Чинючина Алина Равилевна: другие произведения.

Здравствуйте, господин писатель

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Господин Анджей Квибс был пьян. Он лежал на продавленном диване, закуривал одну сигару от другой; по комнате плыл горьковатый запах апельсинов. Господин Анджей всегда курил только такие сигары.
  Господин Анджей злился на жизнь. Новая книга, вышедшая полгода назад, осталась не замеченной критиками. Тиражи, и без того невеликие, пылились в магазинах. Проще говоря, его не читали. Не видели. Не знали.
  Анджей Квибс был ремесленником от литературы и понимал это - в те короткие часы, когда у него хватало силы признаться в этом самому себе. Анджей мечтал стать писателем, но талант не всегда можно заменить усердием. Он исписывал и рвал кучу листов, потом, купив компьютер, едва не разбил однажды монитор. Он складывал буквы в слова, но за словами не видно было неба. Он писал о людях, а они получались мертвыми; послушные главные герои подчинялись его воле, но живыми от этого не становились. Он завидовал молоденьким мальчишкам и девчонкам, приходившим вместе с ним в издательства, потому что в их полудетских опусах была жизнь и был воздух, а в его отточенных, выверенных до последней строки повестях и рассказах этого не было - только сухая логика и расчет.
  Нельзя сказать, чтобы его совсем уж не замечали издатели. Первая книга вышла. Но ее не стали читать. Вышла вторая. Весь тираж лежал на полках магазинов.
  Господин Анджей лежал на диване и курил.
  А потом заснул.
  Проснулся он словно от толчка и резко открыл глаза. В комнате пламенел майский закат, шторы были отдернуты, окно распахнуто. На столе потрескивал невыключенным экраном старенький компьютер. Рядом сидели двое - высокий, невероятно красивый золотоволосый парень и веснушчатая, худенькая девушка.
  - Привет, - сказала девушка, увидев, что Анджей открыл глаза. Без тени смущения, легко и по-хозяйски достала из его пачки сигарету и закурила.
  - Привет, - растерянно ответил Анджей. - Ты кто?
  - Это пока неважно, - сообщила девушка.
  "Грабители", - мелькнула мысль у Анджея. Вероятно, нужно было позвонить в полицию или хотя бы крикнуть консьержа, но ему стало любопытно. Грабители ему еще не попадались. Это можно будет использовать в будущей повести. А красть у него, кроме компьютера, совершенно нечего.
  - Мы не грабители, - словно прочитав его мысли, сказал парень. - Мы, собственно, к вам господин Анджей. По делу.
  - Очень интересно, - протянул тот. - Я вас слушаю. И кстати, потрудитесь объяснить, как попали в мой дом?
  - Было не заперто, - сообщила девица. Она в упор разглядывала писателя невероятно зелеными глазами и нахально улыбалась.
  - А вы, собственно, кто?
  - Мы хотим, чтобы вы написали про нас, - очень спокойно объявил парень. Он раскачивался верхом на деревянном стуле и вертел в тонких, изящных пальцах статуэтку, подаренную Анджею бывшей любовницей. Статуэтку было не жаль, а вот старый стул рисковал развалиться.
  Анджей решил, что ослышался.
  - Что? - переспросил он.
  - Мы хотим, чтобы вы написали о нас, - терпеливо повторил парень. - О нас. Вы. Написали.
  - Я сейчас вызову полицию, - решился Анджей. - Пошли вон.
  - Погоди, - поморщился парень, легко поднялся, пересек комнату, произведя не больше шума, чем падающее перо, подошел и присел на край дивана. - Мы, господин писатель, вам снимся.
  Анджей недоверчиво посмотрел на него. Допился, мелькнула мысль.
  - Нет-нет, не пугайтесь, - парень успокаивающе поднял ладони. - У вас еще нет белой горячки, да и мы вполне настоящие. Но мы хотим стать живыми. Мы - герои ненаписанной книги. Вы - про нас - напишете. Расскажете о том, как мы жили, смеялись, любили, чего хотели и о чем мечтали. Вы умеете. Вы сможете. Вы нас понимаете?
