Чиркова Вера: другие произведения.

Серпантин 1 Виражи чужого мира

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 6.50*68  Ваша оценка:

  ВИРАЖИ ЧУЖОГО МИРА
  Серия "Серпантин"
  Часть первая.
  
  аннотация
  Что может быть банальнее перемещения в чужой мир?!
  Лишь известие о том, что именно тебя выбрали в невесты всемогущему повелителю всех достижимых пределов этого самого мира.
  И, разумеется, Томочка, благоразумная и рассудительная папина дочка восприняла заявление загадочного незнакомца как глупую шутку. Но очень скоро убедилась, что никто и не думал с ней шутить. Мир действительно чужой, законы в нем странные и жестокие, а повелителю нужны вовсе не жены, а наложницы в гарем. И вырваться из лап мага, управляющего ею как марионеткой, нет никакой возможности.
  Есть только зыбкая вероятность испытать силу непонятного слово зейры, да неуловимый шанс начать гонки по серпантину с нового витка, обретя в испытаниях желанный для повелителей этого мира дар.
  
  
  
  
  
  
   Глава 1 от внезапных несчастий не застрахован никто
  
  
  -Уйди по-хорошему, - полушепотом попросила я, отворачиваясь от бившего в глаза света.
  Не такого уж и яркого, но почему-то очень раздражавшего зрение.
  -Никуда я не уйду, это моя комната, - спокойно сообщил совершенно чужой мужской голос.
  А где же тогда моя, если я с вечера ложилась спать именно там?! Хотелось едко поинтересоваться мне, но никаких сил на ехидство не было.
  Их хватило лишь едва слышно пробормотать любимую шутку моей однокурсницы:
  -Если ты сейчас скажешь, что это чужой мир, а я попаданка - плюну в рожу.
  -Это наш мир. А ты - вызванная, - меланхолично ответил незнакомец.
  Я не удержалась и приоткрыла один глаз, посмотреть на наглеца, решившегося без спроса ворваться в мою комнату, но голова тут же "поплыла" и пришлось поскорее зажмуриться. Похоже, мне пока не стоит спорить и возмущаться, неудачный эксперимент показал очень доходчиво, что пока я абсолютно не в состоянии не то что кого-то наказывать, но и защитить сама себя.
  Да и некоторые детали интерьера, рассмотренные мною за пару секунд, пока в голове не особенно штормило, очень насторожили. Темные стены... узкое окно, вроде с решеткой?! Это куда они меня переправили, на маяк, что ли?!
  Рядом тихо зазвенела о бокал ложечка, напоминая, кроме стен был кто-то еще. Вроде мужчина? Бред... бред! Нечего мужчинам делать в моей комнате. Или это все-таки не моя комната? А может и мужчина всего лишь галлюцинация?
  Рядом тихонько кхекнуло, подтвердив самые мерзкие подозрения, мужчина все-таки есть. И ведет себя слишком уверенно... не дай бог, это то, о чем я даже думать не хочу... пусть шьет саван. Но сначала нужно убедиться... были прецеденты.
  -Ты кто такой?
  -Я замковый маг эрг Дэсгард.
  -Красиво врешь, - буркнула я ядовито, лихорадочно пытаясь вспомнить, что же все-таки произошло?
  Водку я не пью принципиально, и вообще крепкие напитки не уважаю. Да и праздника вчера не было, вот буря была... просто жуткая.
  -Не имею такой прискорбной привычки, - сообщил мужчина, - а ты врешь?
  -А мы уже на ты?
  -Ты же первая начала, - невозмутимо хмыкнул наглец.
  -Отлежусь, встану, дам в морду, - уныло пообещала я, и украдкой вздохнула, судя по тому, как все плывет в голове, очень скоро встать не получится.
  -Как отлежишься и встанешь, сразу отправишься на осенний бал, - тем же скучным голосом объявил незнакомец.
  -Шутник-самоучка, - фыркнула я презрительно, - какой, к чертям, бал?
  Мне дипломную писать нужно, материал собирать. Не зря же два месяца в такой глуши сижу!
  -Обычный, осенний, - так же монотонно вещает невидимый собеседник, - во дворце повелителя.
  -Чьего повелителя? - я даже глаз снова приоткрыла от изумления.
  И тут же побыстрее закрыла... уж очень не понравилось мне самоуверенное лицо мужчины, сидящего почти рядом со мной.
  -Всех достижимых пределов нашего мира, - в бесцветном голосе собеседника прорезалась гордость.
  А потом меня довольно бесцеремонно обняли за плечи сильные руки, приподняли с подушки голову и влили в рот горьковато-соленую жидкость. Я еще успела почувствовать, что на мне нет никакой одежды, вообще! Хотела взбунтоваться и даже рот открыла, но темнота уже жадно утягивала мой разум в свое бесплотное царство.
  
  Где-то неподалеку скрипнула дверь, но вызванная этого уже не слышала.
  -Ну как она, - вошедший, немолодой мужчина, с живым интересом оглядел лежащее на кушетке обнаженное девичье тело, - подойдет?
  -Все в порядке, девица, волосы длинные, глаза зеленые, лицо приятное, грудь... ну сам видишь. С каждым годом все труднее выбирать... то страшненькие попадают, то совсем юные девчушки, - равнодушно ответил маг.
  -Конкуренция... гархи её побери, - сочувственно вздохнул вошедший, - а как насчет характера? Скандала не устроит?
  -Я маг третьего круга, - заносчиво фыркнул эрг Дэсгард, - у меня никто ничего не устроит. Пара капель зелья - и будет как котенок.
  -Ну, смотри... господин на тебя надеется. Ужинать-то пойдешь?
  -Зачарую все входы и пойду... - пообещал Дэсгард, - сам же говоришь, конкуренты.
  
  -Теперь ручку помоем... так... теперь спинку... - две проворных тетки вертели, как хотели, мое тело в плоском, длинном корыте, а я почему-то терпела и молчала.
  Хотя точно знала, что молчать мне вовсе не хочется, а хочется выскочить из корыта, промчаться по полу, выложенному черной и зеленой плиткой, до островерхого окна и выглянуть наружу.
  Потому что от того, что я там увижу, будет зависеть очень многое. Если за окном будет скалистый хребет, уходящий в море и белеющие вдали вершины гор, то я либо жертва дурацкого розыгрыша, либо попала в прошлое что само по себе совершенно невероятно. Либо меня сдури украли постановщики фильма про средневековье и назначили главной героиней. И это еще немыслимее, потому что, несмотря на довольно яркую внешность, во мне нет ни грамма кокетства или артистизма.
  И это не врожденный недостаток или последствия психологической травмы, а результат отцовского воспитания. Моя мать, не выдержав бесконечных папиных командировок и экспедиций, исчезла на просторах родины, едва мне исполнилось всего три года. И с тех пор я сопровождаю его по всем раскопкам, музеям, могильникам и развалинам.
  -А теперь ноготочки, - вытащив меня на широкую лавку, тетки совершенно бесплатно делали со мной всё то, на что я очень редко решалась потратить кровные денежки.
  Мазали душистыми мазями, растирали крепкими ручками, какими впору кожи мять, скоблили пятки и полировали ногти. А мне бы ловить момент и наслаждаться всей этой благодатью, да мешало одно "но".
  Мое проклятое здравомыслие, просто зашкаливающее от ужаса перед неведомым осенним балом, о котором я и рада бы забыть, да не давали.
  Они все были помешаны на этом бале, буквально все! И обсуждали его каждую подходящую минуту. А подходящими у них считались все те минуты, пока меня кормили с ложечки кашей и бульонами, расчесывали волосы, купали и массировали.
  Обсуждалось все, от состава гостей и их количества до моды на декольте. Послушав эту непрекращающуюся трескотню два дня, я была просто счастлива, когда на третий в мою комнату важно вошел эрг Дэсгард.
  Сел на кресло рядом с постелью, и кивнул стоящей навытяжку служанке. Тетка мигом сорвала с меня одеяло и длинную доисторическую сорочку.
  Как же я ненавидела эрга в те минуты, пока он внимательно, как покупатель на рынке, рассматривал мое совершенно обнаженное тело. Просто руки чесались вцепиться в его наглую морду, выцарапать эти бесцеремонные зенки.
  Но исполнить эти мечты мне дано не было. Нет, инвалидом я не стала, да и слабость прошла еще в первый день, но делать я могла только то, что приказывали. Скажут встать - встаю, скажут сесть - сажусь. Говорила тоже только по разрешению, прям биоробот какой-то.
  -Неплохо, - буркнул он равнодушно, и ткнул тонким пальцем мне в бедро - а вот тут нужно еще снять на полпальца и не забудьте протереть кожу настойкой синего скальника.
  -Все сделаем, господин эрг, не сомневайтесь, - тетка чуть по полу не стелилась от усердия.
  Или страха? Перед магом они просто трепетали, даже его указания передавали друг дружке уважительными шепотками, пугливо озираясь на темные углы.
  Я давно поняла, что никакие это не съемки фильма, еще в тот момент, когда, наконец, смогла рассмотреть окружающую меня обстановку. Ни одному режиссеру не под силу собрать в одной комнате столько старинных вещей и безделушек. Это я как специалист заявляю, нет тут ни одной современной нитки. И грубоватая, с крупинками узелков ткань, и неровные края вырезанных из дерева чаш, и толстые восковые свечи в ажурных бронзовых подсвечниках - всё вне всяких сомнений подлинное.
  Окажись на моем месте отец - с ума бы сошел от счастья, давно все перещупал и рассмотрел, и резьбу на сундуках и поддерживающих полог над постелью столбиках, и кованую замысловатую решетку перед массивным камином, но я - не он.
  И неважно, что выбрала эту профессию. Хотя, куда я еще могла пойти в пятнадцать лет, если ничего другого никогда не знала и даже не представляла, что бывают иные, более интересующие меня занятия? Вот только к тому времени, как прозрела, менять решение было уже поздно, меня ждала практика в знаменитом раскопе на берегу южного моря и дипломная работа.
  -Не сомневаюсь, - холодно процедил сквозь зубы маг, и встал, - в обед приведете её в столовую. Пора начинать учить Тарессу правильно вести себя за столом. Времени мало.
  Я мысленно показала ему кулак, потом фигу, потом язык.
  Таресса! Ну и имечко! Не сомневаюсь, что его этот извращенец придумал. На самом деле меня зовут Тамара, в честь знаменитой царицы. Но эргу это имя категорически не понравилось.
  -Оно не подходит. - Коротко буркнул Дэсгард, когда услышал мое имя, и даже не подумал снизойти до объяснений, почему.
  
  После ухода мага тетки приказали мне встать и топать в купальню, снимать лишние сантиметры. И пока ретивые банщицы обкладывали меня вымоченными в горячей воде тряпками и молотили штукой, очень похожей на выбивалку для ковров, а потом мяли как тесто, я пыталась угадать, что делают на осеннем балу с девушками, вызванными из чужих миров.
  И кто такие хозяева этого замка, да и вообще, кто живет в этом мире? Мне как-то некогда было читать книги про попаданок и несколько наспех рассказанных сокурсницами во время раскопок сюжетов, да их шутки - вот и весь багаж знаний, на какой я могла опираться. Но, насколько я помню, в тех сюжетах девушек обязательно встречали добрые люди, которые все им объясняли насчет дислокации сил и помогали морально и материально. Еще они сплошь и рядом начинали свое странствие со знакомства с загадочным мачо, который к концу истории оказывался безумно влюбленным в попаданку принцем. Или даже правителем. И правил он зачастую не людьми, а эльфами или даже вампирами, но тоже, как на подбор, красивыми и влюбчивыми.
  Не дай бог, взмолилась я в душе, чтобы тут были вампиры. Тогда даже гадать не нужно, зачем вызывают к осеннему балу девственниц. У них, у вампиров, это вроде деликатеса, насколько я в курсе.
  После часа интенсивного поколачивания и помешивания, когда я уже не чувствовала своей пятой точки опоры, тетки, наконец в последний раз обмерили ее веревочкой и сочли, что указание мага выполнено в точности. После этого совещания мне велели встать и безжалостно окатили ледяной водой. Напоследок растерли жестким полотенцем, как я понимаю, до махровых в этом мире еще прогресс не дошел, и, в соответствии с пожеланиями мага, натерли пахнущей миндалем мазью.
  А затем принялись одевать. Впервые за три дня на меня натянули местное белье, до сих пор единственной одеждой была рубаха. А теперь на мне красовались панталоны и бюстье, за обладание которыми передрались бы исторические музеи, век семнадцатый, не больше. Судя по шитью и кружавчикам, хозяева у меня далеко не бедные. Потом следовала сорочка, чулки, куча нижних юбок, блузка, верхняя юбка, что-то вроде блио, шаль... к концу облачения я чувствовала себя так же многослойно, как Шрек.
  Волосы туго заплели на висках в две косицы, скрутили бараночками и закололи шпильками, на затылок водрузили резной костяной гребень, который у меня прям руки чесались пощупать и рассмотреть. Вот только мои желания абсолютно никого не интересовали. Поверх гребня тетки приделали тонкий платок с кружевами, вызвав во мне законное негодование, зачем прятать такую красоту? Закончилось это мучение приказом идти следом за одной из теток, и не отставать.
  Как будто я могла хоть что-то сделать по своему желанию! Спасибо, хоть по сторонам смотреть не запретили! И, конечно же, я смотрела во все глаза, и настроение портилось все сильнее.
  Замок, как я и подозревала, оказался настоящим, с длинными, темными проходными залами, узкими переходами и неудобными лестницами со слишком высокими ступеньками. В одном из залов нам встретился маг, коротким взмахом руки отослал прочь служанок и сухо велел идти за ним.
  Помещение, куда мы пришли, я назвала бы домашней молельней или часовней. Комната, расположенная в примыкающей к залу башне, была увешана изображениями в пышно украшенных резьбой рамах, и неизвестными мне символами, то ли местными письменами, то ли старинными рунами. Как объяснили тетки, понимание местного языка сразу по прибытию сюда под гипнозом вложил мне эрг Дэсгард, оттого так и болела моя бедная голова. А вот умение писать и читать, насколько я поняла, для попаданки считалось совершенно ненужной роскошью.
  -На все вопросы будешь отвечать - да, - приказал маг, и я упрямо стиснула губы, вообще ничего не буду говорить.
  Эрг презрительно скривился, и вскоре я поняла - почему.
  Вслед за нами в комнату вошло трое людей, один важный и представительный, явно тянул на роль хозяина замка, такая властность читалась в его взгляде. Второй, сухощавый и немолодой, в вышитой узорами накидке не мог быть никем иным, кроме как служителем... а вот какого бога или кого-то другого, мне еще предстояло узнать. А третий, немолодой мужчина, одетый поскромнее хозяина, наверняка управляющий или бедный родственник почему-то пошловато ухмыльнулся, увидев мою закутанную в кучу одежек персону.
  -Начинайте, - властно кивнул хозяин служителю и тот, взяв в руки настоящее гусиное перо, обмакнул его в пузырек и уставился на меня.
  -Скажи, девица, верно ли, что ты беженка из западных приделов?
  -Да, - покорно сказала я, мечтая откусить себе язык.
  -И носишь имя Таресса? - поставив в толстой книге какую-то закорючку, продолжил священник.
  -Да...
  -И являешься сиротой?
  -Да...
  -А родители твои были знатного рода?
  -Да...
  -И ты просишь убежища и имени зейра Диморбиуса?
  -Да... - ненавидя мага всеми фибрами души, в очередной раз солгала я.
  -Я предоставляю зейре Тарессе свой кров и имя, - лицемерно улыбаясь, кивнул хозяин.
  -Сим удостоверяю, что с сего дня, зейра Таресса считается приемной дочерью зейра Жантурио Диморбиуса и имеет право жить в его доме и носить его имя, - нарисовав последнюю закорючку в заранее написанном документе, провозгласил священник.
  -Дай руку, дочь моя, я отведу тебя к твоей новой семье, - едва заметно усмехнувшись, объявил зейр Жантурио и, ухватив меня за ладошку, как на буксире поволок прочь из часовни.
  
