Чехин Сергей Николаевич: другие произведения.

Черная жемчужина Аджары

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Здравствуй, путник. Входи, присаживайся к огню. За окном бушует ливень, но я знаю, чем тебя согреть. Большая чашка горячего травяного чаю и отличная история - то, что нужно в ненастную погоду. Не обращай внимания на сполохи молний за окном и вой ветра в печной трубе. Не бойся темных фигур в полях и у кромки леса. В моем доме ты в безопасности, ничто не причинит тебе вреда внутри этих стен. Устраивайся поудобнее и слушай.


1

   Неделю назад я получил письмо от своего давнего друга, с которым вместе постигали азы магических наук в столичной академии. После выпуска судьба развела нас по разным дорожкам: друг стал могущественным боевым колдуном, я - искусным, но более чем скромным лекарем.
   В ту пору царило мирное время, Пентат ни с кем не воевал, и народ Артаны нагуливал жирок в сытной и беззаботной жизни. Я остался в столице вести частную практику, друг, насколько мне известно, покинул остров и уплыл куда-то на юг - то ли прибился к исследовательской экспедиции, то ли стал наемником у одного из бесчисленных князьков.
   Однако вскоре он вернулся и осел на южном побережье, среди жаркой степи и свирепых диких животных. Мы иногда обменивались бессмысленными письмами вроде "Здравствуй, как твои дела?" лишь с одной целью - узнать, что оба все еще живы и находимся в относительном здравии.
   Но последнее послание весьма меня удивило. Судя по дрожащему почерку, обилию многоточий и восклицательных знаков, друг был более чем взволнован в момент написания. Никаких подробностей он не сообщил, лишь поведал о некой черной жемчужине, способной ослепить само солнце, и просил меня как можно быстрее приехать, дабы насладиться этим чудом. "Ты должен..., нет - обязан!! - увидеть ее", - таким постскриптумом заканчивалось письмо.
   Я передал приемный кабинет помощнику - талантливейшему выпускнику академии - и отправился в гости. Вечно шумная, дымная и никогда не засыпающая столица за десять лет успешно попортила мне нервы и настроение, так что я без раздумий покинул этот громыхающий крышкой кипящий котел. Пришлось сперва трястись в карете до восточного порта, оттуда на затхлой, провонявшей рыбой шхуне вдоль побережья на юг.
   Напрямик через остров путь был короче, но отнюдь не быстрее - вот такой вот парадокс. Ибо меня, как умелого целителя, ждали с раскрытыми объятиями в каждой встречной деревне. То ребенок заболел, то скотина хворает, то у старосты спину ломит... а я, как давший клятву нести живительный свет всем и каждому, не имел ни морального, ни юридического права отказывать просителям.
   Поэтому предпочел лишних три дня пострадать от жары в гнилой лохани, в оплату билета леча моряков от запоров и цинги, чем тратить уйму времени на постоянные остановки. И вот неделю спустя мои успевшие крепко просолиться сандалии ступили на крепко сбитый бревенчатый пирс, рядом с которым величественно покачивался прекрасный боевой шлюп с белоснежными парусами и нежно-голубым корпусом. Тут и там виднелись наспех залатанные пробоины от ядер, основание мачты неслабо так обуглилось, а такелаж все еще меняли на новый.
   Десяток угрюмых матросов с киянками, стамесками, рубанками и прочими плотницкими инструментами шныряли по палубе, заделывая оставшиеся дыры и трещины. Очевидно, изящного красавца крепко потрепали в морской битве. Что, впрочем, меня ничуть не удивило - дикий архипелаг Аджара, лежащий в тысяче верст от Артаны, просто кишел пиратами. Они не ведали огнестрельного оружия, навесной брони и многих других чудес морской техники, зато брали числом и лютой первобытной яростью.
   Я поспешил к двухэтажному каменному дому в ста шагах от причала с трепещущим сердцем и беспокойством в душе. Уж не ранили ли моего дражайшего товарища? Не отравили ли ядовитой стрелой, не покалечили ли примитивным гарпуном?
   Но друг вышел на крыльцо в добрейшем здравии и сияющей улыбкой на все лицо. Он ничуть не изменился за десять лет, проведенные в экспедициях и боях - такой же высокий, крепкий и поджарый, больше похожий на умелого рубаку, чем на колдуна.
   Ну а одежда у него была и вовсе как у заправского морского волка: холщевые штаны до середины голени, крепкие кожаные сандалии, просторная рубаха и жилетка нараспашку. Для полноты картины не хватало красной повязки на лоб, кривой абордажной сабли на поясе и бороды.
   Но бороду - весьма модную не только у морских разбойников, но и среди магов - друг не носил, предпочитая гладко бриться. И тогда он стоял, вытирая полотенцем хлопья пены с чуть синеватых щек. Не удержавшись, товарищ взмахнул полотенцем словно боевым штандартом и бросился навстречу.
   - Талий! - сказал я, пожимая протянутую мозолистую ладонь.
   - Принсен! - воскликнул товарищ, улыбаясь еще шире, хотя прежде казалось, что шире уже некуда.
   Он стиснул меня в медвежьих объятиях и едва не оторвал от земли как ребенка. Сила Талию досталось от отца - генерала гвардии Пентата, а магия перетекла вместе с кровью матери - известнейшей в свою пору придворной колдуньи. Иногда мне казалось, что Талию больше по нраву меч и доспехи, нежели мантия и пассы руками, но законы Артаны нерушимы в плане юных колдунов. Все, имеющие хоть капельку дара, обязаны проходить обучение в академии и являться на службу по первому зову Пентата. Но пока Круг Колдунов, испокон веков правящий островом, не собирался ни с кем воевать, волшебники занимались кто чем горазд, хоть и отчитывались начальству каждую неделю.
   - Ты должен немедленно ее увидеть! - Талий схватил меня за плечо и потащил куда-то за дом, не дав ни отдохнуть с дороги, ни даже оставить багаж - благо я взял с собой лишь необходимый минимум, без труда уместившийся в заплечном рюкзаке.
   - Кого ее? - удивился я.
   - О! Пусть это останется сюрпризом. Уверен, ты просто с ума сойдешь и навсегда забудешь покой и сон!
   - Мрачноватая перспектива, - хмыкнул я, заставив друга громогласно расхохотаться.
   За невзрачным, но крепким как форт особняком находился окруженный высоким частоколом пятачок земли шагов сорок в диаметре. Снаружи к забору пристроили помост с навесом из пальмовых листьев. В ласкающей распаленную плоть тени стояли столик с подносом южных экзотических фруктов и бутылкой вина, рядом примостились легкие плетеные стулья.
   Хозяин взошел на помост по приставной лестнице и развалился на стуле.
   - Присаживайся, - сказал Талий, беря со стола бутылку. Ароматная янтарная жидкость зажурчала в сверкающем хрустале. - Эй, парни! Ведите нашу жемчужину!
   Моряки забросили дела на корабле и шумной толпой кинулись в дом. Пару минут спустя оттуда, звеня цепями, выволокли темнокожую девушку в рабских колодках. Она была высока - на полголовы выше самого рослого мужчины, конвоирующего ее, мускулиста и поджара - валики мышц туго обтягивала нежно-кофейная кожа безо всякого намека на жир. Несмотря на цвет кожи, ровными и плавными чертами лица пленница походила на типичную уроженку Инрока - столицы и самого сердца Артаны. Слегка вздернутый аккуратный нос с крыльями ничуть не большими, чем у любого коренного северянина, губы не более пухлые, чем у сочных столичных красавиц, острый подбородок и ровные скулы так же выдавали отнюдь не уроженку южного архипелага, аборигены которого черны как уголь и обладают грубыми, резкими чертами. Разве что лоб заметно выше артанийских стандартов, но его частично скрывали курчавые черные волосы до шеи. Но самыми удивительными по праву считались крупные насыщенно-зеленые глаза - огромнейшая редкость, если не сказать феномен, среди южан.
   Из одежды на дикарке были лишь набедренная повязка из полосатой тигриной шкуры и широкая полоска на крепкой груди. В общем и целом, девушка оказалась весьма симпатичной. Неудивительно, что Талий величал ее жемчужиной. Такая украсила бы дом любого дворянина, да хоть самих членов Пентата, если бы не звериная ненависть во взгляде и напряженное, как у кошки перед прыжком, тело. Южане больше всего на свете ценили свободу и сильнее смерти боялись лишь рабства. Только сними с этой бестии колодки - вмиг горло перегрызет или вырвет сердце голыми руками.
   - Как ты ее поймал? - удивился я.
   - О! - друг расплылся в ехидной улыбке и сделал хороший глоток. - Магия, только магия. Я частенько плавал к архипелагу по... разным причинам.
