# Демоны внутри. Тёмный трон. Глава 13. Круги

Надежда Булочко

" - Не хочешь ли торта? - любезно предложил Заяц.

Алиса оглядела весь стол, но там ничего не было, кроме чайников и чайной посуды.

- Какого торта? Что-то я его не вижу, - сказала она.

- Его тут и нет, - подтвердил Заяц.

- Зачем же предлагать? Это не очень-то вежливо! - обиженно сказала Алиса.

- А зачем садиться за стол без приглашения? Это не очень-то вежливо! - откликнулся, как эхо, Заяц".

Льюис Кэролл "Алиса в стране чудес".


Вест-Ив появился на горизонте, когда солнце уже начало клониться к закату. До темноты оставалось пару часов, но ни Заган, ни Фурфур явно никуда не спешили, потому что гхоры продолжали всё так же лениво перебирать лапами. К счастью, небо было затянуто тучами, и днём солнце не зажарило Риа, который вынужден был отказаться от своих заклятий; дошло до того, что он стянул с себя плащ, продемонстрировав мне сначала весь свой арсенал, который внушал уважение, а потом, избавившись и от него, остался в бесформенных одеяниях. Платок, конечно, он снимать не стал, но меня всё ещё интересовала его половая принадлежность: длинные, гибкие пальцы у того, кто прекрасно орудует ножами, могут быть и у мужчин, и у женщин, а вот тонкие запястья определённо смущали. А вот кожа рук была грубой, впрочем, вряд ли ассасин утруждал себя косметическими процедурами. Хорошо, если вообще мыл их хотя бы раз в день.


- Душно? - поинтересовался у него Фурфур, привлечённый таким преобразованием. Ему явно надоело нескончаемо долго пялиться на дорогу и на тех, кто ехал перед нами. Заган и Витс вели настолько скучные разговоры, что я очень быстро передумала пересаживаться к ним "в гости". - Или ты пытаешься девочку совратить стриптизом?


- Могу показать животик, - Риа кокетливо подцепил край рубахи пальцами, обращаясь, впрочем, при этом к князю, а не ко мне. - Остальное в другой раз, шалун.


- О, не стоит, иначе мне как честному мужчине придётся вести тебя под венец, - хохотнул князь, снова устремляя взгляд на дорогу. - Любите вы мариновать жертву. Если не физически, то морально. Я ж уснуть не смогу.


- От ужаса или от горячих фантазий? - после обеда Риа неожиданно стал разговорчивее, хотя и оставил нас перед едой ненадолго, уйдя так далеко в сторону, что превратился в чёрную точку. Когда он вернулся, то ни к еде, ни к воде не притронулся, сославшись на то, что не голоден.


- Пока что горячих. Вы настолько замотаны в свои тряпки, что стоит лишь слегка оголиться, и зрелище - просто кровь из носу. А так, ну... Это смотря, насколько ты волосат.


- Что ж, продолжим, когда я побрею ноги, княже, - Риа плюхнулся на сено, между тем изображая разочарование в жизни, но вскоре понял, что прятать такое количество ножей от всех любопытных глаз, которые могут нам встретиться на пути, нужно тщательнее. Фурфура очень беспокоил тот факт, что в большинстве своём оружие было без чехлов, и что я могла о него пораниться. Пришлось заверить князя, что лежит оно всё со стороны ассасина, и я на его половину повозки не лезу.


- Если ему охота изображать принцессу на горошине, то это его дело, - прокомментировала я вид того, как Риа закапывает ножи в сено. - В конце концов, ему некомфортно, когда его любимые игрушки слишком далеко.


Риа что-то проворчал в ответ, но я ничего не поняла, за исключением того, что он говорил на языке Братства.


Остаток дня я периодически одалживала у ассасина нож и занималась тем, что училась метать его в дерево. Подвязав к рукояти заклятие возврата, я получила что-то вроде йо-йо, чему была несказанно рада. Оставалось наладить его так, чтобы в ладонь возвращалась рукоять, а не острие, а то так и руки лишиться можно в запале сражения. Ассасин терпеливо объяснял про баланс и прочее, мне же пока хватало того, что я должна отточить меткость.


- Не кипятись ты. Даже если острием не попаду, то всё равно больно будет, если такая фигня в голову прилетит, - отшучивалась я, целясь в край бортика повозки. Учитывая, что мы то и дело покачивались и подскакивали на колдобинах, задача сильно усложнялась. Риа лишь вздыхал и бормотал себе под нос про неуважение к оружию.


Поселение выглядело практически точно так же, как и когда мы его оставили: чистые улицы, аккуратные, хоть и старые домики, из труб которых поднимался дым. Пахло цветами, домашними животными и свежей выпечкой. Когда мы только приближались, перед нами на дорогу выбежал какой-то падший, завидев Загана и его компаньонов, своих селян, он радостно закричал, замахал нам рукой и побежал вперёд, обгоняя нас и во всю глотку сообщая о нашем возвращении. В результате, когда мы въехали на главную улицу, Вест-Ив бурлил, шумел и гудел так, словно наступило Рождество.


Стоило Витсу спрыгнуть с телеги, как его окружили плотным кругом, обнимая так, что я искренне заволновалась, что понадобится снова показывать его Уфиру и другим лекарям.


- ВИТС!!! - стоило услышать крик Ю, которая пыталась пробиться к своему падшему, как толпа с шумом подхватила его на руки и понесла в её сторону, а потом опустила рядом, позволяя им обняться.


Я смотрела на них с улыбкой, а сердце неожиданно защемило от приступа нежности, я едва сдерживала слёзы радости за этих двоих.


Мира встречали не менее горячо и радостно, правда, вместо возлюбленной ему вручили огромную кружку какого-то напитка, и под одобрительные возгласы "как ты любишь!" ему пришлось осушить её до дна, после чего падшего захлопали по спине, смеясь и обнимая.


Заган спустился с повозки следующим, позволяя дружественно хлопать себя по плечу и приветливо, хоть и сдержанно, улыбаясь в ответ, как обычно ни к кому особо не обращаясь, стараясь быть учтивым со всеми. Кое-как растолкав селян, он подошёл к нам и протянул мне руку, призывая спуститься вниз.


- Слезай, развеешься. По плану у нас обширная культурная программа.


- Можно, я посижу тут и подожду, когда все разойдутся? Боюсь, что меня задавят на радостях, - хихикнула я. Риа поднялся за моей спиной, вновь завёрнутый с ног до головы, и от этого походил на пятно тьмы, которое взялось невесть откуда. Жители Вест-Ива замолчали как по команде, настороженно глядя на Тень, тот же спрыгнул рядом с Заганом, вокруг телеги разом образовалась пустота, и я без особых проблем оказалась на земле. - Спасибо.


- Обращайся, - Риа резко обернулся туманом, при этом неплохо напугав окружающих, и исчез из виду, стоило мне моргнуть. - Не балуйся. Учти, что я рядом.


Я кивнула, обращаясь к невидимому ассасину, но со стороны это наверняка выглядело очень странно, поэтому мне пришлось как можно более дружелюбно улыбнуться присутствующим, прежде чем зашагать в компании Загана в сторону дома главы Вест-Ив. Фурфур же остался в компании местных работяг, втянутый в разговоры о том, кто я такая, потому что меня не признали. Князь, будучи заядлым любителем кабаков и баек, принялся за долгий рассказ обо мне, Велиале и том, что происходило в столице. Половина из рассказа, как я потом выяснила, правдой не являлась, но звучала очень убедительно, добавляя истории холодящих душу моментов и юмора.


Витс появился в компании Ю и ангелов позже, когда Заган уже по-хозяйски зачерпывал в котле над очагом похлёбку. Юаниэль не отходила от своего друга ни на шаг, держа его за руку. Дети же бегали вокруг них, словно всегда жили в этом доме. Завидев меня, малышня тут же уселась по обе стороны от меня, наперебой спрашивая, когда и куда мы поедем дальше.


- Вы останетесь тут, - улыбнулась я. - У вас теперь новая жизнь.


- Только осталось провести праздник Возрождения, - Витс сел напротив меня, и Ю снова захлопотала по хозяйству с таким усердием, словно ничего и не менялось в этом доме. Через несколько минут ангелы уже были заняты едой. - И тогда вы станете полноправными гражданами Геенны.


- Зачем нам права в Геенне, если мы живём в Эдеме? - поинтересовался один из ангелов, жуя кусок ещё тёплого хлеба с хрустящей корочкой. Я усердно намазывала масло с зеленью, про себя мечтая избежать этого разговора, ведь я совсем не знаю, что говорить в таком случае, и какая реакция последует, когда ангелы всё узнают. - Геенна это место, где содержат грешников и вас, падших. Наши крылья белые, в нас Благодать Отца, а не энергия демонов, как в вас.


- Отец отказался от вас, - коротко сказал Заган, и я почувствовала, как по моей коже пробежал разряд защитной магии: король опасался, но, видимо, зря, потому что ангелы переглянулись, но никакой реакции толком не последовало, кроме десятков вопросов из серии "почему" и "как так случилось". - Вы попали к нам взрослыми особями и прошли инициацию. Считайте, что это помилование: Люцифер подарил вам жизнь за то, что вы принесли нам новости, и за то, что отказались от жестокой воли Отца.


- Прискорбно, - наконец заключил один из детей. - Надеюсь, что я раньше понимал, что делаю, и чем мне это грозит, потому что сейчас мне больно и грустно.


- Мне тоже больно, - согласился с ним второй, и они замолчали, заняв себя тем, что ковыряли еду ложками и смотрели куда-то перед собой невидящими взглядами, погрузившись в собственные мысли.


- Вы прошли этот путь от начала и до конца, а после оказались тут. Вряд ли вы не понимали, что происходит, поэтому не нужно винить себя за то, что вы делали тогда, потому что здесь и сейчас вы не одни, и вы не покинуты, - Витс поднял кружку с вином и окинул нас взглядом. - В любом случае, я поклялся королю протянуть вам руку: и мой дом теперь - ваш дом, а моя семья - ваша семья. Я надеюсь, что вы не откажете нам в желании помочь в адаптации.


- Спасибо... брат, - ангелы благодарно кивнули Витсу. Более чем серьёзный жест, но через секунду они снова смеялись так, будто им едва ли дашь больше семи лет. Глава Вест-Ив расслабленно выдохнул и подмигнул Ю, а та мягко улыбнулась и наклонила голову в ответ. Похоже, что она уже приняла решение касательно этих двоих.


Я поднялась со своего места и нашла в шкафу чистую тарелку, налила в неё похлёбки, постаравшись, чтобы овощей и мяса было побольше, положила сверху щедрый кусок хлеба, после чего, извинившись, пошла в хлев, где раньше жила К"хари. Там всё ещё пахло гхорой, но её место пустовало, отчего пристройка выглядела пустынно и неуютно.


- Риа, - позвала я ассасина. Тот не заставил себя ждать: к счастью, он не стал появляться перед самым моим носом, а отделился от стены, в углу. - Тебе стоит поесть.


- Девчонка, не нужно обо мне заботиться. Я не ты, не беспомощный, и с голоду не помру, - несмотря на всё сказанное, тарелку он всё же взял, чем несказанно меня порадовал. Я уж было думала, что придётся долго и нудно уговаривать.


- Чуть позже я принесу вина или воды, как ты захочешь. Так что не шарахайся, если я появлюсь, когда ты будешь есть. Я...ммм... Поставлю всё у входа тогда, ладно? Хочу, чтобы ты отдохнул.


- Ладно, - неохотно согласился Риа, усаживаясь на то место, где раньше лежала гхора. - Но без нарушений личных границ, пожалуйста, а то мне придётся применить к тебе если не насилие, то очень неприятное заклятие.


Я кивнула, понимая, что он не шутит. Мне ничего не оставалось, кроме как пожелать ассасину приятного аппетита и вернуться в дом, где за столом я застала порядком уже выпившего где-то Фурфура: он сидел за столом и шумно рассказывал Ю о том, что было в столице, во дворце и что, собственно, ожидается в ближайшее время. Подруга Витса слушала внимательно, то и дело достаточно эмоционально реагируя на сказанное, а на словах о войне с Эдемом и вовсе зажала рот ладонью и в ужасе посмотрела на главу поселения:


- Витс, скажи мне, что это просто очередные шуточки Вольного, - её голос дрожал от страха. - Войну нельзя начинать. Тогда ведь мы все... Все...


Она сглотнула и посмотрела на двух ангелов, которые играли с невесть откуда взятой деревянной гхорой на колёсиках: один сидел сверху, а второй тянул за верёвочку, катая своего названного брата по всей гостиной, после каждого круга они менялись.


- У них есть чувство ответственности друг за друга, - Заган стоял, опершись плечом на дверной косяк, и следил за игрой ангелов. Он заговорил со мной, стило только поравняться с ним. - Это хорошо.


- Вы в очередной раз забываете, что скоро это не будет иметь никакого смысла, - я остановилась и теперь наблюдала за всеми, кто был в помещении. Со стороны казалось, что царила милая семейная атмосфера, если опустить нарастающий ужас со стороны Юаниэль, но ей явно не привыкать нервничать по любому поводу. - Мой оптимизм давно исчерпан, и я едва ли верю в то, что выживут все, кто находится не то что в Вест-Ив, а даже в этой комнате.


