Чиркова Вера: другие произведения.

1 Свободный выбор

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:


    Как поступит княжна клана Куницы, заслышав среди ночи, как в окно ее спаленки пытается влезть незваный гость? Испугается и начнет звать на помощь охрану либо просто упадет в обморок? А может, решится соскочить с постели и встретить наглеца так, как подобает знатной девице, подарком из ночного горшка или приветом от кочерги? Или гость окажется не таким уж незнакомым? И ему разрешат высказать свою просьбу? И даже уступят уголок девичьей постели?
    Все вероятно. Невозможно лишь предугадать, чем закончится и какие события за собой повлечет это ночное происшествие...

    Первая часть.
    Купить в Лабиринте

  
   Княжна из рода куницы
   Книга первая
   СВОБОДНЫЙ ВЫБОР
   Аннотация
  Нелегко жить на свете тем, в чьем сердце неспокойной птичкой живет совесть, готовая на многое ради справедливости. Не знает только глупая птичка, что справедливость - птица еще более редкая, чем совесть.
  
  Глава первая
  
  Что должна делать истинная дочь клана Куницы, заслышав среди ночи шорох за закрытыми ставнями своего окна?!
  Глупый вопрос.
  Разумеется, тенью скользнуть с постели, сбросить длинную белую рубаху, плеснуть на ладони очищенного масла, из бутылочки, что стоит на полке рядом с лампой и быстро натереть все тело, куда дотянутся ладони. Особенно руки, ноги, талию и шею.
  А потом выхватить из тайника верный кинжал, затаиться за углом и ждать, пока незваный гость не переступит через низкий и широкий подоконник.
  -Веся! Это я! - приоткрыв ставень, шепнул вор до тошноты знакомым голосом.
  -Убью!
  -Ну прости... мне очень нужно.
  -Залазь. Сейчас лампу зажгу.
  -Не надо.
  -Да?! А ты в темноте всё масло сотрешь?!
  -Ну, боги с тобой, зажигай.
  -Уже. Сейчас лоскуты достану... держи. С шеи начинай. Да не дери так, я живая!
  -Вижу. Повернись.
  -Так что у тебя за дело? Но сразу говорю, на пасеку вместо тебя не поеду.
  -Нет... я не про пасеку... - Марилика вдруг бросила замасленные лоскуты и рухнула на колени, - спаси меня, Веся, умоляю. Мне больше некого попросить... ну не могу я отсюда уехать!
  -Куда уехать? На пасеку? - Весеника подняла брошенные лоскуты и принялась сама стирать оставшееся масло, смутно догадываясь, что речь вовсе не о нудной работе с ульями.
  Но предпочитала, чтоб старшая сестра сама все объяснила подробно... иначе не заметишь, как попадешь в хитрую ловушку.
  -Какая пасека! - подняла заплаканное лицо Мариля, - Веся! Я люблю его... понимаешь? Не могу я за другого... руки на себя наложу...
  -Я тебе наложу! - всерьез забеспокоилась Веся.
  И было отчего. Старшая всегда такая спокойная, рассудительная... и терпеливая. Когда осенью ей в руку вонзилась шальная стрела степняков, даже не ойкнула.
  А могла бы выдать весь отряд, они ведь под кучами палых листьев скрывались, глупо принимать бой, когда врага в три раза больше. Нет, победить, конечно, можно было, но выложились бы вконец... а им еще предстояло скакать три часа на заставу, предупредить коменданта о тех ордах, что уже прошли мимо.
  -Так ведь разлучают... сосватали! Отряд завтра прибудет... матушка сумы укладывает! - Мариля взвыла в голос, и Веся мигом сунула ей под нос самый чистый лоскут.
  -Не вой! Выдашь! Прибегут, ничего объяснить не успеешь. - Веся представила, как распахивается дверь, врываются дозорные, и сразу вспомнила, в каком виде она разгуливает. Мигом метнулась к постели, натянула рубаху и накинула шаль, потом вспомнила про сестру и оглянулась, - лезь быстро на кровать к стенке, я лампу погашу!
  А устроившись в темноте рядом со всхлипывающей сестрой и подоткнув одеяло, уже спокойнее спросила:
  -Так кого ты там так любишь?
  -Да ты знаешь... Сверга.
  -И далеко у вас зашло?
  -Веся! Как ты можешь! Он сватать собрался, как вернётся с заимок!
  -А что раньше думал?
  -Сомневался... говорит, я молодая и красивая... а он вдовец. Сама знаешь, отец вдовцов не жалует. Говорит, если не сумел одну сберечь, то и вторую может потерять.
  -Так, понятно.
  Ну а что еще сказать? Марилика давно на статного Сверга поглядывает заинтересованно и его пояс вдовца ее совершенно не смущает. Как и прочих невест. Все-таки у них, в клане Куницы, женщин и девушек больше, чем мужчин, так уж повелось. Потому и разрешено воинам брать вторых жен, а простым девицам и вдовам принимать мужчин из младших кланов в примаки. Но они-то с Мариликой не простые девицы! Их старшая мать - глава клана куницы, и хотя они обе от второй, младшей жены, но все равно княжны.
  -Они на общем сходе сговорились... отец, как приехал оттуда, совет собрал, - безрадостно шептала Мариля, - решали, кого отдать. Старшая мать сразу сказала, Ледянику не отпустит. У нее дар редкий... не гоже клану такой терять. Возьмут ей примака из клана бобров или лис. А Северина просватана... нельзя слово нарушать. Да и по нраву ей жених. Ну а про меньших ты и сама знаешь. Вот и выбирали между нами. Но тебя отец ни в какую отдавать не хочет... не знаю, почему уперся. Вот и выбрали меня.
  Она снова зарыдала, и Веся, мрачно засопев, сунула сестре прихваченный лоскут. Как знала, что пригодится. Вот только что делать, никак понять не могла. Марилю жалко, слов нет. Но и себя жаль! А ну, как жених бородатый и заросший окажется, как мужчины из клана вепрей? А кстати, в какой хоть клан идти-то?
  -Мариля, не вой! У меня уже в ухе хлюпает! Лучше скажи, в какой клан, и кто жених?! Ну, хоть сколько ему лет?
  -Так неизвестно, сколько лет, - начиная успокаиваться, деловито объяснила сестра, раз Весеника начала расспрашивать про тонкости, значит, есть надежда, что согласится, - свободный выбор дают. И все сопровождающие будут из женихов. А клан... - она помедлила, и с замиранием сердца выдохнула - клан ястребов.
  Вот оно, замерла пойманной птичкой Весеника, нашло-таки ее справедливое возмездие. И хотя уже все поняла и все сложила, тихо переспросила охрипшим и почему-то жалобным голоском:
  -Но они же с нами... в ссоре?
  -Помирились... - горестно выдохнула Мариля, - на этом сходе и помирились. Первой княжну заберут... а летом - к нам троих воинов а от нас еще пятерых девиц... из простых. Так ведь свободный выбор, Веся! И целых три месяца, до солноворота!
  -Ну и шла бы сама, - беззлобно буркнула Весеника, уже точно зная, кто сядет утром на коня.
  -А я и пойду... - помолчав, безжизненно произнесла старшая, и ее губы искривила горькая усмешка, - с родителями спорить не стану. Прости, Весь... разбудила тебя. А на пасеку все-таки тебе придется...
  -Да ни за какие коврижки! - Весело фыркнула княжна, хотя ей плакать хотелось... только не при Мариле, - а что тебе там мать в сумы складывает? Хоть что-то стоящее есть... ради чего не жаль по холоду раскатывать?!
  -Веся! Да я сама тебе все отдам... и очки, и куртку свою, и лук! И шкатулку с жемчугами, там реки быстрые, в них жемчужницы не водится, - заторопилась Марилика, - а холодно не будет, они поедут вокруг южного леса, через Ругор, напрямик еще не пробраться... так ты решила?
  -Ну, раз очки и жемчуг... и лук... придется тебя выручать, - лукаво заявила младшая, хотя на самом деле весело ей вовсе не было, - и давай поспим, а? А то утром рано поднимут... знаю я их.
  
  Утро в княжеском доме и в самом деле началось еще затемно, кто-то топал по узкому коридору девичьей башни, где-то лязгало оружие...
  -Тебе не кажется, что они уже отряд на розыски отправлять собрались?! - подняв голову с подушки, недовольно поинтересовалась Веся.
  -Я боюсь... а вдруг он не разрешит тебе ехать?
  -Ты только помалкивай, хорошо? Я сама все скажу... и не спорь, если добавлю чего ради красного словца! Помни о своем милом... если начнешь возмущаться, не стоять вам в храме связанными одним поясом.
  -Весечка! Да хоть что говори! Только спаси, век не забуду!
  -Это слишком много, ты лучше про очки не забудь!
  Весеника неохотно вылезла из-под мехового одеяла, торопливо, не давая себе испугаться утренней прохлады, сбросила рубашку, плеснула в лицо холодной воды из кувшина и начала одеваться. Не так, как одевалась обычно по утрам, а по-походному, тщательно выбирая нижние, теплые вещи и верхние, удобные и немаркие.
  -Весечка... - виновато выдохнула сестра, наблюдая за этим действом, - ты правда, не сердишься?
  -Не говори глупостей, лучше одевайся. Вон мои домашние юбки и кофты, дарю. Только серую, вязаную крючком, не тронь и шаль с бахромой, с собой возьму. Вот я что думаю, нужно матери сказать, чтоб сапожки поменяла, у меня нога меньше... или просто носки добавить?
  -Матушка посоветует, - роясь в сундуке сестры, откликнулась Мариля, - но лучше взять еще одни, поменьше. А те будешь носить с носками. Тебе помочь собираться?
  -А когда они приедут?
  -Должны на рассвете быть тут... - виновато глянула старшая, - позавтракают и сразу назад. Хотят до обеда воронье болото проехать, пока путь после ночи держится. Сама знаешь, весна нынче бурная... со дня на день дорогу развезти может.
  -Тогда нужно сразу маску надеть, - заявила Веся, выбирая среди масок такую, чтоб не мешала есть, и подвинула туесок к сестре, - ты тоже. Нечего им выбирать.
  Говорить о том, что решила выйти к гостям в маске еще ночью, Весеника не собиралась, зачем? Скоро она станет отрезанным ломтем, и это всегда очень печалило девушку. Вот живешь себе в большом доме, знаешь все про всех домочадцев и чувствуешь себя неотъемлемой и важной частицей этой дружной семьи. И вдруг в один прекрасный момент оказываешься одна, среди совершенно чужих людей, и не знаешь, у кого можно попросить лишний кусок пирога, а кто и стакана воды не даст, кто прикроет в бою, а кто обидит за праздничным столом.
  -Веся! - стукнул в дверь тяжелый кулак, и голос отца осторожно спросил, - ты встала?
  -Да, батюшка, уже одеваюсь, - раскручивая край круглой меховой праздничной шапочки, вышитой бисером и жемчугом, - отозвалась девушка, - сейчас открою.
  Искусно сшитая маска из отлично выделанных шкурок ласок и куниц легла на лицо второй кожей, мягкие завязки обхватили нежную шейку и свились узлом на затылке. Веся полюбовалась на серебристо-серое лицо с продолговатыми темными ореолами вокруг глаз, со смешными кисточками бровей и осталась довольна. Оглянулась на сестру - та уже глядела на нее странно блестящими глазами из-под рыжеватой полосатой маски, сшитой из бурундучьей шкурки, и залихватски подмигнула, - идем?!
  -Доброе утро, батюшка, - едва распахнулась дверь и стоявший в коридоре мужчина обнаружил, что в комнате не одна девушка, а две, в унисон сказали сестры.
  И не старались, само так вышло.
  -Ты тут... - начал он, разглядывая Весю и вдруг стремительно побледнел, - Мариля?!
  -Да, батюшка... - вздрогнув, как от удара, шагнула вперед старшая, и младшей вдруг стало больно и обидно за нее.
  Не следовало отцу так явно показывать, кто из детей у него в любимчиках.
  -А это я, - дерзко усмехнулась младшая, тоже шагая к нему, - поменялась с сестрицей судьбою! Ненавижу пасеку... и хочу посмотреть, как в других кланах живут!
  -Вот как знала я... - тихо выдохнула в коридоре младшая мать, бывшая в доме самой тихой и покладистой из женщин, - что нужно их на совет позвать. Сумы-то уложены!
  -Мне только юбку, шаль и сапожки добавить, - не желая замечать помрачневшее лицо отца, бойко перечисляла Веся, - и носок побольше... а очки, жемчуг и лук я у Марили выменяла на свой сундук.
  -Идите завтракать, - отвернувшись, убитым голосом обронил отец и пошел прочь, чуть пошатываясь, как после праздничного застолья.
  
  Глава вторая
  
  В нижний зал большого дома, служивший сразу гостиной, столовой и комнатой для рукоделья, какое старшая мать находила каждому домочадцу долгими зимними вечерами, Весеника входила не с лестницы, а из кухни, специально сделав крюк. Очень хотелось рассмотреть гостей раньше, чем они увидят ее.
  Однако девушку ждало разочарование, смешанное с досадой и чуть приправленное уважением. Женихи из клана ястреба тоже не пожелали служить ярморочными игрушками, какие каждый может рассмотреть, потрогать и даже испытать на прочность. И все пятеро явились в боевых масках из выделанной буйволиной кожи цвета бронзы, с коваными нашлепками на носу, напоминающими клюв птицы.
  Но в прорезях масок жили своей жизнью очень заинтересованные разноцветные глаза, начинающие ощупывать каждую вошедшую женщину или девицу вовсе не с праздничных чепчиков и платков, повязанных именно в честь их приезда.
  Верно про них говорят, сердито насупилась Веся, что все они бабники и охальники! Вон как зыркают по сторонам, девушки щеками так и пламенеют. Конечно... можно бы оправдать их тем, что у них наоборот, рождается больше парней, но как-то не хочется. И ехать с этими наглецами никуда не хочется, хотя Веся за себя постоять всегда сумеет... но про это тоже лучше не думать и не вспоминать.
  -Весь... - шепнул рядом голос Марили, - как они тебе?
  -Как мухоморы! Никак не выберешь, какой ярче! - разозлившись и на сестру, подсунувшую ей такое счастье, и на себя, за совестливость, Весеника решительно шагнула в столовую, прошла к длинному столу и уселась прямо напротив того ястреба, что сидел в центре.
  Ехидно прищурилась в ответ на заинтересованный взгляд, налила себе в чашку горячего бульона и взяла кусок мясного пирога. Если права Мариля, и женихи не намерены останавливаться, пока не проедут вороньего болота, то поесть лучше поплотнее.
  Теперь все пятеро ястребов нагло рассматривали только сидевшую напротив одетую по-походному девушку, начиная понимать, что это значит. Если все остальные женщины в этом доме ходят в темных юбках и разноцветных блузах, на головах чепчики или платки, на плечах шали, реже - вязаные безрукавки. А эта одета в темно-серый кожаный костюм, из штанов, рубахи и длинного женского колета, подпоясанного широким ремнем. На левом плече рубахи красуется вышитый серебром знак дома, из-под шнуровки видно тонкое синее полотно нижней сорочки а на голове красуется расшитая жемчугом круглая кунья шапочка с боевой маской. И как завершение всего - пряжка на поясе с выгравированной куньей мордочкой и изумрудными глазками, знак княжеской крови.
  -Вот дочь наша, Весеника, - подойдя к девушке с двух сторон, положили ей на плечи руки обе матери.
  Недовольное сопение отца Веся отчетливо слышала за спиной.
  -Представьтесь, сыновья клана ястреба, и поклянитесь беречь дочь нашу пуще своего глаза, - мрачно произнес князь, и ястреб, сидевший в центре, встал.
  -Ансерт. Клянусь.
  -Даренс, клянусь, - сверкнул голубыми глазами, вставая, второй.
  -Ранзел, клянусь, - пробасил третий.
  -Лирсет, клянусь, - звонким юношеским голосом отчеканил четвертый.
  -Берест, клянусь, - глуховато произнес последний, и все они сели, сочтя процедуру завершённой.
  Кроме Ансерта. Он спокойно достал из нагрудного кармана неширокий браслет и протянул Весенике.
  Однако девушка и не подумала протянуть навстречу свою руку, точно зная, что это ловушка.
  -Дочери клана куницы обещан свободный выбор, - грозовым раскатом пророкотал голос отца, и за эту помощь Весеника простила ему все размолвки.
  В конце-концов, негоже оставлять за спиной старые обиды и распри. Всегда лучше помнить только хорошее, тогда не будет в дороге жечь душу запоздалое раскаяние.
  -Мы привели для нее тэрха, - кротко сказал Ансерт, и его глаза победно блеснули, - а он привязан к браслету. И никаких иных обязательств этот дар не несет.
  -Давай, я передам, - протягивая руку, миролюбиво предложила старшая мать, и Весеника лукаво усмехнулась. Если там и есть что-то, кроме привязки к тэрху, после рук матери исчезнет, как ни бывало.
  -Вы нам не доверяете... - с наигранной обидой произнес княжич, но браслет княгине отдал.
  -Встань, дочка, - мягко сказала Лерсея, и Весеника мигом поднялась с места, повернулась к столу в пол-оборота, позволяя женихам изучить все, чего они раньше в ее фигуре не разглядели, - дай правую руку, браслет чист.
  Защелкнув на запястье названной дочери подарок, княгиня вынула из кошеля свой браслет.
  -А это тебе от родного дома. Снять его с руки ты сможешь только по собственному желанию, и никакое зелье или наговор не смогут тебя заставить. И только он послужит знаком, что выбор сделан.
  -Спасибо, матушка, - ошеломленно выдохнула Весеника, наклонившись, чтобы приложиться к руке княгини, и не удержалась, бросила тайком взгляд на женихов.
  А те разом жевать перестали, губы у всех недовольно поджаты...
  И тут Лерсея перехватила девушку, прижала к груди, и, делая вид, что целует в щеку, тихонько шепнула на ушко:
  -Спасибо тебе, за Марилю.
  -Да... - Веся хотела сказать, за что? Но вовремя прикусила язык, нечасто княгиня кого-то благодарила, ох, нечасто!
  Вот только эту благодарность нужно понимать немного иначе, чем она звучит. В ней и хвала за то, что не сломала в душе сестры нежный цветок любви, и за то, что оказалась смелей других девушек, рыдавших на весь дом и цеплявшихся за двери, когда их увозили в чужие кланы.
  И обещание помощи или поддержки, как будущей княгине, и намек на то, чтобы не промахнулась с выбором, и предупреждение, что он все-таки должен быть сделан, этот выбор. Назад ей дорога заказана.
  А значит и признательности за слова матушки от нее никто не ждет, но любую просьбу исполнят... разумную, само собой. Нахальных и жадных в доме куницы не жалуют.
  -Я бы Рыжа взяла... если можно, - вспомнив о том, что поедет она на тэрхе, так же тихо, как старшая мать, выдохнула Веся, и скромно потупилась, хваля себя мысленно за то, что додумалась надеть маску. Иначе сейчас все вокруг видели бы, как горят от стыда за наглую просьбу ее щеки.
  -Ну, так возьми, - помолчав, веско сказала мать, и потрепала дочь по плечу, - иди, приведи, покормишь перед дорогой.
  Княжна сначала даже не сразу поверила ее словам, выученные рыси были в доме большой ценностью, бойцами наравне с мужчинами, и их берегли и холили, как северяне своих тэрхов. Но в отличии от ездовых животных, которых ястребы отлавливали в ущельях и приручали зельями и заклинаниями, рысят просто разводили, и они были преданы тем, кто их кормил, обучал и выпускал гулять. А Рыж больше всех любил Весю, когда-то он был самым слабым котенком в помете, и она подкармливала его из соски, а потом держала долгими вечерами на коленях, сидя за работой.
  Наконец до Веси дошло, что шутить с нею никто не собирается, она сорвалась с места, совершенно забыв и про пирог и про женихов, и стрелой помчалась на задний двор, в рысятню.
  - Рыж! - еще только подбегая, крикнула девушка, и крупная тень метнулась за прутьями двери, весной не занятых в работе зверей выпускали погулять после обеда и сейчас выход был еще закрыт.
  -Гулять, - разрешила Веся, открывая запор, и Рыж стремительным прыжком выскочил из клети, промчался по подмёрзшей за ночь соломе, щедро устилавшей двор, поскреб острыми когтями столб и заинтересованно уставился на хозяйку желто-зелеными глазами.
  - Идем, покормлю, и поедем кататься, - забирая поводок и намордник, рассказывала Веся, твердо уверенная, что Рыж отлично ее понимает.
  И крупный, лобастый зверь пошел за ней так послушно, словно и в самом деле все понял.
  
  -Это хорошо, что лиц женихов не видно, - радовалась девушка, входя в столовую с рысью на поводке, - но еще лучше, что они не могут рассмотреть ее ехидную усмешку.
  В комнате за время ее отсутствия заметно поубавилось домочадцев, и Веся точно знала, где они все. Побежали одеваться и выносить ее багаж, хотя сейчас княжне дают с собой всего три сумы с вещами и столько же с продуктами. Впрочем, продукты не только для нее, и это закон кланов, не отпускать без припаса ни дорогих гостей, ни незваных. Никто не обеднеет, положив гостю в дорогу несколько копченых гусей и рыбин.
  А пока они там суетятся, она вполне успеет покормить Рыжа и доесть кусок пирога.
  Женихи на то, как огромный мохнатый зверь ест куски мяса, осторожно беря их с девичьих ладоней, смотрели молча, ничего не сказали и потом, выйдя на широкое крыльцо. Их собственные звери за это время тоже позавтракали, большие корыта, недавно наполненные кашей, сдобренной рыбой и творогом, были пусты, а медвежьи морды тэрхов лоснились от жира и довольства.
  Некоторое время, пока ястребы проверяли седла, привязывали Весины сумы и провизию, и о чем-то разговаривали с конюхами и отцом, княжна была занята прощанием с родней. Все знали, что они увидятся, едва она сделает выбор, самые близкие приедут на свадьбу, привезут ей приданное и остальных невест, и будут гостить несколько дней. Но многих она увидит только когда сможет приехать в гости, но тогда она уже будет им чужой.
  Потому многие женщины сегодня плакали и все совали ей маленькие памятные подарки, вышитые пояса и платочки, рукавички, ожерелья и прочие вещицы, сделанные своими руками именно на такой случай. И снова Веся радовалась, что надела маску заранее, иначе спрятать невольные слезы ей бы не удалось.
  Затем Ансерт подвел к крыльцу тэрха и вежливо сообщил, что пора ехать.
  -А где место для Рыжа? - Немедленно взбунтовалась Весеника, - он что, сам бежать должен? Да он без лап останется после болот!
  -А разве это не боевое животное? - прохладно заметил главный ястреб, и не подозревая, что отодвинул свой шанс быть избранным княжной на последнее место, - жаль.
  -Сейчас перегрузим, - коротко сказал Берест и первым взялся за суму.
  -Вот попонка, - прибежал конюх со специальной толстой валяной попоной, на каких возили рысей, чтоб они не достали когтями до лошадиной шкуры, и Веся мгновенно нахмурилась, сообразив, что это была проверка.
  Не понятно пока чего, ее характера, внимательности, заботы о подопечном звере... но Весенике она не понравилась. Очень. И потому девушка тут же решила, что она тоже будет проверять... в конце-концов, право выбора не у них, а у нее.
  -Веся?! - в тихом вопросе князя было столько тревоги, что девушка мгновенно обернулась, встретилась взглядом с полными боли глазами отца, и вдруг поняла то, до чего так и не додумалась за шесть последних лет.
  Он еще тогда все понял, на той осенней ярмарке, ее внимательный батюшка, и потому так яростно встал на защиту чести клана! И хранил тайну наравне с нею все эти нелегкие годы! Потому-то и не хотел отпускать ее в клан ястребов, потому так расстроился утром! Боится, что она снова не выдержит, сорвется...
  -Батюшка... - шагнула к нему Весеника, виновато заглянула снизу в хмурое лицо, мимоходом погладила стиснутую на рукояти кинжала ладонь, - не волнуйся.
  И сразу отвернулась, взяла из рук бледной Марили теплую куртку, очки, свой кинжал и ее лук, сосредоточенно оделась и вооружилась, прицепила к седлу тэрха, находившегося на высоте ее глаз, колчан. И, демонстративно не обращая внимания на подставившего руку Ансерта, белкой взлетела в седло. Успокаивая, погладила правой рукой с зачарованным браслетом вставшую дыбом жесткую гриву тэрха, и, дождавшись, пока зверь притихнет, довольный неожиданной лаской, коротко свистнула Рыжу.
  А едва рысь одним прыжком заняла знакомое место за ее спиной, бодро помахала родичам уже одетой в меховую перчатку рукой и решительно развернула тэрха к воротам.
  Долгие проводы - лишние слезы. Не за грань же она уезжает, наконец.
  
   Глава третья
  
  Из двора женихи выезжали первыми, таковы правила, но едва башни и стены поселка растаяли в утреннем тумане, Веся уверенно направила своего тэрха вперед, намереваясь возглавить отряд.
  И парни тут же зафыркали, задергали зверей за гривы, заставляя не отставать. Веся сразу поняла, что игра в перегонялки может продолжаться очень долго, достала свирель и послала в утреннее небо короткий аккорд. Ну не кричать же, эй, вы женихи! Давайте поговорим!
  -В чем дело? - мигом насторожившись, свернул к ней Ансерт, да и другие придержали зверей.
  -Я поеду во главе отряда.
  -Нет, - мгновенно категорично отказал княжич.
  -Ты никогда не рассуждаешь, принимая решения? - очень кротко осведомилась Веся, хотя в груди кипело от возмущения.
  -Нет, - отрезал он, сообразил, что сказал, и поправился, - то есть, да.
  -Жаль, - с притворной печалью протянула девушка, - мне нравятся рассудительные мужчины.
  -Я хотел сказать, - не сдержал раздражения Ансерт, сообразив, что попался в словесную ловушку, - что рассуждаю всегда.
  -Так почему этого не заметно по твоим поступкам? - Тут же заинтересовалась девушка так живо, что тихо фыркнул кто-то из женихов.
  -А ты рассуждаешь? - вдруг поинтересовался глуховатый голос Береста, и Веся напряглась.
  Вот это был непростой вопрос, и отвечать нужно было как можно осмотрительнее.
  -Стараюсь. Когда времени хватает.
  -И о чем же ты думала, когда решила, что должна ехать впереди?
  -О трех вещах, - вот тут можно было отвечать смело, - что нужно миновать болота как можно скорее, что никто из вас не знает коротких троп так, как я, и что проводник всегда едет впереди отряда. Ну и еще кое-что по мелочи.
  -А что ты думала, когда подавала кому-то сигнал рожком?! - подозрительно уставились на Весю голубые глаза Даренса.
  -О том, что это не сигнал, - насмешливо отозвалась Веся, - а приказ для рыси возвращаться к хозяину. И его лучше показать вам заранее, пока мы находимся в охраняемых землях.
  Ждать, пока они признают, что она права, Веся не стала.
  Да и смешно надеяться, что можно этого дождаться. Потому просто дернула тэрха за гриву, объехала смолкших спутников и направила зверя вперед. Судя по густоте тумана, день будет солнечный и им следует спешить.
  -Привал через два часа, - сердито буркнул ей в спину Ансерт, и Веся насмешливо скривилась, какие могут быть часы, когда едешь по весеннему болоту, где каждый день вскрываются новые бочажки?
  -Привал будет, когда доберемся до ключа, - нехотя обронила девушка через несколько минут, убедившись, что ястребы держатся за ней плотной кучкой, словно боятся, что она сбежит, - и постарайтесь ехать след в след. Поведу короткими тропами.
  
  Некоторое время они ехали за ней молча, и постепенно Веся не то, чтобы забыла про спутников, просто перестала обращать на них внимание, задумавшись о своих проблемах.
  Девушка привыкла, что в их клане мужчины всегда заботятся о женщинах, принимают как равных и во всем советуются. Да и как не советоваться, если почти у каждой второй есть дар? Потому женщин и больше, что способности у куниц из тех, какие передаются только дочерям, а одаренных стараются из дома не отдавать. И потому отношение к ним почтительное и бережное, хотя и сражаются дочери клана всегда наравне с мужчинами, и снова все из-за способностей. Из-за них же молодые парни и не пытаются охальничать, юных куниц лучше не злить. Вот и правила строгие по той же причине.
  Но так далеко не у всех кланов, например девушки из клана лисиц все сильны в очаровании и приворотах, да и травницы хорошие. А еще лукавы и смешливы, вот и не удерживают их в целомудрии никакие строгости. Зато в другие кланы невестами их стараются не брать, ни браслетами ни силой не заставить лисичку отказаться от заигрываний с молодыми сородичами. А вот в кланах волков и тигров мужей всегда выбирают женщины, и домом правят тоже они, зато мужчины очень неохотно пускают их в военные дела.
  Ну а клан ястребов всегда славился нахальными парнями, уводившими девушек из чужих кланов из-под носа у женихов. Их, конечно, можно понять, ведь у клана женщин маловато, и в том тоже виноваты способности. Угодья клана ястребов на северо-западе, в предгорьях и ущельях великого северного хребта, и потому никогда не отпускают в чужие кланы тех, у кого дар предсказателей погоды, следопытов, укротителей диких зверей и рудознатцев. А это в большинстве мужские способности.
  Еще ястребы очень редко берут своих женщин в военные походы и потому Веся представления не имеет, как поведут себя на привале ее спутники. А хуже всего, что места здесь сплошь до самого ельника ровные, и кусты пока покрыты лишь набухшими почками. Конечно, Веся немного надеялась на предусмотрительность заботливого батюшки, кроме него некому было разъяснить гостям, что девушки существа стеснительные, и с ними нужно обходиться деликатно. Но не могла не сомневаться, что женихи это запомнили.
  Негромкий и довольно ехидный смех раздался за спиной, и Весеника инстинктивно напряглась и прислушалась. Как оказалось, княжичи наконец-то почувствовали себя на свободе и принялись припоминать все, что успели рассмотреть в княжеском доме клана куниц. И первым делом как водится, девушек, подававших еду. Юная куница исподтишка веселилась, услышав, что если бы гостям разрешили немного поговорить с этими скромницами, то отряд сейчас был бы вдвое больше. Но вслух говорить ничего не стала, приближались самые опасные места.
  Островок, на который она вела отряд, Веся выбрала из-за того, что на нем охотниками клана была устроена хижина для отдыха, и бил незамерзающий родник, что было очень удобно. Надежная тропа, которая вела от островка по берегу ручья в сторону южного леса, была второй важной причиной. Зато с востока от островка всегда раньше вскрывались по весне окрестные топи, и пройти можно было только по укрепленным жердями и связками камыша кладкам. А их нужно было знать наизусть, иначе придется спасать поклажу и тэрхов. Крупные звери, смутно похожие мордами на медведей, а телом на помесь псов и лосей, жили в заросших лесами ущельях и плавали очень неохотно, а болот не любили и побаивались. Трудно выбраться из трясины такой туше.
  Темные пятна, хорошо заметные среди заиндевевшей ночью травы, начали появляться примерно там, где Веся и ожидала, и девушка решила прибегнуть к помощи Рыжа. Чуткая рысь чувствует незаметное для людей тепло и никогда не ступит в опасное место.
  -Рыж, иди, ищи дорогу!
  Услышав знакомую команду, зверь плавно слетел со спины тэрха, скользнул вперед и побежал по тропе, изредка оглядываясь и проверяя, не отстает ли хозяйка.
  Ястребы сразу притихли, заинтересованно следили за действиями упрямой девчонки. Наконец Ансерт не выдержал, догнал ее и окликнул.
  -Весеника! Ты же говорила, что он лапы сотрет?!
  -Если будет все время сам бежать, то сотрет, - терпеливо пояснила девушка, лучше лишний раз сказать, чем возиться потом, отчищая грязь с сумок, если по вине разини какой-либо из тэрхов попадет в бочажок, - но погулять ему тоже нужно. А пустила оттого, что тут самое опасное место. Видишь вон те темные места, где иней уже стаял? Это топи. Вода там близко, а она теплее промороженной земли. А рысь дорогу найдет лучше любого охотника.
  -Понятно, - сразу перестали пренебрежительно щурится глаза командира, и Веся нехотя вернула ему привилегию на выбор, все-таки способность сразу понимать разумные объяснения дорого стоит.
  Но тут же отвернулась и с удвоенным вниманием уставилась на тропу, до острова осталось с версту, не больше.
  
  Несмотря на все опасения княжны, до охотничьей хижины они добрались без приключений. Как оказалось, парни отлично умели понимать, когда шутить не следует, и это почти примирило Весю с их присутствием на островке, который она так любила навещать в жаркие дни. Огромный дуб, в корнях которого пробился ручеек, закрывал летом своей кроной почти весь пригорок. Осенью кабаны перепахивали островок в поисках желудей, а за зиму почва оседала и тут никогда не было ни мусора, ни сорняков. Хижины, поставленной чуть поодаль от дерева, животные не трогали, женщины защитили ее надежным заговором, а до сооруженного на мощных ветвях схрона добраться им было не под силу.
  -А там что? - остановив тэрха возле Весеники, и показывая на схрон, спросил Ансерт.
  -Запас на самый крайний случай. Провизия, одежда, сухие дрова, сигнальные факелы, - суховато сообщила Веся и еще мрачнее пояснила, кивнув на хижину, - а там зимний очаг и стол. Позади хижины нужники, мужской с северной стороны. - И нагнувшись к вьющейся у ног тэрха рыси, скомандовала, - охота, Рыж.
  -И когда он вернется? - подозрительно смотрели на куницу голубые глаза подъехавшего с другой стороны Даренса.
  Весеника, на дух не переносившая, когда ее окружали мужчины, особенно незнакомые, мигом насторожилась и отвечать не стала. Резко направила тэрха к хижине, легко спрыгнула на низкое крылечко и отперла немудреный запор. А распахнув для гостей дверь, отправилась вокруг дома к той будочке, что притулилась с южной стороны.
  Заранее веселясь от предвкушения собственной проделки. В ту будку можно было пройти и из хижины, если знать, как открыть неприметную дверку. Делали такую хитрость на два особых случая, если метель застанет тут отряд дозорных или охотников, и хижину завалит снегом, или, вдруг загонят людей клана куниц в избушку степняки, время от времени устраивавшие набеги на земли южных домов.
  И если вытащить немного мха, проложенного между тонких бревен, то из укромного места можно услышать каждое слово, прозвучавшее в хижине.
  Веся так и сделала, заперла засов а едва услышала мужские голоса, прильнула ухом к самой широкой щели, обнаружив, что мох можно и не тревожить, и так все слышно.
  -Какая-то невеста слишком злая, - едва услышав звонкий голос, княжна сразу представила любопытные желтовато-карие круглые глаза и пухлые губы Лирсета, самого молодого из ястребов.
  -Куница, что ты хочешь, - фыркнул второй голос, и Веся решила, что это Даренс.
  -А ты хотел бы, чтоб она была ласковой, как лисичка? - пробасил Ранзел, этот голос спутать с другими было трудно.
  Но вот похвалил он ее или осудил, княжна пока так и не поняла, расслышав дружный смех.
  -Неплохо бы, - мечтательно буркнул Лирсет, даже не догадываясь, что теперь он в списке женихов самый последний, уступив прежнее, четвертое место подозрительному Даренсу с голубыми глазами и светлыми ресницами блондина.
  -Очаг разжигать будем? - глуховатый голос Береста княжна тоже узнала, и с интересом ждала, кто же ему ответит.
  -Думаю, не стоит, - заявил через полминуты Ансерт, - просто напоим тэрхов и дадим по рыбине. Пока сгрызут, глядишь, и ее зверь вернется.
  -И зачем ей мясо? Нельзя было костей рыси дать? - хмуро спросил Даренс, и Веся немедленно решила, что на последнее место можно отправить сразу двоих.
  Зануду блондина и зеленого Лирсета. Хотя, по закону сватовства, никому из ястребов не может быть меньше двадцати двух лет, но у некоторых парней в эти годы почему-то зелени в мозгах намного больше, чем у пятнадцатилетних девчонок.
  -А рысь уже вернулся, - откуда-то издали произнес один из мужчин и на этот раз Веся не узнала говорившего, да и не стремилась.
  Пора было покидать укромное место, Рыж долго ждать не любит.
  Рыж обнаружился на том пригорке в стороне от хижины, где охотники обычно свежевали добычу, и княжичи, оживленно переговариваясь, толпились неподалеку. Рысь притащил тощего зимнего кабанчика, и эта неказистая добыча, по-видимому, развеселила мужчин.
  -Они что, думали, он им оленя принесет? - фыркнула про себя куница, направляясь к зверю. Так мог бы и выгнать к острову если была такая команда. Но она же сказала -"охота", а это значит, сейчас рысь должен позаботиться лишь о себе. А ему тут хватило бы на три дня, если Веся решила забрать все. Но девушка вовсе не намерена таскать в мешке свежее мясо больше, чем несколько часов, полуденное солнышко с каждым днем пригревает все сильнее, и к завтрашнему утру от мяса пойдет запашок.
  -Рыж! - скомандовала она, снимая с пояса поводок, - иди ко мне!
  Рысь уходил от добычи очень неохотно. И не потому, что был голоден, отнюдь. Сторожевых животных всегда кормили хорошо, даже по-весеннему времени, когда в хлевах резать некого, а зверь в лесах отощалый после зимы, и весь клан ел соленое и копченое мясо, рысям добывали свежее.
  Но такова уж его звериная натура, подсказывающая, что лучше не оставлять без присмотра свой кусок мяса, когда вокруг толпится столько чужих людей и зверей.
  -Сейчас, сейчас мой хороший, - девушка ловко зацепила крючок и привязала второй конец поводка к дереву.
  А едва справилась с этим делом и шагнула к дичи, вынимая из ножен охотничий нож, позади раздалось злобное змеиное шипенье и мимо метнулась рыжая тень. Затрещала ветка, полетели в стороны комья мороженой почвы, раздираемой яростными когтями, но поводок выдержал, не пустил рысь дальше, заставив замереть на месте с горящими ненавистью глазами.
  -Ну, кто так делает! - Расстроенно рявкнула княжна на отступивших к хижине спутников, дружно выхвативших ножи и кинжалы, - вы зачем к кабанчику полезли?
  -Тебе помочь, - хмуро ответил Берест, беря на себя ответственность за ошибку братьев и кузенов, - ты же мясо хотела разделать?
  -Хотела, - исподтишка смерив его испытующим взглядом, мрачно призналась Веся, - чтобы рыся с вами познакомить. Он ведь вас еще не знает!
  -Ты тоже, - строптиво буркнул Лирсет, и получил чей-то тумак.
  -И не вижу пока смысла, - едко отрезала девушка, - приседая перед тушкой кабанчика, - потому что если бы ты принес добычу, а кто-то незнакомый протянул к ней лапы, бросился бы защищать ничуть не менее яростно, чем Рыж. Хотя он зверь, а ты человек.
  -Я ястреб, - тихо, но гордо буркнул Лирсет и получил еще тумак.
  -Цыпленок ястреба, - не осталась в долгу Веся, ловко отделяя от тушки окорочка и скомандовала, - принеси пустой мешок, какой похуже, да не тащи ко мне, а брось.
  С мясом она поступила не так, как намеревалась вначале, отрезала пять весомых кусков, брызнула на них из флакончика привычным рыси зельем и хорошо перемешала лезвием ножа. А затем, поднеся на мешке княжичам, предложила всем взять по одному куску.
  -Я такое не ем, - Лирсета, сообразившего, что из списка женихов он вылетел, несло на волнах обиды.
  -А я и не прошу никого это есть, - устало вздохнула Веся, уже жалевшая, что вспылила. Так ведь за них же, дураков, испугалась... ну и за Рыжа, само собой, изрезали бы в минуту, - если не хочешь чтоб ели тебя, отдашь Рыжу. Тогда он тебя ночью с чужими не спутает.
  Лирсет хотел еще что-то сказать, но тут Ансерт, не скрываясь больше, отвесил ему подзатыльник и парень смолк, обидчиво поджав пухлые губы.
  -Рыж! - вернувшись к рыси, строго сказала Веся, и показала на женихов, - это свои! И они дадут Рыжу мясо. Понял? Можно брать.
  -А может... того... не стоит сейчас знакомиться? - задумчиво пророкотал Ранзел, - пусть он сначала поест, успокоится...
  -Поздно, - вздохнула Веся, сообразив, что нужно было предупредить женихов заранее, что знакомиться с чужими рысь очень любит.
  И отстегнула поводок.
  Рыж тремя прыжками оказался возле княжичей, и первым на его пути оказался почему-то Берест, хотя стоял до этого с краю. Протянул рыси мясо, но оно сейчас волновало зверя меньше, чем букет чужих запахов, исходивших и от незнакомцев и от их вещей. Потому мясо он все же аккуратно взял с руки мужчины, проглотил одним махом и легко взметнул на плечи нового члена стаи мощные лапы. Нужно же понюхать, что он ел и дружески лизнуть в губы?
  Под дубом установилась такая тишина, что было отчетливо слышно чавканье тэрхов, грызущих подвяленную рыбу. Веся ловко кромсала мясо, отбирая куски, которые возьмет на ужин рыси, и искоса наблюдала за ястребами, готовая ринуться на защиту питомца. А Рыж, сочтя, что выяснил о первом из спутников все возможное, направился дальше, и теперь на его пути встал Ранзел.
  Церемония знакомства повторилась, только мясо теперь рысь ел немного дольше. Зато обнюхал самого высокого из ястребов быстрее, дотянулся шероховатым языком до его подбородка и занялся следующим.
  Теперь с ним знакомился Ансерт, и Рыж, вежливо проглотив мясо, почему-то очень заинтересовался содержимым большого кожаного кошеля, висевшего на поясе ястреба. Даже носом его несколько раз поддел, намекая, что неплохо бы открыть этот мешочек и показать его содержимое рыси. Ансерт сделал вид, что совершенно не понимает таких красноречивых намеков, и Рыж за это лизнул его с особой старательностью. Княжичу даже пришлось торопливо вытереть губы рукавом, под ехидные усмешки родичей.
  С Даренсом церемонию знакомства рысь почему-то сократил до простого обнюхивания, забрал мясо и отнес его на мешок, куда Веся складывала выбранные куски. Показав ястребам этим поступком, что хотя он и принял их за своих, но мясо может доверить только хозяйке.
  И только после этого отправился к Лирсету. Веся сразу заметила, что возле молокососа остались двое из братьев, те самые, кого она определила самыми старшими. Ранзел и Берест. И настороженно стояли, пока рысь медленно жевал мясо, нарочито не обращая на парня внимая, как обнюхивал его карманы и оружие. А когда Рыж встал на задние лапы и положил передние на плечи княжича, дружно придвинулись к нему с обеих сторон. Но рысь вредничать не собирался, коротко лизнул маску и оставил парня в покое, вернувшись к мешку с заначкой.
  Веся к этому моменту уже закончила работу и отдала Рыжу его мясо и печенку. Туго связав мешок, отнесла на крыльцо и отправилась мыть руки и нож.
  -Тэрхам сами отдадите то, что осталось? - проходя мимо Береста, спросила девушка кротко, желая проверить начинавшие возникать подозрения, - или они кости тоже не едят?
  -Они все едят, - провожая куницу хмурым взглядом, отозвался он, - и мы, кстати, тоже.
  -Так доставайте припасы, - даже не обернулась девчонка, но сообразив, что получилось грубовато, мягко добавила, - я только руки помою и приду.
  
