# О Бродском - Имперский поэт?

Ольга Леонидовна Чернорицкая

На самом деле даже из читающих Бродского читателей у него мало, потому я и не верю в то, что Бродский аж имперский поэт. "Как минимум, чтение поэзии - процесс поразительного языкового погружения" (Бродский). И кто в Америке способен с головой погрузиться в чужой язык, если и свои не все, а лишь включенные в среду способны это сделать.

У него своя империя. Впрочем, никакой империи не нужны поэты, на то Платон изгнал их из государства, которое явно строил в своем воображении не по законам музы. У муз свои империи. Барышев говорил, Бродский - имперский поэт США, и комментировал 1 ноября 2018 года: "Из двух империй выбирают ту, что пожирнее")

Я возражала, тогда, что он не поэт ни одной империй, что никто ж в народе все равно его не знает. Интеллектуальная поэзия нужна даже не интеллектуалам, а тем людям, которые, будучи подключены к космическому магниту, находятся вне рамок воздействия на него, и ищут воздействия на себя.

Сейчас я бы ответила совсем не то, конечно. Тогда все уперлось, что я де не профессионал, и надо читать что пишут о Бродском в Америке и что пишет Бродский об Америке, и тогда будет очевидно, что он имперский поэт. Да писал, да писали. Но само понятие имперскости в том не задето ни малейшей степени. Может быть, поэт, известный на имперском уровне? Может, так было бы точнее, но и уровни в слоях АД имперские вне поэзии.

Сейчас бы я ответила то же самое, что он никак не имперский поэт. И что и в Америке, и в России Бродского читает опять же только подключенная к космическому магниту или культуре, среда. И добавила бы, в данную единицу времени. Если соединить все эти точки космического магнита, к которым через Бродского кто-то подключался к абсолютному духу, это будет ничтожно малый процент, маленький городок, в который войдут ценители поэзии, хоть чуть им, Бродским, захваченные не во им моды и не потому, что задано учит... а не две империи, точно.

Знает и должна знать поэтов среда, но и в ней мотальщики головами подключаются через Бродского совсем не к тому, к чему подключен с напряжением молнии он сам, когда погружался своим мозгом в слои русского самосознания, находясь при этом не важно где, эти слои космические, они имеют волны, которые могут уловить лишь носители русского, для других языков - свои частоты.

Подключенный к ним может быть и не зрел, и неразумен.

И даже о назначении своих стихов у него была своя утопия, поддержанная ныне Мариной Бородицкой и не только Он не был взыскателен и сам

Случайно купленная в магазине книга в плане приобщения к среде ничего не решит, но вот Бродский так не считал.

"Да, абсолютно серьезно. Человек, приходящий в супермаркет, покупает совершенно неожиданные вещи. Порой совсем не те, за которыми от туда явился. Часто он покупает в супермаркете журналы и книжки, так что такого рода товар в супермаркете уже есть. Я не вижу ничего абсурдного в том, чтобы поставить на полку несколько томиков американских авторов или антологий американской поэзии. Если назначить низкую цену - что-нибудь около двух долларов для изданий в мягкой обложке, что вполне осуществимо, - то можно продавать поэзию не только в супермаркетах, но и в аптеках. По крайней мере, в этом будет и медицинский резон: у изящной словесности есть свойство оказывать терапевтическое влияние. По крайней мере, счета от психиатров будут ниже, не правда ли? И наконец, я думаю, что антология американской поэзии должна быть в каждом номере в отелях в этой стране, и никто против этого возражать не будет, как никто не возражает против Библии, которую можно найти в каждой комнате в любом мотеле, как сама Библия не возражает против соседства с телефонной книгой".

Бродский озвучил вариант, который может быть только при социализме, он воспроизвел то, что было: дешевые брошюрки со стихами валялись раньше повсеместно, ну разве что не в аптеках. Ими, конечно, никого не вылечишь, но и то, что там продается, не от болезней, а для них.

Вместе с поэзией - речь, вместе с ней - накапливаются в трансляциях ошибки. Вместе с поэзией - речь, вместе с ней - накапливаются в трансляциях ошибки. Ошибки подключения системны, алкоголь одного гения влечет за собой ту же систему кодов на других. Генетика поэтического пространства биологична. Мир стар, заниматься поэзией в наше время - это нести все ошибки предшественников в том числе в судьбе. Потому сложно быть не мизантропом, не бабником, не курильщиком, не пьяницей, будучи поэтом. Перенимаешь сей ген, перенимаешь и сопутствующее жизни других поэтов стремление к самоуничтожению. Читая по-настоящему, тоже перенимаешь ужас бытия вместе с языком, его выразившим.

"Ибо поэтическая речь преемственна" (Бродский. "Нескромное предложение")

Впрочем, и стихи не для поэзии души, душа знатоков поэзии сродни душе Сальери в видении Пушкина - сплошное злодейство именно в силу накопления ошибок трансляций. Сам поэт - это всегда ошибка, быстрое рождение светила, переход по всем стадиям через карликов-гигантов и завершение черной дырой.

Потому Игорь Барышев, не зная, где именно, на какой стадии светила находился Бродский, констатирует:

Игорь Барышев: "Еще вспомните, как Мохамеда Али на ринг вызывал или в фиктивный брак собирался вступить - насилу Проффер отмазал.

Вот Резник зрел, богат, знаменит, хорош собой (т.е. тут и Михалкова превзошел)) Тем не менее свою ущербность перед Бродским сознает- и всякую зрелость теряет киломэтр"

В отношении Резника он прав, тот зрел, но как человек, не как звезда. В религии, впрочем, тоже непросто стать резником (шойхетом). Он не придает "искусству ускорение" (Бродский). На самом деле даже из читающих Бродского читателей у него мало, потому я и не верю в то, что Бродский аж имперский поэт. "Как минимум, чтение поэзии - процесс поразительного языкового погружения" (Бродский). И кто в Америке способен с головой погрузиться в чужой язык, если и свои не все, а лишь включенные в среду, способны это сделать.