Бунтовский Сергей Юрьевич: другие произведения.

Геракл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Геракл. Жизнь и подвиги. Здесь в единое целое собраны мифы о полной трагедий жизни величайшего воина древности и подвигах, обессмертивших его имя.

  Жизнь и подвиги Геракла
  (глава из неопубликованной пока книги греческих мифов. Если есть желающие издать всю книгу - обращайтесь)
  
  
  Рождение героя
  Неширокая горная долина превратилась в военный лагерь. Добрая половина ровной земли уже была занята роскошными шатрами, палатками из кожаных шкур и шалашами из веток и подручных материалов, а воины все прибывали. Гордо и величаво ехали вереницы колесниц, на которых стояли в золоченых доспехах цари и полководцы и их закованные с ног до головы в бронзовые доспехи телохранители. Сотрясалась земля от уверенной поступи тяжелой пехоты, воины которой несли щиты в рост человека и длинные копья.
   Бегом передвигались отряды голоногих пращников, одетых лишь в набедренные повязки и звериные шкуры. Это были настоящие псы войны, набранные из городской бедноты. Обреченные на вечную нищету в обычной жизни, они надеялись на войне захватить достаточно трофеев, чтобы купить собственный дом и завести семью. Им нечего было терять в жизни, а потому они первыми начинали сражение, кидаясь в гущу боя.
  Вся эта рать ждала лишь прибытия вождя, который поведет их в поход. Наконец зазвучали трубы, и в долину въехала легкая колесница. Видимо, стоявший в ней воин пользовался уважением собравшихся, так как его встретил шквал приветственных криков. Широкую грудь воина прикрывал панцирь из позолоченной бронзы, длинный меч с вызолоченными ножнами висел на бедре, а одежда была выкрашена в красный цвет и расшита замысловатыми узорами. Промчавшись сквозь долину к центральному шатру, он осадил коней и легко соскочил на землю. Сняв шлем с высоким гребнем и отдав его слуге, воин отправился ко входу в шатер.
  Хотя приехавший и был молод, но все его жесты показывали, что он давно привык повелевать людьми. Причем окружающие воспринимали это как должное. Вот и сейчас, не дожидаясь приказа, два стражника кинулись поднимать полог шатра, чтобы воин мог войти.
  Внутри в это время шел военный совет, но появление нового человека прервало его. Заслуженные полководцы встали навстречу и приветствовали товарища.
  - Ну вот, все в сборе - произнес чернобородый старик в жреческом облачении. И, обведя взглядом, товарищей продолжил:
  - Вот перед алтарем Зевса стоят цари Кефал из Торика, Панопей из Фокиды, Элей из Гелоса, Креонт из Фив и Амфитрион из Тиринфа. Собрались мы сегодня, чтобы заключить нерушимый союз и покарать телебоев за их пиратство и постоянные набеги на соседей. Поклянемся, что будем действовать заодно и никто из нас не заключит мира с врагом, отдельно от остальных царей.
  Вскинув правые руки вверх, собравшиеся разом воскликнули:
  - Клянемся! Зевс этому свидетель!
  - Мы не сложим оружие и не разойдемся по домам, пока не будет повержен Птерелай, царь телебоев! - продолжил жрец, и снова громогласно прозвучало:
  - Клянемся!
  При этих словах подвели слуги к походному алтарю барана, которому жрец одним движением перерезал горло. Полилась горячая кровь на алтарь, и, внимательно посмотрев на конвульсии животного, жрец произнес:
  - Отец богов принял жертву и обещает нам успех! Пора выступать в поход!
  Стали цари расходиться по своим отрядам, но прежде чем все покинули шатер, слово взял воин, приехавший последним:
  - Я, Амфитрион сын Алкея, внук Персея и потомок Зевса, клянусь, что не прикоснусь к своей жене до тех пор, пока мы не одержим победу!
  Восславили молодого царя все, услышавшие эту клятву, поняв, что не остановится на полпути сын Алкея.
  Тот же горел желанием сражаться и совершать подвиги, чтобы забыли люди о его позоре, невольном убийстве родного дяди. На охоте, приняв родича за зверя, поразил он брата своего отца, за что был изгнан из родного Тиринфа. Теперь, живя почетным гостем в Фивах, хотел Амфитрион ратными достижениями восстановить свою честь
  
  ***
  Быстрыми переходами, практически не давая отдыха людям и животным, вели свои войска цари к столице врага, городу Тафос. Надеялись они внезапно появиться под его стенами и лихой атакой захватить укрепления прежде, чем смогут телебои собрать свои силы.
  И вот на рассвете дошла армия пяти царей до последнего горного хребта, отделявшего ее от Тафоса. С большими предосторожностями, стараясь быть незаметными, стали переходить его воины. Сначала прошла легковооруженная пехота, потом спешившаяся знать и, наконец, осторожно на руках начали перетаскивать колесницы. По ту сторону хребта прятались они в густом лесу, откуда наблюдали за мирной жизнью телебоев. Сразу за лесом лежали пашни и пастбища, стояли одинокие строения. Чуть дальше начинались предместья города, застроенные одноэтажными домиками, и еще дальше возвышались сложенные из каменных блоков стены городской цитадели.
  Хотели цари собрать в ударный кулак всех воинов, и только потом атаковать, но не вышло. Еще до того как сосредоточились войска, были они обнаружены местными пастухами.
  Подняли те тревогу, зажглись сигнальные огни, зазвучал тревожный набат. Поняв, что план провалился, повел Амфитрион в атаку тех, кто уже перешел через горы. С громкими криками побежали нападавшие к Тафосу. Заметив угрозу, жители предместья спешно бросали дома и спешили под защиту крепостных стен. Несли они в руках детей и самые ценные вещи, гнали перед собой скот...
  Вырвались вперед легковооруженные воины, домчались до предместья, когда из него еще выходили последние жители. Заплясал веселый огонь по крышам и стенам, зазвучали крики боли и торжества. Полилась первая кровь. Не слушая команд старших, рассыпались нападавшие по дворам и домам, грабя все, что попадалось под руку. Эта отсрочка позволила жителям убежать достаточно далеко, прежде чем со своей гвардией в предместье вошел Амфитрион. Царские приближенные бранью и ударами кулаков быстро восстановили порядок и погнали легкую пехоту вперед - преследовать убегающих телебоев.
  Сам же Амфитрион остался на месте и стал строить своих воинов в боевые порядки, ожидая, когда подойдут дружины остальных царей.
  Высокие ворота Тафоса распахнулись, выпуская колесницы, которые сразу же ушли в сторону и по большой дуге стали огибать беглецов и преследователей. Первым мчался сам владыка Тафоса, храбрый царь Птерелай.
  Увлеченные преследованием "волки войны" поздно заметили угрозу. Хотя, если бы они и сразу увидели колесницы, то ничего не смогли бы сделать - слишком уж уступали они закованным в броню профессионалам, мчащимся на колесницах. Те же, не снижая скорости, врезались во фланг легкой пехоты. Страшен был этот удар. Кони сбивали людей с ног и растаптывали, колеса переезжали упавших людей, ломая ребра и круша черепа, а колесничные бойцы без устали разили врагов копьями. В панике разбегались пехотинцы, бросая оружие и стремясь лишь спастись бегством.
  Однако, истребляя передовой отряд врагов, воины Тафоса потеряли скорость, которая для колесниц не менее важна, чем вооружение.
  Этим воспользовался Амфитрион, который повел в бой свою дружину. Многие телебои в толчее не смогли развернуть колесницы и были вынуждены спешиться и сражаться как пехота. Теперь бой разгорелся на равных. Закованные в броню воины азартно рубились с такими же одоспешенными противниками, и над полем стоял лязг металла, словно в гигантской кузнице.
  Однако к нападавшим непрерывно подходили подкрепления, которые сразу же бросались в бой, и вскоре дружина Тафоса вынуждена была отступать под натиском противников. Бросив колесницы, защитники города стали плечом к плечу и прикрылись щитами, создав настоящую живую стену. Медленно отходили они, отбивая атаку за атакой. Когда падал убитым один из телебоев, его соседи смыкали строй и продолжали отбиваться.
  Так шаг за шагом, обильно орошая землю кровью, отступили они к городским воротам. Убедившись, что все мирные жители укрылись за стенами, царь Птерелай дал команду своим дружинникам заходить в город, а сам остался прикрывать отступление.
  Закинув щит за спину, бился он двумя длинными мечами, не подпуская никого к себе. Немало врагов поплатилось жизнью, вступив в единоборство с царем. В конце концов, все его подданные укрылись за воротами и сами ворота были прикрыты так, чтобы только один человек мог войти.
  Пора была Птерелаю прыгнуть в ворота и захлопнуть их за собой, но он медлил. Нравился ему бой, в котором он раз за разом побеждал все новых и новых противников. Весь залитый своей и чужой кровью, в изрубленном панцире, стоял он несокрушимо, словно скала, противостоящая морской буре.
  Вот трое фиванцев, прикрывшись высокими, словно башни, щитами и выставив вперед копья, одновременно атаковали царя. Три копья уперлись ему в грудь, и всей своей массой надавили фиванцы, но выдержал царский панцирь. Сам же Птерелай ударом меча перерубил древки копий и прыгнул вперед. Одного соперника он сбил с ног ударом ноги, второму разрубил голову и третьему всадил меч в глаз. Совершив этот подвиг, запрокинул он голову и рассмеялся. Охватил ужас его врагов, и попятились они от окровавленного гиганта, но вышел вперед Амфитрион и атаковал Птерелая.
  До сих пор не было такой схватки в этот день. Оба царя отличались силой, оба были искусными воинами и до сих пор не знали поражений. Амфитрион был отдохнувшим, вдобавок у него было копье и щит, что давало ему преимущество. Однако и у его соперника было одно качество, сводившее на нет всё превосходство соперника. Приходился он внуком великому Посейдону, и одарил его дед чудесным подарком - по воле колебателя земли вырос на голове Птерелая золотой локон волос. Пока были эти волосы невредимыми, оставался бессмертным царь, какие бы страшные раны не получал.
  Начался бой. Прикрываясь щитом, атаковал Амфитрион с безопасной дистанции. Бил он копьем так, словно скорпион жалил. Быстро, сильно и внезапно. Отбивал его удары Птерелай, но сам не мог ранить противника, так как не доставал его меч до врага.
  Понимал, царь Тафоса, что если будет только обороняться, то рано или поздно допустит он ошибку и пропустит удар. Поэтому, отбив очередную атаку, бросился он вперед. Одним мечом отклонил царь вражеское копье, а вторым принялся рубить, стремясь разбить щит Амфитриона. Однако тот ударил щитом вперед. Сначала плашмя, а затем, размахнувшись, нанес удар ребром щита в голову Птерелая. От удара слетел шлем с царской головы и, звеня, покатился по земле. Потекла кровь из рассеченного виска, закружилась голова, но устоял на ногах царь, ответил он новым ударом меча, и снова закружились бойцы в смертельной схватке.
  Внимательно следили за поединком воины Амфитриона, окружившие дерущихся на земле, а со стен наблюдали за своим царем жители города, и среди них - царевна Комето, дочь Птерелая. И хоть говорил ей разум, что должна она переживать за отца, но в сердце не желала она ему победы. Зато на красавца Амфитриона она смотрела во все глаза.
  Между тем сумел правитель перерубить копье врага, и теперь они рубились на мечах. Уже несколько раз они доставали друг друга клинками, но пока дело ограничивалось лишь неопасными царапинами.
  Вдруг сумел обмануть противника Амфитрион и глубоко вонзил меч в бок противника, и рухнул царь. Застонали горожане, и уже начал торжествовать сын Алкея, но встал на ноги внук Посейдона.
  - Больно, хоть и не смертельно, - прокомментировал он удачный удар врага и снова вступил в бой. Однако раны и усталость давали о себе знать. Понял Птерелай, что не сможет победить и, выбрав момент, забежал в ворота, которые сразу же захлопнулись за ним.
  К этому моменту вся армия пяти царей наконец-то собралась под городской стеной. Воодушевленные успешным началом похода, кинулись воины на штурм. Подсаживая друг друга, пытались они залезть на стены, но смертоносным дождем летели сверху камни и стрелы, отправлявшие в Аид смельчаков. Поняли полководцы, что с налета город взять не удастся, и приказали отойти и разбить лагерь, чтобы можно было передохнуть и подготовиться к новому бою.
  Так началась осада города. Несколько раз армия пяти царей шла на приступ, но каждый раз откатывалась, оставляя тела убитых под стенами.
  В остальные дни тянулись скучные фронтовые будни, состоящие из дежурств и тренировок. Отдельные отряды рассыпались по стране, сжигая деревни и захватывая все ценное. В ответ Птерелай устраивал вылазки, внезапно нападая на лагерь осаждающих и стремительно отступая.
  Ситуация сложилась патовая, пришельцы не могли захватить город, а телебои не могли разгромить захватчиков. Оставалось только ждать, когда у одного из противников закончатся припасы, и он сдастся.
  При этом в городе было собрано достаточно еды, чтобы продержаться достаточно долго, а вот пяти царям становилось все сложнее кормить своих людей. В лагере осаждающих началось уныние. Уже говорили робкие, что довольно нести тяжести бесплодной войны, пора возвращаться по домам. И тут пришел на помощь царям счастливый случай.
  Дочь Птерелая Комето, наблюдая со стен за красавцем Амфитрионом, влюбилась в молодого героя. Посчитала она, что если поможет нападающим, то в благодарность возьмет ее сын Алкея в жены. Отчего она так решила, невозможно узнать, но твердо верила Комето в свои фантазии. Поэтому тайно срезала девушка у отца волшебные волосы, и стал смертным могучий Птерелай. Знала она, что если падет город, будут все его жители обречены на смерть или рабство, но это не остановило девушку.
  Совершив свое злодейство, послала она слугу к Амфитриону, зовя его на штурм.
  Тот, не долго думая, собрал армию и объявил, что сегодня будет последний штурм. Продовольствия в лагере не осталось, и если не захватить город, ждет всех голодная смерть. Потому он лично убьет тех, кто отступит от стен. Воодушевив воинов такой речью, повел он своих людей в бой.
  По широким осадным лестницам лезли одни на стены, другие, используя срубленную ель как таран, стремились выбить городские ворота, третьи осыпали защитников города стрелами и дротиками. Сам Амфитрион первым ворвался на стену, зарубив двух горожан. На узкой вершине стены сошлись они в бою с Птерелаем, который по-прежнему стремился быть в гуще сражения. Благоволила сыну Алкея в тот день богиня удачи, смог он сразить насмерть врага.
  Потрясенные смертью своего владыки, смешались горожане, и не смогли удержать вал захватчиков. Вскоре город был в руках завоевателей. Начался грабеж и дележ трофеев. Все жители вместе с их имуществом были поделены между пятью царями и их дружинниками. В это время объявила Комето Амфитриону, что это благодаря ей был захвачен город, и рассказала, как все было. Однако вместо благодарности ждала ее смертная казнь за отцеубийство. Так решил Амфитрион, возмущенный преступлением Комето, и никто из победителей не вступился за глупую девушку.
  