  Столовая вполне соответствовала моему представлению о том периоде нашей земной жизни, когда лорды жили в замках и ходили в таких смешных штанах со шнуровкой на гульфике. Густо посыпанный соломой пол, в одной стороне на возвышении хозяйский стол и вокруг него стулья с высокими спинками, для остальных столы внизу и вместо стульев - скамьи.
  За столом уже восседало человек десять, и было еще несколько свободных стульев. Туда и направился зейр Жантурио, не выпуская из потной лапы моей руки.
  -Вот ваша новая сестра Таресса, - с предельной лаконичностью объявил зейр домочадцам и подтолкнул меня к ближайшему свободному стулу.
  А сам в сопровождении мага и помощника направился к стоявшему во главе стола крепкому креслу. Его спутники сели по обе стороны от зейра и я поняла, что это их законные места.
  Сбоку от обеденного стола стоял еще один, и рядом с ним суетилось несколько слуг. Подавальщики, а по нашему официанты, стало понятно мне после того, как они торопливо потащили к столу огромные подносы с жареными тушками каких-то животных и бутыли с напитками. Все мясо уже было порезано на огромные ломти и слуги ловко выуживали те куски, на которые указывал хозяин и складывали на стоящее перед ним широченное блюдо.
   Похоже, покушать тут любили. После хозяина мясо положили магу, подсказав мне тем самым его место в иерархии, потом помощнику и трем парням различной степени молодости. Затем следовали женщины, наряженные примерно в такие же блио как у меня, только вышивка и украшения были не в пример богаче. Ну, так я сирота-беженка, не стоит забывать.
  Осторожно повернув голову, я начала изучать домочадцев, не забывая, что долго с ними общаться мне не придется. Осенний бал, черти бы его взорвали. Как я успела понять из разговоров служанок, он наступит уже через два дня.
  Слуга, наконец, добрался и до меня, положил на тарелку кусок мяса, по бокам от него по горке отварного гороха и спаржи, плюхнул половник густого мясного соуса.
  Нет, это ни с какой стороны не прошлое, еще раз с тоской убедилась я. Такой набор блюд не характерен ни для одной эпохи. Да и мясо я не узнаю... но пахнет замечательно, и потому думать, кем оно было в живом виде, не стану. Да и не отличаюсь особой брезгливостью, кочевая жизнь по раскопам и экспедициям вообще не располагает к капризам. Зато учит кое-каким другим полезным качествам, и я могу, например, разжечь с одной спички костер и сварить на нем довольно приличную кашу или уху. Да и многое другое, чего и близко не умеют мои сокурсницы-горожанки.
  -А она умеет кушать правильно, - бурчит чей-то голос за моей спиной, и только тут я замечаю, что там стоит одна из моих теток.
  Ну да, умею. Потому что сотни раз держала в руках старинные двузубые вилки и изучала описание историков по их применению. Все-таки чем-то перекликается быт этого места с обычаями некоторых народностей средневековья.
  -Можешь идти, - сухо буркнул служанке эрг Дэсгард, - ее отведет в комнату... Сатилла.
  -Непременно, эрг, - покорно склоняет голову одна из женщин, миловидная полненькая блондинка, судя по рыжеватым бровям.
  
  Глава 2 грязные танцы
  
  И она в самом деле отвела меня в ставшую привычной спальню, где я проснулась на второй день после появления в этом замке. И даже зашла внутрь, оглядела все со странной гримаской и вдруг уселась на единственное кресло, так что мне осталось лишь пристроиться на краешке постели.
  -Ну как там, на земле? - вдруг спросила Сатилла прерывающимся голосом, вгоняя меня и вопросом и мгновенно возникшим подозрением в полнейший ступор.
  -Ничего... - помолчав, ответила я осторожно, - а какое именно место тебя интересует?
  -Дания...
  -Все у них хорошо, ни войны, ни кризиса... а давно ты оттуда?
  -Семь лет... местных. Я должна тебе сказать... не пытайся сопротивляться или убегать... только хуже себе сделаешь. Маги... ставят на нас метки, любой другой маг сразу видит, мы из невест.
  -Про невест можешь подробнее?
  -Так осенний же бал... повелитель выбирает невест.
  Вот оно что... а я-то уже думала, что никакого принца мне не положено, мрачно усмехаюсь в ответ на это сообщение.
  -И зачем ему столько жен?
  -Каких жен? - удивилась она, - а, ты не знаешь... повелитель вообще не женится. У него гарем.
  А это уже называется - приплыли. Но гарем ведь тоже не резиновый, его кормить-поить нужно? Немедленно задаю землячке этот вопрос и получаю потрясающий ответ.
  -А он никого и не держит подолгу... три, от силы пять лет, и выставляет на смотрины. Я прожила там четыре года... потом меня взял назад зейр Жантурио... каждый дом имеет право первого слова. А я ему сразу понравилась... теперь я в его гареме.
  Нет, это уже совершенно не похоже на наше средневековье, узаконенные гаремы... бред какой-то.
  -А сколько же лет самому императору... что он каждый год новых девушек берет?
  -Никто не знает... - круглые щечки Сатиллы начинают розоветь, а глазки мечтательно блестеть, - но мужчина он очень... обаятельный.
  И это может значить только одно, начинаю подозревать я, император тоже маг... и не из самых слабых. Прощай, моя мечта удрать во время бала... но это вовсе не значит, что я просто так оставлю надежду найти какой-нибудь другой способ вернуться домой. Разумеется, под словом дом я подразумеваю вовсе не этот замок.
  -А император знал, что ты не местная, в смысле призванная?
  -Да тут все это знают... - с внезапной жалостью смотрит на меня датчанка, - они и мужчин иногда вызывают, если работник нужен. А ты разве никогда не читала, сколько на земле пропадает людей неизвестно куда?
  Читать-то читала... но и неопознанные трупы нам в укромных местах откапывать тоже доводилось... хотя цифра исчезновений, конечно очень впечатляющая. Так вот куда люди деваются... маги в этот мир вызывают, по мере надобности.
  И тут, глядя на Сатиллу, вдруг начинаю с ужасом понимать, что как раз сюда мне и нужно будет вернуться сначала. Ведь именно эрг Дэсгард меня вызвал, и эту датчанку тоже... и он точно знает дорожку в мой мир. Значит, нужно узнать о нем побольше... пока есть возможность.
  -Сатилла, а что, так легко сюда человека вызвать?
  -Мне кажется... - она пугливо оглянулась на дверь, - не очень. Эрг после вызова Милиссы полгода не мог защиту вокруг замка поддерживать, у нас даже стадо овец угнали. Правда, у них, у магов, своя организация, ковен называется. Приехал его друг и всех нашел. И овец и угонщиков. Мы ходили на наказание смотреть... их сначала выпороли, а потом клеймо поставили... на щеку.
  Брр... ну тут и развлечения. Не хочу, не хочу, не хочу!
  Но сведения очень важные, значит, если я сбегу, то и меня будут всем ковеном ловить, а потом принародно пороть? Сто раз не хочу. Тогда остается один способ, попытаться хитростью... но на войне, как я слышала от отца, все средства хороши.
  -А гаремы бывают у всех... ну вот у эрга, например, какой гарем?
  -У него нету, - вытаращила глаза Сатилла, - он же маг!
  -Что, девственник? - потряслась я.
  Это предположение датчанку развеселило неимоверно, она хохотала почти минуту, а потом, стирая с голубых глазок слезки, сообщила:
  -Нет, конечно, нет. Просто магам никто не отказывает... они получают любую свободную женщину.
  -Как интересно... - протянула я задумчиво, - и сколько тут в замке таких свободных?
  -А ты что, ревновать начинаешь? - она вдруг так живо заинтересовалась, что я её саму мигом заподозрила в симпатии к эргу.
  Но удержаться и не поддразнить все же не смогла.
  -Ну... на мой взгляд, он тут самый видный мужчина... и к тому же маг... это так впечатляюще.
  -Да... это правда...- неожиданно согласилась датчанка, и тут же спохватилась, - но зейр Жантурио мне нравится намного больше.
  Еще бы он тебе не нравился, ядовито фыркнула я про себя, если все сказанное в этой комнате мгновенно становится известно за ее пределами. Не знаю уж, как это устроено, просто дыра где-то в стене потайная или магическая заморочка, но я еще вчера обнаружила, что стоит одной тетке позвать другую вполголоса, и через минуту та прибегает как миленькая.
  Вот и эрг Дэсгард не замедлил явиться, сухо сообщил, что снимает с меня все ограничения, так как мне следует взять у зейры Сатиллы урок танца.
  -Спасибо, - ответила я вполне благодарно и честно, быть зомби за эти дни надоело просто до тошноты.
   Танцевать нам предстояло в довольно просторном и пыльном зале, и музыкальное сопровождение обеспечивал один из парней, сидевших незадолго до этого вместе с нами за обеденным столом. В руках у него была длинная деревянная дудка.
  -Один из старших сыновей зейра Жантурио, - шепнула мне тайком датчанка.
  А вот учительницей была она сама, и за кавалера тоже пришлось выступать ей. Никаких опасений насчет того, что я не сумею быстро схватить суть танца, у меня не имелось изначально, танцы и рисование были моими любимыми занятиями. Правда, серьезно учиться ни одному из них мне не пришлось, слишком часто мы срывались в командировки и экспедиции. Я вообще не ходила в школу до шестого класса, отец вечерами сам занимался моим образованием, и в десять лет я успешно сдала экзамены в одной из соседних школ. А потом несколько дней чувствовала себя мартышкой из зоопарка, на меня ходили посмотреть не только ученики из других классов, но и учителя.
  Величавые и неспешные па обязательного торжественного танца оказались простыми до смешного, и чем-то похожими на па чопорной средневековой паваны. Я очень скоро поймала ритм, и просчитала шаги, три вперед, один в сторону, разворот, поклон... ничего сложного. И вскоре мы уже танцевали с Сатиллой наравне, не останавливаясь на повторы и объяснения. Отпрыску хозяина зрелище явно понравилось и он начал извлекать из своей дуды нечто намного более мелодичное и вразумительное, чем вначале.
  Вскоре я обнаружила, что в зале начинает появляться и публика. Сначала заглянули явно маявшиеся от безделья братцы, затем подтянулись и дамы из коллег Сатиллы. Как по-другому называть остальных наложниц хозяина я пока не успела поинтересоваться.
  А вот фигура мага, появившаяся в дверях и с независимым видом прошагавшая к одному из стоящих вдоль стены кресел, подтолкнула меня на маленький эксперимент. Незаметно подмигнув Сатилле, начинаю чуть-чуть изменять рисунок танца. Грациозно приседаю в развороте, изящно поворачиваю голову, меняясь местами, гордо выпрямляю спинку, вышагивая вперед.
  Братцы не выдержали первыми, ринулись к нам и объявили, что готовы помочь в разучивании танца. Помогать они оба почему-то желали именно мне, но я благоразумно присела перед младшим, искренне надеясь, его папенька не подумает ничего такого... судя по округлости щек, парнишке не больше шестнадцати, хотя ростом он уже вровень со мной.
  С полчаса мы довольно успешно изучали незатейливые па, и постепенно малолетний партнер осмелел настолько, что начал весьма многозначительно стискивать мои пальчики горячей ладонью. Наконец старший, бросавший на брата завистливые и негодующие взгляды, не выдержал и объявил, что пора меняться партнерами.
  И тут эрг Дэсгард, не вставая с места, провозгласил, что танцем он вполне удовлетворен и потому обучение прекращает. А мне надлежит вернуться в свою спальню.
  Не знаю, чего он ждал, протеста или возмущения, а может, и того и другого в одном флаконе, только я уже сделала выводы и просчитала свои шансы. И злить мага непослушанием не желала ни в коем случае.
  Потому с усилием выдернула свою руку из лапы ретивого малолетки, присела в вежливом книксене и послушно потопала в свою комнату. Заметив по пути, какими обжигающе-недовольными взглядами одарили эрга наследнички его хозяина.
  В своей комнате я сделала то, чего так давно хотела. Прошла к окну, с трудом распахнула открывающуюся внутрь тяжелую створку и выглянула наружу. Вздох разочарования невольно сорвался с губ, ничего и близко похожего на местность, где я ложилась спать несколько дней назад. Нет ни моря, ни гор, ни старинного маяка, ни развалин средневековой крепости. Взамен всего этого мягкие очертания холмов на горизонте, кудрявая, с прожелтью, зелень рощ на их склонах, стадо белых овечек, бродящих неподалеку, за невысокой каменной стеной, огибающей выложенный камнем кусок двора, доступный моему взгляду.
  -Не советую прыгать, под окном каменные ступени, переломаешь свои красивые ножки.
  Надо же, сколько информации он сумел вложить в одну фразу, невольно восхитилась я, но вслух сказала оскорбленно:
  -И не думала даже, я не самоубийца. Просто хотела подышать свежим воздухом и полюбоваться природой.
  -Приятно обнаружить такое здравомыслие,- с едва уловимой ехидцей ухмыльнулся маг, и широко распахнул двери, - ну, раз тебе так нравится наша природа, приглашаю на прогулку.
  Я понимающе хмыкнула, стало быть, эрг не желает, чтобы наш разговор услышал кто-то из прислуги... и это дает мне хоть крошечную, но надежду на то, что я на верном пути.
  Молча и послушно я прошагала вслед за магом по полутемным и пустынным коридорам, пересекла череду высоких и узких залов, совершенно непонятно, зачем нужных тем, кто строил эту громадину, и оказалась на парадной лестнице. Эрг, не оборачиваясь, легко сбежал вниз, а я спускалась очень осторожно, придерживая пышный ворох юбок, из-за которых совершенно не видно нижних ступеней.
  Пол холла был тоже густо посыпан соломой и по ней бродили громадные, мохнатые псы. Вот теперь мне стало ясно, почему мы не пошли по той лесенке, которой вели меня служанки к столовой, маг собирался наглядно показать, кто будет меня ловить, если я вздумаю ночью сбежать из замка. Но раскрывать ему свою догадливость я вовсе не собираюсь... по крайней мере, не в этом вопросе.
  Я на вражеской территории, и вести себя намерена соответственно, если не хочу, как Сатилла, стать переходящим призом. Спрашивать ее, куда девает надоевших наложниц зейр Жантурио я почему-то так и не решилась.
  -Ну, и как природа? - поинтересовался маг, когда мы, выйдя за распахнутые настежь ворота, оказались на весьма потоптанном и усеянном бараньими орешками склоне холма.
  -Миленько, - кротко ответила я, рассматривая окружающие холмы.
  -Ближайшая деревенька, принадлежащая зейру Жантурио Диморбиусу, - сообщил эрг, - находится в часе езды на повозке, а ближайший город в полудне пути. Мы отправимся в путь завтра на рассвете... и постарайся не сделать до того момента никаких глупостей.
  Внешне маг говорил вполне спокойно, но интонация его голоса совершенно не соответствовала тексту, в ней так и чудилась едва сдерживаемая ярость. Мне даже интересно стало, на что он так сердится? И немного обидно, меня что, совсем за дурочку тут держат?!
  Но помня свое намерение вести себя как можно спокойнее и послушнее, отвечаю обстоятельно:
  -Сатилла мне кое-что рассказала... думаю, по твоему приказу, и не верить ей у меня нет никаких оснований.
   -А чтобы у тебя не осталось никаких иллюзий, могу добавить к сказанному зейрой, не надейся, что соблазнив кого-нибудь из юных Диморбиусов, ты останешься безнаказанной. Здесь за честь женщины отвечает только она сама, и в случае, если ты потеряешь главное достояние избранницы повелителя - возмездие будет очень суровым.
  - Вот уж чего я меньше всего хотела, так это соблазнять юных ковбоев, - пренебрежительно фыркнула я, не почуять запах лошадиного пота, исходящий от хозяйских отпрысков, мог бы только человек с тяжелой формой насморка.
  -Верю, - посмотрев на гроздь висевших на его груди медальонов, мягче сообщил эрг, - но юным зейрам свойственно обольщаться насчет знаков внимания... которые оказывают им девицы. Поэтому будь готова к его визиту... сегодняшней ночью.
  -И ты так спокойно об этом говоришь? - вот теперь я разозлилась по-настоящему, быть изнасилованной круглощеким мальчишкой, да еще и получить за это суровое, как сказал маг, наказание, меня вовсе не прельщало.
  -Я не говорю, а предупреждаю, - он легко зашагал дальше, и мне невольно пришлось топать следом, - у зейра Жантурио большие планы на выкуп... который он получит за тебя, а терять свои деньги господин очень не любит.
  Насколько мне известно, чем больше люди имеют, тем они жаднее, мысленно согласилась я с доводом мага, а вслух внесла довольно логичное, на мой взгляд, предложение:
  -Ну, так посадите меня в комнату, где есть крепкий внутренний засов... или приставьте тех теток в охрану.
  -Таких комнат в замке всего две, моя лаборатория и спальня хозяина, но ни в одну из них тебя пускать никто не собирается, - холодно отрезал эрг, - а тетки, как ты говоришь, собственность зейра, и перечить его сыновьям не осмелятся.
  -И что мне в таком случае делать, - растерялась я, - запастись оружием или забаррикадировать дверь? Или спрятаться где-нибудь в дальнем чуланчике?
  -Про чуланчик мысль неплоха, - маг блеснул глазами в мою сторону, - но парни выросли в замке и в зимнее время только и делали, что играли в прятки. А те преграды, что ты сумеешь нагородить, они разнесут в щепки. Их и запоры не остановят, если кровь взыграет. Ну а оружие - это самое плохое, что ты могла придумать. Зейр, конечно, обожает деньги... но сыновья для него всё же важнее. Да тебя за пустяшную царапинку на руке парня выпорют на конюшне безо всякого суда... зачем же тогда я потратил столько сил и времени, приводя в порядок твое тело?
  -Тогда какие у тебя будут предложения? - сообразив, что самой мне нипочем не придумать, как можно избежать веселой ночки, кротко спросила я.
  И действительно, что это я так волнуюсь? Пусть беспокоится маг, раз он и его хозяин потеряют так много в случае моего падения.
  -Ты ночуешь в моей спальне, - невзрачным голосом произнес маг, и я так и поперхнулась от неожиданности.
  Как это здорово у меня получилось, с хитроумным планом насчет намека на мое якобы особое расположение к эргу Дэсгарду! Вот только привести его в исполнение я не успела, маг первый ринулся в атаку.
  -А зейр Жантурио утром не расстроится... - предварительно тщательно обдумав свою речь, осторожно произнесла я, - обнаружив, что ему уже не за что получать выкуп?
  -А он должен это обнаружить? - приостановившись, с интересом приподнял бровь эрг Дэсгард.
  -Эм... - запнулась я.
  Да, действительно, а кто ему скажет? Ведь ни я, ни маг не самоубийцы?! Значит мы... хм, делаем... то, что мне совершенно делать не хочется и спокойно уезжаем рано утром... и никто ничего не узнает. А как же осенний бал? Вот маг меня туда привезет... и... неужели там нет никакой проверки? Да в жизнь не поверю. Значит, там обнаруживается... хм, что я не соответствую стандартам, начинается разбирательство... и маг приказывает мне говорить то, что ему выгодно. Например, что я соблазнила в пути разбойника из-под моста. Ну а в том, что он отлично это умеет делать, я успела убедиться. В итоге меня выпорют, и продадут кому похуже, а маг спокойно вернется в замок.
  Черт! Как все безнадежно-то! И маг этот так ехидненько сопит, поглядывая на меня искоса.
  А может... - поглядев на спину повернувшего назад к замку мага, с внезапной надеждой подумала я. И тут же едко высмеяла свои бредовые мечты.
  Нет, дура я буду последняя, если поверю, что он будет мирно спать, положив между нами кинжал. Вон как датчанка хохотала, когда я предположила, что эрг - девственник! И то, что он даже своего гарема не имеет, тоже показательно, привык, что никто не отказывает. Черт, черт, что же делать? Ладно, до ужина еще есть время, да и на ужине наверняка будет датчанка, может, удастся у нее выяснить, нет ли способа, как мне избежать потери... как маг сказал?! Главного достояния, вот! Или хотя бы не расплатиться дважды за одну и ту же ошибку? Причем, не свою.
  