   Я понимающе кивнул.
   - И однажды на нас имели дерзость напасть морские разбойники. Никогда прежде ни одна туземная лодка не подходила так близко к моему Буревестнику. А те ребята, видимо, совсем страх потеряли или понятия не имели, кто перед ними. Я сжег их гнилые паруса, сломал мачту и расколол утлую лодчонку натрое. Представляешь, островитяне и отчаянные пираты совсем не умели плавать? Вот хохма! - Талий хлопнул себя по колену. - Пока мы добрались до них, выжила только эта кошечка. Даже будучи израненной и нахлебавшейся воды, она вырубила четверых здоровых мужиков, прежде чем ее заковали в цепи. Вот я и построил для нее эту замечательную арену - пусть пар сбрасывает, а то неровен час перегрызет прутья в подвале и сбежит. Не баба - огонь! Хотел бы я взять ее, но даже будучи связанной по рукам и ногам она представляет серьезную опасность.
   Тем временем девушку втолкнули в огороженный частоколом круг и заперли ворота. Как оказалось, напротив нашего помоста имелся еще один - но без навеса и стульев. Там собралась галдящая и перевозбужденная команда и принялась делать ставки.
   - Ну, кто готов сразиться с Жемчужиной? - крикнул успевший захмелеть хозяин. - Дам сто золотых тому, кто наконец уложит чертовку на лопатки!
   - Я пойду! - рявкнул плечистый рыжебородый детина с массивной серьгой в ухе. Судя по кривому как синусоида носу, щербатым зубам и сбитым костяшкам, драки для этого парня любимое занятие.
   Несмотря на ручищи с ногу теленка и солидное брюхо, моряк довольно ловко спрыгнул в круг и поднял пудовые кулаки. Товарищи заорали и захлопали, подбадривая смельчака.
   - Она будет драться в колодках? - удивился я, глядя на девушку.
   - Конечно. Я же не хочу, чтобы бестия свернула шею кому-нибудь из команды. Вот этот рыжий бугай -боцман. Незаменимый человек, между прочим.
   - Как-то не особенно честно.
   - Ха! - Талий хлопнул меня по плечу. - Мои сто золотых еще не выиграл никто!
   Моряк яростно рыкнул, расставил руки в стороны и бросился на соперницу с прытью обезумевшего быка. Весил он центнера полтора, не меньше, и если бы сумел поймать дикарку, то она вряд ли бы смогла выбраться. Но Жемчужина ловко отскочила в сторону и наградила амбала пинком под жирный зад. Со стороны удар показался легким и скорее унизительным, но боцман на полном ходу врезался в частокол с такой силой, что помост зашатался, а хрустальный бокал едва не упал со стола.
   Моряки громко захохотали, показывая пальцами на растянувшегося в пыли товарища. Тот, фыркая и отплевываясь как бегемот, медленно поднялся и хрустнул пальцами. И тут я заметил, как дикарка улыбается, сверкая ровными белыми зубами. Несмотря на скованные руки и заметную истощенность, она получала явное удовольствие от боя. Нутро подсказывало, пленница могла вырубить жирдяя одним выпадом, но специально растягивала наслаждение.
   Что, впрочем, вполне логично. Вряд ли бои шли днями напролет. Скорее всего, большую часть времени девушка проводила в тесном подземелье. А уроженцы юга с детства преодолевают пешком, а то и бегом невообразимые расстояния, и подолгу сидеть на одном месте для них самая жестокая пытка. Вот темнокожая красавица и разминает затекшие члены перед возвращением в темницу.
   Тем временем бугай решил сменить тактику. Он больше не несся на соперницу с грацией пьяного тарана, а пытался оттеснить к стене сериями коротких резких выпадов. Огромный вес и лишний жир ничуть не сковывали движения боцмана, но по сравнению с Жемчужиной он словно брел по шею в густой патоке. Дикарка не просто дралась, она танцевала, выписывая такие пируэты и сгибая тело так, что лучшим столичным акробатам даже не снилось.
   Каким-то совершенно магическим способом девушка подпрыгнула, оттолкнулась от спины и сделала сальто над головой раскрывшего рот моряка. И это с тяжеленными колодками на шее и запястьях! Припав на колено, рабыня не глядя лягнула бугая в поясницу, заставив его снова обниматься с забором под надрывный хохот моряков.
   Само собой, боцман не мог стерпеть подобных унижений. Его глаза налились кровью, а дышал он так часто, что мог бы, наверное, раздувать паруса. Рыжий верзила в очередной раз бросился в атаку, но в самый последний момент провел хитрую обманку. Вместо ударов кулаками, моряк упал и попытался сделать проход в ноги. И ему, черт возьми, это удалось!
   Дикарка плашмя рухнула на землю, подняв пыльные фонтанчики. Но пока боцман вставал, намереваясь закончить начатое, девушка трепыхнулась как простыня на ветру и ловко вскочила на ноги. Она оказалась аккурат над стоящим на четвереньках противником. Удар в челюсть, жуткий, сводящий зубы хруст, и великан распластался без чувств.
   - Вот же сука! - рявкнул кто-то с помоста.
   - Да сколько можно-то?!
   - Устроим ведьме темную!
   Прежде чем я успел глазом моргнуть, гомонящая ватага спрыгнула в круг и накинулась на пленницу. Было видно, что матросам Талия не привыкать к абордажам - так слаженно и свирепо действовали они в тесном пространстве. Девушка вмиг оказалась погребена под грудой распаленных мужчин, неистово взмахивающих ногами и кулаками.
   А хозяин, глядя на это, потягивал вино и посмеивался.
   - Давно стоило ее проучить, - сказал он, без тени смущения глядя мне в глаза. - Слишком она сильная, а это действительно нечестно. Но ничего. Уверен, в следующую неделю она точно начнет проигрывать.
   Моему возмущению не было предела.
   - Прекратите! - крикнул я, вскочив с кресла. - Хватит!
   Но меня, разумеется, никто не слышал. Ровно до тех пор, пока прямо над головами дерущихся не грянул гром, а могучий порыв ветра не раскидал их в разные стороны. Да, я лекарь, но как и любой носитель колдовской крови могу повелевать стихиями. Правда, с переменным успехом. Заклинания дались крайне тяжело, я дышал так, будто десять верст убегал от тигра, и с трудом удерживал ладонью грудную клетку, ходящую ходуном под натиском взбесившегося сердца.
   Пленница лежала посреди арены на боку, поджав ноги. Колодки не позволили ей защитить лицо, ныне опухшее, разбитое и окровавленное. Кожу тут и там усеивали ссадины и царапины, повязка из тигриной шкуры, казалась, мешала девушке дышать. Но несмотря на жуткие побои, она улыбалась алыми от крови зубами.
   - А ты вовремя, - хмыкнул Талий, едва ворочая языком. - А то бы ей хана. Эй, унесите ее в подвал и дайте пожрать.
   - Позволь мне осмотреть ее.
   Боевой маг махнул рукой:
   - Не переживай, на ней все заживает как на собаке. Она ж самая настоящая южная ведьма!
   Я покачал головой и направился вслед за товарищем в дом. Обустроился он весьма недурно, однако больше всего каменный особняк напоминал музей. На украшенных коврами стенах тут и там висели разномастные артефакты, добытые в боях и в дальних экспедициях. Талий не удосужился подписать ни один экземпляр и был уже слишком пьян, чтобы рассказать историю хотя бы одного. Я заметил странный кинжал с черным изогнутым лезвием, вырезанный из вулканического стекла. Размалеванный страшной дикарской рожей туземный кожаный щит. Расколотый надвое рог таинственного животного, возможно, доисторического ящера-дракона, порой встречающегося в отдаленных уголках мира. Странный череп, похожий на человеческий, но с тремя глазницами. Золотое перо неведомой мне птицы, торчащее из щели в потолке и освещающее комнату ярче люстры с тысячью свечей. Странное копье, похожее на прикрепленный к древку короткий меч из белого металла. И многое-многое другое, не менее таинственное и интересное - для описания всего не хватит целой книги.
   Посреди всего этого великолепия стоял длинный стол из расколотых вдоль бревен, окруженный четырьмя грубыми стульями, накрытыми шкурами антилоп. На нем высился целый стеклянный город из початых бутылок с разноцветным, но явно алкогольным содержимым. Очевидно, старый добрый Талий пристрастился заливать за воротник - то ли от безделья, то ли по иной, ведомой лишь ему одному причине. Во время учебы никакой тяги к алкоголю я за ним не замечал, даже на выпуском балу он выпил жалкий бокал вина.