  ***
  Пока победители делили трофеи, сошел на Землю сам владыка богов.
  Все знают о любвеобильности громовержца. Немало богинь любил Зевс за свою долгую жизнь, познал он и многих земных женщин, но в этот раз шел он к смертной совсем не только из-за ее красоты. Предвидел он, что от его союза с Алкменой родится великий герой, который истребит чудовищ на земле и поможет богам в их борьбе с гигантами.
  Знал отец богов целомудрие своей правнучки и понимал, что не изменит она мужу даже с богом. Потому и пошел он на хитрость. Принял он образ Амфитриона и въехал на колеснице в семивратные Фивы. Никто не заподозрил обмана, так как уже известил горожан гонец о победе и предстоящем возвращении армии. Лже-Амфитрион же со всеми подробностями рассказывал о боях под Тафосом, хвалил подвиги отличившихся воинов их родным, так что все были уверены, что это настоящий царь. Не увидела подмены и царица Алкмена, которая разделила ложе с мнимым супругом.
  Три ночи входил Зевс под видом царя в покои царицы и исчез утром четвертого дня, вернувшись на Олимп. В тот же миг в город вернулся Амфитрион. Примчался он первым из своего войска и сразу отправился к жене, ожидая увидеть ее бурную радость. Однако встретила женщина мужа спокойно, будто не пропадал он несколько месяцев в чужих землях.
  Удивился такой встрече царь и спросил о причине холодности Алкмены. Теперь пришло время удивляться царице, так как не поняла она мужа.
  - Почему ты ведешь себя, будто только вернулся? Зачем ты снова облачился в дорожный плащ и почему слуги до сих пор его не вычистили? - обратилась она к супругу, увидев запыленную дорожную одежду на плечах Амфитриона.
  Позвала она служанку и отчитала ту, что уже три дня царская одежда не приведена в должный вид.
  - Прости государыня, но в тот же день, как вернулся господин, вся его одежда была вычищена и развешена в его покоях. Так что не изволь гневаться! - возразила она.
  Тут уж не выдержал Амфитрион, спросив служанку:
  - И когда же это ты чистила мой плащ?
  - Вечером третьего дня, когда в малом зале рассказывали вы о подвигах фиванцев, - ничуть не смутившись, ответила та.
  Посчитал царь, что его разыгрывают, но так искренне говорили женщины, что он заколебался. Тогда вышел он во двор и спросил первого проходившего мимо слугу, видел ли уже тот своего повелителя после возвращения.
  - Да, государь, вчера вечером я нес перед вами светильник, когда шли вы в опочивальню! - ответил парень.
  Спрашивал Амфитрион и других фиванцев, и все они подтвердили, что вот уже четвертый день идет с его возвращения.
  - Кто-то явно сошел с ума, - подумал царь, - Но я-то в трезвом рассудке? Хотя и целый город не мог впасть в безумие?
  Желая разобраться, послал он за слепым прорицателем Тиресием. Наконец пришел тот, и услышав вопрос, ответил:
  - Радуйся царь! Сам Зевс в твоем обличье вошел в этот дом! Потому родит твоя жена сына, который превзойдет всех живущих под небесами силой и славой!
  Обрадовался Амфитрион, что разрешилась ситуация и не помрачен его разум. В честь этого принес он богам благодарственные жертвы. Что же касается Зевса, то не оскорбился он обманом бога. Наоборот, посчитал это великой честью, и такого же мнения придерживались все фиванцы.
  Вскоре стало видно, что Алкмена действительно забеременела, и окруженная всеобщим вниманием женщина стала готовиться родить первенца.
  Когда подошел срок, объявил Зевс на Олимпе, что рожденного сегодня потомка Персея он сделает могущественнейшим из земных царей. Коварная Гера, оскорбленная очередной изменой мужа, поинтересовалась, клянется ли в этом громовержец. Тот, не поняв коварства, произнес священную клятву. И тогда вмешалась Гера в естественный ход вещей.
  Послала она свою дочь Эйлитию и Мойр задержать роды у Алкмены, а сама ускорила рождение сына у Никиппы, жены микенского царя Сфенела, сына Персея. В результате родился первым среди потомков Персея сын Сфенела - семимесячный младенец, которого назвали Еврисфеем. Верный своей клятве, Зевс был вынужден именно его, а не сына Алкмены, сделать царем людей.
  В Фивах же ставшие невидимыми Мойры и Эйлития сели у дверей Алкмены, скрестив на груди крепко сжатые руки. Тем самым они не давали роженице разродиться. Поэтому длились муки Алкмены несколько дней, и никто не мог понять, отчего так происходит. Лишь подруга царицы по имени Галинтиада смогла увидеть бессмертных. Боясь, что не выдержит боли Алкмена, пошла ее подруга на хитрость. Вышла она и объявила небожительницам, что напрасно они стараются, ведь только вмешался в ситуацию сам Зевс, и по воле бога ребенок уже родился. Мойры же за свое противодействие желаниям громовержца будут наказаны. Испуганные богини опустили руки, и в этот миг родила Алкмена двоих сыновей. Через мгновение увидели Мойры обман, но уже ничего не могли сделать. В отместку превратили они Галинтиаду в ласку - животное, которое славится хитростью. Впоследствии пожалела ее богиня Геката и сделала своей жрицей. Геракл же, повзрослев, в память о спасительнице построил храм.
  Рожденных Алкменой мальчиков-близнецов назвали Ификлом и Алкидом. Один из них был сыном Зевса, второй - Амфитриона, но никто пока еще не знал, кто чей отпрыск.
  Когда исполнилось детям восемь месяцев, решила Гера погубить сына Зевса и послала к детской колыбели двух змей. Однако малыш Алкид поднялся с ложа и, схватив обоих гадов, задушил их голыми руками. Так стало понятно, кто из братьев полубог.
  В отместку за хитрость Геры решил наказать ее Зевс. Поэтому Афина научила Алкмену оставить Алкида одного на поле, а сама, гуляя с Герой, как бы случайно нашла младенца.
  Взяла Паллада ребенка на руки и, повернувшись к мачехе, произнесла:
  - Смотри, какой хорошенький? Наверное, его забыла какая-то глупая крестьянка, когда работала здесь утром.
  На руках богини ребенок заплакал, и Афина продолжила:
  - Он, наверное, голодный? Надо его покормить!
  - С каких пор тебя стали волновать смертные? - откликнулась Гера.
  - Они усердно возносят нам жертвы, так что стоит хотя бы периодически снисходить к их проблемам. Тем более, что нам не затруднительно помочь им. Тебе ведь не составит труда накормить эту малютку? - с нарочитой простотой спросила богиня.
  Естественно, не могла Гера ответить отказом, ведь это означало бы, что есть что-то невозможное для нее.
  - Разумеется, я, в отличие от тебя, могу накормить младенца, хотя не вижу в этом смысла, - парировала царица богов. - Впрочем, давай его сюда, совершим маленькое чудо и приложим его к божественной груди!
  И действительно, взяв ребенка на руки, приложила Гера его к своей груди. Алкид сразу же принялся сосать молоко, впитывая вместе с ним божественную силу. Так, не зная, кому помогает, дала Гера и без того сильному ребенку дополнительную мощь. Однако вскоре почувствовала что-то неладное богиня. Ребенок был гораздо сильнее, чем ему положено было быть. Теперь только внимательно посмотрела она на мальчика. Не могут бессмертные скрывать друг от друга свою истинную сущность: разглядела Гера в малыше кровь своего мужа. Поняла, что обманула ее Афина и, отбросив Алкида, умчалась на Олимп. А дочь Зевса взяла своего сводного брата и отнесла в Фивы, вернув матери. С тех пор стали звать Алкида Гераклом, что значит "прославленный Герой".
  Шли годы и росли братья. Не делал Амфитрион различия между Ификлом и Гераклом и одинаково любил обоих. Нашел он для них учителей, каких ни у кого из смертных еще не было.
  Владению мечом обучал мальчиков прославленный спартанец Кастор, который считался сыном Зевса. Тайны борьбы открыл им сын Гермеса Автолик, а зоркоглазый внук Аполлона Эврит учил сыновей Амфитриона обращению с луком. Сам Амфитрион обучал детей езде на колеснице и искусству командовать армиями.
  Не удивительно, что уже в подростковом возрасте могли братья на равных состязаться в силе и воинской науке с закаленными ветеранами. Причем, если Ификл был просто сильным и ловким, то Геракл превосходил всех силой настолько, что никто не дерзал бороться с ним даже в шутку.
  Пению и игре на кифаре обучал Геракла Лин, брат Орфея. Был он хорошим музыкантом, но отличался резким нравом. Однажды, рассердившись на ученика, он ударил мальчика. Ситуация обыденная: многие учителя пороли нерадивых учеников, справедливо полагая, что это сделает детей более усердными. Однако Геракл не стерпел такого отношения к себе и в ответ обрушил на голову Лина свою кифару. Музыкант не сумел увернуться, и инструмент разбил ему голову. Хоть и не хотел Геракл убивать, но сила удара была такой, что не выжил учитель.
  За это происшествие был отдан молодой сын Амфитриона под суд, но выйдя перед судьями, прочитал Геракл закон Радаманта, гласивший, что тот, кто ответил ударом на несправедливый удар, не подлежит наказанию. Поэтому был юный силач оправдан.
  Однако чтобы пресечь сплетни, был вынужден Амфитрион отправить сына в свое сельское имение помогать пастухам. Тут ему пришлось столкнуться с хищником - львом, который жил на горе Киферон и регулярно нападал на пасущиеся в округе стада.
  Больше всего от клыков зверя страдали животные, принадлежавшие Амфитриону и Феспию, царю одноименного городка, расположенного рядом с Кифероном.
  Решил Геракл, что охоту стоит начинать из владений Феспия, так как они ближе всего были к львиному логову. Хозяин приветливо встретил охотника и устроил в честь него многодневный пир. Причем сделал он это не только по закону гостеприимства, но и имея хитрый план. Было у царя пятьдесят дочерей, и захотел он, чтобы родили они ему внуков, таких же сильных, как Геракл. Потому каждую ночь приходила к Гераклу одна из царских дочерей, а он, не различая их, думал, что проводит время только с одной девушкой.
  Так шло время. Днем выслеживал Геракл зверя, а ночью наслаждался. Наконец, однажды улыбнулась ему удача, и догнал он льва. Сумел он копьем поразить зверя и в доказательство победы снял с него шкуру, из которой затем сделал себе плащ.
  После этого смог он вернуться в город. В это же время пришли в Фивы послы от царя Эргина из Орхомена, который требовал дань с города. Фиванский правитель Креонт, опасаясь вступить в открытое противостояние, был готов заплатить требуемую сумму, но юный Геракл возмутился. Напал он на надменных послов и в одиночку победил их всех, после чего отрезал им носы. Естественно, это было воспринято в Орхомене как объявление войны, и на Фивы двинулась армия Эргина.
  Пока старейшины совещались, как быть, Геракл собрал вокруг себя юношей, которых убедил первыми напасть на врагов. Так как у многих из них не было своего боевого оружия, Геракл отправился по городским храмам, откуда вынес и раздал товарищам доспехи, которые их предки захватили во время прошлых войн и принесли в дар богам.
  Вооружившись, двинулся Геракл со своим небольшим отрядом навстречу врагу. Вместе с Гераклом пошел и Амфитрион, который не стал претендовать на должность командира, но в нужное время помогал сыну-командиру, давая нужные советы.
  Нашли Геракл с Амфитрионом удобное место для боя - узкую долину с крутыми стенам, где не могли враги использовать свое превосходство в численности и окружить фиванскую рать.
  И вот началось сражение. Лоб в лоб столкнулись две армии, и не тактика решали исход боя, а простая грубая сила, в которой мало кто мог сравниться с Гераклом. Шел он вперед, сокрушая врагов дубиной, а друзья прикрывали его со спины. Многих славных и заслуженных воинов убил в тот день Геракл. Пал от его руки и сам царь Эргин. После этого дрогнули и побежали орхоменцы. Так одержал Геракл свою первую победу. Однако радость от этого была омрачена смертью Амфитриона, который погиб, прикрывая сына.
  Не давая отдыха своим людям, повел Геракл свою маленькую армию прямо на вражескую столицу. Там никто не ждал нападения, и поэтому без труда ворвались фиванцы в Орхомен через открытые городские ворота. Не смогли растерявшиеся горожане оказать сопротивления и были перебиты или захвачены в плен.
  Чтобы почтить душу своего земного отца, решил Геракл вместо обычных быков принести в жертву целый город. Поэтому превратил он захваченный город в погребальный костер для отца. Гигантское пламя, пожиравшее дома, утварь и домашний скот поднялось до облаков, а когда догорел огонь, сровнял Геракл уцелевшие руины с землей.
  Было ему в это время восемнадцать лет.
  Восхищенный действиями Геракла царь Креонт отдал ему в жены свою дочь Мегару и официально назначил зятя своим наследником.
  