Эти слова заставили Загана посмотреть на меня. С тех пор как он лишился одного глаза, мне казалось, что делает он это в два раза внимательнее:


- Я не говорил ничего такого. Но что остаётся ещё делать, кроме как защищать свой дом, свои земли, подданных, родных? Казадор, мне дорог не только мой брат. Хотя... Порой мне кажется, что его проще было бы заменить, найти кого-нибудь спокойнее. Видит Отец, даже если Асмодея накачать энергией под завязку и окружить несколькими кольцами первоклассной охраны, то он лучше него справится со всем в нынешние времена. Только есть одно "но", и это "но" перечёркивает всё: никто не любит свой народ так, как любят Велиал и Люцифер. Пусть мой брат не идеален, как его компаньон, из-за всего случившегося - слишком эмоционален, и совершает ошибку за ошибкой - я всё равно уверен, что он лучший из тех, кто есть, для того, чтобы вести нас в бой против Эдема. И когда эдемские псы появятся на пороге, мы ответим им со всей жёсткостью, потому что это они пришли к нам, потому что нам есть что терять, в отличие от них. И я готов пожертвовать всем, что у меня есть, только если это подарит Геенне хотя бы крошечный шанс на победу.


- Мне так жаль, Заган, - я с трудом смотрела ему в лицо. От его слов становилось больно. Мне было жалко их всех. Каждого по-своему. Витс, Ю, Мир и остальные жители Вест-Ив не выглядели опасными для Эдема, но их сметут не глядя. Никто не будет разделять падших на хороших и плохих, никто не будет попросту тратить на это время и силы. Высшие существа, а ведут себя не лучше людей.


- Мне тоже, девочка. Мне тоже, - кивнул он, после чего как ни в чём не бывало пошёл к Фурфуру, чтобы налить ещё вина, и они вместе вышли из дома на улицу.


- Так, Нозоми, - Ю поспешно смахнула с лица грусть, поманила меня к себе и похлопала ладонью по освободившемуся месту. - А теперь ты расскажешь мне всё про Зухара, и вообще твою точку зрения происходящего, потому что у Фурфура просто невероятный талант сочинять небылицы и выдавать их за чистую правду.


* * *

Меня разбудили посреди ночи. Риа осторожно тряс меня за плечо. Я не сразу поняла, где нахожусь, потому что комната Роберта больше напоминала кладовку из-за количества книг и пергаментов, которые он тут хранил, а не нормальную спальню. Ангелам Ю уступила свою кровать, пообещав заняться их расселением, когда закончится праздник.


- Что такое? - я тёрла щёку, пытаясь взбодриться.


- Одевайся, скоро начнётся, - мне показалось, что Риа под платком улыбался.


- Что начнётся? Сейчас же ночь. Который вообще час?


- Три.


- Иди нахрен, - проворчала я, заворачиваясь в одеяло плотнее и отворачиваясь лицом к стене. - Я спать. Утром посмотрю, если что останется.


- Нет уж, - Риа с силой дёрнул за край так, что я крутанулась, оказавшись вовсе без одеяла. - Праздник Возрождения бывает слишком редко. Мне обещали, что это незабываемое зрелище. Последний проводили в честь твоего драгоценного нефилима, а следующего может и вовсе не быть. Так что поднимай свой зад, одевайся и пошли.


- Риа, правда, отвали, - меня подняли с кровати и сунули в руки плащ Марбаса. Решив, что я буду больше ныть, чем заниматься делом, он так и вытолкал в коридор. Прохладный сквозняк и холодный пол тут же привели меня в чувство. Мне ничего не оставалось, кроме как вернуться обратно и найти свёрток с новой одеждой, потому что Велиал отправил меня в путь в чём было, а именно в порванном мною же платье. В этот раз Риа уже не торопил: стоял в проходе спиной ко мне, дожидаясь, пока я разберусь со всеми застёжками и обувью, после чего, окинув взглядом, одобрительно кивнул, подтверждая, что теперь можно идти.


На улице было оживлённо: вокруг центрального костра столпились селяне и вовсю шло гуляние, которое представляло собой массовую попойку и уничтожение, как мне казалось, годового запаса еды. Я едва удержалась от того, чтобы накинуть на голову капюшон плаща. С минуту постояв на каменной ступени у входной двери, я всё же сделала шаг в полутьму и весеннюю прохладу ночи.


Играла музыка: скрипки, гитары или что-то вроде, а вокруг костра танцевали. Покрутив головой и не найдя никого из знакомых, я не придумала ничего лучше, чем запрыгнуть на невысокий каменный заборчик у одного из домов, решив, что это неплохое подспорье лавочке. К тому же, если забраться на него с ногами, то можно увидеть то, что творится в самом центре площади.


- И ради этого ты выдернул меня из кровати? - я зевнула и недовольно посмотрела на чёрный сгусток у моих ног: Риа хватало места для того, чтобы скрыться из виду, но он старался быть как можно ближе ко мне.


- Дурочка ты, - отозвался ассасин, заставляя меня изобразить пинок.


- Я со школы не люблю вечеринки. Чего ты ожидал? Что я начну веселиться со всеми?


- Тут не нужно веселиться, это спектакль, - послышался рядом со мной голос Загана.


- О, ваше величество, - я отсалютовала королю, на что он криво усмехнулся и протянул мне огромную деревянную кружку, которая скорее походила на бочонок с приделанной к нему ручкой. Внутри было что-то горячее и, к счастью, слабоалкогольное.


- Согреешься. И немного подобреешь. А то злая, как Тень, - сказал он, присаживаясь рядом и даже не посчитав нужным спросить на это разрешения. Впрочем, это были земли Загана, и ничего удивительного, что даже еду в котлах жителей Вест-Ив он считает своей.


- Я бы попросил, - Риа недовольно зашевелился внизу, но король едва ли обратил на него внимание.


- Спектакль? Что они изображают, веселье? - поинтересовалась я, осторожно отпивая из кружки. Тепло от каждого глотка волнами растекалось по телу, и вскоре я блаженно выдохнула.


- Праздник Возрождения посвящён перерождению жителей Геенны после падения. Смотри внимательно, - он указал на костёр и танцующих вокруг. - Свет, а они мотыльки вокруг источника света в кромешной темноте. Музыка мелодичная, без запинки. Кажется, что под такую можно танцевать часами в любом состоянии, - я переводила взгляд от одной парочки к другой, наблюдая за их движениями. - Эти воины, а те садовники. Вон те изображают создание живых существ. Обрати внимание на движение их рук.


И действительно, только сейчас я заметила, какое количество движений они все производят одними лишь руками. Несмотря на то, что все они принадлежали разным кастам, и движения их различались, вместе они выглядели гармонично и словно дополняли друг друга. Не зная усталости, после одного танца начинали следующий, а за ним ещё один. Я смотрела на фигуры до тех пор, пока не поняла, что их всё больше затмевает костёр в центре. Танцоры начинали походить на тени, хотя костёр не менялся в размерах и яркости, но моё внимание всё больше переключалось на него, и, как я ни пыталась сосредоточиться на падших, получалось с каждым разом хуже и хуже. Не выдержав, под конец я просто тряхнула головой, на что Заган хмыкнул и сказал, что как раз так всё и происходило: Отец стал слишком затмевать труды своих детей, а те становились лишь его блеклой тенью.


Ангелы радостно кружили и прыгали среди собратьев, то и дело повторяя за ними движения с детской неуклюжестью. Никто не ругался на них и не пытался отогнать, позволяя участвовать в представлении. После я поняла, что на самом деле главные роли принадлежали им, а не танцорам.


- Сейчас будет конец первой части, - Заган щёлкнул пальцами в тот момент, когда музыка замолкла, а все танцоры резко опустились на землю, словно на плечах у них лежал неподъемный груз. Повисшая тишина немного пугала, но очень скоро музыка снова заиграла, правда, на этот раз она звучала агрессивно и резко. Вокруг костра закружились не только те, кто танцевал до этого, к ним присоединялось всё больше и больше присутствующих. Так даже рядом с нами кто-то крикнул и пустился в пляс. На этот раз движения были под стать музыке.


- Восстание? - спросила я, глядя на короля. Тот кивнул. - Зачем вы изображаете то, как бились со своими братьями? Мне рассказывали про Ю, ей наверняка неприятно видеть подобное.


- Мы повторяем, чтобы не забыть.


- Люди тоже изучают войны на уроках истории и в книгах про них читают, и в кино изображают красочно. Куда красочнее, чем вы тут пляшете, только вот толку никакого. Всё равно все убивают друг друга при первой же возможности: за деньги, за ресурсы, за какие-то личные убеждения. А скоро ваши братья придут сюда и повторят всё заново, - я с досадой поняла, что уже успела выпить всё, что было в кружке.


Разговоры о смерти, боли и прочих малоприятных вещах с каждым днём давались мне всё проще. Пусть я продолжала радоваться каждому прожитому дню, но я словно всё меньше боялась неминуемого конца, воспринимала это как само собой разумеющееся: если не сегодня, то завтра, а если не завтра, то когда-нибудь уж точно.


Король не спорил и не пытался мне что-то объяснить, просто смотрел на творящееся вокруг, а потом просто взял у меня из рук кружку и поднялся со своего места. Я последовала его примеру, совершенно не думая о том, зачем это делаю, и нужно ли мне вообще с ним куда-то идти. Загану словно было всё равно, он просто обогнул площадь, и мы оказались около одного из домов, который, казалось, находился на краю ночи. Тут тоже была небольшая группа падших, но, видимо, праздновали тут скорее в семейном кругу, потому что они просто вынесли на улицу стол, лавки и сидели рядом с небольшим костром. Завидев нас, они приветливо заулыбались и пригласили присесть к ним, но король лишь попросил наполнить наши кружки, после чего мы пошли дальше, в темноту. Напиток на этот раз был другой и казалось, что даже чуть крепче.


Мы двигались по тропинке, ведущей на холм и петляющей меж кустов так, что я то и дело неосторожно цеплялась за ветки плащом. Голоса и звуки музыки с каждым шагом становились всё тише. На небе было столько звёзд, что и фонарик не нужен: всё было освещено их призрачным светом. Мы оказались в окружении душ-светляков, которых я практически не замечала днём, пока тряслась в телеге. Заган развернулся и теперь наблюдал за празднованием, которое продолжалось на центральной площади Вест-Ив, отсюда.


- Добрый вечер, ребята, - стоило мне поздороваться с душами, как тут же в свободную руку влетела одна, одаривая меня своим свечением, которое медленно затухало на коже, словно волшебная пыль.


- Казадор, ты как-то изменилась, - в полутьме было тяжело сказать, какие эмоции испытывал падший, когда говорил это. Пролетающие души то и дело отбрасывали тени на его лицо, отчего всё становилось ещё сложнее.


- Седит сказал, что я выросла, - отшутилась я, отгоняя от себя светляка, словно тот представлял собой навязчивое насекомое, и отпивая между делом из кружки. - Всё меняется, я тоже. Было бы странно, если бы я не изменилась.


- Да, было бы странно, - согласился со мной падший. - Я просто помню тебя ещё ребёнком. Совсем ребёнком. И я не думал, что всё выльется в это.


- Ты тоже изменился, - король, как мне показалось, вздрогнул. - Раньше я не обращалась к тебе так фамильярно, ты бы не разрешил просто. Да и вряд ли я могла ожидать от тебя подобной прогулки и беседы по... душам. Учитывая, что у меня её вроде как и нет сейчас, хах.


- Тебе кажется это странным?


- Я не знаю, связанно это с тем, что нам всем скоро крышка, или ты всё же смилостивился и начал считать меня за разумное существо, способное поддерживать беседу, - я улыбнулась, не рассчитывая, что Заган вообще посмотрит в мою сторону и увидит это.


Алкоголь неприятно развязал язык, но и как-то не хотелось контролировать себя, если честно. Не хотелось изображать того, кем я не являлась. Может, моя речь и звучала нагло, но я вроде как не грубила королю, стараясь иронизировать по отношению к происходящему. Ну и капельку яда, конечно же, чтобы не расслаблялся. Но сейчас я чувствовала, что могу сказать Загану что угодно, и ничего не изменится.


- Иногда, возвращаясь мыслями в прошлое, я думал, что было бы, если б Асмодей... Если бы мы поступили по-другому. У нас был ещё один способ вернуть Велиала. Хоть это была и такая же теория, как и в случае с тобой, но она имела точно такие же шансы на успех.


- И ты выбрал?..


- Я пощадил Атланту, - Заган всё же посмотрел на меня, а потом поднял руку, и его палец ощутимо упёрся мне в лоб. - Я пощадил миллион жителей в обмен на тебя.


- Но они мертвы, - поправила его я.


- Я знаю. Они всё равно умерли. Разве это не глупо? Я выбирал между малым и большим злом, а в итоге превратился в настоящего евиного сына, погубившего и миллион безымянных душ, и тебя, - падший не возражал, когда я перехватила его руку и по-детски ухватила за указательный палец. Заган был такой же горячий, как и все падшие, которых я знала и которых касалась. - Тебе не страшно? Просто даже стоять рядом с таким, как я. Когда-то у меня был нимб и белоснежные крылья, а теперь я размениваю жизни так, словно они ничего не стоят.