   Друг странно взмахнул рукой, мол, смотри сколько у меня выпивки, и зашагал по скрипучей лестнице на второй этаж. Здесь находились четыре комнаты, по две друг напротив друга, с толстенными, окованными сталью дверями. Изнутри они запирались парой здоровенных засовов, как и ставни на единственных крохотных окошках. Места тут, конечно, дикие и опасные, но колдун словно готовился к длительной осаде.
   Талий похлопал по двери моей комнаты и не сказав ни слова заперся в соседней. Я услышал тихий шелест недавно смазанных засовов и громкий скрип кровати, принявшей на себя тяжелую пьяную тушу. Пожав плечами, я внимательней осмотрел свое жилище на следующие несколько дней.
   Да уж, высокогорные аскеты позавидовали бы такой "роскоши". Срубленная абы как кровать, обильно заваленная всяческими шкурами: волчьими, тигриными и даже медвежьими. Никаких подушек и одеял - бери понравившуюся шкуру и клади под голову, а другой укрывайся. Но я неженкой никогда не слыл, мне хоть на голом полу постели - и то в радость.
   Рядом с дверью стоял массивный шкаф, и судя по процарапанным бороздкам под ножками, его регулярно двигали, заслоняя вход. Но зачем, черт возьми? Неужели местные так боялись пленницы, что баррикадировались как при затяжной обороне?
   Пожав плечами, я сунул рюкзак в пустой шкаф и отправился вниз. С долгой дороги я ничего не ел и не пил, желудок сводило от голода, а во рту пересохло от жажды. Следовало незамедлительно исправить сие непотребство, пусть даже вином и фруктами - готовкой в особняке, насколько я понял, никто особо не занимался, а слуг Талий не держал, взваливая все работы на плечи моряков.
   Миновав всего несколько ступеней, я услышал тихие грубые голоса, доносящиеся с первого этажа. Я не мог видеть, кому именно они принадлежат, но решил на всякий случай затаиться и узнать, о чем или о ком идет речь.
   - Иди покорми черную стерву.
   - Ого! Ничего себе харчи! Жирно не будет?
   - Капитан велел. Иди с ним спорь.
   - Ладно-ладно, - незнакомец вздохнул.
   Послышались шаги и скрип входной двери. Собеседник, который очевидно принес пищу, удалился восвояси. Я махнул рукой, накладывая на себя заклинание невидимости и неслышимости, и спустился в комнату. За столом сидел молоденький светловолосый парнишка, скорее всего юнга, и уписывал за обе щеки фрукты из корзинки. Пойло благоразумно не трогал - иначе вмиг раскусят и выпорют. А еда... кто и как узнает, что это он все съел, а не пленница?
   Насытившись, парень взял изрядно полегчавшую корзинку и потопал к входу в подвал. Я направился следом и увидел тяжеленную цельнометаллическую дверь - такие даже в столичных тюрьмах не ставят, обходясь обычными решетками - один черт не пролезть, не выбить.
   Юнга вытащил из кармана связку ключей, нащупал один - самый крупный, со сложно прорезанной бородкой, и отпер дверь. Ему пришлось навалиться всем телом, чтобы отодвинуть створку - такая тяжелая она была. Узкий коридор уходил вниз почти вертикально, стоя на ступенях можно коснуться противоположной стены даже согнутой рукой. Свет в подземелье исходил из кусочков золотистого перышка, вдавленных в мягкую почву и накрытых стеклянными банками, отчего тут царствовал яркий солнечный день.
   Ход привел к теской клетке с толстенными, местами проржавевшими прутьями. В ней лежала дикарка, колодки, судя по всему, с нее не снимали вообще никогда, а теперь вдобавок приковали за ногу к якорной цепи. Девушка спала, восстанавливая силы. Ее кожу сплошь покрывала запекшаяся кровь, ссадины и царапины начали гноиться. Еще немного в таких условиях - и заражение крови обеспечено. Неужели Талий настолько наивен, что думает, будто и такая зараза заживет как простой порез?
   Молодой моряк поставил корзину на пол, взял из угла метлу на длинном древке и подтолкнул фрукты к решетке. Судя по горящим глазам и тяжелому дыханию, юнга страсть как хотел подольше насладиться видом стройного полуобнаженного тела, но необъяснимая внутренняя тревога гнала его прочь из подземелья. Эту тревогу вызывал я, стоя рядом с ним, окутанный незримой энергией.
   Парень утер пот со лба и ушел, не заметив пропажи связки ключей из кармана. За это его наверняка высекут, привязав к мачте, и правильно сделают. Нечего объедать пленницу, она и так живет хуже свиньи.
   - Ты меня понимаешь? - спросил я, сбросив тайное покрывало перед клеткой.
   Девушка не ответила, но я уловил резкое движение закрытых глаз - во сне подобное невозможно, значит дикарка притворяется. Лежит себе в засаде как тигрица, надеясь поймать неосторожного путника, решившего подойти слишком близко к кустам.
   Я знал несколько южных наречий и обратился к девушке на трех, но, увы, с тем же результатом. Взять и уйти я не никак не мог - Жемчужине явно требовалась помощь, причем срочная. Я отпер дверь и осторожно вошел, присел перед избитой дикаркой на колени, ничуть не боясь запачкать белую мантию целителя. Если постараться, бедняга даже ничего не заметит. Я занес над грязной саднящей кожей ладони, как вдруг пленница неуловимым жестом сбросила колодки и прыгнула на меня, подобно пантере.
   Миг спустя я уже лежал на спине, а Жемчужина сидела сверху, занеся колодки над головой для решающего удара. Видимо, замки повредились во время драки, и девушке удалось расшатать их и окончательно сломать. Наши взгляды встретились, и мы замерли, уставившись друг другу прямо в глаза. Страх сковал каждый мой мускул и я просто лежал ни жив ни мертв, взирая на темнокожую смерть. Девушку, наверное, поразила эта реакция, заставила оцепенеть от удивления. Если бы я закричал и попытался заслонить голову руками, меня бы разодрали в считанные секунды. Но я даже не шевелился и, казалось, не дышал, а невольница ждала лишь повода, чтобы размозжить добыче череп.
   Вдруг девушка пошатнулась, тряхнула головой и выронила колодки. Хвала Свету, они не упали мне на лицо - учитывая тяжесть и высоту, кости бы точно треснули. Жемчужина, изо всех сил борясь с волной усталости и боли, попыталась ухватиться за прутья, но промахнулась и рухнула рядом со мной.
   Ее била мелкая дрожь, кожу усеяли бисеринки пота, я не сразу заметил, насколько горячее ее тело. Заражение началось, и мне придется приложить немалые усилия, чтобы очистить кровь бедолаги. Я снова занес ладони, заставив дикарку вздрогнуть как от удара хлыстом. Наверное, она ждала кары за нападение, и не могла никак защититься, поэтому лишь сверлила меня гневным взглядом темно-зеленых глаз.
   - Ты понимаешь меня? Если понимаешь - кивни.
   Девушка никак не отреагировала, пока я не перешел на одно из наречий Аджары. В академии нас заставляли штудировать двенадцать самых распространенных языков и, хвала Свету, островной говор входил в программу.
   - Не бойся, я не причиню тебе вреда. Я лекарь, я исцелю твои раны. Только не мешай мне, хорошо?
   Пленница коротко кивнула.
   - Расслабься, больно не будет. Ты заснешь, а проснешься полностью здоровой. Никто не узнает о моем приходе.
   Она снова кивнула и зажмурилась. В моих ладонях вспыхнул животворный свет, яркий словно солнце, но не обжигающий, а дарующий умиротворяющее тепло. Грязь и гной исчезли, растворились в потоке магии, а через раны, прежде чем они бесследно зажили, мистическая энергия проникла в кровь, плоть и кости, избавив Жемчужину от всех недугов.
   Девушка заснула, а я, заперев клетку, бросил связку ключей в корзину. И тут услышал топот шагов. Стоило мне стать невидимкой, как в темницу влетел взъерошенный запыхавшийся юнга, упал на колени и принялся шарить руками по земле. Найдя утерянное, он с облегчением выдохнул и наспех закрыл все двери, после чего стрелой вылетел из особняка.
   К тому моменту я уже перекусил найденными на кухне фруктами, напился свежей воды и разлегся на шкурах, дабы наконец отдохнуть после долгого путешествия и тяжелого исцеления.
  

2

   Неожиданно для себя я проспал аж до утра. Так сильно измотали меня тяготы пути, волнение во время драки, усмирение матросов и прочее колдовство. Тем не менее проснулся я свежий и бодрый, полный не только телесных сил, но и тайных энергий.
