Чернышева Ната: другие произведения.

Лазурная

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa

Категорически отказываюсь летать без второго. Атмосфера - это вам не пространство. Атмосфера не прощает. Да, другие летают. На доброе здоровье. Хотя как сказать, доброе. Валера Кришнов полгода назад не вписался в глиссаду. Сгорел! Вместе с пассажирами и грузом; да черт бы с ним, с грузом,- людей жаль.
Только и оставалось, что за огненным шаром следить. Как спасешь? До сих пор в атмосфере на жидкостных двигателях летаем, а вы думали. Это в пространстве можно гравигенному движку форсаж влупить; вблизи крупных тел массой от трети земной оно чревато. Чем крупнее тело, тем больше должно быть удаление от него, это закон.
Глиссада - безопасный коридор, которым идешь к поверхности. Предпосадочная спираль, и на ней необходимо погасить скорость до разумных пределов и чтобы же не допустить критического перегрева обшивки и еще массу нюансов учесть. Не удался заход - возвращайся на орбиту, выстраивай снижение заново. Валера не вернулся, хотя видел, не мог не видеть, что не вписывается в допустимые пределы... или зло взяло, мол, я, профессионал, и не справлюсь?
Мне оно надо?
Нет.
Да, перестраховщик, да, старпер, да, трус. В пространстве много лет один работал, а в атмосферу лезть в одиночку - увольте.
MVS, Malgranda Vermotrua Stacio, - наша база. Малая пересадочная станция на орбите Аркадии. У Аркадии две MVS, обе способны генерировать до десяти пространственно-временных туннелей одномоментно, в том числе и к Земле; не каждая колония способна похвастаться тем же. Два игольных ушка, через которые идет поток на поверхность, - пассажиров, грузов. В основном, пассажиров. Колонизация планеты в самом разгаре.
Каторга наша в разгаре, вот что я вам скажу. Конца краю ей не видно. И еще давят, чтоб летали без напарников, в одиночку...
Крутим виток, ночная сторона радует огнями городов. Триста лет назад здесь стоял мрак. Рассказываешь, не верят, смеются. Если б я сам не ставил тут маяки три с лишним внешних века назад, то не верил бы тоже.
Идем по глиссаде, Олегопетровск когда еще на связь выйдет... вся связанная с нижним эшелоном нервотрепка пока впереди... По курсу пылает синим колдовским огнем огромная, в ладонь, звезда. Лазурная, гипергигант спектрального класса О. И лезут в голову непрошенные мысли.
На своем ли я месте?
К Лазурной я тогда вышел случайно, едва не сгорел. Гипергиганты редки, нестабильны, планет у них не бывает в принципе... и все же я нашел безопасную орбиту, поставил маяк. Там теперь действующая MVS, всего лишь с двумя выходами - на Аркадию и на Сильфиду.
Цена прыжка к Лазурной - двадцать дней от Аркадии, семнадцать - от Сильфиды. Я любил навещать Лазурную. Звезда-одиночка, отдающая свой свет в никуда. Такая же неприкаянная душа, как и я. Если, конечно, верить в то, что у звезд могут быть души...
Посадку в Олегопетровске отдал второму, на ж, работай, набивай руку. Ловил он, ловил створ полосы, поймал, крен зевнул перед касанием. Уронил машину по-вороньи, на три точки поодиночке, и покатились... двумя метрами левее осевой. То-то народ на перроне посмеялся: Скобелев сел... буквой 'зю'...
Ну, будем работать, время есть, и посадка эта в нашем тандеме не последняя; научится.
Олегопетровск - столица Аркадии. Назвали в честь знаменитых звездных разведчиков, братьев Петра и Олега Ольмезовских. Это люди легенды, их портреты по всему Внеземелью как иконы... а я же их лично знал... как давно и как недавно это было! Сам ушел из Большого Пространства к атмосферникам, сам впрягся в лямку, что уже теперь.
Но оно того стоило?
Не знаю...