- Когда я была маленькая, то на прогулке я нашла ямку, в которой жили жабы. Знаешь, что я сделала? Я достала их оттуда и принесла домой, потому что посчитала, что они прикольные. Посадила в банку, набросала туда мелких насекомых, которых я почему-то посчитала недостойными жизни, и травы. А через пару дней я поняла, что жабы высохли - в норке хватало влажности, а в ванной, где из кранов льётся столько воды за пределами их стеклянного гроба, нет. Они медленно умирали, высыхая, а я, будучи ребёнком, даже не понимала этого. Считала, что еды им должно хватать, а потом я нашла их мёртвыми.


- И как это связано? - поинтересовался у меня Заган, когда я замолчала. Мою исповедь он выслушал до конца.


- Вроде бы никак, - рассмеялась я. - Просто подумала, что тебе захочется узнать, что не один ты творил фигню. Ты выбрал, как ты его назвал, меньшее зло, не зная, что в итоге подставишь всех. Я с детской наивностью не думала, что кто-то умрёт из-за моей неосторожности. Люди теряют своих детей по такой же неосторожности. И дети друг друга убивают. Хватает и того, что ты вообще испытываешь угрызения совести, назовём это так. Думаю, Риа и остальные Тени не плачут по ночам, что ты скормил им моих одноклассников и преподавателей.


Светляки заинтересованно летали вокруг, стараясь не задерживаться рядом с нами надолго, словно бы здороваясь и говоря "извините, рад был с вам пообщаться, но мне пора". Я потеряла им счёт, но сейчас меня это мало волновало.


- И всё же ты изменилась, Казадор. Очень сильно. И я не скажу, что ты начала мыслить разумно, но эти новые мысли слишком отличаются от тех, что были до этого, - произнёс Заган после нескольких минут, которые мы провели в молчании.


И тут я не выдержала:


- Сколько нам осталось до конца? Скажи честно, - я повернулась к Загану и посмотрела ему в лицо. Без улыбки, без надежды во взгляде.


Меня интересовали лишь числа. Даты, время. Сколько нам, чёрт бы вас всех подрал, осталось? Месяц? Год? День? Или несколько часов?


Заган ничего не ответил, лишь пожал плечами и я поняла, что он не врёт, а потом он вовсе ушёл. Оставил меня одну, сказав, что хочет побыть с друзьями, сам же быстрым шагом спустился с холма, на который мы взобрались. Ушёл, в бессильной злобе швырнув свою кружку в траву. Ушёл, ссутулившийся и словно разом постаревший на сотню лет. А я смотрела ему вслед, не в силах окликнуть, догнать, остановить и сказать, что всё будет хорошо. Потому что не будет, и уж точно не будет хорошо.


Риа появился рядом ровно в тот момент, когда я уже готова была позвать его по имени.


- Заган сломлен, - прокомментировал он, глядя вслед королю. - Так же, как и Велиал. В Вест-Ив лишь Витс и Ю знают, что грядёт конец, а остальным не сказали, потому что иначе они испугаются. Заган вернётся к своим братьям и снова будет делать вид, словно у нас всех есть будущее.


Я медленно потягивала остатки алкоголя, то и дело заглядывая в кружку, словно могла увидеть, что там на дне. Неожиданно для меня это приобрело особую важность, на деле же я просто пыталась отстраниться от гнетущих мыслей.


- Ты не боишься умереть, это я знаю, но боишься ли ты, что исчезнет мир, в котором ты живешь? - наконец поинтересовалась я, даже не глядя на своего телохранителя, после чего сделала щедрый глоток.


- Ты права, я не боюсь смерти, но совсем не хочу умереть зря.


- А я вообще не хочу умирать, - честно призналась я и расхохоталась так, что на мгновение даже испугалась, не сошла ли я с ума. - Почему какой-то мужик на небе решил, что имеет право решать за меня, когда мне умирать? Может, я хочу прожить ещё лет пятьдесят. Почему моя жизнь должна закончиться раньше, чем заложено природой? Человеческое тело способно и сто лет функционировать, а мне только восемнадцать, и меня уже списывают со счетов. Что за дела?!


Ассасин неожиданно сорвался с места, обошёл меня и стал перед самым носом, после чего протянул ладонь:


- Расскажешь мне о своих страхах, всех, даже о тех, в которых ты боишься признаться самой себе? - Риа говорил тихо, и в стрекоте насекомых его было почти не слышно. - Я буду слушать тебя, держа за руку. А потом, когда наши сердца остановятся от гнетущих чувств, что достигнут своего апогея, мы возродимся из нашей внутренней тьмы, вспыхнем ярче, чем сверхновая на небосклоне. Умрём, чтобы снова вернуться в реальность, обновлённые и чистые.


- Ну надо же! Ты, значит, умеешь говорить не только как воин, но и как поэт? Неожиданно, - я смотрела на ассасина, едва сдерживаясь, чтобы снова не рассмеяться. - Отпустишь мои грехи, Тень?


Риа сжал мои пальцы, показывая, что ни на секунду не сомневается в своём предложении.


- Заберу твои сожаления. А дальше постарайся не косячить, а то вдруг апокалипсис отложат ещё на пару веков, а мне потом опять слушать твои истории про высушенных лягушек, когда ты снова решишь, что грядёт погибель.


- Жабы! Это были жабы!


* * *

Ангелы появились позже демонов, когда Создатель понял, что одному ему не справиться с задумкой. Это был четвёртый день. На самом деле эти периоды длились сотни тысяч лет, а то и больше, каждый раз изменяясь, словно солнечный день в зависимости от времени года. Проще было бы сказать, что это не дни, а эры. Первые ангелы взяли шефство над последующими, не как правители, а как наставники. Потом же, когда их становилось всё больше, Создатель решил, что для более отлаженной системы нужно создать иерархию. Так ангелы начали отдаляться друг от друга, на свет начали появляться особи сильнее и слабее: одни руководили, другие подчинялись. Войска были самыми многочисленными: три чина, каждый из которых оттачивал своё боевое мастерство. В самом начале чин был один, но лишь со временем раскрылся весь масштаб замысла Создателя.


Марбасу было уготовлено стать одним из полководцев, его же учителем был назначен судьбой Орфаниэль. Но вместе с разделением ангелов на чины появились и проблемы: каждый чин накладывал отпечаток не только на силу, но и на характер. Создатель считал, что это поможет его творениям в будущем. Но в данном случае характер послужил камнем преткновения между учеником и его учителем: Марбас был слишком живым, слишком любопытным и слишком активным, в то время как Орфаниэль был закоренелым воякой, знающим только язык оружия и любящим лишь своего Создателя. И пока Марбас рос, тот видел в нём лишь головную боль, что бы ученик ни сделал - всё было не так. Орфаниэль не находил в своём подопечном себя, не находил того, чем мог бы гордиться, докладывая об обучении Создателю. Он надеялся создать лучшую версию себя, поэтому раз за разом проводил настолько выматывающие тренировки, что даже Благодать не спасала от переутомления. Марбас мог просто выключиться, стоя на посту, но его характер позволил найти ему друзей, и те часто прикрывали своего напарника, позволяя ему хотя бы на несколько часов перевести дух. Но обида и отчаянье копились в его сердце. Он не понимал, за что его презирают и каждый раз втаптывают в грязь, ведь он старался и вкладывал в это все свои силы. Орфаниэль же хотел воспитать из него идеального воина, но видимо в итоге решил, что его ученик просто физически не годился для этого.


И однажды всё изменилось. Марбас во время одного из патрулей по бескрайнему Эдему встретил Адама. Человек, перед которым преклонялись ангелы, о котором с придыханием говорил Создатель. Марбас ожидал увидеть нечто совершенное и прекрасное, а увидел лишь лысую двуногую обезьяну, которая не стоила и мизинца. Позабыв все свои дела, ангел просто стоял и смотрел на того, кто считался лучше него. Венец творения Создателя, тот, ради которого Марбас проходит через всё это. Смотрел, но не видел. И тогда ангел не придумал ничего лучше, чем заговорить с ним, но вместо разумных речей он услышал лишь самодовольство. С каждым сказанным человеком словом Марбас злился всё сильнее. Едва разумный кусок глины решил, что он выше всех ангелов на голову, а то и две.


Неизвестно, чем бы всё закончилось для Адама, если бы их не увидел Орфаниэль. И тогда-то Марбас понял, что учитель не просто его не любит - он его презирает. Но в этот раз Марбас уже не молчал, он выплеснул всю боль, которую копил в себе веками, высказал всё, что думает. И тогда учитель впервые ударил его вне тренировки. Пощёчина заставила Марбаса замолчать, и тогда Орфаниэль нанёс следующий удар. А потом ещё и ещё. Неизвестно, чем бы всё закончилось для Марбаса, если бы на шум не пришёл Седит, который тогда носил имя Зафкиэль. Он отгородил своим телом ученика, но и ему досталось за то, что он полез не в своё дело. В их разбирательства вмешались и другие, прося Орфаниэля остановиться. Для ангелов была неприемлема агрессия по отношению друг к другу, ко всему прочему Марбас даже не пытался защищаться, отрешенно принимая все удары. Новость об этом дошла до Люцифера, и тот понял, что Адам привнёс ещё больше проблем в и без того не идеальные отношения между членами огромной семьи.


- И он пошёл к Создателю, чтобы донести до него эти мысли, - закончила я за Риа, когда тот замолчал. Вместо моей исповеди разговор зашёл каким-то образом про отношения между Орфаниэлем и Марбасом. Наёмник говорил медленно, то и дело отвлекаясь и глядя по сторонам, словно не хотел, чтобы нас подслушивали, но единственными свидетелями этой беседы были души, которые продолжали лениво кружить вокруг, то и дело оседая на траве или садясь мне на плечо. Одна угодила в мою кружку, и мне пришлось её оттуда осторожно вытряхивать, после того как я поняла, что вытащить её пальцами уж точно не получится. - Я воспринимала Орфаниэля как бессердечного, а он оказался вообще тираном. Но теперь мне понятно, за что именно Тени не любят людей.


- Не все мы умеем находить общий язык с окружающими. Уверен, что у него есть сердце и совесть, но он заглушил все свои эмоции, отдав свою жизнь в качестве благодарности нашему Отцу.


- Это... Странно. Странно, что ваш Отец согласен с таким раскладом.


- Если бы он был против такого расклада, он бы, наверно, не допустил всего этого. Это во-первых. А во-вторых, сама подумай, он всемогущий, а мы каким-то чудом выжили и обосновались тут, - Риа кивнул в сторону Вест-Ив, который с этого холма был как на ладони. Поселение было не таким уж и большим - всего пара десятков домов, но сколько таких было раскидано по всей Геенне?


- Такой ли он всемогущий? Риа, он посылает ангелов за мной, говоря, что я нужна ему, сам же отсиживается в стороне. Прости, конечно, но всех этих жертв можно было избежать. Может, я чего-то не понимаю, но он не выглядит как тот, кто может всё.


- Тоже заметила? - хмыкнул ассасин. - Он всегда был в стороне от всего. Он лишь принимает решения, а всю работу выполняют другие.


Мне было гадко на душе настолько, насколько может быть гадко тому, у кого её нет. С отсутствием ощутимой связи с моим человеческим "я" до меня начало доходить, что такое быть падшим: мои эмоции были практически полностью заглушены, а те, что я демонстрировала, были скорее неосознанной привычкой изобразить что-то, что было бы правильно. С точки зрения человека, конечно.


Я смотрела на костёр, что высился на центральной площади, на десятки силуэтов, что кружили вокруг. Даже отсюда я слышала музыку, хотя она больше походила на какофонию, растеряв по пути половину звуков. Мне казалось, что это последний раз, когда Вест-Ив счастлив. Но едва ли я испытывала нечто больше сожаления: мне было их жаль, как бывает жалко друга, который сообщил, что завалил какой-нибудь промежуточный тест. Возможно же, просто не хотелось верить в то, что это конец.


Мы начали медленный спуск обратно, Риа между тем продолжал крутить руками заклятия, коротко объяснив мне, что это его способ контролировать всё, что происходит в землях вокруг поселения. Что-то вроде паучьей паутины: множество тонких нитей, растянутых всюду и витающих в воздухе, цепляясь за которые посторонние выдают своё присутствие. Судя по довольному тону, можно было предположить, что всё поселение уже окутано его собственноручно воздвигнутым коконом. Моё напоминание о том, что мы вряд ли пробудем тут долго, он проигнорировал.


- Никто не проскочит мимо, так что расслабься, - заверил он меня. - Даже мои братья. Это не защитная магия, и не боевая. Такие ищут в первую очередь. Я отладил её так, что она не фонит и выглядит как обычное бытовое заклятие. Смешалось с местным барьером от душ.


Оставалось только довериться ему. Всё же полезная вещь - общение с Тенями, можно узнать много интересного. Пока у меня есть немного времени, надо бы упросить Риа, чтобы научил такому фокусу: если он действительно оставит меня, то я вряд ли буду спокойно спать по ночам, не пугаясь каждого шороха.


Задумавшись о такой перспективе, я даже не поняла, когда всё резко изменилось: Риа просто схватил меня за плечо, заставляя затормозить, в то время как я всё ещё пыталась на ходу вытряхнуть светлячка из кружки, объясняя тому, что ему нельзя в селение, и что там в любом случае стоит барьер, который не пропустит его внутрь и, скорее всего, сделает больно. Ассасин прислонил палец к платку около рта, призывая замолчать и не протестовать. В Вест-Ив было тихо и темно. Ненормально темно: костры и очаги в домах были потушены.