   Глава четвертая
  
  Приготовленную ей ловушку Веся разгадала, едва войдя в хижину. Ястребы уже сидели за столом, оставив свободным одно место, у противоположной выходу стены. И мало того, что усевшись там, девушка окажется запертой со всех сторон, чего она совершенно не выносит по своей натуре, и против чего ее предостерегали учившие воинскому делу наставницы.
  Так ведь и добираться туда придется, протискиваясь между стеной и спинами парней. А такое близкое знакомство с ними куницу пока никоим образом не прельщало. Но еще больше настораживало грядущее соседство. С одной стороны от свободного места сидел Ансерт, с другой удобно устроился на лавке Даренс. Веся пока не могла бы заявить о том с полной уверенностью, но все сильнее начинала подозревать, что женихи поделили ее заранее.
  Может сами договорились, а возможно, и от старших наказ получили, только никаким свободным выбором тут пока и не пахнет. Однако идти на поводу у ушлых женишков куница не желала совершенно. Ей и так очень немного досталось от последней сделки, очки, лук, да свободный выбор, и терять хоть что-то из этой малости девушка вовсе не собиралась.
  -Лирсет, - коснувшись рукой плеча сидевшего к ней спиной княжича, самым непринужденным тоном произнесла Веся, - уступи мне, пожалуйста, твое место. Я присяду на минутку, есть пока совсем не хочется.
  Парень напрягся, но не вскочил и не оглянулся на невесту, а уставился на сидевшего напротив Ансерта, словно ожидая разрешения. И этим выдал себя и братьев с потрохами.
  -Садись на мое место, - мгновенно вычислил оплошку младшего сидевший рядом с ним Берест, вскочил и указал Весе на свой сбитый из неошкуренных ветвей стул - прошу.
  Прихватил походную миску и ловко протиснулся мимо Даренса на оставленное кунице место.
  В результате его поступка девушка оказалась в ближнем от двери углу между блондином и Лирсетом, и хотя это был не самый лучший вариант, спорить дальше Веся не стала. Предпочитая еще немного понаблюдать, прежде чем делать окончательные выводы и предпринимать ответные действия.
  Вежливо сказала - "спасибо", села и взяла пирожок из кучки разложенной по полотняной салфетке провизии. А пока аккуратно ломала его и отправляла небольшими кусочками в рот, запивая водой из собственной походной кружки, размышляла над странной деталью в поведении ястребов, которую, к стыду своему, заметила только сейчас. Когда сама начала подумывать о том, что пора открывать лицо, и обнаружила, что женихи тоже не торопятся этого делать.
  Хотя по всем правилам давно уже должны были избавиться от своих масок, ведь тут безопасная территория и не может их рассмотреть ни одна девица из сестер Веси, чего, как девушка считала до этого момента, и не желали женихи. Но если они и дальше не собираются снимать маски, то придется и ей носить свою. Но лучше поменять ее на другую, походную, пока праздничная не испорчена безнадежно жиром от пирогов и мяса.
  -Мы теперь можем спокойно кормить твоего рыся? - вежливо задал вопрос Даренс, незаметно, как он считал, придвигаясь к девушке.
  -Да, только костей не давайте, - так же учтиво сообщила Веся, и взяла очередной пирожок, прикидывая, пора уже уходить, или можно посидеть еще несколько минут.
  -А я думал, он молодой, - Лирсет, сообразивший, что его собственная значимость безнадежно упала в глазах девушки, явно решил отомстить ей за свои промахи, - и может разгрызть любую кость.
  -Иногда ты думаешь очень здраво, - безучастно заметила Веся, и отважилась на еще один пирожок.
  -Тогда почему тогда нельзя давать ему костей? - заинтересовался Даренс, подвигаясь еще ближе.
  -А давай, я не буду объяснять этого за столом? - Веся невольно начала беспокоиться, что ястреб скоро свалится с лавки, и поторопилась доесть пирожок, - ну неужели так трудно просто выполнить просьбу?
  -Не трудно, - Даренс осторожно протянул руку, явно намереваясь положить её, если не на плечи девушки, то на грубую спинку ее сиденья, и обнаружил, что место рядом с ним уже пустует.
  Веся в этот миг бежала к своему тэрху, к седлу которого был приторочен только один мешок. Там лежали лишь те вещи, что могут понадобиться ей в недолгом путешествии. Всего дней пять или шесть, в зависимости от того, сошел уже лед на Руге или нет. На время ледохода там приходится заранее раздвигать центральные, бревенчатые пролеты, иначе бурный поток, несущий огромные льдины, стволы деревьев и остатки временных рыбачьих хижин, снесет их как простые щепки.
  Тэрх тихонько зарычал, но девушке было не до него. Она решительно сунула зверю под нос браслет хозяина, потом, мельком глянув в озадаченную морду, выхватила из кармана припрятанный в дорогу пирожок и швырнула зверю, не решившись дать с руки, как Рыжу. И торопливо зашарила в мешке, выбирая ту маску, в которой обычно выезжала из дома зимой. Метели тут иногда бывают такие яростные, что снесут острыми снежинками всю кожу со щек.
  -Пфф... - заинтересованно задышало что-то рядом, и Веся поторопилась завязать мешок.
  Кто его знает, этого всеядного тэрха, может он и мех ест?
  Место, где можно было спокойно поменять маску, девушка знала только одно и помчалась туда, не задумавшись над тем, что за ее передвижениями могут следить разочарованные развитием событий ястребы. Точнее, она точно знала, что они за ней присматривают, и понимала, почему. Было несколько случаев, когда девушки, не желавшие ехать в чужой клан, сбегали по дороге. И даже правило было для решения таких происшествий на межклановом совете. Если девушке удавалось скрываться три дня кряду, сватовство расторгалось.
  Но вот в то, что ястребы считают ее способной на побег, Весе совершенно не верилось. Ведь ясно, что не начала бы она в таком случае знакомить с ними Рыжа, да и дорогу к заповедному островку тоже показывать не стала бы.
  Привычно задвинув на дверце простой деревянный засов, Веся дернула завязки маски и замерла, услышав как кто-то из сидевших в хижине произнес ее имя. Замерла, настороженно ловя каждый звук и вскоре поняла, что нужно дослушать этот разговор до конца, даже если ей придется потом изображать жертву всех желудочных недомоганий одновременно.
  -А вы не слишком торопитесь?! - басовитый голос Ранзела куница узнала сразу, и так же быстро сообразила, что говорит он вовсе не о путешествии.
  -Чего тянуть, Ран? - голос Ансерта тоже угадался сразу, - ехать всего четыре дня или пять... ты и сам знаешь, что куницу лучше привезти в дом с браслетом.
  -Так-то так, но нужно дать ей привыкнуть и осмотреться.
  -А за четыре дня она привыкнет? - пренебрежительно фыркнул Даренс, - только капризничать начнет. Но мне все равно, как скажете. Если бы она не знала дорогу так хорошо, я предложил бы заблудиться... на декаду, но это не пройдет. Рысь ее выведет.
  -Да за декаду эта Веся нас с ума бы свела, - сердито фыркнул Лирсет и раздался привычный слуху шлепок.
  -Что ты к ней придираешься?
  -А вы все уже поглупели, что ли?! - взвился парень, - ничего не замечаете, кроме ее кошачьей мордочки! Не видите, как она вами уже вертеть начинает!
  -Давайте решим, что делать, да пора отправляться, - напомнил Ансерт, и Веся превратилась в слух.
  -Решайте без меня, мне все равно, - устало и глухо заявил голос Береста, раздался звук удаляющихся шагов, и следом хлопнула дверца.
  -Темная сила, - расстроенно выдохнул голос Ансерта и Веся поняла, что сейчас все они начнут расходиться. Торопливо переодела маску, и выскользнула прочь, ехидно усмехаясь при воспоминании о словах Лирсета про кошачью мордочку. Интересно, с кем этот цыпленок сравнит ее теперь?!
   Рыж ожидал хозяйку, развалившись на самом сухом пригорочке, прогретом веселым весенним солнышком и заметил ее сразу. Но и не подумал вскочить, просто проводил внимательным взглядом прищуренных глаз. Зато тэрх встрепенулся очень заинтересованно, и Весенике вдруг пришло в голову, что это животное, так покорно выполняющее все ее команды, гораздо больше заслуживает внимания и поощрения, чем банда княжичей, плетущих против нее какие-то заговоры. И хотя девушка не поняла и половины из их явно не нового спора, одно она усвоила твердо.
  Ее хотят принудить взять браслет до того момента, когда они прибудут в клан, и в таком случае лучше выведать заранее, о ком именно они так пекутся.
  Хотя можно сразу сказать, что не о ней. Значит, скорее всего, о ком-то из них. Ну, это и понятно, куницы всегда славились верностью, хозяйственностью и полезными способностями. И этого женихам, которых не прельстили девушки своего клана, вполне достаточно, чтоб проявить настойчивость. Но вполне возможен и другой вариант, в клане остались еще женихи, по каким-то причинам не попавшие в этот отряд. И они намного привлекательнее или выгоднее для невесты, чем кто-либо из послов, потому пятеро ястребов сговорились охмурить ее до приезда домой.
  Эта мысль повлекла за собой другую, более интересную, но обдумать ее Веся решила в дороге. А пока выполнить свою недавнюю задумку насчет тэрха. Шедшая к коновязи девушка резко свернула назад, к избушке, и едва не столкнулась со спешившим к ней Даренсом.
  Широко улыбнулась, когда княжич отшатнулся от нее, и решительно прошла мимо голубоглазого в хижину. Молча забрала из мешка, который укладывали Ранзел и Лирсет, несколько мясных пирогов, еще шире улыбнулась остолбеневшим женихам, и отправилась исполнять первую часть пришедшей ей в голову идеи. Один пирог Веся предложила Рыжу, а когда он равнодушно отвернулся, направилась к тэрхам, которых Берест отвязывал от сооруженной неподалеку от ручья коновязи.
  Не обращая никакого внимания на покосившегося на нее ястреба, девушка спокойно бросила своему животному один пирог. Он проглотил почти моментально и выжидающе следил, дадут еще или нет.
  -Как его звать? - не оборачиваясь, спросила Веся, и Берест, помолчав с минуту, неохотно ответил:
  -Обычно их никак не зовут, но этого я назвал Ныром.
  -И от какого это слова?
  -От слова проныра, - ещё мрачнее буркнул Берест, но Веся, словно не замечая, согласно кивнула.
  -Ему подходит. Держи, Ныр!
  И ловко кинула тэрху еще пирог, потом еще.
  -Так ты ему все скормишь.
  -А он и заслужил, - безмятежно объявила куница и полезла в седло, - Рыжик! Иди сюда, уезжаем.
  Рысь белкой влетел на свою постилку, привычно устроился, и Веся, погладив жесткую, чувствительную гриву проныры, направила его в сторону тропы.
  -Снова впереди поедешь? - догнал девушку вопрос уже сидевшего в седле Ранзела.
  -Тут мне все равно, как ехать, - вежливо ответила Веся, - тропа по правому берегу ручья надежная и выводит прямо к дороге. Через пару часов доберемся до деревни. Она последняя на этом берегу Хланы.
  -Тогда первым поеду я, - пристально глянул на невесту княжич и решился задать интересующий его вопрос, - а зачем ты такую страшную маску надела?
  - А я всегда ее в дорогу надеваю, удобная, - беззаботно сказала правду Веся.
  Маска, сшитая из бурундучьих шкурок так ловко, что на расстоянии всего пары шагов казалась стволом дерева с облезлой корой, действительно была удобна. Одевалась быстро и просто, как мешок, не давила и не мешала. Ее можно было скрутить и за минуту превратить в шапочку, а можно было поднять лишь нижнюю часть, чтоб не мешала есть.
  А если встать в этой шапке за дерево и высунуть голову, можно спокойно рассматривать все, что нужно, никто не заподозрит, что это не обломок старой ветви.
  
  Глава пятая
  
  До дороги отряд ехал спокойно, деловито и молча. После того, как Ансерт обнаружил во главе отряда Ранзела, он тихо осведомился у собрата, что это значит, и немедленно втиснул своего тэрха на второе место. Сообразительный Даренс тут же пристроился в хвост начинающего строиться отряда и Лирсету с Берестом досталось ехать самыми последними. Впрочем, Берест без малейшего сомнения пропустил парнишку вперед, и Веся, исподтишка приглядывающая за женихами, немедленно это отметила.
  Однако присутствие куницы в середине отряда вовсе не внесло оживления в путешествие ястребов, как они, очевидно, надеялись. Весеника упорно не желала отвечать ни на вопросы Ансерта, ни на комплименты Даренса. Однако стоило Ранзелу задать ей вопрос о деревне, куда они должны приехать после полудня, как девушка ответила очень учтиво и подробно.
  Сначала ястребы не сообразили, что это значит, обрадовались, что куница разговорилась и засыпали ее вопросами на ту же тему. И получили в ответ полнейшее молчание.
  -Весеника, - осведомился, наконец, Ансерт, некоторое время ехавший молча, - мне кажется, или ты на самом деле разговариваешь только с Ранзелом?!
  Девушка только молча дернула плечом, да думай ты как хочешь! Как говорила ее бабушка, можно сто лет каждый день пить с человеком за одним столом чай и считать его лучшим другом. Но достаточно случайно разбить его любимую чашку, как оказывается, что он твой злейший враг.
  И теперь она хотела разом разбить все чашки и посмотреть, кто ей тут друг. Чтобы не пить потом сто лет чай с врагом, и, что намного страшнее, не спать с ним в одной постели.
  -Но почему? Что плохого тебе сделали остальные? - Догнал Весю Даренс, и его зверь пошел рядом с Ныром так близко, что нога ястреба почти касалось коленки девушки.
  Куница красноречивым угрожающим жестом выдвинула из ножен кинжал и заставила Ныра приостановиться, уступая блондину свое место в отряде.
  -Она по-хорошему не понимает, - язвительно буркнул оказавшийся за ней Лирсет.
  -Тем, из кого уже всю пыль выбили, лучше помалкивать, - язвительно фыркнула, словно для себя, Веся, прекрасно понимая, что выводит парня из себя.
  И ждала, что сейчас Лирсет сорвется, наговорит такого, что поможет ей понять их намерения, даже голову осторожно повернула, чтоб наблюдать за выражением его глаз. Но в этот момент в разговор внезапно вмешался Берест. Ничего не говоря, дернул своего тэрха за гриву, заставив скачком догнать зверя младшего из братьев, сделал тому какой-то жест и так же ловко догнал Весю.
  -Ты бывала в той деревне, что у нас на пути? - выравнивая шаг тэрха так, чтобы он шел по тропе чуть впереди, ровно осведомился ястреб.
  -Конечно, - сразу переходя на вежливый тон, ответила девушка и заметила, как досадливо поджались его губы.
  Берест, следивший за фиалковыми глазами девушки, едва заметными на странной, но невероятно искусно сшитой маске, сразу понял, что выдал себя и тотчас отвернулся, сделав вид, что смотрит на дорогу. Но через минуту равным голосом задал следующий вопрос.
  -Тогда наверняка знаешь, у кого можно остановиться на обед?
  -У старосты, - так же ровно и учтиво ответила Веся, усмехаясь про себя. Она-то знает, что ему безразлична, и потому может не волноваться, что ястреб примет ее вежливость, как сигнал для начала жениховской атаки, - а разве батюшка не сказал?! Туда уже отправили голубя, и они готовят обед и еду тэрхам.
  -Мы считали, что неприлично пользоваться гостеприимством чужого человека, - уклончиво заявил Берест, и Весеника снова тайком усмехнулась.
  Каждый знает, любой из людей клана считает за честь накормить князя или его гостей, особенно женихов княжны. Князь добра никогда не забудет, и тем же отплатит. А заезжать к старосте они не собирались скорее всего оттого, что не знают, как объяснить ему свое непреклонное нежелание снимать маски.
  Хотя, скорее всего, даже не ему, а ей, Весенике. И дураку понятно, что любую невесту удивит и обидит такое упорство. Ведь товар принято показывать лицом. И Веся тоже удивилась бы, если не было у нее причин насторожиться. Слишком уж остро помнились ей все последствия давней вспыльчивости, да и как им не помнится, когда клан терпел столько неудобств из-за размолвки с ястребами. Они же с севера ближние соседи, и когда откроется летний путь через перевалы, добраться из клана в клан можно будет все лишь с одной ночевкой.
  -Он мне не чужой, - любезно пояснила куница, - старший сын Калина три года назад перешел в дом моей двоюродной сестры. Поэтому лучше не проезжать мимо, обидится.
  -Хорошо, я скажу Ансерту, - так же вежливо кивнул ястреб, и Веся с трудом удержалась, чтоб не рассмеяться.
  Утром было не до того, да и невозможно было разглядеть в рассветных сумерках то, чего она не заметила раньше. Зато отлично рассмотрела сейчас, при ярком солнечном свете и с высоты удобного походного седла.
  Тонкую, едва заметную полоску, протянувшуюся по замше походной куртки Береста. Точно такая бывает у тех, кто постоянно носит на кожаном ремешке сигнальный командирский медный рожок спрятанный в специальный кармашек. При следующем беглом взгляде на потертую и явно одну из самых любимых курток ястреба, обнаружился и сам карман. И его чуть оттопыренный край яснее слов говорил о том, что именно тут хранился всегда рожок, украшающий сейчас грудь Ансерта.
   И это значило, что она не ошиблась в своих подозрениях о сговоре ястребов. И о том, что они усиленно пытаются всучить ей Ансерта или Даренса. Выяснять, что двигало парнями, когда они принимали такое решение, Весеника не собиралась, гадать можно бесконечно, а правда окажется совсем другой. Да и неважно это Весенике.
  Важнее окончательно решить, чего хочет она сама. И тут у куницы особого разнообразия в предпочтениях нет, ей всегда нравилось, когда в отношениях окружающих ее семей главным было уважение.
  Хорошо, конечно, если к нему добавится и любовь, такое она тоже видела. Но самое страшное, когда любовь есть, а уважения и согласия нет. Пришлось и таких супругов повидать, все же она не зеленая девчонка, двадцать скоро исполнится. Как раз, как сады зацветут и наступит светлый праздник равноденствия.
  Веся тихонько вздохнула, и прогнала прочь мысли о роскошном празднике, какой обещал ей устроить отец к полному совершеннолетию. У девушек оно наступает на два года раньше парней. Но теперь про праздник можно забыть, ее ждет свадьба и нужно решать, с кем.
  А раз она начала с доверия, то придется пока оставить список женихов в том же виде, как он сложился к концу привала. Ансерт, Даренс и Лирсет ясно высказались за то, что нужно принудить невесту хитростью или даже обманом взять у одного из них браслет, и раз так, то доверять им она не может. А может Ранзелу и Бересту, хотя они и не рвутся в победители.
  Но ведь у них здесь не осенний турнир, когда тщеславная княжна рода вепрей или оленей выставляет призом свою руку и сердце?! А свободный выбор для одной куницы.
  И значит, она будет выбирать, не обращая никакого внимания на желания женихов!
  Настроение Веси улучшилось, она даже погладила тэрха и бросила ему половину пирожка, намереваясь вторую съесть сама. И тут представила, как примерно через час они въедут в деревню, где она знает почти каждого старика и ребенка, и знакомые жители с изумлением уставятся на ее зимнюю маску.
  Веся даже охнула еле слышно, представив их изумленные и встревоженные взгляды и сразу сообразила, что бдительные жители могут подумать в первую очередь.
  Да то же, что она и сама бы подумала! Будто княжну везут против воли, а шапку так натянули, чтоб никому не было видно зарёванного, распухшего личика и искусанных от горя губ. А то и следов от пощечин. Редко, но бывало, что и такими методами приходилось сородичам вразумлять бившихся в истерике упрямых невест.
  Святые духи, так ведь все, что там будет съедено и сказано, немедленно станет известно батюшке и матерям! И они тоже сделают свои выводы! Ну уж нет, вот этого Веся допустить никак не может!
  А стало быть, придется все же снимать маску... и если отбросить некоторые несомненные ее удобства, в том, чтобы путешествовать с открытым лицом, тоже есть свои преимущества. Ну, для начала не так душно, весеннее солнце-то припекает все сильнее, еще можно спокойно есть и пить, а так же улыбаться сородичам, когда въедут в село. И хотя женихам тогда тоже придется улыбаться, но кому от этого хуже?!
  Решено.
  Веся спокойно отложила кусок пирога, лукаво подмигнула сама себе, и, сделав вид, что совершенно не замечает, как поглядывают на нее спутники, решительно сдернула с головы маску. А пока спокойно скручивала ее в небольшую шапочку, с удовольствием подставляла теплому ветерку разрумянившееся от жары личико.
  -Не простынешь? - немедленно отстал от братьев Даренс, пытливо рассматривая куницу, и в его взгляде с каждой секундой все сильнее разгоралось недоумение и обида.
  Как же так?! Ведь им заранее намекнули, что в невесты отправят какую-то Марилику... а потом вдруг выдали эту, Весенику! Что можно было думать, глядя на шапочку, в которой она явилась к столу?! Что старый жук в последний момент пожадничал и отдал в чужой клан ту из дочерей, что похуже!
  Но эта княжна вовсе не похожа на замухрышку, как они тайком называли ее про себя! Само собой, все ястребы отлично рассмотрели в прорези маски и необычный цвет глаз, и даже длину густых ресниц! Но кто бы мог подумать, что эти огромные глазищи сияют на лилейной коже, опаленном свежим румянцем, и к ним прилагаются чуть изломанные темные брови, ровненький носик, нежный бутон губ и изящный овал юного личика?! Не говоря уже о темном золоте чуть вьющихся волос, заплетенных в пышную косу, уложенную высоким венком.
  Ну, вот почему она сразу не сняла свою дурацкую маску?! Разве он стал бы спорить или поддевать такую девушку?
  Веся ответила и на вопрос и на восхищение, постепенно расцветающее во взгляде ястреба холодной усмешкой, ничего нового в его поведении нет. Так смотрят на нее все, кто еще не знает ни про характер, ни про то, что княжна клана куниц не промахивается из лука в девяти случаях из десятки.
  Привычно натянула шапку, взяла свой пирожок и равнодушно проехала мимо, даже не пытаясь угадать, как теперь они поступят. Снимут в ответ свои маски или нет? Все это выяснится очень скоро, и тогда она будет точно знать, что делать дальше ей.
  
  
  Глава шестая
  
  Что ворота в бревенчатой ограде распахнуты настежь, Веся заметила издалека, и так же заранее поняла, это не разгильдяйство и не несчастье, просто кто-то из зорких стражей опознал ее среди всадников. И хотя такое внимание девушке было очень приятно, спускать Калину с рук беспечность она не собиралась.
  Сами третьего дня жаловались, что степняки раньше обычного начали появляться вблизи деревень и застав, а теперь лишние четверть часа держат ворота нараспашку! Рука невольно потянулась к гриве тэрха, поторопить, и это движение тотчас повторили окружившие ее ястребы.
  За последний час все они под разными предлогами по нескольку минут крутились возле нее, бдительно изучая "товар" и пытались разговорить или развеселить неприступную куницу.
  Но удалось это только Ранзелу и Бересту, с самым небрежным видом подъехавшему последним, после того, как от куницы отстали раздосадованные Ансерт и Даренс. Лирсет же даже и не пытался заговаривать с девушкой, просто рассматривал ее почти откровенно и несчастно сопел.
  -Почему ты переменила решение? - задал старший ястреб вопрос, который не пришел в голову ни одному из его братьев, и Веся спрятала победную усмешку.
  -Жарко стало, - сказала куница полуправду, и добавила беззаботно, - да и все равно деревня уже близко.
  Он искоса посмотрел на девушку из узеньких прорезей для глаз изучающим взглядом, а она ответила милой и доверчивой улыбкой, на которую клевали все, кто не знал княжну слишком хорошо.
  Но Берест не клюнул, просто кивнул согласно и придержал тэрха, давая княжне возможность проехать вперед.
  Впрочем, она почти сразу про него забыла, отпустив Рыжа побегать, иначе вся деревня будет обиженно шипеть, вытирая обмусоленные лица. Их рысь знал очень хорошо и обожал за то, что давали ему сколько угодно сметаны и свежих птичьих яиц.
  
  -Калин! - звонко и сердито осведомилась девушка, едва ворота оказались на расстоянии двух десятков шагов, у сидевшего на лошади старосты, - у вас, что, праздник?!
  -Какой там, - отозвался он так несчастно, что у Веси сразу оборвалось сердце, - тебя, матушка, ждем! Минька, паршивец... в ледоход угодил...
  -Где? - уже дергая Ныра за гриву, выкрикнула Веся повелительно.
  -У Нарьи, где же еще быть, - разворачивая свою животину, сообщил он, и помчался за княжной, стараясь не отстать и не попасть под лапы мчавшихся за Весей тэрхов.
  Ястребы и не подумали отпустить невесту одну.
  Ловко спрыгнув на новое крыльцо нарядного, высокого домика Нарьи, местной целительницы, Веся стремглав помчалась внутрь, не заботясь ни о тэрхе, ни о рыси. А что о них заботиться, народу вокруг полно. О княжичах она не думала тем более, взрослые парни, сами разберутся. Сбросила в передней комнате куртку, положила на лавку лук и шагнула в маленькую комнатку позади печи, куда Нарья всегда устраивала самых тяжелых больных.
  -Что? - спросила женщину, поившую парнишку из ложечки темным отваром.
  -Ребра помяло, на льдине не удержался. Кататься сорванцу приспичило, - не оборачиваясь, внешне равнодушно отвечала Нарья, только княжна не верила этому голосу.
  Минька был ей внуком, и как все непоседливые создания самым любимым. И раз знахарка не просит ни зелье заговорить, ни силы ему добавить, значит, уже перепробовала все, что могла, и никакой надежды не видит.
  -Иди-ка ты отсюда, погуляй. - Грубовато приказала княжна, и заметила заглядывающую в дверку голову Ансерта, - и вы все - тоже. Чтоб и близко не было!
  -Но я алхимик-целитель, - хмуро признался он, сразу убирая себя этим признанием с места командира отряда. Никто и никогда не ставит во главе воинов целителей.
  -Тогда так, готовь ему заживляющее, для внутренних ран, и чего-нибудь для восстановления сил мне. Я отсюда ползком поползу. А теперь выйди и закрой дверь.
  Этому приказу ястреб повиновался беспрекословно, все знают, куницы лучшие целительницы. Но лечат, делясь своей жизненной силой, и свидетели им мешают.
  А Веся уже забыла про него, протянула ладони к обмотанным тряпкой ребрам парнишки, прикоснулась невесомо, прислушалась к своим ощущениям и досадливо поморщилась, едва не опоздали. Да если бы она знала, что тут такое горе, не стала бы ни останавливаться на острове, ни тратить время на разделку мяса.
  И тут же забыла и про свои угрызения совести, бережно вливая свою силу в те участки тела, что отвечали ее прикосновениям острой болью в подреберье. Такова уж доля целителей, чувствовать боль пациента как свою, и потому-то Веся больше всего не любит лечить зубы. Утешает только одно, при таком способе трудно промахнуться, отправить силу, не туда где она нужнее всего. А дальше тело парнишки все сделает само, в каждой его клеточке живет своя память о том, какой она должна быть, когда совершенно здорова. И нужно лишь помочь этой памяти воссоздать здоровье намного быстрее, чем заложено природой.
  Минут через десять мальчишка задышал ровнее и глубже, исчезла розоватая пена с его губ и куница начала осторожно разматывать тряпки, какими стянула изломанные ребра целительница. Теперь они только мешают, хотя пропитаны лучшими зельями Нарьи. Жаль, что дар у деревенской целительницы слабоват и делиться силой она может только с зельями, да и то у Веси они выходят намного мощнее. Хотя и она далеко не самая сильная целительница клана. Лучшую к чужакам никто бы не отпустил. А без остальных ее способностей дом вполне обойдется, хотя бабушка и сказала однажды задумчиво, что главной своей силы Веся пока не проявила.
  А Веся тогда, помнится, подумала, что и не желает проявлять.
  -Нарья! - усмехнувшись своим воспоминаниям, негромко окликнула княжна, - там алхимик зелье готовил, неси сюда, пора Миньку поить.
  Травница метнулась внутрь мгновенно, видать, ждала уже зова, но на пороге вдруг замерла, присматриваясь к лицу внука и прислушиваясь к его дыханью. И подав княжне две кружки, простую и серебряную, неожиданно затряслась в беззвучном рыдании, повалилась на колени у постели.
  -Матушка... спасительница... век духов за тебя молить буду.
  -Прекрати, Нарья, - мягко вздохнула Веся, не любила она таких моментов, когда не знаешь, что ответить, - ну что ты раскисла? Следи лучше за своим Минькой, чтоб больше никуда не влез.
  -Да я его своими руками прибью, паршивца, чтоб не задумывал всяких шкод! - всхлипнула женщина.
  Весеника, проверив зелье в серебряной посудине выданным старшей матерью браслетом, немедленно выпила его до капли, ходить, пошатываясь и тем самым напрашиваться на помощь ястребов, она не желала совершенно. А затем принялась поить с ложечки Миньку, но притихшая знахарка, следившая за действиями княжны, вскоре решительно отобрала ложку.
  -Иди матушка, умойся с дороги, да пообедай. Там Лима уже на стол подала.
  -Ястребов где кормят? - и не думая вставать, пока не перестали дрожать руки, спросила Веся.
  -У Калина, все уже там. Только алхимик упрямый... тут сидит.
  -Лима! - немедленно окликнула селянку Веся, - поблагодари гостя за помощь, да проводи к старосте. Мы теперь и сами справимся. И скажи своим, чтоб не перекармливали Рыжа, он со мной на одном звере едет.
  Разумеется, она знала, что Ансерт услышит ее слова и может обидеться. Только не обязательно женихам знать, в каком виде она отползает от тяжелых пациентов. Рановато... не заслужили они еще ее доверия.
  Резко хлопнувшая дверь доказала, что Веся была права, только после этого девушка решила подняться с места. Но сразу же сообразила, что немного переоценила свои силы, и окликнула Лиму, крепкую дородную племянницу старосты, и мать этого самого Миньки.
  -Сама помогу, - отставив кружку, подхватила ее под руку Нарья и догадливо охнула, - оттого ты и выставила жениха, княжна?
  -Он не жених, Нарья, у меня свободный выбор и три месяца. Хочу присмотреться.
  -Так вот почему все они в масках, - понятливо усмехнулась травница, усаживая девушку на самый удобный стул.
  -И почему же? - заинтересованно выгнула бровь Весеника.
  -Так видать, смазливостью не равны, - уверенно объявила Нарья, пододвигая девушке глубокую миску, - бульон это, перепелиный. Сама варила, ешь, он силу возвращает.
  -А Миньке-то оставили? - сразу догадалась княжна, для кого варился бульон.
  -Оставили, не волнуйся, матушка, да нешто мы ему еще не сварим? - убедила девушку знахарка, и обронила, словно невзначай, - А с мужем, который имеет одинаковое с женой ремесло, всегда проще живется.
  -Да? - задумчиво буркнула Веся, черпая деревянной ложкой бульон, - я подумаю.
  А мысли сами уже услужливо складывались в понятное объяснение, вот оно, что! Стало быть, знали ястребы, кого им намерен отдать отец! Ведь у Марили тоже есть дар целительства, хотя и слабее основного, чувства цели, как она сама это называет. Вот это чувство и помогает старшей сестрице не положить мимо мишени ни одной стрелы, и именно потому Веся без зазрения совести взяла ее любимый лук. Мариля и из другого не промахнется, да и сделают ей мастера новый, этот для старшей уже слабоват. Хотя они и погодки, но сила у сестрицы в руках почти мужская.
  А вслед за этим объяснением стали более понятны и слова Нарьи про смазливость. Значит, Ансерт далеко не красавчик? Или наоборот, кто-то из пятерых настолько хорош, что ястребы решили уравнять шансы? Сочли, что куница непременно сразу влюбится в красавчика? Потому и дали алхимику немного форы, ведь вторыми после красавчиков наивные девицы обычно выбирают вожаков? Но Весеника давно уже не считает себя наивной глупышкой, успела понять, что мед далеко не всегда налит в красивый сосуд, а в вожаки зачастую выбиваются жёсткие и иногда даже жестокие мужчины.
  И раз так, то у нее появилась новая цель, не только вывести ястребов из себя, но и заставить снять маски. И об этом она подумает, пока будет ехать до места ночевки.
  