   Повесив мантию на спинку стула и оставшись в одних белых брюках, я галопом помчался к берегу, разминая заспанные члены и наслаждаясь свежим воздухом и невообразимо голубым небом, какое бывает лишь на юге. Промчавшись по причалу мимо лениво зевающих матросов, я на полном ходу нырнул в пока еще прохладные воды океана. Уже через пару часов они превратятся в парное молоко, ну а пока купание проясняло мысли и пробуждало в душе давно подавленный рутиной бойцовский дух молодости.
   И пусть мне всего тридцать, за десять лет унылой монотонной работы в столице я превратился в самого настоящего старика - степенного и унылого, ведущего скромную размеренную жизнь без всякого намека на приключения. Здесь же я вновь ощутил себя мальчишкой, в коем впервые открылся колдовской дар и жажда сворачивать горы, перекраивая мир под себя. Наверное, правы писатели, советующие смену обстановки как панацею от всех скук и печалей.
   - Здесь полно кроколисков, - раздался над головой знакомый голос, хоть и приглушенной толщей воды.
   Я вынырнул и увидел Талия на краю причала. Лицо его несло знаки вчерашнего обильного возлияния, определенно неспокойной ночи и кое-чего еще. Мне показалось, или товарищ всерьез на что-то сердился? Или на кого-то...
   - Завтрак готов. Идем.
   Выбравшись на мокрые доски, я засеменил вслед за хозяином. Он молчал, не оборачивался, лишь странно сопел. Я раскрыл было рот, дабы выяснить причину негодования друга, но в последний момент передумал и сжал губы. Талий - искуснейший боевой маг, ощутить остаточные следы магии для него - что кобелю учуять жареную колбасу. Он наверняка знает о моем визите в подземелье, но на что именно злится? Ждать ответа на этот вопрос оставалось недолго.
   Мы вошли в дом. На столе блестели серебряные тарелки с щедрыми ломтями мягкого белого хлеба, сыром и жареным филе некой морской рыбины - признаться честно, в приготовленном виде мне ее ни за что не опознать. Бутылки с выпивкой таинственным образом исчезли (не исключено, что перекочевали в комнату хозяина), вместо них скромно и сиротливо стояли чашки с кофе.
   Я положил кусок сыра на еще горячий кусок хлеба и как ни в чем не бывало принялся жевать, старательно пряча взгляд от товарища.
   - Принсен, это опасно, - тоном строгого родителя проговорил Талий, даже не подумавший притронуться к еде.
   - Я не мог ее там оставить, - как можно спокойнее ответил я. - Она умирала.
   - Она - зверь! - рявкнул маг, вскочив со стула и опрокинув чашку. - Черная ведьма! Безжалостная убийца! Вполне возможно, людоедка! Мы ни черта не знаем о ее родине и обычаях. Не исключено, что она вырывает и пожирает детские сердца! Как можно проявлять к ней сострадание? Как ты умудрился залезть в клетку к дьяволице?!
   - Можешь ли ты подтвердить свои слова? - Я начинал кипеть от гнева. - Чем-нибудь, кроме баек пьяной матросни?
   На последние два слова я сделал особое ударение, чтобы Талий сразу понял, о ком идет речь. Товарищ вскипятился не на шутку, волны нестабильной энергии били из него целыми гейзерами. Еще миг - и боя не избежать. Боя, выйти победителем из которого у меня не было ни малейшего шанса.
   Но внезапно все мистические возмущения исчезли. Колдун глубоко вздохнул, закрыл глаза и сел на место. Кажется, он вовсе не замечал разлитый по столу кофе. Талий покачал головой, несколько раз сжал и разжал пальцы, после чего сказал:
   - Прости. После пленения этой ведьмы я сам не свой.
   - Так избавься от нее.
   - Ну уж нет, - хохотнул друг. - Когда эта бешеная баба рядом - не расслабишься. Всегда надо держать ухо востро, иначе неровен час зарежут как барана, а ты и бекнуть не успеешь. Постоянная опасность - отличный повод держать себя в форме.
   "И пить как свинья", - подумал я, но вслух, разумеется, ничего такого не сказал.
   - Хочу приручить ее, понимаешь? - мечтательно и совсем по-мальчишечьи произнес маг, будто говорил о дикой собаке или необъезженном жеребце. - Но я... слишком груб и быстр на расправу. Сперва думал сломить ее дух драками, но дикарка от них становится еще злее и непокорнее. Потом планировал угощать ее плетьми, пока на четвереньках ползать не начнет... Но у меня быстрее рука отсохнет, чем она издаст хоть стон, хоть вопль мольбы. Может ты попробуешь?
   - Попробую что? - Я посмотрел на друга из-за поднесенной ко рту чашки.
   - Ну... одомашнить, окультурить...
   Я чуть не расхохотался ему прямо в лицо. Ну да, сперва ты истязаешь саму свободу в человеческом теле, а потом хочешь хорошего отношения. Как же сильно ты изменился за десять лет, старый друг.
   - Попробую.
   - Правда? - Талий просиял. - Вот ключи. Можешь ходить к ней когда захочешь.
   - Спасибо.
   Хозяин машинально потянулся рукой к опрокинутому кофе, тряхнул головой и отправился наверх - видимо, пить иные, более веселые напитки. Я же набрал в свою тарелку мяса побольше, захватил весь хлеб и спустился в подземелье, про себя отметив, что получил лишь один ключ - от массивной двери, но никак не от клетки. Неужто Талий думает, будто я выпущу дикарку, позволю сбежать? Впрочем, какой резон ему вообще мне доверять? Наверное, он растерял всех друзей, раз обратился к сокурснику, которого не видел с выпускного бала.
   Колодки с девушки сняли - скорее всего для починки. Толстая якорная цепь у ноги никуда не делась. Жемчужина сидела, прислонившись спиной к холодным прутьям и прижав колени к груди. Послышав шаги на лестнице, она вскинула голову и уставилась в коридор ненавидящим взглядом.
   Но поняв, кто пришел, она перестала метать глазами молнии и самую малость расслабилась.
   - Я тебе покушать принес, - спокойно сказал я.
   Дикарка отвернулась. Я оставил тарелку у клетки и опустился на колени неподалеку.
   - Как тебя зовут?
   Тишина и отведенный взгляд. Жемчужина словно превратилась в статую, не двигаясь и чуть дыша.
   - Я не враг, поверь. Зачем врагу дважды спасать твою жизнь?
   - Рита, - нехотя ответила пленница. Ее голос, вопреки ожиданиям, был мелодичным и высоким, а не гортанным и грубым как у островитян.
   - Принсен.
   Она улыбнулась, будто посчитав мое имя смешным или забавным.
   - Сперва я приняла тебя за бабу. Ты тощий и длинноволосый, носишь белое платье.
   - Это колдовская мантия, - сказал я, ничуть не обидевшись на сравнение.
   - Раз ты колдун - так освободи меня, - отрешенно бросила Рита.
   - Я бы мог! - в сердцах воскликнул я. - Но куда ты пойдешь? В Артане тебя вмиг отыщут, а плыть на архипелаг не на чем.
   - У причала стоит корабль.
   Я хмыкнул:
   - Нас всего двое. Как мы управимся с такой громадиной?
   - Нас? - девушка посмотрела на меня и приподняла бровь. - Ты что, собираешься бежать со мной?
   Я пожал плечами:
   - Если честно - не думал об этом. Но здесь мне лучше не задерживаться.
   - Это точно, - Рита снова улыбнулась. - Тогда чего тебе надо?
   - Хочу дать простой совет - подчинись. Будет куда проще, если ты...
   Оглушительно звякнула цепь. Дикарка одним прыжком оказалась у решетки и впилась пальцами в ржавеющие прутья.
   - Никогда, - прошипела пленница, - этот шакал не удостоится даже доброго взгляда! Я лучше сгнию заживо в этой норе, чем позволю ему к себе прикоснуться! А ты... убирайся прочь! Лжец и мошенник! Талий подослал тебя!
   - Нет! - я вскочил и оказался так близко от клетки, что Рита могла в любой миг схватить меня за горло и удавить или сломать шею. - Нрав Талия изменчив и горяч, уж я-то его знаю. Он получит, что захочет и забудет тебя, выгонит прочь или продаст. В любом случае, шансов сбежать будет больше, а пока... Этот человек - один из самых могущественных колдунов Артаны. Щелчок пальцев - и твоя кровь вскипит.
   - Плевать! Я лучше сдохну. Так ему и передай!
   - Это глупо!
   Мои руки скользнули вниз по прутьям и случайно коснулись пальцев Риты. Девушка фыркнула и толкнула меня в грудь раскрытой ладонью. Пожалуй, она все же сдержала свою немалую силу, ведь я всего-навсего отшатнулся, а не полетел кувырком до самой лестницы.