- Что-то не так, - заключил ассасин и отгородил меня своим телом, оглядываясь по сторонам. В ладони теперь был зажат нож.


- Ангелы, - выпалила я, подныривая под его руку, и со всех ног побежала в сторону центральной площади. В голове крутились мысли лишь о том, что если кто-то в поселении прознал, что грядёт конец Геенны и рассказал остальным, то дети могут стать крайними, ведь, если так подумать, именно они принесли нам всем эту весть.


Риа бросился за мной, проклиная всё на свете за мою несдержанность. Но меня сейчас волновала лишь безопасность ангелов. Мы вылетели на центральную площадь, и я поняла, что, возможно, поспешила с выводами: дети были живы, а вот остальных жителей Вест-Ив и след простыл. Костёр был залит водой, вокруг был лишь мусор, оставшийся от празднования, но ни Фурфура, ни Загана, ни Витса с Ю видно не было. Никого.


Я подбежала к детям и с облегчением обняла их. Они хоть и выглядели растерянными, но были целыми и невредимыми.


- Что произошло? - спросила я, едва переведя дух. - Где все?


- Не знаю. Они просто исчезли. Разом, - сказал один из ангелов, опасливо озираясь.


- Чушь какая, - Риа обернулся вокруг своей оси, вытянув руку с ножом, так резко, что плащ поднялся, на мгновение делая его похожим на дервиша. - Все заклятия на месте. Никто не покидал поселения и никто не приходил.


- Только если их не перебил тот, кто был тут с самого начала, - прошептала я и материализовала меч.


- Угу, и ни одного заклятия при этом никто не успел использовать? Девочка, ты паникуешь, - Тень хоть и говорил насмешливо, но продолжал сжимать нож. - А паника не лучший советчик в такой си...


- Сзади! - я едва успела предупредить ассасина, когда у него за спиной появилось нечто, едва напоминавшее человека или падшего. Огромное чёрное нечто, я готова была поклясться, что это была какая-то разновидность демона, чудом прорвавшегося через барьеры. Впрочем, я ни разу не слышала, чтобы демоны без страха приближались к большим группам падших: они хоть и были агрессивными, но за тысячелетия охоты на них поняли, что лучше нападать толпой на одного падшего, чем демону быть атакованным толпой падших.


Ассасин растворился в воздухе, делая тем самым несколько шагов в сторону, уходя с линии атаки, но чёрный демон замахнулся когтистой лапой, неожиданно цепляя Риа за плащ и разрывая ткань в лоскуты. Тень выпустил несколько ножей, после чего снова отскочил, озираясь по сторонам, и я вместе с ним: демонов заметно прибавилось, и теперь всё вокруг буквально кишело ими.


- Откуда их столько? - я задвинула ангелов к себе за спину, выставляя вперёд меч. - Это демоны?


- Не приближайся, - Риа обернулся туманом и появился между мной и фигурой, после чего сделал движение ногой по земле, очерчивая полукруг. - Шха!


Я едва успела прикрыть глаза, когда последовала ослепительная вспышка света. А потом меня просто схватили за пояс и потащили прочь.


- Ангелы!!! - завопила я Риа, напоминая о том, что я вообще делаю в разом вымершей деревне.


- Нельзя бегать толпой, это снижает шансы выжить и вообще... - ассасин обогнул несколько созданий, после чего взмыл на крышу, увернувшись от чьей-то занесённой лапы, явно намеревавшейся вскрыть ему живот. - Казадор, мать твою, беспокойся о себе, а не о других! Они все сильнее тебя в сотни раз!


Как только его ноги коснулись черепицы, он выпустил меня и побежал вперёд, а я следом. Несколько прыжков через узкие проходы между зданиями, и мы оказались загнаны в тупик: так далеко мне не прыгнуть, а существ вокруг становилось всё больше. Единственными путями к спасению были обращение тенью или полёт, но Риа явно не намеревался использовать крылья, опасаясь, что эти твари способны к полёту.


- Они блокировали магию, - прошипел он зло, снова доставая ножи.


- В смысле?.. Погоди, даже вашу магию? - я в ужасе понимала, что стою на краю крыши, окружённая невесть какими чудовищами. Сейчас, когда глаза снова привыкали к темноте, я начала осознавать, что у них даже не человеческие головы, а птичьи, с острыми хищными клювами. Вместо волос были перья, которые служили им одеждой, покрывая всё тело, за исключением кистей рук. Демоны молчали, лишь недобро кружили вокруг нас, не решаясь приблизиться из-за Риа, который вызывал в них вполне нормальное опасение за свои жизни.


Я подняла меч и прислонилась к плечу ассасина, который стоял вполоборота, следя за возможными попытками нападения с флангов. Парный бой никогда не был моим коньком, но сейчас придётся отбросить свою неуверенность, если мы собираемся дожить до рассвета, тем более он профессионал и точно знает, что и как делать.


Неожиданно демоны начали движение, но не по направлению к нам, а в стороны, пропуская кого-то. Судя по размерам, это был тот первый, который напал на Риа в самом начале. Демон шёл медленно и, казалось, надменно. Его длинные перья на голове покачивались из стороны в сторону, а глазницы горели призрачным синим светом. Он указал лапой на нас, и окружающие его чудовища как по команде приготовились к прыжку. Короткий звук, похожий на крик ястреба перед падением на добычу, и все сорвались с места.


Но в бой мы так и не вступили, потому что демоны замерли, когда услышали звук, которого тут быть не должно было: кто-то пел. Причём у этой песни не было слов, она была просто набором звуков, таких, казалось, древних, отсылающих к самому началу времён. Фурфур стоял за спинами демонов и пел так, словно ничего ужасного сейчас не происходило. Его глаза были закрыты, а в руках не было оружия. Демоны теперь походили на каменные изваяния, зачарованно слушая его голос: казалось, ещё мгновение, и князь затанцует какой-нибудь танец, подобно чародею-крысолову из сказок, уводя кошмары прочь.


Князь открыл глаза и поднял руки, словно приветствуя демонов и нас, как мне показалось, но потом я поняла, что он обращён в сторону восходящего солнца. Горизонт окрасился розовым, а когда первые лучи упали на нас, стоящих на крыше, я поняла, что это спасение. Демоны перестали быть чёрными. Их оперение менялось, окрашиваясь всеми цветами радуги. Они походили на смесь райских птиц и фей, оставляли за собой светящуюся пыльцу. Вокруг нас кружили светлячки-души, непонятно как прорвавшиеся через барьеры.


Я выпрямилась, опустила меч, глядя на всё это, а потом рассмеялась. Спектакль! Это был спектакль, о котором предупреждал Заган. Конечно же! Тёмные времена Геенны, как я не догадалась? Хотя, как тут догадаться, когда к тебе из темноты тянутся десятки когтистых лап, намереваясь стиснуть глотку своими пальцами.


- Идиоты... - проворчал Риа, с явным недоверием пряча оружие в складках порванного плаща. - Я так и прирезать их мог, а они песенки поют.


Фурфур продолжал как ни в чём не бывало, а потом к нему присоединились падшие в одеяниях птиц. Они продолжали эти горловые звуки на десятки разных голосов. "Демон", что атаковал Риа, указал за нашу спину, и мы обернулись, глядя на то, как поднимается из-за горизонта солнце.


- Наш Отец был для нас маяком во Тьме, но мы обрели новый мир, отвернувшись от его света, ступив во Тьму и не испугавшись её, когда она сомкнулась вокруг. Примите же истинную жизнь, а не ложный свет того, кому безразлична наша судьба, - произнёс он голосом Загана. - Создавший ангелов создал и жителей во тьме, в нём нет того величия, что приписывается, лишь мы сами освещаем свой путь. Ступайте вперёд и не бойтесь ничего.


- Ему идёт костюм упоротой курицы, не находишь? - шепнул мне на ухо Риа, посмеиваясь.


* * *

- В следующий раз предупреждай заранее о такой херне, - в сотый раз повторил наёмник, когда всё закончилось и жители Вест-Ив уже сняли маски. Кто-то даже успел переодеться.


- Ну у нас обычно тут только вновь прибывшие. Кто ж виноват, что ты везде хвостом ходишь за Нозоми, - Ю, орудуя метлой, собирала мусор на площади. Одеяние из перьев её несколько смущало, поэтому она повязала на поясе платок, словно это была юбка. Всё вместе это выглядело необычно, будто бы падшая была каким-то диковинным созданием. Ну, настолько диковинным, насколько она может быть, если опустить её истинную природу. - Отошёл бы хоть на минуту, я бы предупредила, и ты бы подыграл, как дети.


- Учти, что я не собираюсь просить прощения за все брошенные в вас ножи, - всплеснул руками ассасин и пошёл искать разбросанное оружие.


Я наблюдала за его передвижением по площади. На этот раз местные реагировали на него сдержаннее, хоть и держались настороже, когда он проходил мимо. Но тот факт, что он не бросил меня, явно заставил их пересмотреть своё отношение к Теням. Заган сидел на той же каменной оградке, которую я выбрала в качестве скамейки ночью, и крутил в руках маску. Я подошла к нему и, не спрашивая разрешения, села рядом, глядя в утреннее небо, по которому плыли облака. Погода обещала быть отличной.


- Не ожидала от тебя такой подставы, - хмыкнула я.


- Надеюсь, тебе понравилось. Не обладаю актёрскими навыками, - Заган на минуту снова надел маску и повернулся ко мне. - Меня попросили быть загонщиком, потому что я... Хм... Крупный. Если бы его изображал кто-то другой, то наш ассасин бы догадался. Особенности поведения демонов в стае.


- Я пока не обдумывала увиденное, но пугать детей у тебя точно есть талант, - одобрила я. Вблизи маска выглядела, конечно, шикарно: перо к перу, а клювы были ажурными: чёрная поверхность походила на тонкие кружева. - В лесах Геенны водятся такие симпатичные демоны?


- Сказки для детей, - Заган снял маску и внимательно посмотрел на неё так, словно не видел до этого. - Страшные, про одичавших ангелов, которые превратились в этих существ: ни демоны, ни ангелы, а лишь тьма и инстинкты во плоти. Тело есть, а разума уже нет. "Не позволяй страху и ярости ступать за себя на своём пути, иначе собьешься и потеряешься в тропах собственного разума". Ну или как-то так. Если интересно, то попроси Фурфура рассказать тебе эту историю.


Князь словно ждал, когда о нём вспомнят, и тут же появился рядом с нами, уже успев невесть где разжиться чашкой кофе:


- Историю? Я знаю миллионы историй и ещё больше их придумал. Про хороших девочек, пай-мальчиков, плохих мальчиков и дрянных девчонок, - Фурфур неприлично громко отхлебнул из чашки. - Кстати, тебе идёт, - он улыбнулся Загану так, как обычно улыбаются, чтобы показать, что издеваются.


- Конечно, на твоём животе молния не сошлась, мне пришлось тебя замещать, - отозвался король, рассматривая свои руки, на которых до сих пор красовались длинные когти. - Интересно, насколько эта штука смертоносная?


- Спроси у Велиала, у него опыт в расцарапывании спин должен быть колоссальным, - хохотнул Фурфур и сбежал прочь, не дожидаясь, когда Заган ему что-то ответит.


Король выплюнул ему вслед проклятье, после чего с тревогой в голосе обратился ко мне:


- Я боюсь оставлять тебя с этим шутником наедине надолго. Ты слишком быстро перенимаешь чужие привычки в общении.


- Я не настолько люблю девочек, чтобы трещать о них часами напролёт, - заверила я Загана. - А шутки про мальчиков почему-то получаются не такими безобидными. Кстати, ты мне ничего не сказал: куда мы едем и, главное, зачем?


Заган снова нахмурился, посмотрел по сторонам, вздохнул и предложил пройти в дом. Я крикнула об этом Риа, который занимался тем, что пытался отобрать один из ножей у ангелов, которые нашли его быстрее законного владельца. В доме было тихо, но тепло. Я сняла плащ и уселась на лавочку. После пережитого стресса спать не хотелось, поэтому я решила не затягивать с выяснением финальной точки своей поездки и её основной цели.


Король рассказал всё, что, по его мнению, я должна была знать. И о новой особенности резонанса, точнее о его частичном заглушении, и о прочих малоприятных мелочах в поведении Велиала. Он не скрывал, что его брат сейчас нестабилен психологически, и убрать меня подальше вполне разумная идея, кроме всего остального: чем дальше я от дворца, тем меньше падших вокруг знает меня в лицо. Велиал распорядился, чтобы я посетила земли Набериуса и вернулась обратно. Недели, по его мнению, должно было хватить для того, чтобы он успокоился и ничего со мной не сделал при встрече. Мару же, как оказалось, публично казнили вчера днём, вместе с тремя Тенями, которые несли дозор в коридоре в момент покушения.


- Сказать, что Марбас зол - это ничего не сказать, - коротко отметил Заган, сидя напротив меня, сложив руки на груди. - В этом мы похожи: не любим разбрасываться жизнями своих подчинённых.


- Это как-то связано с Лилит и её друзьями? - я неожиданно вспомнила о бывшей королеве. - Фурфур её допрашивал. Это не мог быть акт возмездия за то, что он делал с ней?


- Исключено. Сложно в Геенне найти тех, кто ненавидит Лилит и Самаэля больше, чем Братство. Они бы никогда не перешли на их сторону, после всего, что эти двое с ними творили. Облавы были куда страшнее, чем Дикая Охота. Поверь, для того чтобы терзать одного бессмертного, другой бессмертный придумает сотни способов, - покачал головой Заган.