  Глава седьмая
  
  Однако, как выяснилось, женихи тоже успели обдумать сложившееся положение, и принялись рьяно исправлять свои промахи.
  Нет, масок они не сняли, в этом ястребы оказались непреклонны. Зато окружили Весенику такой усиленной заботой и вниманием, что девушке стоило большого труда не начать хихикать, как проказнице из клана белок.
   А началось все еще в деревне, когда селяне дружной толпой вышли их провожать.
  -Я твой должник, матушка, - расчувствованно гудел Калин, пытаясь всучить Весе небольшой бочонок с медом, - возьми хоть сладости в дорогу, чтоб не так тяжело было уезжать из родного клана.
  Женщины, тайком утиравшие покрасневшие глаза, зашикали, зафыркали на бесчувственного мужика, кто же говорит такое вслух! Все и так чувствуют... зачем еще словами-то добивать?
  -Да зачем он мне... - больше ничего прибавить Веся не успела, обнаружив, что Ранзел, уже сидевший в седле, спокойно слез с тэрха, забрал у старосты мед и ловко засунув в мешок, привязал позади Лирсета.
  И тот не скривился и не начал возмущаться, наоборот, отдал собрату пару спрятанных про запас кожаных ремней.
  В этот момент недоброе предчувствие впервые кольнуло душу девушки, чтоб уже через час после того, как деревня скрылась за пригорками и рощицами, стать уверенностью. Больше Весе не давали и минуты побыть наедине, рассказывали всевозможные истории, пытались накормить припасенными в доме старосты пирогами и напоить холодным молоком или квасом.
  Не участвовал в этом только Берест, ехавший на этот раз впереди всех, но Весенике и остальные четверо показались за десятерых.
  Даренс где-то заметил несколько первых подснежников, и немедленно принес их Весе в тонком белоснежном платочке, вызвавшем у бдительной куницы большое подозрение, что его вовсе не потерял кто-то из ястребиц.
  Ансерт предложил в пользование изящный походный кошель с набором самых ценных зелий, разлитых в небольшие флаконы из горного хрусталя, заявив, что у него есть запасной.
  Ранзел поставил на седло куницы туесок с жареными орехами и черносливом, явно купленными в деревенской лавке.
  Оживился и Лирсет, решив, что за неудобство, которое ему доставляет упершийся в спину жесткий мешок, можно попытаться добиться благосклонности куницы. Ведь ей же этот мед подарили?!
  И потому младший ястреб очень ловко связал из гибких ореховых веточек смешную куколку, повязал ей на шею бантик из хранившейся в дальнем кармане ленточки и подарил поделку Весе.
  Отказаться было очень трудно, куколка получилась как раз такая, каких сажают на день равноденствия у дверей, следить, чтоб зима не вернулась обманом, но куница отлично понимала, что все подарки имеют значение. Более того, почти точно знала, что в карманах ястребов найдутся и сережки и брошки, и даже бусы из различных камней. И взяв один подарок, придется объяснять, почему не хочешь брать второй, а там и браслеты появятся. Тогда и припрут ее шустрые ястребы к стенке. Заставят выбирать браслет, а она намерена выбрать человека.
  -Спасибо, Ансерт, - начала Веся с алхимика, чувствуя себя перед ним слегка виноватой, зелья у него оказались отличные, - но пусть кошель пока останется у тебя? Ты же лучше знаешь свои зелья, а я могу случайно перепутать, сам понимаешь, только хуже сделаю.
  -Миленькие цветочки, - печально улыбнулась княжна Даренсу, - но жалко, скоро завянут. Может, ты их в сырой мох завернешь? Вообще-то я больше люблю, когда цветы растут на полянках.
  -Очень хорошая кукла, - одобрительно кивнула девушка Лирсету, - но у меня нет места в мешке. Спрячь пока в свой, а на равноденствие отдашь мне.
  Лирсет еле заметно скривился, до того пераздника еще полмесяца, но спорить не стал, заметив, что братья молча забрали свои подарки.
  Только туесок Ранзела княжна открыла, и то, только для того чтоб оделить всех ястребов гостинцами. И для Береста горстку выделить не забыла, послав к нему с поручением Лирсета.
  Старший, исподтишка приглядывающий за возней братьев, делая вид, что озирает окрестности, угощение принял равнодушно, небрежно ссыпал в карман, и буркнул младшему, что лучше бы они собирали попадающиеся по пути сучья. Как сказал староста, в том месте, где они собирались устроить ночлег, еще лежит под елями и в ложках не стаявший снег и сухих веток не найти.
  Но догадаться, что отряд идет вовсе не туда, куда должен был, ястреб не мог.
  Это была очень хитрая развилка у подножия холма, и все местные жители знали ее секрет. Разделившись возле небольшого пригорка, две тропы некоторое время шли почти рядом, затем левая, малозаметная, уходила вниз, чтобы через некоторое время, резко обогнув начало оврага, слиться с дорогой на Ругор. А вторая очень медленно поднимаясь по склону пологого холма уводила вправо, к лесу, откуда селяне возили зимой дрова и хворост. Потому и бывала эта тропа к весне намного проторена, чем левая.
  Разумеется, Веся отлично видела, что они поехали не по той тропе, но и слова не сказала, ей в этот момент как раз цветочки дарили. В конце-концов ястребы же сами хотели завести ее куда-нибудь? Ну, вот и исполнилось их тайное желание. Теперь путь в дом клана ястреба стал почти на сутки длиннее, и к тому времени, как княжичи начнут подозревать неладное, уже стемнеет, и возвращаться будет поздно. А место для ночевки там намного лучше, чем в низовьях оврага, вдоль которого идет дорога на Ругор, смешанный лес перемежается ельниками и вырубками, потому дров достаточно, да и ручей с водой имеется.
  Ну, а кроме того, Весеника знает этот лес как свои пять пальцев. Летом тут ягод и грибов столько, что женщины клана куницы приезжают их заготавливать на несколько дней с шатрами, котлами и кадушками.
  После того, как подарки были отвергнуты, а орехи съедены, княжичи осаду куницы не сняли, но вели ее по очереди, примерно по четверть часа каждый, и Весю это вполне устраивало. Она удобно устроилась в походном седле, которое имело мало сходства с лошадиными, так как спина у тэрха была шире, а жесткая грива, похожая на львиную, только короче, торчала дыбом, и загораживала обзор. Потому и приходилось делать седла выше, в виде кожаного сундучка со спинкой, и в этом седле обычно хранились легкие и мягкие вещи. Такие как шатры, одеяла и запасная одежда.
  Куница очень быстро оценила удобство такой поездки, и принялась за работу, которую могла делать с закрытыми глазами, вязание новой сети для летнего лежака. Только бездельники и недотепы укладываются спать в лесу прямо на земле, рискуя проснуться рядом со змеей, от нашествия мурашей или не проснуться вообще. Никто из клана куниц не станет так делать, и если надежный шатер бывает не у всех и не всегда, то моток сети непременно лежит в дорожном мешке. Чего проще, найти ветвистое дерево и развесить повыше сеть, чтоб спать без опасения, что тебя найдет одна из неприятностей.
  Крючок порхал в ловких ручках с легкостью бабочки, княжичи по очереди рассказывали свои истории, пытаясь угадать по сосредоточенному личику куницы и ее опущенным на работу глазам, слышит она их, или нет?
  А Веся плела сразу две сети, одну спальную, другую ловчую. Этот вечер был назначен ею, чтоб разозлить и обидеть женихов, однако сделать это нужно было так, чтоб обиженной оказалась она. Хотя, если по правде, для этого причин и так было достаточно. Любая другая куница на ее месте уже устроила парням допрос, что за игры они затеяли? Ну на крайний случай обиженный рев бы закатила. А Веся делает вид, что все идет, как положено, да еще и слушает их болтовню, хотя из этих баек постепенно складывается понимание уклада жизни в клане ястребов.
  
  Вечерние тени от дубов и елей, все гуще растущих по сторонам от дороги, начали темнеть и удлиняться а сама дорога все чаще расходилась на две или даже на три. Выбирая на таких развилках, куда ехать дальше, Берест все чаще поглядывал в сторону княжны, невозмутимо вяжущей сеть из крепких, суровых нитей, скрученных в бечеву.
  И тихонько рычал про себя от ярости, куница сумела отшить всех кузенов и брата, не прибегая ни к одному из так знакомых методов женщин его клана. И даже как будто никого не обидела, но и никого и не поощрила.
  Берест мог бы решить, что Весеника из тех черствых и хладнокровных красавиц, которые считают себя значительнее всех остальных только за то, чем одарила их природа. Однако пришедший в дом старосты Ансерт рассказал братьям, как княжна спасла беспечного сельского мальчишку, отдав все силы, а часом позже он сам видел, как от всего сердца благодарили ее селяне и искренне плакали женщины. И теперь ястреб не мог бы так подумать про куницу, жестокой и расчетливой она вовсе не была. Да и в пути вела себя очень разумно. Пока была опасность попасть в топь, решительно встала во главе отряда, а когда дорога стала ровной и сухой, спокойно едет там, где приказали. И не хихикает, стравливая борющихся за ее внимание княжичей, не капризничает и не жалуется, а не поднимая глаз вяжет свой гамак. Не прогоняя и не выделяя при этом никого из парней.
  Берест мрачно вздохнул, сообразив, что увлекшись рассуждениями, едва не дошел до перечисления достоинств куницы, и зло уставился на очередную развилку, которой не было на его карте.
  О том, что следуя приказу князя забрать куницу немедленно, пока не передумал Радмир, они ехали, почти не останавливаясь на привалы, и сокращали путь, пробираясь звериными тропами, говорить старосте деревни никто не стал. Как и спрашивать точные приметы. А теперь ястреб все сильнее подозревал, что где-то свернул не на ту тропу, и придется признаваться в этом братьям. И этой ушлой княжне, у которой ему так не хотелось спрашивать совета.
  
  -Весеника!
  -Я слушаю, - подняла куница кроткие глаза на старшего жениха, ну, наконец-то, сообразил, что завел не туда!
  Веся думала, он остановит отряд еще час назад.
  -Тебе знакомо это место?
  -Да.
  -И где мы? - зеленые буравчики впились в лицо княжны подозрительным взглядом.
  -В Важенском лесу, - так же кротко сообщила княжна, даже не оглядевшись по сторонам.
  -Да? - ястреб всмотрелся в карту.
  Вроде направление верное, но почему нарисованная на карте дорога идет вокруг этого самого леса?
  -А если мы и дальше будем так ехать, то попадем к мосту?
  -Нет.
  -Почему? - Береста начали злить короткие ответы девушки, - объясни!
  -Потому что этот лес поднимается на холм и заканчивается скалистым обрывом, там тэрхи не пройдут.
  -И давно мы свернули не туда?
  -Часа три назад, - подумав, сообщила Веся.
  -А ты не могла сказать нам, что мы едем неправильно?
  -Девушки клана куницы никогда не вмешиваются в дела мужчин без крайней надобности, - гордо вздернула носик княжна.
  -А совет дать могла? - влез в разговор Даренс.
  -А спросить его вы могли? - вернула вопрос Веся, - откуда мне знать, может, вам не хочется спать на снегу? В низовьях оврага снег всегда на две недели позже сходит.
  -Становимся на ночевку тут, - мрачно процедил Берест, - на рассвете пойдем назад.
  -Может княжна знает место получше этого? - осторожно осмотрелся Ранзел, - и как тут насчет воды?
  -Ручей в той стороне, - махнула рукой куница и слукавила, - а места здесь одинаковы, то ельник, то дубрава.
  Рассказывать о том, что полчаса назад они проехали в стороне от избушки, где когда-то жил старик травник, и которую Веся приберегла для особой цели, девушка не собиралась.
   -Тогда встанем ближе к ручью, - скомандовал Берест, даже не взглянув на коварную куницу, и повернул своего Тэрха в ту сторону.
  Веся отпустила рыся, давно рвавшегося обежать знакомые места, и поехала следом за хмурыми ястребами, незаметно перевешивая на пояс, за спину, малый колчан со стрелами. Всем известен закон, идешь в лес на день - бери припасы на неделю, а отходят ночью от костра без оружия только ротозеи и самоубийцы.
  Полянка с небольшим бугром посредине чем-то приглянулась ястребу, и он махнул братьям рукой. Однако Веся досадливо нахмурилась, несмотря на то, что выбрал Берест самое удобное и сухое местечко, лучше не ночевать тут, точно над могилой старого Ермея. И тем более, не разводить на ней костер. Батюшка ведь обязательно придет его проведать после равноденствия, и сразу поймет, как попали сюда тэрхи, у него тоже есть дар, чисто мужской, следопыта.
  -Тут лучше не вставать, - сообщила Веся, спрыгивая с тэрха. Прошла к бугорку и, встав рядом на одно колено, печально проговорила, - прости, дедушка Ермей, что потревожили до равноденствия, спи спокойно.
   Высыпала в зеленые иглы молодых травинок из туеска оставшиеся орешки, встала и пошла прочь, в полусотне шагов было старое кострище.
  Ястребы этот подарок куницы приняли мрачно, видимо, считали, что девушка должна была сразу им его показать. Но пока все шло так, как задумала куница, и она упорно молчала, не желая объяснять женихам ничего из того, что могла бы сказать. Да и мириться с ними сейчас вовсе не входило в планы Веси. Рано, они еще не готовы разговаривать с ней на равных. Хотя и сами, небось, понимают свою неправоту. Если хочешь помощи, нужно разговаривать по-хорошему, а не выведывать секреты, словно лазутчик.
  Вскоре Берест увел тэрхов поить, Ранзел, достав топор, отправился туда, где заметил по дороге упавшую сухую ель, а остальные развели костер из собранных сучьев и начали ставить шатры. Княжна присела у костра на мешок и принялась поджаривать на прутике кусочки пирога, потом у нее может и не выдаться возможности поужинать горячим.
  Теперь ей оставалось лишь сделать последний шаг, и едва Веся рассмотрела, что шатра только три, немедленно допила молоко, отставила кружку и встала.
  -А который шатер мой? И почему их только три? - девушка постаралась выразить голосом и взглядом как можно больше подозрительности, страха и недоверия, и первым попался Даренс.
  -Ну, нас же шестеро, по двое в шатре, - невозмутимо объяснил княжич, пряча ехидную ухмылку.
  -И с кем я должна спать? - упрямо поджимая губы, сердито осведомилась княжна, тайком наблюдая, как на лицах женихов расцветают язвительные улыбки.
  -Ну, у тебя же свободный выбор, - так же мирно сообщил голубоглазый, кривя рот от сдерживаемого хохота, и не подозревая, что кунице хочется посмеяться не меньше его, - вот и выбирай... кто нравится.
  -Мне никто не нравится, - едко фыркнула Веся, решив, что пора добавить спору остроты, - я вас вообще пока не знаю.
  -Ну, вот и узнаешь, - пообещал Лирсет, - начни с меня, мой шатер под елью.
  -Тогда я выбрала бы его в последнюю очередь, - сказала правду куница, - но если ты можешь уйти к братьям, то так и быть переночую в этой дерюге.
  -Тогда иди лучше в мой, вон тот, что слева, - радушно предложил Даренс, - он новый и одеяло у меня теплое. Не замерзнем, обещаю.
  -Я уже сказала, без вас! - отступила к костру Веся, отлично зная, что они не выдержат, попытаются еще немного припугнуть трусливую девчонку.
  И точно, все трое решительно шагнули в ее сторону, поблескивая хитрыми глазами в прорезях масок и растягивая губы едкими усмешками в предвкушении рискованной шутки.
  -Не подходите! - преувеличенно испуганно пискнула Веся, и сделала еще шаг назад.
  -Не упрямься, куница! - не выдержал и Ансерт, - просто выбери шатер и радуйся!
  -Сами радуйтесь, но без меня! Надоели! - Веся стремительно нагнулась, подхватила приготовленную походную лопатку и, зачерпнув ею из костра горящих углей, широким броском швырнула в княжичей.
  И тут же, пользуясь поднявшейся суматохой, и возмущенными криками, метнулась за ближнюю елку, на ходу поднимая на глаза выпрошенные у сестры очки.
  Ночь вмиг посветлела, превращаясь в пасмурный день, и девушка, коротко на ходу свистнув в рожок, резко свернула в сторону, чтоб обмануть преследователей. О рыси она не волновалась, зверь найдет ее по следам, и не подойдет теперь ни к кому другому.
  
  Глава восьмая
  
  Ястребы ненадолго замешкались, пришлось отрясать одежду от тлеющих угольков, сбивать шустрые язычки пламени и проверять лежащие вокруг костра мешки и кошмы, иначе вернешься к пожарищу. А едва, тихо, но яростно костеря куницу, дружно ринулись за ней следом, из кустов выломились Ранзел и Берест и одновременно рявкнули - стоять!
  -Что за шум? Вы весь лес решили переполошить? - очень спокойно поинтересовался Берест, мгновенно заметивший отсутствие княжны.
  Но еще надеялся, что она переодевается в шатре, или ушла по надобности и сейчас вернется.
  -Нет... - Ансерт отвечал сквозь зубы, не поднимая глаз, и это был очень плохой признак.
  Так он вел себя, только когда делал заведомую глупость, и горько жалел, что не спохватился во время.
  -Искать нужно, - жалобно буркнул Лирсет, - может, не ушла еще далеко?
  -Кто? - холодея, еще тише спросил Берест, хотя уже понял, что случилось именно то, от чего так сурово предупреждал отец.
  -Учти, Радмир ни в какую не хотел дочку отдавать! Еле уломали! Стерегите пуще глаза! Сам знаешь, какая у меня на нее надежда! Князь хитрец известный, сначала отдаст, а потом придумает предлог и отберет. Или научит девку, как сбежать по дороге! Три дня не найдете и все! Можете прощаться!
  -Так куница... - голос младшего становился все тише и виноватее.
  -Как это произошло? - шагнув к ели, под которой полчаса назад сложил снятое с себя тяжелое оружие, продолжил допрос командир, прикидывая, что лучше взять с собой, топорик или меч?!
  -Ну... она спросила... где будет спать, - кусая губы, выдавил Ансерт.
  -И что? Это трудный вопрос? Мы же специально везли для нее шатер?
  -Я пошутил, - мрачно признался Даренс, - сказал, что может выбрать любой...
  -И напарника, - стрельнул в него злым взглядом Ансерт, кузен Дар обладал редким уменьем втягивать друзей в неприятности.
  -Какого напарника? - ласково удивился Берест, но все братья знали, сейчас его бровь ехидно поднята вверх, а на скуле дергается от ярости кожа.
  -Да шутили мы! - отчаянно вскинул на старшего глаза Лирсет, - она так смешно злилась! Кричала, ни с кем вместе спать не будет...
  -Ой, дураки! - Схватился за голову Ранзел, наткнулся рукой на маску, со злостью сорвал ее и швырнул в кучу вещей, - ухажеры деревенские! Ну и где теперь ее искать? Вы о чем думали, когда такую девушку злили? Вот же лопушиное стадо! Вместо ужина и отдыха лазай теперь под елками!
  -По дубам, - с холодной яростью поправил друга Берест, - не видел, что она плела весь день? Ты берешь Даренса, я Ансерта, идем в разные стороны. Лирсет! Ты караулишь стоянку! Не пали все дрова, костер только поддерживай... а что это он у вас такой неряшливый?
  -Так она в нас запустила... углями... - начал было жаловаться младший и резко стих, прикусив язык.
  -Скажи спасибо, - зло рыкнул старший, - что не чем-то похуже! Если кто появится - подашь сигнал!
  Швырнул ему сорванный с шеи Ансерта рожок и решительно шагнул в кусты.
  
  Несколько минут Веся стремглав бежала в ту сторону, откуда они приехали полчаса назад. Изредка куница останавливаясь, чтоб в тех местах, про которые помнила с лета, оставить приготовленные загодя, ещё в седле тэрха, ловушки. В одном месте наклонила гибкий стволик дикой сирени, преградив им тропку и привязала вершинку к деревцу напротив, в другом, на спуске к ручью, протянула в локте от земли тугую бечевку. В третьем, там, где каменистая тропка круто шла вниз, побрызгала на камушки ореховое масло, из бутыли, прихваченной у костра.
  Все ловушки Веся делала точно в том направлении, где непременно станут искать ее ястребы. Нарочно подбрасывала княжичам намеки, что идут они по верному следу. Вовсе незачем им знать, что через некоторое время куница резко свернет в сторону избушки травника и, закрыв ее отводом глаз, будет спокойно спать на вытащенных из тайника одеялах.
  Рыж присоединился к хозяйке возле ручья, где Веся устраивала последнюю ловушку. Стояла на одном из камней, специально брошенных на мелководье, чтобы можно было перейти по ним поток, и плескала на другой берег водой из кружки. Тут женихи должны заподозрить, что невеста не удержалась на камне и бредет дальше мокрая насквозь.
  Рысь следил за Весей с интересом, а потом, когда она вернулась на берег и побежала к месту задуманной ночевки, послушно летел следом, неслышно касаясь мягкими лапами еле заметной тропы.
  До избушки оставалась всего пара сотен шагов, и куница уже предвкушала, как спокойно сжует последний припрятанный пирожок, когда тихо, еле слышно, по-змеиному зашипел Рыж. А через минуту, когда насторожившаяся княжна, пытаясь определить причину враждебности рыси, осторожно нырнув в сторону от тропинки, превратилась в слух и обоняние, ночной ветерок донес до нее очень знакомый и столь же ненавистный запах.
  Точнее, смесь запахов, едкого дыма и конского пота, немытых человеческих тел и застарелого жира с вяленого мяса. И она не могла принадлежать никому иному, кроме степняков.
  -Налетают, как из тучи, - как наяву послышался Весе неторопливый рассказ Нарьи, - и шкодят исподтишка, где пастухи далеко, сама знаешь, по первой траве скот сильно рыщет. Вот и выжидают момент, то прошлогоднего бычка завалят, то стайку овец отобьют, а как по тревоге мужики подоспеют - нет никого, только шкуры, да следы в разные стороны. Написали князю, прислал пятерку в подмогу, но толку мало. Весна ведь! Сама знаешь, дел у всех по горло, а воинам без селян не справиться. Нашим ведь даже разделиться нельзя, когда по следу идут, можно в ловушку попасть.
  Тогда, жуя разносолы, заботливо добавляемые в ее тарелку знахаркой, Веся с огорчением думала, что зря Нарья тратит время, рассказывая уходящей на чужбину княжне про свои заботы. Все равно нет у куницы ни возможности, ни сил чем-то помочь оставленным сородичам.
  А вот теперь поняла, что судьба посмеялась над ее думами и решила доказать, что все может быть иначе. Теперь княжне совершенно ясно, откуда налетали на стада степняки. Вовсе не из тучи, а отсюда, из Важенского леса, куда с наступлением весны селяне почти не заглядывают. Ягоде и травам пока не время, а дрова у всех еще есть, да и не так просто вывозить их по раскисающим к полудню дорогам.
  И раз так, значит, очень не вовремя затеяла она игру с женихами в догонялки. Раз степняки давно тут обосновались, они просто не могли не следить за дорогой. И стало быть точно знают, сколько человек в отряде и где он встал на ночлег.
  Ушедшие поить тэрхов и рубить дрова ястребы вспомнились Весе одновременно со всеми устроенными ею ловушками, пока девушка напрямик бежала назад, к стоянке. Но куница только крепче стиснула зубы и прибавила шагу, глупо придумывать несчастья заранее, пока еще можно попытаться их предупредить.
  
  В сотне шагов от стоянки Рыж зашипел снова, и дальше шипел не переставая, предупреждая хозяйку что ненавистные люди в засаленных штанах из плохо выделанной кожи все приближаются. Веся его не окликала, бесполезно. Рыси обиду помнят очень долго, а Рыж носит на теле отметину от ножа степняка, считавшего, что этот удар поможет ему спастись.
  До дерева, откуда куница смогла рассмотреть все происходящее на полянке, она кралась как тень и в одном месте даже проползла под кустами, лишь бы не проходить через открытое место и не попасть на глаза врагам. А врагов она уже не только чувствовала носом, но и видела воочию.
  Весеника развернула шапку в закрывающую лицо маску, едва оказалась в двадцати шагах от костра, и теперь время от времени застывала неподвижно, прижавшись к очередному стволу и бдительно осматривая окрестности. Очень не хотелось пропустить дозорного, которого не могли не поставить двое степняков, хозяйничавших на стоянке.
  Они торопливо срывали и скручивали шатры, грузили на своих мохноногих лошадок сумки и мешки, обшаривали торбы с продуктами и на ходу совали что-то в рты. На окровавленную мужскую фигуру, поставленную на колени спиной к стволу и привязанную так, что голова была запрокинута назад, открывая незащищенное горло, княжна старалась не смотреть. Хотя заметила ее в первый же момент, как открылся вид на костер. А что толку?! Только время и внимание зря тратить. Вот позже... но сначала нужно постараться, чтоб оно наступило.
  Дозорный обнаружился на дереве, сидел на ветви чуть в стороне от полянки, и найти его помог Рыж, толкнувший Весю носом и уставившийся в ту сторону.
  -Хо, - похвалила куница, очень осторожно достала лук и положила первую стрелу, не подведи, милая!
  В первый миг ей казалось, что она не попала, и девушка быстро выхватила вторую стрелу, но Рыж сорвался с места и помчался к тому месту, куда, цепляясь по пути за все ветки, тяжело падало тело врага. Добивать раненых было его работой. А княжна, развернув лук, уже послала вторую стрелу, метя в незащищенное лицо врага, жадно разрывающего зубами копченого рябчика.
  В этот раз о том, что попала, куница узнала сразу, степняк успел издать короткий всхлип, прежде чем рухнуть на вытоптанную травку и задергаться в корчах. Вот только княжне некогда было радоваться удачному попаданию, третий налетчик бросил непривязанный мешок и, вытаскивая нож, метнулся к пленнику. Это был их излюбленный прием, уходить с поля боя, прикрываясь телом пленника, а потом, в отместку за поражение, вонзить в жертву, до последнего надеявшуюся на спасение, нож.
  И опередить бандита нужно было любой ценой... но не любым способом, это Веся себе заказала накрепко.
  -Ту! - рявкнула девушка во весь голос, и зверь, издав ответный рык, бросил прежнюю добычу и помчался на новую.
  Этот приказ означал для Рыжа немедленное начало атаки, бой до победы, без осторожности и правил. И такую схватку рысь любил, просыпались в нем в такие моменты природное чутье и хитрость, свирепость и жажда горячей крови.
  Но и опытные степняки тоже знали, что из такого боя нельзя выйти победителем, прижимая нож к горлу пленника, рысь не станет слушать лживых заверений о том, что враг меняет свободу на свободу. Он просто прыгнет, сбивая с ног, и будет рвать когтями и зубами шкуры, добираясь до горла, и не остановит его даже нож, в ярости рысь словно не замечает ран. И потому нужно ударить не раз и не два, и достать до сердца или важного сосуда.
  Мародер остановился, не добежав до пленника всего пары шагов, выхватил из сапога второй нож, и выставил оба перед собой, готовясь принять на них летящее тело зверя. О том, что женщины клана куницы никогда не забывают добавить в ошейники боевых зверей вместе с прочими и защитных наговоров, не догадывался никто из врагов. Это была военная тайна, хранившаяся так же бдительно, как рецепты особых зелий и знания об особых способностях некоторых куниц. Впрочем, другие кланы хранили такие тайны не менее истово.
   Веся мимолетно усмехнулась, рассмотрев сосредоточенное лицо врага, и, мысленно попросив у Рыжа прощения за обман, пустила стрелу. Ждать, пока бандит начнет пырять ножом ее зверя, куница не собиралась.
  Стрела обогнала рыся всего на пару секунд, и он обрушился на медленно заваливающееся тело добычи с коротким разочарованным мявом, но Веся уже стремглав неслась к привязанному княжичу, обещая себе, что выкупит свою вину перед зверем горшком сметаны.
  Степняки по своему обыкновению содрали с парня куртку, пояс, сапоги и шапку, оставив только пропитанную кровью рубаху и штаны с вывернутыми карманами, и, разрезая грубые веревки из конского волоса, Веся одновременно украдкой разглядывала княжича.
  Он был в сознании, но смотрел отстраненно, как человек, только что стоявший одной ногой за гранью, и еще не поверивший, что этот страшный миг благополучно миновал. По желтовато-карим глазам и пухлым губам Весеника сразу опознала в нем Лирсета, и теперь изучала еще по-юношески округлое, приятное лицо, прямой нос и ровные брови. Светло -русые волосы, стянутые на затылке кожаным ремешком, степняки переплели веревкой и притянули к стволу, и кунице пришлось потратить несколько лишних секунд, чтобы как можно аккуратнее их освободить. Ни один ястреб не скажет спасибо, если отрезать без спросу прядь их волос, а спрашивать у Лирсета разрешения княжна не желала. Женихи провинились, и должны прочувствовать, что она вернулась только из-за нападения врагов.
  А вот про раны Веся спросила, после того как притащила одеяло и почти силком уложила на него пытавшегося встать княжича.
  -Сначала осмотрю и перевяжу, потом беги, куда хочешь! - прикрикнула на раненого, доставая кошель с зельями и яро кляня про себя проклятых налетчиков, перепутавших весь багаж, - признавайся, кроме тех ран, что я вижу, есть еще где-нибудь? И не кривись так возмущенно, я целительница, и церемониться не буду! Вмиг раздену донага, и Рыж поможет!
  -И после этого выйдешь за меня замуж, - хрипловато пообещал младший таким слабым голосом, что Веся невольно улыбнулась, хотя обстановка вовсе не располагала к шуткам.
  -После этого я накостыляю тебе по шее и свяжу покруче, чем степняки, чтобы не перечил знахаркам и не угрожал приличным девушкам!
  Веся плеснула на лоскут зелья, ловко прилепила к протертой от налипшей крови ране и зажала ладошкой рот застонавшего Лирсета.
  -Потерпи! Знаю, что щиплет, но иначе нельзя! Эти варвары чего только не делают своим оружием, а протирают лишь когда точат! Вот твоя куртка, давай руку... вторую... а сапоги куда они утащили, не видел? Не фыркай, сам виноват! Видишь, их больше, значит отступи! Тьма... нужно уходить!
  Услышав, как предупреждающе зашипел Рыж, княжна подхватила пациента под руку, и потащила за ель в направлении, противоположном тому, куда смотрел чуткий зверь.
  -Сапоги! - зашипел он от боли, наткнувшись на острый сучок ногой обутой лишь в вязаный носок, ничего другого куница найти не успели.
  -Тсс! - зашипела в ответ Веся и швырнула княжичу одеяло, которое волочила второй рукой, - завернись и молчи!
  А сама обернулась к кострищу, положила на пышную ветку лук, и приготовила стрелу, намереваясь стрелять, пока враги не сообразили, что здесь произошло. Однако двое вывалившихся с тропинки на поляну степняков оказались не в том состоянии, чтобы что-то соображать.
  Весе тотчас стало ясно, они вернулись не с победой и пленниками, а отступали, помня, что тут остались сородичи и кони. Но подпускать их к животным, на которых уже было навьючено ее собственное добро, куница не собиралась. И едва захватчики оказались на достаточном расстоянии, лучница выпустила стрелу, целясь в того, что шел сзади.
  В этот раз ей не повезло, бандит как раз в этот момент резко обернулся, видимо, пытаясь рассмотреть погоню. Стрела лишь чиркнула врага по уху, вырывая кусок мочки вместе с медной серьгой, и по лесу пронесся острый визг. Он немедленно смолк, но степняк, шедший первым, воспринял вопль приятеля как сигнал нападения и резко метнулся в кусты.
  -Ту! - снова приказала рыси княжна, посылая вслед убегающему стрелу, и досадливо фыркнула. Стрела попала в мешок, висевший за спиной врага, и не причинила ему никакого вреда.
  Зато ее зверь уже свалил раненого в ухо бандита, прыгнув на него спины, и теперь добирался до его горла. Княжна не стала ему мешать, приказала Лирсету не вылезать из-под ели, и ринулась за беглецом.
  И едва преодолев поляну, поняла, что убить этого степняка ей не придётся. Ему выпала другая доля, двое выскочивших из кустов ястребов набросились на него почти одновременно, зазвенела сталь, выкрикнул что-то злобное налетчик и смолк.
  Веся этого боя не видела, мчалась на помощь Рыжу, но опоздала и тут, довольно урча, зверь мотал по земле тело поверженного врага.
  -Рыж, брось! - Скомандовала княжна и оглянулась на спешащих к ней женихов, с тревогой понимая, что их всего двое.
  Береста девушка узнала сразу, он так и носился по лесу в своей маске, а лицо второго княжича было открыто. По куртке и кошелям княжна узнала Ансерта и, ожидая, пока парни подойдут, успела рассмотреть лицо алхимика. Оно было худощаво и несмотря на грязные разводы и царапины довольно миловидно. Русые волосы и темные брови хорошо сочетались с серыми глазами, и узкими, твердыми губами, приоткрытыми от быстрого бега.
  -Где Лирсет? - первым делом спросил старший, окидывая поляну внимательным взглядом.
  -За елкой, - коротко ответила Веся и нахмурилась, услышав за спиной хрипловатый слабый голос.
  -Тут я.
  -Я тебе, где сидеть велела?! - разозлившись, рявкнула княжна, - ты понимаешь, дурак, что у тебя рана открытая?!
  -Ты пошла мне сапоги искать, жена, - хитро фыркнул Лирсет, - ищи дальше.
  -Тебя слишком сильно приложили темечком о дерево, но я могу это исправить, - угрожающе пообещала Веся, и оглянулась на пришедших, - а где еще двое?
  -Мы думали, уже тут, - разворачиваясь, чтоб идти назад, мрачно буркнул Берест.
  -Ансерт! - приказала княжна, обнаружив, что следом за ним поворачивается прочь алхимик, - ты остаешься с раненым. Прячьтесь под той елью, там валяется одеяло. Если кто-то появится, себя не выдавайте, близко они искать не станут! Мы с Рыжем за ним.
  И, не позволив ему возразить, куница подала рыси сигнал искать следы и помчалась догонять успевшего шагнуть в кусты Береста.
  
   Глава девятая
  
  
  Ансерт что-то возмущенно кричал ей вслед, но Веся не собиралась слушать его указаний. Все знают, ястребы отличные воины, и лучшие мечники из всех кланов, хотя и арбалетчики у них неплохи. Но сражаться они привыкли по всем правилам воинской науки, выходя на врагов отрядом, и прикрывая щитами себя и следующего позади лучника. А вот в лесу, среди кустов, против хитрых и нечестных степняков, не гнушающихся никакими подлыми штучками биться им непривычно, и стало быть, сейчас куница лучший напарник Бересту, чем его брат-алхимик. Вот как бы еще убедить в этом самого княжича?
  -Куда ты несешься?! - проскользнув по вершине небольшого холма напрямик, Веся спрыгнула перед мчавшимся по тропе ястребом.
  -Они пошли в ту сторону, - не останавливаясь, буркнул он, вовсе не собираясь прямо здесь объяснять девчонке, что все эти неприятности из-за нее.
  Будет у него еще на это время, он вообще теперь глаз с нее не спустит.
  -Рыж ищет следы, - не позволив обойти себя, помчалась по тропе куница, - иди за мной.
   И словно в подтверждение ее слов где-то впереди и слева раздался яростный рык рыси, и они наперегонки ринулись туда. Разумеется, Веся его обошла, с её-то знанием этого леса. Хотя и ястреб отстал ненамного, быстро сообразив, что девчонка в этом лесу чувствует себя, как рыба в воде, он уступил ей дорогу, но бежал всего в паре шагов позади. О том, что он видит в темноте не хуже ее, Веся догадалась, заметив, как уверенно княжич отодвигает попадавшиеся на пути ветки.
   Ранзелу и Даренсу очень повезло, это Веся поняла, едва добежав до места схватки. Ястребы столкнулись с врагами возле широченного пня от когда-то сгоревшего могучего дуба. В середине этого расщепленного пня было давно известное кунице просторное дупло, где могли находиться не менее трех человек, и теперь ястребы заняли эту маленькую крепость и защищали ее, стоя спиной к спине. Вокруг воинов бесновалось несколько степняков, и еще четверо лежало чуть поодаль. Некоторые не подавали признаков жизни, другие пока стонали, и одного из таких раненых яростно трепал в кустах Рыж. Почему рысь выбрал именно этого врага, девушка тоже сообразила, едва заметив неказистый короткий лук, который валялся возле них. На лучников Рыжа натаскивали особо, и он всегда нападал именно на них, если была возможность выбора.
  -Жди тут, - в два прыжка догнавший девушку Берест бесцеремонно оттолкнул ее за куст, и Веся едко фыркнула ему вслед.
  Ну, вот с чего он решил, что она полезет в гущу схватки?!
  Выбрав себе первую мишень, княжна целилась тщательнее обычного, последние неудачи ее разозлили. Хотя и не так просто попадать в непредсказуемо движущихся степняков, как в ворон, на которых обычно тренировалась зимой княжна, но промахнуться два раза подряд для нее недопустимая ошибка. Будь это днем, такие промахи могли бы обойтись девушке очень дорого, но ночью степняки видят хуже ее, зелья, которые варят их шаманы, намного уступают подаренным Мариликой очкам.
  Хитрый степняк, подобравшийся к княжичам по куче трухи и замахнувшийся кривым мечом на могучего Ранзела, так никогда и не узнал, почему ему не удалось нанести коварный удар. Зато княжич, наводивший на врагов трепет залитой кровью курткой, бешеным оскалом изрыгающего угрозы рта и разметавшимися темными кудрями, сразу понял по свалившемуся ему под ноги телу со стрелой в глазнице, что пришла помощь. Мгновенно ухватил поверженного врага обеими руками, поднял над головой и с ужасающим хохотом швырнул в наступавших бандитов.
  Они растерялись и отступили всего на миг, а в следующую секунду свалилось еще двое степняков, один от меткой стрелы Веси, другой от безжалостного меча Береста. На третьего прыгнул расправившийся со своей добычей Рыж. Остальные, рассмотрев, что к осажденным пришла подмога, ринулись бежать, но ушли недалеко. И Веся и ястребы мечтали поквитаться за испорченные планы на отдых.
  -Ранзел! Ты ранен?! - обнаружив, что Берест добивает последнего врага, бросилась к мечнику княжна и даже слегка растерялась, обнаружив, с какой горечью он смотрит на нее большими карими глазами, - в чем дело? Я целительница, можешь не стесняться!
  -Ты предательница, - с презрением выплюнул, тяжело шагавший мимо Даренс, - завела нас в лес и подставила!
  -Дурак! - С нажимом рявкнула Веся, и развернулась, чтоб уйти.
  Ну и что же, что она понимает, что любому человеку, попавшему в такую переделку, первым делом придет в голову именно эта мысль! Но подумать, зачем ей это нужно, они могли бы? Ведь степняки заклятые враги ее клана! Хотя, скорее всего, в горячке боя как раз думать парням было и некогда, но тогда хотя бы сейчас попытались высчитать, для чего бы она убивала степняков, если бы сдала им ястребов?
  -Стой, - догнал ее властный голос Береста, - я ранен.
  Куница замерла только на миг, проглотить невольный комок, вставший в горле от незаслуженной обиды, и немедленно развернулась в его сторону.
  -Куда? - пока Веся прошла несколько шагов до присевшего на корягу ястреба, девушка успела сделать в уме нехитрые подсчеты и сообразила, что нужно спешить.
  Степняки далеко не герои, и в набеги меньше, чем по полсотни человек не ходят. А нападать предпочитают отрядами, втрое или четверо превышающими число жертв. И это подтверждают останки, валяющиеся по лесу. Но их чуть больше двух десятков и следовательно, большая часть налетчиков сейчас где-то ждет, пока им привезут добычу, но через пару часов начнет беспокоиться.
  -Плечо, - Берест нехотя сбросил куртку, распустил шнурок на рубахе, сдвигая ее в сторону.
  Рана небольшая, и хотя кровь еще сочится, никогда он не стал бы про нее вспоминать, если не необходимость остановить девчонку. А целителей, как ему хорошо известно, прежде всего учат не рецептам зелий, а умению забывать собственные обиды, предпочтения и неприязни, если пациент ждет помощи.
  -Они всегда ходят ордами по полсотни, - положив ладони ему на плечо, Веся привычно подбросила телу раненого силы, и продолжила сухим тоном, развивая свою мысль, - а мы убили десятка два... значит, где-то еще затаилась большая часть отряда.
  -Когда ты пришла на стоянку, Лирсет дрался? - небрежно спросил старший, искоса следя за братьями, неподалеку приводящими себя в порядок, и не пропускающими ни одного слова.
  -Нет... - хмуро вздохнула Веся, точно зная, что соврать и выгородить младшего ястреба не получится.
  Даже если он сам ее не выдаст, его братья непременно пройдут утром по следам и сами все прочтут, как по книге.
  -А что делал? - не выдержал Ранзел.
  -Стоял на коленях привязанный к сосне, - нехотя сказала куница, и вздохнула еще тяжелее, - Судя по ране, они его сбили с ног внезапным броском копья.
  -И сколько их там было?
  -Трое. Двое вещи собирали, один на дереве сидел.
  -И ты всех убила? - недоверчиво протянул упорно не желавший извиняться Даренс.
  Впрочем, Весе и не нужны были его извинения. С этой минуты Даренс был окончательно вычеркнут из списка женихов.
  -Она всех убила, - мрачно подтвердил Берест, начиная понимать, почему Радмир так не хотел отпускать в чужой клан своих дочерей, - а еще одного загрыз Рыж, я сам видел. Но сейчас нужно думать о том, что делать. Весеника права, степняки скоро начнут нас искать.
  