  - Эээ, - выдавил Анджей.
  - Взамен, - продолжал парень, - мы сделаем вас по-настоящему известным. Роман о нас станет сенсацией. Его будут раскупать тысячными тиражами. Вы сделаетесь богатым, вами заинтересуются издатели и журналисты. Вы... добьетесь всего, чего хотели. Это тоже понятно?
  - Ээээ, - выдавил Анджей.
  - Условие только одно - работа должна быть закончена к первому декабря.
  - Иначе что? - прищурился Анджей.
  - Иначе мы умрем, - очень просто и серьезно сказал парень.
  У Анджея пробежал холодок по коже.
  - Что, прямо вот так умрете, у меня дома? Два трупа - и привет?
  - Прямо вот так, - подтвердил парень. - И привет. Только привет вам будет не от полиции.
  - А от кого же?
  - Это вам зачтется - там, - парень многозначительно поднял палец вверх.
  Точно белая горячка, подумал Анджей. Или эти двое - идиоты.
  - А если я не соглашусь? - поинтересовался он.
  Парень пожал плечами.
  - Тогда мы придем к вам снова. И снова. До тех пор пока не договоримся. У нас, видите ли, выбора нет. Только времени на работу у вас останется меньше.
  - Чем, собственно, вам не нравится наше предложение? - вновь вступила в разговор девушка. - Мы предлагаем вам славу, почет и деньги. От вас требуется только одно - работать.
  - А почему я?
  - А кто же? - удивился парень.
  Анджей подумал.
  - Как вас зовут? - спросил он. - Или это тоже должен придумать я?
  - Нет, отчего же, - парень пожал плечами. - Я - Ивар, а она - Инга...
  - Черт с вами, - махнул рукой Анджей. - Договор заключать будем?
  - Зачем? - опять удивился парень. - Все и так понятно.
  
  Все было легко и весело. Странная парочка поселилась в квартире Анджея.
  Спали они преимущественно днем. С закатом Анджей усаживался за компьютер, а Ивар и Инга устраивались рядом. Они наперебой надиктовывали ему текст и хохотали, как сумасшедшие, и пили густое, тягучее красное вино из старинных бокалов, доставшихся Анджею от бабушки. Порой Анджей ухватывал окончание фразы раньше, чем неожиданные гости успевали ее договорить. В этом случае Ивар одобрительно кивал, а зеленоглазая Инга хлопала в ладоши. С рассветом окончательно обессилевший Анджей валился спать, а парочка - черт их знает, куда девалась, то ли исчезала по каким-то своим делам, то ли спала на полу, то ли... Анджей не вникал. В промежутках между всем этим Инга мыла посуду, жарила всем троим яичницу - каждый раз то пригорелую, то недосоленную, а вечером все начиналось сначала.
  Через два месяца Анджей знал о своих нежданных героях все. Где родились и как познакомились, что любят есть на обед, какое предпочитают вино и в какой позиции занимаются любовью. Все, кроме одного, - кто они на самом деле. Внутри поселилось томительное беспокойство, жужжавшее в нем, словно муха, и затихавшее лишь тогда, когда он садился работать.
  Фразы, выбегающие из-под курсора компьютера, были изящными, отточенными и совершенно не походили на прежние тяжелые булыжники, которые Анджей выдавливал из себя после долгих мук. Теперь легко и непринужденно он выдавал на-гора искрометные шутки, которые на самом деле принадлежали Ивару, и нежные признания, которые диктовала Инга.
  Он писал историю их любви - тяжелой, путаной, долгой, полной недомолвок, детских обид и разочарований. Он писал о жизни в маленьком городке на севере выжженной солнцем страны. Он писал о войне и о мире, о воде и о хлебе, о той, которую большинство людей мечтает увидеть и за счастье почитает лишь прикоснуться к ее тени. Он писал о великой и загадочной спутнице жизни - даме по имени Любовь.
  Через два месяца Анджей был уверен, что роман получится.
  Через три дело застопорилось.