  ***
  Увидев подвиги Геракла, напомнила Гера Зевсу о его опрометчивой клятве. Теперь должен был владыка богов подчинить Еврисфею всех греческих царей и героев, включая Геракла. Согласился громовержец, единственное условие, которое при этом он выдвинул - Геракл выйдет из-под власти Еврисфея как только выполнит 10 приказов царя, если же царь не будет отдавать приказы, то освободится герой через 12 лет.
  Зная об этом, прислал микенский царь приказ Гераклу явиться к нему на службу. Отказался слушать приказы родича герой, и тогда сам Зевс приказал ему подчиниться. Озадаченный этим Геракл отправился в Дельфы, где в святилище Аполлона оракул объяснил, что боги велят ему двенадцать лет служить Еврисфею и совершить по его приказу десять подвигов, после чего он получит свободу и бессмертие.
  Услышав, что ему все-таки придется служить микенскому царю, которого презирал за слабость и трусость, Геракл впал в депрессию. Стал он топить печаль в вине и, воспользовавшись этой слабостью героя, решила Гера его погубить. Наслала она на него безумие. Потерял герой рассудок.
  Вот в кровавом тумане почудилось ему, что окружили его враги. Разве боялся боя Геракл? Схватив лук, начал Геракл посылать смертоносные стрелы, а когда опустел колчан, бросился он в сечу с дубиной. Кажется ему, что крушит он черепа врагов на бранном поле, но гуляет его дубина по каменным статуям и живым слугам в собственном доме. Не понимая, что творит, ворвался Геракл в детскую комнату и убил детей, которых родила ему Мегара.
  После этого преступления отозвала Гера безумие, и осознал герой что натворил. Как зверь, взвыл он и много дней провел, запершись в своих покоях. Никого не хотел он видеть, но со временем немного утихла душевная боль, и понял Геракл, что должен он искупить совершенное кровопролитие смирением и трудами на благо всех людей. Поэтому отправился он к Еврисфею.
  Велика была слава Геракла, так что несказанно обрадовался Еврисфей, когда пришел к нему на службу сын Зевса. Однако, вскоре убедившись, насколько превосходит его полубог, стал опасаться царь, что однажды захочет Геракл захватить трон. Зависть и страх поселились в сердце владыки, и решил он погубить возможного конкурента. Для этого стал он выдумывать опасные задания, выполняя которые сложил бы Геракл свою голову.
  И вот прозвучал в тронном зале первый приказ Еврисфея - убить льва, который опустошает область Немеи.
  - Хорошо. Давно я не охотился, - ответил Геракл, - Жди царь, скоро я принесу его шкуру.
  Не ожидал герой сложностей при выполнении этого задания. Уже убивал он львов, да и другие воины на охотах сталкивались с этими хищниками и выходили победителями.
  Однако в этот раз все было иначе. Зверь, поселившийся в Немее, только своим видом напоминал царя зверей. На самом деле был он порождением змеедевы Ехидны и приходился внуком Тифону-зевсоборцу. Текла в его венах кровь древних титанов, и оттого был он наделен небывалой силой, а его шкура была неуязвимой для любого оружия. Ненавидел он богов, лишивших его предков власти над миром, но не мог в одиночку бросить вызов олимпийцам. Поэтому срывал он свою злость на тех, с кем мог справиться, и убивал людей, которые чтили богов.
  Все это рассказал Гераклу пастух по имени Малорк, живший в Клеонах между Коринфом и Аргосом. Недавно лев убил сына Малорка, и поэтому он был рад рассказать охотнику все, что знал о звере.
  Он даже хотел принести в жертву барана, чтобы боги помогли Гераклу в его деле, однако герой остановил его, сказав:
   - Подожди тридцать дней. Если я благополучно вернусь, мы принесем жертву Зевсу Спасителю, а если не вернусь, принеси жертву мне, как герою!
  Переночевав в доме пастуха, отправился Геракл на поиски льва. Много дней прочесывал он лес, выискивая следы хищника, пока, наконец, не нашел зверя. Тот только что пообедал оленем и, довольный собой, возвращался в логово.
  Если слухи и преувеличивали размер льва, то совсем ненамного. Это действительно был гигантский зверь, весом и ростом не уступавший доброму быку. Однако это не испугало Геракла. Он сразу схватился за лук и стал осыпать зверя стрелами. Только вот ни одна стрела не смогла пробить львиную шкуру. Лениво обернувшись, зверь оглядел врага и не спеша двинулся навстречу Гераклу. Пока он дошел, воин успел опустошить колчан, но даже не ранил зверя. Тогда сын Зевса взялся за копье и нанес удар в сердце зверя. Удар был страшен, но и копьем не смог Геракл пробить шкуру царя зверей, а вот древко не выдержало и треснуло. В ответ лев прыгнул, стремясь вонзить свои клыки в охотника, но сумел уклониться Геракл. Начался бой. Стремился зверь схватить врага зубами или ударить когтистой лапой, а герой уклонялся и бил копьем. Когда сломалось копье, пришел черед меча, но и это оружие было бессильно перед львиной шкурой.
  Наконец прибег Геракл к самому простому оружию - дубине. В очередной раз увернувшись от когтей, обрушил он палицу на голову зверя. Удар мог бы расколоть скалу, но лев лишь присел на задние лапы и в недоумении затряс головой. Впервые за жизнь встретил хищник того, кто смог дать ему отпор. Было это непривычно и непонятно. И решил лев, что не стоит продолжать бой. Развернувшись, он сделал несколько прыжков и исчез из виду.
  Геракл бросился следом и стал преследовать зверя. По следу льва дошел он до его логова. Обойдя кругом, выяснил герой, что из него есть два выхода. Поэтому завалил он один вход, а в другой смело зашел. Поняв, что чудовищу не может повредить никакое оружие, решил полубог расправиться со зверем голыми руками. Сумел он схватить хищника за горло и, напрягши все силы, задушил.
  Отдохнув, перетащил он тушу убитого льва в Клеоны, где Малорк уже отчаялся дождаться героя и готовился принести ему поминальную жертву. Вместе принесли они благодарственное жертвоприношение Зевсу, а затем отнес Геракл убитого льва в Микены.
  Даже мертвый хищник вызывал такой ужас, что отныне запретил Еврисфей Гераклу вносить трофеи в город. С того дня должен был Геракл демонстрировать плоды своих подвигов у городских ворот.
  Из шкуры немейского льва Геракл решил сделать себе непробиваемые доспехи, но никак не получалось у него содрать её с туши. Наконец догадался он вместо ножа использовать львиные зубы, и дело пошло. Вскоре стала золотистая шкура немейского льва любимой одеждой героя, а гриву с головы хищника использовал он как шлем.
  Недолго думал Еврисфей над вторым заданием для Геракла. Отправил он своего грозного подчиненного убить дочь Тифона и Ехидны, носившую название Лернейская гидра.
  Это была многоголовая змея, жившая в болоте около города Лерна, который располагался на берегу моря в пяти милях от Аргоса. Некогда было это место плодородным, но после того, как поселилась тут гидра, всё живое стало гибнуть от ее ядовитого дыхания.
  В сопровождении своего племянника Иолая отправился герой на поиск чудовища. В этом нелегком деле помогла ему Афина, указавшая на логово гидры. Также подсказала богиня, что не должен Геракл залазить в нору. Поэтому обмотал воин свои стрелы соломой и пропитал смолой. Затем разжег он на берегу болота костер и стал поджигать стрелы и метать их в логово зверя. Разозленная ожогами, выползла гидра и устремилась на врага. Была она огромна, словно дерево, и покрыта чешуей, словно броней. Обвила она человека и попыталась раздавить, одновременно многочисленные головы принялись жалить Геракла. Однако не могли зубы гидры пробить шкуру немейского льва, надетую полубогом. Тот же задержал дыхание, чтобы не отравиться, и принялся рубить головы чудовищу. Однако на месте отрубленной сразу же вырастала новая. Окончилась первая схватка вничью. Отползла гидра, подняла свои головы и принялась раскачивать их, одновременно целясь для нанесения удара. Отступил немного и Геракл, чтобы перевести дух.
   Задумался герой, как можно победить такого монстра, и придумал. Позвал он Иолая и приказал подростку факелом прижигать раны гидры. Бросился в бой полубог, ногой наступил на хвост гидры, чтобы она не уползла, одной рукой схватил зверя, а другой принялся рубить головы. Теперь как только сносил Геракл голову, племянник сразу же подносил к окровавленной шее огонь. Шипела и пузырилась кровь, покрывалась рана коркой из запеченного мяса, и не могла вырасти новая голова.
  Так победил Геракл гидру. Вскрыл он ее тело и смочил наконечники своих стрел в ядовитой желчи чудовища. Отныне наносили эти стрелы смертельные раны, и не могли их исцелить даже бессмертные.
  Был это славный подвиг, но отказался Еврисфей включить его в число тех десяти, которые должен был совершить герой. "По воле богов должен ты единолично совершать тяжелые подвиги, а одолеть гидру помогал тебе Иолай. Если зачту тебе это деяние, то могут разгневаться олимпийцы!", - сказал он Гераклу. Не стал спорить герой, посчитал ниже своего достоинства вступать в пререкания.
  Недолго длился отдых полубога - не прошло и месяца, как отправил его царь на новое задание. Должен был очистить сын Зевса землю Аркадии от медноперых птиц бога Ареса. Эти крылатые убийцы были размером с журавля и по виду напоминали ибисов, только в отличие от ибисов их клюв не был загнут. Охотились они на все живое и убивали своих жертв двумя способами: или стремительно слетали с неба и наносили смертельный удар клювом, которым могли пробить даже металлический нагрудник, или кружили в воздухе и сбрасывали на жертву свои острые медные перья, которые, падая с высоты, подобно стрелам, наносили кровавые раны.
  Поселилась стая этих птиц в болоте около города Стимфал, и не стало покоя жителям.
  Нашел Геракл это болото, но не мог в него войти, так как засосала бы его трясина. В раздумье остановился герой, но снова спустилась с Олимпа мудрая Афина. Подарила она своему смертному брату выкованные Гефестом медные трещотки.
  Поднялся сын Зевса на возвышенное место и пустил в дело подарок богини. Трещотки издавали такой шум, что испуганные птицы взлетели в воздух, и тогда стал Геракл стрелять по ним из лука. Множество птиц погибло в тот день, а уцелевшие навсегда улетели из Греции.
  Следующим подвигом Геракла стала поимка Керинейской лани - любимицы богини Артемиды. Была эта лань наделена золотыми рожками и медными копытами и отличалась неутомимостью и скоростью своего бега. Вызывала она на состязание северный ветер и обгоняла его, легко уходила от охотников и мчалась быстрее стрелы по равнинам и крутым горам.
  По воле Еврисфея отправился сын Зевса на охоту. Началось соревнование скорости лани и настойчивости человека. Не мог догнать ее Геракл, но неотвратимо бежал следом. Как тень, преследовал он быстроногую любимицу Артемиды по лесным тропам и горным кручам. Кидалась лань в реки, и туда за ней бросался Геракл. День за днем, неделя за неделей длилась эта небывалая гонка. Не отставал человек от быстроногой любимицы богини.
  Миновали они обжитые земли, добежали до крайнего северного предела мира. Уже хотел схватить свою жертву герой, но увернулась она и пустилась на юг. Снова началась гонка на истощение, и никто не мог сказать, кто первым рухнет от усталости - лань или человек.
  Так прошел целый год. Обогнули они всю землю и снова оказались в Аркадии. Похудел Геракл, потемнела от солнца и ветра его кожа, и черные круги легли под его глазами, развалились его сандалии, и сбил он в кровь ноги, но вела его вперед неукротимая воля. Гнал он золоторогую лань с неотвратимостью рока, и стала уставать беглянка. Без еды ослабли ее ноги, опали бока, сбился в клочья и запачкался некогда роскошный мех, и стала она похожа на тень себя прежней.
  Теперь, измотав лань, решился Геракл прибегнуть к помощи лука. Просвистела стрела, и не смогла золоторогая увернуться, как раньше бывало. Раненную в ногу беглянку настиг герой и, связав, взвалил на плечи. Отправился уставший сын Зевса с добычей в Микены, но вышла из лесной чащи девушка небывалой красоты и загородила собой тропу. Одетая лишь в легкую охотничью накидку, она держала в руках лук, и не было ни капли страха в ее глазах.
  Долго смотрели друг другу в глаза Геракл и незнакомка, и наконец она произнесла:
  - Зачем ты обидел мою любимицу? Разве не понимаешь, что этим ты оскорбил меня? Неужели не боишься моей мести?
  Понял герой, кто перед ним. Склонил голову в приветствии и ответил:
  - Всегда чтил я бессмертных и не желал нанести тебе обиды, гордая дочь Латоны. Не ради удовольствия вышел я на охоту. Выполняя волю нашего общего отца, служу я Еврисфею, и по его приказу поймана лань. Не могу я ее отпустить, даже если придется пойти против тебя. Если же суждено нам сразиться, то не по моей вине это произойдет.
  Поняла богиня правоту Геракла и простила его.
  Вернулся Геракл с золоторогой пленницей в Микены, где уже и не ожидали его увидеть живым. Снова стал служить герой в дружине Еврисфея.
   Следующий раз отправил царь Геракла на охоту за Эриманфским вепрем - огромным кабаном, жившим на горе Эриманфе и опустошавшем окрестности города Псофиды в Аркадии. Как и в случае с ланью, должен был герой доставить в Микены живого зверя, что делало подвиг весьма сложным. Ведь если бы Геракл убил вепря, подвиг не был бы зачтен.
  Однако сложность задания не смутила героя и, вооружившись, отправился он в путь.
  Пролегала дорога через земли кентавров, и в один из дней встретил Геракл одного из этих разумных полулюдей-полуконей. Слово за слово началась беседа. Каждому интересно было узнать новости, и вскоре кентавр, которого звали Фолом, пригласил Геракла в гости.
  Тем более, что был повод. Некогда бог виноделия Дионис оставил кентаврам пифос со своим первым вином и велел открыть его лишь тогда, когда встретят они его родича. Поскольку приходился Геракл сводным братом Дионису, решил Фол, что настало время испробовать чудесный напиток.
  Был вскрыт пифос, и полетел над горой манящий аромат. Почуяв его, встрепенулись все окрестные кентавры. Пьянил их запах вина, разжигал жажду, и отправились они к Фолу с требованием отдать им напиток.
  Шумной толпой ввалились они в пещеру, где с чашами в руках пировали Геракл и Фол. Веди они себя спокойнее, достался бы и им дар Диониса, но не могли сдерживать себя буйные кентавры. Не приветствовали они гостя, не почтили хозяина, а сразу стали требовать своей доли. Возмутился этим Геракл, привык он укрощать буйных и своевольных противников и на этот раз не побоялся потребовать от вторгшихся убраться подобру-поздорову.
  Теперь уже рассвирепели кентавры.
  - Кто этот человек, чтобы указывать нам, потомкам титанов, что делать? - вскричал один.
  - Схватим за руки и ноги и выкинем дерзкого чужака вон, - предложил другой.
  Спокойно встал Геракл во весь рост, накинул львиную шкуру и ответил:
  - Отступите, полукони, иначе не пощажу никого!
  Рассмеялись в ответ кентавры. Не увидели они угрозы в человеке. Хоть и высок Геракл, но они выше. Привыкли они, что никто с их силой не мог справиться, и поэтому напали на героя. Только не вышло у них легкой победы. Кулаками и ногами вытолкал Геракл их из пещеры, а потом схватил дубину, и начался настоящий бой. Вооружившиеся вырванными деревьями и обломками скал, налетали кентавры на человека, но каждый раз отступали, изведав его палицы. Отогнал или убил Геракл самых яростных, и больше никто не рисковал схватиться с ним врукопашную. Отступили кентавры и стали метать в героя камни, он же взялся за лук. Полетели смертоносные отравленные стрелы, и один за другим падали кентавры. Смертельный яд гидры в мгновение убивал сильнейших из них, и даже маленькая ранка становилась смертельной. В панике бросились бежать кентавры, а вошедший в раж Геракл кинулся их преследовать. Одного за другим убивал он их, пока не пресытился кровью.
  Весь цвет этого буйного племени пал в тот день. Обагрили скалы своей кровью могучие кентавры Дафнис, Аргий, Амфион, Гиппотион, Орей, Исопл, Меланхет, Ферей, Дупон и Фрикс, имена которых наводили страх на лапифов. Погибли и многие другие, чьи имена уже никто не узнает.
  Устлали они своими телами горные тропы, запрудили ручьи, а Геракл с радостным кличем мчался следом, добивая уцелевших. Ударило ему в голову вино, помутило разум и, позабыв о жалости, продолжал он кровавую бойню. Преследуя беглецов, дошел он до горы Малеи, где жил бессмертный кентавр Хирон, сын Крона, учитель и врач. Молили своего бессмертного собрата о спасении кентавры, и бесстрашно вышел сын Крона навстречу Гераклу. За свою долгую жизнь познал мудрый Хирон все тайны бытия, приходили к нему в ученики дети царей и титанов, и не было никого под небесами, кто дерзнул бы поднять руку на древнего Хирона. Вот и не боялся он. Хотел мудрым словом остановить истребление своего племени, и будь Геракл трезв, удалась бы эта затея. Тем более, что были знакомы Геракл и Хирон, но опьяненный вином и битвой, не узнал полубог знакомого, не услышал его слова. Расстрелял двух стоявших рядом с Хироном кентавров и дальше побежал охотиться.
  Бросился к упавшим Хирон, хотел помочь. Никто не мог с ним во врачебном искусстве сравниться. Бывало, поднимал он на ноги даже тех, за кем уже пришел бог смерти Танатос, бывало, излечивал страшные раны так, что даже шрамов не оставалось. Но не так было в этот раз. Все его мастерство было бессильно перед ядом, которым были пропитаны наконечники стрел.
  Вынул сын Крона стрелы из тел погибших и принялся рассматривать их. Вдруг выскользнула одна стрела из руки кентавра и, падая, оцарапала ему ногу. Сразу же закипела в ранке черная пена, вгрызся яд в бессмертное тело. Понял Хирон, что обречен на муку страшнее смерти. Любую земную болезнь мог он вылечить, но родилась гидра за краем земли, в скалах над Тартаром, куда никогда не падают лучи солнца. Мертвой водой была она омыта, и лютой ненавистью питала её мать. Не от этого мира был её яд, и бессильны перед ним были и боги и титаны.
  На вечную муку оказался обречен раненый кентавр. Боролось его бессмертное тело с ядом, но не могло победить. Поэтому, словно в огне, горела нога, кипел яд, пожирая плоть. Он, бывший древнее Зевса, сильнее Посейдона и мудрее Афины, неотвратимо превращался в бессильного инвалида. Ни на мгновение не отпускала кентавра боль такой силы, что гасло временами пламя разума в голове Хирона.
  Так невольно стал Геракл палачом для мудрого кентавра. Но не только. Когда протрезвел герой, увидел он, что в помрачении битвы убил еще и гостеприимного Фола. Похоронил его Геракл под горой, которую в честь покойного назвал Фолоей, и отправился дальше.
  Нашел он вепря, громкими криками напугал его и погнал на вечно занесенную снегом горную вершину. Там загнал он зверя в сугроб, из которого тот не мог вылезти, потом запрыгнул на кабанью спину и связал свою жертву.
  Так выполнил он приказ Еврисфея. Отнес он живого вепря в Микены, и когда увидел его царь, то в страхе забился в медную бочку.
  В это время Хирон, страдавший от неизлечимой раны, принял свое последнее решение. Не желая превращаться в вечного мученика, не желая, чтобы боль заглушила его разум, решил он расстаться со своим бессмертием. Разделил кентавр свою силу надвое и одну часть передал Асклепию, а вторую - Прометею. Укрепил он этим двух титанов, которых уважал за благородство, человеколюбие и высокие помыслы. После этого расстался дух Хирона с телом и сошел в Аид.
  
  ***
   Посылал Еврисфей Геракла на опасные задания, втайне надеясь, что погибнет герой, однако выходило наоборот - неизменно возвращался сын Зевса с победой, и росла его слава. Царя же за глаза стали называть трусом. Поэтому микенский правитель решил сделать неприятность своему слуге. Придумал такое задание, чтоб оскорбился Геракл: послал его чистить конюшни своего родича, царя Авгия из Элиды.
  Обладал тот огромными стадами скота, для которых были выстроены гигантские конюшни. Однако получилось так, что после очередной войны стало у Авгия так мало слуг, что не могли они управиться с конями и быками. В результате в конюшнях и овчарнях скопилось столько навоза, что с трудом передвигались животные. А зловоние от этих гор навоза распространялось на многие километры вокруг, став причиной болезней жителей соседних сел.
  Отправился Геракл к Авгию. Обошел он его владения, внимательно осмотрел окрестности и понял, что должен делать. Затем встретился герой с Авгием и сообщил царю, что за один день сможет очистить все конюшни, если за это отдаст ему Авгий десятую часть своих животных.
  Посчитал царь, что пришелец просто бахвалится, и согласился. Не думал он, что кто-то в одиночку способен совершить такое дело. Геракл же с утра принялся за работу. В двух местах проломил он каменную ограду скотного двора, а потом отправился к ближайшим рекам Алфею и Пенею. Запрудил он их так, чтобы повернулись их русла к царским владениям. Устремилась вода на скотный двор. Стремительный поток речной воды смыл весь навоз и унес его далеко вниз по течению. Уже к закату были чисты конюшни, амбары и овчарни, и тогда вернул Геракл воды в старое русло.
  Так выполнил он очередной приказ Еврисфея, при этом даже не прикоснувшись к навозу.
  Однако отказался Авгий отдать заслуженную награду, так как всю работу вместо Геракла сделала река. Один из сыновей Авгия по имени Филей вступился за полубога и сказал, что должен тот получить свою плату. За это разгневался на него царь и выгнал из своего дома.
  Ушел Геракл из владений Авгия с пустыми руками, но не забыл он об обмане. Когда окончил он свою службу у Еврисфея, то пошел войной на Авгия и убил обманщика и всех его сыновей, кроме Филея, которого сделал царем вместо отца.
  Когда возвращался Геракл из Элиды в Микены, встретил его на дороге незнакомец.
  - Пусть легок будет твой путь, сын Алкмены! - обратился он к герою.
  - Мы знакомы? - поинтересовался Геракл.
  - Разве много в Элладе силачей, носящих львиную шкуру? Тем более, что судачат торговки на рынке о том, как обманул недавно бесчестный Авгий героя, пришедшего в наши края, - ответил мужчина. - Впрочем, позволь представиться. Я несчастный Дексамен, сын Ойкея из Олен. Беда заставила меня искать тебя, сильнейший из людей.
  - Что случилось? - полюбопытствовал Геракл.
  - Когда ты истреблял буйных кентавров, некоторые из них смогли спастись и бежать в далекие края. Один из них, безухий Евритион, пришел в нашу землю. Увидел он мою красавицу дочь и потребовал отдать ее за него замуж. Естественно, я отказался, и пришел в ярость этот демон. Убил он моих слуг, избил меня и обрушил крышу моего дома. Пообещал он, что вернется через месяц, и если не отдам я дочери, расправится он со всей моей семьей.
  Согласился Геракл помочь Дексамену и отправился с ним. В назначенный срок прискакал Евритион. Ударом копыта выбил он ворота в усадьбу и влетел во внутренний дворик. Не ожидал он встретить сопротивления, но вышел ему навстречу из дома Геракл.
  Изменилось от удивления лицо кентавра, а Геракл кинулся на него, схватил одной рукой за шею, второй - за хвост. Одним рывком поднял он кентавра над головой и со всей силы обрушил на камень. От этого удара сломался хребет Евритиона, и без труда добил его Геракл.
  После спасения девушки, Геракл вернулся к Еврисфею, и тот объявил, что не может засчитать очищение авгиевых конюшен в число десяти обязательных подвигов, так как работал герой за плату, хоть и не получил ее.
  Следующим подвигом Геракла стала поимка Критского быка. Некогда из морских волн вышел на берег Крита огромный бык с белоснежной шерстью. Повелел владыка вод Посейдон принести этого красавца в жертву, но царь Минос, слуги которого поймали зверя, ослушался бога. Оставил он этого тура себе, а на жертвеннике заколол быка из своих стад. Оскорбленный Посейдон за это наслал на быка безумие и тот, сломав ограду пастбища, убежал на свободу. Пытались пастухи изловить его, но кинулся он на них и одних затоптал, других поднял на рога. После этого стал бык опустошать остров, нападая на крестьян, разгоняя стада и вытаптывая пашни. Устраивали воины на него охоту, но каждый раз возвращались ни с чем.
  На попутном корабле прибыл Геракл на Крит и, представ перед Миносом, попросил его отдать быка.
  - Сможешь поймать и укротить, забирай на здоровье! - ответил царь и приступил герой к охоте. Отвезли критяне гостя к месту, где последний раз видели быка, и на прощание старый слуга рассказали ему все, что знал о туре:
  - Если поставить рядом с быком самого высокого воина, одетого в шлем с высоким гребнем, то и тогда будет зверь выше на целую ладонь. У него мускулистое, но стройное тело, а весит он больше чем пятнадцать мужчин. Голова его увенчана длинными острыми рогами. Увидев человека, он сразу же атакует, даже если человек и не угрожает ему. Он никогда не прячется и не устраивает засад, а нападает открыто с громким ревом. В бою он разгоняется и бежит быстро, словно хорошая лошадь, нападает бесхитростно, в лоб, надеясь лишь на свою силу.
  Потом, немного подумав, старик добавил:
  - Ты, наверное, знаешь, что лучше всех в мире умеют управляться с быками именно критяне. Наши юноши на праздниках бесстрашно выходят на состязание с самыми грозными быками, и голыми руками они срывают ленты с острых, как копья, рогов. Наши девушки танцуют среди разъяренных быков, играючи уворачиваясь от копыт и рогов. Во время жертвоприношений выпускают разъяренного быка, и несется он, словно пущенная стрела на жреца, а тот обязан перепрыгнуть через зверя. Так вот, никто из нас не смог совладать с быком Посейдона. Лишь напрасно сложили головы самые храбрые критяне. Поэтому, пока не поздно, откажись от своей затеи. Никто не осудит тебя и не назовет трусом.
  Улыбнулся в ответ Геракл и ответил:
  - Много раз приходилось мне делать то, что другим казалось непосильным. Вы противопоставляли силе быка ловкость, я же отвечу на силу силой. Думаю, что не испытывал еще ваш бык руки, равной моей.
  Как на самоубийцу, смотрели критяне на героя, но он спокойно двинулся вперед. По следам разрушений быстро выследил он тура.
  Когда бык заметил человека, он опустил голову и побежал на Геракла. Когда казалось, что вот-вот пронзят рога героя, чуть уклонился сын Зевса. Просвистели рога мимо, а Геракл со всей силы ударил быка кулаком в нос. От боли и неожиданности пал бык на колени, а Геракл схватил его за рога и пригнул огромную голову до земли.
  Много раз пытался бык подняться, но каждый раз удерживал его Геракл. Долго так боролись человек и зверь. Все поле вспахали они ногами и копытами, и утомился бык. Признал он силу героя и подчинился. Так был укрощен могучий зверь.
  Верхом на быке переплыл герой море и привел свою добычу под стены Микен. Увидел его Еврисфей и побоялся оставлять у себя. Поэтому отпустил Геракл критского быка на волю, и долго бродил потом тот по Элладе, нагоняя страх на встречных.
  
