Чертова Елена Викторовна: другие произведения.

Дерево жизни

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О традициях в глубинке. Выдуманная история. Рассказ опубликован в электронном межавторском сборнике "Яблоки Идунн"

  Толстая муха влетела в открытое окно, спасаясь от жары, и тут же увязла в липкой жидкости, налитой в тарелку. Где-то вдали приглушенно замемекали привязанные козы.
  
  На лавке полулежала, отдуваясь, молодая, дочерна загорелая женщина. Рядом с ней сидел худощавый паренёк, белая кожа плотно обтягивала торчащие лопатки. Майка валялась на полу.
  
  −И ты веришь в эту чепуху, Василиса? - его тонкие серые губы вытянулись в линию, уголки чуть опустились вниз.
  − Это не чепуха. Так жили мои предки. Так живу я. Посмотри: моё дерево дважды плодоносило: в прошлом году, и три года назад, и у меня две дочери, одной - год, второй - три. Видишь - всё сходится.
  − Так ведь оно в Плещеево растёт, а не здесь. Откуда ты знаешь?
  
  Вопросы сыпались и сыпались на голову женщины, а она в ответ лишь беспомощно улыбалась.
  − Мне мама рассказала, я ей верю. И я сама видела, в детстве, когда простудилась, как дерево сбросило листья посредине лета, кора растрескалась. Помню, я тогда чувствовала, как крошатся мои лёгкие при кашле. И с мужем так было, когда он спину потянул. В тот же день его дерево Жизни как-то согнулось, скрючилось по-стариковски.
  
  − Это простые совпадения, − брови юноши сдвинулись к переносице, что прибавило возраста его почти детскому лицу.
  - Ты до десяти лет здесь жил, разве ты не помнишь? Ты же болел в детстве? С велосипеда падал?
  Паренёк отрицательно помотал головой, и ближе подвинулся к Василисе.
  − Степан, я устала, − женщина шумно выдохнула, прикрыла глаза, − девочки сейчас проснутся, они уже два часа спят. Тебе надо идти.
  
  Раздосадованный упорством женщины, он резко встал, и вышел. Курицы разбежались в разные стороны, предупреждая кудахтаньем других кур о приближающейся опасности. Юноша сбил ногой белый шарик гриба, притаившегося в траве у забора. От гриба запахло сыростью.
  
  − Ты что, дурень, делаешь?
  − Мама, прости, нашло что-то.
  − И почему ты шатаешься в такую жару? Иди скорее в дом, угоришь. К тому же мне помощь твоя нужна: масло никак не сбивается. И отца пора переворачивать. Дел по горло.
  
  Юноша послушно вошёл в дом, обдавший холодом и запахами ромашки и полыни. Тягуче скрипнули половицы. Отец вздрогнул и повернул голову.
  − Сынок, ты бы прибил доски гвоздями-то. И дверь надо смазать. Всё скрипит.
  − Хорошо, папа, завтра прибью пол и петли смажу.
  − Завтра, завтра, вечное завтра.
  
  Степан поддерживал ослабевшее тело отца, пока мать ловко обтирала плечи и спину больного. Юноша разглядывал огрубевшее, чем-то похожее на глинистую землю лицо: кожа шелушилась, щёки и лоб рассекали глубокие борозды морщин. Как же папа так резко постарел?
  
  Отец поймал этот взгляд, поморщился, словно его укусила муха.
  
  Мать ушла, Степан тоже собрался уходить, но его остановил окрик:
  − Сынок, постой!
  − Да, папа, что ты хотел?
  − Стёп, может, ты на работу в деревне устроишься? Никодим обещал на кирпичном заводе место выхлопотать. Чего ты в этом городе делать-то будешь? Пирожками опять торговать? - мужчина от напряжения приподнялся на кровати, на шее проступили извилистые вены.
  − Я на металлургический хочу, по специальности, не зря же учился. Да только мест пока там нет. Обещали, что к осени появятся. - Паренёк переступал с ноги на ногу в нетерпении.
  − Эх, молодо-зелено. И что вас в город тянет? Суета там одна.
  
  Больной тяжело вздохнул, и повернул голову к раскрытому окну, за которым раскинулся широкий луг.
  