  Веся расслышала эти слова ястреба, как сквозь вату. За миг до этого, почти закончив свою работу, девушка потянулась нитью своей силы по телу пациента, проверить, не умолчал ли он о других ранах. Ведь ясно, что сначала и эту показывать не хотел, даже не догадываясь, что копье степняка перебило небольшой, но важный сосуд, и позже его вряд ли удалось бы срастить так легко.
  И обмерла, наткнувшись нитью на знакомое сопротивление не желающего пропускать ее силу заклятья.
  Тьма. Неужели это то, о чем она даже подумать боится?
  И что ей делать в таком случае? Ну, для начала, разумеется, молчать... и проверить свои подозрения самым тщательным образом. А потом...
  Нет, сейчас лучше не думать о том, что нужно будет сделать потом. Сейчас важнее подумать, как вести себя дальше, что предпринять, чтобы с ним ничего не случилось в пути. Потому что, если она сейчас не ошиблась в своих предположениях, его гибели князь ястребов не простит не только ей, а и всему клану куниц. И значит, с этого момента она, Веся, тайно вступает в личные телохранители этого княжича. И пока не отведет эту беду, забудет о своем драгоценном праве на свободный выбор.
  Тьма! Снова мысленно выругалась девушка, вспомнив про три десятка степняков, израненного Лирсета и горящих жаждой возмездия взглядах остальных ястребов. Они же сейчас ни за что не отступят, не захотят уходить по тем тропам, какими собиралась увести их Весеника! И в таком случае ее долг, как тайного телохранителя, сделать все, чтобы эти горячие головы отказались от своих намерений.
  Девушка еще раз, более тщательно и осторожно скользнула нитью силы, залечила царапинку на шее, и снова еле заметно дернулась, опять коснувшись шита. Все верно... сомнений почти не осталось. Как жаль... а ведь он казался ей таким благоразумным и выдержанным.
  -Веся? Весеника!
  -А? - очнулась от своих дум княжна, - что?
  -Это с тобой что? - серо-зеленые глаза Береста встревоженно и подозрительно смотрели из-под маски.
  -Со мной все в порядке, - убирая от раны ладони, устало буркнула она, - но перекусить бы не мешало.
  -Троллья сила, - выдохнул ястреб, поспешно одеваясь, - я же не подумал, что ты лечила Лирсета!
  -Это неважно, - девушка подняла хмурый взгляд на Ранзела, - так ты покажешь свою рану добровольно, или я прикажу Рыжу тебя привести?
  Тщательно вылизывающий свои лапы от ненавистного запаха зверь заинтересованно поднял голову, и мурлыкнул.
  -Я потерплю, - отказался воин, - ты и так еле стоишь.
  -Не переживай, - фыркнула Веся, доставая флакон с зельем и делая глоточек, - не свалюсь. Иди лучше по-хорошему.
  Ранзел возмущенно запыхтел, но повинуясь взгляду Береста, подошел и сел на его место. Как куница и предполагала, раны у него были, но не серьезные, скорее порезы, короткоруким степнякам с их кривыми саблями не так-то просто было достать до верзилы княжича с его мечом. И пока Веся занималась этими ранами, она успела обдумать свой новый план, и даже изобрести правдоподобное объяснение некоторым произошедшим недавно событиям, на случай, если все-таки придется отчитываться перед отцом.
  -По-моему, - отходя от пациента в сторонку, и начиная вытирать лоскутом руки, твердо заявила куница княжичам, собиравшим с тел врагов амулеты и оружие, - нам следует вернуться на стоянку. Лирсет ранен сильнее всех, и если набегут степняки, вдвоем им не выстоять.
  -Ты же знаешь короткий путь? - подозрительно уставился на девушку Даренс, но она не ответила.
  Спокойно подняла лук, достала особую стрелу, хранившуюся так, чтобы не перепутать с другими и, не глядя на насторожившихся княжичей, прицелилась в сторону, противоположную той, куда нужно было уходить им.
  Ястребы поняли все только в тот момент, когда в темном небе, стремительно удаляясь от них, вспыхнула яркая, как осколок молнии, точка. И она не гасла, наоборот, все разгоралась напоенным магией светом, подавая знак тем, кто неустанно всматривается в ночь и вслушивается в ее звуки.
  -И кому ты подала сигнал? - в голосе ее недавнего пациента глухо гудела каленая сталь.
  -Сородичам, разумеется, - холодно ответила куница.
  Ее решение тайно его охранять вовсе не означает, что она собирается дружить с командиром, теперь его место в отряде окончательно прояснилось. И тем более не означает, что он останется в списке женихов. Ну если только на самом последнем месте... и то, пока. Потому что ей будет очень непросто его простить... а в то, что простит он, и вообще невозможно поверить.
  -А посоветоваться с нами ты могла? - гнев ястреба вскипал лавиной, но зря он думал, что Веся не предусмотрела этого упрека.
  -А вы со мной советуетесь? - осведомилась девушка голосом, в котором можно было лед замораживать, - вы вообще со мной разговариваете, как с человеком?! Да вы ведете себя, как стадо мартовских котов! А еще считаете себя благородными княжичами и сдержанными, опытными воинами!
  Княжна гордо задрала хорошенькую головку, и прошла мимо стиснувшего губы ястреба, делая вид, что ни капельки не опасается за свою жизнь. Щелкнула пальцами, подзывая рысь, приказала следить, и уверенно направилась в сторону стоянки, точно зная, что они не отстанут, хотя бы из подозрительности.
  
  Глава десятая.
  
  Ансерт вздохнул с облегчением, когда на стоянку, которую он, по совету куницы, оставил в том же виде, выскочил Рыж.
  Алхимик осторожно выполз из-под темного полотнища шатра, которым потеплее заботливо укрыл поверх одеяла задремавшего Лирса, и шагнул навстречу братьям, торопливо оглядывая перемазанные кровью и грязью лица. Но, обрадовавшись вначале тому, что все живы и даже как-будто целы, через минуту расстроенно скрипнул зубами. План, который они так хорошо продумали, провалился в первую же ночь. Все братья, кроме старшего и Даренса, были без масок, и теперь уже поздно было их надевать.
  А в том, что Даренс тоже поспешит снять неудобный кусок кожи, можно было не сомневаться. Он с самого начала скептически относился к этой, как он уверял, глупой идее. А теперь, когда княжна оказалась не только хорошенькой девицей, но и надежным воином, непременно постарается ее очаровать. Хотя утверждал по дороге сюда, что ему и в клане хватит невест, и против этой истины не спорил никто из них. Впрочем, и им бы нашлись, если не держались братья данного князю слова.
  -Рыж, сторожи, - выдала приказ куница, выскочившая первой, и требовательно уставилась на алхимика, - ты его подлечил?
  -Да, - кивнул тот, с хмурой усмешкой наблюдая за братьями, разбредшимися по поляне с сосредоточенными лицами.
  Пытаются выяснить то, что уже подробно рассказал ему Лирс. Как тот стоял на коленях, а вонючий степняк водил по его горлу холодной саблей, изредка нарочно задевая ею проткнутый бок пленника, чтоб насладиться его муками. И Ансерт отлично понимал, почему брат, найдя тело мучителя, с удовольствием плюнул в его мертвую рожу.
  -Нужно собираться, - скомандовал Берест, глянув, как девчонка копается в раскуроченных врагами торбах с едой, - перекусим по пути. Куда ты нас поведешь?
  -Есть место... если они еще не нашли, ночью не найдут, - буркнула она и брезгливо отбросила перемятый сладкий пирог, отирая измазанные пальцы. - Надо же, всего трое, а напакостили как сотня.
  -Их больше было, остальных увел старший, - ответил ей Ансерт, радуясь в душе, что выпала возможность защитить воспитанника, - после того как они связали Лирса, и убедились, что больше тут никого нет. Мне идти за тэрхами?
  -С Ранзелом, но будьте поосторожнее, - кивнул Берест, и обернулся к Даренсу и кунице, - С лошадей поклажу не снимайте, проще увести их с собой.
  Веся и сама так считала, тем более что пройти там, куда она намеревалась увести отряд, лошадям проще, они легче. О том, как поступить с тэрхами, если они не пройдут, девушка намеревалась подумать позднее.
  
  Сверток с пирогами, до которых не успели добраться бандиты, обнаружился почти на дне, и Веся спокойно развернула его, усевшись так, чтобы можно было видеть Рыжа, лежавшего возле выхода с полянки. И не видеть валяющихся вокруг тел врагов. Сначала достала кусок пирога себе, затем посмотрела в сторону ястребов, сноровисто упихивающих в мешки все самое ценное и не испорченное налетчиками, и с огорчением вздохнула. Как бы то ни было, она все же в первую очередь княжна, и не стоит огорчать батюшку рассказами о своей невоспитанности.
  -Кто-нибудь хочет пирога с гусятиной? - дипломатично осведомилась Веся у соседней осины и спокойно откусила пирог.
  -Я хочу, - капризно заявил уже знакомый голос, - ты должна в первую очередь заботиться о муже.
  Вот же привязался, неугомонный, с досадой фыркнула куница и попыталась отодвинуться, когда рядом тяжело плюхнулся младший княжич. Только его ей и не хватало! Ну и что, что есть старый обычай, если девушка спасет жениха от смерти, то он обязан в благодарность на ней жениться?! Да Весе однажды целый отряд довелось спасти... что же ей теперь, мужской гарем нужно было устроить? А она и вспоминать о том случае не желает, причем еще сильнее, чем о происшествии на ярмарке! И тем более не желает, чтоб ей напоминали об этом дурацком обычае!
  -Дашь кусочек пирожка? - навалившись на плечо, жарко дохнул в щеку Лирсет и куница обмерла от догадки.
  Вот оно что! И куда смотрел Ансерт, интересно? Да у парня настоящая горячка, он же сам не понимает, чего лепечет!
  -Конечно, милый, - ласковым голоском, каким разговаривала лишь с самыми больными, мурлыкнула Веся, - вот, держи. Сейчас еще и запить дам, хочешь, небось, пить-то?
  Ястребы, хмуро поглядывающие на братца, нагло пользующего правом больного, замерли соляными столбами, услышав эти слова. Даренс, нашедший в развязанном мешке кусок колбаски и решивший пожевать на ходу, после боя желудок просто урчал от голода, едва не подавился откушенным кусочком.
  -Что тут произошло?! - кое-как проглотив злосчастную колбасу, осведомился он желчно, и обнаружил, что остался возле лошадей в одиночестве.
  А Берест решительно шагает к дружно сидящей на куске кошмы парочке, и его вид не предвещает ничего доброго.
  -Вот Берест пришел, - ласково проворковала Веся, копошась в своем кошеле, и притворяясь, что не понимает, с каким намерением примчался командир, - сейчас он нам кружечку водички даст.
  -Холодной, - капризно уточнил раненый, - у вас тут жарко, весна. Ха-ха, - развеселился он вдруг, - весна, и Весеня... ха-ха...
  -Очень смешно, - кротко подтвердила куница, едва удержавшись, чтобы не рыкнуть, девушка терпеть не могла, когда ее имя склоняли таким образом.
  Раздумавший задавать вопросы Берест отстегнул с пояса фляжку, плеснул в кружку воды и подал Весе, попутно, словно невзначай, коснувшись лба кузена. Помрачнел и торопливо пошагал назад, к наблюдавшему за ними Даренсу.
  -В чем дело? - блондин начал понимать, что сначала понял все неправильно, не зря он был среди них самым недоверчивым.
  -Горячка. Давай быстрей, его нужно уложить, скоро начнет морозить. Где там Ранзел?
  Ястребы с тэрхами выскользнули из кустов только через четверть часа, и по их одежде, на которой прибавилось кровавых пятен, братья сообразили, что степняки зверей все-таки нашли. И Ранзел подтвердил, что хотя подойти к животным налетчики не смогли, но засаду из трех человек на всякий случай неподалеку оставили.
  -Они вас не ранили? - спросил командир, оглядывая братьев и перевел взгляд на довольные морды тэрхов.
  В бою они не могут сражаться за хозяина так, как это делает рысь Весеники, но если подманить к зверям разгоряченных битвой врагов, то можно считать себя победителем.
  -Нет, - Ансерт выехал последним, ведя двух животных, - а что у вас?
  -У нас горячка, - едко фыркнул Даренс, - вон спит, замотанный в три одеяла.
  -Давай к нему тэрха, сейчас привяжем и уходим. Вот по пирожку сжуйте, поужинаем в другом месте.
  -Позавтракаем, - тоскливо глянув на кусок холодного пирога, поправил Ансерт и повел тэрха к сидящей рядом с кулем из одеял Весе.
  
  Дорогу куница выбрала, пока возилась с раненым Лирсом, и вела отряд уверенно, делая порой резкие повороты, но бдительно следивший за девчонкой Берест, каждый раз находил потом вескую причину, почему она обошла то или иное место.
  И молчал до тех пор, пока отряд почти вплотную не уперся в скалы, за которыми был вожделенный путь на Ругор.
  -Тут плохо защищаться.
  -Тсс, - остановила его куница, спрыгивая с тэрха, - всадник здесь не проходит. А тэрх, я думаю, пройдет.
  Решительно шагнула к скале, почти прижавшись к ней, оглянулась и исчезла в растущих вплотную к скале кустам. Ястреб ринулся за ней, и его тэрх, послушно повинуясь дернувшей за гриву руке, поплелся следом.
  Вблизи оказалось, что кусты возле самой скалы вычищены так умело, что не доставали до камня всего пары локтей, и если протиснуться мимо самых первых, то открывается очень узкий и невысокий проход в темнеющую расщелину. В этот проход и нырнула княжна. Привычная осторожность опытного воина недолго боролась в душе командира с голосом разума, убеждающим, что куница доказала свою честность и невиновность в нападении степняков, но поверить ей до конца Берест пока не был готов. Как и рисковать жизнями братьев.
  Зато своей могу сколько угодно, усмехнулся он желчно, проходя под темными сводами, и принуждая своего зверя протиснуться в узкий проход. Благо, он оказался не так длинен, всего три обычных шага. За проходом открылась узкая площадка между двух скал, и ястребу хватило одного взгляда, чтобы понять, над ее устройством немало потрудились человеческие руки. На выровненном полу не валялись острые обломки, под нависающей скалой была выложена из крупных камней стенка, закрывающая углубление и образующая подобие пещеры. В дальней, полого понижающейся части площадки было выбито в каменном полу продолговатое углубление и в нем отражались звезды.
  -Коновязь справа, - куница вынырнула из пещеры с охапкой дров, и направилась к выступу, возле которого светлели на полу щепки.
  Ничего объяснять она не собиралась, незачем тратить время. Сами все поймут, не дураки, хотя она и обозвала их так сгоряча. Проклятый характер... нужно держать себя в руках. Хотя как удержишь, если жизнь вдруг сделала резкий поворот, разом оборвав все мечты, намерения и задумки?
  И сейчас ей важнее вскипятить воды и напоить Лирса горячим отваром, чем дошить новое платье к дню рождения, ткань для которого она вышивала всю зиму.
  -Бер, ну что тут? - нетерпеливый Ранзел протиснулся вслед за командиром, огляделся и присвистнул, - ничего себе! Заводить тэрхов?
  -Ну не там же бросить, - устало фыркнул Берест, привязывая своего зверя к одному из крючьев вбитых в ту скалу, что загораживала пропасть, - и давай вдвоем занесем Лирса, одному тут неудобно.
  Вот и молодцы, - хмыкнула Весеника, поставила котел над разгоравшимися в пристроенной к скале печурке дровами, подхватила ведро и побежала за водой.
  И в котел нужно плеснуть и в бочонок натаскать. Ручейка здесь нет, и вода в неглубоком колодце дождевая, а как начнут поить животных, так обязательно всю перебаламутят.
  -Хитрая стояночка, - едко проворчал Даренс, приведший своего тэрха, - а почему мы сразу сюда не пришли?
  -Подумай хорошенько и сам найдешь ответ! - прикрикнул на него Ранзел, внося в мощных руках длинный сверток из одеял, - куда его положить, Весеника?
  -Сейчас, - девушка опрокинула ведро над бочкой, и пошла впереди ястреба за стену, обронив, словно невзначай, - вода в колодце дождевая, наливаю для питья бочонок.
  Ее сородичи отлично поняли бы намек, а на что способны ястребы - нужно еще проверять.
  В пещерке, кроме запаса дров, сложенных во всех свободных углах аккуратными поленницами, обнаружились сооружённые вдоль стен широкие полати из жердей. Веся направилась к тем, что стояли рядом с выходившей сюда боком печурой, раненому нужно тепло.
  -Клади сюда, - куница поправила слежавшееся сено, добавила клок с соседней лежанки, - можно будет еще шатром его укрыть.
  -Спасибо, - проникновенно сказал вдруг Ранзел, следя за умелыми руками, - он мой брат.
  -Так вы же все братья? - легкомысленно заметила Веся, стараясь не показать вспыхнувшего интереса.
  -Ну да, - пожал плечами мечник, бережно коснулся ладонью горящего лба Лирса и тихо вздохнул, - но этот - родной.
  И торопливо пошел прочь, словно сожалея, что сказал так много.
  Княжна задумчиво посмотрела ему вслед, этот ястреб уже несколько часов занимал первое место в ее личном списке, и к нему стоило приглядеться внимательнее. Теперь, после того, как она узнала тайну Береста, девушка была полностью согласна с подслушанными в избушке словами алхимика. Для нее же лучше, если, въезжая в ворота горной крепости князя ястребов, куница будет иметь на руке браслет жениха.
  Выйдя из-за стены, Весеника обнаружила, что Ранзел шутя таскает полные ведра, и уже почти долил бочонок. Честно добавила ему в воображаемую копилку полновесную золотую монетку и направилась к печи, подбросить дров, да насыпать в котел трав.
  -Что ты завариваешь? - Рядом возник Ансерт и сразу сообразил, что его интерес можно понять неверно, - у меня есть горные травы, можно добавить.
  -Только если костянику и душицу, - задумалась Веся, - я и так три травы положила. А Лирсу все равно буду зелье доливать, а утром еще подлечу. Вы стол достаньте, его на зиму на полати в дальнем углу кладут. Еду кто-нибудь ищет?
  -Уже нашли нетронутую сумку, вон стоит отдельно, - хмуро вздохнул подошедший Ранзел, - еще куда-то нужно воды?
  -В отхожем месте есть колода, руки мыть, если дождь не набрался, - вспомнила куница, забирая у Ансерта травы, - это в дальнем конце, за калиточкой.
  
  Через четверть часа все они сидели за столом, торопливо жевали наспех поломанные пироги и жареную птицу, запивали обжигающе горячим чаем. И молчали. Разговаривать не было сил ни у кого, хотя непременно нужно было выяснить несколько важных вещей.
  -Весеника, - подавив тяжелый вздох, начал разговор Берест, - если мы занавесим тебе шатром угол, этого будет достаточно, или нам поставить для себя шатры на улице?
  -Мне-то достаточно и сетку повесить снаружи возле печи, - допив отвар, усмехнулась куница, - и даже вашего честного слова. Вопрос в том, чего достаточно вам? Но я слишком устала, чтоб сейчас это выяснять. И потому давайте ваш шатер, я буду спать на улице, там есть место для дозорного. А Рыж будет рядом со мной, и тогда не нужно будет никому дежурить, он степняков за версту чует.
  -Но... - заикнулся Даренс и смолк, обжегшись об откровенно презрительный взгляд княжны.
  -Что? Вам моего честного слова не хватает? - в голосе девушки невольно прорвалась давняя горечь, - Вот про это я и говорила. Каждый подозревает других именно в том, в чем грешен сам.
  Княжна спокойно поднялась со стула, прихватила лежащий на краю лежанки шатер, тот самый, который так любезно предлагал ей блондин всего несколько часов назад и пошла прочь, провожаемая хмурыми взглядами женихов.
  
  Рыж заворчал на рассвете, когда восток только подернулся розовой дымкой, и Веся немедленно высунула из-под полотнища нос. Несколько секунд прислушивалась, затем, вздохнув с досадой, полезла из уютного гнездышка в утреннюю прохладу. Хорошо еще, что здесь уже нет по утром заморозков, как немного севернее, в Куньей долине. Девушка вытащила из-под изголовья завернутые в мешок сапожки, торопливо натянула, пока не растеряли тепло, застегнула куртку и подумав, опустила на лицо походную маску.
  Незачем показывать хитрым ястребам все свои усмешки. Многое в их поведении теперь ей было ясно так, словно она составляла каверзные планы вместе с ними, и нужно отдать княжичам должное, они шли по верному пути. И если бы на месте Веси была Мариля - все бы у них получилось.
  Но судьба как обычно, решила все по-своему, и теперь Веся радовалось словам - "свободный выбор" намного сильнее, чем сутки назад.
  Неприметная снаружи каменная конура для дозорных была устроена на уступе, нависающем над входом на площадку. Вниз с нее вели вырубленные в камне зарубки, и когда куница ловко спустилась по ним к проходу в лес, оказалось, что охрану ястребы ей все же не доверили.
  Прямо в проходе стоял чурбак, на котором воины, посвященные в тайну убежища, обычно кололи дрова. И на нем, завернувшись в одеяло, дремал командир, сразу открывший глаза, едва Веся спрыгнула на пол.
  -Подошла подмога, - не желая сейчас разбираться с упрямыми ястребами, доложила девушка, - Ансерта оставь тут.
  И побежала к дальней калиточке, точно зная, что через пару минут туда понадобится всем остальным. Опыт боевых вылазок учит девушек и таким вещам, о каких обычно умалчивают мудрые матушки и тетушки.
  
  -Почему я должен оставаться? - Сердитый голос Ансерта мгновенно стих, едва возле него остановилась Веся.
  -Потому что там мои сородичи, и я знаю короткий путь, - коротко сообщила она, и примирительно вздохнула, - обещаю, Анс, я останусь с раненым в следующий раз.
  И повела Проныру к выходу.
  В этот раз все трое княжичей, ехавших за Весей, снова были в масках, и это ничуть не забавляло куницу. Но девушка старательно гнала от себя невеселые мысли, готовясь к встрече с сородичами. Она ни секунды не сомневалась, что им удалось перебить остальных налетчиков, и как выяснилось, ничуть не ошиблась.
  -Княжна Весеника! - крикнул кто-то из дозорных, едва тэрхи свернули на тропу, ведущую к хижине травника, и навстречу им тотчас вылетело несколько всадников.
  -Матушка, жива! А мы разбили злодеев, надо ж подумать, под самым носом логово устроили! Ермееву избушку запоганили, неделю отмывать придется и полы менять! А почему женихов только трое? - говорили они все разом, гарцуя вокруг Веси на лошадях.
  -Ранен один княжич, в горячке, лекарь с ним остался, - кротко объяснила девушка, - мы ночью половину врагов перебили... или поменьше. Считайте сами. У грозового пня с десяток лежит, в кривом ложку пятеро, еще у ручья несколько. Мы ночевали в скалах, с раненым не с руки гоняться за ними по лесу. Несколько лошадей тоже туда увели, спросите командира, нужны они ему?
  -Не нужны, можете забрать. - В голосе Береста промелькнула хорошо скрытая досада.
  Девчонка в первый же день разгадала их игру... и судьба ей помогала. Ну что ж, он и изначально не верил в успех этого мероприятия. И вообще уже привык... в конце концов ему досталась не самая черная доля. Как выясняли люди отца, бывало и хуже... и нужно просто отбросить все надежды и жить так, как живется все эти шесть лет.
  -Сейчас людей пошлю трупы убирать, - командир стражников бдительно вглядывался в глаза княжны, - а как вы тут оказались, неужто развилку пропустили?
  -Рыж что-то учуял, - солгала Веся, с тревогой ожидая, выдадут ее ястребы, или нет, - решили проверить... но заметили не сразу, прятались они ловко. Тогда мы сейчас назад, не завтракали ещё, да в дорогу пора. Крюк-то немалый. Дашь кого, лошадей забрать, или мне пригнать?
  -Пригони, матушка, - обрадовался стражник, - а мы к вашему возвращению мяса нажарим, нам гусиный клин встретился, возьмете в дорогу.
  -Жарь, - согласилась Веся, и повернула тэрха назад.
  -А врать некрасиво, - едко заметил Даренс через полчаса, когда они уже подъезжали к скалам.
  -Да? - так же едко удивилась куница, - так что же ты молчал? Нужно было все рассказать, я бы добавила, где у тебя слов не хватило. Думаю, наши мужчины оценили бы тот метод выбора жениха, что ты мне предложил.
  -Весеника, ты все верно сказала, - примирительно пробасил Ранзел, и стянул маску, - но они ведь все следопыты? И сами все поймут?
  -Ну и что они поймут? - невесело усмехнулась княжна, - Что я потихоньку улизнула от вас, и с Рыжем отправилась проверить свои подозрения? А когда убедилась, что права - вернулась, но вы за это время уже в погоню ринулись... ну и попали в лапы степнякам. И никого это не удивит. Все знают о недоверчивости и упрямстве ястребов.
  -Я вам говорил, что она хитра как лиса? - завелся Даренс, - и обязательно найдет лазейку?
  -Даренс, ты можешь говорить все, что угодно, - лопнуло терпение княжны, - я тебя все равно уже вычеркнула из женихов.
  -Да? - в его голосе плескалось злое торжество, - а ты уверена, что не ошиблась?
  -Совершенно! - холодно процедила куница, - Я на дух не выношу наглых самоуверенных красавчиков!
  
  Глава одиннадцатая
  
  До самого убежища отряд продвигался в гробовом молчании. Ястребы не разговаривали ни между собой, ни с куницей, и она тоже не стремилась выяснить причину такого дружного неодобрения. А что ее выяснять, если Весе и так все понятнее понятного?
  О том, что ее слова не понравятся не только Даренсу, но и Бересту, она знала изначально, но вовсе не старалась задеть командира, когда осаживала самоуверенного блондина. А вот тому, отчего рассердился Ранзел, могла быть только одна причина, он настолько дружен с Берестом, что в курсе всех его тайн.
  Осознание этого факта не доставило княжне той радости, какую обычно приносит разгаданная головоломка или подтверждение своих предположений. Наоборот, она начала подозревать, что ее отношения с ястребами во время путешествия будут не так просты и доверительны, как требуется для того, чтоб поездка не приносила одних неудобств.
  И значит, у куницы есть только два пути, окончательно закрыться и вести себя холодно со всеми княжичами, или попытаться все же с ними подружиться. И в обоих способах были свои недостатки. Если она встанет против всех, то ни о каком браслете к концу путешествия можно не думать, и тогда она останется совершенно беззащитной перед волей жесткого князя Илстрема. И это самое нежелательное будущее, какого желала себе Веся.
  Старый интриган вполне может подстроить события таким образом, что ни о каком выборе можно будет и не заикаться, придется спасать честь клана или свою, а может, даже жизнь.
  Но и начинать делать попытки к примирению Весе не хотелось просто до тошноты. Одна только мысль о самодовольных ухмылках женихов, которые сразу воспримут это как победу, сводила кунице скулы круче незрелого крыжовника. Девушке поневоле пришлось признаться самой себе, что в этот раз разрешить проблему самостоятельно она не сможет, и остается только положиться на отходчивость княжичей да на случай.
  Плохая надежда, кто спорит, но впереди еще пять дней пути.
  
  -Ну как там? - встретил вопросом пришедших в убежище братьев Ансерт, и получил в ответ неопределенное мычание Ранзела.
  -Завтракаем и уходим, - проходя мимо нахмурившегося алхимика, сквозь зубы процедил командир, - как Лирс?
  -Еще спит. Будить будем? - сухо осведомился алхимик, обиженно поджав губы.
  -Пока нет, - нехотя отозвалась Веся, направляясь в пещеру.
  Хочет она разговаривать с женихами или нет - ее личное дело, а заботиться о пациенте - святой долг каждой целительницы.
  -Я ему отвар заварил, - движимый тем же долгом, бросился за ней Ансерт, - стоит на столе.
  -Свечу зажги, вон там, в выемке под камнем, - скомандовала куница, присаживаясь рядом с раненым, при дневном свете толку от очков меньше, чем от светильника.
  -Да мы ее ночью уже нашли, - смущенно признался Ансерт, зажигая фитилек, - к утру зелье перестает действовать. А ты что пьешь?
  -Очки надеваю, - не стала хитрить Веся, мало ли что случится в дороге, и приказала, - давай ее ближе. Темная сила, а зачем вы его привязали?
  -Пришлось, - признался Ансерт и смущенно усмехнулся, - рвался жену искать.
  -А ты не мог в отвар успокаивающее капнуть? - расстроилась Веся, ловко развязывая узлы на спящем пациенте.
  -Давал. Но на него не подействовало, наверно, ты силы лишней ему добавила?
  -Не жалела, - разматывая одеяло, со вздохом призналась целительница и ахнула, - Ансерт! Так он весь мокрый... нужно немедленно переодевать. Занавешивай вход пологом, если холодным обдаст, еще и простынет! И иди искать сухую одежду.
  -Я принесу, - сказал от двери бас Ранзела, - еще что нужно?
  -Полотно, лоскуты, это я сама найду, - куница опрометью кинулась из пещеры.
  Быстро собрала необходимое, захватила из котла кружку отвара, и торопливо протиснулась под пологом.
  -Весеника, давай мы сами? - осторожно предложил алхимик.
  -Давай, - не стала спорить целительница, выливая отвар в миску, - я только покажу. Макаешь лоскут в горячее, отжимаешь, протираешь и сразу закрывай сухим полотном, не держи тело открытым.
  Девушка ловко распустила шнуры на рубахе раненого, протёрла ему шею и плечи, стараясь не рассматривать ни амулетов, ни знаков клана.
  -Постепенно рубаху снимаешь, сухую надеваешь. Эх, ему бы в баню сейчас... но до Руга нечего и думать. Ты уже перевозил на тэрхах раненых? Я умею только на лошадях.
  -Завернем в шатер и привяжем, - снова раздался голос Ранзела, и воин шагнул ближе, - иди, я все понял. Дальше мы сами.
  -Ухожу. - Беспрекословно согласилась Веся, и действительно ушла.
  А что там сидеть? Силы она ему еще добавила, своего зелья, пока Ансерт бегал за пологом, в рот капнула, теперь можно выпить кружку чая и собираться в дорогу.
  
  Пока ястребы выводили лошадей и остальных тэрхов, выносили багаж и навьючивали на своих животных, готовили из шатра кресло для Лирса, Веся отпустила Рыжа на охоту и прошла по убежищу, наводя порядок. Конечно, воины придут сюда, проверить, все ли готово для следующего особого случая, но ей ничего не стоит составить на место посуду и ополоснуть котел.
  Рыж вернулся очень быстро, притащил зайца и сам почти всего съел, а остатки княжна бросила Ныру, села в седло и первой двинулась в путь. Ястребы, устраивающие в седле раненого, замешкались, но ждать их Веся не стала. Дорогу знают, не заблудятся.
  В конце концов, должна же она хоть изредка отдыхать от их компании?! Сами-то они никогда не задумаются, каково это, девушке, прожившей всю зиму в окружении сестер, тетушек, кузин, бабушек и матушек в одночасье оказаться одной в толпе не спускающих с нее глаз парней.
  Не пожелавший залазить на свое место Рыж, бежавший впереди тэрха, вдруг остановился и с интересом посмотрел назад, потом на Весю, давая понять, что их догоняют.
  Княжна махнула питомцу рукой, давая знак, что намек поняла, и погладила Ныра по гриве, заставляя бежать помедленнее. Если ее догоняют из опаски, что невеста решила сбежать, то лучше показать загодя, что у нее не было таких намерений. Нет ничего хуже упрямых и подозрительных мужчин, летние походы с отрядами охраны давно убедили в этом княжну.
  -Весеника, погоди.
  -Да я и так потихоньку еду, - сразу узнав голос Ранзела, мирно отозвалась девушка.
  -Я хотел поговорить.
  -Говори.
  -Ты можешь честно ответить на один вопрос?
  -Могу, - честно ответила куница, - всё, я ответила.
  -Как все? Я вопрос еще не задал.
  -Как это не задал? Задал.
  -Но это был не тот вопрос...
  -А это уже будет второй.
   -А на него ты ответить не сможешь?
  -Смогу. Третий будет?
  -Весеника... - вздохнул княжич и обогнав княжну, повернулся в седле так, чтоб видеть ее лицо, - ты шутишь, а я хочу узнать одну вещь...
  -Знаешь, Ранзел, - сжалилась куница, - давай я угадаю. Узнать хочешь не ты, а все вы. И вопрос у тебя не один, а штук десять... не меньше. Но я отвечу только на те два, которые считаю самыми важными. Первый - убегать и возвращаться домой я не собираюсь. Второй, окончательное свое решение я сообщу вам, когда мы переправимся через Ругор и доберемся до Ставина. Я уже говорила, у меня свободный выбор, и забывать об этом я не намерена.
  
  Дальше, до самой избушки Ермея они ехали молча и вдвоем. Остальные женихи так и не подумали догонять своего брата и куницу и Веся ехидно ухмылялась, представляя их разочарование, когда Ранзел будет докладывать об успехах. Маску она к этому моменту сняла и спрятала в мешок, заменив легкой шапкой с прикрывающими лицо полями, судя по встающему над лесом солнцу весна перешла в решительное наступление. Ранзел покосился на перекалывающую косу невесту с интересом и завистью, но следовать ее примеру не стал.
  Значит, успели договориться, что при людях клана куницы будут ходить в масках, перевела для себя его взгляд княжна и пожала плечами. Это только доказывает, что все они - люди слова, и больше ничего. А знания об остальных их добродетелях и недостатках Весе еще предстоит выковырять из-под толстых защитных щитов, свитых из недоверия, клановой чести, и личных интересов.
  Жареной гусятиной запахло еще за полсотни шагов, и тэрхи сами прибавили ходу. Но уже несся впереди них условный свист дозорных, который случайный путник вряд ли отличил бы от весеннего пересвиста дроздов.
  -Командир решил тут не останавливаться на завтрак, - хмуро выдавил Ранзел, - поешь, пока они нас догоняют, а для братьев завтрак возьмем с собой.
  -Нет, так мы делать не будем. - Мгновенно отрезала Веся, сообразив, что потому он и едет с ней один, что ястребы решили всё это заранее.
  Вернее, решал, скорее всего, один... а остальные просто подчинились. А ее спрашивать снова не захотели, потому и подослали Ранзела.
  -Они все равно не подъедут ближе, - хмуро признался княжич и его глаза с надеждой уставились на Весенику, - ты же сказала, что не станешь возвращаться домой? Я тебе верю. Завтракай, я же понимаю, они твои сородичи, поговори сколько хочешь. А мы будем ждать у развилки.
  -Ты не понял, Ранзел! - фиалковые глаза смотрели на воина с жалостью, - я считаю ваше решение неправильным, и сейчас ты поедешь и убедишь в этом братьев.
  -Но...
  -Не спорь! Вы все получили вчера ранения, и я добавила вам способности быстрее их излечить. Но для того, чтоб зарастить раны и пополнить кровь, ваши тела потратили свои силы, спроси Ансерта, он подтвердит. И эти силы никто из вас не восстановил, кусок сухого пирога и кружка чая недостаточная замена потерянной крови. И мои сородичи это знают, я не раз ходила с ними в походы, и успела объяснить каждому. Потому они и напомнили утром про мясо. И сейчас уже варят наваристый бульон, и в нем гусиная печенка, коренья и клецки из взбитых яиц. И все это нужно для поправки здоровья не только Лирсету, хотя ему в первую очередь. Вот и объясни братьям, что я буду сидеть тут три дня, если они не приедут завтракать. И, кстати... пусть не тревожатся о своих масках. Куницы народ не любопытный... вопросов задавать не будут.
  Ранзел молча развернул тэрха и отправился назад, а Весеника хмуро глянула ему вслед и поехала к избушке, едко усмехаясь над собственным утверждением. Ну да, сородичи виду не подадут, что их заинтересовало странное поведение женихов, но батюшке доклад отправят прежде, чем отряд успеет уйти с этой поляны.
  