  ***
  На границе известного грекам мира жило воинственное племя амазонок - женщин, которые вели мужской образ жизни. Как говорят, среди их народа не было мужчин, и поэтому искали они себе мужей среди соседей. Но как только исполнял супруг свой долг и рождался ребенок, выгоняли его амазонки из своих владений. Причем если младенец был мужского пола, то его забирал с собой отец. Если же рождалась девочка, то воспитывали ее амазонки, уча воевать и охотиться. Чтобы лучше обращаться с оружием, сдавливали они с детства свою правую грудь так, что та не росла.
  Когда правила амазонками царица Отрера, построила она храм в честь бога войны Ареса и богини охоты Артемиды. За это наградил ее Арес дочерью Ипполитой, которая впоследствии унаследовала трон, и подарил драгоценный пояс.
  Дочь Еврисфея Адмета однажды услышала о поясе Ареса и захотела сама обладать им. Поэтому послал царь Геракла, чтобы привез он в Микены это украшение.
  Во главе отряда испытанных воинов отплыл герой к владениям амазонок, которые располагались на берегах реки Термодонта на юго-восточном берегу Черного моря.
  Было это путешествие долгим и опасным. Не раз попадал корабль в шторм, и тогда, как щепку кидало его по волнам. Приходилось путникам мокнуть под ливнями и обгорать под солнцем. Когда причалили воины к острову Парос, приняли их местные жители за пиратов и напали на корабль Геракла. Не успев схватиться за оружие, погибли двое спутников героя, но не даром взял он с собой в поход лучших воинов. Схватив копья и щиты, кинулись микенцы в бой и быстро обратили местных жителей в бегство. Укрылись паросцы за стенами своего города. Не желая напрасно терять людей во время штурма, приступил Геракл к осаде, и вскоре закончились в городе припасы.
  Тогда прислали осажденные послов и просили о мире. Признали они свою вину и предлагали Гераклу вместо двух убитых микенцев взять с собой двух своих воинов. На этом и порешили. Выбрал герой сыновей Андрогея по имени Алкей и Сфенел, которые соответствующе вооружились и отплыли вместе с Гераклом.
  Следующий раз пришлось Гераклу взяться за оружие в Мисии, где местный царь Лик воевал против соседнего народа бебриков. По просьбе Лика вступили микенские воины в войну на его стороне и вскоре победили. В качестве контрибуции отдали бебрики противникам часть своей земли, которую царь Лик в память о полученной помощи назвал Гераклеей.
  Получив богатые подарки, двинулись воины дальше и без происшествий достигли земли амазонок.
  Ипполита, которая в это время была царицей амазонок, лично прибыла посмотреть на чужаков. Могучий Геракл так понравился ей, что согласилась она добровольно подарить ему свой пояс. Разбили греки шатры и начали пир в честь царицы.
  В это время сошла с Олимпа на землю Гера и, приняв облик амазонки, побежала в лагерь воительниц, крича:
   - К оружию! Похищают чужеземцы нашу царицу!
  Быстро вооружившись, вскочили амазонки на коней и помчались к шатру Геракла.
  Увидев это, решил Геракл, что обманула его Ипполита и заманила в ловушку. Поэтому убил он царицу и сорвал с нее пояс. Бросив шатры и припасы, побежали греки к кораблю, но на берегу настигли их амазонки, и начался бой.
  Греки, прикрывшись стеной из щитов, отбивались копьями, амазонки осыпали их дротиками и стрелами, а когда те закончились, кинулись с мечами и боевыми топориками. Немало душ отлетело в тот день в Аид, но смогли сдержать первый, самый страшный натиск конных амазонок микенцы. Потом пошла рубка, когда в общей свалке уже не мог никто маневрировать и просто бился с тем, кто оказывался перед ним. В ближнем бою более сильные и лучше вооруженные мужчины стали одерживать верх.
  Доблестнее всех бился тогда Геракл, убивший самых сильных амазонок. Первой от его руки пала стремительная Аэлла, второй - Филиппида, для которой этот бой был первым в жизни. После этого бился герой с Профоей, которая до этого семь раз побеждала противников в единоборствах. Не смогла сдержать она удар Геракла и пала, словно срубленная березка. Потом убил сын Зевса славную Эрибею, доблесть которой в ратных делах дала ей основание похваляться, что она не нуждается ни в чьей помощи.
  Потом погибли Келено, Эврибия и Феба, прославленные охотницы, которые однажды сопровождали саму Артемиду. В этот раз изменило им счастье, и оказались бессильными их дротики против шкуры немейского льва. С кинжалом бросилась на убийцу своих подруг Алкиппа, которая перед боем дала богам обет навсегда оставаться девой, если подарят они ей победу. Однако не услышали ее олимпийцы.
  И многих других амазонок ранил или убил Геракл в тот день.
  Не теряя строя, смогли греки перейти на корабль, сесть за весла и поднять якорь. Оставался на берегу лишь Геракл, который в одиночку защищал трап. Увидев, что все на местах, нанес он последний удар и, вбежав на корабль, поднял за собой трап. Быстро отчалили греки и вскоре исчезли в морском тумане, оставив амазонок считать свои потери.
  Долго плыли в открытом море, но когда закончилась у них питьевая вода, пристали они к берегу рядом с Троей.
  В то время был этот город в большой беде. Незадолго до этого посмели посягнуть на власть Зевса боги во главе с Герой. В наказание обязал Зевс Посейдона и Аполлона сослужить службу смертному. Поэтому договорились боги с троянским царем Лаомедонтом, что возведут они вокруг города неприступные стены, а царь за это принесет им в жертву весь скот, родившийся за год. Однако не сдержал своего слова царь, и поэтому послал на его владения Аполлон болезни, а Посейдон отправил морское чудовище, которое во время прилива выходило на сушу и убивало всех встречных.
  Предсказал оракул, что будет снята кара богов, если принесет царь в жертву свою дочь Гесиону. Чтобы не обезлюдело его царство, согласился Лаомедонт с этим и приковал дочь к прибрежным скалам, чтобы сожрало ее морское чудовище.
  Узнав об этом, предложил Геракл сделку. Он убьет чудовище, а за это царь отдаст ему коней, полученных от Зевса в качестве выкупа за взятого на Олимп Ганимеда.
  Лаомедонт согласился, и вступил герой в бой с посланцем Посейдона, который по виду напоминал гигантского змея. Хоть внушал этот зверь ужас всем, кто его видел, но Гераклу показался он легкой добычей по сравнению с гидрой. Дождавшись, когда змей выползет на сушу, убил его Геракл своей дубиной.
  Однако отказался Лаомедонт выполнить свою часть договора. Со злостью сплюнул на землю герой и пообещал, что отомстит он за этот обман. Пройдут годы, освободится от службы Еврисфею сын Зевса и выполнит свою клятву. Соберет он армию и, приплыв под Трою, убьет Лаомедонта и всех его сыновей, кроме юного Приама.
   Путь от Трои до Микен также не был простой прогулкой. Во фракийском городе Эна пришлось Гераклу сразиться с сыном Посейдона Сарпедоном, который посчитал себя оскорбленным из-за вмешательства греков в спор Посейдона и Лаомедонта. Поэтому дерзко повел он себя с микенскими воинами, за что и был убит Гераклом.
   Затем Геракл походя завоевал остров Фасос, власть над которым отдал сыновьям Андрогея в награду за их храбрость в этом походе. После чего, заплыв в Торон, он вызвал на единоборство братьев Полигона и Телегона, сыновей Протея и внуков Посейдона, и убил их в поединке.
  Лишь после этого вернулся Геракл в Микены, где отдал пояс Ипполиты Еврисфею.
  
  ***
  Чем измерить богатство правителя? Одни говорят - золотом, другие же считали главным богатством скот, потому как дает он молоко и мясо для еды, шерсть со шкурами для одежды, да еще и ежегодно увеличиваются стада благодаря приплоду. Ну а золото всегда можно получить, продав десяток коров или отару овец.
  Так что высоко ценили греки скот. Кто был победнее, разводил коз и овец, кто побогаче - коров. Не был исключением и Еврисфей. Как ни велики были его стада, но хотел он иметь больше живности. Поэтому приказал он Гераклу привести в Микены красношкурых коров из стад Гериона, царя города Тартесс, расположенного на полуострове, который сегодня называется Испанией.
  Мало кому доводилось видеть этих животных, так как паслось их стадо на острове Эритея на далеком западе близ мирового океана. Однако слава об их размерах, покладистости и плодовитости летела по земле на крыльях молвы.
  При этом, отправляя Геракла в поход, запретил царь покупать, выменивать или принимать в дар коров. Должен был силой захватить стадо герой.
  Возможно, в тайне надеялся Еврисфей, что не справится Геракл с хозяином стада. Ведь обладал Герион, сын Хрисаора, гигантским ростом и тремя человеческими телами, сросшимися в бедрах. Соответственно, и по силе равнялся он трем воинам, а каждой из своих шести рук мог наносить тяжелые удары. Поэтому считался он сильнейшим из людей. Кроме того, охраняли стадо порожденный Ехидной двухголовый пес Орф и великан Эвритион, которые не позволили бы чужаку приблизиться к коровам.
  В этот поход отправился Геракл в одиночестве. Пришлось ему пройти через многие дикие земли, перебираться через горы и переправляться через реки. Не раз нападали на героя хищные звери, с которыми ему приходилось сражаться.
  Достигнув берега океана, оказался Геракл в месте, где спускается с неба огненная колесница солнечного бога Гелиоса. Получилось так, что прямо над героем мчался древний титан, и поэтому опалило сына Зевса нестерпимым жаром. Посчитал это герой угрозой и, наложив стрелу на тетиву, направил свой лук на бога.
  - Отзови свои жалящие лучи, древний бог, иначе придется нам сразиться!- прокричал он светилу.
   Изумился Гелиос, ведь до того дня никто не дерзал пойти против него. Почтил он мужество смертного, умерил свой жар. После этого поприветствовали друга друга человек и Солнце и начали разговор. Рассказал Геракл, что по воле Зевса и царя Еврисфея лежит его путь через море на остров Эритея. Только нет у него ни корабля, ни лодки. Видать, придется вплавь переправляться. И предложил тогда Гелиос одолжить свою золотую лодку. С радостью принял Геракл эту помощь и в божественном челне переправился на остров.
  Переночевав на незнакомом берегу, с рассветом отправился Геракл дальше и вскоре нашел герионово стадо. Заметили его и сторожа. Первым кинулся на героя Орф. Могучий пес с разбега прыгнул на грудь Геракла, надеясь сбить человека с ног и тогда добраться клыками до его горла. Однако опередил его герой. Просвистела дубина, и рухнул убитый зверь. Следом сразился Геракл с пастухом Эвритионом, который хоть и был гигантского роста, но не смог устоять против сына Зевса.
  Узнав о похищении, кинулся в погоню Герион. В трех руках держал он копья, в трех - щиты. На морском берегу догнал он похитителя и сходу атаковал.
  Закружились бойцы по песку, разя друг друга. Но вскоре поразил Геракл своей дубиной врага, и пал бездыханным могучий Герион. На челне Гелиоса переправил герой захваченное стадо на континент и, вернув лодку хозяину, погнал коров в Микены.
  Тяжелее военного похода была эта дорога. Разбегались животные в разные стороны, отказывались идти нужной дорогой, да еще нашлись желающие ограбить самого Геракла. Так, в Лигурии сыновья Посейдона Иалебион и Деркин напали на героя и попытались отобрать у него коров. Пришлось в очередной раз сражаться.
  Как ни старался Геракл сохранить стадо в целости, но сумел один бык убежать. Кинулся он в море и переплыл его, оказавшись в Сицилии. Там поймал его правитель племени элиманов по имени Эрик, который загнал быка в свои стада.
  Тогда Геракл пригнал оставшееся стадо в святилище Гефеста и попросил своего сводного брата явиться и посторожить коров. Сам же отправился к Эрику и потребовал вернуть быка. Тот ответил, что просто так не расстанется с таким красавцем и предложил побороться. Считал себя Эрик хорошим борцом, а силы Геракла не знал, потому и вызвал чужеземца на поединок. Геракл согласился, но при условии, что Эрик поставит на кон не только быка, но и свое царство. Трижды сходились могучие бойцы, и наконец победил Геракл. Так досталось царство Эрика ему, но он, связанный службой в Микенах, не мог остаться. Тогда Геракл приказал жителям управлять самостоятельно страной до тех пор, пока к ним не придет кто-нибудь из его потомков и не предъявит свои права на престол.
  После этого пришел он к Гефесту и, присоединив отбитого быка к стаду, погнал свою добычу дальше.
  Уже почти дойдя до дома, Геракл был вынужден снова сражаться. На этот раз его противником был некий Алкионей, прославившийся тем, что однажды смог угнать стадо у самого Гелиоса. Однако за попытку украсть коров у Геракла он заплатил жизнью. Наконец, пригнал Геракл коров в Микены, исполнив приказ Еврисфея. Тот же принес коров в жертву богине Гере.
  Длился этот подвиг Геракла дольше, чем все другие, и совершил на своем пути герой немало добрых дел. Истреблял он опасных животных и чудовищ, расчищал дороги и делал просеки в лесах. Также помогал он попавшим в беду людям. Например, проходя через Италию, убил он людоеда Какуса и жестокого царя Фавна, который приносил чужаков в жертву богам. Ну а для страдавших от отсутствия воды жителей города Агирия выкопал в каменистой почве большой пруд. Так что заслужил Геракл благодарность от многих народов и великую славу.
  Также во время этого похода там, где проливом сообщается Океан и Средиземное море, воздвиг он на противоположных берегах пролива две огромных колонны, которые обозначили край обитаемой земли.
  