Я задумалась: если это не дело рук восстания, то версия с ревностью Мары становилась всё более приемлемой. Достаточно ассасина, который не любит людей - и дело в шляпе. Если бы не мои разделённые эмоции с Велиалом, то он бы не увидел всей картины происходящего: просто бы нашёл меня мёртвую, а Мару серьёзно раненную, даже не успев вмешаться. Она об этом не знала, поэтому обман не удался.


- И вы считаете, что мне можно не опасаться за свою жизнь, устраивая такой вот вояж по Кругам?


- Ты едешь инкогнито. Фурфур не будет называть твоего имени никому.


- А почему Риа нельзя с нами? Мне спокойнее, когда он рядом, - я наконец подвела разговор к нужной мне теме. Если они действительно собирались устроить мне вояж, то мне хотелось его пережить и вернуться целой и невредимой.


- Тени слишком... Хм... Заметные в некоторых регионах. Баал до сих пор не особо жалует их в своих землях, даже если твой телохранитель там будет не как гвардеец. Кроме того, мы и так отправили в седьмой Круг их такое количество, что лучше теперь не нервировать его лишний раз. Да и Велиал сейчас не особо им доверяет, сама понимаешь из-за чего. Фактически, он полностью убрал всю охрану из дворца, оставив их только снаружи.


- Он точно в порядке? - осторожно поинтересовалась я. Состояние Велиала вызывало у меня некоторую тревогу. Как бы он в итоге не стал параноиком.


- Так... Насколько возможно быть в порядке в его положении и после всего, через что он прошёл, - второй из королей замолчал, после чего добавил: - Ты должна понимать это, как человек. Он слишком многое потерял, и не все потери проходят безболезненно. В его случае - это чудовищные раны, которые вряд ли когда-то заживут до конца.


Я кивнула, вкладывая в этот жест всё сочувствие, какое только можно было бы высказать на эту тему, но сказать так ничего и не решилась.


Отдохнув пару часов и дав Фурфуру перекусить, Ю собрала нам в дорогу сумку. Витс расщедрился и выделил нам лучшую из гхор в Вест-Ив, пообещав мне, что у неё покладистый характер, и она предана наезднику. Глядя на Риа, мне казалось, что ему очень хочется с нами, хотя бы ради приключений, но Заган строго-настрого запретил ему даже исчезать из виду, поэтому ассасин просто ходил за мной по пятам и без умолку говорил о методах выживания в экстремальных условиях. Например, если я заблужусь в лесу, то что я там найду из еды, и как не помереть ненароком, если вдруг порежусь.


В конце концов видимо что-то внутри Фурфура щёлкнуло, и он просто поднял голову и обернулся в сторону входной двери:


- Почуял старый пёс свободу, - пошутил Витс, глядя на него.


- Нам пора, - коротко ответил на это князь. - Ветра меняются.


- Вот сейчас он меня точно пугает, - поделилась я переживанием с Риа, но тот заверил меня, что едва ли кто-то лучше Фурфура знает природу и дороги Геенны, и что лучше проводника мне не найти во всём мире.


Гхора оказалось пятнистой и трёхцветной, словно кошка. Приветливо помахивая хвостом, она позволила мне и князю забраться к ней на спину, после чего, торжественно зарычав, принялась скакать так, словно мы для неё представлялись ковбоями, которых надо сбросить. Единственная разница была в том, что отталкивалась и приземлялась она очень мягко.


- Тьфу ты, дурная, - князь натянул поводья и ударил её по рёбрам, призывая успокоиться. - Витс, ты моложе найти не мог что ли? Она вообще объезжена?


- Быстрее этой в Вест-Ив нет, - глава поселения посмотрел на князя так, словно тот его как минимум смертельно оскорбил своим недоверием. - Она сейчас успокоится, дай ей порадоваться. Любит внимание.


- Я б тоже радовался, если бы на мне девочки катались, - пробормотал князь, явно адресуя это мне. Впрочем, вид у меня был совсем не привлекательный: я побледнела и мёртвой хваткой вцепилась животному в загривок, боясь слететь при очередном таком счастливом прыжке.


- Неделю, Фурфур, - напомнил Заган, между тем не выпуская из поля зрения Риа, чтобы он всё же не соблазнился шансом сбежать с нами. - Ждём вас обратно.


- Одна нога здесь, другая там, и наоборот, - кивнул князь, и мы пустились в путь.


* * *

Оказалось, что всё не так просто, как я ожидала. Хотя, если быть честной до конца, то где-то внутри у меня и так жило подозрение, что просто не будет. Мы сторонились поселений и то и дело съезжали с главных дорог на просёлочные, а иногда и вовсе ехали едва заметными тропами. Сначала за нами увязались светлячки, но потом им, видимо, надоело нас преследовать, учитывая, что гхора то и дело срывалась на бег, будто бы боясь куда-то опоздать. К счастью, её движения были на порядок плавнее лошадиных, и даже такая смена скорости оставалась практически незаметной для наездников.


Фурфур, правда, поинтересовался тем, как я отношусь ко сну на свежем воздухе: мол, хорошая погода и дождя сегодня ночью я могу не бояться. К тому же он ужасно истосковался по костру и мягкой траве. Я не возражала, понимая, что езда верхом меня наверняка вымотает настолько, что к вечеру мне будет совершенно всё равно, где и как спать.


За однообразием бескрайних полей, виноградников и пролесков я не сразу обратила внимание на то, что местность поменялась, и после полудня вокруг оказывалось всё больше песка, словно мы выбрались на огромный бескрайний пляж, у которого нет воды. Дошло до того, что дорога неожиданно закончилась: в один момент гхора снизила скорость и теперь то и дело спотыкалась из-за того, что её лапы увязли. Потом ей надоело так барахтаться, и она начала пользоваться дополнительной парой, но легче от этого не стало. Впереди показался огромный камень, на который я указала князю:


- Мы можем передохнуть в тени, заодно надо что-то придумать, а то мы эту пустыню век объезжать будем, - предложила я.


- Не выйдет. Это четвёртый Круг, и лучше нам не задерживаться тут, - Фурфур затормозил гхору и встал в стремени, вглядываясь вперёд, в камень. - Там грешники. Надо искать другой путь.


- Что? Почему? - не знаю почему, но мне очень хотелось посмотреть на жизнь в других Кругах.


- Вот из-за этого любопытного носа, - князь легонько щёлкнул меня по носу. - Я боюсь, они могут почуять, что ты не падшая, и как отреагируют на то, что ты катаешься со мной на лошадке, ещё большой вопрос.


Сказав это князь, начал объезжать камень по широкой дуге, я же пыталась разглядеть хоть что-то, но кроме куска скалы ничего не видела. А потом скала дёрнулась. Резко, словно от землетрясения, и снова замерла.


- Развлекаются. Таскают камни днями напролёт, словно муравьишки песчинки, - объяснил мне падший. - Ничего интересного, но могут в порыве злости и песка в глаза бросить, если сегодня у них особенно паршивое настроение.


- А кто за ними смотрит?


Князь ткнул пальцем в сторону точки на отдалённом бархане, которую я не сразу заметила, решив, что это заметённый песками камень. Падший, одетый в белое, стоял, не шевелясь. Фурфур перевёл палец на следующего, и я поняла, что тут по меньшей мере несколько десятков охранников.


- Круг несерьёзный, поэтому им даже неинтересно, что мы тут делаем. Всего лишь навсего "скупость".


На место для сна мы наткнулись только после заката. Фурфур решительно отказывался ночевать среди барханов, пугая тем, что ночью я крепко пожалею и отморожу всё, что только можно. Отыскав среди безжизненной пустыни чудом сохранившийся оазис, располагавшийся не на песке, а земле, с ключом и крохотной лужей, претендовавшей на звание озера, мы решили заночевать там. Князь приволок невесть откуда сухую корягу и быстро разжёг костерок, не оставляя ночной прохладе шансов на победу.


Гхора улеглась с одной из сторон, протянув свой хвост вокруг источника тепла так, что Фурфур вынужден был теперь смотреть, куда ставит ноги и садится.


- На, чудовище, - буркнул он, доставая из мешка кусок мяса и бросая местной вариации лошади. Та поймала и разом проглотила добычу, а когда поняла, что добавки не последует, то утробно заурчала, и положила голову на лапы. Закончив с такой нехитрой кормёжкой, князь принялся за наш ужин, а чтобы избежать попыток со стороны шестилапой утащить что-то, пообещал ей, что даст вылизать котелок.


Кутаясь в плащ, подаренный Марбасом, я отрешённо, погрузившись в свои мысли, наблюдала за тем, как падший возился с овощами и мясом, после чего залил это всё ключевой водой, и тушил на огне минут сорок. Запах стоял такой, что я и гхора сглатывали слюну, а когда князь налил в миску мою порцию и протянул ложку, животное протянуло лапу, прося ложку и ей. В результате, несмотря на недовольное ворчание князя, я то и дело зачерпывала ложкой еду, остужала её и заливала в открытый рот огромного и, судя по всему, ненасытного животного.


Когда с ужином было покончено, и гхора дождалась обещанный ей котёл, на дне которого ещё что-то оставалось, я откинулась на её тёплый шерстяной бок, слушая ночь, оживлённое сопение и звук, с которым шершавый язык вылизывал металлические стенки посудины. Фурфур набил в трубку опиум и, сидя по другую сторону от меня, то и дело поглядывал по сторонам и на небо.


- Я правда изменилась? - наконец спросила у него я. Падший перевёл взгляд со звёзд на меня и выдохнул струйку дыма, не выпуская изо рта кончика трубки. - Ты меня мало, наверно, знаешь, но ты что-то заметил?


- Взрослеешь. Гормоны, - предположил князь.


- Я не про это. Заган сказал, что я стала мыслить по-другому. И произносить вслух то, что, видимо, не должна.


- А как ты себя ощущаешь? Сравни себя "раньше" и себя "сейчас". Ты как-то изменилась?


- Мне кажется, что я вся другая. Я говорю гадости, стоит только выбить меня из колеи.


- Ну, это дело рук Марбаса, - успокоил меня князь.


- А моя внешность? Я уже не помню, как вернуть себе мой нормальный цвет глаз! И волосы. Это ведь не я, это иллюзия!


- Иллюзия, именно. Что под ней?


- Я убивала. Фурфур, я убила нескольких ангелов. Не надо закатывать глаза, ладно? Одного я убила по собственной воле, меня никто не принуждал. Скажи мне что-нибудь толковое, как ты умеешь. Успокой меня, наставь на путь истинный, - от моих слов гхора подо мной заворочалась. - Что бы ты сказал Набериусу, если бы он задал тебе такой вопрос?


- Думаешь глаза - это зеркало души? Слова? Поступки? Глупость, невероятная глупость. Глаза можно закрыть, слова исказить, а поступки попросту не совершать. Ты настоящая только здесь, - Фурфур коснулся кончиком трубки своего лба. - Твой разум - это истинная ты. Можно лгать, игнорировать стрессы и проблемы, внешне, но нельзя отгородиться от всего мира, в конце концов провалиться в небытие, впасть в кому. Тело - это всего лишь оболочка. У тебя твоя, у меня своя. А мысли, что внутри, такое нельзя спрятать от самого себя. Ты - то, что ты думаешь.


- Если я буду представлять себя Чудо-женщиной, я не стану Чудо-женщиной, и ты это прекрасно знаешь.


Князь лишь усмехнулся, попыхивая трубкой:


- А надо ли тебе становиться кем-то другим, если ты сама не пустое место, а личность? А Набериусу я бы отвесил хороший подзатыльник и сказал бы, чтобы он не делал мне мозги. Но девочек бить нельзя, только если они сами того не хотят, а у меня с тобой не такие отношения, чтобы я тебя шлёпал. Так что давай я отвечу так, как ты хочешь: не делай мозги ни мне, ни себе, девочка. Ты та, кто ты есть, и станешь той, кем хочешь. Ложись спать, завтра у нас сложный день: мы окольными путями подобрались к границе между шестым и седьмым Кругами, сама понимаешь, что будет. И мне нужна будет трезво мыслящая спутница.


* * *

- Куда направляемся? - стражник, одетый в кирасу, посмотрел на меня с Фурфуром так, что я начала саму себя подозревать в самых что ни на есть неблагих намерениях. - Кто это с вами?


- Моя избранница, - без тени смущения объявил князь. - Решил вот остепениться, семью завести.


Я скромно отвела взгляд, не желая смотреть на стражника, тот же теперь буквально пожирал меня глазами, теперь уже больше с любопытством, чем с подозрением. После чего, видимо убедившись в том, что я не несу угрозы, отошёл с нашего пути и крикнул что-то стоящим за его спиной. Те убрали оружие и расчистили дорогу. Теперь я поняла, почему Велиал решился на такой шаг: меня действительно никто не знал в лицо, и при беглом рассмотрении я не выдавала в себе человека. Скормить им байку о том, что я девушка Фурфура, оказалось совсем не сложно.


- Совет вам да любовь, что ли, - объявил нам напоследок стражник.


- О, непременно, - поблагодарил его Фурфур и ударил гхору под рёбра, заставляя перейти на бег, чтобы быстрее скрыться из их поля зрения.