  Ивар и Инга вели себя совершенно непредсказуемо. Порой ему приходилось удалять целые куски текста - после того, как всю ночь они просиживали за работой, Инга со злившей Ивара откровенностью заявляла:
  - Все не так!
  Они выясняли отношения бесстыдно и грубо, не стесняясь присутствия Анджея, а он ошалело поглядывал на них, а потом с сумасшедшей скоростью стучал по клавиатуре, и получившийся текст либо устраивал всех троих - и тогда они падали спать, либо не устраивал вовсе, и тогда они кричали друг на друга уже втроем. Дело заканчивалось тем, что Анджей орал, охрипнув:
  - Все вон! - и Инга хлопала дверью. Ивар кричал: "Подожди!" - и растворялся в воздухе, а Анджей испытывал муки совести и снова садился к машине. Спать, таким образом, становилось совсем уж некогда.
  К середине октября окончательно разозленный Анджей спросил их:
  - Вы собираетесь уже, наконец, определяться, чего вы хотите? У меня сюжет виснет.
  Ответ Ивара изумил его до глубины души:
  - Мы-то при чем? Ты - автор, ты и пиши.
  С того дня неожиданные его гости повадились то и дело исчезать - то на день, то на два, то на неделю, то по одному, то оба сразу. А муха, жившая внутри, жужжала все противнее и жестче. Слова все чаще падали тяжелыми булыжниками, мысли казались серыми и спутанными, но как добиться прежней золотой легкости, которой отличались летние куски текста, Анджей не знал. И злился до скрежета зубовного, и выговаривал им, когда они возвращались. А они возвращались все реже и только морщились, выслушивая его упреки.
  В один такой день Анджей взорвался.
  - Вы, - кричал он, - вы что, издеваетесь? Втравили меня в авантюру - так давайте же работать, черт побери!
  - Работай, - тихо ответил Ивар. - Вот тебе клавиатура - пиши. Срок истекает.
  От такого нахальства Анджей онемел, а Ивар ушел - на этот раз вполне материально, хлопнув дверью.
  Анджей перестал есть и спать. Роман нужно было дописывать. Те отрывки, что он показал знакомому издателю, вызвали у того бурю восторга, и теперь издатель звонил почти каждый день и спрашивал, когда же, наконец, господин Анджей закончит свое творение. Беспокойство, раньше похожее на муху, теперь превратилось в паука и высасывало силы. Избавиться можно было только одним - писать. Писать самому.
  Потом он решил плюнуть на все и бросить эту затею. Неделю не подходил к компьютеру, бродил по городу, пил пиво в ресторанчиках на набережной, даже подцепил очередную красотку, которой вдохновенно и нахально читал чужие стихи, выдавая их за свои. Девица, обалдевшая то ли от поэтического дара нового знакомого, то ли от щедрости, с которой он разбрасывал купюры, дала себя уговорить на продолжение знакомства. Продолжение должно было закончиться в квартире Анджея.
  Развязка авантюры оказалась неожиданной - на своем родном диване Анджей обнаружил едва живую, бледную до синевы Ингу. Рядом с ней сидел Ивар - измученный, еле держащийся на ногах. Увидев входящего Анджея, Ивар с усилием поднялся, подошел и, схватив его за руку, через всю комнату толкнул к машине.
  - Работай, - сказал он. - Иначе мы подохнем, понял?
  К концу октября Анджей осунулся и почернел лицом. Гости тихо сидели рядом на диване, но уже не диктовали ему тексты - лишь кидали порой обрывочные реплики, а чаще просто просматривали написанное, стоя за его плечом, и либо одобрительно кивали, либо роняли: "Не так". Второе случалось чаще. Спорить не было сил. Анджей удалял куски текста и писал заново. Булыжники сменились вполне сносными геометрическими конструкциями, среди которых изредка попадались золотые песчинки летних удач. Случалось, Ивар и Инга яростно спорили - а потом соглашались с Анджеем, мирились и торжественно отмечали примирение все тем же красным вином.
