Чернов Алексей Сергеевич: другие произведения.

Глава 5. Ангел и наместник.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Еще не окончательный вариант. Серый черновик.


   Глава 5.
   Ангел и наместник.
   Когда жизнь играть устала,
   Невыносимо обольстит.
   И Смерть с прекрасною улыбкой
   Тебя в объятья пригласит...
   После ухода Призрака он еще некоторое время сидел в кресле и медленно потягивал табачный дым. Вокруг не было ни души. Комната, погруженная в тень, оставалась нетронутой, несмотря на все произошедшие перемены. Из окна на пол падал тонкий луч света уличного фонаря. Тихонечко, боясь потревожить покой хозяина, он скользил по стеклу и потом терялся где-то в дальнем углу. Становилось немного скучно и несколько печально. Унылая обстановка клонила ко сну. Странным образом успокаивал неуловимый прохладный ветерок, пробивавшийся из-под тонких оконных щелей. Да и на забытой улице пушистые снежинки чуть живые еле-еле порхали в тишине по мерзлому зимнему воздуху, а потом, подхваченные порывом, взлетали в черное небо и, наконец, так же медленно скатывались к земле, соединяясь с остальными такими же, образовывали на ней единый белоголубой покров.
   6:45
   Минутное ожидание прошло, и на безжизненную сцену действия вошла та, которую он ожидал. Она беззвучно явилась из самой темноты. Поначалу невидимая, но достаточно ощутимая в своем присутствии, теперь она стояла перед ним во всем величии. Каждая из немногих деталей ее обычного, узнаваемого и поэтому вечного костюма прекрасно очерчивалась в темном сиянии: едва касающийся пола край абсолютно черного плаща, широкий капюшон, скрывающий под собою ее лицо, неизменная, идеально отточенная коса за спиной. Что же, вот она теперь перед твоим взором. Вот она! Та, которую ты, как многие другие, боялся когда-то. Которая всегда приходит последней и только один раз. Которая пожирает жизни и вершит главный, самый главный суд над любой судьбой. Смотри же на нее, улавливай взглядом ее нелепую красоту, внимай ее присутствие. Вот же, наконец, самая вершина твоего бытия здесь, самый пик, выше которого подняться невозможно. Внимательно посмотри на нее и полюби с первого взгляда. Она - это самое главное. Вот она - великая, вечная, непревзойденная! Вот она - Смерть!
   Она не заставила себя долго ждать, и явилась, как всегда неожиданно, внезапно и во всем своем великолепии. Она остановилась напротив него и застыла, как камень, в ожидании, когда он переведет свой дух от столь неожиданной встречи. С момента ее появления он пристально наблюдал, как из тени вырисовываются очертания ее силуэта, как бездонная темнота превращается в объемную фигуру, обретает четкие линии. Незабываемое захватывающее зрелище, достойное его высшего восхищения.
   Смерть не смела произнести ни звука, поскольку по закону Дьявола, первое слово принадлежало только главенствующему и более могущественному. Любые нарушения жестоко карались им самим. Так же, как и рядовые служители Преисподней не могли раскрыть рот перед высшим, так и она никогда в присутствии наделенных правом бессмертия сама не произносила ни слова, пока ей не предоставят право говорить. И это было всегда, со времен, когда Создатель низверг Дьявола и ангелов ему следующих в вечное царство тьмы. С тех времен многие пострадали за свой длинный язык. Некоторых сразу обрекли на вечное безмолвие, другие же еще долго вопили от боли и страданий так, что и рады были бы лишится собственного голоса, поскольку умудрялись даже опередить самого Дьявола. Впоследствии дорого им это стоило. Самые же болтливые, несомненно, становились пополнением Его коллекции хрустальных колонн Большого зала. А Смерть во избежание ошибок вообще была немногословна, и всегда в своем праве предпочитала холодное молчание. В кругу наделенных правом бессмертия она считалась самым низшим существом, поскольку каждый из них презирал и отчаянно ненавидел ее за то, что рано или поздно может случиться, и неожиданно по велению Творца зла она обязательно придет к нему самому и отнимет все, не оставив ничего. Каждый из них понимал, что тогда настанет время, и он займет свое место среди остальных таких же отвергнутых.
   От этого она, молчаливая и всеми ненавидимая, всегда стояла в тени и оставалась наблюдать за остальными издалека.
   - Я рад видеть тебя, Смерть! Никогда не подумал бы, что смогу сказать нечто подобное, но это действительно так, вне всяких сомнений. Я польщен твоим присутствием, ты достойна восхищения.
   - В твоей власти, милорд. Я выражаю свою преданность и покорность.
   - Великолепно, моя дорогая! Ве-ли-ко-леп-но! - произнес он, не скрывая собственный восторг. - Как всегда: беспристрастна, бездушна и очаровательно хороша. Как я понимаю, ты знаешь обо мне все. Так?
   - Да. Я всегда наблюдала за тобой, милорд. Заранее знала, что сам Дьявол создал твою душу и охранял ее с самого дня твоего рождения. Так же знала, что спустя годы мне представится честь служить тебе и быть в твоей тени. Для меня возникла необходимость узнать тебя изнутри. По Его разрешению, я до мельчайших подробностей изучила тебя, твой нрав, поведение, желания и стремления. Все, что позволит мне стать ближе к тебе.
   - Не настолько ближе, чем я сам того захочу! Не забывайся.
   - Разумеется. Как захочешь ты.
   - Но признаю, ты притягиваешь к себе и привлекаешь мое внимание. Не скажу, что я очарован тобой и в этом мне приятно твое нахождение здесь. Если б сердце билось, то непременно бы заткнулось в сладкой истоме желания тебя.
   - Бесспорно, заткнулось. Никак иначе.
   - Ты себе льстишь. Стоит мне захотеть, и оно забьется, а надоест - умолкнет. Воистину возможности безграничны. Одно удовольствие приказать ему жить, но совершенно другое заставить умереть!
   - Одно дело убить сердце, но забыть чувства, стать над ними, волей своей подчинить их и способность манипулировать, это ли не проявление силы наместника, милорд?
   - Ты позволяешь себе сомневаться во мне?
   - Никоим образом. Одна из сторон моей сущности в том, что истина всегда открыта для меня, а она говорит мне, что ангел все еще является помехой для тебя.
   - Я не вижу в ней помехи. Напротив, брошенная всеми и одинокая, она беззащитна и уязвима.
   - Тогда убей! - с некоторой надменной нотой произнесла Смерть. - Ей давно пора уйти со сцены действия и отправиться туда, откуда явилась. Она слишком устала от всего, ей нужен покой. Она готова сама умереть, но не может и не должна. Она ждет тебя.
   - Ты ее так ненавидишь? Ну же, дорогая моя! Это подло с твоей стороны и крайне неосмотрительно, возможно, даже бесчестно. Сохраняй сдержанность высказываний по отношению к своим подопечным. Чувство самообладания и бесстрастности.
   - Чувства эти мне чужды. Я не могу что-либо чувствовать, и этого у меня никогда не было.
   - Твоему статусу присуще исключительно безразличие. Я знаю. Все остальное всегда остается только внутри тебя, скрываемое тенью твоего капюшона.
   - Именно так, милорд.