   После дикарка села в ту же позу и отрешенно уставилась под ноги, всем своим видом давая понять, что разговор окончен. Бессмысленно и пытаться налаживать контакт в таком состоянии. Я сердито качнул головой и покинул подземелье, не забыв запереть дверь.
   - Как успехи? - спросил Талий.
   Маг сидел за столом с бутылкой в руке, ежеминутно прикладываясь к горлышку и покачиваясь на стуле. Я смерил его раздраженным взглядом и промолчал.
   - Понятно. - Он невесело усмехнулся. - Слушай, я вот который час сижу и размышляю. Завтра в полдень сюда приплывет Рафар - купец с востока, занятный малый. В прошлый раз я показал ему дикарку и поспорил, что она побьет любого, даже самого искусного кулачного бойца. И Рафар пообещал привести пустынника - это жуткие типы, веками выживающие среди бесплодных песков. Они дерутся как настоящие дьяволы, вся Артана наслышана об их подвигах. Трое служат аж в гвардии Пентата. Круг Колдунов хотел нанять больше, но казна не позволила. Что ж там за звери, раз их услуги так дорого стоят? И я все думаю: на кого поставить, а? Рафар привык играть по-крупному. Можно раздеть этого щегла до нитки, но можно и самому крепко прогореть. На кого бы поставил ты, а?
   - Не знаю, - честно ответил я. - Посмотрю на пустынника - а там решу.
   - За твою мудрость и рассудительность. - Талий отсалютовал бутылкой и сделал большой глоток.
   Я отправился в свою комнату. Зной разыгрался не на шутку, казалось, само солнце решило избавиться от нас, выжечь как заразу. Поместье превратилось в сонное царство. Спрятавшиеся в трюме моряки время от времени плескались в океане, но не находили там ни капли прохлады. Воцарился мертвый штиль, о ветре можно было только мечтать. Я невольно поежился, представив, каково сейчас Рите в душном подвале.
   С одной стороны, не стоило лишний раз злить хозяина. С другой - мысли о томящейся в адском пекле девушке были невыносимы. Я спустился на первый этаж, набрал кувшин пресной воды и отправился в подвал второй раз за день. К счастью, Талий куда-то ушел - скорее всего дрых пьяный наверху, и никто мне не мешал и не задавал ненужных вопросов.
   Осторожно открыв дверь, я начал спуск и вскоре понял, что помимо меня и дикарки в темнице есть кто-то еще. Незнакомец в одежде матроса стоял лицом к клетке со спущенными штанами и высунутым языком. Не нужно обладать царской мудростью, чтобы понять, чем занят негодник перед полуобнаженной девушкой.
   Я поставил кувшин на пол и кашлянул в кулак. Моряк обернулся, вытаращил глаза и побледнел. Я узнал юнгу - ну конечно, кому же еще заниматься такими гадостями. Парнишка явно потерял дар речь, наспех натянул портки и пушечным ядром бросился к лестнице, стараясь на смотреть на меня. Я ловко поймал его за плечо и прижал к стене. Юнец заверещал, как схваченная за хвост кошка, и обмяк в моей далеко не самой сильной хватке. Просто юнга прекрасно знал, на что способен Талий и, не вдаваясь в подробности, считал меня равным ему - могучему боевому колдуну.
   - Дядя волшебник, я больше не буду! Пожалуйста, не превращайте меня в жабу!
   - О нет! - как можно зловеще ответил я. - В жабу я превращу лишь одну часть твоего тела.
   - Не надо! Умоляю, дяденька! - Поганец понял все без лишних разъяснений.
   - Пошел вон отсюда. Еще раз увижу...
   - Не увидите! Всеми богами клянусь!
   Я отпустил его. Юнга затопотал по ступеням как раненый бегемот и скрылся за дверью. Рита, глядя на это, фыркнула и покачала головой.
   - Ты ничего не съела, - сказал я, без опаски подходя к решетке. - Завтра тебе предстоит бой с пустынником. Если слухи не врут, эти ребята невообразимо свирепы.
   - Я тебя вижу в третий раз, но как же ты уже достал..., - фыркнула пленница.
   - Я воды принес...
   - Воды? - Рита заметно оживилась. - Что ж ты раньше молчал. Неси сюда.
   Без всякой задней мысли я поднес кувшин к прутьям. Дикарка взяла его, долго и жадно пила, а остатки вылила на и без того взмокшие волосы. Затем схватила меня за плечо и вжала в решетку. Послышался звон разбитого стекла, и в следующую секунду крупный осколок впился мне в шею, едва не прорезав кожу.
   - Это мое последнее предупреждение, - зашипела девушка на ухо. - Передай дружку - ничего у него не выйдет. Еще раз появишься здесь - убью. Ни магия, ни сами боги не спасут тебя. Если понял - кивни. Так ты вроде говорил, да?
   - Нас с Талием не связывает ничего, кроме учебы в академии, - спокойно ответил я. - Думаешь, что я тут из-за него - ты просто дура.
   Рита нахмурилась, но нажим ослабила.
   - А ты дерзкий, хотя с виду и не скажешь. Тоже ищешь смерти или просто дурак?
   - Тоже дурак, - хохотнул я и подмигнул, заставив девушку зарычать.
   - Я ведь не шучу, - злобно бросила она. - Этим стеклышком я без труда отрежу тебе башку.
   - И тем лишь докажешь, что Талий прав.
   - Насчет чего?
   - Насчет того, что ты кровожадная ведьма и людоедка.
   - Это он так считает? - опешила темнокожая красавица.
   Я кивнул.
   - А как считаешь ты? Кого видишь перед собой?
   - Прекрасный дух свободы.
   - Не зли меня, безумец! - Рита встряхнула меня, каким-то чудом не поранив.
   - Я все сказал. Дальше делай что хочешь.
   Мы долго смотрели друг другу в глаза - по ощущениям не меньше часа, хотя на самом деле не прошло и минуты. Наконец девушка опустила руки, выронив осколок, и прижалась лбом к ржавому пруту. Я хотел погладить ее волосы, но с тем же успехом можно было попытаться погладить пантеру или медведя. И все же я решился. Рита вздрогнула и отшатнулась, напрягшись как для прыжка, но быстро расслабилась и подошла ближе.
   - Если ты служишь Талию, - шепнула она, - клянусь всеми богами - вырву твое сердце голыми руками.
   Я бережно играл с ее влажными кудрями, а она сверлила меня подозрительным взглядом. Было видно, дикарка так соскучилась по ласке, что пошла на риск, лишь бы ощутить мягкие ладони на лице, а не тумаки или хлыст. Но природная осторожность сыграла свою роль. Рита отстранилась и села на земляном полу, поджав колени. В мою сторону она больше не смотрела. На ее лице отразились такие горе и тоска, что я был готов разорвать прутья голыми руками, лишь бы выпустить это чудо на свободу - туда, где ее место.
   Но нам не уйти, пока Талий поблизости. А он, судя по всему, надолго съезжать не собирается.
   Вернувшись в комнату, я скатал все шкуры в большой рулон и отнес в подземелье. Рита никак не отреагировала на лежащий у клетки подарок. Ей было стыдно, что близкий друг пленителя заботится о ней - сильной самостоятельной женщине - как о ребенке. Я прекрасно понимал это, но ничего не мог с собой поделать. Меня тянуло в темницу словно магнитом. До боя оставался еще целый день, да и неизвестно, состоится ли он вообще, привезет ли Рафар обещанного пустынника, но мною уже овладело снедающее душу волнение. Я боялся, что Риту покалечат или вовсе убьют, и даже мои лекарские навыки никак не смогут помочь. Ведь смерть неподвластна даже некромантам, они могут воскрешать только безмозглые алчущие плоти оболочки, но никак не возвращать погибших в добром здравии.
   - Долго ту будешь стоять? - сердито произнесла пленница.
   - Если понадобится - хоть до утра.
   - Надеюсь, ты не такой как тот юнга?
   Я тряхнул головой, изображая крайнее возмущение:
   - Ладно, ухожу. И... удачи завтра.
   - Иди уже, - буркнула Рита, пряча в тени улыбку.
  

3

   Ночь прохладной пелериной опустилась на степь. Где-то вдали орали гиены и тихо порыкивали тигры, протяжно выли полночные птицы, пугая суеверных моряков. Но отнюдь не эти редкие, но пронзительные звуки мешали мне спать.
   И вовсе не твердая полная заноз постель заставляла меня вертеться волчком с боку на бок. Я не мог заснуть из-за мыслей о Рите. В них я то и дело приходил красавице на помощь: лечил после тяжелого боя с пустынником, спасал из рабства и даже дрался с Талием, хотя прекрасно понимал, чем бы подобная затея кончилась наяву.