   Маг безмолвно поглядывал в мою сторону все время, пока мы шли в сторону замка, но я стиснула зубы, и тоже упорно молчала. Иногда это лучший выход из положения, прикинуться глухой и немой. Возле самого крыльца он остановился и сухо приказал мне идти в свою комнату, а я так же сухо кивнула и направилась, куда послали. Мне просто бесила безвыходность ситуации, хотя отец всегда говорил, что у разумных людей, как правило, больше шансов найти выход, чем у бестолковых.
  До того дня, как проклятый маг каким-то ритуалом вызвал меня сюда, я всегда причисляла себя к разумным людям, но сейчас, как ни старалась, никакого выхода придумать не могла. Понимала только одно, мне просто необходимо хоть немного больше узнать о местных законах и обычаях! И пока я топала к замку следом за эргом, несколько идей в моей голове все же появилось.
  В спальне, как я и ожидала, нашлась одна из служанок, та, что отвечала за постель и одежду. Вот и сейчас она сидела у окна и что-то шила, а рядом с ней стоял небольшой сундук, уже наполовину наполненный одеждой.
  Похоже, это она меня в дорогу собирает, догадалась я и затосковала. Ехать на осенний бал не хотелось категорически, сложившаяся из невольно подслушанных разговоров картинка не нравилась мне до тошноты. Как я поняла, невест постараются привезти все дома, чья очередь в этом году осчастливить повелителя. Но возьмет он ровно столько, сколько решит уволить. Вот тут была неясность, как именно проходит вся эта процедура, но то, что правитель выбирает только белокожих девственниц с длинными волосами и синими, зелеными или серыми глазами, тетки обсуждали особенно рьяно.
  И очень радовались, что магу удалось найти такую подходящую меня.
  -Можно я тебе помогу, - решив, что уже достаточно помолчала, скромно спрашиваю служанку.
  -Не положено зейрам делать такую работу, - опасливо оглянувшись в угол, буркнула она.
  -Так еще неизвестно... долго ли мне придется быть зейрой, - прошептала я еле слышно, словно про себя, изо всех сил стараясь, чтоб это прозвучало как можно печальнее, - когда законы не знаешь, ошибиться так просто... например... принудит кто с ним переспать...
  -Честь зейры в её власти, - помолчав пару минут, так же тихо буркнула тетка и сунула мне в руки нижнюю юбку с оторванным кружевом и довольно внушительную иголку с ниткой.
  А ведь нечто подобное я уже слышала, припоминаю, прилежно пришивая кружева, крючки и пуговки. Очень похожую фразу сказал маг... но объяснять точнее явно не захотел. Странно все это... и пока совершенно не понятно, а тетка теперь примолкла, как рыба на допросе, и не проронила больше ни слова, хотя я и пыталась вздыхать на разные лады.
  Монотонную работу по пришиванию пуговиц и оборок мы закончили как раз к ужину, и тетка теперь смотрела на меня значительно добрее, чем в те дни, когда кормила с ложечки кашкой. Но секрета все же не раскрыла, а я и не стала больше настаивать.
  Хватило времени все обдумать и понять, совсем не то место моя спальня, где можно важные секреты выдавать. Ну а в том, что секрет этот важный, я уже ни капли не сомневалась. Да и о том, что предложение мага совсем не так простодушно, как показалось в первый момент, догадалась. Все же не зря по логике пятерку когда-то заработала. Еще бы и здесь не ошибиться с ответом, а то двойки ставить будут на моей несчастной шкуре.
  И конечно, придумала несколько способов избежать более тесного знакомства с хозяйскими сыночками, вплоть до поиска убежища в спальне эрга, но это уж на самый крайний случай. Если больше ничто не сработает.
  Хотя, если бы не его рассказ про порку на конюшне я, возможно, вполне отбилась и своими силами, отец понимал, когда брал меня в экспедиции, что народ в разнорабочие идет далеко не самый идеальный. И позаботился о том, чтоб в случае чего я могла продержаться до прибытия подмоги. Или, на самый худой конец, временно обезвредить напавшего и сбежать.
   А здесь, как мне ясно дали понять, такие методы приведут к обратному результату... и если разобраться, кнут меня ждет во всех случаях. Проклятый мир и проклятые порядки... хотя если бы это вернуло меня домой, я согласилась и на порку. И даже на что-то большее... только ведь не вернут, вот в чем беда.
  
  Глава 3 ночная работа
  
  На ужин снова подавали жареное мясо и горох, но я отказалась от горячего, просто сжевала пресный хлебец с кусочком брынзы и запила водой. Если все же придется убегать, набивать желудок не стоит.
  Датчанки за столом не было, и спрашивать, где она, я не дерзнула. Да и вообще не решилась разговаривать, сидела тише мыши и потихоньку разглядывала домочадцев приемного папаши. Женщин на ужин пришло всего четверо и все местные, темноглазые, я теперь их узнавала с первого взгляда. А вот все трое сыновей хозяина сидели рядом с ним, ловко забрасывая в ненасытные рты куски мяса и запивая их чем-то вроде кумыса. Маг тоже сидел на своем месте, а вот управляющего не было, и меня это слегка насторожило, почему-то пришла в голову мысль, что все эти перемены неспроста.
  Ужинали здесь основательно и неспешно, делясь замечаниями по поводу прожаренности мяса и цен на шерсть. Мне уже до тошноты надоело смотреть на жующие рожи, а они все сидели, смачно обгладывая кости и сплетничая на разные темы. Наконец женщины поднялись, пожелали всем спокойной ночи и чинной толпой утопали из столовой, и мне пришлось делать вид, что совсем не понимаю их красноречивых взглядов. Ну, дурочка я, иномирская, у нас там все такие.
  Потом поднялся с места эрг, сказав, что ему рано вставать и тоже ушел, даже не взглянув в мою сторону.
  Скотина подлая, что еще я могу про него сказать. Раз не согласилась идти к нему в спальню, то выкручивайся, как знаешь.
  Затем приемный папаша многозначительно сообщил сыновьям, что на завтра намечено много важных дел, они понятливо пожелали нам спокойной ночи и вымелись прочь. Пошли дежурить возле моей спальни, прочитала я по хитрым взглядам, с какими парни желали мне сладких снов.
  А вот не дождетесь, гады, я теперь к той шпионской комнате и близко не подойду. И ничего вам не обломится. Даже если мне придется просидеть эту ночь на флюгере.
  -Почему ты не идешь отдыхать? - Поинтересовался зейр минут через десять после ухода сыновей, понаблюдав, как я катаю по тарелке потемневший шарик, слепленный из брынзы.
  -Спасибо, что-то не хочется, - очень вежливо ответила я, - можно, я еще тут посижу?
  -Сиди, - подумав с минуту, разрешил хозяин, помолчал еще немного и задумчиво спросил, - волнуешься, что повелитель не выберет тебя в наложницы?
  -Не знаю... - честно сказала я, а что тут врать, если мне никто не объяснил, какие преимущества у наложниц повелителя?
  И слово-то, какое противное, наложница! Так и видится испуганная дева, прикованная цепью к огромной кровати. Бррр!
  Хозяин не спеша допил кумыс, вытер губы и руки несвежей салфеткой из простого полотна, и грузно поднялся из-за стола. Прошел к окну, выглянул во двор, хотя совершенно непонятно, что там можно разглядеть? На улице давно стемнело, а поставить возле замка фонари почему-то забыли.
  От окна зейр Жантурио двинулся в обход стола, постепенно приближаясь ко мне, и в груди вдруг тревожно торкнулось нехорошее подозрение. Вот с чего я, интересно, взяла, что он считает себя моим приемным отцом? По возрасту, что ли ориентировалась? Так вон та же Сатилла ненамного старше... Ой-ей! Похоже, я здорово просчиталась, понадеявшись на его жадность.
  А зейр Жантурио уже почти вплотную подошел ко мне, замедлил шаги и вдруг остановился прямо за спинкой стула. Я обмерла от страха, и даже дыхание затаила, слушая его сопение.
  -У тебя красивые волосы, - вкрадчивый голос зейра прозвучал над ухом неожиданно, как раскат грома, - можно, я их распущу?
  И в тот же миг я почувствовала, как пахнущие мясом пальцы осторожно подцепили бараночку тугой косицы, пришпиленной к моему виску. Вот тут я впервые в жизни испытала, как сердце проваливается куда-то далеко, едва ли не в пятки. И голос почему-то пропал, а в голове ни одной стоящей идеи, только отчаянно стучит одна-единственная идиотская фраза из последней рассказанной сбежавшей матерью сказки, ты от бабушки ушел, ты от дедушки ушел, а от меня, лисы, тебе не уйти!
  Ну, вот за что мне такое счастье, ощущая, как пухлые пальцы тянут костяную шпильку, едва не завывала я, стать любовницей этого средневекового пожирателя мяса? Или... даже не любовницей? А может, опомнившись, остыв и проспавшись, он обозлится и, поняв, что потерял на мне денежки, которые уже наверняка видел в своих загребущих лапах, объявит меня своей полной собственностью, как тех теток?
  И будут тогда пользоваться мною все, кому не лень, и тугощекие подростки и презрительно усмехающийся эрг...
  Тут я так живо представила себе ехидный взгляд этого самого эрга, которым он щедро польет меня утром, обнаружив... ну, что-нибудь такое обнаружив.
  И меня как кипятком облило, да ни за что!
  -Нет! - отчаянно закричала я и так резко вскочила со стула, что задела блюдо и оно, отлетев в сторону, врезалось в пустой бронзовый кувшин.
  Раздался звон, грохот, посыпались на пол вилки...
  -Что, нет? - в голосе хозяина прорезался недовольный рык зверя, потерявшего законную добычу.
  -Всё - нет! - решительно отрезала я, прикидывая, куда буду бежать, если он сейчас все же попытается схватить меня за почти размотанную косу.
  Дверь распахнулась, и я с облегчением заметила стоящего в проеме мага. С минуту ждала, что он скажет, но маг только молча смотрел на зейра, очень мрачно и недовольно смотрел... а потом вдруг резко развернулся и ушел.
  У меня даже руки от возмущения и отчаяния затряслись, как же так? Почему он меня снова бросил на растерзание распаленного хозяина, почему ничего тому не сказал?
  Так хотелось закричать, - Эй, маг, вернись... я буду очень послушной... правда, только не оставляй меня наедине с этим разозленным самцом.
   И вот тут я некстати вспомнила про подлое условие Дэсгарда, пойти к нему в спальню... и ничего не крикнула.
  Подобралась, крепче стиснула в кулаке непонятно как оказавшуюся там вилку, намереваясь сопротивляться до последнего, и с отчаянным вызовом уставилась в лицо сверлящему меня тяжелым оскорбленным взглядом зейру Жантурио.
  Мне вдруг стало все равно, что будет потом, ведь понятно уже, что ничего хорошего, но уступать ему сейчас я была просто не готова... нет, все что угодно, только не это!
   -Ну, смотри... - неожиданно сдаваясь, первым отвел глаза хозяин и угрожающе скрипнул зубами, - я ведь теперь обязательно заберу тебя назад... помни это.
  Мощным пинком отшвырнул с дороги невезучий стул и, тяжело ступая, вышел прочь, а я, проводив его растерянным взглядом, обессиленно опустилась на свое место и горько разрыдалась.
   Но даже поплакать всласть в этом мире мне было не суждено, хотя я и не особая охотница разводить сырость. Мой отец, в котором странным образом сосуществовали две личности, восторженного исследователя и любителя старины и жесткого руководителя, считал слезы самой большой глупостью, какую может допустить человек. И меня заставил выучить это настолько твердо, что едва скрипнула дверь, как я, спешно отерев рукавом щеки, схватилась заплетать косу, изо всех сил стараясь не показать пришедшему никаких чувств.
  В том, что это вернулся маг, я почему-то была уверена. И едва не подпрыгнула на месте, когда мягкий, юношеский баритон участливо спросил:
  -Ты плакала?!
  Я мигом нашла вошедшего глазами и сразу узнала, это был тот из хозяйских сыночков, что днем играл нам на дудке. Задушевно улыбаясь, он обходил стол, неторопливо приближаясь ко мне. И если еще утром я не усмотрела бы в этом простом действии никакого криминала, то теперь сразу вспомнила, как недавно точно так же неспешно подбирался его отец.
  -Стой там! - Вскочив и наставив на него верную вилку, предупредила я, - не подходи, иначе я за себя не отвечаю!
  -Ты что? - сделал он еще пару осторожных шагов, - я просто хочу...
  -А я не хочу! - сообразив, наконец, что сама себя поймала в западню, и, начиная звереть от этой догадки, процедила я, - отойди подальше!
  -Я перекусить хотел, - неуклюже соврал парень, и хмуро оглядел остатки ужина.
  -Садись вон там, - приказала я - и перекусывай сколько хочешь.
  Подождала, пока он нехотя выполнит это указание и снова опустилась на свой стул, стараясь устроиться так, чтоб и наследничка держать в поле зрения, и в бега можно было сорваться в любой момент.
  Несколько минут, пока я заплетала и неумело закалывала косу, а парень уныло ковырялся в блюде с остатками жаркого, мы молчали. А потом, решив, что лучший способ отвлечь его мозги от изобретения каверзных планов по моему совращению - это завести беседу, я отыскала свою тарелку, встала и направилась к противоположному концу стола, туда, где ужинали наложницы. Повод для разговора нашелся сам, после ссоры с зейром Жантурио мне вдруг захотелось есть. Наверное, на нервной почве. На половине женщин еды нашлось намного больше, и вскоре мою тарелку украшал румяный, но холодный кус мяса неизвестного животного и горка спаржи.
  -А что это за мясо... в смысле, какого животного? - внешне безразлично спросила я, храбро возвращаясь на свое место, хотя так и подмывало устроиться подальше.
   Но, во-первых, тогда не получится никакого разговора, не кричать же через всю столовую, а во-вторых, я окажусь много дальше от двери, чем теперь. Конечно... в крайнем случае дверь мне особо не поможет, наверняка где-то неподалеку от нее устроили засаду братья этого разведчика. Теперь у меня уже не было сомнений, что он пришел именно проверить обстановку.
  -Это овца, - хмуро буркнул молодой зейр.
  -Надо же! - я постаралась как можно натуральнее изобразить удивление, - а я не угадала! У нас овцы намного меньше.
  -Отец купил семь лет назад несколько залийских овец на племя, - с превосходством знатока сообщил собеседник, - они в два раза крупнее обычных. У нас их теперь целое стадо.
  -И шкура, наверное, большая? - продолжаю изображать страстного животновода.
  -Да, если правильно высушить и выделать, одной почти хватает на полушубок, - гордо похвастался парень, - а ты что, в поместье жила или в деревне?
  Ну, вот ты и попалась, знатный австралийский овцевод, знающий про овец только то, что из них делают шашлык и сыр, выругала я себя за неудачно найденную темку. И что ему теперь отвечать? Что про шкуры я вообще слышала только краем уха, да и то в древнегреческих мифах, которые изучала как историк?
  А ведь это идея!
  Я аккуратно отложила недоеденное мясо, вытерла салфеткой губы, и, уставившись на парня оценивающим взглядом, словно не решаясь доверить ему самый главный секрет, таинственно сообщила:
  -Да нет, в деревне я никогда не жила... просто меня очень интересует одна легенда... понимаешь, так вышло, что одного очень смелого моряка вместе с друзьями поймал злой великан.
  -Где поймал, - недоверчиво протянул наследник, но в глазах уже зажегся огонек интереса, - если они моряки?
  -Они попали в шторм, - трагическим голосом сообщила я, - страшный шторм. Небо и море потемнели как ночью, ураганные порывы ветра сломали мачту и оборвали паруса. Огромные волны несли потерявший управление корабль в неизвестном направлении... люди молились о спасении... И вдруг раздался треск... судно выбросило на скалы...
  -Юртенио, - как открылась дверь, не заметили ни я, ни мой слушатель, - ну, что?!
  -Пошел вон, - с досадой рыкнул Юртенио, - не мешай!
  -Но вы ничего такого не делаете, - резонно сообщил средний из сыновей зейра Жантурио, - как я могу помешать?
  -Тогда сядь и замолчи, - нетерпеливо приказал Юртенио и повернулся ко мне, - ну, дальше!
  Я старательно спрятала ехидную улыбку, вот вы и выдали свои планы, дорогие братцы. Теперь я постараюсь не оплошать, кому, как не мне, знать, что иногда, заслушавшись у костра вечерними байками, забывали про сон даже наломавшиеся за день рабочие экспедиций. Да и опыт хитроумной Шахрезады не стоит сбрасывать со счетов... и да здравствуют сказки!
  -Когда шторм стих, и небо посветлело, мореходы обнаружили неподалеку незнакомую землю и решили ее осмотреть... им нужны были продукты, вода и доски для починки судна. Сойдя на берег, они обнаружили, что попали в совершенно чудесное место...
  О, Гомер лучезарный, тебе мой нижайший поклон и благодарность, за то, что созданные твоим гением незабываемые истории уже много веков покоряют и смущают воображение как зрелых мужей, так и неопытных юношей! А уж я постараюсь выжать из них всё, расписать как можно красочнее и растянуть таким образом, чтобы мои названные братики напрочь забыли про все свои грязные намерения, и не вспомнили до самого утра.
  До тех самых пор, как я смогу без опаски за собственную репутацию закончить дозволенные речи.
  Младший отпрыск хозяина ввалился в столовую как раз в тот момент, когда я рассказывала, как хитрый Одиссей придумал ослепить циклопа. На мальчишку свирепо шикнули сразу двое, и пока он мрачно устраивался на своем месте, я успела проглотить кусочек мяса и выпить пару глотков воды.
  -Ну, Таресса, что дальше-то? - не выдержал Юртенио, и по горящим нетерпением глазам старших братцев я поняла, что первый раунд в схватке с судьбой будет за мной.
  Не знаю пока, что мне даст эта победа, может, я даже пожалею, что поступила сегодня так, а не иначе, но меня греет уже то, что она у меня будет.
  