  ***
  Восемь лет и один месяц прошло с того момента, как поступил Геракл на службу к Еврисфею. Совершил он десять подвигов, но так как два из них царь отказался засчитать, то оставалось ему еще дважды исполнить приказания своего двоюродного брата.
  Тот же, желая умалить славу героя, решил придумать такие задания, которые точно были бы не под силу Гераклу. И вот, вызвав своего грозного слугу, приказал царь:
  - Принеси мне золотые яблоки Геи!
  И добавил ехидно:
   - Если, конечно, сможешь.
  - Принесу! - сквозь зубы бросил Геракл и, резко развернувшись, покинул дворец.
  Непростую задачу задал Еврисфей герою. Яблоню с тремя золотыми яблоками вырастила праматерь Гея как подарок Гере в день ее свадьбы. Попробовав плоды с этого дерева, приобщался вкусивший к силе и опыту Земли и Неба, получал мощь этих древнейших стихий. Могли эти яблоки вернуть силы и побежденным Зевсом, свергнутым в Тартар титанам.
  Восстал бы отец Крон и другие древние владыки мира, поднесла бы Гера сочные плоды к их сожженным молниями губам, и обрели бы они прежнюю мощь. А случись беда и попади сама богиня в беду, стали бы золотые яблоки ее последним шансом. Потому берегла Гера яблоню, как самое большое свое сокровище. Унесла ее на край земли, туда, где в чудесном саду жили нимфы Геспериды, дочери Геспера-Вечерней звезды и Нюкты-Ночи.
  Нашла она и могучего стража для этого сада - стоглавого дракона Ладона, сына древнего морского титана Форкия.
  Был некогда он молодым красавцем, титаном одноименной реки в Аркадии. Не остался Ладон в стороне, когда штурмовали титаны Олимп, и пал он с горной вершины, сраженный стрелой Аполлона. Приняли тело титана речные воды, укрыли в глубине темного омута, обернули тиной и водорослями, занесли песком и камнями. Не нашел вершивший расправу Зевс молодого титана, не сбросил в Тартар. Однако заметила Гера, где скрылся Ладон, и стала ждать. Промчалось время, и затянулись раны титана, срослись кости, да только пребывание вдали от солнца изменило его. Утерял он свое бессмертие, покрыла чешуя его кожу, превратились ноги в хвост, выросли у него новые головы - змеиные. Так что когда вышел он на землю, увидели все лишь чудовище-дракона, увенчанного сотней голов. Одна Гера признала Ладона в этом облике. Незаметно спустилась к нему, и заключили между собой договор титан-дракон и богиня с душой титаниды. Стал отныне Ладон служить Гере, превратился в стража сада Гесперид. Поклялся он никого не пускать к яблоне, пока не падут стены Тартара и не выйдут его узники на поверхность земли. Ждал этого часа Ладон, лелеял он мечту о реванше, и в своих снах видел, как рухнет беспощадный Зевс Кронид и расправятся вольные титаны с детьми молниевержца.
  Да и что еще ему было делать? Остались у дракона лишь мечты. Мечты да воспоминания. Часто вспоминал Ладон свое счастливое прошлое и поверженных друзей титанов. Как наяву видел зелень полей и лесов, яркое солнце на лазурном небе и быстрый бег своей реки. Видел он в грезах лица друзей. Таких, какими были они до восстания. Прекрасные владыки гор, лесов и рек проходили перед его взором, а потом вспоминал он последние мгновения той мирной жизни. Снова и снова вспоминал он окрашенные кровью склоны Олимпа, и словно наяву, видел, как один за другим падали с искаженными болью лицами титаны, и слышал торжествующий клич олимпийцев. Сжимались тогда в бессильной ярости челюсти Ладона, и клялся он, что не вечно править богам.
  А рядом с садом Гесперид стоял неподвижно другой богоборец, могучий титан Атлант, по воле богов превратившийся в небодержца.
  Вскоре предстояло им встретиться с Гераклом, который, получив приказ принести золотые яблоки, принялся за дело.
  Прежде всего, ему нужно было узнать, где эти яблоки растут. Многих спрашивал он, но никто не мог ему подсказать. Однако узнал он, что морской бог Нерей знает дорогу к саду Гесперид. Поэтому отправился герой сначала в обитель Нерея.
  В один из дней, переходя по мосту через реку Эхедор в Македонии, столкнулся он с рослым незнакомцем. Был мост узок, и лишь один человек мог по нему идти. Незнакомец потребовал, чтобы Геракл уступил дорогу, но тот не захотел. Оглядел тогда встречный сына Зевса и вызвал на бой.
  Выбрав на берегу ровное место, сошлись они в рукопашную. Сначала бились воины на равных, но постепенно стал одолевать Геракл. Тогда вдруг незнакомец воззвал о помощи к Аресу, и в то же мгновение оказался рядом с ним бог войны. Шагнул он вперед, встал между сражающимися лицом к Гераклу и повелительно сказал:
  - Хватит! Бой окончен. Уходи отсюда!
  Но возразил ему герой:
  - Никому не позволено вмешиваться в чужое единоборство. Не по чести поступаешь ты, сын Геры, лишая меня победы!
   - Смертный, не учи меня, как надо поступать! Или ты так зазнался, что готов бросить вызов олимпийцу? - едва сдерживая ярость, произнес Арес.
  - Первым бой с богом не начну, но на моей стороне правда. Поэтому я не отступлю, - ответил Геракл.
  - Тогда придется преподать тебе урок, - процедил Арес и, надвинув на лоб шлем, с мечом в руке двинулся на человека.
  Принял боевую стойку Геракл, и уже занес дубину для удара, но вдруг ударила молния между противниками. Поняли они, что запрещает им Зевс сражаться, и опустили оружие.
  Не друзьями, но и не врагами разошлись они в разные стороны.
  Как оказалось, первым противником Геракла был Кикн, сын Ареса. Потому-то бог и пришел ему на помощь. Так впервые выжил тот, кто бросил вызов Гераклу.
  После этого происшествия без приключений дошел Геракл до реки По, где его встретили нимфы, дочери Зевса и Фемиды, которые скрытно привели его к Нерею.
  Старец отдыхал, лежа на берегу, и не успел скрыться, когда на него стремительно бросился Геракл. Крепко схватил герой Нерея и держал, не выпуская, пока тот пытался освободиться. Наконец, поняв что не сможет освободиться, спросил Нерей:
  - Что ты хочешь за мою свободу?
  Потребовал Геракл указать ему дорогу в сад Гесперид, что Нерей и сделал.
  Простившись с Нереем, отправился Герой в сад Гесперид. Долог был его путь. Сначала пересек он Ливию, где ему пришлось сразиться с могучим борцом Антеем, сыном Геи и Посейдона.
  Был Антей настолько силен и свиреп, что и бессмертным мог кинуть вызов. Родила его Гея-земля уже после свержения Крона, и поэтому, подобно гигантам, не был он другом богам. Жил Антей в пещере, добывал себе пищу охотой, питался львиным мясом, носил звериные шкуры и спал на голой земле.
  Вдобавок отличался Антей гигантским ростом и, прикоснувшись к матери-земле, мог взять часть ее силы. Всех, попадавших в его владения, вызывал он на борцовский поединок и, если побеждал, убивал.
  Не изменил Антей своей привычке и когда встретил Геракла. На удивление великана, не испугался греческий герой. Условились они о правилах поединка и, не мешкая, приступили к подготовке. Сначала сняли с себя оружие и отложили в сторону, затем сбросили львиные шкуры. Геракл по обычаю своей земли натер свое тело маслом, а Антей посыпал ноги землей, чтобы лучше чувствовать поддержку матери.
  Наконец, сошлись они в схватке. Оба силачи, оба прославленные бойцы. Только один - дикарь, рассчитывающий исключительно на свою бесхитростную силу, а другой - лучший воин Эллады, с детства обученный опытными наставниками всем известным людям приемам борьбы.
  Так что вскоре Геракл захватил руку своего соперника, заломил ее до хруста в суставе, а затем хитрым приемом подсек ноги противника и перебросил Антея через плечо. Не успел тот сгруппироваться и рухнул лицом и грудью в землю, подняв клубы пыли. Другой боец после такого остался бы лежать неподвижно со сломанными ребрами, но легко поднялся Антей. С новыми силами бросился он на героя. Много раз падал сын Геи, но лишь яростнее после этого атаковал. Догадался Геракл, что от прикосновения к почве восстанавливаются силы великана, и тогда оторвал его от поверхности и стал душить в воздухе. Непросто было это, но смог победить сын Зевса. Наконец, опустил он бездыханное тело великана, и поглотила его земля.
   Был этот бой одним из самых тяжелых за жизнь Геракла, но убив Антея, оказал он услугу и людям, и богам.
  Первые теперь могли безбоязненно жить в Ливии, а боги лишились потенциального врага. Ведь мог сын Геи присоединиться к врагам олимпийцев во время гигантомахии. Теперь же благодаря Гераклу были избавлены боги от этой угрозы.
   После Ливии Геракл попал в Египет, где царствовал Бусирис, сын Посейдона. Когда-то была эта земля очень плодородной, но затем наступили сложные времена, и девять лет страдал Египет от неурожаев. Тогда царь пригласил к себе из Эллады ученого-прорицателя Фрасия. Тот смог выяснить, что прекратится бедствие, если будет Бусирис раз в год приносить в жертву богам чужестранца.
  Улыбнулся Бусирис и сердечно поблагодарил гостя, а затем отвел его к алтарю и принес в жертву. Как только пролилась кровь на жертвенный камень, полились живительные дожди на землю, и снова стали щедро родить пшеницу египетские поля.
  С тех пор убивал Бусирис попадавших в страну чужестранцев. Когда пришел к египтянам Геракл, его тоже хотели принести в жертву. Однако догадался герой об этом, когда его якобы случайно подвели к алтарю. Схватив дубину, убил он на месте жрецов, а потом отправился в царский дворец, чтобы покарать Бусириса.
  Тот, уже зная о произошедшем, встретил Геракла ударом цепа, который был его любимым оружием. Уклонился сын Зевса, а потом своей палицей разбил голову царю. Так пал правитель Египта от руки эллинского героя.
  Во время путешествия в сад Гесперид совершил Геракл еще один великий подвиг - освободил Прометея.
  Некогда по воле Зевса бессмертный титан был прикован к скалам Кавказа, и каждый день прилетал орел и выклевывал Прометею печень. За ночь печень отрастала снова, и на следующий день вновь повторялась пытка. Много лет провел так мученик без всякой надежды на спасение.
  Периодически казалось ему, что все, кроме кровожадной птицы, забыли о нем, но это было не так. Помнили Прометея благодарные люди, помнили и немногие уцелевшие со времен Крона титаны, помнил и Зевс. Немым укором небесам стояла эта окровавленная фигура на высокой горе, напоминая о жестокости богов.
  Не тревожили громовержца муки совести, не знал он жалости к мятежному титану, но знал владыка богов, что хранит Прометей тайное знание - имя того, кто сменит Зевса на троне. Тревожило это сына Крона, боялся он, что будет свергнут, как это произошло с его отцом. Ради знания о грядущей опасности готов был владыка Олимпа помиловать узника.
  К тому же Прометей уже не представлял для Зевса никакой угрозой. Люди хоть и помнили о его подарке, но уже давно чтили олимпийцев и жили по законам, которые дал им Зевс. Именно по его указам были заложены основы государственности и создана система политической и религиозной власти. Волей Зевса был устроен миропорядок и справедливое устройство общества. Именно громовержец дал людям законы общежития, вложил в души стыд и потребность в правде. Так что опальному титану уже нечего было предложить людям, и не стали бы смертные ему поклоняться.
  Поэтому когда Хирон отдал свое бессмертие Прометею, тем самым напомнив всем о его страданиях, предложил владыка Олимпа сделку мятежному титану: если тот откроет, кто свергнет Зевса, то в обмен получит свободу. Согласился титан, и тогда незримо направил Зевс Геракла к месту, где томился Прометей.
  И вот однажды, идя по узкой горной тропе, услышал герой полный боли стон, а затем пролетела в вышине гигантская птица, на мгновение закрыв своими крыльями свет солнца. Удивленный Геракл обратился к проводникам, которые открыли ему, что проходит дорога у подножия скалы, к которой прикован Прометей, чей крик только что все слышали.
  Иногда, с клюва улетающего орла падает вниз тяжелая капля крови и, достигнув земли, превращается в цветок, который используют местные знахари для лечения больных а колдуны - для изготовления магических зелий.
  Пожалел Геракл страдальца, и решил освободить. Узнав об этом, проводники принялись пугать его небесной карой за святотатство, но это только придало твердости решению героя. Тогда нашли они другой аргумент - скала неприступна и никто не сможет взобраться на нее. Так что не стоит предаваться несбыточным мечтам. Однако, приказав спутникам дожидаться его, полез сын Зевса вверх по почти отвесной скале. Цеплялся он пальцами рук и ног за малейшие трещины и выступы и с каждой минутой неуклонно поднимался все выше и выше.
  Три дня и две ночи продолжалось это восхождение, и вот, наконец, он стоит на занесенной снегом вершине. Как раз в этот момент прилетел орел и принялся клювом и когтями разрывать тело узника. Это зрелище вызвало у Геракла отвращение и, мгновенно натянув тетиву на лук, выстрелил он в орла.
  Пал бездыханным пернатый палач, и заметил своего спасителя Прометей. Тысячи лет не видел он никого и с удивлением рассматривал воина в львиной шкуре. Наконец, он произнес:
  - Благодарю тебя за этот выстрел! Не видел я тебя среди бессмертных. Кто ты, титан или новый бог?
  - Простой путник! - сказал Геракл и схватился за связывающие титана цепи. Напряг он все свои силы, и со звоном лопнули оковы. От неожиданности чуть не рухнул ничком Прометей, но был вовремя подхвачен крепкой рукой Геракла. Так смертный сравнялся с богами и отплатил титану за добро, которое тот когда-то сделал людям.
  После этого слетел на скалу Гермес и сообщил, что не нарушил Геракл волю отца, так как примирились Зевс и Прометей, а поскольку в свое время пообещал царь богов, что вечно будет прикован мятежный титан, то повелел он сделать для Прометея из металла цепи кольцо и вставить в него кусочек скалы. Так что, нося это кольцо, формально оставался титан прикованным. Прометей же в ответ рассказал, что должен свергнуть Зевса сын Фетиды. Поэтому тот отдал богиню замуж за человека, чтобы она родила смертного сына.
  Затем спустились Геракл и Прометей к подножию скалы, и были очень удивлены этому люди. Провели вместе некоторое время герой и титан, раскрывая друг другу свои знания. Прометей вспоминал древние времена и зарю человечества, его спаситель рассказывал, какими стали люди, получив божественный огонь.
  Когда рассказал Геракл о себе и своем задании, восхищенный сложностью задачи Прометей дал сыну Зевса совет:
  - Сам не переступай границ сада. Даже если сразишь Ладона, яблок не добудешь. Знают Геспериды песни, которые усыпляют услышавших. Лишь бессмертные не подвластны этим чарам. Если ты зайдешь, то услышав голоса Гесперид, навеки уснешь. Проси Атланта, чтобы он сорвал для тебя яблоки. Скажи ему, что и я прошу его так поступить. Ведь пока он будет идти в сад и обратно, обретет он свободу от своей ноши. Хоть на короткий миг, но снова ощутит вкус жизни. Ты же заменишь его на это время и сам удержишь небо, - и, увидев сомнения в глазах Геракла, добавил:
   - Не спорь! Не зря меня вещим называют, вижу, что справишься ты с этой задачей! Ты сила, какой еще не бывало на земле! Не титан ты, не бог, но сильнее их. Только сила твоя - это твое проклятие. Не она тебе служит, а ты ей. Вся жизнь твоя - сплошной подвиг и работа на благо людям и богам. Такова твоя судьба, Геракл, истребитель чудовищ. И еще, когда увидишь Атланта, скажи ему, что брат не забыл о нем.
  Затем, расставшись с Прометеем, Геракл продолжил выполнять свое задание и через много дней опасного и сложного пути оказался у границ живого мира. Тут сходились некогда земля и небосвод, но сейчас Атлант держал небо на своих плечах.
  Многое видел за свою жизнь Геракл, немало силачей встречал, но еще ни разу не видел такого. Был Атлант видом подобен одновременно и человеку, и горному утесу. Окаменели от долгой неподвижности мышцы титана, свили птицы гнезда в его бороде, а страшные шрамы от молний Зевса пролегли подобно расселинам.
  Не имея возможности что-либо делать, пребывал Атлант в полудреме, погрузившись в свои мысли и воспоминания. Казалось, что покинул его дух этот мир, но вдруг сквозь привычный шум ветра услышал он шаги Геракла. Вздрогнул титан и открыл в удивлении глаза, ища, кто же потревожил его покой. Никогда не слетали на край мира боги, не приходили сюда смертные... И вот предстал перед ним Геракл.
  С удивлением смотрел титан на героя. Тот же, задрав вверх голову, приветствовал Атланта словами:
  - Радуйся, небодержец! Половину земли прошагал я, чтобы предстать перед тобой. Прими же гостя в своих владениях!
  - Мало радости в моей жизни, но видя гостя, я радуюсь. Давно не доводилось мне говорить ни с кем, обладающим разумом. Ведь лишь ветры залетают в мой край, да дикие звери забредают. Кто ты и что привело тебя в эту пустыню? Не встречал я тебя среди вольных титанов, не видел и среди олимпийцев.
  - Меня называют Гераклом, и по воле своего царя Еврисфея ищу я золотые яблоки, растущие в саду Гесперид. Не встречал ты меня, потому что ты несказанно древнее меня и даже всех предков моих.
  - Кто этот Еврисфей? Бог или титан? Зачем ему эти чудесные яблоки? Неужели восстали из Тартара древние, и снова разгорелась война за власть над миром? Кто побеждает в ней? Чьи силы должны восполнить золотые плоды?
  - Нет. Не пали стены Тартара, не сошлись пока в бою великие силы. Простой человек хочет обладать золотыми яблоками
  - Человек!? Смертный? Не сможет он даже укусить их. Будут они лишь золотыми игрушками в его руках! Глуп твой повелитель, если такое желает.
  - Не мое дело обсуждать его волю. Я дал обет выполнить его приказы и вот выполняю. Вижу я вдали стену их черно-белого мрамора, а за ней кроны деревьев. Не это ли сад Гесперид?
  - Да, это он. А за стеной, помимо деревьев, есть и многоголовый могучий дракон, который не даст тебе уйти живым из сада. Как же ты планируешь взять яблоки?
  - С драконом я совладаю, а яблоки сорву не я.
  - С тобой есть кто-то, кого я не вижу? - удивился Атлант.
  - Нет, ты сорвешь их для меня!
  Рассмеялся титан. Словно грозовые раскаты понесся его хохот над землей. И, отсмеявшись, сказал:
  - Не по своей воле стою я, изображая колонну. Неотвратимой силой прикованы мои руки к небосводу, вросли ноги в почву земли. Не могу я и шага сделать. Не могу я отпустить небо. Ты, видать, еще более безумен, чем твой царь, раз хочешь невозможного.
  - Был прикован и твой брат Прометей, но идя сюда, освободил я его. Он, умеющий видеть скрытое, так сказал: "Пусть Атлант сорвет яблоки!". Небо же на твоем месте удержу я!
  - Ну, попробуй! - с сомнением произнес титан.
  Тогда Геракл сначала подошел поближе к саду и засвистел. На звук поднялась над стеной драконья голова, и тут же выстрелил герой. Отравленная ядом гидры стрела попала точно в глаз зверю, и рухнул в агонии Ладон. Вскоре он затих и умер, ибо переродившись в дракона, потерял он бессмертие титана. Затем прикатил Геракл огромный валун и поставил его рядом с Атлантом. Взошел герой на камень, как на пьедестал, и достал до небосвода. Оторвал он руки Атланта от хрустального края неба и подставил свои плечи под тяжесть, равной которой нет.
  Тяжко было сыну Зевса, но выдержал он вес неба. Сдвинул он Атланта и сказал:
  - Иди! Смертный держит небо!
  И пошел Атлант к саду. Впервые за долгие века шагал он, и вздрагивала под ним земля. Легко достиг он сада и сорвал три яблока. Понравилась свобода Атланту, и предложил он:
  - Не думал я, что кто-то, кроме меня, может удержать небесный свод. Теперь вижу, что был неправ. Хорошо это и у тебя выходит. Так давай я сам отнесу эти яблоки твоему царю, а потом вернусь и сменю тебя!
  Разгадал нехитрую мысль титана Геракл и, притворно согласившись, сказал:
  - Можно и так сделать. Только подожди немного. Придержи небосвод, а я накину на плечи свою львиную шкуру, потому что с непривычки сильно давит небо на плечи.
  Положил Атлант яблоки на землю и снова взял небо. Геракл же, одевшись, поднял яблоки и, простившись с титаном, поспешил домой. Принес он яблоки Еврисфею, но тот даже не рискнул к ним прикоснуться. Приказал он Гераклу оставить трофей себе, и тогда отдал герой золотые яблоки своей божественной сестре - Афине.
  Осталось Гераклу совершить еще один подвиг, чтобы полностью очиститься от греха детоубийства. И Еврисфей придумал ему новое задание.
  Повелел он привести из царства мертвых стража Аида, трехголового пса Кербера. Для стороннего наблюдателя показалось бы это бессмысленным риском, ведь живя по ту сторону жизни, не представлял угрозы живому миру Кербер. Но выведенный на землю, стал бы он смертельной угрозой для всех окружающих. Однако не иначе как сама богиня Афина подсказала царю Еврисфею этот приказ. Ведь идя в Аид, должен был Геракл пройти мимо прикованного к скале Тесея, царя хранимого Афиной города. Знала богиня, что не оставит друга в беде Геракл, а значит вернется Тесей на землю.
   Сама же Афина вместе с Гермесом незримо сопровождала Геракла в его спуске в подземный мир.
  Указал Гермес герою ближайший вход в Аид, и началось нисхождение. Взял с собой Геракл факелы, которыми освещал путь, но закончились они. Однако оказалось, что путь виден и в темноте. Периодически встречались сыну Зевса тени умерших, которые спешили к своему последнему приюту и, столкнувшись с живым, кидались в бегство.
  Так достигли Геракл и ставшие невидимыми Афина с Гермесом берегов Стикса. Увидев живого человека, суровый Харон так удивился, что перевез его, даже не взяв обычной платы.
  Наконец достиг он входа в царство Аида, где увидел прикованных к скалам Тесея и Пирифоя. Эти герои несколько лет назад пришли в Аид, чтобы похитить Персефону, которую Пирифой хотел сделать своей женой. За такую дерзость были они наказаны владыкой мира мертвых и, оставаясь в мире теней живыми, они жутко страдали.
  Увидев Геракла, они стали просить о помощи, и герой сразу же кинулся вперед. Схватив Тесея за руку, он оторвал его от скалы, но когда хотел он освободить Пирифоя, содрогнулась земля. Понял герой, что идет против воли богов и должен пленник вынести свое наказание до конца.
  Остался несчастный Пирифой в одиночестве. Тесей ушел домой, а Геракл продолжил путь. По дороге увидел он камень, под которым Деметра заточила садовника Аскалафа. Его вина была в том, что когда Аид похитил Персефону, а боги приказали её вернуть, Аскалаф сказал, что ела богиня "пищу мертвых", а значит должна остаться в призрачном мире. За это мать Персефоны Деметра сбросила садовника в яму и привалила сверху камнем. Теперь же Геракл освободил его.
  Этим оказал он услугу Аиду, ведь не мог один бог отменить наказание наложенное другим, так как это было бы оскорблением, за которое любой олимпиец вступил бы в бой с обидчиком, что, в свою очередь, привело бы к вражде между самими бессмертными.
  Знал герой, что, находясь в Аиде, тени смертных лишены всех человеческих радостей, но отведав жертвенной крови, могут они на мгновение обрести чувства и память. Поэтому решил Геракл порадовать призраков. Тем более, что увидел он рядом стадо коров, которых можно было принести в жертву. Сказано - сделано. Заколол герой одно из животных, и тут же слетелись души со всего Аида на запах крови. Стал этот момент для них праздником. Однако был у коровы хозяин - пастух Менет, слуга Аида. Недовольный самоуправством человека, вызвал он Геракла на поединок. Однако и более опасных соперников встречал сын Зевса. Схватил он пастуха и так сжал, что у того затрещали ребра. Издал Менет крик боли, и явилась к борющимся сама Персефона.
  Пожалела она своего слугу и попросила Геракла отпустить Менета. Тот послушался, а затем в ответ попросил отдать ему Кербера.
  - Такой вопрос вправе решать только мой муж, но я присоединюсь к твоей просьбе, - ответила богиня.
  Тут же рядом с ней сгустился мрак, и мгновение спустя возникла высокая фигура Аида. Не был он в восторге от такой просьбы и не хотел расставаться со своим верным стражем, но дважды оказался он в долгу перед Гераклом, да еще не мог не почтить храбрость своего племянника. Поэтому разрешил он забрать пса при условии, что Геракл сможет справиться с ним без оружия.
  Согласился герой и, завернувшись в шкуру немейского льва, отправился ловить Кербера.
  Никогда еще никто не рисковал нападать на Кербера, и не ожидал пес опасности от чужака, появившегося вместе с хозяином. Поэтому успел Геракл первым кинуться и обхватить шеи чудовища, так, чтобы не достали его клыки до героя. Взвился на дыбы Кербер, стал вертеться, чтобы освободиться от удушающего захвата, но только крепче сжимал руки Геракл, удушая тем самым пса. Дракон, заменявший Керберу хвост, раз за разом жалил врага, но ни разу не смог пробить львиную шкуру. Наконец утомился пес и понял, что не сможет освободиться. Подчинился он воле Геракла. Так был укрощен Кербер, могучий адский пес. Вывел его Геракл на землю, показал Еврисфею, а затем отвел обратно в Аид.
  Совершив этот подвиг, закончил свою искупительную службу Геракл и поэтому, оставив Микены, вернулся в Фивы. Тут он развелся со своей женой Мегарой, которая сразу же вышла замуж за Иолая.
  Сам же Геракл принялся искать себе новую супругу. Узнав, что правитель Ойхалии по имени Эврит отдаст руку своей дочери Иолы победителю состязания в стрельбе из лука, отправился Геракл к нему.
  В день состязания немало нашлось желающих испытать себя, хотя в большинстве своем это были молодые люди, едва закончившие обучение. Соревновались претенденты сначала в стрельбе по большой неподвижной цели, сделанной в виде кабана. Потом по малой цели, в виде шлема. Стреляли женихи по подвешенным на нитях и раскачивающимся целям, стреляли по висящим амфорам так, чтобы стрела вошла точно в горлышко сосуда... На каждом этапе отсеивались худшие стрелки, и все меньше оставалось лучников. Зато возрастала зрелищность соревнований. Наконец, осталось лишь двое претендентов, одним из которых был Геракл. Выпустил он в мишень десять стрел так, чтобы каждая следующая вонзалась в древко предыдущей. Попытался его соперник повторить подобный выстрел. Девять раз удалось ему это, но последняя стрела хоть и на волосок, но прошла мимо. Поэтому единогласно все видевшие соревнование присудили победу Гераклу.
  Не хотел отдавать свою дочь за Геракла Эврит, и потому устроил второе испытание. Объявил он, что это был лишь отборочный этап, а теперь должен претендент на руку его дочери доказать свое мастерство в соревновании с самим Эвритом. И опять на ристалище звенела тетива и летели стрелы. Победил Геракл и хозяина.
  - Ну вот, обрел мой дом хозяйку! - произнес он, направляясь к девушке.
  Однако Эврит и его сыновья отказались отдать Гераклу Иолу, заявив, что боятся, как бы Геракл опять не впал в безумие и не убил детей, которых родит Иола.
  - Царь, ты нарушаешь собственное слово? - лишь спросил Геракл, поняв, что не состоится свадьба.
  - Да, не годишься ты мне в зятья, - ответил Эврит.
  В знак своего презрения отряхнул герой со своих ног пыль Ойхалии и покинул дом обманщика.
  Вскоре кто-то похитил стада Эврита, и обвинил он в этом Геракла. Царский сын Ифит отправился в Тиринф, где в тот момент был Геракл, и высказал претензии герою. Тот предложил гостю следовать за собой и поднялся на крепостную стену.
  - Отсюда видна вся округа. Посмотри и скажи, видишь ли ты похищенное? - спросил он царевича.
  Не увидел тот стада своего отца, и тогда обвинил его Геракл во лжи и клевете, после чего сбросил со стены. Этим отомстил он и за клевету, и за оскорбление на соревнованиях. Однако был Ифит его гостем, а по божественным законам гость неприкосновенен. Так что совершил Геракл преступление и за это был наказан тяжелой болезнью.
  Никакие лекарства не помогали страдающему герою, и отправился он за советом в Дельфы к оракулу Аполлона. Сначала прорицательница отказалась общаться с убийцей, но Геракл был не из тех, кто отступает перед трудностями.
  - Раз не дает мне ответ этот оракул, устрою я свой оракул! - заявил он, после чего отобрал у дельфийских жрецов священный треножник и прочие реликвии. Когда хотел он с добычей выйти из храма, на ступенях его уже ждал разозленный Аполлон.
  - Смертный, велика твоя сила, но были намного сильнее тебя От и Эфиальт. Они рискнули обидеть меня, и вот оба уже мертвы. Ты хочешь такой же участи? - поинтересовался златокудрый бог.
  - Как проситель пришел я в Дельфы, но был оскорблен отказом. За эту грубость должны быть наказаны жрецы, а я должен узнать ответ на свой вопрос. И я получу ответ, даже если придется разорить твое святилище и выстроить свое!
  - Ты уйдешь отсюда с пустыми руками или не уйдешь вовсе, - сказал Аполлон и положил руку на треножник, который держал герой.
  С гулким ударом опустился он на каменные плиты пола. Но напряглись мышцы на руке Геракла, и стал он поднимать треножник вместе с рукой бога. Несколько мгновений длилась эта борьба двух сыновей Зевса: один давил вниз, другой поднимал вверх. Оставался надменным и невозмутимым Аполлон. Вздулись вены на лице Геракла, покатился ручьями пот, но вот подался под его усилиями груз и стал понемногу подниматься.
   Неизвестно, чем закончилось бы это столкновение, но вмешался в спор сам владыка Олимпа. Бросил он молнию между готовыми сойтись в бою сыновьями и, уважая владыку мира, оба оставили треножник и отступили.
  - Ты кажется, хотел о чем-то спросить меня, - как ни в чем не бывало спросил Аполлон Геракла.
  В ответ спросил герой, как можно излечиться от болезни. Пристально посмотрев в глаза брату, ответил бог, что исцелится Геракл, если в наказание за пролитую кровь будет продан на время в рабство к чужестранцам, а вырученные деньги будут отданы семье Ифита.
  Вздохнул тяжко герой. Мол, опять на чужого человека работать придется, но чтобы избавиться от боли, отправился он с несколькими товарищами в Азию. Там Гермес продал его на невольничьем рынке вдове одного из лидийских царьков по имени Омфала, а деньги отвез Эвриту. Тот не принял виру , но, тем не менее, прошла болезнь Геракла. За три года на службе у Омфалы Геракл очистил ее владения от разбойников и вернул земли, которые ранее отобрали у нее соседние правители.
  Когда срок его службы прошел, покинул Геракл Омфалу и решил исполнить давнее обещание покарать Лаомедонта. Бросил герой клич, собирая желающих совершить поход против Трои, и со всей Эллады поспешили воины под знамя Геракла. Вскоре, погрузившись на восемнадцать кораблей, отправился отряд в путь. Когда греки высадились у стен города, их сразу же атаковали воины Лаомедонта. Однако, несмотря на то, что троянцев было больше, были они полностью разбиты. На плечах бегущих врагов ворвались греки в город. Пал от руки Геракла Лаомедонт, погибли все его сыновья, кроме одного, и сложили оружие троянцы.
  Взял Геракл со сдавшегося города солидный выкуп, который разделил между своими людьми, а также обратил в рабов всех, захваченных с оружием в руках. Поскольку среди греков лучшим после Геракла воином в этом сражении оказался Теламон с острова Саламин, ему сын Зевса подарил царскую дочь Гесиону. Пленнице разрешил он освободить одного из захваченных в рабство людей Лаомедонта, и выбрала она своего единственного выжившего брата - Подарка. Услышав об этом, сказал Геракл, что сначала должен царевич стать рабом, и только после этого она сможет его выкупить. Согласилась царевна и отдала за брата свое покрывало, и с тех пор мальчика стали звать Приам, что означает купленный.
  Когда Геракл возвращался из-под Трои, его флот подошел к острову Косу, чтобы пополнить припасы. Местные жители приняли воинов за пиратов и стали метать в корабли камни и дротики, не давая пристать к берегу. Тогда отплыли спутники Геракла в открытое море, а ночью вернулись и внезапно атаковали Кос. Не смогли островитяне отразить нападение и были разбиты. Правда, в этом ночном сражении был ранен Геракл. Сумел это сделать воин по имени Халкодонт, который, правда, и сам погиб от руки сына Зевса.
  Разграбив Кос, благополучно вернулись греки домой. Принес этот поход Гераклу славу умелого и щедрого предводителя, а также любовь воинов всех греческих царств.
  
