из ледяного тумана, и я даже не успела проследить, когда он создал заклятие, которое взорвалось буквально под ногами наёмника. Нас отшвырнуло к стене. От травм меня спасло то, что между камнем и мной оказался Марбас, но я чётко ощутила и услышала, как ломаются его рёбра. Мы рухнули на землю. Тени, возникшие в ту же секунду вокруг нас, кинулись на врага, но Аваддон играючи разбросал их в разные стороны и сковал во льду. Впервые я видела ледяную магию в таких масштабах. Нож Марбаса - сущие мелочи на фоне этого.


- Куда мы так спешим, малышня? - поинтересовался он, останавливаясь в нескольких шагах от нас и склоняя голову на плечо.


За его спиной Шахат, радостно смеясь, приняла бой с тремя Тенями и пока что, судя по веселью, одерживала верх.


- Пирушка в Гайе не пошла вам на пользу, падальщик? - я в ужасе, прижавшись к стене спиной, наблюдала, как морозная корка ползёт от ангела бездны в нашу сторону. - Или ты не в состоянии переварить столько, сколько сожрал, демон болезней? Или же вы с самого начала изображали, что Охотитесь, на деле же просто подняли шум, чтобы отвести подозрение на тему готовящегося переворота, - Аваддон сделал ещё один шаг в нашу сторону и посмотрел на меня. Платок с головы я где-то потеряла, и теперь мой цвет волос был виден всякому, как и ненормальный для человека цвет глаз. Падший усмехнулся, видимо, смекнув, кто я такая. - Удивительно, как желание избавиться от общего врага сближает всякого рода сброд, не правда ли? - он вытянул ладонь и пальцами начертил в воздухе какой-то символ, и в ту же секунду моё тело пронзила острая боль. - Это ещё что за дела?


Понятия не имею, что он почувствовал или какой эффект от своего заклятия он ожидал, но его лицо теперь было растерянным. Не знаю, чем бы всё это закончилось, если бы между нами не возникли Асмодей и Седит. Ассасин и нефилим как по команде кинулись на Аваддона, не давая ему опомниться. Шахат пришлось бросить выяснять отношения с кем-то из Теней и помочь своему напарнику.


Марбас тем временем поднялся с земли и, обматерив всё, что только можно, вытерев кровь с лица, злобно сплюнул.


- Ангелы смерти, - отозвался он, поймав на себе мой испуганный взгляд. - Если я знаю, как убить кого-то, то они убивают. Если я лишаю жизни, то они те, кто её обрывает. Сама Смерть. У меня это прозвище милое, а у них специфика их обязанностей. Не слышала, что ли, про них?


Я отрицательно покачала головой, пытаясь отдышаться. Боль от прерванного заклятия немного отступила, но всё равно я теперь чувствовала себя ещё хуже: ощущала, что Велиал вступил в бой, резонанс позволил мне прочувствовать весь спектр ощущений, словно это меня зацепили мечом. Охнув, я сжала зубы, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания врагов: если они прознают про это - нам конец.


- Ну блин, солнышко, не тупи ты так. 'В полночь Вечный погубил в Египте всех первенцев - от первенца фараона, наследника престола, до первенца узника, сидевшего в темнице, и весь первородный приплод скота', - процитировал он отрывок из писания.


- Но ведь то ангелы... А эти...


- Кто, по-твоему, египтянам язв наставил перед этим? - Марбас выглядел неожиданно довольным собой, хоть едва заметно и морщился от саднящих рёбер. - Идём, надо попробовать убраться от него подальше.


Но мы не успели даже развернуться, потому что на внутреннем дворе появился Жак со своими подчинёнными, в сопровождении Рихела и Куриэла. С каждой минутой вся ситуация всё больше походила на то, что творилось в Атланте. Разница была лишь в том, что сейчас сцепились падшие ангелы, и ни о какой попытке попробовать разойтись мирно речи быть не может.


Аваддон едва не попал заклятием по Роберту, но тот каким-то чудом успел использовать руны: пламя растопило лёд, который должен был сковать его навсегда. Жака и нескольких гвардейцев сдерживали ассасины. Но герцоги прорвались через кольцо и теперь двигались в нашу сторону. Марбас закрыл меня собой и сделал шаг им на встречу.


- Воробей, оставляю нашу конфетку тебе, - крикнул он, видимо, Асмодею. - Седит разберётся с ледяным королём и его горячей шлюхой.


Роберт сразу оказался рядом: меня в ту же секунду схватили, рванули вверх, вдоль стены. Нефилим, наплевав на все законы физики, подпрыгнул с такой силой, что мы оказались на уровне третьего этажа.