   - Что же, расставив все точки и приоритеты, не теряя время зря на пустые разговоры и выказывание взаимных реверансов, поспешим взойти на путь, ведущий нас к назначенной цели. Воплотим задуманное в этом мире и разнесем его к чертям собачьим! Эй, вы там! Распахивайте настежь врата Преисподней и приготовьтесь принимать грешные души и жарить из них мясо! Всех нас ждет та еще работенка, и премию по перевыполнению плана нам никто не заплатит! Вперед, Смерть! Вперед, а то мы засиделись!
  
   Через мгновение Лорд Векслер удобно развалился в огромном кресле с несоизмеримо высокой спинкой, взирая на разноцветные блики, переливающиеся в черном вине. Держа широкий бокал в руке, он внимательно рассматривал гамму цветов наполняющих его солоновато-терпкий вкус. Каждый, кому с дозволения самого Дьявола посчастливилось вкушать это вино, видел в нем совершенно иное, что было спрятано в глубине его потаенных мыслей. Каждый из тех избранных находил в нем что-то свое и, ловя довольным взглядом отблески тени настоя из мертвых душ, нечто то, что не видел никогда: кто-то огромные пожарища величественных городов, кто-то адские мучения ангелов на смертном одре, а самые темные личности вселенский престол и безграничную власть над остальными. И те с ужасом сторонились своих видений, потому как они сулили им только страшную гибель и ничего другого.
   В свою очередь он видел в нем прекрасный образ Марго, отражающийся на стенках чистейшего хрусталя. Он видел, как она сидит на кровати, обхватив колени руками. Она была одна, как и всегда только одна. В тусклом свете синих лучей фонаря она сидела и ждала. Она смотрела на него светлыми и добрыми глазами. Ее теплый взгляд был по-прежнему любящим и ожидающим, но при этом одиноким и тревожным. Смерть же, встав позади, в тишине наблюдала за мерцанием огней сумрачного города. Никто из смертных, ни одна душа, не могли их видеть здесь в эти минуты, потому как для всех они были лишь только прозрачным морозным воздухом на крыше одного из домов на самой окраине города и не более того. Никто внизу не мог даже заподозрить того, что Смерть сейчас находилась настолько близко к ним.
   Наконец, он допил бокал и, отставив его в сторону, произнес:
   - Что же, моя дорогая Смерть. Пора бы приступить, как ты думаешь? Хотя, что я тебя спрашиваю, ты же не способна думать. Пора снести этот город до самого основания. Пожалуй, стоит превратить его в пыль и пепел, и навечно стереть из человеческих воспоминаний. Марго там, и все это лишь для того, чтобы она исчезла навсегда в царстве теней. В твоем царстве, Смерть!
   - Я с радостью заберу ее никчемную жизнь.
   - Не утруждайся с комментариями. Я уже достаточно знаю об этом. Иди встречать ее!
   Он вытянул руку вперед и обратил свою ладонь к высотам черного неба. Легкая судорога пробежала от кончиков пальцев к плечу, и в воздухе блеснуло нечто, похожее на искру. Потом оно начало расти, становилось все больше, медленно приобретая форму шара величиною с мяч. Внезапно оно вспыхнуло ярким пламенем и стало приближаться к его руке. Наконец, огненный шар плавно лег в его ладонь и застыл на месте. Его лепестки изящно переплетались и стелились по поверхности, не излучая ни света, ни тепла. Огонь удивительно приятно ласкал его взор в предвкушении грядущего действа. Можно было слышать его голос безумства и предсмертной агонии.
   С минуту внимательно рассмотрев свое творение, Лорд Векслер словно отпустил полыхающий шар на волю, и тот, взмыв во мрак, полетел по наклонной дуге прямо в самый центр города и на мгновение затерялся там без следа, как вдруг... Из самых недр земли вознесся к небу столб пламени, по яркости во множество раз превосходящий само солнце. Он разметал черные тучи и осветил все вокруг. Ближайшие дома тут же вспыхнули, как спички. Снег моментально исчез, не оставив после себя ни капли воды. По растрескавшейся земле пробежало несколько раскатов ударных волн. Трещины на пересохшей почве начали стремительно расширяться и превратились в разломы и огромные прорезные щели. Земля взбесилась под ногами. Адское пламя, вырвавшееся наружу, не успевало дожигать дома, они рушились и осыпались песком в бездонные пропасти. Огненный столб расширялся больше и больше, уничтожая под собой все без разбора: горящий факелами людей, выбегавших на улицы, падающие деревья, груды металлолома бывших автомобилей. Не встречая преград, он шел по улицам, жадно пожирая все, до чего мог достать. Раскаты грохота, скрежет железа и камня, доносившиеся до Лорда Векслера, заглушали истошные вопли и крики ужаса. А он, с нескрываемой улыбкой восхищения всем происходящим, молча сидел и с радостью наблюдал, как Смерть металась в полыхающем пламени, сметая и скашивая сотни жизней за раз. Словно в припадке ярости и безумства, она месила в одну кучу детей, взрослых, изживших свое стариков. Всех! Огонь тем временем продолжал расти, пожирая все видимое пространство и все, что могло быть в нем. Он достиг самых окраин, охватил собой весь город до последнего камня, до самого указателя с названием при въезде. И вдруг сам собой он исчез, столь же внезапно, как и появился, оставив после себя бесформенные груды обломков, торчащие из них бетонные столбы.
   Все это еще несколько минут назад было живым городом, домами, улицами и кварталами. А теперь его жизнь то тут, то там лишь догорала отдельными всполохами огней среди мертвых руин. Все было кончено. Тысячи жизней были погребены и исчезли безвозвратно. Никто из них не имел права на выживание. Сколько людей погибло за считанные минуты. Никто после этого не уцелел, да и не мог уцелеть. Жизнь бессильна бороться за спасение, когда камни плавятся вокруг и земля разрывается на части. Тел погибших нет, все сгорели, и ветер развеял их прах по округе. Некого хоронить, некому отдать последние почести и вспомнить словом без тоста. Ужасно видеть мертвых, горько поминать родных и близких. Но куда ужаснее и больнее, когда их нет, не к кому обратиться и высказать свою скорбь потери, с кем попрощаться и отпустить. Мучительно горько и жалко этот город. Знать, что он, некогда высокий и красивый, близкий и родной, просто исчез в одночасье. Он стал одной огромной могилой всем своим жителям, трагичная судьба которых лишь в том, чтобы родиться и жить здесь, чтобы умереть без вины, без причин и следствия.
   - Смерть! Моя дорогая Смерть, сколько жизней ты забрала сегодня? - равнодушным спокойным голосом спросил он, глядя на догорающие останки.
   - Чуть больше тринадцати тысяч, - ответила та, стоя за его спиной. - Милорд, ты желаешь знать точную цифру?
   - Наплевать. Она была среди них?
   - Нет. Ее не было там.
   - Ах, черт побери! - он громко рассмеялся, понимая это, как нелепую иронию, затем еще раз окинув взглядом тлеющие развалины, опустил глаза и тихо произнес. - Тринадцать тысяч невинных человеческих жизней за какие-то минуты. Женщины... дети... старики. Все они мертвы, их больше нет. И все из-за нее одной!
   В это мгновение рядом с ним порхнуло холодом дыхание самого Дьявола:
   - Неплохая работа! Просто и со вкусом. Я польщен твоим начинанием! - довольно произнес Он.
   - Без результата. Она еще жива. - Немного разочаровано признался Лорд Векслер.
   - Этот лживый апостол защищает ее. Но уже слишком поздно! Бесполезно что-либо решать, и пытаться принимать какие-то меры. Нас уже больше не остановить! Никогда! Но куда же они могли ее спрятать?