  − Вон козы щипят себе травку, и ни в какой город не помышляют уезжать.
  − Пап, я же не коза, - Степан хмыкнул.
  − Да понял я, понял: всё свой путь норовишь найти, да только грабли-то старые.
  
  Вернулась мать, распаренная от жары и беготни. Серо-русые волосы выбились из-под платка, лезли в глаза.
  − Хватит переливать из пустого в порожнее. Масло надо сбивать.
  − Иду, мам.
  
  Монотонные шлепки в маслобойке Степану быстро надоели, и он принялся крутить ручку с удвоенным рвением. Вода стала выплёскиваться на пол, да и мышцы сразу заныли, и пришлось вернуться к размеренному вращению. Взволнованность от встречи с Василисой начала проходить, и у него появились сомнения: даже если всё это - детские сказки, стоит ли губить её? Если она согласится - её жизнь уже не вернётся в прежнее русло. Никогда не вернётся. Он вспомнил круглое мягкое лицо, грустные синие глаза, плечи, опущенные от постоянной усталости, и ему стало жаль Василису. И он твёрдо решил оставить её в покое. Будет помогать отцу с матерью, а там и лето закончится, август уже на исходе, и он поедет обратно в город.
  
  Эта светлая мысль поддерживала его всю неделю, и, хотя он жестоко скучал по Василисе, упорно избегал встречи с нею. На выходные вернулся её муж, который отработал очередную пятидневку в городе. Из окна паренёк с горечью и злобой наблюдал, как Василиса смеётся над шутками мужа, как они беззаботно брызгаются водой во дворе, и горло сжималось всё сильнее и сильнее.
  
  Степан стал ходить кругами по комнате.
  − Прекрати скрипеть! Сколько можно? - заскулил отец.
  Сжав кулаки, нерадивый отрок выскользнул из дома. Потоптался по двору.
  − Что ты под ногами вертишься? - рассердилась мать.
  
  Юноша фыркнул и выбежал в сад. Там было спокойнее: тяжелые ветви яблок едва покачивались на ветру, в вишнях радостно чирикала стая воробьёв, то здесь, то там падали перезрелые сливы - плам!
  
  В дальнем тенистом углу сада росли деревья Жизни родных, торчали пеньки. Степан подошёл к своему дереву, погладил тоненький ствол, коснулся крупных шершавых листьев. Взглянул на кряжистое, крепкое дерево матери, и на высокое - отца, которое казалось еще выше из-за срубленных нижних веток.
  
  − Конечно, чепуха всё это! - с едкой злобой сказал Степан, и ветер в ответ на его слова зашелестел зелёными листьями, будто хотел поспорить.
  
  ***
  
  Василиса вытащила из печи рыбный пирог, и накрыла его полотенцем.
  - М-м-м, какие запахи, - Тимофей, подкрался на цыпочках, облизываясь, как кот, и заглянул под полотенце.
  Женщина игриво шлёпнула мужа по рукам:
  - Сначала крышу залатай, а потом за пироги берись!
  - Да сколько можно! - лицо Тимофея позеленело от злости, - то воды принеси, то дров наруби, то крышу почини. Я целую неделю отпахал! Я устал!
  - А я оботдыхалась вся!
  Тимофей плюнул на пол и вышел. От хлопка дверь покосилась.
  - Ну вот, тебе ещё работы прибавилось, - гавкнула вдогонку жена.
  
  ***
  
  В понедельник, едва стихла колыбельная, Степан прокрался в соседний дом. Василиса, измученная убаюкиванием озорниц, неподвижно сидела на лавке, разглядывая неоконченную вышивку в подарок на свадьбу сестре. На холсте уже раскинуло ветви широкое, коренастое деревце, теперь мастерица выбирала красно-оранжевую нитку для расцвечивания солнца и яблок. Такова традиция в их краю: родственница, недавно выданная замуж, дарила невесте картину с вышитым деревом Жизни. А девица, угадавшая последний стежок на картине, по преданию, должна была выйти замуж следующей.
  
  Паренёк бросил взгляд на пышнотелую женщину, и все сомнения сгорели в огне желания. Степан схватил Василису, жадно впился в её полные мягкие губы. Она с трудом отпихнула его, и, задыхаясь, зашептала, стараясь не разбудить детей.
  