Небо Аркадии - светло-лиловое в ясную погоду, с желтизной - в облачную, фиолет и мажента - в грозовой циклон. Знаем мы те циклоны, обходили их стороной и верхом, а где обойти было нельзя, там находили лазейки и протискивались. Обычное дело.
Но лучше всего наблюдать грозу сквозь окна собственного дома. Сидеть в кресле-качалке и смотреть, как над городом пластаются малиновые тучи, как трепещет в них зеленью перевернутая радуга, как вспыхивают искры чудовищных разрядов...
Дом наш стоит на холме, так захотела Мила, ей нравится смотреть с высоты на растущий с каждым годом город. Мила у меня агроном: золотые руки. Знаменитые яблоневые сады Олегопетровска - ее дело... и при нашей усадьбе тоже растут яблони; яблоня - символ Земли, связь с утраченной родиной. А уж сколько тех садов по всей Аркадии, - стараниями Милы и ее команды. К нам иногда приходят ее коллеги, 'на чай', как говорит Мила. Я мало что понимаю в агрономии. Но одно удовольствие слушать, как 'летают' в любимой профессии молодые. Мастера, что тут скажешь. В неосвоенном мире агроному работы непочатый край. Как они сами выражаеются: осталось лишь начать да закончить...
Мила молчалива. Никакой пустопорожней болтовни, свойственной женщинам. Пришла, принесла травяной чай, присела рядом... Я обнял ее, и так мы сидели, смотрели, как успокаивается над городом гроза. С Милой хорошо молчать обо всем на свете.
Вот оно, счастье. Чего ж еще тебе надобно, старый дурак?..

Наутро гуляли по городу. Мила рада, что удалось вытащить меня в люди, как она сама выражается. Сдалось оно мне. Завтра - резерв, послезавтра рейс на MVS с разворотом. Но обижать Милу - последнее дело.
Мне не в чем упрекнуть ее. Верная подруга, жена пилота, сколько ж ей вынести пришлось. Молиться, надеяться, верить... Наши машины надежны, но им случается падать, Кришнов тому примером; не представляю себе, каково это - ждать.
В парке,прибавилось скульптур. Любит Внеземелье монументы, ох, и любит. Разброс между колониями значительный, и по времени и в пространстве, что уж о культуре говорить, зато памятники все как на подбор, под одну штамповку.
И ни один из монументов не похож на того, кого увековечивает.
Очередная статуя, одухотворенное мужественное лицо, взор, устремленный в небеса...
Скобелев Юн Георгиевич, и дальше мелким шрифтом перечень заслуг перед человечеством, плюс дата рождения... черт. Как на своей могиле очутился!
- Юн,- Мила тревожно заглядывает мне в лицо.
Рву ворот, нечем дышать. Прошлое живет в нас, и его не втопчешь в небытие, как ни старайся...
... В том рейсе нас было пятеро. Я - второй, братья Ольмезовские: Петр - капитан, Олег - врач. Субнавигатор Зоя Летягина и бортинженер Ингрид Зимина. Зойка погибла... нелепо погибла и страшно, засосало в зыбучие пески, и как мы всем экипажем их зевнули, самому аж в затылке свербит до сих пор, стоит только вспомнить... Ингрид, умница, придумала, как машину поднять... и уж как мы выбирались к базе без навигатора, лучше не спрашивать. О девчатах всегда забывают, зато пилоты и отважные капитаны везде в чести... хоть бы один памятник нашим девчатам... вот уж кому мужества было не занимать! А я... разгильдяй, убийца!- не заслужил!
- Юн!- пальцы Милы обретают железную твердость.
Она - знает. Я ей как-то рассказывал. Мила знает, какой ценой дался тот 'героический' рейс...
- Это было триста лет назад, Юн!
- Семнадцать,- сказал я.- Семнадцать лет назад, Мила. Всего лишь...
Как сжимается и растягивается время при проходе через пространственно-временной туннель? Для корабля проход длится доли секунды, во внешнем мире пролетают когда дни, а когда и годы. Зависимость между ценой прыжка и реальным расстоянием не поддается никакому осмыслению, скорее всего, ее просто нет. Бывает, физически близкие объекты забирают много внешнего времени, а дальние - требуют всего-то нескольких дней. Бывает, наоборот.
Ученые пытаются уравнять в момент прыжка оба времени, но воз и ныне там. MVS'ы строить научились, генераторы точечных проходов на поисковые корабли устанавливаем, а понимать досконально принцип их действия...
Я жил вне Земли всего двадцать два личных года, но родился там почти четыре внешних века тому назад, и груз этих непрожитых лет порой давит, душит, не дает дышать.
- Пойдем домой, Юн. Пойдем...