  Гигантомахия
  Хоть были повержены древние титаны и низвергнут в Тартар Тифон, но не закончилась борьба богов. Бродили по земле чудовища, ненавидящие богов и людей. Были одни из них порождениями подземной тьмы, а другие - титанами-оборотнями, принявшими такую форму, чтобы быть смертоноснее. Не забыли прежних вольных времен и многие уцелевшие титаны. Ждали они лишь повода, чтобы еще раз рискнуть и схватиться с богами в бою.
  Не смирилась с расправой над своими детьми-титанами Гея, и готовила она мстителей. Из крови Крона родились в ее чреве гиганты, телом подобные богам и титанам, но вместо ног опиравшиеся на змеиные хвосты. В подземной тьме росли они и крепли, ожидая часа, когда смогут выйти и открыто бросить вызов Зевсу. С самого рождения лелеяла мать в них ненависть к Олимпу и миру богов-победителей, так что целью своей жизни видели они борьбу с кронидами. Были они сильны, как боги, и свирепы, словно львы.
  Должен был еще раз столкнуться старый мир, где царили лишь сила и воля не признававших над собой ничьей власти титанов, и новый мир, мир богов и людей, живущих по установленным Зевсом законам.
  Гнушались титаны наук и изобретений, были прямолинейны и надеялись лишь на свою силу и неукротимую волю. Поступали лишь так, как хотели. Не такими были олимпийцы. Дал Зевс миру нерушимые законы, открыли боги разные науки и ремесла, породили крониды себе смертных помощников полубогов-полулюдей, названных героями. По воле Олимпа и ради блага смертных вступали герои в сражения с чудовищами, очищая от них землю. И один за другим гибли древние существа, утратившие свое бессмертие. Своей хитростью и руками героев убирали своих врагов боги. И самым великим из полубогов был сын Зевса Геракл, истинный истребитель чудовищ. Суждено ему было стать могильщиком старого мира, и честно выполнял он свое предназначение. Оттого и ненавидела его Гера. Хоть и стала дочь Крона богиней, но не забыла, что титанида она по крови. Сочувствовала она детям Геи, которых преследовал ее суровый супруг. А оттого, что пренебрегал ею Зевс, стала она желать победы Уранидам.
  И вот наступило роковое время, когда вздыбилась земля, и в отблесках подземного пламени вышли на поверхность Земли гиганты. Впервые разогнули они свои спины и встали во весь свой рост, подставляя солнечным лучам свои бородатые лица. Долго молча стояли они и жадно смотрели на новый для них мир, а ветер трепал их длинные волосы. Плечом к плечу стояли сто пятьдесят могучих братьев-гигантов, и издали казалось, что это не живые существа, а вырос высокий лес на равнине Флегры.
  Помимо силы, одарила их мать-Гея особым даром - не могли они погибнуть от руки богов. Казалось, что обречены олимпийцы, но нашли они выход. Готовя сыновей к мести богам, забыла Гея сделать их неуязвимыми для людей. Не думала она, что слабые люди будут представлять опасность для гигантов. Однако призвали олимпийцы себе на помощь смертных героев - Диониса и Геракла.
  Поняла свою ошибку Гея и стала искать способ обезопасить гигантов от новой опасности. По ее воле выросла волшебная трава, делающая тела неуязвимыми, но узнал о том Зевс. Запретил владыка Олимпа светить Эос-заре, Селене-луне и Гелиосу-солнцу, чтобы в темноте не нашли дороги к чудо-траве гиганты, и сам бросился к ней. Опередил он гигантов и первым успел срезать волшебное растение. Теперь можно было и воевать. Тем более что гиганты вполне освоились на новом месте, вооружились дубинами и копьями, раздробили скалы, превратив их в метательные снаряды.
  - Вот он какой, мир Кронида, - произнес один из сильнейших гигантов по имени Порфирион. - Скучна и размеренна его жизнь. Пора добавить в него краски первородного буйства и удали. Братья, смешаем небо с землей, изменим пути звезд, во прах обрушим горы и разрушим стены Тартара. Вернем мир к первозданной грозной красоте! Перестанут молнии быть послушным орудием Зевса, станут вольно носиться в поднебесье. Перестанут воды рек тихо лежать в своих руслах, разольются они по долинам всесметающими потоками! В бурях стихий построим мы свой мир, в котором не будет места узурпаторам богам!
  - Так и будет! - радостно подхватили слова Порфириона гиганты.
  Понимая, что под угрозой находится само мироустройство, все боги Олимпа, забыв раздоры и противоречия, встали в единый строй.
  Снова, как во времена титаномахии, встали рядом с Зевсом его грозные братья. Впервые за долгие века вынесли на поверхность земли черные кони колесницу Аида. Стоял он по левую руку Зевса, выделяясь среди сородичей своим бледным цветом кожи. Окруженный многочисленными морскими божествами, стал по правую руку от владыки небес Посейдон, вооруженный своим неизменным трезубцем.
  В кованных из меди доспехах и шлеме с высоким гребнем стоял за спиной отца Арес. Свой золотой щит он повесил за спину и в нетерпении ожидал драки, играя мечом. Афина вооружилась длинным копьем, а на свой щит-эгиду повесила страшную голову Горгоны Медузы. Гефест вместо оружия взял кузнечный молот, а сестры Мойры готовились сражаться медными палицами.
  На Земле в тени богов стояли Геракл и Дионис. Причем последний явился на поле боя в окружении целой толпы сатиров и вакханок, которые готовы были поддержать своего предводителя как песнями, так и оружием.
  - Что-то многовато их! - произнес Посейдон, когда появились на равнине гиганты.
  - Сколько их вышло из земли, столько же сегодня ляжет в нее трупами, - мрачно ответил брату Зевс.
  Наконец устремились гиганты, которых вели в бой самые сильные из них Порфирион и Алкионей, на богов. Одни метали в богов камни и горящие деревья, другие громоздили гору на гору, чтобы взойти на небо, а третьи спешили схватиться с олимпийцами врукопашную.
  Первым навстречу змееногим врагам устремился на колеснице Арес. Ударом меча разрубил он до пояса гиганта Пелора, а затем еще прогнал по телу поверженного противника своих коней. Замахнулся на бога войны камнем другой гигант, но успел Арес ударить первым, и пал гигант с пробитой головой.
  Не отставала от брата и Афина. Первым ее противником был Паллант. Когда направился он к воительнице, подняла та голову Горгоны и раскрылись мертвые веки Медузы. Уставились чудовищные мертвые глаза на гиганта, и замер тот пораженный. Стали вдруг тяжелыми его руки, стали непослушными ноги.
  - Что это со мной? - лишь успел прокричать в ужасе Паллант и навеки застыл каменным изваянием.
  Следом под ледяным убивающим взглядом змееволосой головы окаменел гигант Эхион. Его брат Палленей понял в чем дело и, отвернув голову от эгиды Паллады, бросился на богиню. Однако поразила его Афина мечом.
  В это же время напитанная смертельным для всего живого ядом лернейской гидры стрела Геракла сразила Алкионея. Аполлон и Артемида также разили врагов из луков. Падали гиганты со стрелами в теле, но согласно предсказанию, не погибали. Проходило время, и восставали они снова на бой. Однако не всем это удавалось, ведь следили за боем Геракл и Дионис, которые добивали упавших сыновей Геи.
  Без устали разил змееногих своим тирсом Дионис, а когда в одном из поединков лишился этого оружия, то силой своей мысли мгновенно вырастил он под ногами противника виноградную лозу, которая, словно живая, оплела и задушила гиганта.
  Могучий Порфирион поднял целый остров Делос, чтобы метнуть его в Зевса, но поразили его одновременно молния Кронида и стрела Геракла. Так от рук отца-бога и сына-смертного пал сильнейший из гигантов.
  Богиня-колдунья Геката превратилась в черный туман и окружила гиганта Клития. Не мог он поразить бесплотную соперницу, а та, улучив момент, приняла свой истинный облик и ударила гиганта факелом. Рухнул, вопя от боли, обожженный сын земли, а Геката встала над ним в своей шипастой короне и без жалости добила.
  Не мог хромой Гефест сражаться так хорошо, как его братья, но принес он из своей кузницы инструменты и, разведя огонь, раскалил металлические болванки, которые скинул на Миманта. Под этой раскаленной тяжестью оказался гигант погребенным и не смог больше подняться.
  Веселый обманщик Гермес надел шлем Аида, делающий его хозяина невидимым, и тайно приблизившись, сразил гиганта Ипполита.
  Таким было начало этого великого боя.
  Затем вступили в сражение все гиганты и сильнейшие из богов. Содрогнулся в тот день весь мир, ходили ходуном горы и выплескивались из берегов реки, гремел оглушительно гром, и неслись одна за другой молнии Зевса. Казалось, что лютует над равниной величайшая из бурь, что тысячи смерчей одновременно сошлись и тысячи молотов гремят по наковальням... Стала влажной земля от горячей крови гигантов, обильными ручьями текшей по равнине. Сложно было в круговороте этой небывалой бойни разобрать, что происходит, но вскоре стало ясно, что побеждают олимпийцы. Один за другим гибли гиганты, и вот уже уцелевшие обратились в постыдное бегство. Однако не смогли они уйти от преследования. Догнал Посейдон гиганта Полибота на острове Кос и обрушил на него огромную скалу, которая раздавила гиганта. Последнего беглеца догнала Афина аж на острове Сицилия, где и добила.
  С той поры никто больше не угрожал престолу Зевса, и не знала земля подобных сражений. Геракл и Дионис, которые помогли богам уничтожить гигантов, получили воистину царскую награду - после смерти были они обожествлены и вошли в число олимпийских богов.
   На устроенном после победы празднике веселились боги, и всегда невозмутимая Афина, не сняв доспехов, от радости пустилась в пляс! Так родилась пирриха, танец с оружием в руках, который, подражая богам, танцевали греки еще не одно столетие.
  