   Он на мгновение задумался, словно осматривая горизонт, и вдруг восторженно произнес:
   - А! Вот она где! Это, если я не ошибаюсь, городская психиатрическая клиника. Насколько забавно видеть абсурд в их тщетных попытках уберечь ее. Вырядили ангела сумасшедшей и упрятали туда, полагая, что это ее спасет.
   - Глупость, - согласился он. - Никто и ничто ее уже не спасет. Надо было бы нанести удар чуть дальше, но, да ладно, ничего страшного. Теперь я ее вижу, осталось только навестить больную Марго. Ведь так?
   - Совершенно! - подтвердил Дьявол. - Пойди, покажи, что произошло из-за нее. Она признает, что сама виновата в гибели этих людишек. Их участь я решил, все они останутся в этом городе. Они жили здесь, так пусть же ищут здесь свою прошлую жизнь. Пора ей ответить за все! И не сторонись встречи с ней, у тебя как раз будет великолепная возможность оценить все достоинства моего подарка.
   Лорд Векслер поднялся с кресла, отдернул край плаща:
   - Что же, Смерть, за мной в путь!
  
   Незадолго до этого Марго сидела на кровати, обхватив колени руками. В палате она была одна, как и всегда только одна. В тусклом свете синих лучей фонаря она сидела и ждала. Ей не хотелось ничего, ни есть, ни спать. Она молча смотрела в одну точку и ждала, но чего именно, она не знала. Только одно ощущение того, что ей надо подождать, как долго, час или два, день или неделю, не имело для нее никакого значения. Где-то в конце коридора изредка слышались чьи-то шаги, но потом опять все умолкало. Тоскливо однообразные больничные стены сжимали пространство вокруг. Окно с решеткой твердило только одну мысль: тебе некуда идти, тебя все забыли, тебе не дождаться свободы, ты вечная узница этих стен, забудь обо всем, отбрось тревоги и желания, оставь свои обещания за решеткой, ты здесь навсегда, до самой смерти. Марго не обращала никакого внимания на окружающий ее скудный мир. Ей до этого было уже все равно.
   Неожиданно ее сердце зачастило удары. Что-то приближалось. Оно начинало биться все сильнее и сильнее. Теперь становилось даже слышно, словно оно хочет разорвать ее грудь и будто вырваться на свободу. Оно, во что бы то ни стало, хотело выскочить из ее тесного тела. Сама того не замечая, Марго поднялась с кровати и подошла к окну. Коснувшись рукой холодного стекла, она вглядывалась в тень горизонта и где-то там едва могла заметить отсвет огней своего города, затерявшегося во мраке лесов. Изо всех сил напрягая свой взгляд, она хотела что-то увидеть, непременно заглянуть туда дальше, стать ближе к нему. Ее неудержимо тянуло к нему и именно сейчас, сию минуту. Ей надо было быть там. Но четыре стены и решетка оставляли ее здесь в плену, отрезали все пути возвращения домой. Нет, ждать больше было невозможно и она, сорвавшись к двери, стала с силой стучаться по ней, пытаясь позвать хоть кого-то:
   - Эй, там! Кто-нибудь! Откройте дверь! Пожалуйста, ну я прошу вас! Кто-нибудь меня там слышит? Эй-эй-эй! Ну же! Ответьте кто-нибудь, умоляю вас! Ответьте, отзовитесь! Вы меня слышите? Я могу лишь умолять так, как умоляет человек. Откройте же дверь! Выпустите меня отсюда! Прошу вас! Мне срочно надо назад, домой! Вы же ничего не знаете и не можете понимать! Я должна там быть! Ну хоть кто-нибудь меня там слышит?... Пожалуйста! Я прошу вас! Помогите мне!
   По ту сторону ее явно кто-то услышал. Где-то далеко внизу послышались быстрые шаги. Но они не приближались, а наоборот становились дальше. Марго поняла, что все это бесполезно и вернулась к окну. Вглядываясь как можно сильнее в черную даль, она мельком заметила, как что-то похожее на огненную ракету взлетело вверх и тут же пропало где-то в темноте среди верхушек деревьев. На какое-то короткое мгновение все затихло... и вдруг, словно яркая молния все вокруг вспыхнуло ослепительным светом. Вспышка ударила по ее глазам, вызывая при этом жуткую боль. Она вскрикнула. Свет как будто оттолкнул Марго назад, и она, закрывая глаза руками, потеряла равновесие и опустилась на пол. Он нещадно жег ее лицо. От него почти горели ее лоб, щеки, губы. Не видя, не понимая ничего вокруг, она поползла к двери в надежде на то, что кто-нибудь все же сможет ей помочь и выпустит отсюда. Внезапно в палату ворвались несколько человек и, подхватив ее за плечи, силой уложили на кровать.
   - Отпустите меня немедленно! Мне больно! Отпустите же меня! Вы не понимаете, что делаете! Отпустите же меня, наконец!
   - Успокойтесь! Успокойтесь!!! - прокричал ей кто-то из них, - Сделайте ей укол фенозипама внутривенно! Ну же! Живее! Что вы там копаетесь?!
   - Не-е-е-т! Не надо, не делайте этого! Вы же их всех убиваете! Из-за вас они обречены! Вы что, не понимаете меня? Вы, сами того не зная, убьете их всех! Разве вы не видите, что там происходит?
   - Скорее, скорее! Она вырывается! Ах, черт вас побери! Надо же быть такой нерасторопной! Живее, берите другой шприц!
   - Остановитесь же вы! Я могу им помочь! Я должна там быть! Как же вы не можете этого понять?! Ведь там гибнут тысячи!
   - Ну же! Давайте сюда этот чертов шприц! Быстрее!
   - Послушайте же меня, наконец! Вы же ничего не знаете! - она из последних сил пыталась высвободиться, но держали ее крепко, никто не давал ей даже шевельнуться на кровати, - Отпустите меня!
   - Разогните ей руку прямо и держите ее! Крепче! Я не могу попасть в вену. Еще крепче! Что вы ее жалеете?! Да, вот так!
   Марго в отчаянии прокричала и зарыдала от беспомощности.
   - Вот так будет лучше. Позовите кто-нибудь Николая Григорьевича. Пусть он немедленно зайдет сюда и как можно скорее. А вам, девушка, лучше не сопротивляться. Это бессмысленно. Вам ясно?
   Марго ничего не ответила.
   - Для вас же будет лучше. Лежите и не дергайтесь, - все тот же женский голос звучал довольно сурово и беспрекословно.
   Она очень быстро оставила все свои попытки сопротивления и сдалась, да и собственных сил сопротивляться у нее уже не было. Вскоре ее отпустили и оставили одну. Марго перевернулась набок, не желая никого ни видеть, ни слышать, ни знать. Ее взгляд застыл на одной точке на стене и уже более ни на что не реагировал. Охватывало чувство отчаяния и жалкой беспомощности. Огромная обида затаилась внутри, она щемила ее сердце и разрывала его на части. Она поняла, что более уже никого не сможет там спасти и это терзало ее больше всего. Ведь все могло бы быть совсем иначе. А теперь ее вина лежит за гибель тех людей. Она могла остановить ужас, но вторжение врачей отняло у нее эту возможность, единственный шанс. Шанс, который был необходим всем им, шанс на выживание. А теперь... да что теперь?.. Теперь это уже невозможно и сделать она ничего не может, как не сможет никогда забыть об этом.