Дом. Не получалось у меня почему-то думать о нашем коттедже 'дом'. Может быть, потому, что строил его не я. Вечные рейсы, атмосфера-пространство, пространство-атмосфера, одно да потому, и кто же их выполнит, если не я? Пилотов не хватает, а нужда колонии в авиации растет.
Договаривалась о строительстве Мила, сад растила тоже она, именно ей ведомы здесь каждая трещинка и каждая досточка, не мне. Мало радости сознавать это и гордиться здесь нечем, но факт есть факт.
- Юн,- она льнет ко мне, обнимает; как оттолкну? Сказать 'извини' и вернуться в Пространство? Да я уважать себя перестану, я, Скобелев, 'тот самый'. Разве я не налетался за столько-то лет?
- Дай мне ребенка, Юн,- шепчет Мила, и шепот ее дрожит в тишине.- Я не бесплодна, проблема в тебе. Твоя работа... Тебе необходимо пройти курс лечения. Дай мне ребенка, Юн, и уходи. Тебе на планете плохо, тебе со мной плохо, а я хочу, чтобы ты был счастлив...
Она все говорила и говорила, захлебывалась словами, я слушал. Старый я пень, как же мало я понимал ее все эти годы! Жила со мной, любила и - мучилась: и отпускать не хотела и видеть, каково орлу живется в клетке, не могла тоже. Насчет орла - ее сравнение, я-то себя орлом не считал ни разу.
Вызов по дальней связи. Сообщение от командора Крайнева. Запись... я просмотрел ее несколько раз. Надо было слетать к Лазурной, забрать астрофизиков, сидевших на тамошней MVS вот уже третий срок. Но все пилоты дальней разведки в рейсах, а из местных бессрочный допуск на работу во внешнем пространстве был только у меня...
- Ты полетишь, Юн,- сказала Мила.- Ты не бросишь людей, ты полетишь!
Она понимала. Кто еще мог понять, если не она?
Я вернусь. Вернусь непременно. В конце концов, что там того полета? Тридцать пять дней - прыжки туда и обратно, плюс маневры возле MVS... ну, сорок дней максимум. Слетаю и вернусь, и - хватит! Хватит с меня того Пространства.
Или я за двадцать лет не налетался?

Лазурная встретила неприветливо. Покрылась пятнами, изошла какими-то особыми излучениями... астрофизики прыгали вокруг приборов и спорили до одури, а я смотрел на снимки Лазурной, анфас, так сказать, и профиль, и ежился от нехорошего чувства. Интуиция редко меня подводит; не та профессия, чтобы плевать на внутренний голос. Я начал торопить ученых, а те, что дети малые... точнее замерить, да проследить динамику, да что-то там еще. Нервы сдали, наорал, в транспорт гнал едва ли не пинками... много интересного о себе в ответ услышал.
Ну, загрузились. Пошли к зоне перехода. Я, хоть и взял поисковый кораблик, а пользоваться собственным генератором не спешил, пусть MVS работает, на то она здесь и стоит.
Всплеск гравитационных возмущений накрыл нас уже на подходе к жерлу туннеля. Туннель схлопнулся сразу же.
Ждать, пока MVS завершит цикл или самим пробиваться? Вопрос... Не нравился мне этот внезапный гравитационный шторм. Снимки Лазурной... снимки! Я же сам их когда-то делал... безумно давно, тот спектр и нынешний, в котором слишком много ультрафиолета... астрофизики, ученые, твою же мать! Паника шарахалась в усохшем от ужаса черепке, а сознание уже отдавало команду: форсаж! Только он, родимый, и спасет... скоро тут станет жарко, слишком жарко... гипергиганты редки и нестабильны, в нашей Галактике их практически не осталось... вот и Лазурной подошел свой срок.
Срок умирать в отчаянной вспышке.
Открыл я проход. Успел. Вырвались.
Вход в туннель к Аркадии схлопнулся, но само его тело - еще нет. Стабилизировать его MVS не могла - не хватало мощности. А наш кораблик не успевал, не успевал, не успевал выйти из зоны влияния полуразрушенного аркадийского прохода! Я тянул на форсаже наносекунды обезумевшего времени. И ушел все-таки. В самый последний момент ушел!
Долго сидел, смотрел на звезды. Вот она, моя Лазурная, сверкает... напрягся и вспомнил какого-то поэта... 'как неограненный бриллиант редкостной величины'. И будет бриллиантом еще долго, пока фотоны со своей смешной для космических пространств скоростью не донесут наблюдателям феерическое шоу рождения очередной Сверхновой...
Что-то не так было с курсом. Что-то не так было с небом. Пришел запрос... от MVS Сильфиды!
Меня ожгло ужасом.
Сильфида! Сильфида - вместо Аркадии! Я ошибся с курсом. И даже сразу понял, почему. Перед тем, как уйти из разведки, я четыре личных года отработал именно на стационаре Сильфиды. С MVS Аркадии я и не летал никогда. И вот, по старой-то памяти...
Путь к Лазурной закрыт. А цена прыжка от Сильфиды к Аркадии - семьдесят лет.
Семьдесят лет!
Астрофизики шумели в салоне. Выражали свои восторги. Отважный Юн Георгиевич спас драгоценных их. Еще один памятник героическому Скобелеву...
Но Мила! Мила - и наши с нею нерожденные дети... Время безжалостно разделило нас. Навсегда разделило.
Насовсем.


Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"