УЛИЦА, НА КОТОРОЙ РАСТУТ КАШТАНЫ

В переполненном автобусе толкались, смеялись, спорили; у кассы толпились в ожидании мелочи; то и дело меня дёргали за рукав, просили передать деньги или билет; кто-то всё время пытался пробиться к выходу, отчаянно работая локтями...

Суета... Как это похоже на всю нашу жизнь - вечная суета. Кто-то усердно лезет вперёд, кто-то уютно устроился на мягком сидении и замер, наслаждаясь покоем, кто-то висит на подножке, рискуя свалиться, кого-то толкают в разные стороны словно мячик. Ибо все мы пассажиры в переполненном автобусе, который зовётся жизнью. Каждый входит в него на одной остановке и выходит на другой, ему нет дела до случайных попутчиков, у него свои дела и свои мысли, он спешит, проклиная тесноту и час "пик".

Мне понравилось это сравнение и захотелось поразмышлять над ним в одиночестве. Я вышел на три остановки раньше и решил пройтись пешком. Вечер был тёплый, сухой и пустынный. Мне нравятся такие вечера, я люблю бродить по тихим улицам, согреваемым слабым и неровным светом жёлтых фонарей, прислушиваясь к звуку своих шагов, к неторопливому разговору мыслей, разглядывая случайные воспоминания...

Вдоль улицы росли высокие каштаны. Их широкие кроны закрывали звёзды, и казалось, что самые верхние листья, освещённые светом фонаря, касаются небесного свода, чёрного и тёплого как августовская ночь. Можно влезть на дерево и погладить рукой его поверхность, приятную как замша.

По одной стороне улицы за низкой изгородью тянулись фруктовые сады. В глубине каждого сада стоял двухэтажный каменный особняк, сквозь листву мелькал свет из маленьких окон. На другой стороне улицы дома подходили вплотную к тротуару, но стояли редко, отделённые друг от друга зарослями сирени или черёмухи. Изредка попадались небольшие провинциального типа кабачки. Выбор закуски и напитков в них был довольно скудный, но всегда можно было поесть досыта, посидеть в тишине за стаканом неизменного красного чуть кисловатого вина или за кружкой пива, вздремнуть или поболтать с приятелем.

Я заметил этого человека только тогда, когда он меня окликнул. Он окликнул меня по имени, как старого знакомого, а, тем не менее, я видел его впервые. Он был низкого роста, кругленький с короткими руками, засунутыми в карманы осеннего пальто.

Он подошёл ко мне, улыбаясь приятной улыбкой, и протянул руку. "Здравствуй, Гарри! - сказал он. - Вот мы с тобой и встретились. Ты рад?" Я неуверенно пожал его пухлую мягкую ладонь и спросил, откуда он меня знает, и как его зовут, ведь я никогда раньше его не видел. Он улыбнулся как-то странно: ласково и успокаивающе, взял меня под руку и мы медленно пошли по тротуару.

- Видишь ли, Гарри, ты и не мог меня видеть раньше. Человек встречает меня только один раз. Я как душа, ведь она у человека одна. Или как рождение - согласись, человек не может родиться дважды. Или...

- Или как смерть...- произнёс я и удивился своим словам.
- Да ведь я и есть Смерть, Гарри. Разве ты не знаешь?

Действительно, подумал я, надо было догадаться сразу. Конечно, он и есть Смерть. Кем же ему ещё быть?

- Выходит, я должен умереть? - спросил я.
- Правильно! - кругленький человек шутливо ткнул меня в бок. - Может быть, ты не хочешь? А? - он весело засмеялся.
- Мне не приходилось думать над этим. И потом... я не знаю, как это делается.
- Это очень просто! Каждый легко может умереть. Я сейчас тебе всё объясню. Только давай зайдём вон в тот кабачок. У него смешное название, правда? "Двум смертям не бывать, а одной не миновать".
- Странно, я не помню, чтобы здесь был такой кабачок.
- Ты просто не обращал внимания, Гарри. Ведь если что-нибудь видишь каждый день, то перестаёшь обращать внимание, верно?
- Это правильно.

Мы зашли в кабачок и сели за столик в углу. Кроме нас в кабачке сидели ещё двое рабочих, дымивших папиросами, и какой-то старик, в задумчивости потягивал пиво.

Смерть заказал бутылку молдавского вина и объявил, что сегодня платит он. Когда принесли вино и закуску, он налил по полным стаканам и предложил тост за моё здоровье. Мне показалось это очень смешным: в самом деле, что может быть нелепее пить за своё здоровье со Смертью?!

- А почему же не выпить? - изумился Смерть. - Я ведь отнимаю у тебя не здоровье, а только жизнь!

А ведь и, правда, подумал я, как это мне раньше не приходило в голову. Конечно же, здоровье останется при мне. А с другой стороны, зачем мне здоровье, если я уже не буду жить?

- Э-э, Гарри, откуда ты можешь знать, что будешь делать, когда умрёшь?
- А что же я, по-твоему, буду делать? Меня просто не будет.
- А вот и нет! - Смерть радостно потёр руки. - Вот ты и ошибаешься! Умереть - это значит перестать жить, понимаешь?
- Понимаю. Но ведь это и означает, что меня не будет.
- Ну и неправильно! - Смерть расплылся в улыбке. - Я тебе всё объясню. Ведь что такое жизнь? Это когда каждый день происходит что-нибудь новое. Не существует двух абсолютно похожих дней в жизни! Всё время происходят какие-то события, которых раньше не было, даже если ты их не замечаешь. Ведь так?
- Это ясно, - согласился я.
- Вот видишь! Значит, когда человек умирает, то есть просто-напросто перестаёт жить, то это означает только, что отныне ничего не меняется. Все дни совершенно похожи один на другой. Никаких новых событий!
- Ты хочешь сказать, что человек, который умер, продолжает жить, но только очень спокойной жизнью?
- Можно и так сказать. Только ведь это уже не жизнь, Гарри, когда ничего не меняется. Умереть - это обрести покой. А разве наша жизнь не полная противоположность покою? Наша жизнь - это суета. Ибо все мы пассажиры в переполненном автобусе.
- Тебе тоже приходило в голову это сравнение?
- Оно пришло в голову тебе, Гарри. И это ты вышел на остановке автобуса. Это был сигнал, понимаешь? Ты подал мне знак, и я пришёл.
- Но я не звал тебя.
- Ты захотел покоя, и я принёс его. Бери, если не раздумал.
- Где же он?
- Там. - Смерть неопределённо махнул рукой в сторону улицы, - Как выйдешь, сразу увидишь.
- Я только пойду посмотрю. И тут же вернусь.

Я вышел на улицу. Там ничего не было. Жёлтые фонари, высокие каштаны и тёплый асфальт под ногами. И больше ничего. Никакого покоя.

Значит, Смерть обманул меня? Я вернулся в кабачок, но там уже никого не было, и я снова вышел на улицу. Сделал несколько шагов по тротуару и... не смог остановиться. Что-то неодолимо влекло меня вперёд, хотелось идти и идти мимо зелёных каштанов, мимо каменных двухэтажных домов, мимо жёлтых фонарей всё дальше и дальше... прислушиваясь к звуку своих шагов, к неторопливому разговору мыслей, разглядывая случайные воспоминания...

Лёгкий ветерок потревожил сонные листья, они задрожали и тихий шорох, словно шёпот, пролетел в воздухе. "Прощай, Гарри. Прощай". Или мне послышалось?

примерно 1967-ой год