  В ноябре город засыпал снег. Ивар и Инга снова стали исчезать. Появлялись, вываливали на него ворох новостей и молча смотрели, как пляшут пальцы на клавиатуре. Усталая Инга куталась в потертый свитер, крутила на пальце тоненькое серебряное колечко, Ивар хмуро молчал - он выглядел постаревшим и почти больным, красота его стала болезненной и ломкой. Они ничего не говорили, только смотрели, но порой, глядя на черные ряды строчек, изрекали: "Не так".
  - А как, - бесился Анджей, - как?! Скажите же, что же вы молчите?!
  
  К первому декабря оставалось дописать совсем немного. Вечерело, короткий зимний день медленно угасал. Анджей с бессильной яростью смотрел на экран. Сюжет застопорился и двигаться к развязке не желал. И когда в комнате пронзительно рявкнул звонок, он вздрогнул, но не двинулся с места.
  Звонок повторился. Анджей нехотя оторвался от экрана, открыл дверь. Стоящий на пороге Ивар был не похож на себя так, как не похож бывает старик на мальчишку-подростка. Под глазами его залегли круги, золотые волосы потускнели, лицо осунулось. Инга - горячая, тяжело дышащая, висела на нем, закрыв глаза. Молча Ивар втащил ее в комнату, уложил на диван и повернулся к Анджею:
  - Срок истекает. Пиши.
  Минуты убегали, складываясь в часы, Анджей стучал по клавишам с быстротой, прежде немыслимой. Но часы тикали быстрее. До полуночи оставалось совсем немного.
  Анджей с досадой грохнул кулаком по монитору.
  - Не могу больше! Не могу! Все не так!
  - Пиши, - монотонно ответил Ивар. Сил на то, чтобы говорить, у него почти не оставалось.
  - Что с ней? - спросил Анджей, кивая на девушку. - Чем она больна?
  - Откуда я знаю, - так же монотонно ответил Ивар. - Туберкулезом. Или воспалением легких. Или СПИДом. От тебя все зависит. Пиши.
  Ему оставалось всего десять строк, когда висевшие над диваном часы захрипели и начали бить полночь.
  Анджей вздрогнул и обернулся. Ивар и Ивга, тяжело дыша, смотрели на него. Молчали. Глаза их становились все огромнее и темнее.
  Крикнув, сорвался Анджей со стула, схватил их обоих - легких, почти ничего не весящих, подтащил к столу.
  - Возьмите меня за плечи! - скомандовал он. - Скорее!
  На плечи его легли две руки - почти невесомые, почти бесплотные. Слова не желали вставать на нужное им место и звенели, раскатывались, словно монеты по мостовой. Анджей барабанил по клавишам, чувствуя, как иссякают силы. Тепло его тела уходило в две руки, лежащие на его плечах, и руки эти теплели, наливались жизнью, а сам он становился все слабее. Но и строчек оставалось совсем немного. Еще чуть-чуть... еще...
  Часы ударили в последний раз и смолкли. Через долю секунды Анджей вбил в текст последние буквы и поставил точку. И замер, не смея оглянуться. Роман был закончен.
  Сил оставалось только на то, чтобы вытянуться на стуле и закрыть глаза.
  Когда он открыл их, рядом никого не было. Мигал включенный экран монитора, открытый файл "Ворда" светился слепым белым окошком.
  Рядом на столе, придавленная пустым стаканом и серебряным колечком Инги, валялась записка. В ней было одно только слово: "Спасибо".
  
  Господина Анджея Квибса называют автором одной книги. Его роман "Виноградная лоза" переведен на несколько языков и выдержал уже два переиздания. Тиражи постоянно растут, поэтому господин Анджей - весьма и весьма обеспеченный человек.
  Он живет в большом доме на окраине города и слывет очень нелюдимым и скрытным человеком. Когда к нему все-таки прорываются журналисты, господин Анджей очень неохотно отвечает на их вопросы. Говорят, у него много странностей. Например, ложась спать, он тщательно закрывает двери и окна и всегда выключает компьютер. На мизинце правой руки он носит тоненькое серебряное кольцо - явно женское, хотя никогда не был женат. А еще он совсем не пьет. И морщится, как от зубной боли, когда ему предлагают выпить какого угодно хорошего красного вина.
  
  Февраль 2008.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"