   Спустя несколько минут в палату вошел Николай Григорьевич и сразу же посмотрел в окно. Где-то за краем леса полыхало пламя пожара, дожигая разрушенный город. От этого зрелища взгляд его наполнился ужасом. Он не верил этому, он напрочь отказывался признать этот факт. Да и, конечно же, с его склонностью к материализму и уверенностью в существующем порядке вещей, ему трудно было это как-то признавать. Он молча подошел к Марго, слегка коснулся ладонью ее лба, заботливо погладил по голове.
   - Ты ведь знала? - спросил он, заметив ее отсутствующий взгляд. - Ты все это знала? Ты знала, что все так будет?
   Ответа от нее он не услышал.
   - Марин, послушай меня. Я, как и ты, тоже очень сожалею о случившемся. Мне искренне жаль, что такое произошло. Поверь, искренне жаль. Я послал проверить, возможно, кто-то уцелел или есть выжившие. Но, признаюсь честно, у меня самого такой надежды нет. Все это страшно... Как подумаю, что там были женщины, дети... маленькие дети. Меня всего как будто на изнанку выворачивает. Ведь они ни в чем не виноваты... За что все это нам?.. За какие грехи? Я не могу этого понять, просто не могу. Как возможно такое, чтобы целый город вот так просто взять и...
   - Почему вы мне сразу не поверили? - чуть слышно проговорила она.
   - Я не знаю. Не могу вот так сразу найти ответа на этот вопрос. Я просто не знаю этого. Ты пойми, что я не отказывался верить тебе. Нет. Я хотел разобраться во всем, в тебе самой. Понять тебя и помочь. Ты же сама знаешь, что в тебе что-то не так. Как бы тебе объяснить?.. В огромном сложном механизме твоего сознания что-то сломалось. Твое сознание сейчас, как никогда, нуждается в покое, иначе ты не сможешь дальше жить так, как прежде. Просто не сможешь.
   - Почему вы не поверили мне? - повторила она.
   - Пойми меня правильно. Если бы я стал верить каждому своему пациенту, то какая бы картина была здесь. Все, что ты мне рассказала, на тот момент не имело для меня реального подтверждения, а только лишь симптом твоего больного сознания. Не в моих принципах верить во всю эту мистику, и это ты знаешь. Но то, что там произошло... Это... Какая-то чудовищная ошибка. Мне сейчас кажется, что все это сон. Кошмарный сон, от которого я хочу немедленно проснуться и чтобы все стало на место, вошло в свое русло, восстановило свой естественный ход. Конечно, в это трудно поверить, может со временем все переживется, забудется, станет таким, как обычно.
   - Нет больше времени. Как и нет тех, кто был там... Более уже ничего хорошего не будет. Так почему же вы сразу мне не поверили?
   - Я не хотел этому верить, - наконец, признался он. - Не хотел, потому что боялся, боялся существования всего, о чем ты мне говорила. Я отказывался принять это как правду, решив, что если ты останешься здесь, то через какое-то время изменишься, станешь нормальной, красивой и здоровой девушкой. Но как я в этом ошибался... Ошибка моя стоила жизни тех невинных. Боже, я полагал, что все это бред, галлюцинации и не более того. Но ты... Ты говорила правду, пусть и жестокую правду.
   В их разговоре вновь повисло молчание. Марго не смотрела в его сторону, не оборачивалась. Ее взгляд был далеко. Здесь ее больше ничего не интересовало. Ее безразличие, апатия и слабость выражали в ней отсутствие во всем окружающем. Единственное, что она сейчас чувствовала, как очень сильно болели глаза.
   - Как странно... - в нерешительности проговорил Николай Григорьевич. - Смотрю на тебя, и твое лицо кажется мне весьма знакомым. Я никак не могу вспомнить, кого ты мне напоминаешь. Я замечаю в твоем лице черты, но вот кого...
   - Вы уже не помните, что было тридцать лет назад.
   - Нет, наверное. Ты что-то знаешь? Расскажи мне.
   - Когда еще вы были молодым студентом третьего курса медицинского института, вы полюбили одну девушку по имени Светлана. Она была красива и достаточно умна. Вы много встречались, проводили время вместе, ходили в кино, на выставки. Но вот однажды она забелела, легла в больницу, и из-за дикой ошибки ей поставили неверный диагноз. Изначально врачи указали на пневмонию и воспаление легких. Пьяный ассистент сделал нечеткий рентгеновский снимок, на котором никто не заметил опухоль. На самом деле у нее был рак. Некоторые симптомы никто не принял во внимание. Ее поместили в отдельную палату с большим окном, из которого открывался великолепный вид на парк. Тогда была осень. Вам очень нравилось любоваться, как ее каштановые волосы сияют в лучах уходящего солнца. Ваше сердце полностью принадлежало ей. Вы действительно любили ее. Но суровые обстоятельства заставили вас уехать на полтора месяца в другой город для прохождения практики. Вы пообещали ей скоро вернуться, а она, конечно же, вас ждала. Поначалу ее дела шли на поправку, ее даже хотели выписывать, но потом день ото дня ей становилось хуже. Голос стал неузнаваемым, из привычного легкого и мягкого он превратился в хриплый и чуть заметный. Вы разговаривали с ней по телефону, она с трудом выговаривала фразы, вы пообещали ей приехать, но, словно догадываясь о том, она ответила вам "прощай". С каждым утром она понимала, что жизнь покидает ее. В одно такое утро ее не стало. Когда же вы узнали об этом, то поклялись не совершать подобных ошибок, беречь человеческую жизнь как свою собственную и никогда не забывать о ней. Поклялись... А теперь, как видите... забыли.
   - Откуда ты все это знаешь? - Николай Григорьевич был чрезвычайно удивлен и в тоже время раздосадован.
   - Просто знаю. Вы спрятали это в самый далекий уголок своей памяти, а я отыскала. Вы все еще любите ее, да?
   - Да. Думаю, что да. Это действительно было давно. Но как я посмел о ней забыть. Я не должен был. Это чудовищно несправедливо по отношению к ней. Это моя вина.
   Марго почему-то захотела разубедить его в этом:
   - Нет, вы не забыли ее, а попросту откладывали по долгу службы свои воспоминания все дальше и дальше, на потом, пока совсем не потеряли, но, ни в коем случае, не забыли.
   - Да, ты, наверное, права. Может, мне просто необходим отдых, поскольку я чувствую, что очень устал от всего этого. Крепкий, здоровый сон. Хотя какой он может быть крепкий, тут каждый день и каждую ночь что-нибудь да происходит. Но в любом случае надо поспать, да и тебе, наверное, тоже. Так что я, с твоего позволения, покину тебя. Отдохни, а потом мы с тобой еще поговорим.
   - Потом уже не получится.
   - Что же, посмотрим. Хороших добрых снов тебе.
   Николай Григорьевич поспешил удалиться из палаты и вернулся в свой кабинет. Марго же, не видя ничего кроме темноты, попыталась оставить мысли о гибели и свои переживания, и хоть немного расслабиться, может, просто полежать в тишине. С трудом повернувшись на спину, она чувствовала огромную усталость во всем теле, руки, уже не подчиняясь ей, бессильно свисли с края кровати, голова откинулась на подушку и веки сами собой сомкнулись в ожидании спокойного мимолетного сновидения.