Впреди был сухой лес. То и дело мы объезжали расщелины в земле, камни и скалы вокруг которой обуглились и почернели. Из недр вырывались языки пламени и пепел. Казалось, что сама земля дышала, и каждый её вздох приносил сотни тысяч человеческих криков. Вначале я в ужасе крутила головой, пытаясь найти источник звуков, потом списала всё на вой ветра. И только потом поняла, что крики на самом деле доносятся из расщелин и принадлежат грешным душам. Охраны вокруг было достаточно. По дороге встречался аванпост за аванпостом, несмотря на то, что мы находились в лесу, тут было слишком оживлённо. Нас провожали подозрительными взглядами, как чужаков. Земля то и дело тряслась, словно мы были рядом с вулканом.


Жизнерадостности у гхоры резко убавилось, она прижала уши и то и дело останавливалась, принюхиваясь к чему-то. Обычно это предшествовало очередной порции крика, который накрывал нас со всех сторон.


- Всё нормально, ребятушки, это и есть настоящий Ад. Всё, что было до этого Круга - это так, разминка, - подбадривал нас с животным Фурфур, которого происходящее вокруг нисколько не смущало. Ещё бы - шляется тут веками, привык уже. Не удивлюсь, если он даже спал рядом с одной из расщелин, поленившись возиться с костром. - Большая часть этих ребят тут за дело.


- А меньшая? - встрепенулась я.


- А меньшая просто трепала языком больше, чем нужно, - объявил князь, в очередной раз разворачивая и направляя гхору вперёд, когда она попыталась дать дёру. - Иногда нужно вовремя заткнуться. Отец очень не любит слишком умных.


Во время одной из коротких стоянок, когда моему сопровождающему пришлось в очередной раз объясняться с солдатами на тему того, кто мы такие и какого дьявола мы тут позабыли, я решила посмотреть на трещину в земле. Она выглядела не самой горячей и рядом даже росла жухлая трава. Из неё доносились заглушённые стоны, полные боли. Любопытство победило страх, и я начала осторожно приближаться, в голове прокручивая варианты того, что я там могу увидеть. В колебаниях раскалённого воздуха над разломом мне мерещились призрачные руки, которые тянулись к небу, словно умоляя о пощаде.


Я было сделала ещё несколько шагов, но передо мной появился дозорный и перегородил путь копьём:


- Куда направилась? - недобро поинтересовался он. - Это закрытая территория.


- Мне просто инте... - начала было я, но в этот самый момент Фурфур спохватился о моей пропаже и теперь хромал ко мне со всей возможной для него скоростью.


- Малыш, ну ты что! Ты же зажаришься до хрустящей корочки! - князь учтиво обхватил мои плечи, разворачивая и уводя обратно к нашей гхоре, на ходу объясняя остановившему меня дозорному, что я из Лимба, и всю жизнь там прожила, и ни разу не покидала его пределов, поэтому не в курсе, насколько это опасно. Вообще я горячая девочка, но он бы предпочёл, чтобы температура моего тела оставалась такой, как сейчас, а не поднималась выше.


Дозорный молча следовал за нами, не говоря ни слова, явно не желая вступать в диалог с разговорчивым путником, который, к несчастью, повстречался ему сегодня. Фурфур нервно улыбнулся, глядя на вооружённых падших вокруг, но те попросили нас лишь быстрее убраться отсюда и больше не лезть куда не просят.


- Не делай так больше, Нозоми, - спустя какое-то время сказал мне Фурфур, когда всё было уже позади. - Границы с седьмым и далее Кругами - это не место для игр. Тут смертельно опасно, а если стража посчитает, что ты несёшь угрозу для исполнения приговора или душам, они имеют право казнить тебя на месте, не разбираясь в твоих замыслах.


Мы старались останавливаться как можно реже, но шумы пугали молодое животное, вынуждая его в страхе то и дело прижиматься к земле, напрочь забывая, что мы сидим на нём. Фурфур рассчитывал, что мы доберёмся до земель Набериуса к ночи, но стоило нам свернуть с основной дороги в сторону очередной едва приметной узкой тропинки, уводящей к холмам, как нас окликнули в достаточно грубой форме. Дозорные появились откуда не ждали, перегородив нам путь и объявив, что этот путь закрыт по причине образовавшегося из-за непогоды бурелома, и что если мы решим следовать тем же маршрутом, то влезем в самое пекло, пытаясь объехать завалы. Князь попробовал их заверить, что мы можем перемещаться и прыжками, но дозорные молча выставили вперёд оружие, показывая, что не намерены торговаться.


- А если мы поедем дальше? - поинтересовалась я шёпотом. - Что там?


- Земли Баала, - совсем безрадостно ответил князь, едва удерживаясь от развязывания конфликта с охраной Круга. - Грёбанные бюрократы. Эти трое королей до сих пор дрючат всех, кого видят на своих землях, после того случая, когда сожрали души.


- А, тот скандал с Марбасом, - вспомнила я. - Может, есть какой-нибудь неприметный путь? Ну там, дальше, в седьмом?


- Попробую вспомнить, - пробормотал падший и замолчал. Но даже если он и вспомнил, то воплотить задумку в реальность нам не дали: как только мы пересекли границу, замучившись объяснять в тысячный раз, кто мы такие, откуда и куда едем, как нас взяла в кольцо охрана, командир которой объявил, что Фурфура ждёт лично Баал. Заслышав это, я поперхнулась яблоком. Меньше всего мы рассчитывали на такой поворот событий. Князь тоже был не в восторге от новости и предложил заехать на обратном пути, но те отказались его отпускать. - Что ж, придётся нам совершить визит вежливости, моя дорогая девочка, - грустно объявил он мне, глядя на наше сопровождение, которое, в отличие от дозорных шестого Круга, было облачено в зачарованные металлические доспехи.


Путь в замок Баала казался мне бесконечным. Я озиралась по сторонам, теперь уже как наша гхора пугаясь каждого звука. На фоне своих соплеменниц, на которых ехало наше сопровождение, она выглядела перепуганным детёнышем. Те же изображали полное безразличие по отношению к происходящему вокруг. Фурфур половину дороги сетовал, что нас взяли в клещи, и сбежать не получится, вторую половину - молчал, и с каждой секундой выглядел всё напряжённее.


По обе стороны от дороги высился мрачный вековой лес, закрывающий небо ветвями, отчего оно выглядело ажурным, как паутина: корявые, словно побитые ни одним ураганом деревья. Если земли Паймона можно было назвать шумными, то тут я уже не знала, как реагировать на вопли мучеников, раздававшиеся со всех сторон: вой гхор, который я слышала несколько раз, казался приятной экзотикой. От здешних же криков волосы на затылке становились дыбом. И чем дальше мы заходили в Круг, тем громче они звучали.


Я в ужасе жалась к Фурфуру, не зная, куда деваться. Мне хотелось вернуться в шестой Круг, а ещё лучше в Лимб. Спокойный, тихий Лимб, полный фермеров. Как же я по нему соскучилась за эти пару дней. Даже Велиал и Марбас, будучи на пару в бешенстве, не такие пугающие, как это место. С каждым воплем мне казалось, что боль, которую испытывают грешники, испытываю я сама, и на самом деле эти крики принадлежат мне. Перед нашим отрядом пробежала стая огромных охотничьих гончих псов и скрылась среди деревьев. Лишь одна из них остановилась и на мгновение удостоила нашу группу вниманием, но мне показалось, что смотрела она именно на меня.


Баал, как оказалось, жил не во дворце, а в замке, расположенном на краю утёса. Прямо за ним шумело море, но даже его штормового грохота не хватало, чтобы заглушить вездесущий плач, который вкрадывался в самые глубины сознания и звучал всё громче и громче, затмевая мысли и не давая тем самым от него отстраниться. Несмотря на то, что вокруг было более чем тепло, от воды тянуло холодом. Я уже перестала удивляться такой резкой смене температур, но прекрасно понимала, почему Люцифер предпочитает оставаться в Пандемониуме несмотря ни на что.


Высокие стены замка отгораживали его жителей от рёва и холодного морского ветра, который непрестанно боролся с жарой со стороны суши. Миновав ворота, распахнутые настежь, словно у правления Круга не было врагов, мы проехали несколько домов, предназначенных, видимо, для прислуги и охранников, и очутились около ещё одной стены, но она была ниже, чем внешние стены замка. Резиденция короля охранялась, и солдаты, что привели нас, передали местной страже, коротко обрисовав ситуацию. Недолго думая, нам приказали спешиться.


- Дьявол хромает на обе ноги, - тихо сказал Фурфур, когда спрыгнул с гхоры и протянул мне руки, чтобы поймать и осторожно поставить на землю.


- Что? - не поняла я.


- В легендах Гайи Дьявол хромает на обе ноги, - повторил князь. - Это его проклятье, так его узнают.


Охрана, также облачённая в железные доспехи, но вдобавок носившая красные плащи, видимо как знак отличия, повела нас через коридоры, и я несказанно обрадовалась тому, что в самом здании было тихо. Настолько, что множественные шаги по звуку больше напоминали шум дождя. Наш путь окончился у входа в главный зал, который украшали резные двери с изображением кар, которые ждут плохишей в этом Кругу после смерти.


Такой зал бы наверняка подошёл Загану: из украшений тут были лишь витражи в узких окнах и венец на голове короля. Даже трон был из обычного дерева, покрытый лаком, без излишеств. По обе стороны от ковровой дорожки, которая вела от входа, стояли столы, вероятно для приближённых советников и воинов. В одной из стен был огромный камин. Баал сидел на троне, просматривая какие-то документы, а рядом с ним стоял, видимо, его советник. Внешне король всё ещё напоминал мне иллюзиониста прошлого столетия, хотя в этот раз плаща на нём не было, и оттого его одежда выглядела ещё страннее в данной обстановке. Его трость была прислонена к правому подлокотнику. Советник же выглядел как падший средних лет, коротко стриженный, и был одет почти как Роберт: туфли, штаны, рубашка и жабо. Как бы странно это ни звучало, но советник был в этом зале уместнее короля.


Когда мы появились в дверях, Баал удостоил нас лишь коротким взглядом, предпочитая дочитать начатое. Фурфур терпеливо ждал, когда он закончит. Мне же подобное отношение со стороны правителя седьмого Круга совсем не нравилось, но я решила, что будет лучше, если я буду держать язык за зубами: Баал пугал меня ещё при первой встрече, и мне совсем не нравилось, как он на меня смотрел. Впрочем, учитывая, где он живёт, неудивительно, что он буквально препарирует взглядом.


- У нас тут самый настоящий бардак творится, а вы решили наведаться ко мне в гости без предупреждения так, словно у меня нет никаких дел, - наконец Баал задержал на нас внимание дольше, чем на пару секунд. - Чем же я удостоился такой чести, можно узнать?


- Мы вообще-то мимо проезжали, нас ваши ребята уговорили, обещали чаи-кофеи, - отозвался Фурфур явно на упрёк в свой адрес. - Я бы ни в коем случае не посмел вас тревожить просто так, ваше величество. Вы же знаете.


- Знаю, поэтому поражён, как у тебя вообще хватает наглости появляться в моих землях, - король отдал документы своему советнику и махнул рукой охране, что в ближайшее время в их присутствии рядом нет необходимости. Дождавшись, когда наше сопровождение покинет зал, Баал продолжил. - Поэтому я спрошу ещё раз: что ты тут забыл?


- Гуляю.


Баал нахмурился, и это меня почему-то очень напрягло:


- Гуляешь? - переспросил он. - А невеста Велиала тоже, значит, гуляет?


Фурфур посмотрел на меня так, словно уже позабыл о моём присутствии и теперь очень удивился:


- Она-то? Видимо, да. Любуемся красотами Геенны, смотрим, как вы тут грешников разделываете.


Баал перевёл взгляд на меня:


- Действительно, презанятное должно быть зрелище. И каковы ваши впечатления, юная леди?


Я почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Жестокостью меня, конечно, было нынче не удивить, но такое количество насилия определённо вывело бы всякого нормального человека из равновесия. Баал эти эмоции на моём лице увидел.


- Ясно. Впечатлений до конца жизни хватит, согласен. Что ж, привыкайте. Вот увидите: вас это ещё долго будет преследовать в кошмарных снах, - король натянуто улыбнулся и поднялся со своего места. - Крики, мольба о пощаде. А вы стоите и ничего сделать не можете: никак им не помочь. Глядя на их страдания, вам будет казаться, что они давно искупили свою вину, а на деле они все ненавидят вас лишь за то, что вы не испытываете то же самое, что они. Освободите их ради интереса на несколько минут, и вам объявят, что вы для них, собственно, никто, а они прошли через такие муки.


- Зачем вы мне всё это говорите? - я едва сдерживала агрессию в голосе, когда обращалась к нему. - Вам весело от того, как меня трясёт?


- Не думай, что мир вращается вокруг тебя, девочка, - Баал прохромал к нам, опираясь на свою трость. - Я говорю это себе, чтобы подготовить морально к тому, что ты устроишь сегодня ночью, когда ляжешь спать. Вместо радужных единорогов тебя ждёт кошмар о том, что ты сегодня увидела в моих землях.


Фурфур подозрительно сощурился:


- Звучит как предложение всё же остаться в гостях, - сказал он. - Вы же не надеетесь?.. О, нет-нет!


Король ловко подхватил трость и коснулся серебряным набалдашником подбородка князя, заставляя того замолчать.