  Последние войны Геракла
  По замыслу Зевса, должен был Геракл стать владыкой земли, но из-за вмешательства Геры досталась власть над Аргосом и Микенами Еврисфею. Родившись недоношенным, был он слабым телом и не отличался умом. Поэтому его отец Сфенел пригласил в Микены своих родичей Атрея и Фиеста, сыновей Пелопа, которые должны были стать советниками сына. Когда ушел Сфенел к предкам, то был коронован Еврисфей, но реальную власть над страной быстро взяли в свои руки Атрей и Фиест. Именно они были настоящими хозяевами страны.
  Мог любой из них свергнуть слабовольного Еврисфея, но не делали они этого, так как опасались, что тогда займет трон Геракл, как ближайший родственник царя и прославленный герой. Геракл же не мог преступить через волю Зевса и поднять оружие против Еврисфея. Так что служил живой, но безвластный царь щитом, которым прикрывались Пелопиды, постепенно подчинявшие своему влиянию всю Грецию.
  Впрочем, сам Геракл не стремился к царской власти, предпочитая вести жизнь героя, бескорыстно помогающего людям по всему цивилизованному миру. Однако не верили ни царь, ни его советники в такое бескорыстие. Поэтому, когда Геракл, выполнив все задания и победив гигантов, вернулся в Микены, Еврисфей обвинил его в стремлении к царской власти и потребовал, чтобы герой, а также Алкмена, Ификл и Иолай отправились в изгнание. Вынужденный повиноваться, Геракл ушел вместе со своими близкими и друзьями и поселился в Аркадии.
  
  ***
  Отдохнув после боя с гигантами, приступил Геракл к исполнению своих обещаний. Некогда обманул его царь Авгий, и теперь собрал Геракл дружину, чтобы наказать обманщика. Разбил свой лагерь сын Зевса в Аркадии и послал вестников по городам, призывая под свое знамя всех, готовых участвовать в походе. На зов прославленного героя откликнулись многие воины, и за несколько месяцев собралась настоящая армия.
  Узнав об этом, собрал в кулак свои силы и царь Авгий. Не надеясь на свой опыт, назначил он полководцами своих племянников Молионидов Эврита и Ктеата, сросшихся близнецов, которые силой превосходили всех тогда живших на земле людей.
  Наконец после различных маневров и походов сошлись две армии, но во время похода заболел Геракл и не мог сражаться. Поэтому скрыв свое положение, заключил он мир с братьями.
  Стали расходиться воины, но внезапно от шпиона узнали Молиониды о болезни своего врага. Решили они, что Геракл беспомощен, и нарушили свое слово. Внезапно развернули они свое войско и обрушились на не ожидавших такого коварства солдат Геракла. Те, возвращаясь домой, уже сняли с себя тяжелые доспехи и сложили их вместе со щитами на повозки. Поэтому пришлось им отбиваться лишь тем, что было в руках. Однако были они опытными бойцами, поэтому, хоть и потеряв многих товарищей, смогли отразить нападение.
  Было это первым и единственным в жизни Геракла поражением. Однако прошло немного времени, и выздоровевший Геракл взял реванш. Встретил он Молионидов и после короткого боя убил братьев. Затем со своими товарищами обрушился герой на Элиду, захватил город и убил царя Авгия. Хоть мог он сам воцариться в захваченном городе, но не стал этого делать Геракл, а отдал корону сыну мертвого царя Филею, который некогда единственный осудил отца за обман Геракла.
  Самого же сына Зевса уже звала новая война. В Спарте в это время царевич Гиппокоонт изгнал своего брата Тиндарея. Возможно, не вмешался бы герой в конфликт внутри царской семьи, но сыновья Гиппокоонта, убили Эона, одного из друзей Геракла.
  Вышло это так. Когда Эон рассматривал царский дворец, на него кинулся один из сторожевых псов. Спасаясь от клыков, убил воин зверя. Это не понравилось царевичам, которые потребовали от Эона извинений и возмещения ущерба. Тот отказался, не признавая за собой вины. Тогда набросились на него сыновья Гиппокоонта и убили. Было это сделано бесчестно, так как нападали они все разом, не дав жертве шансов на спасение в бою один на один.
  Узнав об убийстве, собрал Геракл войско и отправился в Спарту, чтобы покарать виновных. Бились спартанцы яростно, и лилась кровь ручьями, но одолели их воины Геракла. Хотя недешево далась герою эта победа. Погибло в этой сече немало его старых товарищей. Среди прочих пал пронзенный копьем и брат Геракла Ификл.
  Но и из врагов мало кому удалось уцелеть. Погиб от руки героя властолюбивый Гиппокоонт, пали изрубленными двадцать его сыновей, а прочих воинов погибло так много, что никто даже не пересчитывал их тела.
  На следующий день вступили победители в Спарту. Ожидали притихшие горожане грабежей и казней, но не тронул их Геракл. Собрав всех жителей на площади, объявил он, что отныне снова будет править страной царь Тиндарей. Затем покинул Геракл Спарту, предоставив новому правителю возможность самостоятельно казнить и миловать своих соплеменников.
  
  ***
   Когда спускался Геракл в Аид за трехголовым псом, встретил он там тень своего давнего знакомого, славного воина Мелеагра. Увидев живого человека, просил дух Мелеагра героя позаботиться о его сестре Деянире, которая осталась в мире живых. Тогда Геракл пообещал взять девушку в жены и спустя некоторое время после развода отправился к Ойнею, отцу Деяниры, для сватовства.
  Однако не один он желал назвать Деяниру женой, речной бог Ахелой также пришел просить руку красавицы.
  Поочередно бог и полубог обратились с одной и той же просьбой к Ойнею, и не знал он кого предпочесть. Шли дни, в честь женихов устраивались пиры, но не давал хозяин ответа. Видя затруднение царя, женихи решили самостоятельно решить свой спор. Договорились они сойтись в борцовском поединке. Победивший стал бы мужем Деянире, побежденный же навсегда отказался от претензий.
  Для борцов было очищено пространство, и сошлись они. Принял для этой схватки Ахелой облик человека с бычьей головой. От рассвета до полудня боролись женихи, и никто не мог победить. Яркое солнце освещало ристалище на котором сошлись соперники, когда начал уставать Ахелой. Стали его движения медленнее, пот застил глаза. Схватил Геракл противника и бросил оземь, обернулся тогда речной бог змеем, но схватил его за шею герой и принялся душить. Тогда превратился Ахелой в быка, но и в этом обличии не смог одолеть сына Зевса. Повалил Геракл быка, да еще отломил с его головы рог. Тогда понял Ахелой, что проиграл, и отказался от дальнейшей борьбы.
  На следующий день стала Деянира законной супругой прославленного героя, а спустя девять месяцев родился их первенец - Гилл.
  Однажды, путешествуя по стране, должны были Геракл с женой переправиться через реку Эвен, бурный и опасный поток. Указали местные жители, где находится перевоз, но когда пришел туда Геракл, выяснилось, что нет там ни парома, ни лодки. Только одинокий кентавр стоял на берегу. Был это Несс, один из тех, кто бился против Геракла в пещере Фола, но не узнал его герой. Зато полуконь узнал убийцу своих товарищей и решил отомстить.
  - Скажи мне, кентавр, как можно переправиться на тот берег? - обратился к нему сын Зевса.
  - Я Несс, перевозчик. За серебряную монету на своей спине перенесу я твою женщину на тот берег. Ты же слишком тяжел для меня. Впрочем, ты и сам достаточно силен, чтобы переплыть реку.
  На том и порешили. Заплатил герой Нессу, после чего перебросил на противоположный берег свое оружие и пожитки. Затем усадил жену на спину кентавра, и началась переправа.
   Несс с Деянирой на спине и Геракл одновременно вошли в воду и поплыли. Но незаметно стал отставать кентавр, и когда достиг герой противоположного берега, Несс был еще на середине реки. Внезапно он развернулся и быстро поплыл обратно. Понимал он, что не сможет победить Геракла, а потому решил похитить его жену, чтобы мучился герой.
  Уже выходя на берег, услышал сын Зевса крик Деяниры. Понял он, что не догонит похитителя, потому кинулся не обратно в воду, а к своему луку. Быстро натянул он тетиву, наложил смертоносную стрелу и, прицелившись, выстрелил. Было между ним и целью пятьсот шагов, и никто другой не смог бы так далеко послать стрелу. Но не зря говорили, что во владении луком может сравниться герой с Аполлоном. Попала отравленная стрела в бок Нессу, и рухнул он на колени. Понял кентавр, что умирает, и обратился к Деянире с такими словами:
  - Полюбил я тебя с первого взгляда, но не судьба нам быть вместе. Поэтому прими от меня прощальный подарок. Собери мою кровь, и если вдруг разлюбит тебя муж, смешай ее с маслом и натри одежду супруга. Тогда снова вспыхнет в Геракле страсть к тебе.
  Не знала женщина, что страшный яд лернейской гидры с наконечника геракловой стрелы уже проник в вены кентавра, отравив его кровь. Собрала она алую жидкость и спрятала от мужа.
  Прошло несколько счастливых лет, во время которых Геракл успел поучаствовать в нескольких войнах, а Деянира снова стала матерью. Наконец решил Геракл, что пришло время отомстить царю Ойхалии Эвриту за обман и оскорбление, которое тот нанес герою во время неудавшегося сватовства.
  Поселившись в городе Трахин, стал сын Зевса собирать войско для похода на Ойхалию. На его призыв откликнулись воины из многих соседних городов, и вскоре, оставив дома супругу, повел Геракл армию в поход.
  Слухи о грозящей беде дошли до Эврита, и усилил он охрану своего города. У ворот теперь постоянно дежурили стражники, чтобы закрыть их при появлении вражеской армии. На стенах были сложены запасы стрел и груды камней, чтобы обрушить их на нападающих. Царские дружинники патрулировали окрестности, а ополченцы из числа горожан по первому сигналу должны были бежать на боевые посты.
  Однако переоделись двое разведчиков Геракла в крестьян. Усевшись на повозку с овощами, отправились они в Ойхалию. Не было у них ни копий, ни мечей, потому не возникло у стражников подозрений. Впустили караульные фальшивых крестьян в город, а те, заезжая, вдруг остановили быков прямо между створками ворот. Быстро выскочили они из телеги и кинулись к ближайшим стражам. Блеснули ножи и, не успев ничего понять, упал один из людей Эврита с перерезанным горлом, а другой с клинком в сердце. Еще не коснулись тела земли, как выхватили разведчики у убитых из ножен мечи и в короткой схватке зарубили оставшихся охранников.
  В это же время прятавшиеся за холмами воины Геракла стремительно кинулись в город. Через распахнутые ворота ворвались они на улицы и тут же разделились на отдельные отряды, которые, не останавливаясь, двинулись по заранее намеченным маршрутам, убивая всех встречных. Геракл с лучшими своими людьми устремился прямо во дворец, где спешно одевали доспехи царские дружинники. Эти дрались отчаянно и даже смогли убить нескольких нападавших, но вскоре все полегли под ударами мечей. Пал на ступенях собственного дворца царь Эврит, и рядом с ним погибли все его сыновья. Из всей его семьи выжила лишь принцесса Иола, которую Геракл взял себе как трофей.
  Похоронив своих погибших и разделив добычу, отправился Геракл домой. На мысе Эвбея остановился герой и решил принести жертвы во славу своего отца. Принялся он строить алтарь и послал в Трахин гонца, чтобы тот принес ему праздничную одежду для совершения жертвоприношения.
  Придя к Деянире, рассказал вестник обо всем, и испугалась женщина. Знала она, что Геракл когда-то добивался руки Иолы, потому решила, что может полюбить герой пленницу сильнее, чем жену. Вспомнила она про кровь Несса и смазала ею праздничный хитон, который и послала мужу.
  Завершив алтарь, тот одел парадные одежды и приступил к жертвоприношению. Но едва загорелся огонь, как почувствовал Геракл боль. Это начала действовать отравленная кровь. Стал срывать с себя хитон Геракл, но было уже поздно. Проник яд в его тело и стал пожирать мышцы и кости. Так давно мертвый Несс отомстил, победив непобедимого Геракла.
  Товарищи перевезли страдающего героя в Трахин, и лучшие врачи пытались спасти его жизнь, но не могли они даже унять боль. Жутко страдал Геракл, и призналась Деянира в своём поступке, после чего покончила с собой.
  Понял Геракл, что неизлечима его болезнь и, отдав последние приказания детям и соратникам, приказал соорудить для него погребальный костер.
  На горе Ойте из дубовых и сосновых стволов была сложена высокая поленница. Обильно полили слуги её маслом и возложили благовония, покрыли сверху ковром. Когда все было готово, взошел Геракл на дрова и приказал поджечь их. Долго никто из дружинников не решался исполнить этот страшный приказ.
  Вторично приказал герой, но не шелохнулся никто из его воинов. Наконец вышел из строя Филоктет, сын Пэанта-аргонавта. Взял он факел и, поклонившись сыну Зевса, зажег погребальный костер. В благодарность за этот поступок подарил ему Геракл свой лук и стрелы.
  Мгновенно запылали дрова, и поднялась в небо стена огня, скрыв страдающего героя. Не кричал Геракл от боли в дни болезни, сжав зубы терпел страшные раны. Не закричал он и когда охватило его пламя. Молча ушел он в бессмертие. Очищенный священным огнем вознесся дух Геракла к небу.
  С юности и до смерти боролся он со злом, в каком бы обличии оно не приходило на землю. Своей полной трудов и борьбы жизнью исполнил Геракл свое предназначение - очистил он землю от чудовищ и истребил гигантов. За это наградил его после смерти Зевс, введя на Олимп и сделав одним из богов.
   Филоктет же прожил долгую жизнь. Был он славен как непревзойденный лучник, и когда началась Троянская война, во главе семи кораблей воинов отправился под стены Илиона.
  Однако когда на одном из островов остановился флот, чтобы пополнить припасы, он получил ранение в ногу. Рана загнила и стала так вонять, что товарищи Филоктета не смогли вынести этого запаха. Поэтому они оставили его одного на острове Лемнос. Десять лет прожил он там никому не нужный и терзаемый страшной болью. Его едой стали дикие птицы, которых он убивал из лука, а питьем - родниковая вода.
  Таким было его наказание за смерть Геракла, хоть и убил он своего друга из милости. Однако выяснилось, что без Филоктета не могут греки взять Трою. Поэтому хитроумный Одиссей приплыл и уговорил того простить бросивших его товарищей и присоединиться к греческой армии. Под стенами Трои сжалились над мучеником боги, и исцелил Филоктета бог врачевания Асклепий.
  Не зря уговорили его греки присоединиться к армии. Смог Филоктет убить троянского царевича Париса, а потом был среди тех, кто, спрятавшись в статуе коня, проник в крепость. После войны переселился Филоктет в Италию, куда и перевез смертоносный лук Геракла. Там много веков хранилось оружие сына Зевса как реликвия в различных храмах, пока не затерялось.
  