  К тому времени, как на полянке появились тэрхи княжичей, Веся успела подлечить тех, кто постеснялся попросить у нее помощи утром. Затем умылась теплой водой и переплела косу, из которой сначала вычесала несколько еловых иголок и обломков сухих веток.
  Она сидела за столом, поставленным в сторонке, под старой яблоней, смотрела на подтаскивающих еду сородичей и слушала рассказ приведшего их Тирьяна, служившего в княжеском войске старшиной.
  -Как твой сигнал заметили, сразу поняли, что вы в засаду попали, первые два десятка за четверть часа собрали. Остальные через полчаса после нас сюда добрались, по пути все дозоры собрали. Злодеи-то к тому времени по пятеркам разделились и по лесу рыскали, вас искали. Своих они раньше нас нашли.
  Он достал из своего колчана пучок стрел, перевязанных тесемкой и отдал Весе, деликатно не упоминая, что удивлен количеством промахов.
  -Одному в мешок попала, - сама покаялась княжна, краем глаза наблюдая, как ястребы приветствуют хозяев стоянки, привязывают тэрхов и снимают с седла Лирса, - он как раз падать вздумал. Да и лук... хоть и похож, а чужой.
  -Да уж, вижу, - проворчал Тирьян, и гостеприимно улыбнулся гостям, - проходите, усаживайтесь, вот варево горячее, а там и мясо поспеет, мы его на углях печем. Веся, тебе налить? Там с поджаркой, тут простой, на костях.
  -Я сама, - куница ловко зачерпнула простой бульон начищенным до блеска медным ковшиком, явно доставшимся в наследство от степняков, и налила в миску Лирса, - это тебе. На поджарке пока рановато.
  Затем налила себе и отдала ковш Ранзелу. Сами нальют, здоровые.
  Ястребы хоть и держались суховато, но ели с большим аппетитом, и бульон, и мясо, и привезённые подоспевшими из деревни селянами пироги и сметану. Никто из воинов клана куницы за стол с гостями так больше и не сел, отговариваясь срочными делами, а Веся и не настаивала. Хватало ей и Тирьяна, с его дотошливостью и собственным мнением по любому поводу.
  -Так как же это Мариля тебе лук-то отдала? - потрогав мозолистым пальцем приставленное к стволу старой яблони оружие, вернулся к волнующей его теме воин, когда гости расслабленно пили отвар с медом.
  -На память, - еле заметно усмехнулась Веся.
  -Как интересно, - задумался он, - а скажи матушка, больше она ничего не дарила? На память?
  -Ох и жук ты, дядька Тирьян! Все тебе интересно! - княжна вполне могла бы сейчас смолчать, ничего ему не рассказывать при княжичах, скоро и сам все узнает. Да видела по насторожившимся глазам женихов, как задела их эта беседа, и потому, вздохнув, буркнула, - Ну, подарила. Очки, куртку... жемчуга шкатулку.
  -Вот теперь мне все понятно... - резко помрачнел вдруг Тирьян, - это она тебя уговорила! А я никак в толк взять не могу, отчего Радмир меньшую дочь вперед старших отдал! Ну про тех все ясно... а вот эта чем разжалобила, хотел бы знать?
  -Тирьян, - начала сердиться Веся, - ты мне друг, но не смей так говорить про Марилику! Она мне сестра... и ее счастье мне не безразлично.
  -Прости... не держи зла. Но ведь я твою судьбу совсем по другому видел!
  -Вот и зря загадывал, - легкомысленно усмехнулась куница, - однако нам пора. Сам знаешь, лучше подальше от оврага уйти, негде там раненого на ночлег устроить.
  -Я дам вам провожатых.
  -Не нужно, лошади идут медленнее тэрхов. Они нас держать будут. - твердо отказалась Веся и пошутила, - И не вздумай писать в докладе, что я промахнулась! Не прощу!
  -Я, может, и старый назойливый пенек, - так же в шутку обиделся Тирьян, - но друзей не предаю!
  -Поверю, - взбираясь в седло, кивнула куница, - передавай всем привет!
  И решительно дернула Проныру за гриву, направляя прочь от знакомых лиц. Долгие проводы - лишние слезы.
  
  Глава двенадцатая
  
  В сторону развилки Веся ехала первой, поторапливая тэрха каждый раз, как кто-то из женихов осторожно пытался ее обогнать. И не только ради знакомой тропки, на которую девушка собиралась свернуть, чтобы сократить путь на несколько верст. Для телег та тропа крутовата, но для тэрхов в самый раз.
  Еще княжна желала спокойно обдумать последствия своей откровенности. Хотя и были кланы в родне через женихов и невест, но некоторые свои дела или особые способности сородичей князья держали в тайне от других, не желая делиться с чужими домами, даже если и были должны. И теперь перед ней встал вопрос, правильно ли ястребы поняли, почему она едет к ним вместо сестры. И вообще поверили ей, или сочтут, что куница все придумала, ради того, чтоб влезть к ним в доверие?
  Свернув на тропку, княжна нахмурилась и сразу забыла про свои сомненья. Дорожка, по которой ездили очень редко, и только летом, была вытоптана копытами и пестрела конскими "яблоками".
  -Что это? - Ранзел остановил тэрха рядом с придержавшей Проныру княжной, испытующе заглянул ей в лицо.
  -Это тропа, - неуступчиво буркнула Веся, - и поеду я по ней первая. А впереди меня пойдет Рыж.
  Рысь, дремавший на своей кошме у нее за спиной, услышав знакомые слова сразу вскочил и спрыгнул с тэрха. Принюхался, чутко повел ушами и спокойно побежал вперед.
  -Но это не та дорога, - через несколько минут уверенно пробасил Ранзел, и куница завязала себе в памяти узелок, что кудрявый шатен - путник.
  Эти люди имеют особый дар, который позволяет запоминать с первого раза и навсегда все, даже самые неприметные тропки и дорожки, где проехали хотя бы раз.
  -Я знаю, - небрежно ответила девушка вслух, и коротко пояснила, - так намного короче, хотя склон справа будет довольно крутым. Присматривай за Лирсом.
  
  Больше никто из ястребов не сказал ни слова до тех пор, пока отряд не выбрался на проторенную по краю оврага довольно оживленную дорогу. Пока Рыж занимал свое законное место, Берест выехал вперед, и Веся сделала вид, что не заметила этого маневра. Точно так же спокойно она пропустила и Даренса, и только потом тронула гриву Ныра. Тот послушно тронулся с места, и рядом с ним оказался тэрх Ансерта.
  -Весеника, у меня к тебе предложение.
  -Звучит подозрительно.
  -Только звучит. Это обычная безобидная сделка. Я хотел бы сменять свой запасной кошель на некоторые из твоих трав.
  Княжна едва не расхохоталась, услышав это нелепое предложение, но посмотрела в серьезные глаза алхимика и сдержалась. Хотя молчать и притворяться дурочкой не собиралась.
  -Ансерт, большое спасибо за такое выгодное предложение, но я не могу его принять.
  -Почему?
  -По простой причине. Не люблю, когда меня пытаются обмануть. Я знаю цену твоим зельям и своим травам, и отлично знаю, что твой кошель в десятки раз дороже. Куницы бережливые, ястреб, но не жадные и не пройдошливые.
  -Весеника, - терпеливо начал уговаривать алхимик, - я понимаю, почему ты не хочешь брать зелья. И могу пообещать, что не стану считать их подарком. Просто возьми как помощь собрата по ремеслу, если не хочешь меняться. А я буду рад, если ты дашь мне своих трав.
  -Да зачем тебе мои травы? - Усмехнулась Веся и вдруг поняла что может получить несколько ответов на свои вопросы, - я могу и так с тобой поделиться. А вот если ты действительно хотел мне помочь... то я бы лучше взяла кое-что другое вместо кошеля. Ну, если ты так уж упорствуешь, то вместе с ним. Но позже. Просто я почти не спала всю ночь, и только что полтора часа следила за тропой и Рыжем, потому что степняки вполне могли оставить здесь дозорных. У меня голова просто гудит, и сейчас я вряд ли смогу запомнить твои зелья.
  Веся сильно преувеличивала, отдохнула и выспалась она неплохо. В летних походах и меньше приходится иногда спать. Но знать об этом гордым и упрямым ястребам не нужно. И вообще пора им переставать относиться к ней, как к товару, и начинать понимать, что куница живой человек и имеет свои слабости и желания.
  Ансерт задумался только для вида, по заблестевшим в прорези маски глазам девушка отлично видела, что ее предложение его очень заинтересовало, и терпеливо ждала ответ.
  -И что же ты хочешь получить вместе с кошелем? - наконец осторожно осведомился алхимик.
  -Не получить, а узнать. Вы про меня все уже знаете... а я про вас - ничего. Как с завязанными глазами еду... представь себя на моем месте?
  -Я подумаю, - сразу помрачнев, пообещал княжич и придержал тэрха, пропуская Весю вперед.
  
  Девушка уже совсем было решила, что женихи решили оставить ее сегодня в покое, но меньше чем через полчаса, когда дорога вырвалась из кустов и пошла по открытому лужку, ее догнал Лирсет. Он был без маски, и еще бледное лицо смотрело живым и осмысленным взглядом.
  -Полегчало тебе? - заботливо осмотрев, удобно ли устроен пациент, миролюбиво спросила княжна, и нагловатый ястреб вдруг смутился и начал стремительно краснеть.
  -Весеника... я тут...
  -Тут, - кивнула Веся, искренне радуясь, что он все правильно понял, - а ночью ты был там. И это был не ты, Лирсет... поэтому не извиняйся за того человека. Лучше расскажи, как себя чувствуешь?
  -Хорошо, - выдавил он, - я хотел... ты меня спасла... они выскочили с разных сторон, по двое. Но я увидел сначала только двоих, выхватил меч, и тут меня ударило сзади...
  -Лирс... - куница не выдержала, протянула руку, легонько хлопнула его по плечу, - вы же живете дальше от них... и если воюете, то отрядом. Откуда вам было знать, как подло они умеют нападать? Как разбойники... да они и есть разбойники.
  -Я не за это хотел просить прощения, - упрямо продолжал княжич, досадливо стискивая губы, - а за ту шутку. Прости, Весеника... мы вели себя как свиньи.
  -Забудем... - вздохнула княжна, - лучше давай поговорим о чем-то другом. Вчера ночью Ранзел сказал, что ты его брат... повезло тебе. Он за тебя очень волновался.
  -Он хороший... - Лирсет вдруг снова помрачнел, долго мялся, потом нехотя выдавил, - он тебе больше всех нравится?
  Вот, оно, - сразу насторожилась куница, то, о чем нельзя было не догадываться раньше. Не может быть, чтоб не было в клане ястребов девушек, которые не смотрели бы в сторону княжичей, не по семнадцать же им лет? И как ни крути, но выбирая себе суженого нужно думать и о том, не выбрало ли еще раньше кого-то его сердце.
  Нет, в браслете он ей не откажет, это невозможно. Раз приехал за ней, значит, дал слово князю. Вот только Весе такого счастья как-то не хочется и на то, чтоб решить все эти загадки осталось у нее всего пять дней. А много это или мало, зависит от нее самой и от того, как повернет капризная удача.
  -Лирс... пока нет того, кто бы мне особо нравился. Вот Даренс неприятен, и я ему это уже честно сказала. Но если у кого-то сердце уже занято... скажи, или намекни, хоть взглядом, я чужой судьбы не хочу. И не бойся... тебя не выдам и предателем считать не стану. Разве это измена, желать счастья родному брату? Я вот ради сестры против воли отца пошла... влюбилась она... жизни себя лишить надумала, если к вам отправят. И это не просто угроза, она целительница сильнее, чем я... может не только пустить чужое сердце, но и остановить свое.
  -Темные силы, - расстроился парень, поднимая на куницу несчастные глаза, - но мы же ничего этого не знали, Весеника!
  -А спросить, там, под дубом, не догадались, - криво усмехнулась Веся, - привыкли девушек нахрапом брать!
  -Это неправда... злые наговоры, - Лирс несколько минут сердито сопел, потом, опасливо оглянувшись, шепнул, - но ко мне в невестки тебе лучше не ходить.
  -Спасибо, - признательно глянула княжна, огорченно убирая на последнее место в мысленном списке того, кто до этого стоял там первым.
  Вычеркивать его совсем куница пока не собиралась. Если не останется лучшего выбора, придется бороться за свое счастье с незнакомой ястребицей.
  Собственный откровенный намек и искренняя благодарность Веси произвели на Лирсета благотворное действие. Он словно смог дышать свободнее, избавившись от чужой тайны, и это мгновенно сказалось на его настроении. Княжич немедленно поведал кунице несколько домашних баек из тех, что передаются из уст в уста в каждой большой и дружной семье. Уже через четверть часа девушка звонко смеялась, рассказчиком Лирс оказался хорошим, очень похоже копировал и передразнивал голоса героев смешных историй, а потом сам заразительно хохотал над собственными рассказами.
  Остальные ястребы упрямо делали вид, что ровно ничего не замечают, и это веселило Весю еще больше, чем байки Лирса. Можно представить, чего они себе сейчас напридумывали! Небось, ничуть не меньше, чем девушки из ее дома, углядевшие подобную беседу. Почему-то всем, кто видит весело разговаривающих людей всегда приходят в голову одинаковые мысли.
  Направляющегося к ним Береста куница заметила сразу, после данного себе обещания девушка незаметно следила за ним, благо делать это было удобно, он все время ехал впереди. Но делать знак Лирсу не стала, чтоб не выглядеть сообщницей.
  -Весеника... - голос командира звучал особенно глухо, и не понять было по его сумрачному взгляду, недовольство он сдерживает или усталость, а может и злобу. - Ты эти места хорошо знаешь... где встанем на привал?
  -Если решили остановиться срочно, то через полверсты будет ложок, идущий к оврагу, и там кусты и тропка к ручью. Но все едут обычно дальше, часа через полтора, вон за теми холмами будет березовая роща и ключ.
  -Помню, - подтвердил догнавший их Ранзел, - там еще чем-то торгуют.
  -Да, селяне из Нижней заставы продают там молоко, свежий хлеб и пироги. А сейчас должны продавать березовый сок, вам всем полезно выпить по паре кружек. Там и столы сколочены для обедающих, но можно встать в сторонке. А если мы пообедаем там, то на ночевку как раз попадем на заставу. Думаю, батюшка уже послал им голубей.
  -Все ясно, - сухо кивнул Берест, пару секунд подумал и твердо постановил, - Тогда остановимся на четверть часа в ложке, а обедать поедем в рощу.
  Развернул тэрха и направил во главу отряда.
  Ранзел вернулся на свое место и забрал с собой Лирсета, вызвав у Веси насмешливую улыбку. Все ясно, меньшого ждет дотошный допрос, но если парень не проговорится сам, то куница его и тем более не выдаст. А пока они разбираются, можно заняться своими делами.
  -Рыж, иди на охоту, и добычу принеси, - отпустила девушка рысь, и придержала тэрха, намеренно отставая от отряда.
  -Весеника, что-то случилось? - тотчас остановился рядом с ней Ансерт.
  -Через полверсты встаем на привал, - спрыгивая со зверя, пояснила княжна, - езжай, я вас догоню.
  -А... - нахмурился ястреб, недовольно посопел и поехал вслед за втихомолку поглядывающими на них братьями.
  И нечего тут сопеть, фыркнула вслед ему куница, сами должны были подумать, что ранней весной все кусты прозрачные. Потому и едут обозы в белую рощу, что там построены и нужники, и коновязи и каменные очаги.
  Но главная цель княжны, ради которой она неспешно топает пешком, совсем в ином. Она себе голову чуть не сломала, пытаясь придумать, как бы оставить ястребов наедине, чтобы они могли обменяться добытыми сведениями и договориться о дальнейших действиях. А случай подвернулся, как обычно, неожиданно.
  Рыж выметнулся из оврага, неся в зубах крупного глухаря, и Веся, похвалив питомца, отправила охотиться еще. Достала мешок, сунула туда птицу и не без усилий привесила к седлу. Само собой, ястребы могут легко найти дичь или купить еды, а на заставе их встретят готовым ужином, но рысь обожает охотиться и лазать по всяким непроходимым зарослям. А за Ругором ему такого приволья не будет, там деревушки встречаются через каждые три версты, и местные охотники за зиму вычистили все ближайшие ложки и овраги.
  Во второй раз Рыж притащил зайца и княжна поделила его между зверями, а затем снова отпустила питомца, и неторопливо направилась дальше, раздумывая обо всяких мелочах, вроде того, следует ли надевать в крепости платье или остаться в походной одежде. Самый важный вопрос, занозой сидевший в сердце, девушка старательно не затрагивала даже в мыслях. Хотя и начинала понимать, что Бересту пришлось в эти шесть лет ничуть не слаще, чем ей, и свою вину он давно искупил.
  Но пока не могла не только ничем ему помочь, но и выдать себя, отлично зная, что в тот же миг от нее отвернется даже спасенный от смерти Лирсет.
  Рыж снова вернулся с добычей, и на этот раз его появление отвлекло Весю от непрошено лезущих в голову невесёлых мыслей. Хитрый зверь приволок сразу двух зайцев, зажав в зубах передние лапы.
  -Ох, ты и плут, - погладив любимца, похвалила Веся и достала нож.
  Рыси лучше дать внутренности и чистое мясо, а тэрх доест остальное.
  Когда княжна, снова устроившись в седле, добралась до места привала, ястребы уже готовились к отъезду. Едва подъехав к ним, Весеника заметила произошедшие с женихами перемены. Все они, кроме командира, были без масок, и теперь их можно было отличить издали по цвету не покрытых шапками волос. Самой светлой оказалась прическа Даренса, иначе трудно было назвать волосы связанные на затылке в изящный хвостик и более короткие белокурые локоны, обрамлявшие картинно-красивое лицо.
  Очарование больших голубых глаз в обрамлении светлых, пушистых ресниц, аккуратного, почти девичьего носика и нежного румянца высоких скул не портили даже узковатые губы. Но княжна лишь на секунду задержала взгляд на этом смазливом лице, и равнодушно отвернулась, не позволив себе даже мимолетной улыбкой выдать насмешку над откровенной обидой, проявившейся в сузившихся глазах блондина.
  Остальных она успела рассмотреть еще ночью и теперь отметила лишь, что Ранзел и Лирсет действительно по-родственному похожи, если видишь их рядом. Но волосы младшего были намного светлее и не свивались в упрямые кольца. Почти такие же, только с золотистым отливом были у Ансерта, и теперь в душе куницы зародилось подозрение, с кем в родстве алхимик.
  И если оно подтвердится, то его появление в доме клана куницы в роли командира отряда сразу перестанет быть похоже на шутку лукавых женихов, и превратится в продуманную интригу их князя.
  -Ныра я покормила, - спрыгивая с тэрха, кротко пояснила княжна, - Ансерт, отведи его, пожалуйста, напоить. А еще Рыж принес глухаря, вон он в мешке. В роще можно отдать селянкам, они разделают мясо и засолят с травами. Завтра на завтрак повар крепости его приготовит.
  -Мы могли бы и сами поохотиться, - тихо пробурчал Лирсет, и Веся не могла не подметить, что его настроение кто-то испортил.
  И даже догадалась, кто, но уступать в этой невидимой борьбе далёкому князю Илстрему вовсе не собиралась.
   -Не забывай, Лирс, - мягко ответила ему куница и улыбнулась почти нежно, - что ты еще у меня на излечении. И пока не поправился окончательно, всякие охоты я тебе запрещаю. Все что тебе можно - это рассказывать своей целительнице веселые истории.
  Даренс возмущенно фыркнул, Ранзел спрятал огорченный вздох, а командир резко отвернулся и легко взлетел в седло.
  -Отправляемся.
  В том, что остальные его догонят, он не сомневался.
  
  Глава тринадцатая.
  
  После привала рядом с Весей, несмотря на ее откровенный намек, оказался не Лирс, а Ансерт. Но девушка не стала ничего спрашивать или требовать, она ждала, что скажет алхимик. Ведь не мог же он забыть их торг?
  -Вот зелья, - помолчав несколько минут, протянул невесте кошель ястреб, и нарочито несчастно вздохнул, - спрашивай.
  -Нет, - твёрдо отказалась Веся и даже руки назад спрятала, - мы не так договаривались. Я не лазутчик, и не тайны у тебя выпытываю, а помощи прошу. Ты попытайся вообразить, что это тебя в зятья отдали... в клан барсов например. Привезли в их пещерный дворец и пустили, не объяснив, куда какая лестница ведет.
  -Ну почему к барсам-то?
  -Потому что после ястребов они самые большие любители держать в тайне все свои обычаи.
  -Но что я должен рассказать, если не знаю, что тебе интересно?
  -Мне все интересно, - очень печально сообщила Весеника, - я ведь к вам навечно жить еду, а не в гости на денек. Вот и рассказывай мне как сестре, которую украли в раннем детстве бродячие барды, а теперь она вернулась.
  -Хорошо, - поколебавшись, Ансерт снова протянул кошель, - бери, я попытаюсь.
  Веся нехотя взяла кошель и сунула в свой походный мешок, не мог он принести в дар что-нибудь помельче?
  -Ну с чего начать... в нашей крепости живут только те, кто в родстве с князем. Одним домом мы не живем, но дома стоят близко друг к другу и между ними есть крытые переходы. Мы приедем в дом князя, потому что все пятеро близкие родичи, и знаем друг друга с детства, но живем в разных домах... в трех.
  -Довольно, Ансерт, - холодно остановила его унылый рассказ Веся, достала кошель и решительно сунула в руки княжича, - из тебя получится хороший советник для князя в важных переговорах, ты умеешь с очень важным видом говорить то, что сразу сообразит даже простой воин. Я сама уже поняла больше, чем ты сказал. Сделка отменяется.
  -Весеника! - возмутился он, - ты сейчас лукавишь!
  -Отнюдь. Ранзел мне ночью признался, что Лирсет его младший брат, и сейчас я рассмотрела, что они и вправду похожи. Даренс не похож ни на кого, значит, он вам всем кузен. Остаетесь вы с Берестом, и раз он уступил свое место командира тебе, стало быть вы родные братья. Да и глаза у вас похожи, только у него больше зелени, а у тебя серебра. Ну а про то, что вы сыновья князя, я догадалась, вспомнив портрет Илстрема, висят у моего отца в кабинете портреты всех князей... на всякий случай. Ну а то, что ты младший, сразу заметно.
  -Темная сила, - расстроенно выдохнул алхимик, - он меня убьёт.
  -Отец? А за что? За то, что не простушку в дом везете? Так у нас среди княжон таких и нет. Или за то, что маски сняли? Ну, так случай же такой был... от случая никто не заговорен. Но что это я тебя утешаю? Езжай-ка ты к братцу, глядишь, и найдет тебе доброе слово!
  -Так он и убьёт! Он ведь не хотел ехать... предлагал Зиминса взять. Но мы уговорили... откуда нам было знать, какие у вас княжны? Ведь уже шесть лет наши дома даже на праздниках не встречаются!
  -Неужели он такой кровожадный? - скептически прищурилась Веся, - вроде не похоже. Хотя и молчун, но командует справедливо.
  -Забудь... - тут же опомнился алхимик, и принялся оправдываться, - это у меня присказка такая, что убьёт. На самом деле и пальцем не тронет... Просто... ты не понимаешь, и сказать я тебе ничего не могу... но тут все очень непросто.
  Как раз наоборот, - горько усмехнулась про себя Веся, - Это вы ничего не понимаете, а вот она как раз понимает все. Но это ничего не меняет... пока. И конечно, она верит, что душить или резать брата старший княжич не будет... но для родных людей холодный взгляд и злое слово, сцеженное сквозь зубы, иногда больнее кинжальной раны.
  А вот младшего нужно успокоить... и направить его мысли на верный путь.
  -Уже забыла, - миролюбиво произнесла куница, - да это и неважно. Ладно... раз ты сам не можешь понять... скажи, сколько ястребиц будут меня ненавидеть, если я выберу кого-то из вас? Ну, вот про Даренса я и сама могу сказать, не меньше пяти. Ранзел тоже наверняка не одной нравится. Вы с Берестом конечно впереди, но настоящих подружек, скорее всего, по одной. А вот Лирсет пока сам больше суетится, разборчивые невесты сначала лучших пытаются захомутать.
  -Весеника... - поперхнулся изумлением Ансерт, и не выдержал, хихикнул, - про Даренса - да... но он пока никого не выбрал.
  А зачем ему выбирать? - мысленно возразила княжна, - ему и так хорошо.
  -А вот про остальных ты ошибаешься... хотя вот только если Ранзел... но если ты его выберешь, он сразу отдаст тебе браслет.
  -А любить будет другую, - позволила себе горькую усмешку Веся, вдруг ясно осознав, что пора показать ястребам свою осведомленность о бесчестности игр, в какие они играют, - спасибо, Ансерт, но в таком случае я предпочитаю, чтоб он остался мне другом. И что же у нас тогда получается? Даренс и Ранзел ехали ради компании, Береста вы уговорили, а Лирсет сам, небось, напросился. Значит, для того ты и ходил с командирским рожком на шее, чтоб я обратила внимание в первую очередь на тебя? То-есть, не я, а Марилика. Но когда ты узнал, что невеста не она, а я, то рожка все равно не снял. Выходит, тебе было все равно, на ком из нас жениться, и, стало быть - это был не твой выбор, а чей-то приказ. Сами симпатичные алхимики как известно, никогда не принимают опрометчивого решения жениться на незнакомой и совершенно безразличной княжне. И раз так, я не возьму у тебя ни кошеля, ни браслета. Лучше уж у Лирса, по крайней мере, он отдаст его, не кривя душой.
  -Тьма... - вырвалось у потрясенного княжича, - ты... как-то неправильно рассуждаешь...
  -Для тебя неправильно уже то, что я вообще рассуждаю, - отрезала куница, - езжай вперед, Ансерт, я что-то устала. Немного подремлю, пока не добрались до рощи.
  Несколько минут алхимик ехал рядом, хмуро изучая хорошенькое личико с прикрытыми глазами, и пытался разобраться в своих мыслях, ощущениях и предчувствиях. Иногда именно зыбкая возможность заглянуть на один шаг вперед давала ему неоценимую фору перед противниками, спасала и выручала в делах и опытах. Жаль только, что была эта способность слабой и непостоянной, появляясь и исчезая по никому не ведомым законам, и надеяться на нее уверенно, как на привешенный к поясу кинжал не приходилось.
  А еще Ансерт начинал понимать, что теперь и сам не знает твердо, как думал еще сутки назад, что будет рад, если куница возьмет браслет у Ранзела или Даренса. И это требовало спокойного осмысления... пожалуй, снова права княжна, что дала ему возможность взвесить все без спешки.
  
  Разумеется, Веся и не думала спать. Дождалась, пока алхимик отъедет от нее, так и не сказав напоследок ни слова, и принялась за разбор сделанных открытий. То, что Ансерт смолчал, а не стал спорить и доказывать ее неправоту, убедило княжну в верности брошенной ему на проверку догадки. Они с Берестом действительно сыновья князя Илстрема, и это очень плохо, хотя и многое объясняет.
  Стало быть, вот почему так рассвирепел старый ястреб, в одночасье порвал все дружеские отношения с ее батюшкой, и выставил из Серого гнезда всех воинов клана куниц, что обучались там мечному бою.
  Обиделся за сына... хотя твердых доказательств, что наказал Береста кто-то из клана Куниц, у него не было. Но притязаний не выставил... и вообще скрыл от всех чужих произошедшее, да и от тех из ястребов, кто мог проговориться - тоже.
  Теперь, после того, как Веся выяснила, что ее батюшка все эти годы знал все о том происшествии, княжна могла с уверенностью сказать, что именно пытались вызнать в клане ястребов самые надёжные из шпионов Радмира. Но Илстрем умел запирать свои тайны на сто замков, и раз до сих пор никто ни о чем не догадался, значит, князь придумал для сына какое-то очень правдоподобное прикрытие. Разумеется, ничего этого у него бы не получилось... будь Берест наследником или вторым сыном, какие по обычаю идут к братьям в советники. Весе точно известно, что те двое все время на виду, и старший уже женат на девушке из клана рыси.
  А если потянуть этот клубок за появившуюся ниточку, то можно догадаться, что все эти годы князь ястребов искал способ, как избавить Береста от напасти. И раз пошел на примирение с ее отцом и отпустил несчастного сына с отрядом, значит так и не нашел ни целителя, ни чародея... сумевшего бы справиться с бедой.
  Пресветлые силы! Девушка накрепко стиснула зубы, чтоб не ахнуть от досады, - ну конечно же! Вот он, ключик от интриги старого ястреба! Значит он решил заполучить к себе в невестки одну из княжон, чтоб она по-родственному помогла справиться с его горем! А о том, что Веся и сама уже рада бы снять себе с души камень, да не может, догадаться ему, конечно, не дано. И лучше, если он и дальше останется в неведении. А она, как решила раньше, постарается охранять Береста... чтоб сохранить столь важный сейчас мир между кланами. Трудно поодиночке бороться со степняками, с каждым годом наглеющими все сильнее.
  
  Запах дыма, ржанье лошадей и голоса людей прервали мысли девушки, и она неохотно подняла ресницы. Может и правда подремать после обеда, тэрхи в этом отношении лучшие верховые животные. Удобное почти как кресло, седло, мягкий без рывков, ход, и понимание своего места в отряде... но об этом она подумает позже. Сейчас нужно решить где удобнее умыться и пообедать и у нее уже есть кое-какие планы.
   -Рыж, иди, погуляй, - шепнула она зверю, и не думая брать его на поводок. Рысь защищает только ее и свою добычу, а охотиться ему не позволено.
   Зато он обязательно привлечет внимание торговцев и путников и не может быть, чтоб яркого красавца никто не узнал.
  -Мы устроимся тут, - объявил Берест, уже свернувший на окраину рощи, к вытоптанной кем-то полянке, - а за соком сходит Ранзел.
  Веся молча спрыгнула с Проныры, и потянулась отвязывать мешок с добычей, но рядом как из-под земли немедленно вырос Даренс, перехватил веревку, словно невзначай коснувшись ладонью пальцев девушки и она мгновенно отдернула руку.
  -Куда это нести?
  -За мной, - прохладно пояснила княжна и направилась в сторону торгового ряда.
  Селяне с удобством сидели на пеньках и скамейках, а перед ними на перевернутых корзинах были расставлены привезенные на продажу продукты. Молоко и сметана, яйца и сыры, хлеба и разные пироги, а еще домашние колбасы, окорока, соленые грибы и капуста. В сторонке, над глиняными очагами булькало в больших котлах варево и жарилось мясо.
  Конечно, очень неудобно им каждый день приезжать сюда с утра и возвращаться домой к вечеру, вздохнула Веся, раньше было лучше. Стоял на самой большой поляне крепкий бревенчатый трактир, и все продукты скупал у селян его хозяин, оборотистый мужик, принятый к жене-кунице из клана лис. Но с тех пор, как пару лет назад летней ночью дом и постройки сожгли налетевшие саранчой степняки, больше никто не решается тут поселиться, несмотря на бойкость места, где сходятся три дороги и каждый день останавливаются пообедать не меньше пары десятков путников.
  -Рысь!
  -Гляди-ко, рысь!
  -В ошейнике!
  -Так это же Рыж, - еще неуверенно сказала пухленькая женщина средних лет и завертела головой в поисках хозяйки зверя, - княжна Весеника! Матушка ты наша, красавица, я так и подумала, аж сердце обмерло, как Рыжа-то увидела! А ты меня-то небось не помнишь? Брата ты моего спасла, Филата! Век тебе благодарна буду!
  -Помню я тебя, Нава, - улыбнулась польщенная княжна, - а брата мы вдвоем с Марилей лечили.
  -Мариля-то позже прибежала... кабы ты его упустила, не знай как повернулось бы, - женщина явно имела на все свое мнение, - А ты сюда, матушка, каким ветром? Пообедай у нас, не откажи, мы вон шатер поставили, муж оленину жарит, и сок набрали.
  -Ветер свадебный, - нехотя выговорила Веся, и добавила, не желая, чтоб Даренса приняли за жениха, - вон, с краю, мои провожающие устраиваются.
  -Ох, светлые духи, - ахнула женщина и все торговцы, прислушивающиеся к их разговору, немедленно поскучнели, - да что же князь никого другого не нашел? А жених кто, этот?
  Она показала глазами на Даренса и ястреб сразу приосанился.
  -Нет, я пока не выбрала, - качнула головой княжна и селянка воспрянула, все знали, что свободный выбор дает невесте больше шансов на счастливое замужество.
  -Так рассмотри их хорошенько, - жарко шепнула Нава, - а этого не бери. Масляные у него глазенки, так и шнырят по девкам.
  Весеника сразу поняла, что она нарочно задевает ястреба, но пояснить ему ничего не успела.
  -Вот, - Даренс бросил мешок Весе под ноги, резко развернулся и ринулся к братьям.
  -И характер тяжелый, вспыльчивый и обидчивый, - заключила торговка во весь голос, глядя ему в спину и добавила, оглянувшись на сородичей, - А сопровождающих сейчас позовем сюда, негоже княжне в стороночке под кустом обедать. Тинка! Проводи княжну умыться, пока мы столы накрываем.
  -Верно решила, - одобрил кто-то и Веся поняла, что вырваться из гостеприимных рук селян им не удасться.
  -А я глухаря привезла, - Кивнула она, на мешок, направляясь за бойкой девчонкой к разномастным шатрам, - забери, раз так.
  
  Когда княжна, умытая и посвежевшая, вернулась к торговым рядам, стол, врытый в землю под легким навесом, был уставлен угощеньем и за ним сидел Лирс, с умилением посматривая на хлопочущих вокруг молодых селянок.
  -Как ты себя чувствуешь? - спросила у него Веся и оглянулась на спешащую к ней торговку, - Нава, княжичу нужно сначала сока березового, я зелья добавлю. Ранили его ночью, в Важенском лесу степняки логово устроили, в избушке Ермея.
  -Ох ты, батюшки! - прижала ладонь к губам женщина, - и как вы отбились?
  -Подмогу вызывали. Люди Калина со стражниками Тирьяна прискакали, - коротко объяснила княжна, наливая Лирсету в сок зелья. Затем добавила щедрую ложку меда и сунула ему в руки, - пей. Где остальные-то?
  Идти за упрямыми княжичами ей не хотелось, и куница обрадовалась, когда младший молча мотнул головой в сторону ручья.
   - Умываются, - подтвердил один из мужчин, - садись матушка, отдохни, мы их приведём, не сомневайся.
  -Они все княжичи из клана ястребов, - садясь напротив Лирсета, объяснила Веся и на всякий случай добавила, - и все были ночью ранены. Почти два десятка врагов сами положили.
  Через полчаса, наблюдая, как селяне усиленно потчуют гостей и какими восторженными глазами рассматривают их молодые куницы, Веся лишь тайком усмехалась над ошалевшими от такой заботы ястребами.
  Им и невдомек, как замучили степняки жителей этих областей. Хотя до законной границы с кочевниками отсюда сотни верст, неугомонные враги устраивают набеги каждое лето, и нет семьи, ненавидевшей их менее, чем Рыж. У кого-то потравили поля, у другого угнали скот, у третьего погиб в стычке родич. А у некоторых налетчики увели в степь сестру или дочь, и эти семьи горюют стократ сильнее остальных. Степняки к женщинам очень жестоки... она видела сама.
  Девушка встряхнула головой, отгоняя непрошенные мрачные воспоминания, подняла глаза и укололась об внимательный, изучающий взгляд командира. От неожиданности девушка на миг растерялась, в глазах мелькнул страх и смятение а сердце дернулось и тревожно забилось.
  А в следующий момент командир отвел взгляд, спокойно продолжая обгладывать мозговую кость.
  Ну что за дурочка, - успокаивала себя Веся, - чего испугалась? Наверняка Ансерт рассказал брату про ее догадки, вот и изучает, как редкую зверушку.
  Однако что-то в глубине души подсказывало ей, княжича точит вовсе не простое любопытство. И думать об этом сейчас она не должна, снова выдаст себя выражением лица, хотя всех целительниц наставницы учат следить за гримасами наравне с остальными уменьями.
  
  Из белой рощи отряд выезжал через час, и морды тэрхов лоснились от жирной еды. Обнаружив, что редкие звери едят все подряд, селяне скормили им все объедки и черствые горбушки. Рыж, объевшийся сметаны, тоже лежал позади Веси в самом благодушном настроении, когда девушка выслушав на прощанье пожелания селян, тронула Ныра за гриву, посылая вперед.
  -Весеника! - догнав Куницу, негромко окликнул Ансерт, - погоди. Помоги... они не взяли денег.
  -Как я помогу? - Уставилась на него княжна, - у меня тем более не возьмут. Еще и обидятся. Хотя... - подари им зелье от желудочных расстройств. Нам не понадобятся.
  -Спасибо... - Ансерт торопливо ринулся назад и через пару секунд вкладывал в руку Навы красивый граненый флакон.
  А когда его руки коснулась мягкая рука женщины, в мозгу княжича вдруг ярко вспыхнуло видение, огонь, потоптанные и переломанные корзины, рассыпанный в траве творог и алеющие на нем кровавыми ранами раздавленные ягоды земляники.
  