  Глава 4 начало пути
  О том, что наступило утро, я узнала не по окрашенным зарею окнам, никакой зари еще и близко не было, за окном висела все та же непроглядная тьма. И петухи не пели, хотя я пока не в курсе, а есть ли в этом мире они вообще, эти петухи?
  Приход нового дня ознаменовался намного более прозаично, со знакомым скрипом раскрылась дверь, и в комнату, шаркая великоватыми башмаками, вошла одна из кухарок. Недовольным и подозрительным взглядом оглядела нашу компанию и начала складывать в принесенные корзины грязную посуду и остатки еды. Надо сказать, там практически ничего и не осталось, я пару раз прерывала рассказ, чтоб смочить пересохшее горло, и что-нибудь пожевать. И не столько потому, что действительно хотела есть, больше нуждалась в передышке да старалась протянуть время.
  Хотя тем для рассказов мне хватило с лихвой, к моменту появления кухарки я как раз добралась до острова сирен, и у парней от любопытства, несмотря на бессонную ночь, в прямом смысле были разинуты рты.
  -Таресса! - заныл младшенький, давно забывший про свои сексуальные планы, - побыстрее рассказывай, а то не успеешь!
  -Я же не железная, - начинаю понемногу качать права, ободренная появлением слуг, глядишь, так и до прихода мага продержусь, вроде он грозился, что выедем на рассвете?
  -Ну, слушайте, эти сирены слыли очень коварными существами, они пели свои любовные призывы такими сладкими голосами, что никто не мог устоять, все сворачивали к их острову, в надежде найти неземную любовь и райское блаженство. Но острые скалы вставали на пути мореходов, пропарывая дно судов и топя доверчивых матросов, а сильные волны разбивали о камни остатки кораблей... Однако Одиссей уже слышал от немногих выживших о проделках сирен и сам, лично залепил воском уши всем друзьям, приказав накрепко привязать себя к мачте.
  -Зачем?
  -Он был очень любопытный и хотел проверить на себе, насколько правдивы рассказы... И вот показался остров и Одиссей услышал дивное пенье. Сотни женских голосов самыми нежными словами манили пристать к их берегу, обещая самые сладостные удовольствия... и он не смог устоять, начал рваться изо всех сил и умолять друзей, чтобы его отвязали.
  -И они отвязали?! - с восторгом и ужасом выдохнул старший.
  -Они же ничего не слышали! И его криков - тоже. К тому были очень послушными... и помнили его приказ, не отвязывать ни в коем случае. А вот один из матросов, самый недоверчивый, решил проверить, не солгал ли им командир, потихоньку выковырял из уха воск и услышал дивные голоса...
  -Какая компания! - Ехидно и зло процедил от двери голос эрга, - я смотрю, вы тут нашли общий язык?
  -Умные люди всегда сумеют договориться, - гордясь своей находчивостью, не удержалась я от подколки, и братцы согласно подхихикнули.
  Ой, и дура! Ну, вот кто меня за язык тянул, глядя, как темнеет от бешенства лицо мага, покаялась я. Ну вот с чего, спрашивается, так осмелела?! Забыла что ли, от недосыпа, что мне еще до столицы вместе с ним больше суток ехать?! Этот же змей злопамятный теперь может мне из совместной поездочки персональный ад устроить!
  -Замечательно, - ледяным голосом подтвердил мои опасения маг, - а теперь немедленно отправляйся переодеваться, через полчаса мы выезжаем!
  -Таресса! - Дружно взвыли братцы, - и что с ним стало?
  -Прыгнул в море и больше его никто не видел, - направляясь к двери, торопливо сообщила я, - зато все остальные остались живы.
  -Ты не волнуйся, - закричал мне вслед Юртенио, когда я уже закрывала за собой двери, - мы обязательно заберем тебя домой, как только император выставит на смотрины!
  -Какие добрые мальчики, - рычала я, почти бегом несясь в свою комнату, уйти ночью из столовой хоть на минутку по личным надобностям так и не рискнула, - все в своего папочку!
  
  -Может, так и лучше, - помогая мне переодеваться в дорогу, тихо буркнула та из служанок, которой я вчера помогала пришивать крючки, и мне как-то сразу стало понятно, что это не про одежду.
  Вот только просить объяснить подробнее побоялась, заметив, каким осуждающим взглядом смерила тетку ее напарница. И по этому взгляду, как по придорожному плакату, я догадалась, что все в доме, от мала до велика, в курсе, чем и как я занималась этой ночью. И как бы ни повернулись с вечера события - было бы то же самое. В доме, где изнывает от информационной скуки почти два десятка женщин, новенькой невозможно скрыть даже одно слово или движение.
  Одежда в дорогу полагалась совсем иная, чем для дома. Под темное, закрытое под горло платье, вместо кучи юбок мне натянули полотняные шаровары с завязками на щиколотках, и длинную, до колена, рубаху.
  - В этом и спать будешь, только верхнее снимай, - наставляла вторая, видимо, в этих инструкциях не было ничего запретного, - в постоялых домах сквозняки.
   На голову мне надели темный чепец с розовыми лентами, на плечи накинули вязаную из грубых нитей серую шаль, а на ноги - вязаные же носки и ботинки на шнуровке.
  Смотреться в зеркало я не стала, начала уже понимать, чем хуже я буду выглядеть - тем для меня же лучше. Просто пожала на прощанье руку сострадательной служанке и пошла вперед за ожидавшим меня у порога эргом.
  Завтракать нам не дали, а я и не стала расстраиваться, есть вовсе не хотелось. Даже спать не особо хотелось, просто навалилась какое-то безразличие, почти апатия.
  Во дворе я рассмотрела светлеющий край неба и поверила, наконец, что долгожданное утро все-таки наступило. Влезла в стоящую перед домом карету, больше похожую, на мой взгляд, на цыганский фургон. Каркас из жердей был снаружи обтянут шкурами, мехом внутрь. Внутри висела маленькая лампадка и в ее тусклом свете можно было разглядеть две скамьи. Маг указал мне на ту, где нужно было ехать спиной вперед, и в тот момент мне и в голову не пришло что это имеет какое-то значение. На сиденье лежали чем-то туго набитые подушки и устроилась я довольно удобно.
  Но едва повозка резко тронулась с места, меня так и швырнуло на севшего напротив Дэсгарда. Я в самый последний момент чисто автоматически успела схватиться за ближайшую деталь каркаса, сработала привычка. В маршрутках и экспедиционных козликах и не так бросает. И только потом сообразила, на что именно рассчитывал маг и внезапно обозлилась. В конце концов, мужчины все-таки намного сильнее женщин и очень предприимчивы в достижении своей цели. А данному индивиду помогает вся ситуация, в которой я оказалась. Его положение, знание местных правил и порядков, умение магичить и даже шкатулка, полная бутылочками с загадочными химикатами, которую он бережно установил в ящик для багажа. И разумеется моя полная зависимость от его воли.
  И как бы я ни барахталась, маг найдет способ, место и время, чтоб осуществить свои планы. Тогда возникает законный вопрос, а чем именно лично я так привлекаю эрга? Если внешностью, то у него было время и возможность сделать со мной все, что угодно, пока я двигалась как зомби, и не могла даже слова против сказать.
  Предполагать банальную нехватку женской ласки просто смешно. Даже я, несмотря на всю свою личную неискушенность, не могу не отметить, что внешне маг выгодно отличается и от грузного зейра Жантурио, и от его провинциальных сыновей. Да и датчанка вчера подтвердила... значит, ему просто нравится роль охотника? Или дело даже хуже, он садист? И просто наслаждается, наблюдая за моими попытками выкрутиться, как кот за загнанной в угол мышкой. И чем больше я буду молча страдать, тем больше его будет веселить эта ситуация...
  Минут через десять таких рассуждений я накрутила себя до такой степени, что готова была убить попутчика... если было бы чем.
  Дорога повернула вверх на склон, и пол коляски стал наклонным, как горка. Маг, сидевший напротив, спокойно развалился на своем сиденье, а я, держась обеими руками за рейки и упираясь ногами в уезжающий пол, почти висела над ним. И, стиснув зубы, считала про себя, пятьсот восемь, пятьсот девять... да кончится когда-нибудь этот подъем?!
  