   И всякий раз дикарка одаривала меня объятиями и легким поцелуем, и мечты об этом обливали сердце кровью и прогоняли усталость. Несколько раз я вставал и ходил по комнате как загнанный в клетку волк, то порываясь немедленно спуститься в подвал, то в последний момент отдергивая руку от двери.
   С одной стороны я искренне и страстно желал взглянуть на пленницу хотя бы издали. С другой не хотел раздражать ее лишний раз и тревожить столь необходимый сон. Ведь я давно не мальчишка и должен вести себя согласно положению, а не плестись на поводу у низменных порывов.
   И едва сердечное томление утихало, и я готовился вот-вот провалиться в долгожданную дрему, как голову заполняли иные мысли - черные и страшные. Я серьезно боялся за грядущий поединок, но ничего не мог поделать. Разве что плюнуть на все и попытаться устроить побег, но у нас нет ни лодки, чтобы уплыть в далекую жаркую Аджару, ни коней для спасения в глуби Артаны. Маги прекрасно чуют друг друга на большом расстоянии, и Талий немедленно пустится в погоню. Скорее всего, он заметит побег, едва мы выйдем за порог особняка.
   Поэтому оставалось только ждать развязки, а она в любом случае будет страшна. Я уже собрался напиться, дабы наконец перестать терзаться жуткими думами, но, хвала Свету, под утро сон все же пришел. Мне не снилось ничего, и лишь это позволило хоть немного отдохнуть, потому что ровно в полдень меня разбудили громкие крики на причале.
   То моряки Талия встречали подходящую с востока шхуну под яркими желтыми парусами. Мне стало любопытно поглядеть на Рафара и его бойца. Не мешкая, я надел мантию и отправился к берегу. Корабль уже швартовался, местные матросы помогали гостям подтягивать судно. Восточные мореходы были невысокие поджарые и загорелые, облаченные в просоленные серые рубахи, штаны и тюрбаны, защищающие бритые макушки от палящего солнца.
   Талий тоже находился тут, горячо приветствуя невысокого смуглого мужчину в пестром халате, подпоясанном широким алым кушаком. Он носил синие шелковые шаровары и красные сапожки с загнутыми острыми носами, а на голове словно корона восседал массивный белый тюрбан с павлиньим пером.
   Человек отличался улыбчивым добродушным лицом, украшенным аккуратной бородкой, умело маскирующей пухлые щеки. Карие глаза блестели неподдельным интересом, а речь лилась сладчайшей патокой.
   - Талий, мой дражайший друг, как я рад тебя видеть в добром здравии, - с заметным акцентом произнес купец.
   - Рафар, старый морской волк! Счастье, что боги еще не утащили тебя на дно!
   - Ты же знаешь, я плаваю как пустая бочка! - с хохотом ответил мужчина, звонко похлопав себя по брюху. - Дражайший друг, а не врешь ли ты мне? Я вижу колдуна в мантии лекаря. Точно не болеешь?
   - Не дождешься, - весело хмыкнул хозяин. - Знакомься - это Принсен, мы вместе учились в академии.
   - Как же я люблю новые знакомства! - Рафар сделал жест, будто вытирал руки о грудь, и протянул мне ладонь - на удивление мозолистую и крепкую.
   Но я давно не смотрел на восточника, как того требовали правила приличия, лишь машинально тряс рукой. Мой взгляд приковал великан, громыхающий по трапу так, что крепкие доски скрипели и гнулись как соломинки. Никогда прежде я не видел столь рослых людей, больше всего незнакомец напоминал прямоходящего быка - столь огромным и мускулистым было его тело.
   Нижнюю половину лица громилы скрывала красная тканевая маска, какую часто носят пустынники для защиты от песчаных бурь. Левый глаз закрывала кожаная повязка, правый взирал на снующих под ногами муравьев с безразличием, но в нем таилась такая угроза, что мне стало не по себе. Гладко выбритый череп сплошь усеивали шишки и шрамы, последних было так много, будто голову великана несколько часов кряду драли бешеные тигры.
   Верзила даже оделся как на похороны - в просторную черную рубаху с короткими рукавами и того же цвета портки. Я хорошо рассмотрел обвившихся вокруг предплечий вытатуированных драконов. Как и рядовые мореходы никакой обуви пустынник не носил, да и зачем, если стопы обросли мозолями толще всякой подошвы.
   - Ну-с, прошу любить и жаловать. - На фоне бойца Рафар выглядел малолетним ребенком - толстеньким и совершенно беззащитным. - Араам - гроза востока, один из лучших бойцов пустыни. Однажды он оторвал ногу противнику голыми руками, а черепа крошит как яичную скорлупу. Так-то! Я свое обещание выполнил, дражайший друг. Ответь же мне: что поставишь на победу своей дикарки?
   - Пять тысяч, - ответил Талий, скрестив руки на груди.
   А приятели-то играют по-крупному. Указанная сумма - мой годовой заработок, а я далеко не последний лекарь в Инроке, даже членов семей Пентата частенько принимаю.
   - Ох, ты меня обижаешь! - весело крикнул Рафар, наиграно всплеснув руками. - Что такое монеты? Они приходят и уходят, как ветер или прилив. Предлагаю поставить нечто постоянное и незыблемое, как наша дружба!
   Я мысленно усмехнулся. Купец-хитрец явно не самый надежный товарищ. Хотя, что взять с меня - помышляющего украсть собственность человека, всецело мне доверяющего.
   - Корабль на корабль! - гаркнул маг, заставив своих матросов недоуменно переглядываться и пожимать плечами.
   - Ну позволь же, дражайший друг: два корабля мне ни к чему, а без одного пропаду! А давай бойца на бойца, а? Победит Араам - я заберу твою необъезженную дикарочку. Ежели она одержит победу, ты получишь самого преданного и могучего телохранителя на всем белом свете!
   Талий нахмурился. Его мысли прочитать было легко. С одной стороны, ничего ценного он не потеряет. С другой - со столь свирепым и бесстрашным воином в команде можно плыть хоть к черту на рога и хорошенько оного черта ограбить.
   - По рукам!
   Я вздрогнул. Вот он - шанс! Надо как можно скорее предупредить Риту и заставить поддаться. Рафар - человек денег, с ним сторговаться будет не в пример проще, чем с колдуном. Главное незамеченным проскользнуть в дом и...
   - Принсен, куда же ты? - окликнул меня хозяин.
   Я обернулся, наши взгляды встретились. Нахмуренные брови, кривая усмешка и презрительно сощуренные глаза говорили сами за себя - предугадывать мысли умею не я один. Талий все знал, не догадывался, а именно читал мои замыслы как открытую книгу. Неужели я стал настолько предсказуемым? Неужели влечение к чернокожей красавице превратило мудрого мужа в мальчишку, у которого все на лбу написано?
   - Я... э-э-э...
   Придумать вескую причину мне никто не позволил:
   - Негоже заставлять гостей ждать. Поединок вот-вот начнется. Прошу, следуйте за мной.
   Это была не просьба, а приказ - жесткий и беспрекословный, обращенный в первую очередь ко мне. Все карты спутались, оставалось лишь надеяться на проигрыш Риты малой кровью. Но зная ее нрав и характер... она наверняка будет драться до последнего, тешась мыслью найти смерть в бою как избавление от ненавистных оков.
   Сжимая и разжимая кулаки в бессильной ярости, я побрел за Талием, ненависть к которому росла и крепла с каждой минутой.
   Мы взошли на помост и расселись на приготовленные стулья, устеленные шкурами и шелковыми подушками. Стол украшали изысканные вина, фрукты и жареная рыба, яркое солнце заглядывало под навес, искрясь на хрустальных гранях бокалов.
   Араам сразу вошел на арену и принялся разминаться в ожидании соперницы. Несмотря на воистину гигантские размеры, движения пустынника отличались неуловимой быстротой и своеобразной неистовой грацией.
   - Все никак не возьму в толк. - Талий глотнул вина. - Почему ты отказался от денег? За пять тысяч ты бы купил сотню превосходных рабынь. Чем тебе приглянулась эта девка?
   Рафар торжественно улыбнулся и с легким лукавством спросил:
   - Мой ответ не изменит условия спора? Не откажешься ли ты, дражайший друг, от своих слов?
   - Обидеть меня решил?! - неожиданно громко рявкнул маг. - Я - человек чести!
   - Разумеется, разумеется, - изо рта восточника снова полилась патока. - Я просто так спросил, любопытства ради, ничуть не ставя твою репутацию под сомнение. Дело в том, что дикарка - далеко не простая девка.
   - Да? А кто же?