  Глава четырнадцатая
  
  Догонял отряд алхимик в смятении и тревоге, такие видения у него случались еще реже, чем вспышки предвиденья, и были до этого всего-то пару раз. Но каждый раз оказывались истинными и нельзя было не обращать внимание на предвестника беды.
  -Берест! - сравнявшись с едущим впереди командиром, торопливо начал Ансерт и с досадой стиснул губы, заметив, как рука брата привычным жестом дернула вниз поднятую на время маску.
  -Что случилось?
  -У меня было видение, - алхимик сбивчиво рассказал все, что смог запомнить на картинке, всего на мгновение появившейся перед его внутренним взглядом.
  -Темные силы... - расстроенно выдохнул старший, останавливая тэрха, и прикидывая, чем они могут помочь торговцам.
  Вернуться и устроить засаду? Просто предупредить гостеприимных селян и уехать после устроенного ими обеда казалось предательством, но сидеть здесь в ожидании, пока появятся враги, тоже не лучший выход. В последний раз, когда Ансерт предсказал пожар, тот случился через две недели после видения, когда все уже успокоились и сочли знак ошибочным. И было все так, как он сказал, пылал огонь, бегали люди и выбрасывали из окна сторожевой башни, где из-за небрежности печника вспыхнули перекрытия, оружие и одежду.
  -Нужно ей сказать, - показал глазами младший на подъезжавшую куницу и командир мрачно фыркнул.
  Как-то не так ему представлялась эта поездка оттуда, из Серого гнезда. Когда Береста уговаривали поехать, напирая на то, что без его опыта воина и командира братьям будет трудно, он только язвительно усмехался. Точно знал из донесений, что на дорогах еще спокойно и дозоры пока нигде не заметили даже намека на степняков. И тем более не думал, что девица, на которую возлагает такие надежды отец, но не он сам, окажется совершенно непохожей на ту, какой он представлял себе увозимую в чужой дом невесту.
  Мало того, что она не рыдала и не кокетничала, а спокойно ехала, не доставляя никаких дополнительных трудностей, так еще и умудрялась оказывать отряду и ему самому значительную помощь. И хотя мстительно смолчала, когда он повел отряд не по той дороге, теперь Бересту понятно, каким самонадеянным он выглядел в тот момент в ее глазах. Зато потом, поняв свою ошибку, девчонка сражалась не хуже любого из воинов... и рассуждения ее, так ошеломившие Ансерта, оказались под стать образу княжны, уже начавшему вырисовываться в сознании Береста.
  И сейчас он не мог не признать, что младший прав, предлагая рассказать свое видение Весенике.
  -Что-то случилось? - сама спросила куница, подъехав ближе к внезапно остановившемуся командиру, и он, облегченно выдохнув, молча кивнул головой, указывая на брата.
  -У меня было видение... когда я отдавал Наве флакон, - начал сбивчиво рассказывать алхимик, и по мере того, как он объяснял, менялось лицо девушки.
  Нет, на нем не отразились ни страх, ни растерянность, она даже вздохом не выдала своего волнения, только плотнее стиснула губы. Но как-то незаметно подтянулись скулы и построжали глаза, добавляя девчонке лет и выдавая ее опыт в подобных боевых советах.
  -Часто у тебя видения?
  -Это третий раз, - нехотя признался Ансерт, опасаясь, что придется доказывать важность своих опасений.
  -Сколько времени прошло в последний раз между видением и бедой?
  -Две недели.
  -Говоришь, видел на твороге землянику?
  -Вроде... хотя это могла быть другая ягода.
  -Другой ягодой сейчас не торгуют, осенние запасы сами подъели, да и не тот это товар, чтоб сюда тащить, - вслух рассуждала Веся, чтоб успокоить ястреба. - А первая земляника, даже самая ранняя, тут появится как раз через две недели. Поэтому, думаю, не нужно сейчас их будоражить, пусть спокойно торгуют. А нам пора отправляться, расскажем про видение на заставе. Сангр опытный командир, направит сюда постоянный дозор.
  Берест согласно кивнул, и молча направил тэрха вперед. А о чем еще говорить, если и так все ясно.
  Первую часть пути, пока не добрались до первой деревушки, все ехали молча. Несмотря на то, что разговор слушали все ястребы, вмешиваться они не стали, считая княжну вправе решать такие вопросы на землях ее клана. Однако гнетущее чувство, знакомое воинам, отступающим из осажденных деревень, давило на души своей безысходностью.
  -Привал, - скомандовал Берест и ничуть не удивился, рассмотрев, как Весеника направляет своего тэрха к добротному дому в центре единственной улицы.
  И только на минуту засомневался, надлежит ли им ехать за ней следом, как из дома навстречу слезающей с Проныры княжне выскочил дородный мужчина.
  Даже на расстоянии в три десятка шагов было видно, что он рад гостье, и Берест едко усмехнулся. Отец посылал надежных людей, разузнать, каким даром владеет каждая из княжон, и есть ли в клане куницы, на который пало подозрение в несчастье с сыном, девушки с особым темным даром. А достаточно было заехать в любую деревню и разговорить словоохотливых селян, знавших дочерей Радмира не только в лицо.
  -Берест! - помахала княжна, и ястреб тронул гриву тэрха, направляя его к кунице.
  Ну, вот, как и следовало ожидать. Все они готовы для девчонки на любые услуги, подъезжая, продолжал горько усмехаться княжич, и заметно, что делают это не ради почтения. И не из выгоды. А потому что уважают ее и знают что-то такое, до чего так и не докопался ни один шпион отца.
  -Прошу не побрезговать, - шагнул навстречу староста, - перекусите в моем доме, умойтесь. Банька еще горячая, как знали, с утра натопили. И зверям вашим еда найдется.
  -Спасибо, - глухо поблагодарил командир, и сделал братьям знак.
  Похоже, хочешь или не хочешь, а пока они едут по землям куниц, заботу о привалах и ночевках придется отдать Весенике, все равно все будет так, как она считает правильным. Хотя и очень непривычно такое поведение невесты ястребам, ведь женщины из Серого гнезда даже приготовление еды считают мужской работой. Конечно, в домах простых воинов и охотников обычаи почти такие же, как в других кланах, но девушки из княжеского рода никогда не станут пачкать ручки о котлы, или заниматься разделыванием дичи.
  
  -А еще накажи, чтоб по одному не ездили, пусть собираются ватагами. И охраны берут побольше, а я вечером с Сангром поговорю, кого он может послать. И батюшке напишу.
  Командир, вошедший в просторную переднюю комнату, тайком посмеялся над своими заботами, едва расслышав эти слова княжны. А он-то ломает голову, прикидывая, как бы рассказать селянам о грядущей беде. Ничего рассказывать не придется, куница и сама не забудет и другим не даст. И эта ее заботливость и готовность помочь другим, заставляют Береста все сильнее подозревать, что везут они вовсе не ту девушку, что нужна отцу. Скорее даже наоборот.
  Если князь поймет, что она готова помогать всем несчастным, он немедленно посвятит ее в тайну сына. А ее даже заставлять не придется, сама ринется помогать... искать способы снятия странного проклятья, про которое ни один чародей не смог сказать ничего вразумительного. Даже определить, действительно это проклятье или что-то другое, никто не смог. Зря только Берест столько раз унижался, рассказывая чародеям про тот проклятый вечер, когда в одну минуту из довольного жизнью привлекательного парня превратился в криворотого дурныша.
  Но вот унижаться еще раз, рассказывая про свой проступок этой ясноглазой девочке, он не намерен ни за какие блага. Даже за полное исцеление.
  -Спасибо! - благодарно выдохнул староста, заметив командира, - такое предупреждение не каждый расскажет! Проходите к столу, перекусите, чем боги послали... а вот и братья ваши... милости просим, гости дорогие!
  
  -Это хорошо, что нам осталось ехать по землям куниц всего день, - глубокомысленно заметил Лирсет, когда последние крыши гостеприимной деревни исчезли за начинающим зеленеть перелеском, - а то я скоро в куртку влезть не смогу!
  Услышав это заявление, Веся только беззлобно усмехнулась, мимолетно погладив тугие зеленые почки дикой сирени, сквозь заросли которой шла тропа. После ранения парень стал еще стройнее, тело брало потраченные на заживление ран силы из собственных запасов и ему нужно не меньше двух недель отъедаться мясом, творогом и яйцами, чтоб вернуться к прежнему весу. Повезло еще, что весна, и коровки растелились, и птица занеслась после зимнего отдыха.
  Она еще раз провела рукой по попавшейся на пути веточке и вздохнула. От этой деревни дорога свернула на северо-запад, а после крепости повернет еще круче, почти на север, до самого Ругора. А за рекой почки еще и не думают распускаться, в земли ястребов весна всегда приходит позже.
  Княжна уныло вздохнула, весенние месяцы она любила больше всех остальных. И даже не смогла бы сказать, что ее больше всего пленяет в этом времени года, красота распускающейся зелени, возможность сменить шубейки на легкие куртки, день рождения, совпадавший с равноденствием, и потому всегда праздновавшийся щедрее, чем именины остальных домочадцев. Или все же весенний ветер, напоминающий о просыхающих полянках и тропах, о предстоящем походе в степные области, на охрану границы. Зимой кочевники уходили далеко на юг, к занесенным песком руинам некогда мощного ханства, оставляя северных соседей в покое.
  Изучающий взгляд она почувствовала скорее интуитивно, чем заметила осознанно, и мгновение медлила, прежде чем поднять навстречу глаза. А когда подняла - никто на нее уже не смотрел, впереди ехали только командир и Ансерт, сосредоточенно копавшийся в своих запасах. Ранзела на этот раз поставили замыкающим, а за Весеникой неотступно держался Лирсет, подъезжавший ближе каждый раз, как позволяла ширина дороги и не мешал встречный обоз или отряд.
  С того момента, как начали вскрываться мелкие ручьи и речушки в низинах севернее Важенского леса и зимник стал опасен, все путники, торговцы и наемники ездили именно этой дорогой.
  -Весеника, - снова услышав голос младшего княжича, девушка невольно улыбнулась.
  Хоть один из ястребов упорно продолжает за ней ухаживать, остальные как-то приутихли. Даренс ходит с оскорбленным лицом, Ранзел старается не смотреть на невесту, Ансерт о чем-то упорно думает и возится с зельями. А Берест и сразу не проявлял никакого интереса, и, как она теперь знает, вообще поехал за нею не по доброй воле. А вот Лирсет все время держится поблизости и в дороге никому не уступает свое место, хотя она и обращается с ним, как целительница с подопечным. Однако княжича это не смущает, наоборот, парень считает возможным спрашивать все, что его интересует и рассказывать все, что находит смешным.
  -Что?
  -Все женщины в клане куницы умеют готовить еду?
  -Да.
  -И ты?
  -Конечно.
  -А что ты умеешь?
  -Да все то же, что и другие. Супы, жаркое, пироги, - Весеника не выдержала и засмеялась, - а зачем это тебе?
  -Он не любит на кухне работать, - заложил брата обернувшийся Ансерт, и Весе стало понятно, что их разговоры с младшим внимательно слушает весь отряд.
  -А что там любить? - задал вопрос Лирс только для того, чтобы убежденно ответить, - нечего. Все время нужно что-то резать и мешать, на минуту не отвернись, сразу пригорает.
  -Ничего страшного, - успокоила княжича Весеника, - у каждого есть любимая работа и ненавистная.
  -А у тебя есть нелюбимая?
  -Конечно.
  -Какая?
  -Весной пчел из омшаника на поляны перевозить. Нет, таскают их мужчины, а всё остальное делаем мы. Вот я и не люблю... пчелы сонные, ползают, а не летают... - дальше про нелюбимое занятие Веся объяснять не стала, не рассказывать же, как в прошлом году такая пронырливая пчела залезла ей под платок и укусила в ухо.
  Но ястребы и сами, как видно знали, чего можно ждать от таких пчел, потому что дружно задумались, заухмылялись.
  Вот же оболтусы! Сердито фыркнула куница, правду говорят, что глядя на облака каждый видит свое.
  -А я люблю с пчелами, - что-то просчитав, сообщил Лирсет, и до Веси начало доходить, что это похоже на сговор.
  Или на сделку?! Но во всех случаях княжича придется разочаровать. Хотя выбор Веся пока не сделала, но и совершенно не считаться с мнением князя Илстрема не собирается. А поскольку после отставки Ранзела у нее на первом месте сейчас Ансерт, то и выберет она, скорее всего, именно его. Но торопиться не будет, в запасе еще четыре дня.
  -С пчелами и я больше люблю возиться, чем на кухне, -внезапно вступил в бой Даренс, - но на кухню ее никто не пустит. Так что зря ты, Лирс, стараешься!
  -Хотел бы я посмотреть на того, - так же неожиданно пробасил подъехавший ближе Ранзел, - кто попробует не пустить Весенику на кухню, если она захочет!
  -А она захочет, - задумчиво сообщил Ансерт, не поднимая головы от своих флаконов.
  -Почему? - заинтересовался Лирсет, и его в голосе Весе ясно послышалась надежда.
  -Потому что любит пирожки, а наш повар таких не печет, - веско выложил свой довод Ансерт, и все снова притихли.
  Молчала и Веся, прикидывая, стоят ли ее любимые пирожки того презрения, каким встретят заносчивые ястребицы ее появление на кухне. Про то, что какой-то повар может ее не пустить, она даже не думала, уж эту-то проблему она решит в два счета, если решит подразнить будущих родственниц.
  
  Глава пятнадцатая.
  
  К крепостной стене, построенной из огромных, заостренных бревен высотой в четыре человеческих роста, отряд подъехал в сгущающихся сумерках.
  Однако ворота оказались распахнуты настежь, и на десятке последних столбов, отмечающих извилистую дорогу к вершине холма, горели яркие факелы, словно в ожидании важных гостей.
  -Неужели это нас встречают? - едко хмыкнул недоверчивый Даренс, но ему никто не ответил.
  Все устали и хотели одного, как можно скорее умыться, перекусить и добраться до нормальных постелей, которые им твердо пообещала княжна.
  Веся и сама хотела того же, несмотря на то, что умудрилась таки немного вздремнуть. И отлично понимала, что не сможет себе этого позволить. Комендант крепости Сангр кроме того, что был преданным и доблестным воином, приходился Весе родичем через жену, одну из двоюродных тетушек. А еще княжна несколько раз попадала в дозорный отряд, где он был командиром, и не просто уважала двоюродного дядю, а и считала своим другом.
  И уехать, просто переночевав и не поговорив с родственниками после ужина, она не сможет. Да и не хочет. Она вообще решила устроить себе сегодня маленький праздник... прощальный вечер. И очень кстати вспомнила, что ее любимая юбка лежит в мешке, второпях захваченная в последний момент. Ну а блузку даст тетушка... гулять, так гулять.
  -Княжичи клана ястреба? - заданный звучным мужским голосом вопрос прозвучал скорее утверждением, - Ну наконец-то! А мы уже встречать собираемся! А княжна...
  -Тут я, - подъехав к стоящему в воротах воину, Веся намеревалась соскочить с седла возле него, но ее опередил Рыж, обожавший коменданта еще с самого первого совместного похода.
  Прыгнул к ногам Сангра, заурчал, заходил вокруг него кругами, прижимаясь боками с такой силой, что воин едва удержался на ногах.
  - Рыж, бандит! Пусти с хозяйкой поздороваться! Весеника, забери своего обормота!
  -Рыж, - задумчиво произнесла спрыгнувшая с седла Веся, - а на кухне сметана.
  Рысь покосился на нее не менее задумчиво, сметаной его сегодня не удивишь, но от коменданта все же отстал, и неторопливо потопал через двор в самому внушительному дому.
  -Солнышко мое, - шагнув к племяннице, крепко стиснул ее могучими руками воин и его голос вдруг дрогнул, упал до шепота, - как же так?
  -Я сама так решила, - тихо призналась Веся, стараясь не выдать своего волнения.
  -Расскажи это степнякам, - фыркнул он сердито, всмотрелся в виноватую улыбку и потемнел, - глупышка! Опять за кого-то ношу несешь!
  -Не нужно, дядя, - она называла его так очень редко, и это слово означало очень многое.
  И ее уважение и признание его права на поучения. И напоминание о своем праве последнего голоса.
  -У меня свободный выбор, и времени три месяца, - тихо пояснила Веся, и добавила, чтоб окончательно прекратить бессмысленный разговор, - ночью мы приняли бой в Важенском лесу, княжичи ранены.
  -А ты? - Сангр вгляделся пристальнее, - всех лечила и сражалась... кто-бы сомневался. Идем в дом, комнаты вам готовы, ужин тоже, Омелина медовые пряники печет.
  На княжичей, которых встречали его воины, комендант даже не оглянулся, знал, что с гостями и без него обойдутся очень уважительно. А он свое внимание на них тратить не желал.
  -Подожди, мешок заберу, - спохватилась Веся, - там у меня юбка. Хочу посидеть с вами в нормальной одежде, в походном еще до гнезда ехать.
  -Давай сюда, - отобрал мешок комендант, и поторопил девушку, - тетка уже вон не выдержала! На крыльцо выскочила! Будет потом говорить, что из-за нас пряники сгорели!
  Несколько минут Омелина обнимала племянницу прямо на улице, затем, заметив подходящих к крыльцу княжичей, спохватилась и утащила ее в приготовленную комнату.
  -Да давно готовы те пряники, - отмахнулась она, когда Веся забеспокоилась о судьбе любимого лакомства, - Лучше скажи, как это тебя угораздило? Может... выпустим ночью за ворота... неужели старая Дола тебя не укроет на три дня?
  -Лина, я не хочу бежать, - виновато вздохнув, разочаровала тетку Веся, - хочу умыться, переодеться и ограбить тебя на одну легкую блузку, мои в сумах. А потом поужинать и поговорить.
  -Как хочешь, - расстроилась Омелина, но спорить не стала, надеясь попытаться убедить племянницу еще раз, - иди, купайся. Бадья с водой за занавеской. А блузку я сейчас принесу.
  Она и в самом деле принесла, Веся только искупнуться успела, как в дверь протиснулся ворох разноцветных одежек а за ним довольная тетушка.
  -Вот! Выбирай! Я и платья прихватила и юбки, - Лина была плотнее племянницы, но умела за пару минут ушить любую вещицу.
  -Юбку я свою везу, любимую...
  -Успеешь еще надеть, если все же доедешь, - отказываться от своих намерений Омелина не любила, - а пока надень мое. Смотри, вот синяя, с кружевами? Или эта, черная с атласными оборками? А вот лавандовая, посмотри, какой шелк! Так и струится!
  -Тетя... ты не понимаешь. Я не могу это надеть, как я потом объясню, если жених спросит, куда делись мои вещи? И забрать у тебя лучшую юбку тоже не хочу!
  -Прекрати даже думать, что твоя тетка какую-то тряпку может любить больше, чем тебя! Думаешь, я не знаю... сколько раз ты моего Сангра... из тени на свет возвращала?! - Лина вдруг всхлипнула.
  -Да сколько? - возмутилась Веся, - всего один раз... и то не был он в тени! Просто ранен...
  -А про тот случай... когда ты всех увела... - голос тетки шуршал тише шелка, который она мяла в руках, - я и вообще молчу.
  -Вот и молчи, - так же тихо отозвалась Веся и сдалась, - ладно, давай синюю юбку. И блузу к ней вон ту, цвета серого жемчуга... и иди к гостям, я сама оденусь.
  
  -Ты заметил, - Ансерт остановился посреди просторной комнаты, где стояли по сторонам две кровати, и с опаской оглянулся на брата, расчесывающего влажные волосы. Берест не терпел, когда его разглядывают. - Как ей везде рады?
  -Заметил, - процедил сквозь зубы старший, и достал из мешка другую маску, тоньше и неприметнее, чем боевая.
  -Меня так нигде не встречают, хотя я тоже немало людей вылечил, - продолжал гнуть свое младший.
  -Ансерт! - Рыкнул командир, - ты знаешь, что я терпеть не могу твою привычку заходить издалека?
  -Знаю. Но иначе тебе трудно что-то объяснить.
  -Ты просто не пытался. Что ты хочешь сейчас?
  -Сказать, что я знаю... вернее, догадываюсь про замысел отца. Он ей душу наизнанку вывернет, чтоб добраться до истины. И все чего она не знает, заставит у сородичей выпытать. Через месяц она будет вздрагивать от его имени и шпионить так же преданно, как ее рысь.
  -Вот как ты про него думаешь...
  -А ты думаешь иначе? Ну объясни, что молчишь? Берс, ты же знаешь, как я сочувствую твоему горю... сколько зелий сварил... а не знаешь того, что это он меня натолкнул на мысль стать алхимиком! Хотя дар к целительству у меня очень невелик!
  -Но другого ведь у тебя нет? И еще не поздно бросить это дело и начать изучать другое. Тебе всего двадцать четыре!
  -Я не про это хотел говорить, - помолчав, огорченно вздохнул Ансерт, - а про куницу. Я решил... буду ее защищать, даже если она не возьмет мой браслет.
  -Ты уверен, что выстоишь против отца? - мрачно усмехнулся Берест и натянул маску, - давай поговорим после ужина? Негоже заставлять хозяев ждать.
  
   Стол был накрыт на первом этаже, в уютном обеденном зале в огромным очагом, где багровели догорающие угли. Напротив двери, что вела на кухню, уходила наверх деревянная лестница с ажурными, как кружево, перилами.
  Именно на нее поглядывала хозяйка, радушно пригласившая княжичей к столу, но не спешившая разливать суп.
  -Сейчас Весеника спустится, - кротко объяснила Омелина вопросительно глянувшему на нее мужу.
  Кроме них и ястребов за столом присутствовал только помощник коменданта, немолодой, но жилистый мужчина, а подавала блюда его жена, проворная и ловкая, как белка.
  -Да вон уже идет, - оглянувшись на лестницу, сообщила она, и простодушно добавила, - красавица наша.
  Берест повернул в ту сторону голову скорее из желания проверить, не ошиблась ли кухарка, чем из интереса, и замер, рассмотрев спускающуюся по ступеням девушку. Совершенно незнакомую, как показалось издали. Она выглядела едва ли не вполовину стройнее ехавшей с ними куницы, в темно-синей, облегающей бедра юбке, спадающей до пола отделанными узким кружевом складками. Серебристо-серая блузка с недлинным рукавом и простым вырезом была вышита мелким речным жемчугом того же цвета, и нежная шея куницы казалась на ее фоне белей молока.
  Но главным, что приковало взгляды всех княжичей, была переброшенная на грудь коса. Пышная, почти до колен длиной, перевитая ниткой жемчуга в цвет блузки, просто манившая коснуться ее ладонью, проверить, так ли мягка она на ощупь, как кажется.
  -Весеника, рядом со мной есть свободное место, - первым нашелся Лирсет.
  -С тобой рядом я еще успею посидеть, а сейчас сяду возле дяди, - насмешливо отозвалась княжна и действительно села по правую руку от коменданта, - Лина, ты что гостям бульон не наливаешь? Лирсу обязательно, он был тяжело ранен.
  -Я уже совсем здоров, - заспорил было княжич, но Омелина немедленно плюхнула в его тарелку щедрый половник наваристого супа.
  -С целительницей не спорь. Здоров ты будешь, когда она скажет.
  Через минуту все княжичи усиленно работали ложками, и их дружное молчанье хозяйка приписала хорошему аппетиту.
  Однако Веся то и дело ловила на себе осторожные взгляды женихов, изучающих ее так пытливо, словно видели впервые. И только Берест прятал взор в супе, и это нарочитое небрежение ранило душу княжны внезапным прозрением. Потому он и сейчас не смотрит и в избушке отказался обсуждать ее судьбу, что точно знает, у него она браслет все равно никогда не возьмет, ведь предлагать его положено с открытым лицом.
  А девушка даже объяснить ему ничего не может, давно сама знает, что наказанье ему досталось слишком суровое, да к тому же по чистой случайности. И даже хорошо, что Веся не знала раньше, какой бедой лег на княжича ее невольный приговор. Иначе уже извелась бы в поисках способа, как выполнить единственное условие, которое успела произнести, вгорячах пожелав, чтоб его перекосило.
  
  По мере того, как убывали с блюд кушанья и из кубков крепкий квас на меду, обстановка за столом становилась все непринужденнее и дружелюбнее, и разговоры все более громкими и откровенными. Успели рассказать и обсудить произошедшие в Важенском лесу события и видение Ансерта, план на то, как защитить селян и даже переправу через Ругор.
  Наконец гости начали подниматься и благодарить хозяев за ужин, а вместе с ними поднялась и Весеника.
  -Извини, Сангр, утром рано вставать.
  -А может, погостите денек? - испытующе смотрел воин, - завтра Тадор с отрядом приезжает, попрощаешься с друзьями.
  -Если не успеем до ледохода, и так застрянем, - с сожалением глянула на него куница, - извини.
   И вообще зря он Тадора поминает. Нет у нее к нему ничего... ну почти. Конечно, приятно было внимание, но о большем она не задумывалась. И никогда не позволяла ни ему намеков, ни себе вольностей.
  -Тогда хоть спой... ту, нашу, - Сангр шагнул к стене, снял гитару, тронул струну.
  Эх, дядя! Хотелось крикнуть Весе, что же ты по самому живому-то все режешь!
  Но отказывать не стала, отошла к очагу, присела на скамеечку, дождалась, пока зазвучит знакомая, незамысловатая мелодия.
  Ястребы, заинтересованные разговором, шли к лестнице нарочито неторопливо, а услышав негромкий и печальный, но чистый, как родничок голос, и вовсе замерли, словно их и нет.
  Опять горит в ночи костер
  Опять за нами пляшут тени
  Завороженно светел взор
  А над огнем плывут виденья
  
  Степей далеких и шатров
  Чужих стоянок пыль и копоть
  А рядом друга крепкий локоть
  И песня стрел сквозь вой волков...
  Княжичи словно воочию видели отряд усталых воинов, прилегших у костра в ожидании горячего варева, их неспешное обсуждение дневных событий и планов на завтра, струйки дыма, улетающие к далеким звездам.
  -А теперь спокойной ночи, - резко оборвав песню, решительно поднялась со скамеечки Весеника, - утром увидимся.
  И торопливо побежала вверх по лестнице, придерживая непривычную юбку.
  Несколько минут все стояли молча, провожая ее потемневшими взглядами, а когда комендант, пробормотав -"спокойной ночи" и как-то ссутулившись, шагнул прочь, его остановил глухой голос Береста.
  -Сангр... еще одну минуту.
  -Да? - не оглядываясь, спросил воин.
  -Скажи дозорным, чтоб выпустили нас за два часа до рассвета. А если проспим, пусть разбудят. И еще... сумки княжны мы оставим в конюшне.
  Развернулся и твёрдо зашагал по ступеням.
  -А... князь вас не накажет? - недоверчиво хмурясь, все же обернулся к ним комендант.
  -Нет, - отрывисто пробасил самый дюжий из ястребов, устремляясь за братом.
  Остальные княжичи ушли молча, и только тогда Сангр поверил, что они не шутили.
  -Омелина... не вздумай ее предупредить.
  -Она на это не пойдет, - печально качнула головой его жена, - а предупреждать не буду. Я ничего не слышала.
  
   Глава шестнадцатая.
  
  Он появился ниоткуда, как появлялся всегда. Сцапал ее со спины крепкими руками, рыкнул в ухо что-то гнусное, обдав мерзким запахом перегара, тиснул пальцами холмик растущей и потому неимоверно чувствительной груди, заставив вскрикнуть от боли, забарахтаться в яростной попытке вырваться.
  В груди, подкатив к горлу, мгновенно вспыхнул жаркий, острый, требующий немедленного выхода гнев.
  И почти сразу обдала холодной волной острая тревога, кто-то невидимый закричал, нельзя, это нельзя!
  -Нельзя... - резко сев в постели, и еще не открывая зажмуренных глаз, Веся замотала головой, - нельзя!
  И облегченно всхлипнула, чувствуя, как отступает, растекается по телу не выплеснутая сила.
  Открыла глаза, и, отирая одной рукой слезы, другой потянулась за стаканом с водой. А пока пила, успокаиваясь окончательно, рассмотрела, что за окном уже светает.
  -Рыж? Ты почему меня не будишь? - мимоходом погладила рысь княжна, и отправилась умываться.
  Через несколько минут, когда умывшись, Веся вернулась к коврику, на котором спал рысь, зверь уже сидел у двери. Поглядывал на хозяйку невозмутимыми желто-зелеными глазами, ожидая пока его выпустят погулять.
  -Иди, - отбросив крючок, толкнула дверь княжна, и замерла, дверь не открылась.
  Еще не веря мгновенно вспыхнувшим в мозгу подозрениям, Веся постояла секунду, обдумывая возможные причины такого странного происшествия, затем шагнула за занавеску, где вешала вчера свою походную одежду и облегченно вздохнула. Все было на месте, даже ее мешок, поправившийся на пару блузок.
  Первым делом девушка очень тщательно и аккуратно оделась, собрала все вещи, секунду посомневавшись, положила в мешок подаренную юбку, вытащить ее ничего не стоит, если догадки окажутся верны. И только полностью собравшись и повесив за спину лук, снова шагнула к двери. Нажала несколько раз, убеждаясь, что дверь не заперта, а приперта снаружи чем-то тяжелым, и, горько усмехнувшись, направилась к окну.
  Эх, дядя, а ведь всегда был таким честным и преданным! Ну, с чего ты взял, что куницу остановит запертая дверь, если она отлично знает, что под окнами этих комнат проходит крыша веранды?
  Да ее даже запертые ворота не остановят, фыркнула Веся, хотя это будет прямой вызов ее отцу, а он такого не прощает даже лучшим друзьям.
  -Рыж, рядом, - строго приказала Веся, перебрасывая через подоконник ногу.
  И уже через пару минут, дойдя по крыше до угла, легко спрыгнула во вскопанную под цветы клумбу. Даже не взглянув на выпачканные в сырой земле сапоги, прошла через двор к конюшне, сопровождаемая ни на шаг не отстающим зверем и усмехнулась, обнаружив, что створки ворот заперты массивным замком.
  -Этот замок, дядя, - ковыряя холодную железку извлеченным из целительского кошеля пинцетом, сообщила словно вымершему двору княжна, - будет надгробием над моим уважением к тебе.
   Через пару минут замок валялся на земле, а Веся, распахнув во всю ширь створки и оставив Рыжа их караулить, застегивала на одиноко стоявшем тэрхе пряжки седла. Своих сумок она не нашла, но волноваться о них и не подумала. Секунду помяла пальцами тяжелый шелк юбки и со вздохом засунула ее глубже в мешок. Лине и так будет очень тяжело, против мужа она пойти не могла, слишком любила. И не Весе осуждать тетушку за то, что не смогла его переспорить.
  Ворота разумеется, тоже оказались опущены, но к такому Веся была готова заранее. Подъехала на Проныре к караульной будке, приказала Рыжу сторожить зверя и, соскочив с седла, распахнула ногой дверь.
  Она ни минуты не сомневалась, что комендант сейчас следит за ней из окна, и подозревала, что тетушка находится рядом с ним. И очень надеялась, что та сумеет уговорить упрямого мужа и дальше изображать из себя невидимку.
  -Что случилось? - незнакомый Весе здоровенный стражник встал в дверях.
  -Открой ворота.
  -Не приказано. - не двинулся он с места, и в тот же миг, рысь, повинуясь еле слышному щелчку, прыгнул на воина, сбивая его с ног.
  -А вот за то, что мне пришлось нападать на собственных людей, ты будешь отвечать перед князем, дядя, - прорычала Веся, ловко вливая в рот стражника сонное зелье.
  -Ты бандитка! - пролепетал он заплетающимся языком.
  -Я княжна Весеника, а ты предатель и бунтовщик, - поворачивая колесо, поднимающее ворота, холодно заявила девушка, - и князь будет судить тебя вместе с твоим командиром. Так ему и передай, и пусть забудет, что я считала его другом и родичем.
   -Неужели у тебя хватит совести так поступить с человеком, рядом с которым ты сражалась и сидела в засаде? - горько спросил так знакомый голос и в караулку шагнул комендант.
  Рыж кинулся к нему, но команда - "рядом" вернула его к хозяйке.
  -С тем самым, кого я уважала? - презрительно поинтересовалась куница, - И которого вывела из-за грани? Не говоря уже о "том" случае? С тем, кто был мне дядей и командиром, и кому я пела у костра песни? И кто так подло сегодня предал не только меня, но и князя, обещавшего этот союз Илстрему в знак примирения?
  -Они сами решили уехать и оставили твои сумки!
  -Они не имели права за меня решать! Это ты своими соплями их подтолкнул, и даже не сообразил, что разрушаешь этим планы отца и матушки Лерсеи! Неужели ты не мог понять, что просто так она никогда бы не отдала мне Рыжа? Какое ты имел право решать за всех, за князя с княгинями, за ястребов и за меня? Если я к тебе хорошо относилась, значит, нужно испортить мне отношения с отцом и матерями? Неужели ты считал, что я отступлюсь от данного отцу слова и выйду замуж за Тадора?
  -Это твой отец прислал письмо... - тяжело выдавил потемневший комендант, - намекнул, чтобы я поговорил.
  -Ну вот, - горько фыркнула Весеника, - ты поговорил. Я сказала - нет, этого было недостаточно?! Ты не захотел отступать от своих замыслов и превысил власть, данную тебе этим письмом. А ведь отец не собирался меня возвращать, как ты не понял! Он хотел лишь проверить, действительно ли я приняла это решение не сгоряча. А теперь выйди, мне придется скакать без завтрака и остановок, чтоб догнать этих оболтусов. И не забудь прислать мои сумки.
  -Я соберу отряд, тебя проводят.
  -Не хитри. Тебе не удасться меня задержать и навязать мне в спутники людей на лошадях. Ты не хуже меня знаешь, что они вдвое медленнее! Делай, как я приказала, если не хочешь валяться рядом с этим бедолагой. Выходи!
  -Эх, Веся! - Сангр отвернулся, шагнул к двери и вдруг резко обернулся к девушке.
  Повинуясь щелчку хозяйки, Рыж мгновенно скользнул вперед. Встал между бывшими друзьями, защищая куницу своим телом и угрожающе зашипел, приоткрывая клыки.
  -И ты тоже... - комендант отчаянно махнул рукой, развернулся и ушел, не оглядываясь.
  Веся проводила его бдительным взглядом и бегом выскочила из караулки. А уже через несколько секунд, вскочив на Ныра, мчалась прочь, провожаемая взглядами трех десятков людей. Все они с затаенной тревогой ожидали особый приказ коменданта, и вздохнули с неимоверным облегчением, убедившись, что его все же не последует.
   Первые полчаса девушка скакала, ничего не видя вокруг, ведомая желаньем уйти от возможной погони и жгучей обидой, заливавшей лицо непрошенными слезами. Ну, неужели он плохо узнал ее за последние три года, не смог уяснить, что Весю просто трясет от ярости, если кто-то пытается принудить ее к чему-то насильно? Даже если это обычная работа, вроде мытья чашек. Зато она всегда старается помочь тем, кто подходит к ней с просьбой, не считаясь ни со временем, ни с собственными интересами. И ведь понял же он, что ее уговорила Мариля, неужели думал, что она предаст доверие сестры?! Да с какими глазами Веся вернулась бы домой и посмотрела в лицо Марилики? Когда та уже вся в мечтах о свадьбе с любимым мужчиной?
  А ведь потом пришлось бы смотреть в глаза отца и матерей, которых она поставила перед своим решением, не дав права даже на совет! Ну уж, нет! Лучше замуж за Ансерта, у них и общий интерес есть.
  Да и не такие они чуждые и непонятные, эти ястребы, как о том болтают на кухне всезнающие стряпухи.
  Постепенно Веся успокоилась, слезы иссякли, а природная смекалка и жизнерадостность выкарабкались из-под вороха обид, утоптали их в дальний уголок души, какой есть, как подозревала княжна, у всех людей. И перед девушкой встал главный вопрос, куда ехать?
  Нет, направление, само-собой, у нее одно, в Забрег, к переправе через Ругор. Но вот попасть туда можно двумя путями, от села к селу по главной дороге, и это довольно извилистый путь. А можно спрямить дорогу и ехать по неудобьям короткими тропами. И хотя все они княжне знакомы, но велика опасность попасть в непроходимое по-весеннему времени местечко и возвращаться назад, потратив драгоценное время.
  Ох, и глупая, - с досадой шлепнула себя по колену куница, считала, что разгадала все дядины хитрости, а главное в гневе выяснить и забыла! Когда ее женихи удрали из крепости? Нет, про то, чтоб Берест решился увести их прямо с вечера, не стоит и думать, он отлично знал, как устали и братья и звери. Значит, дал выспаться, а воинам в походе обычно дают пять часов сна. И если он дал столько же, то ушли они часа за два перед рассветом, или чуть позже. Не покормить Лирсета после ее настойчивых напоминаний командир не решился бы.
  Веся вспомнила про завтрак, прислушалась к себе, очень она хочет есть, или может потерпеть еще немного, прежде чем заезжать к знакомым селянам? И тут в голову девушки пришла настолько простая и светлая мысль, что она сначала даже самой себе не поверила.
  Несколько минут княжна обдумывала неожиданную идею со всех сторон, ища недостатки, и не находила. А взвесив все выгоды этого решения, повеселела, погладила Ныра, позволяя бежать медленнее, и отыскала в мешке горсть орешков. До ближайшей деревни, где староста сделает для княжны все, что в его силах, еще три версты, и можно немного перекусить, обкатывая в голове все тонкости задуманной проделки.
  