   Он все же кончился, немного не дождавшись, пока я досчитаю до тысячи, и, едва моя спина с облегчением оперлась на спинку сиденья, я сделала то, что собиралась последние пять минут.
  Нет, не убила мага, хотя и очень хотела, думаю, мне бы это просто не удалось. А если и случилось чудо, то оно было бы последним в моей жизни.
  Я просто стянула с плеч шаль и привязала один конец за жердь чуть ниже левого плеча. Потом проделала такой же фокус с другой стороны и опустила центр шали на талию. В результате я оказалась в теплой люльке, не позволяющей мне никуда ни улететь, ни упасть. Ну а если повозка снова будет клониться так же сильно, я смогу просто поджимать ноги, и дополнительно упираться руками в сиденье.
  Маг только ехидно хмыкнул, увидев мое рационализаторство, но ничего не сказал. Вот и умница, а то у меня настроение и так отвратительное. И противнее всего одно недавно проснувшееся подозрение. Почему-то, чем дальше мы удаляемся от замка зейра Жантурио, во мне все сильнее разгорается тоска по родному миру и чувство протеста происходящим.
  И это было как-то очень правильно, словно я постепенно просыпалась от наркотического сна. Нет, никакие наркотики я, разумеется, никогда даже не пробовала, с моим отцом такое просто невозможно. Пока я была с ним в экспедициях он сам неусыпно следил за мною, не забывая даже в те редкие минуты, когда выпадали действительно ценные находки. Мало кому известно, что везучих археологов можно пересчитать на пальцах. Большинство многие годы перетирают в руках тонны грунта, прежде чем блеснет на ладони обломок каменной стрелы или черепок горшка.
  А едва мы возвращались в город, в доме мгновенно возникала самая строгая и неуклонная из всех рьяных домработниц, какие только бывают в природе. Где папочка таких брал - я не могу понять и до сих пор.
  Так что вещество с наркотическим эффектом мне пришлось попробовать только в больнице, куда меня привезли с раздувшейся до состояния шарообразности правой рукой. Раненный лисенок, найденный мною под кустом, вел себя настолько агрессивно, что еще чудо, как я отделалась только прокушенным пальцем. И занесенной в ранку инфекцией, от которой не помогла и всемогущая зеленка.
  Все это всплыло в памяти в тот момент, когда я начала сопоставлять в мозгу свои обычные реакции и мое поведение в замке приемной семьи... называть зейра Жантурио приемным отцом более не казалось правильным.
  И только теперь возник законный вопрос, чем же таким меня опоили, или околдовали, что я не впала в отчаяние, или депрессию, не попыталась выяснить по какому праву меня вытащили из собственной постели и бросили нагишом на жесткую кушетку? Конечно, двигаться в первые дни я могла только по приказу, но почему меня совсем не тянуло хотя бы тайком поплакать, задуматься, что это за место и начать волноваться за свою жизнь? Ведь способность рассуждать у меня никуда не пропадала? Или я и в этом была ограничена?
  Я мрачно вздохнула, покосилась на Дэсгарда и заметила, что он изучающе наблюдает за выражением моего лица. Вот гад.
  Значит, знает, что я должна постепенно освобождаться из-под неведомых чар и ждет моей реакции. Ну и если рассуждать разумно, конечно предположив, что ко мне полностью вернулась такая возможность, то у меня есть всего два варианта действий. Возмутиться, начинать кричать и требовать отпустить меня - или сделать вид, что я смирилась, сцепить зубы, и молчать. И конечно, я выбрала второе, поверить в то, что маг будет терпеть мои истерики или выполнять просьбы, было, по меньшей мере, наивно... или глупо. Ведь ясно, что ждет меня в случае бунта, новая порция дурмана... или какое-то иное наказание, на которые они тут так щедры.
  В этот момент повозка миновала вершину холма, и судя по тому, как бодрее она запрыгала по кочкам, покатила вниз. Вот и пол наклонился в мою сторону... интересно, за что будет держаться эрг, когда начнет съезжать с сидения?
  Я с затаенным злорадством ждала от мага чего угодно, но только не того, что он сделал в следующий момент. Не стал этот змей ни за что держаться, просто ухватился рукой за рейку и ловко перенес свое жилистое тело на мою скамью, потеснив меня в самый угол. Да еще и придавив правым плечом узел шали, которой я была накрепко привязана к спинке сидения.
  Начиная потихоньку паниковать, я потянулась рукой к тому узлу, что оставался свободным, и вдруг поняла, что развязать его мне теперь не так просто. Нет, попытаться можно, но поскольку он оказался прижат моим телом, придется попотеть. Вернее, развернуться к магу спиной и изогнутся... но почему-то как раз оказываться к нему спиной мне и не хочется.
  Вот и пришлось сделать вид, что все в порядке, и сидеть с самым невозмутимым выражением лица, какое я только смогла состроить. Очень надеюсь, что оно именно таким и выглядело со стороны.
  Одно утешало, теперь мне не приходилось напряженно висеть на руках, карета уверенно катила вниз и моя усталая спина просто блаженствовала, полулежа на оббитой мехом спинке.
  Маг приоткрыл занавеску, полюбовался на серый туман, сожравший весь окружающий мир и повернулся ко мне. С минуту задумчиво рассматривал мое лицо, потом протянул руку и провел пальцем линию от скулы до подбородка.
  Я стоически терпела. А что мне оставалось? Начинать кусаться, плеваться или взывать к его совести? Бред. Можно подумать, этим проймешь его совесть, только сильнее разозлишь и распалишь... некоторые мужики просто обожают, когда девушки сопротивляются. Мне отец специально темки подбирал.
  Да и кричать бесполезно, вряд ли кучер, услышав мои вопли, прибежит с кнутом и ринется сражаться за мою честь. Даже самой смешно стало, как такое представила. Наверное, я усмехнулась... в ответ на свои мысли, иначе с чего бы глаза мага, разглядывающего меня в упор, так опасно сузились и потемнели?
   Целую минуту он сверлил меня таким уничтожающим взглядом, что окажись в моем желудке завтрак, он и то сжался бы от ужаса. Что уж говорить обо мне? Ну да, испугалась. Не того, чего за последние сутки уже как-то устала бояться, а неведомой силы, что вспыхивала яростными искрами в этих темных глазах.
  А вдруг ему ничего не стоит сделать мне какую-нибудь из гадостей, о которых я читала только в сказках? Ну, превратить в кого-нибудь... не в жабу конечно, законы физики для меня пока незыблемы, а в кикимору... или русалку? И вот тогда я точно никогда больше не попаду домой... более того, даже не захочу попасть.
  -Умница, - проскрежетал сквозь зубы эрг, но мне почему-то казалось, что сказать ему хотелось нечто совершенно иное, - вот так себя и веди дальше... если не хочешь, чтоб я тебя продал диким кайменам. А сейчас начинай отвязывать шаль, мы приехали.
  Он грубовато щипнул меня за подбородок и резко отодвинулся. Еще не веря, что все обошлось так просто, я бросила взгляд за окошко и увидела, что там проплывают темные стены строений, изредка разбавленные квадратами бледно освещенных окон. Ну да, говорил же он вчера, что в часе пути какая-то деревня?
  
  Повозка, действительно, вскоре остановилась, Дэсгард немедленно распахнул дверцу и вылез в сумрак начинавшегося дня, оставив меня с не развязанными узлами шали и паникой в душе. Пока я, едва не плача, копалась с освобождением себя из собственноручно созданного плена, возле дверцы возник кучер, заглянул внутрь и подозрительно спросил, отчего зейра не выходит?
  -Уже выхожу, - сообщила я, распутывая последний узел, - задремала немного.
  -Наша карета удобная, - гордо подтвердил возница, заставив меня поперхнуться, - а вот отсюда поедете в кибитках. Базиран вчера должен был обоз собрать... они вас ждут завтракать в доме старосты.
  -И где этот дом? - выбравшись, наконец, в пахнущее навозом и сеном утро, безнадежно спросила я, подозревая, что вредный маг специально так поступил, чтобы я не успела позавтракать.
  -Так вот он! - удивился возница и ткнул кнутом в сторону светящейся щели.
  И в этот момент щель начала расти, как пасть неведомого чудовища и, вдруг превратилась в распахнутую дверь. В падающем из нее свете были видны две ступеньки и женская фигура, вглядывающаяся в полумрак двора.
  -Хинти, где зейра-то?
  -Ох, слепая курица, - с превосходством сплюнул возница, - зейру она не видит!
  Но я уже торопливо направилась к крыльцу, стараясь глядеть под ноги. Наступить во что-то мягкое мне вовсе не хотелось, был такой опыт... потом от запаха не отделаешься.
  -Я - Таресса, - говорю женщине, благополучно достигнув крыльца, и она внезапно всхлипывает в ответ.
  -Я знаю, мы вчера знакомились... за столом. Я - Феллина... сейчас покажу, где можно привести себя в порядок.
  -Очень приятно, - растерянно пробормотала я, идя следом за ней в отгороженный на дощатой террасе угол и отлично понимая, что ничего приятного тут нет и в помине.
  Раз женщину везут вместе со мной, значит, участь нас ждет одинаковая, быть проданными. И раз мы теперь друзья по несчастью, может она хоть немного просветит меня насчет того, что ждет на балу? Нужно будет постараться ее разговорить.
  Однако надеждам этим не суждено было сбыться. После сытного деревенского завтрака в компании мага и управляющего, которого эрг называл Базираном, мы сразу же отправились дальше.
  Сначала, когда нас с Феллиной посадили в глубокую, крытую пологом телегу на ворох сена, застеленный настоящими домоткаными половиками, я решила, что мне начинает улыбаться удача. Однако уже в следующую минуту, когда вслед за нами туда влезли и маг с управляющим, ясно поняла, это была не улыбка, а ехидная гримаса.
  Потому просто молча устроилась поудобнее в своем уголке, накрылась шалью и с чистой совестью уснула.
  
  Глава 5 подлые игры магов
  
  -Таресса, просыпайся, подъезжаем! - теребил меня кто-то, а я не спешила открывать глаза.
  Мне снился дом, тот старый дом, в котором я родилась и прожила до девятнадцати лет. И одна из домработниц, жарившая просто бесподобные оладики с сосисками. И будившая меня именно вот такими легкими прикосновениями к плечу.
  -Она мечтает проспать наше отправление и вернуться к зейру Жантурио, - жестко сказал знакомый голос мага, - господин велел привезти Тарессу домой, если её не выберут в невесты повелителя.
  -А если за зейру предложат очень хороший выкуп? - удивился управляющий.
  -Даже за двойной не отдавать, - мстительно просвещал окружающих Дэсгард, ставя тем самым огромный надгробный камень на мою надежду поговорить с Феллиной.
  Ясно как день, после такого заявления она ни за какие блага не станет со мной откровенничать. Ведь бедной женщине будет казаться, что я заняла ее место, пропади оно пропадом.
  Я распахнула глаза, с ненавистью глянула в насмешливо усмехающуюся рожу мага и начала отрясать с шали невесть как попавшие на нее соломинки.
  Телега остановилась, откинулся полог и возница, уже другой, бородатый и немолодой, сообщил, что мы прибыли. Только теперь мое внимание привлек доносившийся отовсюду скрип колес, стук, громкие окрики и прочий безалаберный шум, какой бывает только на вокзалах.
  Оторопев от такого невероятного предположения, я заторопилась вылезти из телеги и убедиться во всем собственными глазами. Выбралась, огляделась и признала, что была неправа.
  Шумное место оказалось не вокзалом, а пристанью. Но сутолоки было не меньше, а в разы больше. На стоявшее у причала судно толпы людей таскали различные грузы. Мешки, ящики, корзины и клетки. Катили бочки, загоняли упирающихся овец и заводили низкорослых лошадок с обвязанными тканью мордами.
  Маг, облаченный в расшитый серебряными знаками черный плащ, важно выдвинулся вперед и мы с Феллиной потопали за ним. Замыкали шествие два здоровенных парня, с внушительными дубинками в руках. Как я поняла, они приехали в другой телеге, и будут охранять нас до самого бала.
  
  -Интересно, а почему никто из хозяев не поехал на бал? - оказавшись в каюте, задумчиво пробурчала я преследовавшую меня в последние пять минут мысль.
  И родилась она вовсе не на пустом месте, в толпе, пробирающейся по трапам в заранее купленные каюты, было несколько зейров, с которыми маг здоровался чопорными поклонами, называя их по именам. Всех их сопровождали группки молодых женщин и поразительно похожих на отцов парней.
  -А ты уже соскучилась? - ехидно подколол маг, - так, возможно, скоро вернешься...
  -Ты прекрасно знаешь, что не соскучилась, - решив предпринять последнюю попытку наладить более-менее нормальные отношения, ровно произнесла я, - а спрашиваю просто из интереса.
  -У зейра Жантурио личные причины, - влез в наши переговоры с высокомерным объявлением Базиран, - тебе их знать не нужно.
  -А тебя никто не спрашивал, - все-таки сорвалась я, развернулась и ринулась за тонкую перегородку, которой была отгорожена часть общей каюты.
  Там стояла двухъярусная кровать, на которой предстояло провести эту ночь нам с Феллиной. Ей велели расположиться на нижней полке, мне досталась верхняя.
  -Отходим через десять минут, - пришел с новостью тот здоровяк с дубиной, которого маг посылал выяснить, почему отправление судна задерживается, - еще не приехал зейр Дортилис. Он купил две лучшие каюты.
  -Скотина, - почему-то зло буркнул эрг, и все согласно засопели.
  -Собирайте на стол, - минуты через три приказал маг недовольным голосом, - поедим и можно отдыхать.
  Тонкая дверка, защищавшая только от света, но не от подслушивания или вторжения, распахнулась, и Дэсгард шагнул ко мне. Я привычно насторожилась, ничего хорошего мне его общество не обещало.
  -Чем ты занималась в своем мире? - задал совершенно неожиданный вопрос эрг, и я как-то растерялась, его голос прозвучал ровно и почти дружелюбно.
  -Училась. - Ответила кратко, а что мне еще оставалось?
  Не врать же, а вдруг он умеет отличать ложь от правды?
  -Чему?
  -Я училась в институте... на историка.
  -А жила на что?
  -Отец присылал, он в другой стране живет.
  Да, так получилось, что год назад, после поездки в Мексику, на раскопки городов майя, отец остался там жить. Встретил, как говорят, свою женщину. Она мексиканка и тоже археолог, вот и копают теперь там вдвоем. А я даже на свадьбу не попала, хотя всегда мечтала побывать в Мексике. Виза не прошла, нужно было разрешение матери, а её как раз не было в стране, уехала с очередным мужем на какие-то острова, выяснять точнее я не стала.
   -Кем он работает?
  -Он ученый, историк... археолог. Ищет старинные города, следы исчезнувших народов... - пыталась объяснить я попонятнее, кто знает, есть тут археологи, или нет?
  -Выпей вот это, - маг внезапно достал из кармана маленький пузырек и налил в крошечную чашечку несколько капель, - молча выпей... так нужно.
  Почему я не стала спорить?
  А что бы это изменило? За стеной сидят трое крепких мужиков, которые по первому слову мага помогут ему влить мне в рот всё, что угодно. Но при этом облапают меня в свое полное удовольствие. Оно мне надо?
  Надеясь на русское авось, молча взяла чашечку и махом опрокину в рот.
  -Умница, - сказал он с непонятной усмешкой и вдруг подтолкнул меня к постели.
  А в следующий момент я почувствовала, что падаю... и не только в прямом смысле. Сознание стремительно катилось куда-то в темноту, не оставляя времени ни на испуг, ни на возмущение.
  
  Осознала, что уже не сплю, я не сразу. Попытка открыть глаза закончилась подозрительно знакомо, гудела от боли голова и чуть подташнивало.
  А еще почему-то ничего не было видно. Висела перед глазами темнота, непроницаемая и душноватая.
  Минуты две, превозмогая боль, я упорно таращилась в эту темноту, пытаясь осмыслить, что произошло. Про то, как маг меня подло усыпил, помнилось очень ясно, а вот зачем ему это понадобилось... я боялась даже подумать. Хотя и не думать тоже не могла. Как и не обижаться.
  Вот почему они все тут такие... бесчувственные?! Лезут в чужой мир, хватают, кого попало... или, судя, по запросам императора, того, кто им подходит и тащат к себе как рыбу из воды. И никакого им дела, что человек чувствует... чего хочет, о чем мечтал или кого любил.
  Слезы сами выступили на глазах, и я невольно всхлипнула. И в тот же момент услышала, как где-то внизу кто-то заворочался, раздался скрип, потом зевок, и наконец, тяжелый вздох.
  А потом там же, внизу, вспыхнул неяркий свет, и я рассмотрела в метре над собой потемневшие от времени балки и доски потолка. Сбоку что-то зашуршало, я закусила губу, чтоб не застонать и осторожно повернула голову.
  Прямо против моих глаз обнаружилась голова мага, со взлохмаченными волосами и мрачным взглядом помятой физиономии.
  -Только не ори, - шепотом предупредил он, и исчез.
  Какое мне орать, снова всхлипнула я, если от простого поворота в голове вспыхнула невыносимая боль.
  Маг внизу чем-то зазвенел и вскоре появился со знакомой чашечкой в руке.
  -Нужно это выпить, - пробормотал тем же мрачным шепотом, и одной рукой поднес чашечку мне к губам, а другую просунул под затылок, приподнимая голову так, чтобы я могла глотать.
  Боль накатила новой волной, я едва слышно застонала и зажмурилась. Слезы сами потекли из-под ресниц.
  -Пей, - мне в губы ткнулся холодный металл.
  Пью. Почти желая, чтобы это оказался яд. Жить в таком мерзком месте все равно нет никакого желания. А спорить или сопротивляться нет сил.
  Минуты три я лежала с закрытыми глазами, ожидая, что сейчас снова провалюсь в сон, но к моему изумлению, сна не было. Зато постепенно стихла боль и отступила тошнота.
  -Тебе в отхожее место нужно? - как-то буднично спросил маг, - если да - я отведу.
  -А сама я не могу?
  -Нет.
  -Тогда перебьюсь.
  -Учти, лучше сходить сейчас, пока все угомонились, - его голос звучал глухо и как-то утомленно, - потом проблем будет больше.
  Я подумала минутку и решила согласиться.
  -Тогда сейчас.
  В тот же миг он вновь появился возле края постели, решительно подсунул руку мне под спину и одним рывком снял на пол. Я охнула от неожиданности и покачнулась, слабость и головокружение напомнили о недавней боли. Дэсгард крепче прижал меня к себе и потихоньку повел к выходу.
  И только теперь я сообразила, что это вовсе не та каюта, куда меня привели изначально. Та была намного чище, благоустроеннее, и значительно больше. А эта больше похожа на чуланчик, двухъярусная кровать, маленький столик у изголовья и вешалка у входа. Мне очень хотелось спросить, что произошло, но по опыту я уже убедилась, эрг скажет только то, что сочтет нужным. Да и вид у него что-то слишком мрачный, не похоже, чтоб мой мучитель был расположен к объяснениям.
  Мы молча прошли по узкому и грязному коридору к двери с красноречивым изображением, и маг сначала заглянул внутрь, потом позволил мне войти.
  -Только в зеркало не смотри, - буркнул, пряча глаза, - и не ори.
  И захлопнул за моей спиной дверь.
  Разумеется, я первым делом нашла зеркало и заглянула туда. И действительно, едва не вскрикнула, увидев смотревшую на меня отталкивающую морду. Опухшую, в разноцветных разводах старых синяков, с заплывшим левым глазом, и с россыпью мерзких бородавок на лбу и щеках.
  Я даже потрогала одну, не смогла удержаться. Вроде не больно... но попробовать оторвать почему-то нет никакого желания. Некстати вспомнились слова дежурившего за дверью мага... я призадумалась... и отвернулась от зеркала.
  Назад мы шли молча, и судя по всему, маг торопился. Дойдя до каюты, которую сама я нипочем бы не нашла, по обе стороны коридора теснились совершенно одинаковые двери, эрг снова повторил странный ритуал, заглянул в комнатку, потом быстро забросил туда меня и только после этого скользнул сам.
  Только я больше не удивлялась маниакальной бдительности и шпионской осторожности мага. Во мне вдруг вспыхнуло подозрение... безумное и ничем пока не подтвержденное, что Дэсгард решил меня украсть. Не знаю, зачем я ему могла понадобиться, и даже близко догадаться не могу, как и решить, лучше это для меня или хуже. Пока ясно одно, я в его полной власти и жизнь моя снова начинает делать резкий поворот.
  -Пить хочешь? - Маг налил в кружку воды из кувшина, закрепленного в прибитой к стене ременной петле, и подал мне.
  Я молча взяла кружку и одним махом выпила тепловатую воду, во рту просто пересохло. И даже смотреть ему в глаза не стала, а что я могу там рассмотреть, в этих хитрых глазах?
  Однако он сам решил показать мне, что.
  -Скоро судно остановится, тут есть деревня... - пристально уставился мне в глаза Дэсгард, взяв одной рукой за подбородок, - некоторые пассажиры в ней сходят. Мы тоже сойдем. Ты должна послушно идти за мной, и ничего никому не отвечать... акцент у тебя еще сильный. Надеюсь на твое благоразумие, если вздумаешь шуметь или убегать - пеняй на себя.
  