  Потомки Геракла
  
  За свою насыщенную приключениями жизнь Геракл дал жизнь множеству детей, как от законных жен, так и от своих мимолетных подруг. По-разному сложилась судьба его потомков-гераклидов. Например, когда герой окончил свои подвиги, оракул предрек, что должен он отправить отряд переселенцев из Эллады на далекий остров Сардиния, а во главе их поставить своих сыновей, рожденных ему дочерями Феспия. Из пятидесяти детей, некогда рожденных ему этими девушками, отобрал Геракл двоих, которых поселил в Фивах, еще семерых оставил жить на родине, а прочих по слову оракула снарядил в путь. Купил он для сыновей корабли и все нужные припасы, кинул клич, созывая охотников переселиться на новое место, и вскоре собрался многочисленный отряд. Командовать этим походом попросил Геракл своего племянника Иолая, который много лет сопровождал героя в его странствиях.
  Дождавшись попутного ветра, отправился флот в путь и вскоре благополучно достиг Сардинии. Не захотели местные жители добровольно разделить землю с пришельцами, и тогда начал Иолай войну. В решающем сражении одолели сыновья Геракла противников и захватили себе весь остров. После этого разделил Иолай завоеванный край между всеми соратниками. Переселенцы расчистили себе поля, высадили фруктовые рощи, и превратилась Сардиния в процветающее царство.
   Иолай основал город, который назвал Ольвия, что значит "счастливый и богатый". Пригласил он мастеров из Сицилии, чтобы построили они просторные гимнасии для обучения молодежи, здания суда и прочие необходимые постройки. Много лет правил он с согласия детей Геракла, которые чтили его словно родного отца, а затем Иолай вернулся обратно в Элладу. Ну а Сардинией еще много поколений подряд правили потомки Геракла.
  Еще один сын Геракла по имени Тлеполем переселился на Родос, основав на этом острове три города - Линд, Ялис и Камир. Благодаря славе отца родосцы выбрали его своим царем, и немало лет благополучно правил он, а потом участвовал в Троянской войне вместе с Агамемноном.
  Более тяжелой была судьба сыновей Геракла и его последней жены Деяниры, старшим из которых был Гилл. Когда погиб великий воин, его малолетние дети остались беззащитными и жили в городе Трахине в качестве гостей у царя Кеика. Однако всегда опасавшийся Геракла царь Еврисфей решил, что и дети ушедшего в другой мир героя опасны для его власти.
  Поэтому решил он вовсе изгнать Гераклидов из Эллады. Послал микенский царь в Трахин посольство, больше похожее на войско. Гордо вскинув голову, вошел в царский дворец надменный посол в окружении десятков закованных в бронзу воинов. Во всеуслышание заявил он Кеику, что если не выгонит тот сыновей Геракла, то станет врагом великим Микенам.
  Задумался Кеик. С одной стороны, были не чужими ему Гераклиды, ведь сам он приходился племянником Амфитриону, да и многое в прошлом связывало его с Гераклом. Если бы был он сам по себе, то не задумываясь, встал бы на защиту своих гостей, однако он царь, и от его решения зависят сотни жизней. Сегодня откажет он Еврисфею, а уже завтра огненной лавиной вторгнутся в его владения микенские армии. Тогда не спасут Трахин ни крепкие стены, ни храбрость защитников. Тех, кто переживет штурм, обратят воины Еврисфея в рабов и продадут на чужбину.
  Должен был царь сделать выбор, и он его сделал. Вызвал он Гилла и, опустив глаза в пол, повелел им собрать пожитки и покинуть его владения.
  Пришлось юному Гиллу стать изгнанником. Вместе с домочадцами, слугами и товарищами отца обошел он практически всю Элладу, но боясь мести Еврисфея, нигде не дали ему приюта.
  Лишь обязанный жизнью Гераклу афинский царь Тесей решился взять под свою защиту сирот своего спасителя. Несколько лет прожили Гераклиды во владениях этого героя. Приходили в Афины послы из Микен, грозили карой, но каждый раз отсылал их Тесей обратно. Видя, что медлит Еврисфей с наказанием непокорного царя, стали к Гиллу приходить все, недовольные господством Микен. Стал сын Геракла знаменем, вокруг которого собрались многие воины, включая и тех, кто ходил в походы с его отцом. В это время вернулся в Элладу Иолай и сразу же присоединился к своим племянникам. Поняв, что дальше ждать нельзя выступил, Еврисфей в поход против Афин.
  Когда сошлись у Марафона две армии, из тяжелых камней сложил Иолай жертвенник. На нем принес он в жертву Гебе баранов, и как только коснулась огня жертвенная кровь, воззвал он к богине, прося хоть на один день вернуть ему молодость.
  Милостиво приняла это подношение богиня, и на глазах у всех произошло чудо. Почернели седые волосы Иолая, разгладились морщины на лице, а мышцы обрели былую силу. На один день вернулась молодость к Иолаю, чтобы мог он отомстить за все унижения, которым подверг его родных Еврисфей. Видя это, провозгласили его главнокомандующим Гилл и Тесей.
  Микенских воинов было значительно больше, они были лучше вооружены и поэтому не сомневались в победе. Под звуки флейт послал Еврисфей своих подданных в атаку. Величаво катились колесницы, на которых стояли закованные в бронзовые доспехи знатные воины. Развевал ветер плюмажи на их шлемах, играл гривами львиных шкур, накинутых на плечи. Блистали на солнце отполированные кирасы и наплечники. Колесничие не спешили, надеясь, что вид разворачивающейся для атаки армии испугает афинян и те побегут, не приняв боя.
  Однако враг не испугался. И началась битва. Основная часть микенской армии плотной массой пошла в лобовую атаку, надеясь с одного удара смять дружины Гераклидов. Иолай же разделил свои силы на несколько отрядов, которые поочередно входили в бой, окружая микенцев. Был момент, когда дрогнул под натиском строй афинян, и тогда, отдав всем командирам последние приказы, Иолай и Гилл во главе отряда из отборных телохранителей устремились в схватку. Как вихрь, пронеслись они сквозь ряды врагов, оставляя позади себя дорогу из окровавленных тел. Бился Иолай сначала копьем, а когда оно сломалось, взялся за меч.
  Не зря ели свой хлеб дружинники Еврисфея, были они отличными воинами, но никто из них не мог отразить атаку помолодевшего героя. Под стать своему командиру бился и Гилл, наглядно доказав всем, что не зря в его венах течет кровь сильнейшего из героев Эллады.
  Все это время микенский царь стоял в тылу, наблюдая со своей украшенной золотом колесницы за сражением. Увидев, как гибнут его воины, впал в ужас Еврисфей, а когда рядом с его головой просвистело копье, приказал он вознице разворачивать колесницу и возвращаться домой. Так первым обратился он в бегство, бросив на произвол судьбы своих еще дерущихся подданных. Увидев это, стали микенцы бросать оружие и сдаваться на милость победителей.
  Предоставив Тесею и афинянам заканчивать дело на поле боя, Иолай и Гилл кинулись преследовать Еврисфея. Трусливый царь по дороге растерял всех спутников, и когда около Скиронидских скал его колесница налетела на камень и сломала колесо, некому было ему помочь. Тут его и нашли преследователи.
  Испуганный старик вынул меч и кинулся на Гилла, но это ему мало помогло. Лезвие плясало в дрожащих руках и, будто шутя, уклонился сын Геракла от удара. Зато сам одним ударом кулака свалил в дорожную пыль Еврисфея. Тот выпустил из пальцев оружие и разрыдался, моля сохранить ему жизнь, но Гилл левой рукой схватил его за волосы и, оттянув царскую голову назад, перерезал своему врагу горло. Так закончилась жизнь слабого и трусливого смертного, вознесенного волей Геры на трон величайшего царства Эллады. Его голову Гилл привез в подарок своей бабке Алкмене, и та в знак торжества выколола у неё глаза веретеном.
  Несмотря на победу над Еврисфеем, не смог стать Гилл микенским царем, так как освободившийся трон был мгновенно занят Атреем из рода Пелопа. Поддержали его как местные жители, так и многочисленные союзники, и поэтому не было у Гераклидов сил, чтобы изгнать нового царя.
  Гилл отправился в Дельфы, чтобы оракул подсказал, как могут Гераклиды вернуться на родину.
  - После третьего плода вернетесь вы через морскую теснину, и покорится вам Пелопоннес! - предрекла Пифия, и решил Гилл, что должен он три года подождать.
  Тогда вспомнил Гилл, что в свое время помог его отец живущим на севере Греции дорийцам справиться с врагами, а потом еще раз помог свергнутому царю этого народа Эгимию вернуть трон. Тогда в благодарность Эгимий отдал Гераклу треть своих владений, но герой не принял этот подарок, приказав хранить эту землю для его потомков.
  И вот пришла пора детям Геракла воспользоваться этим наследством. Переправились они к дорийцам, где их с радостью встретил царь Эгимий. Он не просто отдал причитающуюся долю своих владений Гиллу, но и усыновил юношу, чтобы тот со временем мог стать царем дорийцев.
  Спустя три года, собрав войско из дорийцев, двинулся Гилл на юг. У Истма встретился он с армией Атрея и, не желая лишнего кровопролития, предложил решить судьбу Микен в поединке двух воинов.
  - Пусть любой из вас выйдет против меня и сразится на глазах у двух войск. Если я погибну, то мои братья и дети пятьдесят лет не будут претендовать на южные земли. Если же я выиграю, то Гераклиды получат все царство Еврисфея, - обратился он к противникам.
  Вызов принял Эхем, сын Аеропа, царь Аркадии и Тегеи. В молодости был он среди аргонавтов, а в зрелом возрасте стал союзником Атрея.
  На нейтральной земле воины утрамбовали просторную площадку для поединка, и вышли на нее герои. На фоне юного красавца Гилла казался Эхем глубоким стариком, но была видимость обманчивой. Ведь утратив резвость молодости, приобрел он немалый опыт в ратном деле.
  Одел он меховую безрукавку, а сверху доспех из бронзовых пластин, соединенных кожаными шнурками, выкрашенными в красный цвет, голову прикрыл шлемом из кабаньих клыков, а в качестве оружия выбрал секиру на длинной рукояти.
  Оглядев противника, решил Гилл сделать ставку на свою скорость и выносливость, а потому снял он тяжелый панцирь и наручи, оставшись только в шлеме и набедренной повязке. Зато взял он большой, но легкий щит из кожи, напоминающий формой два поставленных рядом круга, и длинный меч. Думал он измотать Эхема, а потом уже добить.
  Приветствовали друг друга бойцы и по знаку жреца стали сходиться. Первым атаковал Гилл. Нанес он серию ударов, метя в незащищенные руки и ноги противника, но от одних ударов уклонился Эхем, а другие отбил. Снова атаковал сын Геракла, и опять не достиг его меч цели, зато сын Аеропа нанес удар, который сразу же проломил щит Гилла. Застряло лезвие секиры в щите и, воспользовавшись этим, нанес удар Гераклид в грудь врагу. Однако выдержал бронзовый нагрудник удар и остался невредимым царь Аркадии.
  После этого еще несколько раз обменивались ударами соперники, но безрезультатно. Гилл кружил вокруг соперника, нанося то рубящие, то колющие удары, а Эхем спокойно стоял на месте и методично отбивался точными движениями, изредка переходя в контратаку. Получалось, что Гилл своими наскоками утомлял не противника, а сам себя. Наконец, Эхем решил, что его время пришло, и перешел в атаку. Несколькими ударами он так разбил щит Гераклида, что тому пришлось его отбросить в сторону. Затем хитрым приемом подсек Эхем ногу Гилла, и рухнул тот на землю. Прежде чем смог он встать, обрушилась ему на голову секира. Так погиб сын Геракла и верные договору дорийцы ушли на север.
  Прошло пятьдесят лет, и снова они вторглись на Пелопоннес. Вел их в этом походе внук Гилла по имени Аристомах, но и его ждала неудача. В битве дорийцев и коренных жителей Пелопоннеса удача отвернулась от северян, и они были разбиты. Сам Аристомах пал на поле боя, оставив трех сыновей.
  Его сын Темен послал в Дельфы гонца, жалуясь, что поступил и Гилл и Аристомах так, как велел оракул, и оба погибли. На это пифия ответила, что дорийцы сами виноваты, так как неправильно поняли пророчество. Ведь под третьим плодом подразумевался не урожай, собранный с земли, а третье поколение людей, считая от Гилла.
  Тогда Темен собрал новое войско, построил флот и атаковал Микенскую державу с суши и моря. Под натиском дорийцев пали великие города, и мощные крепости обратились в руины. Завоеванные земли были разделены среди потомков Геракла. Темену и его детям достался Аргос, сыновьям его покойного брата Аристодема отошла Спарта, а Мессения осталась за последним из сыновей Аристомаха, Кресфонтом.
  Так вернулись потомки Геракла и Деяниры на родину. Расплодившиеся потомки Гилла правили различными греческими городами еще сотни лет, пока один за другим не пресеклись линии их наследников.
  Было среди многочисленных Гераклидов немало талантливых полководцев и смелых воинов, но их имена сегодня практически забыты. Только один из потомков Геракла сумел войти в историю, получив славу, равную славе предка. Это был непобедимый македонский царь Александр, завоеватель Персии, родившийся в 356 году до рождества Христова. За 33 года своей жизни он сумел сделать столько, что некоторые его тоже считали полубогом, хотя он был всего лишь человеком.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"