  -Были, матушка, как не быть! Промчались на зорьке, всех собак подняли, наши-то сразу решили, будто злодеи нагрянули! Но Лых как раз шел от зазнобы, и всех разглядел. Так и доложил, пятеро, на горных ведмедях, в походной одеже. Нет, без масок. Понятно, матушка, есть, как не быть. Думаю, сейчас они в Пеньках, мы туда к завтраку добираемся а звери быстрее скачут. Так вихрем и промчались, лиходеи. Что говоришь? Женихи? Ах, они, поганцы, чего удумали! Значит, через час-два будут в Холодном, если завтракать не сядут. Успеем, как не успеть! Понял, матушка, сейчас бегу.
  -И запомни, никому ни слова... особенно людям дяди, это он их подбил. Расстроился, бедняга, что я уезжаю, словно раньше не знал, что у девушек родной дом всегда на чужбине!
  -Как можно матушка! Да разве я когда подводил? А ты глянь-ко мою супружницу, что-то на спину жалуется.
  -После гляну, времени хватит. Беги, я жду.
  
  -Что это за село? - подъехал к остановившемуся командиру Ансерт.
  -Холодное, - не глядя в карту, ответил надевавший маску Берест.
  -Мы и тут не остановимся? Хоть по кружке горячего отвара? - Просить мрачного брата Ансерту не хотелось, но утренний холодный ветерок, свистевший мимо со скоростью несущихся тэрхов, выстудил, казалось, до костей.
  -Тут был трактир, в начале села, - глядя в сторону, просветил братьев Ранзел, не менее мрачный, чем остальные.
  Ястребы рассорились еще ночью, едва дошли до комнаты командира.
  -Ты что, с ума сошел? - шипел на командира Даренс, - поверил этому представленью? Да они же все разыграли, дядя... тетя... А что ты скажешь князю? Учти, я врать не буду, это вам он все простит, как прознает.
  -Откуда он прознает? - подозрительно уставился на него Ранзел.
  -Не знаю. Но если меня спросит - расскажу все, что видел.
  -Свинья ты, Дарн! - вырвалось у алхимика.
  -Не нужно, Анс. - твердо остановил его командир, - пусть рассказывает. Каждый понимает честность по-своему. Я и сам расскажу... как понял я. Но утром вытряхну вас отсюда сам, если кто-то не пойдет добровольно.
  С тех пор они не разговаривают, не считать же за разговор слова - "тут налево, а тут ручей?".
  -Хорошо, - нехотя сдался Берест, - остановимся на полчаса в трактире. Веди, Ранз.
  
  -Ну, как вы кстати, - лучился счастьем здоровяк трактирщик, - а я уж думал, не будет сегодня народу. Садитесь, за любой стол, а я вам сейчас подам пироги, отвару горячего... а может чего поплотнее? Есть яишенка болтунья с копчёной грудинкой, колбаски жареные, заячье седло тушеное в сметане...
  -Неси, - глянув в прорези маски на загоревшиеся голодным блеском глаза братьев, махнул командир.
  Завтракать в крепости они отказались, а хозяйка, прячущая опухшие от слез глаза, и не настаивала. Но корзинку с собой сунула, и они вежливо взяли, чтобы тут же забыть в конюшне. Есть припасы, собранные недовольной поступком мужа женщиной, Берест все равно не разрешил бы ни одному из них. Знал, чем может ответить разъяренная куница на внешне безобидную шутку.
  Еда действительно оказалась вкусной и приятно согрела желудки, а словоохотливый хозяин, усевшийся неподалеку, порадовал своим рассказом торопившегося уйти командира.
  -Так потому народа и мало, что вода в Енотном овраге спала и можно пройти по мосту. Мост там крепкий, каменные столбы, мы для себя два года назад поставили. Теперь все лето и осень на Забрег напрямки ходим, два часа - и на месте. Да вон у нас карта висит. А, у вас своя есть, так они все одинаковы. Что? Нет моста? Так срисуйте с моей, мы сразу, как построили, так и отметили. Видите, какой крюк дорога-то дает.
  -Андох, - заглянул в трактир солидный мужчина в добротной одежде, - Скажи народу, тропа через Енотский мост открылась. Я сам сейчас из Забрега.
  -А в Забреге переправа еще стоит? - с деланной небрежностью осведомился Ранзел, и замер в ожидании ответа.
  -Стоит пока, но надежи нет. Трещит уже в верховьях, трещит. Так не забудь, Андох.
  -Где этот мост? - положил перед трактирщиком карту и монеты Берест, и хозяин услужливо нарисовал крестик.
  В том, что он не ошибся, командир не сомневался, только в этом месте овраг был уже всего и делал крутой изгиб.
  Вскоре пятеро всадников на тэрхах уже выезжали из села той же дорогой, что приехали, чтобы спустя пару верст свернуть на ведущую к гиблому оврагу тропу.
  -Поехали, - умиленно вздохнул провожавший их взглядом трактирщик, прижимая к груди фартук.
  -Поехали, соколики, - подтвердил вынырнувший из-за угла солидный мужчина, заходивший меньше четверти часа назад в трактир.
  -Ястребы! - так же умиленно поправил хозяин, подмигнул старосте, и они дружно захохотали.
  
   -Ну, и где этот проклятый мост? - в который раз едко спросил Даренс, оглядывая мрачных братьев и недовольных, вымазанных вонючей болотной грязью тэрхов, - по-моему, мы по этому месту уже проезжали.
  -Трижды, - сквозь зубы процедил Ранзел, - и вот на карте крестик! Но тут даже тропы нет.
  -А там, где есть, непроходимая топь, и высохнет она к середине лета, не раньше, - так же хмуро подтвердил Ансерт, и вдруг оглянулся на младшего княжича, все утро державшегося особняком позади всех, - Лирсет! А ты почему сегодня молчишь? Плохо себя чувствуешь?
  -Да, - хмуро подтвердил тот.
  -Где у тебя болит?
  -Тут, - коротко прижал руку к груди младший и отвернулся.
  -Что? - не понял Ансерт, - дай руку, я посчитаю пульс.
  -Он хочет сказать, что влюбился, - едко просветил алхимика Даренс, и снова уставился на Ранзела, - ну и куда нам ехать дальше?
  -Назад, - глухо скомандовал Берест, костеря себя за то, что по его вине они потеряли два часа.
  И потеряют еще один, пока вернутся к тому трактиру. А там ястреб потратит пару минут, чтоб показать наглому лгуну, сколько стоит пошутить над ястребом. Думать о том, что эта прогулка к мнимому мосту съела весь запас времени, он пока не хотел. Комендант пообещал запереть все ворота, а когда гости на цыпочках покидали его дом, огромный тяжеленный сундук уже стоял под дверью княжны на заботливо подложенной шкуре.
  -Нужно проехать село, не останавливаясь, - неожиданно объявил Ранзел, и с состраданием оглянулся на снова замолчавшего Лирса, - Если она сумела вырваться, то вполне можем столкнуться.
  -Лучше просто объехать его стороной, - неохотно подал идею Ансерт, поддерживающий в душе брата, но не сомневающийся, что Даренс прав. Он вообще в таких вопросах не ошибается. Отцу очень не понравится принятое Берестом решение, и их ждет очень долгий и тяжелый разговор. Князь любит наказывать так, чтоб провинившийся потом сам дольше всех помнил о своем проступке.
  -Нет сейчас окольных дорог, все развезло, - просветил его Ранз, и снова оглянулся на Лирсета.
  -А я думаю, - объявил тот, заметив тревогу брата, - нужно поехать в трактир и просто спросить, проезжала княжна, или нет. Они ее не пропустят.
  -Я тоже думаю, что нужно ехать в трактир. Чтобы надавать трактирщику по шее, - желчно озвучил мысли командира Даренс.
  -Не советую, - отозвался Ансерт, - чужие земли. Нажалуются отцу... или Весенике.
  Братья притихли при имени княжны, представляя себе, как будут смотреть ей в глаза, если встретятся. Мечтательно улыбался только Лирсет, уверенный, что его куница ругать не будет. Он же еще не здоров!
  
  Глава семнадцатая
  
  Как убедились ястребы через час, их планы проехать мимо села или трактира были загодя обречены на неудачу. Едва княжичи добрались до первых домов, им навстречу вылетело с десяток всадников. Крепкие парни, вооруженные грубыми мечами и палицами, вели себя довольно вежливо, хотя и непреклонно. Сообщили, что гости нарушили закон и теперь в трактире их ждет для разбора староста. А затем очень умело окружили, оставив только один путь - вперед.
  -Едут! - заскочил в зал трактирщик, метнулся к княжне, спокойно сидевшей в высоком кресле, принесенном для нее из дома старосты, - подъезжают, матушка. Помощь тебе нужна, или сама справишься?
  -Что там справляться, - вздохнула Весеника с нарочитой досадой, - будто тебе характер Сангра не известен! Он же любого заставит под свою дудку плясать.
  -Но я с ними говорил... парни вроде серьезные.
  -А на сказку о мостике попались, как дети! Не подумали, что я им первая рассказала бы, будь он на самом деле. Иди, не волнуйся, про суп не забудь.
  -Иду, матушка, - трактирщик очень вовремя скрылся за ведущей на кухню занавеской.
  С крыльца, резко распахнув добротную дверь, в зал толпой ввалились сердитые ястребы.
  Промчались почти до середины комнаты, ведомые злостью и оскорбленные намеками на какие-то неправильные действия, и застопорились, натолкнувшись на резко остановившегося Береста.
  -Ну, где он... - прогудел разгневанно Ранзел, озирая с высоты своего роста помещение, и замер, обнаружив, куда смотрит командир.
  За накрытым нарядной скатертью столом, в удобном кресле сидела девушка, облаченная в походный костюм и расшитую жемчугом и бисером маску, не узнать которую было просто не возможно.
  И из-под этой маски на ястребов строго и печально смотрели так знакомые фиалковые глаза.
  На долгую минуту в зале воцарилось молчание, прервать которое не желал никто. Ни женихи, постепенно начинавшие понимать что все их метания по болотам в последние три часа были тропой в хорошо продуманную ловушку, ни Веся. С той минуты, как куница отправила старосте Холодного голубей с подробными указаниями, у девушки было достаточно времени, чтобы хорошенько и спокойно обдумать все случившееся и взглянуть на него, как учила старшая мать, из разных углов.
  И Веся просто не могла не оценить благородства Береста, решившего преступить волю отца, лишь бы не вырывать ее из круга знакомых и любящих людей, которые показывали свое горе так откровенно. Немногие на его месте отважились бы на подобное, зная, что собственные братья будут не согласны с этим решением. Как любая девушка, княжна не могла не замечать особую заинтересованность во взглядах ястребов, вспыхнувшую после того, как она открыла лицо. И раз она им нравилась, значит, братья просто не могли не поссориться, хотя и не решились ослушаться командира, раз стоят сейчас перед ней такой дружной толпой.
  До того момента, пока не добралась сюда и не поговорила с Колемом, Веся больше всего опасалась, что придется собирать женихов по одиночке.
  И теперь она просто смотрела в глаза командира, ожидая, как он поступит, сообразив, что невеста их перехитрила. Но не находила в этих глазах ни раскаяния, ни злости. Да там даже досады не было, только усталость и безмерная горечь человека, не успевшего вытащить из реки утопающего. И еще что-то... облегчение или радость, спрятанные так глубоко, что распознать Веся не смогла.
  -Что там... - выглянул из-за брата Лирсет и обнаружил княжну, - Весеника!
  В этом полувскрике, полувопле было столько радости, что Веся невольно улыбнулась и перевела взгляд с командира на уже топавшего к ней младшего.
  -Я верил, что ты уйдешь от своего дяди, - твердо заявил он, и, придвинув стул, сел так, чтоб смотреть девушке в глаза, - ты нас простишь?
  Княжна задумчиво рассматривала подопечного, отмечая болотный запах и грязь на сапогах, яркую радость в глазах и подозрительный румянец скул. Гадая, что лучше, сразу сказать, что в душе она их уже оправдала, или немного помучить, чтоб в следующий раз советовались с нею, когда будут принимать решение касающееся ее судьбы. И сочла, что лучше все же немного подождать, прежде чем объявлять о помиловании.
  -Подумаю, - обронила она холодно, и, помолчав несколько секунд, нехотя добавила, - мне кажется, тебе следует умыться.
  -Так готово все, матушка, - выглянул из-за занавески трактирщик, давая понять, что никуда он и не уходил, так и стоял тут, ожидая, чем закончится небывалый на его памяти случай.
  Хотя она и сама знала, что пропустить такого зрелища Савр не мог. Да и какой трактирщик упустит возможность оказаться единственным свидетелем события, о котором потом многие годы можно будет рассказывать посетителям, в лицах изображая, - "вот тут она сидела, а тут они стояли, соколики!". И разумеется, его байки начнут со временем обрастать подробностями, которых никогда и не было.
  Скованно и устало приветствуя свою невесту, ястребы проходили мимо нее к двери, ведущей в заднюю часть дома, и только Берест так и не проронил ни слова. Зато сиял ослепительной улыбкой Даренс, то ли обрадованный отменой княжьего наказания, то ли решивший, что у него появился шанс снова попасть в тайный список куницы.
  
  На всякий случай Веся нарочно пообедала заранее, не зная, чем закончится ее встреча с ястребами. И теперь поднялась с кресла, едва их спины скрылись за дверью. Нечего сидеть с ними за одним столом, тратить время понапрасну и смущать женихов. Пусть поедят спокойно.
  -Я в лавку, - объявила она Савру, - корми гостей как следует, раньше, чем через час, не отправимся.
  Позвала Рыжа, лежавшего под лавкой, как тайное оружие, и направилась прочь. Пока ее сумки не догонят свою хозяйку, нужно запастись кое-какими необходимыми в дороге мелочами.
  Вообще-то лавки и ярмарочную толчею Веся не переносила, еще с тех самых пор, как проклятый дар проявил себя в первый раз. Подумав о лавке, княжна невольно вспомнила ночной кошмар и незаметно трижды сплюнула через левое плечо. Давно заприметила, что снится ей тот проклятый бродяга к неприятностям. Ей тогда было всего тринадцать, и на ярмарку без матери ее отпустили лишь во второй раз. Следить за Весей должны были старшие сестры, но они так надолго застряли в шатре гадалки, что девчонка не выдержала. В те времена ее интересовали сласти, куклы и комедьянты, а не какие-то будущие женихи, и смелая куница решилась обойти ближайшие балаганы, навесы и шатры в поисках чего-нибудь интересного.
  В том, что не заблудится, девочка была уверена, высокий черный купол гадального шатра резко выделялся среди ярких, расписанных диковинными цветами палаток. И, разумеется, она заблудилась, но спохватившись, не растерялась и не стала звать на помощь. Да и зачем ей помощь, если Веся отлично помнила, в какой стороне от входа был тот шатер? Но вот отправиться к нему она решила вовсе не по дорожкам, забитым людом. Ей там и так уже бока намяли и чьи-то наглые руки не раз пытались то срезать заговоренный кошель, то щипнуть за ягодицу.
  И это изрядно вывело из себя княжну, привыкшую в своем доме к уважению и не терпевшую подобных грубых вольностей. Оттого она и приняла решение пройти напрямик через пустырь, к которому шатры стояли задами. И почти дошла, уже видела черный купол, когда ее стиснули бесцеремонные руки, принялись грубо ощупывать, толкая в угол между кипами тюков и бочек, обдавая зловонным дыханием застарелого перегара.
  Веся растерялась только на миг, а потом, когда не удалось освободить перехваченные за спиной руки и выхватить кинжал, дико испугалась и разозлилась. В следующий момент злоба превратилась в незнакомую прежде кипящую ненависть, и, услышав пошлый шепоток, что она горячая девочка, Веся неистово процедила в зажимающую рот ладонь:
  -Чтоб ты сгорел, гаденыш!
  Наглые руки вдруг отпустили ее, и девчонка отчаянно рванулась прочь. Не оглядываясь и не желая знать, почему в спину дохнуло жаром, а над разом притихшей ярмаркой пронесся истошный безнадежный вой.
  Задыхаясь от слёз и пережитого ужаса, Веся выскочила из узкой щели между шатрами прямо в руки перепуганных сестер, и упала в обморок, ощутив, как резко закончились силы.
  Обгоревший труп бродяги тогда закопали где-то в овраге, сочтя, что его наказал за попытку воровства один из чародеев, хотя все они решительно отвергали подобные домыслы. Знали правду только матери Веси и князь, даже сестры считали, что сестра испугалась жуткого зрелища горящего бродяги. Весь следующий год девчонка провела на дальней заимке, якобы восстанавливая под присмотром одной из сильнейших целительниц свое душевное здоровье. А на самом деле упорно учась управлять своей силой, а заодно совершенствуясь в стрельбе из лука и прочих вещах, не лишних для обороны от бандитов.
  Веся дошла до лавки и распахнула дверь, пропуская Рыжа вперед, чтоб следовавшая за рысью толпа малышей не докучала зверю и не кормила чем попало. Ловкая лавочница, едва рассмотрев, кто к ней пожаловал, немедленно выпроводила двух зеленых девчонок, копавшихся в бусах и лентах, и прикрыла за ними дверь.
  -Все слышала, все знаю, матушка, - бесцеремонно объявила она, - чего желаешь?
  -Запасные верхние штаны и теплую безрукавку. Если мои сумки меня не догонят до переправы, боюсь, после Ругора буду мерзнуть.
  -Все есть, выбирай, меряй, - женщина вывалила перед княжной кучу вещей, и опомнилась Веся только тогда, когда оказалась владелицей не только штанов и безрукавки, а и мягких коротких ботиночек, в каких удобно ходить по дому, пары сорочек, запасного белья и кучи мелких вещичек, вроде заколок, платков и поясков.
  -Темная сила, ну и набрала я, - ворчала Веся, глядя, как лавочница умело упихивает все в новую сумку, - умеешь ты уговорить.
  -Так для расстроенной девушки это же первое лекарство, новых платков да поясков накупить. Наденешь их и чувствуешь себе совершенно не той, что была, и все беды-печали вроде как тоже уже не твои, - тараторила лавочница, - идем, матушка. Я тебе сама суму до трактира снесу, уж не обижай меня.
  -Хорошо, - положив на прилавок монеты, согласилась Веся, и в этот момент дверь распахнулась.
  -Весеника, - командир стоял на крыльце, зорко оглядывая комнату, - трактирщик сказал, что ты хотела выехать через час?
  -Это я ее задержала, - ринулась на защиту княжны повязывающая платок лавочница, - уже идем.
  И подхватив сумку, направилась к двери.
  Берест только нахмурился, протянул руку, отбирая у женщины багаж, и первым направился к трактиру, даже не попытавшись заплатить за купленную княжной одежду. Даже представить себе невозможно, как она себя поведет. Согласится принять его деньги, как сделала бы любая невеста из других кланов, или гордо откажется, сочтя их откупом за ночную выходку женихов. И невозможно объяснить, что он и сам уже проклинал себя за то, что не поговорил с княжною прежде, чем решился на обман.
  Хотя, что было говорить, она уже не раз доказала, что сама приняла твердое решение стать женой одного из ястребов. Не понимая, как несладко ей придется в доме князя Илстрема, уверенного, что его сына искалечила одна из ее родственниц.
  
  -Ой, хорош, - поглядывая на подтянутую, статную фигуру идущего впереди командира, шепнула Весенике лавочница, и не подумавшая остаться в своем заведении, - ты еще никого не выбрала?
  -Три месяца дали, - похвасталась Веся, хотя точно знала, что это просто обещание, никто не позволит невесте так долго мутить воду в своем доме, сводя в стычки горячих парней, - и в доме князя неженатых ястребов тоже толпа. У них ведь в двадцать не женятся.
  -Знаю, - поддакнула та, - всех, кому двадцать два исполнится, отпускают на ярмарочный месяц в Ставин, пожить вольной жизнью, с лисичками познакомиться. Некоторые счастливчики, кто пошустрее, с невестами возвращаются.
  А некоторые с наказанием, мрачно продолжила про себя ее слова княжна, и вдруг поняла, отчего он был тогда так бесшабашно весел, пьян и нахален! Лисички! Вот откуда в тот вечер шла троица юных ястребов, налетевшая на толпу любопытных девиц из всех кланов, изучавшую наряды, туфельки и украшения, выставленные в ярко освещенной большими масляными лампами застекленной витрине нового магазина!
  И тут же отогнала от себя картинку, последствия которой никогда не сможет забыть, но постарается исправить... хотя вряд ли станет после этого Бересту другом.
  -И остальные хороши, - постановила лавочница, рассматривая от ворот трактира ястребов, сноровисто седлающих отчищенных от грязи тэрхов, - особенно вон тот богатырь! И беленький пригож, но уж бабник небось, каких поискать! А вон тот мальчик прямо-таки маковым цветом цветет, тебе не подозрительно, матушка?
  -Еще как, - Веся и сама уже поняла, что румянец Лирса не имеет ничего общего со смущением и сразу забыла и про свое намерение ни с кем ни разговаривать, и про тревоги о беде командира, - Лирс!
  -Да? - мгновенно устремился к ней младший, провожаемый хмурыми взглядами остальных, - что ты хотела сказать, Весеника?
  -Чтоб ты немного наклонился, - прохладная ладошка целительницы легла на лоб парня, вызвав счастливую улыбку на его губах и рассерженный взгляд куницы.
  -Ансерт!
  -Я ему говорил, чтобы шапку надел, - пробурчал алхимик, - не драться же с ним.
  -Вы оба меня разочаровали, - строго сообщила Веся, - целитель должен быть настойчив, когда разговор идет о здоровье подопечного! А ты не улыбайся! Долг раненых свято слушать целителей! Если они хотят выздороветь, само собой!
  -Святые слова, матушка! - поддакнула лавочница, - все так. Строга! Но справедлива!
  -Что с ним? - хмурый Берест уже стоял рядом с копающейся в кошеле с зельями Весей.
  -Снова жар. Нужно же думать, что он еще слаб после ранения! И ему нужно одеваться теплее, чем остальным и отдыхать больше!
  Вот не хотела она уколоть командира, так вышло, но он принял ее слова на свой счет, нахмурился сильнее, глаза потемнели. Но сказал вовсе не то, что она ожидала.
  -Может, нам тут остановиться? Отлежится денек.
  -Боюсь, мост поднимут, - голос Весеники стал мягче, - тогда застрянем дней на пять. Я сейчас зелье дам, а вы проследите, чтоб шапку не снимал.
  -Я не сниму, - виновато пообещал Лирсет и, не морщась, проглотил горькое зелье.
  
   Глава восемнадцатая
  
  В Забрег отряд въезжал, когда солнце уже уверенно катилось с горки, проделав большую половину пути по направлению к вершинам гор, белевших на западе. Веся ехала на своем привычном месте, после Береста и Ансерта, за нею неотступно следовал тэрх Лирсета, которому целительница вместе с жаропонижающим влила и сонного зелья. И теперь младший ястреб сладко спал, упакованный в уже привычный к такому использованию шатер.
  Двери многих харчевен, закусочных и трактиров были широко распахнуты, хозяева пользовались теплой погодой, чтоб не топить печи. И изо всех этих дверей доносились бесподобные ароматы жареного мяса и рыбы, пирогов, супов и прочих очень аппетитных блюд, но командир, не останавливаясь, вел отряд к переправе.
  Что мост еще не поднят, Веся рассмотрела сразу и облегченно вздохнула. Нет, ей вовсе не хотелось поскорее оказаться в Сером гнезде, но она уже была однажды в Забреге, когда тут ожидала окончания ледохода толпа самого разнообразного люда. Купцов всех рангов, наемников, путников, странников, комедьянтов, и, разумеется, жуликов и свободных лисичек. Во всех трактирах было шумно и тесно, измаявшиеся от безделья люди утешали себя медовухой и южными винами, всюду слышался хохот, ругань, притворный визг лисичек и звон оружия.
  И именно то воспоминание и заставляло Весю так желать поскорее оказаться подальше от моста.
  -К мосту очередь, - пробасил Ранзел, державшийся рядом с братом, замыкать отряд на этот раз пришлось Даренсу.
  -Там бывают провожатые, - сообщила Веся, и командир молча кивнул, он и сам это знал.
  Именно так называли тех, кому вовсе не нужно было на другой берег. Они приходили по нескольку человек, с пустыми сумами, занимали очередь и оставляли кого-нибудь ловить подъезжавших к набережной путников, чтоб ловко продать им свою очередь. И поскольку на эту удочку попадалось почти половина из желающих оказаться на противоположной стороне как можно скорее, остальные обычно молчали, когда видели, что перед ними стоят с сумами вовсе не те, кто был с утра.
  -К мосту? - метнулся к тэрху командира первый провожатый уже через несколько минут, - могу продать очередь. Всего пару часов подождете.
  -Нет. - Не останавливая зверя, отрезал ястреб.
  -Пожалеете! До завтрашнего утра простоите, а лед уже трещит! Могут мост и ночью поднять, - кричал вслед несостоявшейся сделке жулик, но на него никто не обращал внимания.
  -Очередь на мост, всего час и вы уже едете, - подступился к отряду следующий, но Берест молча проехал мимо.
  Этот час непременно растянется на три, если тем, кто занял очередь впереди, удасться продать свои места.
  -Полчаса - и вы на мосту, - Этот торговец был похож на наемника, отставшего от отряда, - я для друзей занимал, но их еще нет.
  -Так подожди, - вдруг подъедут, - безразлично отозвался тот, намереваясь проехать так же, как проехал раньше, но наемник уже смотрел мимо него, и на задубевшей от ветров коже проступало странное выражение.
  -Княжна Весеника? - он пристально оглядел княжичей, опознал по вышивке на куртках ястребов и нахмурился, - ты уезжаешь?
  -Сколько стоит твое место? - вместо ответа осведомилась куница.
  -Для тебя - ничего. И место чистое, впереди только один провожатый, но он заломил цену... никто не возьмет.
  -А мы никого и не пустим, - басовито пообещал Ранзел, доставая кошель, - а место у тебя покупаю я.
  И протянул засомневавшемуся воину на ладони несколько монет.
  -Возьми, - кивнула наемнику Весеника, - он в отряде старший... по денежным вопросам. И скажи, куда и с кем ты идешь?
  -Шангор отряд собирает, обещал хорошие барыши, - нехотя пробормотал воин, забирая монеты, - Велел переходить на ту строну.
  -Вот как, - насторожился слушавший воина Берест, - так идем с нами?! Шангора я знаю, он врать не будет. Может, он ждет тебя там? Через Ругор некоторые еще отваживаются по льду переходить.
  О том, что наемник решил немного заработать, пока не подошли соратники, он счел нужным забыть, у всех бывают в жизни трудные моменты. А делами одного из свободных воевод не мог не интересоваться, тем более, что эти дела назревали на территории его клана.
  -Хорошо, - чуть помрачнел воин, - идем. Я - Мариш. А половину денег вам верну.
  -Не нужно, - решительно отказался командир, - с нас еще обед. Веди, показывай место. Ранзел, найди ближайшую харчевню, купи пирожков и кваса.
  Веся молчала, зная, что поговорить с Маришем придется в любом случае, и лучше, если это случится после моста.
  
  С переправой им неожиданно повезло. Мост был недостаточно широк, чтоб пропустить одновременно две телеги или повозки, и мостовые стражи, которым не было никакого дела до очереди, пропускали телеги, как только наберут не менее десятка. Подавая с разных сторон моста друг-другу сигналы привязанными на шест флажками, а ночью - фонариками. И едва с одной стороны моста приходил сигнал, что обоз собран, стражник на другой заворачивал все телеги и пропускал только всадников до тех пор, пока с моста не сходила последняя телега.
  Вот в такой удачный момент и попал отряд ястребов, не успевший даже дожевать принесенные Ранзелом пироги. Четверть часа они портили себе и зверям нервы рваной ездой, когда приходится то подгонять тэрхов, то останавливать и прижимать к перилам, чтобы пропустить тяжело груженую телегу, под угрожающее потрескивание льда и пугливое фырканье лошадей, запряженных во встречные телеги. И, наконец, всадники выскочили из толпы на широкую площадь, окруженную с трех сторон каменной стеной.
  -Вот и Скалбрег, - облегченно выдохнул Ранзел и скосил глаза на куницу.
  Обычно именно тут, на чужом берегу, невесты из других кланов вдруг осознают, что прежняя жизнь осталась позади и начинают рыдать и падать в обморок. А то и бросаются назад.
  И хотя Весеника во время пути от Холодного до Забрега хмуро молчала, не отвечая на вежливые предложения женихов, ястребу показалась, что теперь она еще мрачнее, чем час назад.
  -Не начнет плакать? - осторожно шепнул он другу, указав глазами на невесту, но Берест лишь досадливо фыркнул.
  -Скажи Ансу, пусть держит зелье наготове.
  А что он еще мог сказать?! Что она сама так решила? Ну так они и без его объяснений это знают. Видят боги, он пошел против отца, принудив братьев уехать из крепости, и против самого себя, обрывая в душе последнюю надежду на излечение, ради покоя этой девочки. Но она не захотела принять этой жертвы... и сейчас он больше ничего не может для нее сделать. Хотя есть последний способ... но о нем до Ставина лучше не думать.
  -Весеника? - Ансерт подъехал к девушке, терпеливо ожидающей, пока Берест и Ранзел пробьются сквозь толпу путников, желающих попасть в Скалбрег и стражники откроют для них ворота.
  Порядки тут были строже, чем в Забреге, местный глава города не желал держать лишней стражи, и разбираться с ворами и бродягами и приказал проверять всех въезжающих. Обеспечив тем самым некоторым из горожан постоянный барыш.
  -Что? - холодно глянули фиалковые глаза.
  Княжна не собиралась так быстро менять гнев на милость. Ей удивительно удобно было путешествовать эти четыре часа, спутники были предупредительны и не назойливы, возле каждого села осведомлялись, не желает ли она отдохнуть и перекусить, и Веся почти всерьез задумывалась, не рассориться ли с ними на остальные три дня. Ну, или хотя бы на два, до Ставина.
  - Как ты себя чувствуешь? - серые глаза ястреба смотрели пытливо и сочувствующе.
  -Пожалуй, пообедала бы, - задумчиво сообщила куница, прикидывая про себя, с чего это он вдруг задал такой вопрос, - а ты не знаешь, мы будем здесь ночевать, или поедем дальше?
  -Должны здесь, - чуть разочарованно сообщил алхимик, - глава города троюродный племянник отца и брат нам всем. Он не простит, если мы проедем мимо.
  -Замечательно, - вовсе не радостно отозвалась Веся, и пытливо уставилась на собрата по ремеслу, - А как же Берест собирался поговорить с Шангором?
  -По пути заедем в харчевню, это же недолго, - Ансерт немного помялся и осторожно спросил, - а у тебя успокаивающие капли есть?
  -А у тебя нету? - изумилась куница.
  -Есть, и очень хорошие. Хочешь я отдам тебе флакон, на прежних условиях?
  -Ты же снова обманешь, - для вида засомневалась девушка, уверенная, что сейчас ей не помешало бы немного сведений о семье, куда ее повезут ночевать, - начнешь рассказывать то, что все и так знают!
  -Честное слово. Так берешь?
  -Ну, давай, - приняла Веся флакон, твердо зная, что он ей не понадобится ни сейчас, ни позже. Куницы предпочитают заговоренные травные настои алхимическим снадобьям.
  Успокоенный алхимик отъехал в сторону, и девушка довольно усмехнулась, не подозревая, что за этими переговорами издали присматривали три пары глаз, насупившихся при виде того, как она берет флакон.
  Неладное княжна заподозрила, едва проехав ворота. Ранзел, ехавший теперь впереди, уверенно повел отряд к центру города по прямой и просторной улице, и сначала Веся просто глазела по сторонам, рассматривая солидные каменные магазины и деловитых жителей. Однако проехав с сотню шагов, нечаянно обнаружила, что их стало меньше почти вдвое. Куда-то исчезли Берест и Ансерт, замыкавшие отряд, и вместе с ними и Мариш. Вывод напрашивался сам и он очень не понравился Весенике.
  Вот значит как! Не успели проехать ворота, как с ней сразу перестали советоваться и делиться планами? И хотя Весе очень не хотелось снова ссориться с ястребами, однако молча ехать туда, куда ее везут, она желала еще меньше. А сильнее всего задевало поведение Ансерта, сбежал, едва всучив свой флакон! Словно не догадывался, что ответы на вопросы ей нужны до того, как они попадут в дом главы Скалбрега, а не после! Хотя Весе и доводилось тут бывать, но приезжала она как обычная лучница, а встречаться с именитыми людьми города было правом командира отряда. И разумеется, никогда и нигде он не проговорился, что у него под началом воюет княжна, а иногда и не одна.
  Горячее желание разбить о камни мостовой предательский подарок кипело в оскорбленной душе девушки, и рука уже сама нащупала флакон, как разум нашел ему более надежное применение.
  -Рыж, - останавливая Проныру, скомандовала Веся и сунула под нос рыси флакон, - ищи! Ансерт... я же тебя учила! Ищи!
  Рыж понюхал флакон, заинтересованно лизнул, соскочил со зверя и крупными прыжками помчался в ту сторону, откуда они только что приехали. Куница победно усмехнулась, резко развернула Проныру и помчалась вслед за рысью.
  Даренс, замыкающий уменьшившийся отряд, увидев, как княжна стремглав скачет мимо него назад, к воротам, оторопел, но ненадолго. Отчаянно выкрикнул "Ран"! и помчался следом за княжной, проклиная несвоевременную вежливость Анса. Нечего было с ней договариваться и выдавать на всякий случай зелье, нужно было просто заставить выпить! С девицами иначе нельзя, они все немного не в своем уме, никогда не знают, чего именно хотят!
  