  Глава 6 в плену картонных иллюзий
  
  С судна мы сошли благополучно. По крайней мере, мне так казалось. Крестьянин в грубой серой войлочной шляпе типа тех, что надевают в саунах, топал впереди меня тяжелыми сапогами, и узнать в нем мага трудно было даже мне. А я, привязанная за талию веревкой как блудливая коза, послушно плелась следом, да еще и тащила на спине мешок с нашим имуществом.
  В полумраке едва разгоравшегося нового дня никто из грузчиков и матросов, таскавших на пристань багаж сходивших тут путешественников, даже не взглянул на нас. И это я могла понять. Все устали и хотят спать, всем хочется побыстрее выгрузить вещи и загрузить багаж новых пассажиров, чтоб иметь возможность подремать хоть пару-тройку часов до прибытия в столицу. Но вот почему про нас до сих пор не вспомнил ни управляющий, ни Феллина, ни охранники, до меня никак не доходило. Предположить, что они с магом в доле было как-то неправильно, куда они тогда вернутся после окончания бала? Ведь зейр Жантурио сразу заподозрит всех в сговоре. А думать, что маг усыпил или отравил своих спутников, было как-то жутковато.
  -Подожди тут, - привязал Дэсгард веревку за колышек забора, - я скоро.
  И я осталась стоять у ограды как лошадь... или телка, как говорят в моем мире.
  -Ты кто? - проходящий мимо мужик бесцеремонно приподнял капюшон холщового капора, который на меня нацепил эрг вместо чепчика, и отшатнулся, - тьфу, тьфу! Отверженная! Что это ты тут делаешь?
  -Стою, - обиженно буркнула я, но он и сам уже заметил веревку.
  -А, так ты с хозяином... что ж сразу-то не сказала, я уже хотел страже свистеть.
  -Смотреть сначала нужно, - из ворот вышел маг, держа в поводу невысокую лошадку, запряженную в почти игрушечную тележку на двух колесах, - потом свистеть.
  Он снял с моей спины мешок, убрал его в багажный ящик и только после этого отвязал меня.
  -Залезай, - не дожидаясь, пока я выполню приказ, эрг решительно забросил меня в коляску и сел рядом, втиснув в угол единственного сиденья, - Пошла!
  А вот это относилось уже к лошади, и к моему стыду, она оказалось и понятливее и расторопнее, чем я. Резво и послушно рванула с места, и вскоре мы уже быстро катили по спящей улице.
  -Кто такие отверженные? - решилась я задать крутившийся на языке вопрос, когда деревня осталась далеко позади.
  -Женщины... которые наказаны за свои преступления.
  Здорово. Узнать бы еще, что именно он понимает под словом - преступление. Вернее, что именно в этом мире считается для женщины преступлением. Может, просто не вовремя сказанное хозяину слово? Или пересоленный суп? А может, что-то действительно плохое... только спрашивать мне уже расхотелось. Не верю я, что эрг скажет правду, да и не так уж она меня сейчас волнует, на самом-то деле.
  Меня интересует моя судьба... которую вот так, по одной своей прихоти, решил мужчина, что так по-хозяйски развалился рядом. Вот только и про это мне как-то не хочется спрашивать... может, я трусиха, а может это просто проснулась самозащита или даже интуиция, в которую я не особо и верю. Да и где гарантия, что эрг скажет правду?
  -Тебе неинтересно, куда мы едем? - вынырнув из своих невеселых размышлений, я внезапно обнаружила, что Дэсгард пристально изучает мое лицо.
  -Нравится? - не удержалась я от подколки.
  -Что? - изумленно взметнулась вверх одна темная бровь, - а, это... да. Хорошая работа. Жалко будет смывать.
  -Что? - теперь уже потрясенно смотрела на него я, - так это... не настоящее?
  -Настоящее заслужить нужно, - ядовито буркнул он, помолчал и спокойнее добавил, - а едем мы в столицу. Река тут делает крюк, а мы напрямую, через холмы.
  -А мы не могли в столицу и дальше... на кораблике? - обдумав его слова, разочарованно протянула я.
  Как то слишком быстро закончилось приключение с похищением... даже жаль. Не знаю, на что именно я надеялась... наверное, в первую очередь откосить от выбора в невесты. А точнее в гарем. Интересно... а как их все же зовут, жительниц гарема?
  -Избранницы, - похоже, маг по-настоящему удивился, когда я все же решилась озвучить свой вопрос.
  -А когда повелитель их продает через три года, тогда как? - во мне проснулся наследственный исследовательский интерес.
  -Не продает, а дарит, - поправил эрг и как-то криво усмехнулся, - тогда их так и называют, дарованные, и передарить или продать подарок повелителя нельзя.
  -Черт, - невольно вырвалось у меня, вот теперь я в полной мере осознала, что означало мстительное обещание зейра Жантурио.
  Маг только фыркнул, и легонько щелкнул кнутом над ухом лошадки. Некоторое время, пока я взвешивала в уме разные варианты своего будущего и ближайшего и не очень, мы ехали молча. Хотя насчет того, что случится через три года, вроде и рановато пока волноваться, до него еще дожить нужно... но и не думать как-то не получалось.
  -Я оставлю тебя в доме одного знакомого, там тебе помогут смыть краску и переодеться. Бал начинается с рассветом, но нам так рано там нечего делать, - поняв, что от меня он больше никаких вопросов не дождется, начал объяснять эрг, - мне нужно встретить управляющего и грузы. А после завтрака приеду за тобой.
  -А почему мы не могли ехать с ними? - тихо спросила я, решив, пока Дэсгард разговорился, хоть немного прояснить ситуацию.
  -Зейр Дортилис, мэр Липена, того города, где мы сели на корабль, совсем обнаглел в последние два года. Он считает себя хозяином всей округи... и всего, что в ней есть. В прошлом году он тоже ездил на бал, и пригласил всех знатных зейров в свою каюту на ужин. Вместе с подопечными, - Дэсгард мрачно вздохнул, и оглянулся, словно мэр мог быть рядом.
  Картинка начинала проясняться, значит, зейры везут свой улов в столицу, в надежде на большие барыши, а по дороге их встречает рэкет... всё прям, как у нас.
  -И что, ничего нельзя с ним сделать? - проснулось во мне демократическое мировоззрение.
  -Можно... и сделаем, - с угрозой в адрес зарвавшегося чиновника процедил маг, - но не затевать же спор на судне? Во-первых, там запрещено использование магии, потому что корабль идет на магических кристаллах, а во-вторых, на мэре и его помощниках мощные защитные амулеты... как на представителях власти.
  А в-третьих, - мысленно закончила я за эрга, у самого Дэсгарда с магией, судя по рассказам Сатиллы, совсем негусто. И тогда я вовсе не против прогулки на этой коляске, весь мой жизненный опыт и почерпнутые из инета знания говорят, что те, кто привык действовать по-шакальи, намного хуже остальных соплеменников, в какой бы эпохе они не жили.
   Мы еще с полчаса ехали молча, и я, стараясь отогнать бесполезные грустные мысли, честно пыталась любоваться природой. Получалось не очень удачно, хотя вид отсюда был просто необыкновенно хорош.
  Мы как раз въехали на вершину пологого холма, и перед нами открылась просторная долина, бурно расцвеченная в осеннее разноцветье. Темно-зеленые деревья, похожие на елки, выгодно оттеняли яркость лимонных, оранжевых, багряных и фиолетовых крон лиственных кустов и деревьев. Вдали, в тающем утреннем тумане серебрилась лента реки, а между ней и холмом, с которого мы спускались, раскинулся очень живописный город. Белые, розовые и бледно-серые здания украшали желтки причудливых крыш и стройные башни, а чуть в стороне сиял золочеными куполами дворец. Ничем иным он быть не мог, именно такие строили правители востока.
  -Вон дворец повелителя, - как указкой ткнул кнутом в ту сторону эрг и искоса глянул на меня.
  -Поняла уже, - отозвалась я безрадостно, - у нас, у всех султанов такие.
  -А повелитель и строил по подобию ваших дворцов, - почему-то хмуро буркнул Дэсгард, помолчал и очень неохотно добавил, - всем твоим соотечественницам нравится. Вон Сатилла целыми днями может рассказывать, как там красиво и удобно.
  -Мне очень жаль, что ее там не оставили, - искренне сказала я и тяжело вздохнула.
  У всех людей свои критерии счастья и красоты. В одном селе, рядом с которым мы однажды вели раскопки, старик-хозяин гордо показывал нам свой дом, обложенный по фасаду разноцветной керамической плиткой и порезанными на квадратики зеркалами. Мы с отцом вежливо хвалили, и кисло переглядывались, лично я никогда бы не согласилась жить в таком доме всю жизнь.
  -А ты была когда-нибудь во дворцах? - когда мы почти подъехали к окраине города, возобновил разговор маг.
  -Была... на раскопках и на экскурсиях. Ну и в книгах и интернете видела снимки. И снаружи и интерьеров.
  -И как?
  -Занятно... посмотреть, а что? - до меня запоздало начало доходить, что все эти разговоры ведутся неспроста.
  -Просто так, - хмуро буркнул эрг и больше не сказал ни слова.
  
  Дом, в который он меня привез, был приземистым одноэтажным строением, похожим на сарай или барак и стоял в глубине густо заросшего кустарником сада.
  Дэсгард за веревку провел меня внутрь, пошептался с хозяевами и ушел, наказав во всем слушать Митима.
  -Иди за ней, - безучастно велел Митим, указав на невысокую, черноволосую женщину в белом чепчике и простом, длиной по щиколотку, платье, и я, подхватив свою веревку, покорно потопала в указанном направлении.
  Далеко идти не пришлось, всего-то через коридор.
  Оказалось, дом делится на две части и проворная и смешливая черноглазая женщина является полноправной хозяйкой во второй половине. Ее звали Гайтола, и она ничуть не походила на смирных домочадцев зейра Жантурио.
  -Ох, и разрисовал он тебя, - веселилась Гайтола, провожая меня в небольшую баню, - если не присматриваться, можно поверить, что настоящая отверженная.
  Я только поморщилась, взгляды встречных горожан вылили на меня столько незаслуженного презрения, что уши горели до сих пор.
  -Раздевайся и залезай, - наливая в корыто из огромного котла, стоящего на печи, теплую воду, не умолкала она, - пока ты отмачиваешь с лица краску и сушеную ежевику, я тебе волосы вымою. Дэс сказал, вы в каюте для пастухов ехали, там вполне можно вшей наловить.
  -Что? - так и охнула я, - каких вшей?
  Вот только этой пакости мне и не хватало... ведь из длинных волос их невероятно трудно вывести даже в нашем мире, где властвует химия.
  И только через некоторое время, когда не перестающая тарахтеть Гайтола замотала мне голову полотенцем и отвернулась, чтобы подложить в печь дров, я припомнила одну насторожившую меня деталь. Эта простая на вид женщина запросто назвала мага Дэсом, чего, насколько я помню, не позволено было никому в доме зейра Жантурио.
  И значит, нужно сразу отбросить возникшие у меня планы по ее допросу. Ничего такого, что не мог бы сказать сам эрг, она не скажет. Но можно попытаться выяснить самые общие сведения, вот хоть об этих самых отверженных.
  -Гайтола, - невинно поинтересовалась я, выбрасывая из корыта очередную отмокшую ягодку, - а кто они, эти отверженные... что такого сделали?
  -Все по-разному, - нахмурилась она, - кто-то запретным колдовством занимался, а кто и черные зелья готовил. Ну и убийцы... на этих бородавок больше всего ставят.
  Понятно... но не совсем, и я уже открыла было рот, чтоб спросить, как тут определяют степень вины, но мне скомандовали закрыть и рот и глаза. Пришлось так и сделать, и Гайтола принялась осторожно тереть мое лицо и шею намыленным клочком овечьей шерсти.
  А потом окатила водой и велела вылезать.
  Вскоре я, замотанная в чистую холстину, сидела за столом и наслаждалась горячим травяным настоем с медом и свежими лепешками, а хозяйка расчесывала мои волосы и беспрестанно ими восхищалась.
  -Гайтола, - не выдержала я, когда она начала повторяться, - иди, попей со мной чаю. Я больше ничего не буду спрашивать... раз тебе нельзя рассказывать.
  Она враз смолкла, уселась напротив и налила себе отвар. Некоторое время пила молча, украдкой меня разглядывая, потом вздохнула и тихонько пробормотала, что может рассказать мне, какой красивый дворец у повелителя и как весело живут его избранные.
  -А ты откуда знаешь, сама, что ли была такой? - внезапно обозлилась я.
  Просто терпеть не могу назойливую рекламу, дома достала.
  -Я не была... - похоже, она обиделась, - а даренные рассказывали...
  -Меня не интересует информация из вторых рук, - оборвала я сухо, - тем более что одну такую дареную я видела лично, как тебя. И разговаривала с ней.
  -Ну и что? - она еще пыталась изобразить любопытство, а меня уже начинал разбирать нервный смех.
  -Да ничего, просто поговорили и разошлись.
  -Ты странная, - уныло признала она через несколько минут, так и не дождавшись больше ни одного вопроса, а я только ядовито ухмыльнулась про себя.
  Я-то как раз нормальная и в свои двадцать лет успела побывать во многих местах и много чего повидать. И отлично знаю, именно та информация, которую от тебя старательно утаивают - и есть самая ценная. А вот если тебе ретиво пытаются что-то расхвалить, нужно постараться от этого отделаться. А мне уже который раз неназойливо расхваливают дворец и жизнь избранниц. Смешно. И очень подозрительно.
  А еще меня почему-то постоянно преследует ощущение, что хожу кругами вокруг чего-то важного, висящего на самом виду.
  