  
   Неожиданно она очнулась и, открыв глаза, осмотрелась вокруг. Каким-то образом она оказалась в своей комнате среди привычных и толком осточертевших вещей. Но что-то было не так. Как-то странно она чувствовала себя здесь, совсем не так, как раньше. И вроде бы все было на своих местах, но чего-то явно не доставало в этой обстановке. В душе она чувствовала какую-то тревогу. И столь же странный запах обвивал пространство комнаты. Запах, напоминающий жженое мясо и подпаленные угли. Никогда еще она не ощущала себя так скованно и неуютно. Где-то внутри сознания закрадывалась мысль, что ты здесь совершенно чужая, что будто все окружающее словно следит за тобой, наблюдает за каждым твоим движением, считает каждый твой вздох. Что-то явно не вписывалось в рамки, выходило за границы обычного.
   Марго поднялась с постели и подошла к окну. Отдернув штору, она к своему ужасу увидела нечто, бывшее когда-то городом: огромные горы камней и осколков бетонных плит, которые совсем недавно были жилыми домами, зданиями, кварталами, торчащие из-под обломков перекрытий и стен, куски арматуры, тлеющие угли, искореженные куски металла и множество-множество бредущих по руинам изувеченных, тяжело раненных людей. Они, словно черные тени, бродили по бывшим улицам, будто что-то искали и в тоже время в ожидании чего-то. В их беспорядочном с виду движении наблюдалась некая закономерность: каждый из них хотя бы один раз косился на ее окно. Ночь. Окно. [] Похоже, ее дом был единственным, который уцелел. Едва слышные стоны и плач доносились с окраин. Это было похоже на то, как разуверовавшие и потерявшие всякую надежду люди искали то, что когда-то оставили именно здесь, и вот теперь каждый из них пришел это забрать. Она заметила, как кто-то забрался на высокую груду кирпичей из куска стены и указал пальцем на нее. Все окружающие заметила его жест, и обернулись в ее сторону. Потом этот человек вытащил откуда-то металлический прут, приставил его к груди и силой вонзил его в себя. Тело его сорвалось вниз и рухнуло к ногам остальных. Страх захватил разум Марго, огромный страх перед окружающими ее людьми. Все они смотрели на нее, и в их потемневших глазах были отчетливо видны ярость и жуткая ненависть к ней. Спустя минуту еще несколько человек упали от изнеможения, но остальных было слишком много для нее одной. Каждый из них желал бы с дикой злостью перегрызть ей горло, разорвать ее на части, сожрать ее сердце. Но до какого-то определенного момента никто из них не пытался этого сделать, все они как будто на неопределенное время застыли в ожидании.
   Сил выдержать такой жесткий эмоциональный напор не оставалось, и Марго сорвалась к двери. Выбравшись на улицу, она услышала странный шорох. Он доносился буквально отовсюду и скорее походил на сдавленные стоны. Да, теперь ясно были слышны стоны, стоны умерших и погребенных заживо людей. Все они звали ее, и каждый из них пронзал ее слух, словно раскаленное огнем лезвие бритвы.
   "Марго... Марго... Иди сюда, ко мне... Помоги мне, помоги... Ведь это ты во всем виновата, ты... только ты одна... Марго..."
   - Не-е-е-е-т! - вырвалось у нее изнутри, будто само сердце не выдержало и закричало. Эти стоны переплетались вокруг нее, складываясь в зловещую паутину, вызывая панический страх в душе. Ее воля к сопротивлению всему этому кошмару была практически сломлена, как она вдруг в отчаянии вскрикнула и пустилась бежать прочь отсюда, куда угодно, но только бы как можно дальше от этого места.
   Совершенно незаметно она нырнула в какую-то дверь и стала спускаться вниз по металлической лестнице. Там, среди мрака подземелья, находился огромный зал. Потолок его по всей площади был исполнен в виде статуй различных существ, они располагались так, что все вместе объединяли довольно сложную композицию, выражающую отношения между сильными и мудрыми. В них было ярко выражено, что последние испытывают открытую злобу и ненависть к другим. Пол у нее под ногами был искусно выложен фигурной мраморной плиткой, настолько гладкой, что в нем слегка скользило ее отражение. Вокруг расстилался сизый дым, разводы которого изящно выкручивались в лучах тусклого света, спускающегося откуда-то сверху. Источника его не видно, да и вообще как и стен или каких-либо иных сооружений, на которых мог бы держаться сам каскад потолка. Зато воздух в зале насыщал серный смрад и жуткая вонь гари. Она медленно и неуверенно пошла вперед, осматриваясь по сторонам и стараясь хоть как-нибудь сориентироваться в этом огромном пространстве.
   - Марго! - позвал ее знакомый голос. - Иди сюда, ко мне.
   Она сразу же обернулась и увидела, что перед ней стоит Лорд Векслер.
   - Это ты? Но... как ты здесь оказался?
   - Иди сюда, - властно повторил он, и она уже было сделала первый шаг ему на встречу, как кто-то резко остановил ее, схватив сзади за плечо.
   - Нет! Не делай этого! - проговорил тот, она повернулась, и оказалось, что это был апостол Петр. Но облик его стал совершенно не узнаваем. Некогда белоснежная ряса покрылась пятнами черной грязи и крови, рукава изодраны, отовсюду свисали клочья ткани. Лицо его превратилось в изуродованное подобие, местами багровели свежие ссадины, синяки и мелкие порезы. Сам он еле стоял на ногах, и с глаз его текла кровь. Его кровавые слезы одна за одной катились по грязным щекам, некоторые терялись во всклокоченной бороде, другие падали прямо на переливающийся чистотой пол. - Я умоляю тебя, не делай этого.
   - Не лезь не в свое дело, апостол. Твое время прошло! - произнес Лорд Векслер и начал медленно подходить ближе, поблескивая во мраке золотыми наплечниками своего плаща. Ледяной взгляд его впился в Марго настолько, что она начала боятся. Кровь ее бешено колотилась в висках. Она совершенно растерялась. Неожиданно его лицо превратилось в прежнее, знакомое и милое ей, глаза его стали по-прежнему добрыми, столь же искренними. Злая маска слетела с его лица, он с той же нежностью сказал. - Я прошу тебя, подойди сюда, ко мне. Обними меня, я так долго этого ждал.
   - Девочка моя, не приближайся к нему, он убьет тебя! - с трудом проговорил Петр.
   - Ну же, любимая, разве ты не рада меня видеть? Или ты, быть может, поверила ему?
   - Я... я не знаю... не знаю, кому из вас верить. Прошу вас, дайте мне самой все решить. Дайте мне хоть немного времени во всем разобраться, понять наконец, что со мной происходит.
   - Марго, у нас нет времени думать. Идем со мной, и я подарю тебе истинное счастье. Поверь мне, я не причиню тебе боль, разве ты плохо меня знаешь. Ты же помнишь, когда мы были вдвоем, сколько проблем мы с тобой преодолели, и теперь мы, наконец, можем быть вместе навсегда. И уже никто не посмеет нас разлучить.
   - Не верь ему, не верь! Умоляю тебя, посмотри внимательно в его глаза, и ты поймешь, что это обман!
   Она уже была готова броситься в его объятия, как, присмотревшись, увидела, что в его взгляде что-то не то, незнакомое, совсем не похожее на него, какой-то скрытый холод и блеск фальши.
   - Нет, - Марго попыталась отойти от него дальше. - Не подходи ко мне.