  − Да как ты не понимаешь! Поотрубают нижние ветки, и будешь хромоногим на всю жизнь, или вообще ноги отнимутся! И детей не будет. Мне-то ладно, я уже двоих родила, а ты зелёный совсем, найдёшь ещё молоденькую, семью заведёшь. Опомнись! На отца своего посмотри! Лежит на кровати день-деньской.
  − Причём здесь отец? Не глупи! И вообще, я всё решил. Ты будешь моею.
  - Нет! - Василиса вырвалась из тесных, удушающих объятий.
  
  От возни и гвалта проснулась младшая девочка и заплакала. Степан зыркнул глазами и рванул прочь.
  
  ***
  
  - Да что она у тебя орёт всё время! Успокой её! Сил нет! - распаренный на солнцепёке мужчина грохнул кулаком по столу. Ложка противно звякнула в стакане.
  - Господи, да как я её успокою! Я уже всё перепробовала, - Василиса с непониманием посмотрела на мужа, прижимая к груди маленькое зарёванное существо.
  - Что хочешь - то и делай, но что б замолчала, - Тимофей гнул своё, - Нарожала горластых баб, что одна, что вторая.
  - Папочка, поченю ты ба-ба-бах? - старшая, трёхлетняя дочь оторвалась от игры с куколками, и задрала голову вверх, - Ты - добый?
  - Добрый, добрый, - он примирительно погладил светлые кудряшки.
  - И, правда, Тимоша, какой-то ты злой стал последнее время. Бросай ты эту работу, что ты, здесь не найдешь? Что это вас всех в город потащило, как мёдом намазано, - Василиса прикусила губу.
  - Всех? Кого это всех? - сощурился Тимофей, как от яркого солнца.
  - Да соседки судачат, что у многих сыновья в город уехали, - женщина потёрла нос.
  - Вот оно что, - буркнул Тимофей, и налил ещё кипятка в стакан.
  
  ***
  
  Василиса плакала на плече у Степана и отрывисто бормотала сквозь слёзы:
  - Приедет на два дня, наорёт, и опять уезжает. Сколько можно!
  Степан молча гладил волосы и ждал, когда утихнет внезапно разразившаяся буря.
  - Как будто я виновата, что от него одни девки родятся! - не унималась женщина.
  
  За окном трепетали тысячи крошечных солнц на гладких вишнёвых листьях.
  
  - Дочки станут чуть постарше, привыкнет к ним Тимофей, успокоится.
  - Правда? - Василиса оторвала измученное лицо от мокрого плеча .
  - Ну да. И к работе привыкнет, дома станет больше помогать. И всё уладится.
  
  Василиса посмотрела на парня с благодарностью и по-дружески поцеловала его в щёку. Степан засмеялся, и поцеловал Василису в ответ. Легко, нежно. Она не сопротивлялась, думая, что и он целует её по-дружески. И даже не заметила, как детские, наивные поцелуи становились всё настойчивее и настойчивее, пока обоих не захватила волна страсти.
  
  ***
  
  Послышались редкие шаги, глухой шум в сенях, бухнула дверь.
  − Ах ты, мерзавка! - на пороге стоял муж Василисы, по его багровому лицу катились крупные слёзы. Он бросил на пол котомку и вышел.
  
  Женщина наспех поправила рубашку с юбкой, кинулась следом. В соседнем саду слышался звонкий стук топора. Василиса пересекла огород напрямую по рыхлой земле, и увидела, как муж яростно рубит жалкое тщедушное дерево Степана, сначала нижние ветки, а потом, всё больше распаляясь, и сам ствол. Два удара, три, дерево покорно склонилось к земле, вот и четвёртый удар, с другой стороны, точный и сильный. Дерево рухнуло, рассыпав по саду шелест листьев.
   Василиса упала на отрубленные ветки, содрогаясь в рыданиях. И только мать Степана, подоспевшая на крики, не издала ни одного звука, плотно закрыла рот платком, и, горестно, но смиренно, ждала положенного наказания.
Оценка: 8.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Екатерина "Амайя"(Любовное фэнтези) В.Казначеев "Искин. Игрушка"(Киберпанк) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Либрем "Аффективный"(Научная фантастика) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) В.Кретов "Легенда"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"