На всей планете Земля сегодня официально был Мир...
А он не имел права, остаться сегодня в живых.
Что бы выскочить из этой уродской лощины, нужно было пол часа, что бы форсировать реку, еще семь минут, что бы уйти в зеленку, еще пятнадцать. А носилок было только трое, а он был четвертым и самым тяжелым, очередью перебило ноги выше колен и минимум пара пуль были в животе. Даже если бы были еще одни носилки, все равно не донесли бы, а даже в крайнем случае, оставлять можно было только двухсотых, так как трехсотый это уже язык.
Слова были не нужны, нужны были хотя бы двадцать минут разрыва с погоней, что бы ребята успели оторваться и добраться до нычки в зеленке. Птица истратил на него последние шприц-тюбики и сразу стало легко и спокойно и боль ушла, на пол часа это точно, а больше и не надо. Командир молча поставил на бруствер два РПК с улитками, положил рядом калаш и добавил пять рожков, это было все что могли дать ребята. Борька помог разобраться с тремя лимонками, сбоя тут быть не должно, ни в коем случае. Останется неопознанное нечто, каких тут десяток на каждый квадратный километр этой войны, которой нет и никогда не было.
И вот уже он остался один и медленно потекли минуты и уже истаял во рту кусочек горького шоколада, и вот вот уже должны появиться враги, но сзади сверху раздались рубящие глухие и звонкие одновременно звуки, и над лощиной мелькнули тени двух Крокодилов, и там впереди зашелестели НУРы и замолотили стволы, а над ним уже зависла Василиса, а сзади, он это чувствовал, подбегали ребята...
Через три дня, он умер в госпитале. И в этот день на всей планете Земля тоже официально был Мир, и в этот день ХХ века, где то гремела очередная неизвестная война.