- Я никого из вас не отпускал, - отозвался на такую наглость, как прерванный бой, Аваддон.


- О, мистер хладный труп, у меня с тобой отдельный разговор, - Седит обратился в туман, когда меч ангела бездны едва не разрубил его пополам. Метнулся к нему за спину, но снова поменял местоположение из-за ледяного заклятия, которыми Аваддон щедро сыпал во все стороны, явно не переживая о количестве затрачиваемых на это сил.


Марбас с диким хохотом, полным безумия, теперь носился по двору, хаотично нападая на любого стражника или падшего, которые хоть как-то пытались оказать ему сопротивление. Расправившись с одним, он тут же брался за следующего. Рихел и Куриэл вынуждены были следовать за ним, пытаясь вступить в бой с наёмником, но не тут-то было.


- Вот же придурок. Велиал же просил калечить как можно меньше народу... - проворчал Асмодей, заметив, что вытворяет Марбас. Мы уже добрались до крыши, но Роберт не знал, в каком направлении будет вернее двигаться. Пока что нас практически никто не заметил, но заинтересованность в наших персонах была практически нулевая, ведь вся бойня происходила внизу.


- Но ведь... Иначе они нас... - я попыталась зачем-то оправдать этого сумасшедшего, однако договорить не успела, потому что у кого-то, по всей видимости, попросту закончилось терпение. Очередной хлопок невероятной силы заставил осыпаться все стёкла во внутреннем дворе. Рядом обвалилась часть стены. Моя нога поехала на влажной черепице, но Роберт успел схватить меня за руку и выровнять, не дав упасть вниз.


- Я думаю, что пора начинать, - услышала я голос Марбаса во внезапно повисшей тишине.


В долю секунды он вскочил на руины осыпавшейся кирпичной кладки, окутываемый черным туманом. Вначале казалось, что это свойственное Братству заклятие, но потом я поняла, что это не марево, оно состояло из крупных кусков сажи.


Это мошки.


Они кружили вокруг него, вихрем уходя вверх, и с каждым мгновением их становилось все больше и больше. Стоило Марбасу указать пальцем на кого-либо, и часть их отделялась от общего потока и неслась в сторону жертвы, начинала кружить вокруг неё, кусать и доставлять массу других неудобств.


- О, смотрю, Вельзевул пробудился, - Асмодей лишь мельком удостоил взглядом то, что вытворял Марбас.


- Почему это Вельзевул? - я едва не начала заикаться. - Это же имя Баала.


Знакомство с падшими заставило меня ознакомиться с их историей, чтобы не попадать в глупые ситуации. Не сказать, что там была полезная и достоверная информация, но, как говорится, в споре рождается истина - что-то общее я уяснила. Например, про то, что у Велиала отвратный характер, было написано везде.


-Повелитель мух, да. Одно время он служил под его началом после Падения и кое-чему научился за это время. Но Марбас широко известен в узких кругах на Земле как демон болезней, - библиотекарь ненадолго прервал свою лекцию по демонологии, выхватив из воздуха какой-то короткий меч и швырнув его в одного из стражников, который появился на крыше и намеревался атаковать нас. - Что лучше всего переносит болезни?


- Грызуны.


- Блохи и комары. Кровососущие твари. Вельзевул - повелитель мух. Считай, что это второе неофициальное имя Марбаса, потому что Баал крайне редко покидает Геенну. Очередная историческая путаница. Потом объясню на примерах. Если выживем.


Марбас выхватил из воздуха ледяной кинжал и кинулся на герцогов, воспользовавшись тем, что они отвлеклись на мошкару. Но он не успел до них добраться, потому что последовал второй взрыв, который разметал всех находящихся на земле в разные стороны. Одна из стен оказалась практически полностью разрушена. Сквозь грохот и крики я услышала громкий рёв.


На траву и осколки камней вылетело существо, похожее на дракона: длинное, гибкое, покрытое алой чешуёй тело, два перепончатых крыла и вытянутая морда. На голове несколько пар рогов разной формы. Размахнувшись хвостом, оно атаковало кого-то, кто всё ещё был в клубах поднятой пыли. И почти сразу ему в глотку вцепился зубами огромных размеров чёрный медведь. Это был не барибал, и даже не гризли. Его мех имел неестественный металлический блеск, отчего складывалось впечатление, что это далеко не простое животное. С другой стороны в дракона, выставив рога вперёд, врезался чёрный крылатый бык, вспоров тому брюхо, но ящера это мало озаботило - он был слишком занят борьбой с медведем.