   - Но почему же, счастье мое? Ведь я люблю тебя, и ты это знаешь. Не рань мое сердце отказом, не отвергай сейчас моих чувств. Ты вспомни, как нам было хорошо вместе. Так что же изменилось с тех пор, скажи мне? Ты все такая же добрая и светлая. Я вижу, что ты такая же как и прежде. Я вижу, как ты всей своей душой хочешь, чтобы все стало, как и раньше, ты хочешь вновь вернуть то наше время. Ты помнишь как мы вдвоем сидели на берегу маленького моря и мечтали о будущем. Ты говорила мне, что тебе больше ничего не нужно, только бы я был с тобой рядом. Ты помнишь это, Марго? Да, я вижу, что ты ничего не забыла и это очень хорошо. Так в чем же дело, звездочка моя? Я предлагаю тебе вернуться туда, в наше время и навсегда стать счастливой. Соглашайся пойти со мной. Сколько можно терзать себя сердечными муками? Настало время нашей с тобой мечты!
   Он ласкал ее слух этими нежными признаниями и видел, как она уже поддалась его сладким соблазнам и готова была идти с ним куда угодно. Он искусно затуманивал ее разум, приковывал взгляд и незаметно для нее вынул меч. Петр вовремя разгадал его коварство и кинулся на Марго, закрывая ее своим телом. В этот момент он сжал клинок и занес меч над головой. Еще один миг и сильнейший удар пришелся в спину апостолу. Тот даже не смог вскрикнуть. Его гибель была мгновенной.
   Вытащив меч из бездыханного тела, он вытер с него кровь апостола об его же рясу и опустил яростный взгляд на Марго. В тот же момент она поняла всю ситуацию и, кое-как выбравшись из-под мертвого Петра, бросилась бежать. Казалось, ее бег продолжался целую вечность, и как бы она не старалась, выхода из этого бесконечного зала она не находила. Из этого подземелья для нее вообще не было выхода.
   - Звездочка моя, отсюда тебе не уйти, поверь мне, - со всех сторон грохотал голос Лорда Векслера и множественным эхом уносился в неведомую даль, - Куда бы ты не побежала, я все равно найду тебя. Это мое царство и здесь я - хозяин. Поэтому тебе же самой будет лучше смириться и не пытаться играть со мной в прятки, это крайне глупо и абсолютно бессмысленно. Ты попалась, Марго,- по всему пространству понеслись раскаты его оглушительного смеха, но вдруг они прервались и неожиданно, совсем около ее уха, прозвучало, - Ты больше не жилец, Марго!
   Она в страхе обернулась, и прямо перед ней возвысился его темный силуэт. Она сорвалась в противоположную сторону, но и тут он преградил ей путь.
   - Марго, тебе не скрыться от меня. Я здесь повсюду, везде, в каждой песчинке и пылинке. Я - твоя собственная тень, идущая за тобой по следу. И, кажется, что твоя тень стала против тебя и решила отомстить за все. Ты понимаешь, Марго? За все! Все, что было до этого, и могло бы еще быть после. Ты понимаешь, чем это тебе грозит? Да, я вижу, ты не глупа и все понимаешь. Все сама понимаешь! А теперь я продемонстрирую тебе свой маленький сюрприз.
   Со зловещей ухмылкой Лорд Векслер развел руки в стороны, и спустя несколько секунд до нее стали доносится шорохи и негромкие стуки, будто к ней приближаются несколько десятков человек. Так оно и есть. Со всех сторон из полумрака стали появляться такие же, как он, словно капли воды похожие друг на друга и на него самого. Черные плащи, золотые рыцарские наплечники, издевательски хитрые улыбки и безграничная ярость в глазах каждого. Неспешно, один за другим они выходили из темноты, медленно окружая насмерть перепуганную Марго. Каждый сжимал в руке поблескивающий меч и в любое мгновение готов был нанести последний удар. Они обступили ее и, словно черной стеной, встали в один круг, в центе которого оказалась она. Каждый из них ждал и в ожидании буквально пожирал ее ненавистным взглядом.
   - Ну как? Тебе нравится? Да, вижу по твоим глазам, что ты в изумлении. Не знаешь, кому бросится на шею, не можешь определиться в выборе. Все они мои преданные псы, готовые беспрекословно подчиниться любому моему приказу. Но я пока воздержусь от столь соблазнительного желания, потому как желаю спросить тебя вот о чем: Марго, зачем ты обрекла на гибель стольких людей? Почему не дала им возможности выжить? Почему ты их бросила? Ответь мне, почему не пришла и не разделила с ними их жалкую участь? Ведь они ждали тебя. Да, ждали и надеялись, что ты им поможешь, убережешь их. А ты... ты просто испугалась, да? Испугалась за свою жизнь. А как же они? Кто мог защитить их, кроме тебя? Никто. Ты слышишь? Никто и ничто! Это ты, ты, Марго, виновата во всем, что произошло. Что толку нам от мертвого апостола? Только ты должна вознести крест ответственности за них, только ты. Так что же ты не соизволила явиться в тот час, когда они умирали? А ведь каждый из них встречал Смерть и твердил только твое имя во спасение, потому как до последнего вздоха надеялся только на тебя. Но... Ты бросила их. Бросила и забыла об их существовании. Зачем? Почему ты так поступила? Их кровь на твоих руках. Их души умоляют о пощаде. Их стоны летят к тебе. Так я хочу знать, кто ты? Кто ты на самом деле? Зачем ты пришла сюда? Чего ты хочешь? Кто ты есть, если это не секрет? Ответь мне немедленно! Ты слышишь меня, Марго?!
  
   И вдруг она проснулась. В ушах еще гудели слова и отзвуки кошмарного сновидения: "Кто ты?.. Зачем... Ты виновата в их гибели... Ты..., ты..., ты...". Да, это был ужасный сон, который врезался в память, от которого становится не по себе, который продолжает жить и отравлять твое сознание еще долгое время.
   Она еще несколько минут приходила в себя, и, наконец, опомнившись окончательно, хотела встать, но... Вокруг нее воцарилась тьма. Было не видно ничего, даже собственных рук. Но что могло произойти здесь, пока она спала? Почему ничего нет. Понемногу ее начинала охватывать паника, в голове стоял только один вопрос: что теперь делать? И действительно, где можно было искать выход из этого положения? Она нащупала край кровати и попыталась встать. Опустив ноги на холодный пол, Марго хотела подняться, как поняла, что это не так уж и легко сделать. Потеряв какую-либо ориентацию в пространстве, тело не подчинялось ей. Присев на край, она старалась хоть что-нибудь рассмотреть среди темноты, хотя бы едва уловимый лучик света, за который возможно было бы зацепиться взглядом. Такое странное состояние она испытывала впервые, и поэтому даже не представляла себе, с чего надо начинать. Решив просто посидеть и обдумать создавшееся положение, она при этом никак не могла найти приемлемого выхода. Прошла минута, другая, третья...
   Вдруг ей показалось, что в палате она не одна. Кто-то стоял у нее прямо за спиной. Она почувствовала, как кто-то бесшумно прошел вперед и остановился около спинки ее кровати. Да, теперь был отчетливо слышан шорох одежды, едва уловим прохладный воздух, будто неприятный сквозняк в старых окнах. Она ощутила на себе чей-то тяжелый взгляд, как кто-то скользит глазами по ее лицу, телу. Почувствовала, как тень подошла ближе и слегка коснулась ее волос, провела холодными пальцами по шее, перешла ладонью к плечу и затерялась где-то внизу. На удивление она была спокойна и невозмутима. От этой безысходной ситуации внутри у нее появилась какая-то с виду беспочвенная уверенность в себе. И наконец, после всех этих невидимых, но при этом приятных, мерцаний она нашла смелость спросить:
   - Кто здесь?