  Немного не добежав до ворот, рысь свернул влево, в узкий проулок, пробежал с пару сотен шагов и заскочил в распахнутые воротца харчевни, прилепившейся боком к защитной стене. По тэрхам, привязанным в дальнем углу, Веся определила, что Рыж не ошибся, соскочила с Проныры и помчалась в дом. В том, что зверь никуда не денется, княжна была уверена, судя по раздававшимся позади нее крикам, ястребы открыли на невесту охоту, и значит, привяжут его и сами. Кроме того, за время, пока она путешествовала в одиночку, у куницы окрепло подозрение, что тэрхи вовсе не настолько не поддаются выучке, как утверждает молва. Ныр почти с первого раза отлично понял, что Рыж приносит свежее мясо не только для себя, и относился к рыси очень дружелюбно, хотя раньше Веся слышала байки, что тэрхи рвут всех зазевавшихся собак.
  Наверняка это неразумные шавки сначала выводят мощных зверей из себя глупым лаем и попытками укусить, постановила княжна, взбегая на крыльцо, и открыла дверь харчевни, отозвавшуюся на это действие звоном колокольчика где-то в глубинах дома. Оказавшись в узком коридорчике, куница резко опустила на лицо поднятую после прохода через ворота маску, вызывавшую в Скалбреге своей необычностью больше интереса, чем открытое лицо.
  Хотя ястребы-воины в боевых масках встречались на улицах города весьма часто, и никто на них не обращал внимания. Очень многие из сыновей князя и именитых сокланников, отправляясь по делам и в походы, прятали лица, и никому не приходило в голову упрекнуть их за это или попросить назвать настоящее имя. Все понимали, бывают у человека обязанности или увлечения, которыми лучше заниматься под вымышленным именем, не связывая свои действия с именем и репутацией рода.
  -Чего желаешь? - помощники хозяев в харчевнях Скалбрега отличались любезностью и непреклонностью, и выполняли одновременно несколько дел. Открывали двери и выдавали ключи от комнат, безошибочно определяли, в какой из двух обязательных столовых посадить посетителя, и сколько у него в карманах денег. А заодно безжалостно вышвыривали тех, кто в пьяном угаре забывал о том, что рядом обедают другие посетители, вовсе не желающие слушать крики, ругань и дрянное исполнение всем известных песен.
  -К Шангору, - холодно отчеканила княжна, точно зная, что просить или спрашивать нельзя ни в коем случае.
  -Он тебя ждет? - не спешил поверить приказчик.
  -Да, и поспеши! - добавила Весеника в голос немного усталости и раздражения.
  -Идем, - решил мужчина, делая вид, что не замечает, как она положила ладонь на рукоять кинжала.
  И в этот миг на крыльце раздались взволнованные голоса, дверь распахнулась как от ураганного порыва и в приходую ввалился Ранзел, а из-за него выглядывало возмущенное лицо Даренса.
  -Весеника! - от волнения Ранзел рявкнул слишком громко, и куница поняла, если упустит момент, и позволит ему высказать свои претензии, то превратится для всех окружающих из самостоятельной княжны, целительницы и воина в капризную девицу, бегающую от женихов.
  А этого никак нельзя было допускать. Ястребы и так все время пытаются ее опекать, как женщин из княжеского дома, с которыми носятся как с лукошком яиц. И одновременно не позволяют даже мнение высказывать о делах, считающихся чисто мужскими.
  -Ранз! - возмущённо прикрикнула княжна, - ты почему так кричишь? И где у вас Лирс? Неужели без присмотра бросили?
  -Но... он... - при упоминании о спящем брате старший ястреб невольно притих и попытался объяснить, что ничего Лирсу не станет, тэрхи чужих не подпустят. Но снова не успел.
  -Вот от тебя я такого никак не ожидала! Оставь с ним Даренса, и иди со мной. - Веся обернулась к приказчику и смерила его сердитым взглядом, - а ты что застыл? Веди.
  И он повел, безошибочно определив смелую девицу в маске клана куниц в число тех посетителей, перед кем никогда не стоит закрывать дверей. До сих пор он не видел ни одного мужчины, а не то что женщин, кто бы так свободно командовал давно знакомыми ему воинами из отряда Дикого ястреба.
  У дверей в расположенную на втором этаже комнату полулежал на широкой скамье с резной спинкой крепкий наемник, поигрывающий от скуки кинжалом, но он и не подумал встать, завидев идущую к дверям девушку, и следовавшего за ней по пятам рослого ястреба. Только бровь изумленно приподнял, да буркнул еле слышно, что видать, дельце будет горячим, раз ястребы помирились с куницами. Раньше-то они даже в одной деревне старались не останавливаться, не то что в одном отряде сражаться.
   -Жив, Шангор? - войдя в комнату, осведомилась куница, свободолюбивый воевода был одним из тех людей, кто всех знает и в свою очередь известен многим.
  -Кого я вижу! - расцвел хитрой улыбкой мужчина средних лет и лишь чуть выше среднего роста, но с широченными плечами молотобойца и "умной" залысиной среди рыжеватых кудрей, - Весеника, цветочек колюченький! Что ты здесь делаешь?
  -Жду объяснений, - Весе вдруг пришло в голову, что воевода именно тот человек, который может помочь ей в непростом деле выбора судьбы.
  Нужно только показать ему как для нее это важно и намекнуть, что именно не устраивает куницу в создавшейся обстановке. Девушка спокойно подсела к столу, подвинула к себе кувшин, понюхала и удовлетворенно кивнула, березовый сок, Шангор и сам не пьет ничего крепче, собираясь на дело, и другим не позволяет.
  -Ее Рыж сюда привел, - тихо и расстроенно объяснил Ранзел вопросительно взглянувшему на брата командиру.
  -Это тебе, Ран, - налив в кружку сока, княжна старательно накапала туда зелья из подаренного флакона и протянула ястребу, - пей, не бойся.
  -Мне не нужно!
  -Дай руку Ансерту, пусть посчитает твой пульс, - куница метнула сердитый взгляд в алхимика, - потом у меня. И честно скажет, кому нужнее зелье. Кстати, Анс! Вот твой флакон, выпей сам порцию и не подходи ко мне с ним больше... я не настолько милосердна и терпелива.
  -Фюйть! - весело присвистнул воевода, - ну и разозлили вы колючку! Давненько я не видал, чтоб она так ярилась! Веся, что они тебе сделали?
  -Пытаются сделать из меня подлинную ястребицу! - мрачно рыкнула наконец-то нашедшая правильное определение княжна, - представь, Шангор, все эти ястребы - мои женихи!
  -Не могу... - оглядев нахмурившихся парней, хитро заявил воевода, - тебе столько не положено! Выбирай одного!
  -Если бы я могла! - Веся старалась говорить с горечью и отчаянием, радуясь в душе, что Шангор пока мыслит в правильном направлении, - но я ведь понимаю, что от выбора мужа зависит вся моя жизнь! А я княжна! Меня приучили думать о делах клана и лечить соратников и сородичей, убивать врагов и защищать обиженных! А если жених не желает сейчас этого понять, он же потом запрет меня в башне, будет приносит добычу и ждать, что я стану вышивать ему походные куртки!
  -Ты не умеешь вышивать куртки? - притворно опечалился воевода, пряча лукавый блеск глаз.
  -Умею. Но людей я исцеляю гораздо лучше... и считаю, что это важнее. А еще я не смогу усидеть в башне, если узнаю, что где-то мои друзья отбивают у налетчиков обоз с пленными. А они не хотят этого понимать! Вот и сейчас, молча улизнули сюда... и хотят, чтобы я их после этого выбирала! - Веся рассерженно фыркнула, глянула в хитрые глаза Шангора и требовательно спросила, - так зачем ты собираешь отряд? И почему на этом берегу?
  -Вот теперь я тебя узнаю... а женихи... сколько у тебя времени на выбор?
  -Три месяца.
  -Это же чудненько! Мне как раз не хватает такой целительницы, как ты! Ну и Дикий ястреб с отрядом не помешает, само собой!
  -Шангор... - Веся отлично понимала, что это было бы просто прекрасно, но понемногу остывая, начинала подозревать, что Илстрем никогда ей такого не простит. Слишком долго он шел к этому шагу, слишком трудно пересиливал свою обиду и гордость. - я должна подумать, и посоветоваться... вот с ними.
  -У нас есть три-четыре дня, - кивнул он серьезно, стараясь не смотреть на примолкших, и словно закаменевших ястребов, - советуйтесь. А пока скажу одно... птичка принесла на хвосте, что степняки в этом году решились напасть на земли ястребов, едва подсохнет земля. И тоже ждут ледохода, чтоб вепри и куницы не смогли прийти на помощь. Илстрем мне на письмо ответил, что это невозможно, но дополнительные отряды воинов на заставы отправил. А вы все знаете, если злодеи пойдут ордой, то эти защитники обречены... пока подойдет помощь с запада и из-за Ругора, от застав останется лишь пепел.
  -А княгине ты писал? - волновало куницу.
  -Да и утром получил ответ, что Радмир соберет отряды раньше и отправит на границу, а несколько постарается перевести через Ругор. А еще он написал, что у вас уже разбит первый отряд степняков. Ты ничего об этом не знаешь?
  -Все знаю, и они тоже. Это мы на них наткнулись. Пусть тебе Ансерт расскажет. Ранзел мне кажется, нужно принести сюда Лирса, если мы его не разбудим, он обидится.
  
  Глава девятнадцатая
  
  Во двор главы города отряд въезжал через полтора часа, и ястребы успели за это время обсудить с воеводой с десяток волнующих всех вопросов. Ни слова никто не сказал лишь о его предложении вступить в собирающееся войско, и сам Шангор тоже не напоминал.
  Помалкивала и Веся, но не думать об этом не могла. Раз за разом представляла, что скажет князь сыновьям, а что - ей самой, если они отправятся в поход без его разрешения. И понимала, что всем может быть очень несладко... и хотя она попытается вытерпеть любое обращение, но это не пойдет на пользу ее будущему. Наконец княжна решила, что стоит забыть об этой идее хотя бы те пару дней, что они добираются до Ставина.
  -Наконец-то! - судя по приветствию стоявшего на крыльце каменного дома хорошо одетого мужчины, Весиных женихов ждали немного раньше.
  Однако что-либо объяснять или оправдываться Берест не стал, он вообще пропустил эти слова мимо ушей.
  -Добрый вечер, Сидвер, - поздоровался командир учтиво, спрыгивая с тэрха, - ты не против, если мы у тебя задержимся на денек?
  -Почему? - недовольно поднял брови хозяин дома и тут же поправился, - я буду рад. Но вас ждут в Сером гнезде.
  -Багаж княжны Весеники немного отстал, - тем же ровным голосом объяснил Берест, вежливо подавая руку кунице, - разреши, я провожу.
  -Весеники?! - княжна от души порадовалась, что, выходя от Шангора, привычно опустила на лицо маску.
  Сейчас она не смогла бы скрыть едкой насмешки, так и тянувшей губы в стороны.
  -Но ведь Радмир говорил, что выдаст за ястреба Марилику? - никак не мог успокоиться Сидвер.
  -Как выяснилось, - едко сообщил Даренс, догоняя поднимающихся по ступеням командира и куницу, - у Марилики были свои планы. И она уже тайно отдала свой браслет. Пришлось князю расщедриться на младшую дочь.
  И хотя блондин и в этот раз язвил, как обычно, Веся была ему благодарна за пояснение, понимая, что иначе ей пришлось бы все рассказывать самой.
  -Вот как, - пробормотал глава города и спохватившись сделал широкий жест рукой, - рад принимать тебя в своем доме, княжна Весеника. Алмерина уже мечтает с тобой познакомиться.
  -Я сам, - раздался от дорожки непреклонный голос Лирсета.
  Веся осторожно скосила глаза в ту сторону, и рассмотрела, как младший жених решительно отбирает ее дорожный мешок у прибежавших парней в одинаковых куртках.
   Вот как. Если Лирсет, ни разу до этого не проявивший никакого интереса к ее вещам, так ревностно борется за право донести до комнаты княжны ее мешок, это не может ничего не значить.
  Скорее всего, начала догадываться Весеника, вещи невесты подлежали бдительной проверке и переборке. На те, какие подходят ей по правилам клана и совершенно недопустимые.
  И, стало быть, перевоспитывать свободолюбивую куницу на свой лад все, кому не лень, начнут прямо здесь? Как хорошо, что она не смирила свой порыв и высказала женихам все свои подозрения. Теперь осталось только проверить, насколько верно она поняла невольный намек Лирсета, и не забыть сказать ему спасибо.
  Двери распахнулись и гости вслед за хозяином вошли в небольшую прихожую, дом главы был выстроен в строгом соответствии с северными правилами. Возле входа стоял вооруженный охранник, а позади него имелась дверца для стражи. Вход для гостей, закрытый массивной дубовой дверью с коваными засовами располагался с другой стороны. И едва перед гостями отворилась эта дверь, рука командира, служившая до этого Весе бесчувственной опорой, ободряюще сжала пальчики девушки.
  -Добрый день, дорогие гости, мы рады встречать княжну Марилику в своем доме! - Женщина, стоявшая в приемном зале, освещенном бронзовыми масляными лампами с дорогими хрустальными абажурами, поперхнулась, заметив знаки мужа и лук за спиной невесты, но твердо договорила, - комнаты и горячая вода для вас уже готовы. А для княжны - подобающее невесте княжича клана ястреба платье.
  За это время Весеника успела рассмотреть хозяйку и стиснуть покрепче зубы. Жена главы города была одета в платье из тонкого лилового сукна, отделанное снежно-белым туго накрахмаленным широким воротником и такими же манжетами. Украшала платье затейливая вышивка, щедро сдобренная жемчугом и серебряной нитью. Ее волосы, заплетенные в сложные косы, были скручены бараночками на висках, а затылок венчала лиловая атласная шапочка, густо обшитая кружевом.
  Ничего нового, если разобраться, Веся видела нечто подобное не раз, когда приходилось бывать в Ставине. Там можно было увидеть и яркую вышивку на блузках женщин из клана оленей, и пышные оборки лисичек и меховые безрукавки волчиц. Но до этого момента Весе не верилось, что ее заставят надеть вот такой шуршащий огромный воротник и прилепить на голову бессмысленную шляпку.
  -Спасибо, Алмерина, - вежливо произнес Берест, но особого тепла в его голосе Веся не услышала, - мы с удовольствием умоемся и пообедаем. Думаю, до ночи вполне успеем доехать до Ковы.
  -Но разве вы у нас не переночуете? - потрясенно вытаращилась хозяйка.
  - Отец желает, чтобы мы поторопились, нам Сидвер только что сообщил, - так же учтиво ответил ей командир и повел куницу к лестнице, словно не замечая сердитого взгляда троюродного брата.
   -А как же багаж княжны Весеники? - В голосе главы Скалбрега скользнула едкая нотка.
  -Не могу же я ослушаться отца из-за каких-то сумок?
  Веся заинтересованно покосилась на спутника и очень пожалела, что не может увидеть сейчас выражение его глаз. Зато она хорошо расслышала необычную покорность в глуховатом голосе, и тихое фырканье за спиной. А полуобернувшись к Лирсету, тащившему следом за княжной ее мешок, девушка разглядела веселых чертиков, танцующих в медовых глазах подопечного, и убедилась в верности своих выводов.
  И это неожиданно оказалось так приятно, что Весеника сразу простила ястребам все их выходки. В конце-то концов, ну не со злости же они так поступали? А по незнанию... хотя, если разобраться, иногда в жизни из-за незнания или недостатка сведений происходят очень скверные вещи... Но ей сейчас не до разбирательств. У нее более важный вопрос и раз женихи не отдали ее на съедение этой накрахмаленной даме, можно попытаться узнать их мнение.
  Решать во всех случаях она все будет сама.
  -Лирс, занеси, пожалуйста, мои вещи... - кротко опустив глаза, попросила княжна, когда Берест открыл перед ней дверь комнаты, - и ты тоже зайди, я отдам зелье, которое нужно обязательно выпить ему перед ужином.
  -Хорошо, - коротко ответил командир, входя в комнату, однако дверь оставил широко распахнутой.
  -Сейчас... - открыв для вида кошель с зельями, Веся обежала взглядом комнату и затосковала.
  Сочетание тяжелой темной вычурной мебели с неимоверным количеством белоснежного сиянья накрахмаленных занавесей, покрывал, чехлов и салфеток вызывало у нее оскомину. А висевшее на вешалке платье из саржи брусничного цвета, походившее фасоном на платье хозяйки как близнец, подтвердило самые худшие подозрения насчет намерений хозяев дома.
  -Если я начну одеваться в этот крахмал, - словно про себя пробормотала куница, - то к обеду меня не ждите. Как только я его надену, пора будет снимать.
  Еще ей очень хотелось добавить, что если она не найдет по возвращении из столовой хоть одной стрелы или пинцета, то отправится к Шангору, не ожидая ничьего разрешения, но куница благоразумно прикусила язычок и смолчала.
  -Думаю, ты сама объяснишь Алмерине, - усмехнулся Берест и его глаза хитро блеснули в прорези маски, - по какой причине не решилась надеть это платье и спросишь разрешения забрать его с собой. Поторопись, мы придем за тобой через пять минут. Солнце садится, а до Ковы добираться еще два часа.
  -Вот зелье, десять капель в воду, - мгновенно всучила ему флакон Веся и выставила женихов за дверь.
  Пять минут, чтобы умыться и упаковать ворох накрахмаленных юбок, ничтожно мало даже для ловкой куницы.
  
  Видимо, командир и сам понял, что погорячился, потому что пришли они через десять. И Веся как раз все успела. Умылась, упаковала платье в один из дорожных сундучков, обнаруженных на шкафу, и даже переоделась, но хитро, по-походному. Надела прямо поверх дорожных штанов юбку, а вместо рубахи - блузку. Сменила сапожки на купленные в Холодном ботиночки и уложила пышным венцом косу, перевив ее жемчугом. А потом задумалась, как поступить с поясом, на котором носила все самое ценное.
  Надеть его поверх тонкой блузы - некрасиво и невежливо, спрятать под юбку еще невежливее, каждый поймет, что там у нее. Наконец уложила в мешок на самый низ, переложив в карманы штанов только несколько самых ценных вещиц. И снова остановилась в раздумьях, куда теперь деть этот мешок?
  В доме куниц у всех были свои сундуки, и лазить в чужом не решился бы даже трехлетний ребенок. А вот на что способна хозяйка или ее домочадцы - Веся не пыталась и догадываться. Но даже надеясь на их благовоспитанность, не переставала втайне подозревать, что это понятие в разных кланах может быть очень не одинаковым.
  -Весеника, ты готова? - Стукнув в дверь, осведомился голос Ансерта, и она немедленно ответила.
  -Да.
  Однако голос княжны прозвучал так уныло, что открывший дверь алхимик уставился на нее с тревогой. Впрочем, почти сразу сменившейся, нескрываемым восхищением.
  -Очень хорошо! Разреши предложить тебе руку?
  -Разрешаю, - так же уныло согласилась Веся, и чуть тише буркнула, - еще кому бы мне предложить свой мешок?
   -Ранзелу, - тотчас ответил ястреб, и куница поняла, что братья об этом уже подумали.
  И в таком случае ее беспокойство не беспочвенно.
  -Вот если бы ты объяснил мне все это заранее! - немедленно рассердилась Весеника.
  -А что бы ты сделала? - флегматично пожал плечами Ансерт, - отдавай и идем, с Ранзом никто не станет спорить.
  А не рановато ли она решила уступить богатыря неизвестной ястребице? - Задумалась княжна, шагая рядом с алхимиком одетым в нарядную кашемировую рубашку и замшевый костюм из штанов и жилета.
  -Княжна Весеника?! - в голосе хозяйки, встречавшей гостей на пороге столовой прозвучала богатая смесь эмоций от высокомерного раздражения до снисходительного удивления, - тебе не понравилось платье?
  -Ей очень понравилось, Алмерина! - не дал Весе и слова сказать спутник, - мы еле отговорили Весенику в него наряжаться! Все устали и проголодались, а до Ковы еще скакать и скакать! Если бы я потерпел еще полчаса, то пожалуй отправился на кухню сам!
  -Спаси нас милостивые духи, - почему-то сразу растеряла всю свою непримиримость ястребица, - проходите к столу!
  
  Через полчаса Веся начала сильно сомневаться в собственной смышлености. Ну как можно назвать умной девушку, да еще и княжну, если она добровольно едет в дом, где все поддерживаются таких правил?
  И расстраивали куницу не крепкие парнишки, подающие еду, это и у них в харчевнях обычное дело. И не закуски, красиво разложенные на тарелках тонкими ломтиками. Даже не обилие хрустящего белоснежного полотна, каким полагалось вытирать руки и губы каждую секунду. Наставницы юных княжон учили девочек кушать так, чтобы ни перед кем не было стыдно, и теперь Веся как никогда была им благодарна за эту науку.
  В уныние куницу привела болтливость хозяйки и бесконечные поучения. Не выпуская из руки обшитый кружевом лоскут белоснежного полотна, Алмерина лишь пригубливала красивый розовый отвар, бокал с которым держала во второй руке и засыпала гостей вопросами, на которые ястребы старались отвечать по очереди. Помалкивал лишь Берест, отделываясь при необходимости кратким "да" или "нет". Веся тоже молчала, аккуратно и неспешно терзая вилкой ломтик окорока и размышляла о том, как кстати пришлось предложение Шангора.
  Придется применить всю хитрость и попытаться уговорить ястребов пойти к нему, иначе она действительно не выдержит и сбежит.
  А Алмерина тем временем оставила в покое родственников мужа и взялась за их невесту.
  Но куница уже успела оценить верность поведения командира и отвечала еще короче, чем он, и поднимала глаза от тарелки лишь в тех случаях, когда иное сочли бы за невежливость. И очень радовалась, что велела рыси остаться рядом с Ныром, сейчас она уже не выдержала бы и зала ему незаметный знак немного порычать.
  -Как жаль что она такая молчаливая, - со вздохом искреннего сожаления сообщила хозяйка мужу, когда прислужники, наконец, принесли горячие блюда, - княгине придется очень постараться, чтобы сделать из девушки себе достойную помощницу. А зачем вы везете этот лук, Ранзел? Ты же знаешь, что он ей там не пригодится?
  -Он очень пригодился ей в дороге, Алмерина, - вдруг едко процедил Лирсет и все братья уставились на него такими строгими взглядами, словно парень нарочно вылил на стол содержимое своего бокала.
  -Но это так ужасно! - хозяйка тотчас поняла эти слова по-своему, - когда такая юная девушка убивает несчастных птичек!
  -Ну да, - продолжал зло ухмыляться княжич, - несчастных маленьких птичек! Особенно тех трех, что гуляли возле нашего костра!
  -Но их можно было прогнать, - упрямо поджала губы женщина, - и для этого есть мужчины.
  -Ты права, Алмерина, - остановил младшего ледяным взглядом командир, и Веся с облегчением вздохнула, - мы так в следующий раз и сделаем. А теперь нам пора собираться, темнеет.
  -А я бы послушал про тех птичек, - очень тихо проворчал глава города, не вмешивавшийся в разговор, но, как выяснилось, внимательно за ним следивший.
  -Мы расскажем тебе как-нибудь позже, - Берест оказался непреклонен в своем желании уехать немедленно.
  -Надеюсь, у меня будет хоть полчаса, чтобы упаковать твоей невесте платье? Мы готовили его специально для нее! И вообще я собиралась дать ей несколько советов по поводу нарядов... - хозяйка смотрела на его, обиженно поджав губы, но куницу волновали вовсе не ее советы.
  Девушку насторожило заявление, что она невеста Береста. Интересно с чего Алмерина это взяла?
  -Княжна Весеника по моему совету его уже упаковала, - мгновенно ответил за брата Ансерт, - а вот браслет она пока не взяла ни у кого, как ты понимаешь, между нами не так просто выбрать.
  Последние слова он произнес шутливо, но Алмерину эта шутка не обманула.
  -Но как же так? Она едет с вами несколько дней, так же не положено! - женщина смотрела на гостью едва ли не с ужасом.
  Куница прикусила губу, чувствуя, что еще немного и расхохочется... или выскажет этой накрахмаленной курице все, что про нее думает. А потом выскочит из дома и свистнет Рыжа...
  -Алмерина ты на что это намекаешь? - снова вскипел Лирсет, но командир уже поднялся из-за стола.
  -Извините, но нам пора.
  Переодеться Весенике позволили в соседней со столовой комнате, и девушка сдёрнула юбку и блузку с такой скоростью, с какой не снимала их никогда. И лишь натянув рубаху и куртку и затянув на талии свой пояс, куница почувствовала себя счастливой. И неважно, что она вполне могла бы сжевать еще не один пирожок. Зато теперь девушка могла с полной уверенностью заявить, что жить так, как живет эта Алмерина, она не захочет никогда.
  
  Глава двадцатая
  
  
  Выезжали из двора главы города ястребы деловито, с видом опаздывающих на важную встречу людей, и первые десять минут ехали по городу очень торопливо. А доехав до небольшой рыночной площади, на которой уже горел ночной фонарь и закрывались последние лавки, внезапно свернули в угол, где по утрам ставили телеги торговцы живым товаром, и окружили Весенику тесным кольцом.
  -Ну и как тебе понравилось гостеприимство Алмерины, куница? - осведомился Ансерт и в его голосе Весе послышалось ехидство. И потому она ответила, не задумываясь ни на секунду.
  -Так же, как и вам.
  Хотя ей очень хотелось сказать, что совершенно не понравилось, и что пора им решать, пойдут они в отряд Шангора или нет. А если не пойдут сами, то пусть отпустят ее, она может дать честное слово что вернется... просто постепенно приучит себя к этой необходимости.
  -А ты представила себя на ее месте? - пробасил Ранзел.
  -А ты меня там представил? - Живо заинтересовалась Весеника, и тотчас задумалась, а чего это они снова затеяли?! - но не пойму я, к чему вы клоните?!
  -К тому, что зря ты на нас обижалась, - сердито фыркнул Даренс. - Я хотя и был против того, чтоб тебя отпускать, но и сам вижу, что в Сером гнезде тебе будет тошно.
  -Спасибо, - осторожно поблагодарила княжна, начиная понимать, что во время обеда они думали об одном и том же, - но я обижалась не на вас. А на дядю. И к тому же мне не кажется, что все женщины в Сером гнезде такие зануды, как Алмерина. Я ведь бывала в ваших селах. И в трактирах и в домах людей... и точно знаю, женщины клана ястребов мало чем отличаются от наших. Разве что оружие в руки пореже берут, да суп по другому варят.
  -То есть, ты готова и дальше ехать с нами и безропотно терпеть все правила, каким тебя заставят следовать? - ровно спросил Берест, и в его голосе ясно звучала горькая усталость.
  -А у вас появились какие-то замыслы? - не пожелала Веся отвечать на этот каверзный вопрос.
  -Да. Вон видишь переулок? Если свернуть направо, можно выехать на улочку, что ведет к восточным воротам. Тэрха можно привязать... или отпустить, до Шангора ты доберешься, а он сумеет тебя спрятать на три дня.
  Вот оно что! Вспыхнуло в мозгу Веси понимание, он не поверил, что она до конца осознает, на что пошла, согласившись ехать в их замок! И решил, что девчонка просто обиделась! Да ведь и верно, любой невесте было бы обидно, если ее бросили посреди дороги сразу пятеро красивых, сильных и знатных женихов! Только не ей... она думает по другому.
   И вовсе неважно, что от предложения ястреба на сердце сразу стало тепло, как от весеннего солнышка! А стоило кунице представить, что она снова свободна, не должна никого выбирать и не зависит ни от каких обещаний, у нее в душе и цветочки расцвели. Ну а от надежды что не придется жить в окружении мрачноватых каменных домов Серого гнезда, ходить в накрахмаленных юбках и чинно, как больная, сидеть за столом, пока мальчишка подавальщик накладывает на тарелку еду и вовсе сладкие ягодки созрели!
  Но одновременно поднялось и давно созревшее понимание для чего так нужна Илстрему сноха-куница. А с ним и твердое убеждение, что князь ястребов немедленно потребует у ее отца ответа. И тот так же спешно отправит другую невесту вместо сбежавшей, лишь бы не терять с таким трудом восстановленный мир. И возможно это будет даже не Мариля, а Ледяника, обладающая редким даром за несколько дней предсказывать зимние долгие метели и весенние пагубные заморозки. Неважно, кто, важно, что сестры станут обижаться на нее... и им придется по принуждению тянуть ту долю, какую она выбрала добровольно.
  Да и привыкла Веся за эти дни к ястребам, и постепенно начала понимать, чьи недостатки не сможет перенести, а чей характер ей понятнее и ближе по духу. И почти готова сделать последний шаг... но ни в коем случае не сегодня. Ведь у нее есть в запасе еще три дня... и она не желает их никому отдавать. Да и в дороге может разное произойти.
  Однако высказать им благодарность она намерена прямо сейчас, хоть и не так долго живет на свете, но успела понять, права бабушка, которая всегда говорит - доброе слово немедля скажи, а злое на потом отложи.
  -Спасибо, - проникновенно произнесла Весеника и поочерёдно заглянула каждому в лицо, стараясь до конца разгадать, что они ощущают в этот миг?! - я вам очень благодарна за это предложение. Очень. И хочу сказать... вы все хорошие... каждый по-своему, потому я прощаю вам все прошлые шутки и обиды. Мне будет очень трудно проститься с вашей дружной компанией. Но зато я рада, что это будет не сегодня, а позже, когда я возьму браслет у одного из вас.
  Почти минуту, после того как княжна смолкла, она могла спокойно любоваться меняющимся выражением их лиц и наслаждаться молчанием. А они неверяще смотрели на довольно улыбавшуюся девушку и, казалось, еле сдерживались чтобы не сказать ей чего-нибудь резкое.
  -А ты хоть понимаешь, - первым не выдержал Лирсет, - что в Сером гнезде ты не сможешь ходить в своих платьях? Она ведь потому и ведет себя так... по-хозяйски, что знает, все то, что ты везешь с собой, кроме украшений и ценных вещей, сложат в кладовой и запрут. Оружие тоже. И ты сможешь дарить это своим сестрам или селянкам, но только не надевать сама.
  -Догадалась, Лирс, - кротко сообщила Веся, и мягко предложила, - а нам не пора ехать? Или у вас снова другие планы?
  -На что ты надеешься, Весеника? - глуше обычного выдавил командир, - на то, что не все женщины в гнезде похожи на Алмерину? Ты угадала... но никто из тех, кто живет в крепости, не станет ради тебя нарушать порядки.
  -Это я тоже понимаю, - загадочно усмехнулась Веся, которой только что пришла в голову ошеломительная в своей крамольности мысль.
  Все неверно она до сих пор делала... и женихов выбирала совершенно не по тем меркам. И раз так, сложившийся список упраздняется, а два оставшихся дня она постарается использовать для обдумывания способа проверки ястребов на одно-единственное необходимое ей качество.
  -И все-таки остаешься?
  -Да, - твердо кивнула она, и еще ни разу за последние дни решение не далось девушке так легко, как сейчас.
  
  За городскими воротами отряд резко оказался в полной темноте и Веся надела очки, чтобы убедиться, спутники тоже спешно глотают зелье. Тэрхи и в этом отношении были удобнее лошадей, они видели ночью как кошки, и в зелье не нуждались.
  Отряд скакал почти полчаса, когда их догнал раскатистый, словно удар грома, гул. Однако все сразу поняли, что это вовсе не первая весенняя гроза, это выше переправы, в горах, скопившаяся талая вода взломала наконец многослойную толщу льда и швырнула ее вниз, в русло Ругора. Ястребы невольно оглянулись, хотя ничего отсюда они увидеть не могли, а Веся только крепче стиснула губы. Люди Сангра вряд ли успели перейти Ругор, но это и лучше. Пусть ее вещи полежат в доме у кого-нибудь из Забрегских друзей дяди, все лучше, чем быть пренебрежительно брошенными в каморку Серого гнезда. Их хозяйке пока не до вышитых сорочек и наволочек с прошвами.
  -Ледоход... - мрачно буркнул Ранзел и покосился на Весю, понимает ли она, что вполне могла сейчас сидеть в тепле какого-нибудь трактира на землях своего клана и ее даже достать никто не пытался?
  -Весна, - девушка ответила ястребу настолько беззаботной и милой улыбкой, что силач от неожиданности даже поперхнулся.
  Странная она все же. То на невинную шутку сердится, а то радуется, что пятеро женихов не сумели уговорить ее вернуться в родной дом. Или она уже влюбилась в кого-то из них? Интересно, в кого... держится куница так спокойно, что и не угадаешь. Других девушек сразу видно... то краснеть начинают, то хихикают глупо... а то и вообще начинают вздыхать и плакать безо всякого повода. А эта смеется... хотя тоже без повода. Неужели все же влюбилась?
  -У вас в Кове есть знакомые или остановимся в трактире? - деловито поинтересовалась куница через некоторое время, копаясь на ходу в своем мешке.
  -Есть, - Лирсет, быстрее остальных нашедший решение Веси остаться с ними верным, ехал рядом с ней и посматривал на девушку счастливыми глазами.
  У него уже возникло несколько планов, как помочь кунице привыкнуть к чужому укладу жизни, даже если она выберет не его.
  -Там застава, и ее командир хорошо знает Береста. Но он еще не женат, и женщин в доме нет.
  -Это нужно понимать как предупреждение? - Теперь княжна предпочитала все выяснять и уточнять заранее, чтоб снова не проходить проверку на выдержку.
  -Почти, - ответил прислушивающийся к их разговору Ансерт, - просто там можно не надевать юбок и не прятать оружие. Потому Берест и ведет нас туда, в доме Сидвера Алмерина до полуночи читала бы тебе наставления.
  -Зря волновались, - фыркнула Веся, - я не собиралась оставлять Рыжа на ночь на улице. А выставить назойливого гостя из комнаты он умеет одним оскалом.
  -И после этого его никогда бы не впустили в Серое гнездо, - мрачно сообщил Даренс, - Алмерина каждый день отправляет княгине подробные доносы.
  -Ах, вот даже как, - изумилась княжна и осознала, что ее задача стала немного сложнее, - запомню.
  Говорить о том, что в таком случае ее саму лучше и близко не подпускать к их крепости, куница не собиралась. Как говорит ее дядя, - у хорошего воина всегда должен быть в запасе выход из самого трудного положения. Причем имеет в виду он вовсе не уход за грань.
  Кова засияла редкими фонарями и освещенными окнами у них под ногами, когда отряд вымахнул на вершину холма, через который шла прямая дорога для всадников и все вздохнули с облегчением. Как ни держались ястребы, усталость давала себя знать несмотря на зелье, что Ансерт втайне от Веси выдал братьям в доме Сидвера.
  С холма тэрхи, ободренные видом близкого жилья, сбежали так резво, что кунице впервые за всю дорогу пришлось держаться за ошейник, надетый на зверя именно ради этой цели. И когда Проныра вдруг остановился и Веся подняла голову, оказалось что отряд уже стоит возле мощной каменной стены и Берест дергает медную цепочку на окованной железом створке узких ворот.
  -Кого еще принесла ночью нелегкая? - раздался голос откуда-то сверху, помолчал и закричал кому-то невидимому, - Ханвер! Тут шестеро на тэрхах.
  -Так спроси, кто такие? - отозвался издали злой голос, но сразу же поправился, - стой, лучше спроси, есть среди них лекарь?
  -Все у нас есть, - преувеличенно грозно крикнул Ранзел, - а вот у вас скоро не будет ворот!
  -Мавл, открывай немедленно, болван! - еще злее рявкнул тот, кого звали Ханвер, и за стеной сначала затопали по перекладинам невидимой лестницы тяжелые шаги, затем загрохотали запоры и цепи.
  А едва створки распахнулись, Весеника рассмотрела мощеный камнем двор, освещенный несколькими фонарями и мужскую фигуру, решительно шагающую навстречу приехавшим.
  -Ансерт с вами?
  -Да, - отозвался алхимик.
  -Тебя привели милостивые духи, - выдохнул комендант, - у меня один олух свалился со стены.
  -Это меня привели, - обреченно буркнула куница, направляя тэрха к крыльцу, - и не духи, а ястребы.
  -Весеника?! - вот теперь хозяин крепости поразился по-настоящему, даже побледнел от волнения, - не может быть!
  -Есть хоть один комендант крепости и воин, который не знал бы это имя? - язвительно поинтересовался Даренс, - вот что я хотел бы знать.
  -А я хотел бы понять, почему мы его никогда не слышали? - задумчиво сказал Ансерт, заставляя своего зверя следовать за Пронырой.
   -Я могу объяснить, - оглянувшись, насмешливо сообщила княжна, сообразившая, что больше молчать не получится. Да и незачем, - только сначала раненого посмотрю.
  -Умирающего, - мрачнея, признался Ханвер, открывая дверь в дом - спину он повредил. Вот всем хороший парень и воин умелый... одна беда, если достанет вина сразу начинает куролесить. То по бревну через ров ходить его тянет, то с тэрхом бороться. А сегодня полез на стену... незнамо зачем понесло на самый край.
  -Его нужно от вина отвадить, иначе погибнет, - твёрдо сообщила целительница то, что Ханвер знал и сам, не знал лишь, как за это взяться.
  -Я зелье дам, у меня есть, - пообещал спешивший за куницей Ансерт, - Весеника, чьи зелья давать будем?
  -Посмотрю и скажу, ты воду готовь в маленькой плошке, поить будем ложечкой. Вот этот, что ли? Зря вы его на лежанку положили, несите широкую доску. Привяжем и пусть всегда с ней ходит, небось на стену не полезет. Ранз, Лирс, помогите, осторожно... снимайте... и это тоже. Доска есть? Давайте. Теперь полотно. Подсовывайте, да потихоньку! Теперь сюда. Все, можете немного погулять... минут пять, потом будем его растягивать и привязывать.
  -Уф, - выдохнул Ранзел, отступая, - ты всегда так командуешь?
  -Нет, только когда кто-то решил отлынить от службы... горб себе вырастить. Иди Ранз, но твоя помощь еще понадобится.
  -Я, правда, горбатым останусь? - страдальчески протянул покалеченный, скуластый парень с багровеющим под глазом синяком.
  -А ты когда-нибудь видел, чтоб целители лгали? Но я тебя может и вылечу... если ты тоже правду будешь говорить. Как умудрился упасть на спину и глазом одновременно? Или это Ханвер тебя внизу кулаком встретил? - тонкие пальчики куницы проникли под полотно, достали до позвонков, и раненый поморщился, а она продолжала болтать, как будто ничего не замечала. - Придется его наказать, чтоб не калечил своих воинов, мне это ничего не стоит.
  -Ой! Да это не он! Ой-ей... это Мавл... иди, говорит, отсюда... а я только хотел на закат посмотреть... дом у меня в той стороне.
  -А дома кто? Невеста или жена?
  -Мать... один я у нее, отец погиб, сестра замужем, у волков живет. Ай! Что ж ты так больно-то, в самый перелом!
  -Нет у тебя перелома, сместилось чуток, - облегченно вздохнула Веся, и окликнула, - Ханвер!
  -Тут я, - появился в дверях комендант.
  -Длинные полотна нужны, привязать к доске, чтоб ночью на бок во сне не повернулся. И где там Ансерт с зельями?
  -Иду.
  
  -Вот теперь я хочу умыться и съесть чего-нибудь горячего, - появилась побледневшая девушка на пороге большой столовой, всю середину которой занимал внушительный стол.
  -Иди на второй этаж, самая последняя дверь умывальня. Твоя комната рядом.
  -А Рыж где? - уже поднимаясь по лестнице, вспомнила княжна.
  -Возле повара, сметану клянчит.
  -Про кости сказал?
  -Конечно. А что с раненым?
  -Не ранен он, просто царапина и позвонок от удара сдвинулся... теперь уже на месте. А вот упал Осин не сам. Ему кто-то так здорово в глаз дал, что он не удержался.
  
  -Так откуда ты знаешь Весенику? - приступил к допросу коменданта Даренс, едва стихли шаги куницы.
  -Она была целительницей в отряде Шангора, мы вместе с ними прошлое лето откидывали степняков от границ, - пожав плечами, - пояснил Ханвер, - а вот вы ее откуда взяли?
  -В Ясновене, в княжеском доме. Везем невестой в Серое гнездо, - нехотя объяснил Ансерт, - у нее свободный выбор.
  -Что? Весеника княжна? Вот теперь я понимаю, почему Тадор от нее не отходил.
  -Кто такой Тадор? - живо заинтересовался Лирсет, но судя по насторожившимся лицам его братьев, узнать это были не прочь и все остальные.
  - Старший помощник коменданта Сангра и его родич по клану. Он ведь из клана барса перешел к куницам, ради жены, к барсам ее Радмир не отпустил.
  -И что он за человек? Тадор?
  -Хороший воин... спокойный, рассудительный... за Колючкой следил, как клушка за цыпленком... я думал, он ей жених. Теперь-то ясно, это отец велел ее охранять. Хотя она и сама лучница из первой десятки.
  -Колючка... - ошеломленно пробормотал Ранзел, уронив на стол вилку, - темные силы!
  -Ну да, так ее все зовут в отряде. Или просто Колючка, или Веся-Колючка. А полное имя знали очень немногие и все надежные люди. Это я сегодня от неожиданности так ее назвал... не ожидал здесь увидеть. Куницы ведь с вами в ссоре.
  -Уже нет, - мрачно сообщил Ансерт, пытаясь угадать, надолго ли.
  
  

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  П.Працкевич "Код мира (5) - Секунду назад" (Научная фантастика) | | Н.Любимка "Пятый факультет" (Боевое фэнтези) | | С.Панченко "Ветер" (Постапокалипсис) | | К.Вэй "Филант" (Боевая фантастика) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | Е.Флат "Невеста на одну ночь" (Любовное фэнтези) | | В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | Г.Александра "Пуля для блондинки" (Киберпанк) | | Н.Быкадорова "Главные слова" (Антиутопия) | | П.Працкевич "Код мира (2) - Между прошлым и новым" (Научная фантастика) | |

Хиты на ProdaMan.ru Счастье по рецепту. Наталья ( Zzika)Титул не помеха. Сезон 1. Olie-Мои двенадцать увольнений. K A AОтборные невесты для Властелина. Эрато НуарАромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаБукет счастья. Сезон 1. Коротаева ОльгаСнежный тайфун. Александр МихайловскийНа грани. Настасья КарпинскаяИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна СоболеваПодари мне чешуйку. Гаврилова Анна
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"