Извернувшись, он опутал хвостом врага и отшвырнул его в стену, проломив её, после чего выдохнул на быка чёрно-синим пламенем, не давая повторить попытки.


- Это ещё что за твари? - я в ужасе взирала вниз на ожесточённую бойню, которую устроили животные и рептилия.


- Велиал, Заган и Самаэль, - вздохнул Асмодей, потянув меня в сторону. Я едва не отругала себя за недогадливость, могла и сама догадаться: Марбас может превращаться во льва и кота согласно гримуарам. И он это не раз доказывал на практике. Заган способен обратиться быком, а Велиал медведем. Значит дракон - это Самаэль?


Оставаться тут было опасно. Остальные, сражающиеся внизу, теперь вынуждены были освободить место для королей, которые игнорировали тот факт, что пространства для битвы практически не было. Теням было относительно легко - их магия позволяла поддерживать состояние, сходное с газообразным, поэтому при необходимости они без проблем уходили от угрозы, но это же самое заклятие не позволяло им атаковать в ответ кого-либо.


Мы как можно осторожнее шли по крыше, каждый раз замирая при очередном магическом хлопке, боясь потерять равновесие и скатиться кубарем. Мне было вдвое сложнее: то и дело мне передавалась боль, которую ощущал Велиал, но я терпела, стараясь не издавать посторонних звуков. Приходилось утирать выступающие слёзы.


Когда мы преодолели практически половину пути до широкой плоской площадки, рядом раздалось рычание, и на крышу рухнул дракон, который тут же принял форму Самаэля. Он поднялся с колен, одежда на нём теперь походила на лохмотья. Местами ткань до сих пор дымилась, лицо и руки были перемазаны сажей.


Завидев нас, он сделал шаг, намереваясь покончить как минимум с одной головной болью на сегодня - Асмодеем, но звук ударов кожистых крыльев заставили его повременить с расправой над нефилимом.


- Не то, чтобы я был против правил, которые мы приняли пару миллионов лет назад, но, пожалуй, надо пересмотреть этот закон с дуэлью. Глупость невероятная, - налетевший ветер унёс пыль прочь, открывая публике Велиала. Я не знала, радоваться ли мне его появлению или приняться кричать и пытаться бить кулаками ему в грудь за то, что он тут устроил.


Рядом появился Заган, который выглядел не менее плачевно. Самаэль, стоило ему увидеть королей, распахнул крылья и взмыл за ними. Теперь они бились в воздухе, не скупясь на заклятия. Я в ужасе смотрела на бой бессмертных существ. Это была невероятная звериная жестокость. Никакой жалости, надменности и пафоса - каждый удар нёс смерть для врага. То и дело второму из королей приходилось прикрывать Велиала в бою от попыток кого-то из приближённых нынешнего правителя нанести удар в спину.


И вдруг я услышала настойчивый голос голове.


Уходи.


Это был мой демон, который придавал мне сил или мешал с грязью. Его тон всегда был одинаково язвительный, но всё, что я делала потом - зависело только лишь от меня.


Уходи.


Он повторял одно лишь слово раз за разом, как заевшая кассета. Я в ужасе смотрела на то, как Велиала окутывает какой-то ужасной липкой магией, буквально чувствовала на коже. От неё делалось страшно. Но король словно не замечал этого, позволяя ей сомкнуться вокруг него и Самаэля.


Уходи.


Грудную клетку словно сковало железным обручем. Я поняла, что задыхаюсь. Боль, тупая, нерасторопная, возрастала с каждой секундой, затмевая всю остальную. Асмодей, поняв, что что-то не так, попробовал предпринять хоть что-то, но, поздно спохватившись, заметил, что гвардейцев вокруг прибавилось. Тени всё ещё были где-то внизу, а те, что были рядом с нами, не могли сдержать всех. Прижав меня к груди, Роберт угрожающе вытянул руку с серебряным мечом, показывая всякому, что живой он меня им не отдаст.


Уходи.


Я, сама не знаю, зачем, вырвалась из объятий Роберта и кинулась обратно, к королям, которых уже было не видно в коконе из этой ужасающей магии. Голос в голове звучал всё тише, всё слабее. Роберт ринулся было следом, но его остановили гвардейцы, с которыми он вынужден был вступить в бой, чтобы те не добрались до меня.


- Велиал! - закричала я, оказавшись напротив него. Не знаю, зачем я это сделала. Возможно, пыталась привлечь к себе внимание Самаэля, что было крайне необдуманным решением, ведь я даже с Орфаниэлем справиться не смогла, а тут сам верховный правитель. - Ты хуже человека, если сдаёшься так легко!