   - Не волнуйся, Марго, это всего лишь я, - прозвучал голос Лорда Векслера, от которого ей показалось, что будто сами стены вдруг заговорили. Он вышел из темноты и встал прямо напротив нее.
   Как же она изменилась, спустя какие-то несколько дней. Поначалу его посетило некоторое сомнение, но потом, разглядев ее в скудных лучах светильника, он понял, что это действительно она. Ее некогда неземная красота угасла и покрылась пылью от времени. Уже не верилось, что эти пустые глаза когда-то были способны сиять от радости новой встречи, а губы, наливавшиеся свежестью клубничного нектара, теперь засохли и потрескались. Нежный шелк ее волос исчез безвозвратно. Бледное, словно лед за окном, лицо, усталые расцарапанные руки. Она уже совершенно не была похожа на ту Марго, которая совсем недавно наивно плескалась в теплых волнах океана. Нет, той милой девушки-жемчужины уже нет. Перед ним сидела та, которая лишь отдаленно ее напоминала, но никак не она. На него в упор смотрела та, которой уже не нужно ничего, которая уже давно ни во что не верит, а лишь только безропотно отдает себя на милость окружающего мира. На него смотрела совсем другая Марго. И она тихо произнесла:
   - Это ты?
   И в это мгновение как будто сквозь мертвое сердце пробил мощный удар молнии, а ураганная буря ветров перевернула все его холодное сознание. Она смотрела на него, но не видела. Она не видела ничего вокруг. Она была слепа!
   Он подошел ближе и присел так, что теперь его глаза были совсем рядом. Внимательно посмотрев в ее пустой взгляд, он лишний раз убедился в ее темноте и негромко спросил:
   - Как ты себя чувствуешь, Марго?
   - Тише, - прошептала она и попыталась коснуться пальцем его губ, - Умоляю тебя, говори тише. Они ведь все слышат и видят, что ты здесь рядом со мной.
   - Кто?
   - Они... они крадутся по этим стенам. Они ждут... ждут, когда я наконец избавлюсь от всего этого для того, чтобы разорвать меня и растоптать мое сердце.
   - Кто они?
   - Они? Ты разве не видишь, как их тени жаждут насытиться моей болью, испить моих мучений. Посмотри, как они нас обступили, хотят, чтобы я отдалась им. Но они ведь этого не дождутся, да? Ты ведь больше не оставишь меня, не станешь уходить, как прежде? Да, я знаю, что ты теперь со мной и так останется, так будет всегда. Мы с тобой вместе. Мы дождались этого. Почему ты молчишь? Скажи мне что-нибудь.
   - Что я могу тебе сказать, Марго... Ты обезумела, находясь здесь.
   - Нет. Нет-нет! Я не сумасшедшая. Все вы говорите мне одно и то же, но ведь это не правда. Я хочу, чтобы вы мне поверили, а вы не верите, хочу, чтобы оставили меня, а вы все равно преследуете, хочу, чтобы ты был всегда со мною, но и ты не веришь мне и покидаешь меня. Зачем? Почему вы не даете мне покоя, почему хотите мне только зла, почему, наконец, все меня так ненавидите. Ведь я ни в чем не виновата. Ведь это так, да?
   - Да, Марго, это так. Весь мир отвернулся от тебя, ты стала противна ему, он не желает того, чтобы ты обрела в нем свое счастье. Он сделал свой выбор, решив, что ты ему не нужна. Ты безразлична окружающим, никого не волнует твоя судьба, никто не хочет тебе помочь. Тебе нет из этого выхода.
   Она легко коснулась его груди и едва слышно прошептала:
   - Я не вижу ни тебя, ни твоего лица, ни чего-либо вокруг. Я даже не чувствую, как бьется твое сердце. Оно стало не таким, как раньше, оно превратилось в бриллиант, такой же сияющий удивительным светом, но в тоже время абсолютно холодный камень. Мне жаль, очень жаль тебя. Ты потерял свою жизнь, потерял способность жить с открытым сердцем, способность любить. Хотя только я люблю тебя по-прежнему так, как никто никогда не сможет полюбить. Но я чувствую холод твоих рук, безразличие глаз и совершенно бездушное тело. Куда же все подевалось? Неужели ушло вместе со светом солнца туда, где нет никого и ничего? Твоя некогда горячая кровь застыла в венах. Ты словно приведение вошел в мою жизнь и теперь навечно остался в ней. Я не знаю почему, но верю в то, что все происходящее с нами сейчас это какой-то кошмарный сон, от которого я всем разумом хочу избавиться, очнуться, но у меня ничего не получается.
   - К твоему сожалению, это не сон, а жестокая реальность, которая впилась в тебя, от которой не уйти и никуда не убежать.
   - А что там за окном? Мне кажется, идет дождь. Да, это дождь. Я слышу его шуршание по листьям деревьев, как будто сама природа решила смыть боль времени. Слышу, как вода струится по мостовым, как неуловимые ручьи спешат затеряться среди луж, чувствую, как земля дышит свежей прохладой. Как приятно слышать шепот дождя в кронах высоких тополей. А по стеклу скользят капельки воды, словно слезы счастья на щеках. Ты видишь, как ее потоки уносят с собой все то, что мы пережили за эти дни, все тоскливое и грустное, уносят горькую печать. Гром оглушает и прокатывается над головой. Мне сейчас так хочется выбежать на улицу и порадоваться этому весеннему дождю. Посмотри, как там весело, будто для всех наступил долгожданный праздник, у которого нет преград, и он идет, повсюду зажигая сердца людей романтическим огоньком любви и добра. Мне всегда нравилось, когда идет дождь, потому что он каждый раз скрашивал мое одиночество, унося с быстрыми ручьями все то, что меня так долго мучило и душило тоской каждую ночь. Он смело барабанил по окнам, не считаясь ни с какими условиями, и всегда приходил, когда ему вздумается. Шагая по лесам, по бескрайним полям, он приносил всему окружающему новую жизнь, как бы позволял все неудачное и прошлое начать сначала. А после, когда он пройдет, небо озарится чистым солнечным светом, и нам с тобой станет тепло и уютно, как и прежде. И мы уйдем прочь отсюда туда, где нас примет старый дом с черепичной крышей и светлым крылечком. Ты помнишь его?
   Он опустил печальные глаза и произнес:
   - Очнись, Марго. Здесь нет ничего, кроме темноты и холода. Ты себя понимаешь? За окном зима, снег лежит на улице, и нет никакого дождя. С тобой что-то не так.
   - Прости меня, умоляю, прости. Я не знаю того, что знаешь ты, но я хочу, чтобы мы поскорее ушли отсюда. За окном стоит такая прекрасная погода. Так давай же поспешим покинуть это место. Пойдем со мной, я покажу тебе настоящий мир, где мы навсегда останемся вдвоем. Ты понимаешь? Только вдвоем и никого больше. Только ты и я...
   - Марго, послушай меня! Ты не в своем уме, ты больна, понимаешь? Нам никогда не быть вместе. Ни мы, ни все вокруг более не будет таким, как раньше.