- У меня с тобой долгий разговор, раз уж ты меня навестил. И если с вами что-то случится, покуда вы решите покинуть замок на ночь глядя, Велиал будет истерить так, что мне будет проще занять чьё-нибудь место в лесу самоубийц, оставив вместо себя на троне грешника.


- Недальновидная замена, - заметил Фурфур, спешно пытаясь придумать, как отсюда сбежать. Трость его явно нервировала.


Но Баал лишь улыбнулся, демонстрируя клыки:


- Если в моём Круге грешника грызут адские гончие, это не означает, что при жизни он был идиотом. Жизнь штука сложная, и далеко не всех она ласково гладит по головке, - после чего обратился к своему советнику, который всё это время молча стоял в нескольких шагах от нас. - Берит, сделай так, чтобы наша юная гостья ни в чём не нуждалась. У меня же с тобой, князь, отдельный разговор, и тебе придётся отвечать на мои вопросы, хочешь ты этого или нет.


- Звучит так, словно ты взял в плен Нозоми и теперь будешь ею меня шантажировать.


- Если тебе так проще воспринимать происходящее, то да, она моя пленница. Сначала работа, мой князь, а потом прогулки. Даже лодку одолжу, если решите добраться посмотреть на Фуркаса и его ледяные пустоши, - Баал кивнул, разрешая своему советнику подойти ко мне. - Тебя проводят до твоих покоев, девочка. Не вздумай покидать пределы замка, даже если очень хочется. Думаю, что причин объяснять мне уже не нужно. К тому же я попрошу накрыть стол в честь вашего приезда.


Фурфур смотрел мне вслед с таким лицом, словно он проглотил пару лимонов целиком. Мне очень не хотелось разделяться со своим другом, но Баал говорил таким тоном, что спорить не было никакого желания: спокойно и медленно, но жёстко.


* * *

Место, которое без преувеличения можно было назвать логовом Баала, напоминало поместье Загана: такое же пустое и мрачное, разве что охотничьих трофеев было в несколько раз больше. Даже на кровати, которую мне выделили на это время, помимо одеяла была ещё огромная шкура какого-то местного монстра.


- Желаете принять ванну? - поинтересовался у меня Берит, проходя следом в комнату: не очень большую, но тёплую и освещённую множеством свечей и камином. Вместе с бесконечными мехами это выглядело практически как романтическое свидание в домике в лесу. От вопроса я вздрогнула, но всё же согласно кивнула. После нескольких дней пути через поля, пустыни и огненные земли, пыль и пепел неприятно ощущались на коже и приносили определённый дискомфорт. Даже просто умыться было бы большим счастьем. - Хорошо, я распоряжусь. Прислуга сейчас подойдёт.


- Ммм. Да я сама справлюсь, я думаю, - мне совсем не хотелось оставаться наедине с неизвестными мне падшими. - Просто скажите, где тут ванная комната, и я всё сама сделаю. Ну... Если тут вода по трубам подаётся.


Советник короля на мгновение замер, после чего отрицательно мотнул головой и предложил помощь с наполнением чаши, потому что водопровод тут в принципе отсутствовал. После чего пообещал разобраться с другой, очень личной, возникшей по этому поводу проблемой, когда уточнил, действительно ли я человек.


Когда он ушёл, то я сняла всю одежду и окунулась в горячую воду с головой. Один положительный момент в своём путешествии я нашла: вокруг меня не бегала толпами прислуга, выполнявшая приказ Велиала насчёт моего внешнего вида. Наверное, если я приду на ужин с мокрыми волосами, то мне никто ничего не скажет.


Баал действительно ничего не сказал, глядя на мои влажные, зачёсанные волосы. В малом зале, в котором накрыли ужин, помимо меня и Фурфура был только король и его советник. Я села спиной к камину, не желая простудиться. Вместо того, чтобы устроиться во главе стола, Баал сел напротив меня и князя и теперь смотрел на меня, едва не забывая моргать. У меня закралось подозрение, что Фурфур ему что-то сказал, чего королю знать было совсем не обязательно.


- Я смотрю, ты уже устроилась на новом месте, - Баал на секунду переключил внимание на советника, который учтиво налил ему в бокал вина. - Надеюсь, что тебя устраивает вид из окна. Говорят, что девочки в твоём возрасте очень зависимы от настроения, которое, в свою очередь, подвержено влиянию подобных мелочей.


- Пользуюсь вашим гостеприимством, ваше величество, - наличие нескольких салатов на столе меня несказанно радовало. Хотя Баал и его окружение отдавали большее предпочтение мясу: тушеное, вяленое и даже, как мне показалось, сырое, правда, эта тарелка стояла в самом дальнем углу.


Под столом лежала огромных размеров гончая золотистой расцветки. Её длинная шерсть была аккуратно расчёсана и едва заметно переливалась в то и дело дрожащем отблеске пламени. Когда я садилась, то даже не сразу заметила эту собаку, несмотря на её внушительный размер, настолько она была тихая. Зато меня удостоили очень внимательным взглядом: пёс втянул воздух, но в остальном не проявил большого интереса, явно ожидая команды со стороны хозяина. Лишь когда я делала резкое движение, он поднимал голову и снова смотрел на меня. Баал же не посчитал нужным сказать, как зовут собаку, и вообще сообщить о её существовании, поэтому я решила эту тему не поднимать.


- Итак, - Баал снова обратился к Фурфуру. - Что ты собираешься делать?


- Я уже сказал вам, что я выполняю личную просьбу Велиала и пока что не могу вернуться в своё поместье.


- И долго это будет продолжаться? - поинтересовался король.


Князь пожал плечами:


- Всего на несколько дней. Маркиза посмотрит свои земли, и я верну её в Пандемониум.


- Я не про это, не нужно строить из себя глупца, Фурфур. Ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю: когда ты вернёшься и начнёшь исполнять свои прямые обязанности?


- Как по мне, то Хабарил неплохо справляется. Думаю, что он сможет побыть за меня ещё пару дней.


Баал медленно подался вперёд, недобро глядя на князя. У меня закрадывалось подозрение, что Фурфур на самом деле подчинялся как раз этому королю, потому что сопровождающий меня падший то и дело нервно ёрзал, будучи не в восторге от беседы, которую ему навязывают.


- Князь, - голос Баала был таким, словно в мыслях он давно подвесил несчастного на крюки и уже выпускал ему кишки. - Хабарил наломал достаточно дров. Может быть ты не заметил, но по вине твой спутницы у нас разгар войны, а ты занимаешься невесть чем, - словно в подтверждение слов своего повелителя, Берит достал откуда-то огромную пачку бумаги и протянул князю. - Знаешь, что это? Проступки твоего Хабрила за последние десять лет. Десять, Фурфур! Другие за всё время своего существования столько не творят.


Князь растерянно смотрел на отчёт толщиной в несколько пальцев, прошитый красной лентой. Потом наспех пролистал с краю, словно на полях мог быть какой-нибудь мультик или подсказка, что ему делать в этом случае.


- Ты знаешь, что за такое полагается? Это систематическое нарушение правил.


- Смертная казнь, - медленно произнёс князь и поднял взгляд на короля. - Хабарил хороший парень, он верен Тёмному трону и честен.


Баал же на такую положительную характеристику падшего никак не отреагировал:


- Но его нельзя оставлять вместо себя управленцем. Ты наплевательски отнёсся к тому, что тебе поручили, и сейчас ты слабое звено в моём легионе, - произнёс он, отпивая вино и коротко кашлянув, прочищая горло, элегантно прикрыв рот белоснежной салфеткой. Несмотря на жёсткость, я видела в Баале настоящего аристократа и, если бы не обстоятельства, то наверно бы даже получала какое-никакое эстетическое удовольствие от его жестов и мимики.


Фурфур понимающе кивнул:


- Я разберусь с ним, как только верну Нозоми в столицу.


Лицо Баала после этих слов окончательно стало непроницаемым, словно ему попросту надоело уговаривать своего подчинённого:


- Нет, ты начнёшь разбираться с ним завтра.


- Но у меня личная просьба Велиала! - возмущённо напомнил ему князь, позволив себе вскочить с места и упереться руками в стол.


- А я тебе приказываю, Фурфур, - спокойно ответил король. - И ты знаешь, что я очень не люблю, когда со мной пререкаются.


- Я не брошу Нозоми. Можешь лишить меня титула! Найди себе кого-нибудь более толкового, чем я!


- Если я лишу тебя титула, то ты тут же очутишься в темнице, за халатность, - король холодно посмотрел на меня, словно последнее слово было на самом деле за мной, и только я могла переубедить своего сопровождающего. - Я предлагаю тебе единственный способ решения данной проблемы: завтра ты отправишься в свои земли и начнёшь выполнять свои прямые обязанности, князь.


Я ободряюще сжала руку Фурфура, призывая его не ругаться и сесть, но всё же решила обратиться к Баалу, несмотря на весь ужас, который я испытывала, стоило ему оказаться рядом:


- Но тогда я застряну тут надолго. Ваше величество, я не хочу отягощать вас своим присутствием. Может быть, князь всё же сможет сначала закончить задание верховного правителя? Речь идёт и о моей безопасности в том числе.


- Ты отправишься дальше завтра утром. Или обратно, как пожелаешь. С этим проблем не будет, - объявил Баал.


- То есть? Вы собираетесь лишить меня сопровождающего и отправить в одиночестве гулять по Кругу?


- Я похож на идиота? - недобро поинтересовался у меня король, на что мне очень хотелось ответить, что он скорее похож на барана, который мало того что тупой, так ещё и бодает всё, что видит. - Разумеется, если ты пожелаешь шляться по Кругу одна, то так тому и быть, но я собирался выделить охранников, которые бы сопроводили тебя куда надо.


- А если я решу дождаться возвращения Фурфура? - я едва держала себя в руках: паника буквально захлестнула меня, лишая возможности трезво мыслить. Меньше всего мне хотелось двух вещей сейчас - это оставаться тут с Баалом неизвестно на сколько времени и отправляться в путь с его подчинёнными, существами, которые преданы ему и его интересам.


- Я не против, если ты решишь погостить у старого короля-калеки, - Баал неожиданно улыбнулся, хотя улыбка была совершенно искусственной - падший попросту ничего не испытывал, когда говорил это мне. - Но Фурфур занят на ближайший месяц, а у меня совершенно нет ни времени, ни желания вести дружественные беседы, и никто тут развлекать тебя не будет. Можешь дождаться, когда кто-нибудь приедет из столицы и заберёт тебя, если боишься доверить моим воинам свою жизнь. Впрочем, если бы мне нужна была твоя смерть, я бы не стал мусорить в собственном доме и уж тем более тратить своё время на эти разговоры, притащив вас сюда.


Я растерянно заморгала, не зная как реагировать на такое откровение. Звучало очень убедительно, но было странно, что Баал вот так просто сказал мне своё мнение обо всём.


- Но насколько я знаю, вы подчиняетесь мне, - мне ничего не оставалось, кроме как использовать единственный козырь - свой титул. Иначе зачем он мне вообще нужен? - Если вы так просто приказываете князю, наплевав на просьбы главы Тёмного трона, то я могу...


- Не можешь, - оборвал меня Баал и снова отпил вина, явно наслаждаясь тем, что я тут же стушевалась и продолжала молчать, позволяя ему делать что вздумается. - Ты, - продолжил он, после недолгого затишья, - может быть, и маркиза, как тебе хочется думать, но ни я, ни Паймон не приняли твоего титула и не присягнули на верность. Чтоб ты знала, если вдруг тебе не сообщили, Велиал пообещал, что ты пока что не вмешиваешься в наши дела. И на данный момент титул дарит тебе только симпатичную побрякушку, которую ты можешь с гордостью носить на голове на приёмах и балах. Ну и земли, что уж там. Заброшенные земли, на восстановление которых понадобится ни один месяц.


Я нервно скомкала пальцами салфетку раньше, чем спохватилась, что мои эмоции слишком уж видны собеседникам, хотя советник продолжал молча расправляться со своей порцией мяса с гарниром, то и дело подливая королю вино. Мне не хотелось верить в то, что всё так паршиво обернулось. Велиал предпринял очень рискованный шаг, выставив меня из дворца, и теперь я должна решать проблему с не самым приятным существом, в доме которого оказалась. Причём это существо спокойно выставляло условие за условием собственной игры, а мне оставалось только искать выход, пытаясь совладать с паникой, что нарастала внутри с каждой минутой, подобно снежному кому.


- Тогда я завтра отправлюсь дальше, - я подняла взгляд и посмотрела прямо в глаза королю.


Второй раз в жизни я смотрела в лицо этому падшему, и второй раз меня сковывал животный страх перед ним. "Дьявол хромает на обе ноги"? Баал, известный в Гайе так же как и Вельзевул, один из величайших падших, древнее верховное божество, которому подносили не просто человеческие жертвоприношения, а детей. Существо, что уничтожало города, существо, что породило Чёрную смерть. Существо, что сейчас сидело напротив меня за столом и совершенно спокойно смотрело на меня. Бывший ангел, в котором не осталось ни капли света. Тьма, что приняла его форму. Такой же пугающий, как и его Круг.


- Нозоми, я против! Ты останешься тут! - Фурфур нахмурился, поняв, что я в очередной раз решила изобразить из себя смелую и сильную девочку, какой на самом деле не являюсь. - Не вздумай!..