  После завтрака Гайтола помогла мне одеться и новая одежда кардинально отличалась от того, что носят в замке зейра Диморбиуса.
  Почти земное, из невесомого шелка белье и тонкие чулки, облегающее длинное шелковое платье телесного цвета, с короткими рукавчиками и откровенным вырезом. Странно, задумалась я, глядя на отражение в зеркале, вроде служанки в доме Жантурио говорили о совершенно иной моде?
  -Так то - мода для гостей и свободных зейр, - осторожно хмыкнула Гайтола, оглядывая меня с нескрываемой завистью, в ее невысокой фигурке явно притаилось на пару десятков килограмм больше, чем нужно, чтоб надевать такие платья.
  Понятненько, перевела я для себя, значит, потому и надели на меня платье, в котором можно без труда изучить все достоинства фигуры, что к свободным я не отношусь.
  Примолкшая хозяйка еще раз тщательно расчесала мои распущенные волосы, и помогла надеть верхнее одеяние. Из простого полотна темно-серого цвета, очень похожее на вид то ли на монашескую рясу, то ли на чадру и полностью скрывающее не только нижнее платье, но и волосы, и часть лица.
  Вот это маскировка, невольно восхитилась я, обнаружив в зеркале бесформенное чучело, вместо стройной фигурки. А когда еще оказалось, что к капюшону пришита такая же серая, довольно плотная вуаль, стало совершенно понятно, что во дворец мы собираемся пробираться по-шпионски.
  Едва я это осознала, как мигом возникла крамольная мысль, если эргу так необходимо, чтоб я туда попала, то мне самой это как раз совершенно не нужно! Вот только жаль, что способа, как сбежать, я не вижу. Конечно... можно бы попытаться сейчас попросить хозяйку что-нибудь принести... молока например, и вылезти вон в то узкое оконце, но куда я пойду потом? Даже если выйду со двора, и сумею спрятаться от погони? Ведь мне даже не известно, что означает здесь моя одежда. А может именно в такой и положено разгуливать по городу жрицам любви?
  И я, вместо дворца и нежеланной перспективы стать одной из наложниц правителя, попаду в место, где меня никто вообще не будет считать за человека.
  Печально... но, похоже, сейчас мне лучше никуда не рыпаться. Но это вовсе не значит, что я не вернусь к этой идее позже, когда лучше изучу законы и порядки и научусь обманывать бдительность охраны.
  -Волнуешься?
  Вот зачем она задает такие вопросы, да еще и самым вкрадчивым голоском? Хочет что-то выведать, или и в самом деле сочувствует? Ну, можно и проверить.
  -Гайтола, у тебя есть родители?
  -Д-да... ответила она с запинкой.
  -А они тебя любят?
  -Ну... - на миг задумывается хозяйка, - мать, конечно, любит, а у отца нас четверо... но он всегда заботился.
  -А я у отца одна. Мать бросила нас, и меня и папу, когда я была совсем маленькой, и меня вырастил отец. Сам варил кашу, сам стирал одежду, особенно в экспедициях. И сам учил читать, писать... сейчас он живет в другой стране... оттуда очень дорогие звонки, но мы разговариваем в инете... каждый вечер. Как ты думаешь, что с ним творится все эти дни?
  -Н-не знаю... - как-то виновато и растерянно пролепетала она, - так ты только за него волнуешься? А за свою судьбу?
  -А чем я могу изменить свою судьбу? - замирая от неожиданной догадки, нахожу в себе силы отвечать с горькой покорностью, - убежать? Ну, это же смешно, меня поймают и накажут. И вернут на то же место. А если несказанно повезет и не поймают, то куда я пойду, не зная ни обычаев, ни законов? Кто мне поможет, кто научит как тут выжить? Молчишь? Вот именно, если сбежав, я попаду в гораздо худшее положение, то стоит ли напрягаться?
  От дальнейшего разговора она просто улизнула, вспомнив, что у нее есть где-то срочное дело. Ну да, молоко убежало, ехидно фыркнула я и пошла к окну. Хоть посмотреть на нормальную природу, во дворце небось, все листики в симметричном порядке пострижены. А тут - сплошное запустение, все растет и плетется, как хочет, и кустики осенних цветов стыдливо выглядывают из зарослей сорняков. Что-то вдруг снова показалось мне неправильным, и я попыталась отрешиться от всех своих проблем, и постараться сообразить, что же тут не так?!
  Толстая крыса деловито выглянула из-под кустика с незнакомыми листиками, принюхалась и неторопливо потопала прямо через дорожку. Густо заросшую едва примятой травой.
  И вот тут меня накрыло подозрение... да какое там, почти уверенность. Уже совершенно другим взглядом я осмотрела очень скудно обставленную и как-то по-мужски безликую комнату, прислушалась к происходящему за дверью и метнулась за занавеску, где стоял сундук. Именно из него Гайтола доставала мою новую одежду.
  Рывком открыла крышку, и мгновенно захлопнула, а чего пялиться в совершенно пустой ящик. Потом побежала на цыпочках к полкам, с которых хозяйка доставала миски с едой, щелкнула ногтем по отозвавшимся гулким эхом кувшинчикам и кринкам и поторопилась вернуться к столу.
  Теперь у меня было о чем подумать. И засомневаться в некоторых сделанных ранее выводах. Эх, как жаль, что нет времени... хотя бы на денек раньше сюда приехали. Может мне и удалось хоть чуточку больше разобраться с некоторыми очень странными несовпадениями.
  Хозяйка вошла в комнату, мазнула по мне быстрым взглядом, успокоенно вздохнула и лицемерно поинтересовалась, не хочу ли я еще что-нибудь скушать.
  Ох, как меня подмывало попросить чего-нибудь вполне обыденного... просто, чтоб посмотреть, как она будет выкручиваться. Но я сдержалась, пусть думают, что им удалось меня провести.
  -Нет... кушать не хочу, аппетита нет. Можно я в садике погуляю... вот тут, прямо рядом с домом? Я никуда не убегу, честное слово.
  -Слово зейры? - помолчав, как-то несчастно поинтересовалась она.
  -Слово зейры, - кротко согласилась я.
  -Иди... только к воротам не подходи.
  -Хорошо, - я торопливо бросилась к двери. Выйдя, окинула беглым взглядом коридорчик, который служил границей между половинками дома, обнаружила в уголке кучу мусора, прикрытую дырявой корзиной, насмешливо хмыкнула и вышла в сад.
  Пару минут стояла у порога, словно любуясь чахлым кустиком в мелких ягодках, а на самом деле внимательно изучая дорожку, по которой никто не ходил до этого дня месяца два, кучки яблок, гниющие в зарослях бурьяна, густую пыль, покрывающую окна тех комнат, в которые меня не планировали пускать.
  Потом сошла с низенького, в одну ступеньку, крылечка и медленно пошла вокруг дома. И как раз успела заглянуть за угол и рассмотреть двух привязанных под навесом лошадок, как сзади раздался недовольный окрик:
  -Таресса!
  Явился, немедленно разворачиваясь назад, фыркнула я, и явно не в духе. Определенно что-то случилось... интересно, как там Феллина? И тут же рассердилась на себя, меня тут таскали, как козу, на веревке, строили непонятные интриги, и сейчас повезут неизвестно куда, а я, дурочка, о Феллине волнуюсь!
  И все же не выдержала, подойдя ближе и, разглядев хмурое и осунувшееся лицо мага, неуверенно спросила:
  -Что-то с Феллиной?
  Дэсгард с минуту разглядывал меня изучающе, как пойманную бабочку, потом вдруг потер ладонью лоб и нехотя буркнул:
  -Все с ней в порядке, можно сказать, повезло. Забрал очень почтенный человек... одинокий, - на секунду смолк, затем другим, властным тоном приказал, - иди к тележке, я догоню.
  -Но у меня там туфли... - вспомнила я, чтоб не мучить заранее ноги в изящной, но не очень удобной обуви, Гайтола предложила мне пока ходить в прежних ботинках.
  -Принесу, - коротко пообещал маг, поворачиваясь к двери, судя по всему, он очень торопился.
  Вернулся эрг через пару минут, молча усадил меня на коляску, и подал туфли. Потом сел рядом, надвинул на глаза свою крестьянскую шляпу и щелкнул кнутом. Я мысленно плюнула три раза через левое плечо и попросила у судьбы удачи.
  
  Глава 7 бесплатное представление для важных гостей
  
  
  Чем дальше мы уезжали от окраины, тем многолюднее и красочнее становилась прогуливающаяся по улицам публика. В этом городе не было привычных мне тротуаров, все ходили прямо по выложенным серым камнем мостовым, и, чтобы предупредить гуляющих о приближении, возчики дергали за специальные шнурки, протянутые к колокольчикам, висящим у шей лошадок. И этот перезвон становился с каждым перекрестком все насыщеннее, сливаясь с гулом голосов, выкриками торговцев и смехом женщин.
  Я жадно вглядывалась в их лица, и в лица их спутников или спутниц, рассматривала и запоминала наряды и прически. И чем дальше мы ехали, тем больше убеждалась, как правильно я сделала, что не стала пытаться сбежать. Многие из женщин были одеты примерно так, как меня наряжали в замке зейра Жантурио. Разница была в качестве ткани блио и расцветке. Как я догадывалась, сегодня, в честь бала, они надели все самое лучшее. Преобладали наряды ярких цветов и обилие украшений, вышивка и тесьма, кружева и атласные детали. Некоторые аборигенки были одеты как Гайтола, только к платью обязательно прилагался либо фартук с оборками, либо длинная жилетка или верхняя юбка из другой ткани. Иногда с разрезами по бокам.
  И я в своей чадре выглядела бы в этой яркой толпе очень незаметно. Для себя.
  Но одежда была все же не основным, что меня интересовало. Мне очень хотелось понять по поведению женщин, как им живется в этом мире, есть ли у них хоть какие-то права, как с ними вообще обращаются?
  Постепенно я начинала понимать, что если их переодеть в джинсы, топики или платья моего мира, то получилась бы совершенно обычная для какого-нибудь из южных городов, вроде Ростова, толпа. В этой толпе превалировали темноволосые и темноглазые аборигены и аборигенки, хотя изредка мелькали и более светлые шевелюры. Возможно, среди женщин их было и больше, но рассмотреть это мешали чепчики и накидки всевозможных цветов и фасонов.
   И то, что все эти люди были такими веселыми и оживленными вдруг показалось мне особенно несправедливым и очень обидным. Они тут живут себе припеваючи, празднуют свой бал, и даже не подозревают, что мимо везут практически бесправного человека, в один миг лишенного и свободы и права на выбор.
  Так... Томочка, возьми себя в руки, не туда ты пошла. Всё они знают... Сатилла же говорила. Просто это их не волнует, поскольку у них, как у нас говорят, своя свадьба. Постепенно мне удалось успокоиться, но на толпу я теперь смотрела без прежнего интереса.
  
  Дворец неуклонно приближался, его уже не могли заслонить двухэтажные здания центральной части города, сиял на солнце куполами и крышами многочисленных башенок и наша коляска все чаще застревала в толпе. Дэсгард явно нервничал, наш колокольчик звенел, не переставая, но люди не особенно торопились уступать дорогу. Наконец он не выдержал, резко свернул в какой-то переулок, и спрыгнув с коляски, решительно постучал в ворота над которыми висела вывеска с изображением рогатого козла. "Веселый козлик" - откуда-то всплыло в голове понимание кружевных, похожих на арабские букв, написанных на вывеске.
  Маг коротко переговорил о чем-то с вышедшим мужчиной, вернулся и снял с сиденья меня. Потом покопался в мешке с вещами, забрал оттуда увесистый кошель, и передал поводья хозяину гостиницы.
  Я еще ошарашенно таращилась по сторонам, пытаясь сообразить, как мне удалось прочесть название, а Дэсгард уже неудержимо волок меня на буксире, ловко обходя особо плотные кучки гуляющих.
  