   - Нет... нет, это не правда! Скажи мне, что это не правда! Скажи, что солгал мне! Прошу, скажи мне, что это не так. Я не хочу расставаться с тобой. Ты мне нужен, нужен! Как ты этого не понимаешь? Только ты и никто другой. Я не выдержу, если ты покинешь меня. Прошу тебя! Умоляю, не бросай меня одну, не надо. Скажи мне, что ты останешься, пообещай, что никогда не бросишь меня. Ты же знаешь, что я люблю тебя больше жизни и это правда. Я люблю тебя, люблю. Какой бы ты ни был, что бы ни делал, я всегда буду любить тебя. Не уходи, останься. Хотя бы еще несколько минут побудь со мной.
   - Оставь все эти слова, ангел! Пойми своим сумасбродным сознанием, это невозможно! Я не стану тебя жалеть и не хочу, чтобы ты об этом просила меня. Оставь свое сердце себе, оно мне не нужно. Не нужно слез, плача и молитв, я все равно не буду с тобой. Никогда.
   Она закрыла лицо руками и прижалась к стене.
   - Боже, я разучилась плакать. Я не могу больше плакать... Зачем ты терзаешь мое сердце этими словами, за что подвергаешь меня этому жестокому испытанию? Ты же знаешь, что я не смогу его преодолеть. Так зачем же ты убиваешь меня? Зачем?! Я же не виновата ни в чем. А ты...
   Под его плащом блеснуло сталью лезвие меча. Лорд Векслер приблизился к ней и тяжело произнес:
   - Хватит, Марго! Достаточно мне этих признаний. Приходит время прощаться нам с тобой. Ты уже довольно устала. Тебе надо отдохнуть.
   - Мне кажется, что вот уже сто лет я живу в этом мире, - тихо ответила она, явно не понимая его слов, - И все эти годы я что-то искала. Все свое время я только помню, что хотела что-то найти. Мне все хотелось чем-то поделиться со всеми, будто хотела отдать частичку себя, но только хоть что-нибудь осталось здесь после меня. Но я почему-то оказалась не в то время и совсем не в том месте. Все уже нашли, и ничего не осталось для меня. Будто отобрали последнюю надежду. Но я не хочу, не хочу... не хочу! Ты знаешь, все это время я твердо верила в то, что у меня есть ты. И я всегда знала, что ты ждешь меня и днем и ночью. И что бы там не происходило, ты всегда мог прийти ко мне и обнять. А теперь я чувствую, что между нами раскололась земля, и ты с каждой секундой удаляешься от меня все дальше и дальше. И я уже плохо вижу твой силуэт на горизонте, как будто кто-то нарочно уносит тебя. И что же мне делать? Как мне жить дальше без тебя?
   Неожиданно она замолчала и бросила на него пустой и пронзительный взгляд. По телу Лорда Векслера проскользнула судорога, в его сознание вонзилась мысль о том, что она на какое-то мгновение обрела способность видеть. Марго как будто изнутри поняла эту страшную картину, предшествующую трагедии. Его словно насквозь прокалывали ее обреченные и в тоже время осуждающие глаза. Никогда еще до этого он не чувствовал подобную скованность перед ней.
   - Прощай навсегда, Марго! - со всей возможной уверенностью произнес он и, переборов в себе это глупое сомнение, медленно занес меч над головой. Эти слова вынудили ее попытаться кинуться навстречу ему.
   - Подожди! Нет, не уходи! Останься! Я не успела сказать тебе самого главного! - суматошно проговорила она, - Я...
   Мощный удар сорвал ее голос.
   Она схватилась рукой за грудь, но это было бесполезно. Сквозь ее пальцы просочилась алая кровь, скатываясь вниз тонкими нитями, она закапала на белый кафель. Сами собой ноги ее подкосились, и тело опустилось на пол. Лицо едва содрогнулось от боли, глаза налились горькой слезой, и сама она уже на последнее вздохе едва слышно произнесла:
   - Прости меня за все... Я... Я люблю тебя.
   Лорд Векслер наклонился к ней, чтобы сказать что-то важное, так чтобы только она смогла это слышать, но неожиданно передумал и только лишь коснулся ее бледной, словно свет луны, щеки. Вдруг он резко оглянулся назад и, кинув в темноту недовольный взгляд, властно проговорил:
   - Оставь! Отойди от нее, Смерть! Не смей к ней прикасаться, слышишь! На сегодня ты и так забрала много жизней, но эту оставь в покое! Она не будет принадлежать тебе! Никогда! Я хочу остаться с ней и сам видеть ее гибель. Тебе понятно?
   В ответ та тихо отвела свое оружие и отошла в сторону.
   Перед тем, как покинуть это место он последний раз посмотрел на Марго, ее мертвый взгляд, уносящийся сквозь потолок в мрачную пустоту небес. И в памяти его навечно застыла эта картина, словно врезалась в самый центр сознания и осталась в нем отравленным клинком. Сейчас здесь вместе с ней умер и он. Все кончено. Еще множество раз в своей памяти он видел ее такой, и всякий раз ужасался этих видений. Но это уже было позже, гораздо позже. А сейчас... И в памяти его навечно застыла эта картина []
   Сейчас бездыханное тело Марго лежало на холодном полу в луже собственной крови среди чужих стен в таком же мертвом здании в замерзшей и обледенелой стране, где никому не было никакого дела до нее. Но стоит ли теперь ждать чего-то, и надо ли к чему-то стремиться? Все, что сделано, уже сделано. Что решено, того не изменить и кто ушел в иное, того уже не вернуть. Все проходит: печаль и радость, боль и наслаждение, счастье и тоска. Но все что ушло, желанное и ожидаемое, непременно рано или поздно возвращается назад. Но есть и то, что теряется безвозвратно, как бы того не хотелось, оставляя за собой лишь воспоминания. И умирает человек и рождается заново, но, сколько бы это не продолжалось, есть нечто, которое никогда не изменяется, не подвержено времени и всегда остается в первозданном виде. Века и тысячелетия бессильны над ним и пески вечного движения не могут никак повлиять на него. Оно всегда остается жить в сердцах людей.
   И что же можно сказать, да и нужно ли что-то говорить... Не знаю, но уверен лишь в том, что Марго когда-нибудь должна обрести свое счастье. Может быть не здесь и уж, конечно же, не сейчас, но, не смотря ни на что, все равно это когда-нибудь произойдет. Как к утру восходит солнце, как весна сменяет зиму, так и я верю в то, что она вернется. Неважно когда, неважно как, но обязательно вернется. И в тот миг по всей округе расцветут сады, и взойдет трава, и придет с ней тепло и радость. И вновь зазвенит по кронам ее любимый летний дождь.
   Но до той поры смерть ее ляжет грязным пятном и крохотной надеждой на то, что ее утрата не стала напрасной. Как жаль, что нет еще справедливости и понимания, которые, быть может, спасли ее от собственной жертвы. Жаль, что никто не сумел вовремя уберечь ее душу от окружающих мучений и истязаний, укрыть ее от всеобщей ненависти, помочь с пониманием.
   Когда же люди поймут, что замкнутость не есть путь к спасению, а смертоносное вооружение, в конечном счете, не спасет их души. Когда позабудут вражду и насилие, как средство достижения поставленных кем-то целей за счет притеснения других интересов. Если ничего не изменилось в мире, то тогда ради чего она умерла, спрашиваю я вас? Зачем все это?
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"