- У нас нет времени на ожидание, князь, - мне оставалось только покачать головой. - Не подставляйтесь ещё больше. Я доберусь до земель Набериуса, а потом вернусь сюда и подожду, когда меня заберёт кто-нибудь, посланный Велиалом.


- Ты меня подставляешь такими решениями, Нозоми!


Я поднялась из-за стола, стараясь игнорировать возмущение Фурфура и вообще не встречаться с ним взглядом. Поклонилась, как учила Мара. Что ж, полезному она меня всё-таки научила.


- Тогда завтра утром я отбуду, ваше величество. Надеюсь, что могу рассчитывать на ваше содействие и ваших солдат, которые смогут сопроводить меня, - Баал кивнул, не скрывая своего удовлетворения тем, что и я, и Фурфур оказались вынуждены в итоге согласиться с его решением. - Князь, я рассчитываю, что вы присоединитесь ко мне, как только сможете.


И всё, что мне оставалось, это пойти прочь, в гостевые покои, потому что я не хотела, чтобы остальные слышали, как я тихо плачу от отчаянья.


* * *

Утро было пасмурным, я даже не сразу поняла, что небо затянуто не тучами, а дымом. Через зачарованные окна снаружи не долетало ни звука, словно это всё было лишь искусным коллажем, а мы на самом деле все находимся в вакууме. Но я понимала, что стоит мне выйти на улицу, и несмолкаемые вопли в очередной раз настигнут меня.


У моей двери лежала всё та же гончая. Когда я выглянула в коридор, собака просто поднялась на лапы и побрела куда-то. Я не придумала ничего лучше, чем следовать за ней, надеясь, что она приведёт меня к кому-нибудь из жителей замка. Как выяснилось, собака направилась прямо в кабинет Баала: тот сидел за огромным письменным столом в полумраке с зашторенными окнами: источником света был тот, который проник в комнату вместе с моим приходом, и лампа. Гончая обошла стол, и я услышала, как она со вздохом улеглась на ковёр.


Баал продолжал что-то писать, не обращая никакого внимания на меня, что уже не удивляло. Я между тем получила возможность оглядеться: книжные шкафы были практически всюду, где хватало свободного места. Никаких украшений, никакой резьбы - всё предельно простое, но добротное. Я задумчиво переступала с ноги на ногу, не зная, как начать разговор, но в итоге Баал указал на одно из двух кресел, что стояли перед его столом, словно это был кабинет директора. Как можно тише я села, но скрип кожи, которой оно было обито, всё равно показался мне слишком громким.


- Что хотела? - вместо приветствия поинтересовался Баал, не отвлекаясь от работы.


Я решила в таком случае тоже не здороваться, поэтому спросила прямо, где Фурфур.


- Отправился домой. Отказывался добровольно покидать нас, пришлось под конвоем, - король упёрся в меня взглядом своих алых глаз. Сейчас, когда мы оказались наедине в комнате, я чувствовала себя так, словно угодила в паутину паука и теперь жалобно трепыхаюсь, глядя на то, как хищник никуда не спеша приближается ко мне. - Ты выспалась?


- Нет, - честно ответила я. Как он и предсказывал: стоило мне задремать, как я оказывалась среди грешников в булькающей лаве, в другой раз на меня набросился ужасный монстр, в третий раз моё тело разрубали на тысячи кусков мечами. Стоило мне успокоиться и попытаться всё же поспать, как я снова и снова погружалась в кошмары, просыпаясь и наверняка крича при этом. Ужасное ощущение, словно я взаправду пережила всё это за короткие, как казалось, секунды.


- Я тоже не выспался, - Баал снова начал что-то писать на пергаменте, а когда закончил, просто щёлкнул пальцами, и его советник, появившись из воздуха, тут же забрал документ. - Что ж, ты всё решила для себя? Остаешься тут? - последние два слова он произнёс таким тоном, что я чётко слышала его нежелание видеть меня чаще, чем раз в сутки, и то пересекаясь за ужином. - У нас, правда, нет садов и прочих столичных прелестей, но за стенами царит вполне себе живая, хоть и не совсем здоровая, атмосфера. Можно совершать недолгие прогулки, если погода соблаговолит.


- Всё же хотелось бы посмотреть на то, где и как жил Набериус. Я много о нём слышала и надеюсь, что найду там ответы на некоторые свои вопросы, - я как можно более доброжелательно улыбнулась.


- В таком случае, не смею вас больше задерживать, леди. Если хотите, я и Гласиал, - он кивнул на собаку, - составим вам дружескую компанию за поздним завтраком и расскажу, чего стоит ожидать от того места, куда вы отправляетесь. Возможно, это заставит вас передумать. С другой стороны, вы же туда не на вечное поселение едете.


Подумав всего пару секунд, я из вежливости всё же согласилась на его предложение. Баал попросил в таком случае подождать ещё пару минут, пока он закончит, после чего он действительно уделил мне столько времени, сколько нужно было для того, чтобы позавтракать вместе, поговорить и собраться в дорогу. Падший то ли старательно делал вид, что ему есть о чём разговаривать со мной, то ли всё так и было на самом деле: он достаточно красочно рассказал о том, что меня ждёт по дороге к имению, что происходит с грешными душами, и почему они не разбегаются. Земли седьмого Круга, со слов короля, были пропитаны таким чудовищным количеством магии, что мне было непонятно, зачем в таком случае нужны все эти дозорные, тем более я впервые за долгое время видела падших, полностью облачённых в металлические доспехи. Баал коротко, но достаточно ёмко охарактеризовал всех грешников, что были заточены в Круг, как достаточно хитрых и вёртких.


- Не вздумай пытаться им помочь, что бы они тебе ни говорили. Даже не разговаривай. Между вами уже пропасть длиной в жизнь, и скорее ты преодолеешь её, присоединившись к ним, чем наоборот, - посоветовал мне падший, провожая к выходу из замка, где меня ждала незнакомая мне гхора. На мой вопрос, где та, на которой я с Фурфуром сюда приехала, Баал ответил, что меньше всего ему хочется ловить перепуганную тварь и невесту Велиала, хаотично мечущихся среди озёр лавы и топчущих самоубийц.


- Пожалей их, девочка. Им снова и снова быть разодранными собаками, а ты ещё и раздавить их хочешь, - то ли пошутил, то ли серьёзно сказал король. - Если будет желание, то заберешь свою глупую зверину на обратном пути. Толку от неё куда меньше, чем проблем, тем более ты вряд ли умеешь ездить самостоятельно.


Я пожала плечами, думая, что наверно он прав. Хотя трёхцветная мне нравилась. Серая же, которую мне дал Баал, выглядела спокойной и наученной жизнью, словно мастодонт. Казалось, что она сама за меня будет решать, как поступить в той или иной ситуации. Что ж, оно и к лучшему, потому что вопли вокруг опять меня нервировали.


- Столько охраны тебе хватит? - поинтересовался Баал, кивая на трёх падших, которые отдали ему честь, как только мы появились во дворе. - Или больше надо?


Вот тут-то я смутилась окончательно: солдаты выглядели слишком привлекательно, словно Баал специально подбирал мужчин с внешностью фотомоделей. До Велиала и уж тем более Люцифера им было далеко, но любая нормальная женщина, которая бы знала, что сегодня-завтра конец света, с превеликим удовольствием воспользовалась бы таким шансом. Видимо, я разглядывала их слишком долго и внимательно, потому что король наклонился ко мне и шёпотом предложил, если мне мало, добавить ещё столько же. Я точно чувствовала его улыбку, пусть он и не демонстрировал её на публике, и мне осталось только отрицательно замотать головой.


Кое-как забравшись на гхору и в панике пытаясь вспомнить, как ею управлять, чтобы не удариться в грязь лицом, я поблагодарила короля за гостеприимство и помощь. Баал благосклонно кивнул, тем самым отвечая, что ему не сложно. Да, уж что-что, а палки в колёса он ставит просто отлично, очень отработанным движением.


- Отвезите её в Долину, - Баал посмотрел на мою охрану. - Целой и невредимой. Пусть погостит на малой родине сколько ей будет угодно.


Старший из падших кивнул и подъехал ко мне, чтобы помочь с гхорой. Мы покинули столицу седьмого Круга ещё до того, как солнце должно было достигнуть зенита. Я старалась как можно меньше пялиться на своё сопровождение, чтобы они ничего не надумали, но ещё меньше мне хотелось смотреть по сторонам, боясь наткнуться взглядом на какого-нибудь грешника. Впрочем, я отлично ощущала на себе изучающие взгляды охранников. Особенно я интересовала того, что ехал позади.


Поднявшись на высокий холм, мы на минуту замерли, позволяя мне оценить открывающийся отсюда вид.


- Господи боже, - не смогла сдержаться я впервые за долгое время, глядя на огромный военный лагерь. Тут было, по меньшей мере, несколько сотен шатров. Шум лязгающего оружия на бесконечных тренировках, окрики командующего состава и просто общий гул едва не заглушали естественный звук Круга. Моё сопровождение посмотрело на меня так, словно я послала их Бездну. Я же пожалела, что не смогла удержать язык за зубами: теперь им точно ясно, что я человек.


- Мы стягиваем все силы сюда, чтобы при первой необходимости перекинуть их дальше, на поле боя, - объяснил мне старший, не особенно вдаваясь в подробности стратегии, которую выстраивал его король.


Мы не стали проезжать через лагерь, а въехали в лес, игнорируя необходимость хотя бы в тропе. Первое время я то и дело пыталась увернуться от веток, хлеставших по лицу, но потом мне надоело, и я не придумала ничего лучше, чем растянуться на спине гхоры и закрыться капюшоном, словно маленькая испугавшаяся монстров девочка. Надо сказать, что это было не далеко от правды: очень скоро на нашем пути появились первые самоубийцы, которым принадлежал этот лес. Точнее, часть их и была этим лесом: изуродованные человеческие тела, вросшие в деревья, изъедаемые насекомыми и небольшими летающими тварями, отчасти похожими на драконов, чья зелёно-коричневая чешуя позволяла им оставаться невидимыми, скрываясь в кронах и прижимаясь к стволам. Эти птицы разрывали кору и вырывали куски плоти из тел, крича и ругаясь между собой так, словно жертв вокруг было недостаточно много.


Я далеко не сразу поняла, что на самом деле мы ехали по старой заброшенной дороге, заросшей кустами и деревьями. Её состояние позволяло оценить, что Долину едва ли кто-то посещает после гибели маркиза.


От собственных мыслей меня отвлекли грешники, которые, завидев меня, словно в страшном сне начали тянуть ко мне руки, ветки или что-то, что едва можно было назвать тем или другим. Я испуганно озиралась по сторонам, не зная, куда деться, и моему сопровождению пришлось буквально прорубать нам путь. Боль, вызванная потерями конечностей и их подобий, породила ещё больше криков и стонов со всех сторон.


- Дерьмо, - выругался старший и поднял руку, применяя заклятие, потому что с каждой секундой окружающий нас лес всё больше напоминал кошмар: казалось, что деревья начали двигаться к нам со всех сторон, беря в кольцо. Заклятие пламени сорвалось с кожи падшего, опалив те, что были к нам ближе всех. Доли секунды замешательства позволили нам рвануть вперёд, ни щадя ни гхор, ни себя. Несмотря на то, что голова была закрыта капюшоном, я чувствовала, как ветка рассекла кожу на щеке, но это казалось сущей мелочью по сравнению с обезумевшими деревьями.


Как назло, привлечённые шумом, вокруг нас взвились летающие твари, и больше интереса они проявляли, разумеется, ко мне. Я уже сильно жалела о том, что не осталась в замке с Баалом. Действовать на нервы повелителю мух было бы куда безопаснее, чем то, во что я ввязалась сейчас. Не представляю, как Фурфур собирался миновать лес тихо и без травм, если даже с тремя падшими это кажется невыполнимой задачей. Какой-то грешник выбросил вперёд ветку так резко, что я едва не слетела с гхоры. Удар пришёлся по животу, мне пришлось закусить губу до крови, чтобы не закричать от боли, хотя сомневаюсь, что меня кто-то бы услышал.


Лес оглушал. Перед глазами всё плыло, и я уже едва понимала, куда мы едем и едем ли вообще. Перед глазами поочерёдно всплывали то ли образы, то ли действительно искажённые болью, горем и гневом гримасы грешников и то, что осталось от их тел. Они ненавидели меня, и они же тянулись ко мне, как будто я была их спасением.


Когда всё закончилось, я не сразу поняла. Почувствовала лишь то, что меня осторожно бьют по щекам, пытаясь привести в чувство. На языке был странный привкус, словно я наглоталась болотной воды. В ушах всё ещё стояли крики. Я открыла глаза, но всё ещё ничего не видела, поэтому слепо вытянула руку, которую тут же схватили и сжали.


- Надышалась что ли? - услышала я незнакомый голос.


- Придётся обратно ехать в объезд, - предложил кто-то ещё. - Сомневаюсь, что это полезно для человека.


- Человека, - хмыкнул первый. - Охренеть. Невеста Верховного правителя - человек! В жизни б не подумал, что он на такое способен.


- Эй, ты как? Видишь меня? - моё лицо зажали в ладонях, заставляя зрительно сфокусироваться хоть на чём-то, но перед глазами была лишь яркая белая пелена, а все голоса звучали, как будто собеседники находились далеко-далеко. - Ну же, девочка. Не пугай меня. Скажи что-нибудь!


Вместо ответа меня стошнило.