   - Дочь Фаруму - вождя самого могущественного клана Аджары. Ему принадлежат восемь крупнейших островов архипелага. Ты и представить не сможешь, сколько золота, каменьев и слоновьей кости он отдаст за свою дочурку.
   Даже матросы на противоположном помосте наверняка услышали скрип зубов капитана. Но больше ничем Талий своих ярости и негодования не выдал, внешне оставаясь спокойным и беспристрастным. Однако рвущиеся из его души мистические волны заставили мои волосы встать дыбом.
   - Что же..., - мягко произнес он, - пустынник все равно проиграет.
   - Узнаем, дражайший друг, скоро узнаем.
   Отряд рослых моряков во главе с боцманом вывели из особняка пленницу. Вместо колодок на ее шее громыхал стальной ошейник с толстой цепью. Несмотря на немалый вес оков, Рита шла с гордо поднятой головой и улыбалась как всегда в преддверии славной драки. Конвоиры держались на почтительном расстоянии и даже не думали понукать дикарку.
   - Неземная красота, - пропел Рафар, поглаживая бородку. - Какая грация, стройность и сила. Готов поспорить на все свое состояние, в постели она сущая тигрица!
   - Верно, - холодно ответил я, и от этих слов Талий почему-то вздрогнул. - Голову вмиг откусит, как и полагается опасной хищнице.
   Купец вяло расхохотался, с опаской поглядывая в мою сторону. Неужели и он обо всем догадался? Видит Свет, я не ведал, что творил. Меня сжигала изнутри лютая, нечеловеческая ревность. И, судя по усиливавшимся потокам колдовской энергии, не меня одного.
   Рыжий верзила снял ошейник и грубо втолкнул Риту в круг арены, после чего вся бригада дружно навалилась на створки, будто за ними бушевал слон, а не стояла девушка. Пустынник выпрямился, хрустнул шеей и встал в весьма необычную боевую стойку, никогда не виданную мною прежде. Он присел на широко расставленных ногах, правую руку опустил вдоль бедра, а левую выставил перед собой, согнув в локте под прямым углом.
   Со стороны великан напоминал краба-калеку без одной клешни. Сражайся против него кто другой, и я бы рассмеялся этому забавному сравнению. Но тогда мне было ну совсем не до веселья. От исхода схватки зависело очень и очень многое. О Свет, надо было сидеть дома, принимать пациентов и в ус не дуть, но нет же, соскучился по приключениям! И сидел как на иголках с громыхающим в груди сердцем, высохшим ртом и сдавленным дыханием. Я положил руки на стол ладонями вниз, а когда убрал их увидел две лужицы ледяного пота, успевшие натечь за жалкие минуты. Страшно хотелось выпить, но я сдерживался - еще предстоит лечить и, скорее всего, обоих бойцов, а в нетрезвый разум приходит лишь тьма, но никогда Свет.
   - Начали! - крикнул Талий.
   Араам прыгнул - удивительно далеко и высоко для своего телосложения, и ударил пяткой в грудь сопернице. Рита поразила зрителей еще больше, прогнувшись назад почти параллельно земле, и в тот же миг выпрямившись. Пустынник оказался у нее за спиной, дикарка размахнулась ногой, но великан успел подставить предплечье. Стальные пальцы сжались на темной голени, и секунду спустя Рита, описав широкую дугу, полетела прямо в частокол. Матросы застыли с отвисшими челюстями, когда пленница ловко извернулась в полете, оттолкнулась от заметно пошатнувшихся бревен и прыгнула на врага.
   Быть может давний друг прав, и она действительно ведьма? Иных объяснений этой сверхъестественной прыткости я так и не нашел. Но и Араам оказался не промах. Он одним прыжком ушел с линии атаки, махнул рукой и обрушил пудовый кулак прямо на поясницу девушки. Риту словно впечатало в землю могучим молотом, выбив из легких весь воздух. Клубы пыли окутали неподвижное тело, я непроизвольно вскочил со стула.
   Пустынник же прыгнул туда, где лежала противница, и, видит Свет, мне послышались хруст костей и сдавленный крик, но виной всему оказалось разыгравшееся воображение. Дикарка успела откатиться в сторону и хорошенько треснуть бугая под колено, но тот даже не шелохнулся. Казалось, эту гору мышц не сдвинет с места даже пушечный выстрел в упор.
   - Никаких шансов, - весело произнес Рафар.
   - Погоди, - бросил маг. - Жемчужина полна сюрпризов.
   И словно в подтверждение этих слов Рита кувырком зашла великану за спину и повисла на шее, сдавив ее обеими руками. Араам захрипел, вытаращил налитый кровью глаз и попытался достать наглячку, но столь огромные и толстые руки не так-то просто завести за спину. Тогда он упал плашмя, тешась надеждой придавить дикарку, но та отпрыгнула прочь, снова кувыркнувшись в воздухе.
   Некоторые говорят: чем выше шкаф - тем больнее падать. В случае с пустынником они совершенно правы. Гулкое приземление сильно сбило дыхание громилы, и он уже не мог прыгать и уклоняться столь же резко как раньше. Рита не позволила ему восстановиться и стремительно атаковала, скача вокруг и осыпая ударами незащищенную спину.
   Араам крутился по мере сил и пытался достать юркую бестию, но столь могучие мышцы требовали плотного насыщения кислородом, а великан едва дышал. Поняв, что прежняя тактика уже не годится, он отступил к стене, дабы прикрыть тыл от бешеной пантеры, успевшей хорошенько взбить печень и почки.
   Ситуация вновь запахла безысходностью. Рита не могла нападать в лоб - для нее это смерти подобно. А пустынник не спешил открывать незащищенную спину, насмешливо подзывая соперницу поближе. И тут я понял, что оказался прав, и никогда прежде собственная правота столь сильно не давила на сердце. Дикарка предпочла смерть неволе и с громким криком бросилась на врага, целясь ногтями в единственный глаз.
   Великан махнул рукой, будто отгоняя назойливое насекомое, и сбил девушку в полете. Она прокатилась по земле, ударилась о частокол, заставив зазвенеть бокалы. Немедленно встала, утерла кровь с губ и повторила прыжок. Я заорал: "Нет!" и вцепился Талию в плечо, неистово затряс, прося остановить бой. Но маг лишь усмехнулся, даже не взглянув в мое бледное как мел лицо.
   Рафар и вовсе сидел довольный как слон и радостно потирал ладони в предвкушении забитого драгоценностями трюма. А Рита, вся в пыли и крови, пошатывалась напротив ухмыляющегося пустынника.
   Я хотел предупредить ее, вынудить поддаться, но разноголосый гомон моряков и вскрики самих бойцов оглушали, я сам с трудом слышал себя. Дикарка думала, что за поражением последует очередное томление в душной клетке, и решила пасть в бою, как и полагалось воительницам ее народа. Раз за разом она прыгала на Араама, раз за разом получала сокрушительные удары, из последних сил падала и вновь вставала. И в самый последний момент, когда исход боя казался предрешен, верзила промахнулся и получил пяткой прямо в лицо. Крепкая как железо лысая голова запрокинулась и врезалась в бревна с такой силой, что бокалы попадали на пол, разбившись в дребезги.
   Воин песков рухнул на колени, а затем плашмя лицом вниз. Земля дважды дрогнула под исполинской тушей. Он лежал, а Рита стояла над ним - но совсем недолго. Ее повело в сторону, ноги заплелись и девушка упала рядом с поверженным врагом.
   - Я победил, - без особого восторга произнес хозяин.
   - Видит небо, это так, - вздохнул Рафар. - Вот уж не думал... Сильна, чертовка, ох как сильна! Повезло тебе, дражайший друг, теперь твой трюм наполнит щедрыми дарами великий Фаруму.
   - Плевать. - Эти слова заставили меня вздрогнуть. - Ты же сам говоришь, деньги приходят и уходят, то наполняют кошели, то утекают сквозь пальцы. Сейчас же в моей власти истинная жемчужина Аджары. Она станет достойным экспонатом в моей коллекции. Видит небо, дикарка воистину бесценна.
   Купец пожал плечами. Он не мог понять ничего выходящего за рамки сделок купли-продажи. Его волновали лишь прибыли, а Талий был озабочен властью и находил смысл жизни только в тщеславии. К сожалению, я слишком плохо знал его, чтобы понять это сразу.
   - Ну что, - маг хлопнул в ладоши. - Самое время устроить пир!
   - Согласен, - Рафар похлопал себя по животу. - Надеюсь, добрая пища и крепкое вино скрасят горечь поражения.
   Я поднялся и зашагал к воротам арены.
   - Куда ты? - удивился колдун. - Хочешь обидеть нас своим отсутствием?