Практически сразу кто-то из гвардейцев добрался до меня и, схватив за шиворот, рванул на себя, оттаскивая от края крыши, видимо, надеясь допросить, когда всё закончится, на тему того, кто я такая и как очутилась в Геенне.


Я рванулась в сторону, сама не осознавая, как, материализовала меч, который должен был находиться у Велиала, меч Набериуса. Без присутствия в моём сознании падшего, я с трудом могла им пользоваться, но адреналин, видимо, открыл какие-то скрытые ресурсы моего организма. Гвардеец, который всё это время считал, что я беззащитна, оказался поваленным на спину. Я хотела было уже нанести ему какое-нибудь увечье, но не успела: меня сбила с ног ударная волна. Я едва не улетела вниз головой с крыши, но успела схватиться за гвардейца, который распахнул крылья и выдержал такую магическую атаку.


Кокон же начал стремительно разрастаться во все стороны, отчего мне в лицо полыхнуло могильным холодом. Заган врезался в крышу рядом с нами и, потеряв сознание, рухнул вниз, в то же мгновение среди чёрных потоков неизвестного мне заклятия, проскользнули алые искры. Меня снова оглушило, я вцепилась в солдата, что теперь держал меня так, словно он был моим лучшим другом. Падший, похоже, сам испугался, поэтому не пытался как-либо от меня отстраниться.


Перед нами ширилась непроглядная, всепоглощающая тьма, что вот-вот должна была уничтожить тут всё, не дав никому и малейшего шанса на спасение. Словно стоишь на краю собственной могилы, на краю бездны. Самаэль, ангел смерти, что же ты творишь?


Роберт, появившийся рядом, перемазанный в собственной крови и крови падших, едва успел поставить барьер, вложив в него все оставшиеся у него силы, когда пламя начало поглощать магическую тьму изнутри. Крыша под нами рухнула. Гвардеец собирался было взмыть вверх, но библиотекарь ему не позволил, навалившись на нас двоих и укрывая крыльями, из-за чего мы очутились лежащими на раскрошенном кирпиче и черепице, которая болезненно впивалась в кожу, не хуже ножа.


Не дав солдату опомниться, Роберт дёрнул меня на себя. Тут я поняла, что действует он так же инстинктивно: его тоже оглушило. Неудачно крутанувшись, мы едва не потеряли равновесие и не вылетели в провал в стене, что грозило бы нам серьёзными травмами.


Вероятно магия Самаэля дала осечку, и благодаря этому мы остались живы, но дворец теперь выглядел плачевно. Наверно я никогда не забуду этого ощущения, когда бездна, которая всегда безмолвна и неподвижна, неожиданно ожила и протянула к тебе свои невидимые руки, желая поглотить с головой и растворить в своей тьме твой разум. Нечто страшнее всякой смерти.


Тряхнув головой, чтобы хоть как-то прийти в себя, я посмотрела вниз. Земля была залита кровью, перемешанной с сажей и остатками ледяных заклятий ангелов смерти. Самаэль лежал на спине, раскинув сломанные крылья. Казалось, он вглядывается в небо. Я не могла понять, жив он или мёртв, но обрывки его красно-золотых одеяний на чёрном фоне выглядели пугающе.


Велиал тяжело приземлился рядом с ним, едва не падая на колени от усталости и полученных ран, сорвал головы Самаэля металлический обруч, такой же, как у него и у Загана, и, разломав на части, швырнул под ноги. Мы встретились взглядом. Король смотрел на меня лишь мгновение, но убедившись, что со мной всё в порядке, кинулся к лежащему без чувств Загану. Тот не сразу начал реагировать на речь своего брата. Левая часть лица была в крови. После Велиал и кто-то из ассасинов помог ему сесть прямо, и я поняла, что со вторым королём что-то не так. То и дело он отнимал руку от травмированного лица и что-то говорил брату, но с такого расстояния я не разобрала ни слова.


Вокруг становилось всё тише и тише. Где-то отдалённо звучали раскаты заклятий, но судьба Тёмного трона уже была решена. Гвардеец, что не дал мне упасть с крыши, хоть и не преднамеренно, растерянно смотрел на нас, не зная, как ему поступить: умереть, защитив честь только что павшего короля, или же сдаться на милость победителей.


И тут я услышала нервный выкрик Марбаса, гулким эхом отражающийся от стен дворца:


- Сед! Евин ты сын, Седит! Где ты? - наёмник озирался по сторонам, шатающейся походкой шёл от одного раненного к другому в поисках своего помощника. Но ответа не было.