   - Прошу простить, - я поклонился, положив ладонь на сердце. - Я должен вылечить бойцов, их раны слишком тяжелы. А выпивка не даст мне сосредоточиться.
   - Понимаю, - хмыкнул хозяин. - Тогда присоединяйся, как закончишь. Мы будем снаружи.
   Я попросил матросов отнести раненых на второй этаж. Спорить никто не стал, один боцман взглянул на капитана, но тот молча кивнул, занятый своими мыслями. Риту разместили в моей комнате, Араама - в соседней. Ему досталось всего ничего - если бы не сотрясение мозга, считай и вовсе отделался одними царапинами. Девушка же пострадала очень сильно. Повреждения органов, перелом руки, внутренние кровотечения - все это требовало надлежащей, а главное неотложной помощи.
   Я встал на колени перед кроватью и воззвал к Свету. Слава богам, учение не подвело, и мистическая энергия отозвалась незамедлительно. На исцеление пришлось потратить около часа и почти все силы, но дыхание девушки наконец-то пришло в норму, и она открыла глаза.
   - Ты как? - встревожено спросила Рита, заметив промокшую насквозь мантию и льющийся по лицу пот.
   - Пойдет.
   - Странно, - пленница огляделась. - Почему я не в клетке?
   - Я велел отнести тебя наверх. Теперь у нас появился шанс сбежать отсюда.
   - Правда? Но как?
   - Надо лишь дождаться, когда Талий напьется вдрызг. Под мухой он в разы менее опасен. Если повезет, мы справимся с ним и захватим корабль Рафара. Вернее, даже захватывать не придется - купец и сам будет дьявольски рад отвезти тебя домой. Главное - колдун и его команда.
   - Этот ублюдок украл мое копье, - девушка растерянно провела ладонью по черным локонам. - Без него я как без рук.
   Я усмехнулся, вызвав гневный взгляд красавицы.
   - Ты насмехаешься надо мной? Жить надоело?
   - Нет, что ты. Просто боюсь даже представить, на что ты способна с оружием наперевес. Кстати, как оно выглядит?
   - Как меч на древке.
   - Погоди-ка, - я нахмурился. - Кажется, мне доводилось видеть похожее здесь, в особняке. Жди, скоро вернусь.
   Дабы лишний раз не рисковать и не попасться никому на глаза, я окутал себя невидимым покрывалом и бесшумно спустился на первый этаж. Копье висело на стене прямо напротив входа, рядом с кожаным щитом, украшенным жуткой мордой.
   Зная, что невидим и неслышим, я все равно крался как мышь с замирающим сердцем. Десять шагов от лестницы до стены показались мне верстой, не меньше. Но вот влажные пальцы коснулись оплетки из шкуры акулы - шершавой и теплой, совсем как живой. Некая неведомая энергия струилась в красном дереве и белом металле - первобытная, дикая, необузданная. Никогда прежде мне не доводилось соприкасаться ни с чем подобным, хотя и Свет и стихии охотно отвечали на зов и не скрывали свои сущности.
   Странный трепет охватил все мое естество, как будто я впервые соприкоснулся с тайными энергиями, недоступными большинству смертных. Дыхание перехватило, грудь распирала смесь безудержного страха и сильнейшего интереса. Я держал в руках загадку, с которой никто из колдунов Артаны еще не сталкивался.
   Вдруг чья-то ладонь легла на мое плечо. Я вздрогнул, едва не выронил копье и потерял всякий контроль над обволакивающей тело магией. Резко обернувшись, я встретился лицом к лицу с Талием. Давний друг успел крепко нализаться и теперь едва стоял на ногах.
   - Что за привычка ходить в моем доме невидимым? - заплетающимся языком спросил хозяин. - Ты кого-то таишься? Что-то от меня прячешь?
   - Просто..., - я замялся, - не хочу отвлекать вас от пиршества.
   - Да? - мужчина икнул. - А копье тебе зачем?
   - Я... почуял в нем туземное волшебство и решил изучить.
   - Хм... А может, ты хочешь украсть мою Жемчужину, а?
   - Не думал, что ты столь низкого мнения обо мне.
   - Ага. Еще недавно мнение было крайне высоким. Хэй! Мой братишка приезжает в гости! Как весело мы проводили время в академии! И что в итоге? За десять лет ты превратился в... мямлю!
   Эти слова сильно задели меня.
   - А ты стал опустившейся свиньей! - рявкнул я Талию прямо в лицо.
   Хозяин вскипел, я содрогнулся от брызнувшей во все стороны силы. Он уже поднимал руку, чтобы превратить меня в пепел или расщепить на мельчайшие частички, но я опередил его. С размаху врезал пяткой копья в челюсть, и величайший боевой маг Инрока закатил глаза и кулем грохнулся на пол.
   К счастью, дух еще теплился в обмякшем теле - видит Свет, я не жаждал смерти товарища. Но очнется он еще очень и очень не скоро, будет абсолютной глупостью упустить возможность сбежать. Я поднялся в комнату, на ходу бросив оружие Рите, и повесил рюкзак со скудной кладью на плечи.
   - Да, это оно, - девушка крутанула копьем, ее глаза хищно сверкнули. - Вострошип, подарок отца.
   - Талий больше не угроза. Надо уходить.
   - Ты убил его? - насторожилась дикарка.
   - Нет...
   - Тогда я сделаю это! - гневно выкрикнула она и рванула к двери, но в последний момент я успел преградить дорогу.
   - Не стой у меня на пути!
   - Хватит! У нас нет времени.
   - На один удар время найдется всегда!
   - Рита! - Я схватил ее за плечи, прекрасно осознавая, чем все может закончиться. И тем не менее я не хотел кровопролития. Каким бы гадом не сделался Талий, смерти он точно не заслуживал.
   Наши взгляды встретились. Мое спокойствие и всепрощение столкнулись с цунами бешеной ярости и страстной мести. Мы стояли и смотрели друг на друга очень долго, пока неистовая буря в изумрудных морях не пошла на убыль.
   - Ладно, - зловеще процедила дикарка. - Я пощажу его только потому, что ты просишь.
   - Спасибо.
   Рита грубо оттолкнула меня и сбежала по ступеням. Я уж забеспокоился, не передумала ли она, но распластанное на ковре тело удостоилось лишь пинка под ребра и смачного плевка. Тихо рыкнув, девушка вышла на улицу и тут же приняла боевую стойку, выставив клинок Вострошипа перед собой.
   Я выскочил на крыльцо и увидел напротив дома ватагу хозяйских матросов. Пятнадцать просоленных головорезов с кривыми абордажными саблями наголо. Вел их верзила боцман, в лапище которого сабля казалась перочинным ножиком.
   - Вы никуда не уйдете, - рявкнул великан.
   - Сомневаюсь. - Хмыкнул я, вскидывая руку.
   В ладони вспыхнул ярчайший сгусток света - будто крохотное солнце взорвалось меж пальцев. Моряки закричали, выронили клинки и принялись отчаянно тереть глаза.
   - Я ослеп, боги, ослеп! - вопил юнга, катаясь по земле.
   - Колдун ослепил нас! - ревел боцман. - Рафар, помоги!
   Восточники в тюрбанах с интересом наблюдали за происходящим с борта шхуны. А затем один за одним спрыгнули на причал, сжимая в загорелых руках сверкающие кинжалы. Последним с трапа спустился купец, покачиваясь как разжиревший гусь. Видимо, он не оставил надежд забить трюм туземными сокровищами и решил под шумок выкрасть Риту.
   Но тут девушка взмахнула копьем и со всей силы обрушила его на землю. Твердь затряслась и раскололась, во все стороны полетели огненные брызги, а глубокая - по колено - трещина зазмеилась аж до самой воды. Таинственная сила Аджары подбросила временно ослепших моряков на добрую сажень и разбросала во все стороны. Крепкие мужики кубарем покатились по траве, словно гонимые ветром сухие листья.
   Увидев это, восточники с громкими криками поспешили скрыться на корабле. Из Рафара бегун был, само собой, никудышный, поэтому Рита в два счета поймала его за шиворот.
   - Ой, ой, пощади, госпожа! - заверещал он, вися с поджатыми ногами как нашкодивший котенок.
   - Хочешь денег? - злобно спросила дикарка.
   - Да...
   - Тогда держи курс на архипелаг. Мой отец щедро наградит тебя.
   - Конечно-конечно, дражайшая госпожа! - просиял купец. - Домчим быстрее молнии! Парни, поднять паруса!
   Девушка отпустила капитана и повернулась ко мне:
   - Ты с нами или как?
   - Приглашаешь? - улыбнулся я.
   - Да, - она протянула ладонь, и я крепко сжал ее, думая лишь об одном: за тобой хоть на край света.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"