  Мы уже вышли на широкую и длинную площадь, ведущую к дворцу, и лавировали между все более густой толпы, как мое внимание мимолетно привлекла вполне обычная для моего родного мира сценка, парень перегородил дорогу молодой аборигенке и в чем-то жарко ее убеждал, пытаясь поймать за руку. Но девушка упорно прятала руки за спину, и явно не собралась отвечать ему взаимностью. Однако ухажер попался настойчивый, продолжал теснить строптивицу к крыльцу нарядного бело-розового дома, над которым вилась вязь незнакомой письменности.
   "Кондитерская лавка" - машинально прочла я и невольно затормозила от потрясения. Значит, это не наваждение и я действительно теперь умею читать? Но откуда?
  В этот момент аборигенка выдернула руку из лап назойливого ухажера и звонко выкрикнула:
  -Нет! Нет и нет! Слово зейры.
  Я думала, он сейчас рассмеется ей в лицо и продолжит ухаживания но парень вдруг резко отступил, и что-то зло пробурчал себе под нос. Дэсгард дернул меня за руку, заставляя поторопиться и с новой энергией поволок вперед. Я даже задохнулась от возмущения, да куда ж он так бежит, сердито фыркнула и яростно уставилась на своего мучителя. И как-то даже растерялась, встретив в ответ спокойный, усталый и изучающий взгляд.
  -Уже близко, скоро придем, - сказал эрг глухо, протянул руку и опустил на мое лицо вуаль.
  Мир сразу померк, потерял большую половину красок и очарования.
  Ворота, ведшие на территорию дворца, были широко распахнуты и за ними начиналась широкая аллея, ведущая к внушительному парадному крыльцу. Примерно посредине между дворцом и воротами разместилось просторная круглая площадка, окруженная скамьями и бронзовыми статуями. В центре ее переливался серебряными струями роскошный фонтан, сбоку, на небольшом возвышении разместился оркестр, с другой стороны - ряды столов. И везде, по дорожке и по площади гуляла нарядная и оживленная публика.
  С каждым сделанным мною шагом похожая на гавот мелодия звучала все громче, голоса и смех все оживленнее, а настроение все паршивее. И уже нельзя было ни свернуть, ни остановиться, потому что тут меня точно поймают... и у этой нарядной публики появится шанс получить незапланированное развлечение.
  Сквозь толпу танцующих и жующих мы прошли как ледокол сквозь полярные льды, решительно и напролом. Так же напористо маг втащил меня по лестнице, провел к двери, и быстро, украдкой, оглянулся. Я задыхалась от этого сумасшедшего бега, и потому смотрела на спутника почти с ненавистью, но и от моего возмущенного взора не укрылось, каким торжеством блеснули его глаза. И только опешив от неясного подозрения, наконец, заметила, что и Дэсгард задыхается не меньше, чем я. Даже капельки пота выступили на бледном лбу мага.
  -Входи, - то ли насмешка, то ли облегчение прозвучало в глухом голосе, разбирать мне было некогда.
  Дверь распахнулась, и мы оказались перед двумя высокими, светловолосыми мужчинами, вооруженными, как принято говорить, до зубов.
   Охранники застыли перед нами молчаливой преградой, и, казалось, даже не думали пошевелиться. Однако Дэсгард уверенно шагнул к ним, что-то показал и буркнул, что это кандидатка от дома Диморбиуса.
   В то же мгновение стража расступилась, а спустя несколько шагов сомкнулась за нашими спинами и вот тут я постигла в полной мере, как чувствуют себя пойманные в ловушку звери.
   И звякнувшие железки на стражах усилили эффект, пробудив в памяти щелканье зубьев капкана. Но меня уже вела по просторному холлу уверенная рука мага, и мне не оставалось ничего, кроме как сцепить покрепче зубы и плестись куда ведут.
  А привели меня к неприметной дверце, спрятавшейся под лестницей. Маг дернул за бронзовую цепочку и дверь сразу открылась.
  -Приведи ее в порядок, - втащив меня за руку в комнату, бросил Дэсгард немолодой женщине, одетой поверх платья в вышитый цветочками фартук, и ушел.
  Женщина мигом стянула с меня балахон, небрежно отбросила в сторону, и указала на стул.
  -Садись. Устала? Ноги натерла? Пить хочешь? Кушать будешь? - эти и десятка три подобных вопросов она умудрилась выпалить залпом.
  -Да, да, да, да, - не столько из вредности, сколько от паршивого настроения так же быстро протараторила я и уставилась на служанку в ожидании, как она решит эту задачку?
  А она решила просто, помогла снять платье и туфли, выдала пеньюар и тапочки и велела идти умыться.
  Правду сказал эрг, что дворец строили наподобие земного. Конечно, до Истана он, по-моему, и близко не дотягивает, но ванная комната оказалась вполне современной. Я из любопытства опробовала краны - горячая и холодная вода текли исправно, и с неплохим напором. Ну, это уже маленькое утешение, пусть в неволе, так хоть с душем, - едко хмыкнула я, плеская в лицо холодной водой.
  Вернувшись в комнату, я мгновенно попала в ловкие лапы служанки. Вручив мне чашку холодного напитка, похожего на лимонад, и воздушное пирожное, женщина быстро и умело растерла мои плечи и спину, намазала чем-то растертую ногу, и, едва дождавшись пока я доем пирожное, снова упаковывала меня в платье и обула. Что служанка сделала с моими туфлями, не знаю, но они стали как будто больше размерам и намного удобнее.
  А потом она с особым рвением принялась расчесывать мне волосы.
  -Может, косу заплести? - робко предложила я, ходить с длинной распущенной гривой, теплым плащом укрывающей всю спину, вовсе не так-то приятно, как это видится со стороны.
  -Нет! - даже руками замахала она, - ты что! Такие волосы тут редкость!
  Настроение разом испортилось, как я забыла, что являюсь теперь товаром? А товар должен выглядеть красиво, и никому нет никакого дела до его удобства.
  -Готово? - Маг ворвался без стука, оглядел меня и распахнул дверь, - идем.
  Он за эти минуты тоже успел привести себя в порядок и превратиться из крестьянина в элегантного и подтянутого господина. На эрге был черный костюм, украшенный строгой серебряной вышивкой и высокие сапоги. Франция, примерно середина восемнадцатого века, привычно определила я и только потом подняла глаза выше, на лицо мага. И сразу наткнулась на изучающий и чуть насмешливый взгляд карих глаз.
  Я мгновенно разозлилась, уже привычно стиснула зубы и зашагала прочь от гостеприимной хозяйки комнатки. Но вовсе не бескорыстной, судя по звяканью за моей спиной.
  На этот раз мы никуда не бежали. Прогулочным шагом пересекли довольно пустынный холл и оказались перед широко распахнутыми дверьми в просторный зал. Здесь тоже играл оркестр, стояли вдоль стены уставленные вазами с фруктами и пирожными столы, танцевали и гуляли гости. В основном темноволосые, как я успела понять, это было основное население страны.
  Маг повел меня через зал, и я с изумлением обнаружила, что тут его знает почти каждый. Зейры приветствовали его по-разному, некоторые довольствовались поклоном головы и вежливым пожеланием удачи, но большинство раскланивалось с почтением и некоторым подобострастием.
  И все они пялились на меня с откровенным восторгом и интересом. Многие даже торопливо проталкивались через толпу, чтоб разглядеть меня поближе. А я, отлично помня, что мое платье, несмотря на длину в пол и простенький фасон практически ничего не скрывает от горячих взоров, злилась всё сильнее и всё выше задирала нос и стискивала зубы.
  Однако маг, словно ничего не замечая, раскланивался с ответной вежливостью, и упорно продвигался к противоположному выходу из зала. И вдруг прямо перед нами встал мужчина крепкого телосложения, одетый с бросающейся в глаза роскошью.
  -Какая интересная у тебя спутница, Дэсгард, - почти прорычал он, бесстыдно ощупывая взглядом мою фигуру, - и почему я не видел вчера её у себя в гостях?
  -Потому что она устала и рано легла отдыхать, - ровным голосом сообщал маг.
  -Ты что, шутить со мной вздумал? - теряя последние остатки выдержки, взорвался мэр, никем иным, как я понимаю, он быть не мог, - в моем приглашении всё было сказано.
  -Какие уж тут шутки, - мрачно хмыкнул эрг и тут же ядовито поинтересовался, - а разве приглашение нужно было воспринимать как приказ?
  -А ты еще сомневаешься? - Мэр шагнул в мою сторону, но я так же быстро отпрянула назад.
  Он мне совершенно не нравился, я вообще не выношу таких властных, самоуверенных и упертых мужиков.
  -Не бойся, прелестная зейра, я не сделаю тебе ничего плохого, - оскалился в лживой улыбке мэр, но я думала совершенно иначе.
  Вся его фигура была просто пропитана агрессией и жестокостью, да и артист из него никудышный. Не верю, сказал бы классик, и я с ним солидарна.
  -Я вообще добрый человек, - он снова шагнул и я снова отступила, - никогда не обидел даже кошку... не говоря о таких красавицах.
  Маг не двигался с места, чтоб как-то меня защитить или прикрыть от Дортилиса, только следил за мэром сузившимися глазами.
  -А где Терезис? - внезапно спросил он мэра, как раз в тот самый момент, когда тот протянул свою лапу, чтоб схватить меня.
  Дортилис на секунду опешил, и я успела ускользнуть за спину эрга. Но в следующий миг он просто оттолкнул мага с дороги и с довольным рыком вцепился в мою руку.
  -Попалась, красавица!
  -Нет! - Едва унюхав так знакомый ненавистный дух перегара, строптиво возразила я.
  Мой отец терпеливо относился к привычке разнорабочих выпивать вечером по стакашке. Не так много желающих гнуть спину на раскопе, когда можно заработать эти деньги и не покидая родного дома. Это только отпетые бродяги да всякие темные личности, скрывающиеся от врагов или долгов идут в экспедицию, ну еще студенты-энтузиасты. Но вот утром всех, выдыхающих отраву, папа отправлял на самые дальние и трудные участки и сообразительные работяги очень быстро просекли эту закономерность. Потому те, кто похитрее, вставали с утра пораньше, старательно умывались и в три захода драили зубы.
  -Ты смеешь мне перечить? - хитро прищурился мэр.
  Я невольно прикусила губу и исподтишка взглянула на мага, пытаясь раскусить, где тут подвох. Ведь ясно же, что есть?
  Так, на кой черт я учила логику и решала дурацкие головоломки про котлеты, если не смогу сообразить, на чем меня собирается поймать старый пройдоха?! А что он задумал что-то пакостное, ясно с первого взгляда. И со второго - тоже.
  Ну и как мне в таком случае ответить на его вопрос? По смыслу - вроде бы нужно сказать "да". Я ведь перечу? Но тогда почему так ожидающе застыли вокруг гости, отчего у мужчин так заинтересовано блестят глаза и раздуваются ноздри? Словно они наблюдают за поединком двух бойцов разного веса и ждут только последнего броска! И почему так побледнел Дэсгард? Но молчит, прям как партизан, и кажется, даже дышать перестал. Ой, как с ним все непросто, с этим местным резидентом! И ясно, что помощи мне от него не дождаться. Но ведь я уже сегодня слышала... почти в такой же ситуации... чем черт не шутит?!
  -Ну? - дернул меня за руку Дортилис, и самодовольство так и полыхнуло из его глаз.
  -Ты глухой? - самым язвительным тоном, каким умела, поинтересовалась я, движимая желанием хоть немного отомстить за этот оскорбительный тон, - или ты слепой? Или совсем дурак, что не можешь понять, когда тебе говорят - НЕТ! Нет и Нет! Слово зейры!
  О, как он разозлился! Просто как тигр в клетке, у которого отняли законный кусок мяса! Стиснул мою руку так, что у меня едва слезы из глаз не брызнули, дернул меня на себя, грубо обхватил второй рукой за талию и прижал к себе.
  -А я говорю - да! Мне плевать на эти слюнявые законы! Если мужчина хочет - мужчина берет!
  От этого рыка вздрогнули все окружающие и даже головы в плечи втянули, только я в тот момент не поняла - почему. Зато поняла в следующий, когда мэр вдруг содрогнулся всем телом и дико взвизгнул.
  У меня даже уши заложило, и в ту же секунду он отпустил меня, схватился руками за голову и заныл. А меня тут же дернули в другую сторону. Я так и подскочила, вспомнив, сколько вокруг было облизывающихся мужиков, испуганно оглянулась и перевела дыхание, меня держал за локоток Дэсгард. И дышал так, словно пробежал стометровку.
  Притихшая публика во все глаза смотрела на что-то, происходившее за моей спиной, но эрг не дал мне повернуться. Вцепился в локоть и решительно повел в ту сторону, куда мы и направлялись до встречи с мэром.
  А нам навстречу уже бежало несколько светловолосых стражников, и у всех в руках было оружие. На нас они взглянули только мельком, но ничего не спросили и не сказали, просто побежали дальше. Вот только мне уже было не до стражников и вообще ни до чего, меня вдруг начало трясти. Эрг почти внес меня в соседний зал, усадил на ближайший диванчик и плюхнулся рядом. И только потом хрипло крикнул:
  -Пить!
  
   Глава 8 Выборы в рабство
  
  Служанка с подносом, на котором стояло несколько фужеров с напитками, прибежала шустро, как на пожар. Поставила принесенное на маленький столик, подвинула его ближе к нам и слиняла.
  Маг схватил первый попавшийся бокал и одним махом вылил в себя. И сразу же схватил второй. До меня, наконец, дошло, что ухаживать за мной он вовсе не собирается, и я тоже схватила фужер. Выпила почти половину и только после этого начала понимать, что именно я пью. Это же шампанское!
  Быстренько отставила фужер, взяла другой, понюхала - пахнет сухим вином. Э, нет, так дело не пойдет. Мне сейчас напиваться никак нельзя. В этом дворце нужно держать ухо востро, иначе мигом станешь собственностью какого-нибудь маньяка. Я решительно вернула фужер на место, и Дэсгард тут же выпил и его содержимое.
  Довольно скоро я почувствовала, что выпитое начинает понемногу действовать, меня больше не трясет, а страх улетучивается. Только сильно ныла рука, основательно помятая маньяком, но я старалась на нее даже не смотреть, а что зря расстраиваться? И так знаю, что в ближайшую неделю она будет радовать меня разнообразием расцветки. Зато в голове потихоньку зашевелились мысли. И одновременно возникла целая куча вопросов. Что случилось с тем подонком, с чего он так заорал? Почему никто не кинулся ему помогать? Почему нас никто не допрашивает? И вообще, следит тут кто-нибудь за порядком, черт побери, или нет?
  Дэсгард снял с подноса последний бокал и пил его не торопясь, с удовольствием, мелкими глоточками. Что-то он разошелся, насторожилась я, для полного счастья мне только пьяного сопровождающего не хватает. Пусть помощи от него и никакой, но все же с трезвым как-то спокойнее. Хотя, о чем это я? Покоем тут пока и не пахнет.
  И, кстати, неплохо бы оглядеться, а куда это мы пришли? Я опасливо завертела головой, изучая обстановку.
  Этот зал был намного меньше предыдущего, однако обставлен много роскошнее. Везде мягкие диваны, накрытые шелковыми покрывалами, в нишах высокие вазы с живыми цветами, паркетный пол выложен сложными узорами из разноцветных кусочков явно ценных пород дерева, стоящие под окнами столы заставлены красивыми вазами, в которых горками выложены фрукты и сладости. В углах зала лежали пышные яркие ковры с живописно разбросанными по ним вышитыми подушками. И по этому великолепию гуляли, сидели, или лакомились угощением светловолосые девушки. Человек пятнадцать, не меньше.
  Еще в зале присутствовало четверо темноволосых служанок, да поодаль сидело двое мужчин в точно таких же костюмах с серебряными знаками, как у Дэсгарда. Значит, они тоже маги, догадалась я, привезли свой улов. Мне очень хотелось пойти, поговорить с землячками, но я не была уверена, что эргу это понравится. И спрашивать разрешения тоже не хотелось, я была на него в обиде. То бородавки на лицо клеил, а то даже слова в защиту сказать не мог.
  -Мне нужно сходить в одно место, - вдруг объявил маг, - можешь гулять, есть, пить, вон в той нише -дверца в ванную, но разговаривать ни с кем не нужно. За этим тут следят.
  Он встал, чуть покачнулся, но тут же выпрямился и твердым шагом направился к одной из боковых дверей. А я осталась сидеть на диване перед подносом с пустыми фужерами. Впрочем, почти сразу после ухода эрга к столику направилась одна из служанок и подхватила поднос.
  -Принеси, пожалуйста, пирожных и чаю, - решив испытать, до каких границ распространяется запрет мага, и разговаривать мне нельзя только с конкурентками или вообще ни с кем, сказала я вслед служанке.
  Обтянутая темной тканью простого платья спина женщины даже не дрогнула, и я решила было, что она не услышала. Или не захотела слышать. Но вскоре убедилась в своей ошибке, женщина куда-то унесла пустую посуду и вскоре вернулась с новым подносом. На нем стояло две вазочки, с пирожными и фруктами и два бокала с горячим напитком.
   Эрг вернулся, когда я уже доедала третье пирожное, и прикончила чашку горячего чая, пахнущего почти как дома. Вместе с ним пришел молодой светловолосый голубоглазый мужчина в незатейливом костюме песочного цвета, остановился напротив меня и начал изучающе разглядывать. А маг бесцеремонно плюхнулся рядом на диван, сцапал вторую чашку, отпил глоток и вдруг спросил:
  -Сама за чаем ходила?!
  -Служанку попросила, - хмуро буркнула я, смешно врать, когда почти два десятка людей видели, как все было на самом деле, и мстительно добавила, - у самой у меня еще коленки дрожат.
  -Я же предупреждал, ни с кем не разговаривать, - недовольно скривился маг, но по его интонации я уже понимала, наказания не будет.
  И потому скривилась в ответ:
  -А это и не считается за разговор.
  -Покажи ему руку, - не пожелав вступать в спор, сухо приказал эрг и сунул в рот пирожное.
  Какой же он все-таки невоспитанный, вернее, все они, заключила я, и подала пришедшему помятую мэром руку.
  Блондин взял ее в прохладные пальцы и начал осторожно прощупывать начавшие темнеть синяки. Я следила за его тонкими чуткими пальцами с утроенной бдительностью, некоторые врачи в своем стремлении найти больное место совершенно не беспокоятся об ощущениях пациентов.
  -Кости целы, - буркнул местный эскулап флегматично, достал пузырек и начал осторожно втирать мне в кожу сероватую мазь.
  Боль постепенно начала утихать, и даже синяки побледнели. Здорово. И очень интересно, это мазь такая чудодейственная, или парень и правда умеет что-то эдакое, сверхъестественное, думала я, наблюдая, как руки, присыпанные едва заметными рыжими веснушками, стирают последние темные пятна.
  Вскоре блондин закончил лечение, молча кивнул Дэсгарду и ушел, не сказав ничего из того, что говорят на прощанье земные врачи. Типа - не мыть, не нагружать... или не остужать. Ничего, словно я не человек, а вещь, починил и ладно. Настроение снова стало резко портиться, и я сварливо поинтересовалась у беспрестанно жующего пирожные эрга, сколько нам тут еще сидеть?
  -Тебе так не терпится поближе познакомиться с повелителем? - насмешливо осведомился он в ответ.
  Смотрите-ка, ожил! И даже ехидство прорезалось! Ну, так и у меня теперь к нему достаточно претензий!
  -А что в этом удивительного? Может, хоть он будет обо мне заботиться и защищать от маньяков? - с ядовитой улыбочкой задумчиво протянула я.
  Хоть и совершенно не мое это, разговаривать вот так язвительно, но иногда очень помогает избавиться от особо назойливых типов.
  Маг рыкнул что-то невразумительное и резко забросил в рот очередное пирожное. А потом жевал его так долго, что у меня возникло подозрение, что это был замаскированный под пирожное бифштекс из старой коровы. Купил как-то наш завхоз по дешевке полтуши такого мяса. Мы ставили его варить на рассвете, и только к обеду можно было кое-как есть.
  -Вход закроют, после того, как отзвонит колокол на центральной башне, - хмуро сообщил, наконец, эрг, помолчал и добавил, - по-вашему - часа через два.
  Значит, будем ждать, постановила я, устроилась поудобнее и вытянула ноги, кто знает, что этот рабовладелец заставит делать, чтоб очаровать повелителя? Не зря же танцы учить заставлял?
  Маг искоса посмотрел на меня и тоже вытянул ноги. А потом и глаза закрыл, я исподтишка поглядывала. Ну и ладно, может немного поспит и протрезвеет... вино вещь коварная, таких вот крепких мужчин обычно валит не сразу. А мне нужно хорошенько обдумать все произошедшее и попытаться выявить закономерности... а они, похоже, уже начинают прослеживаться. Но выводы, сделанные на их основе, настолько нелогичны и ошеломляющи, что признать их достоверными у меня не хватает ни решимости, ни наглости. Следовательно, либо где-то в логическое построение моей версии происходящего закралась ошибка... либо я неверно растолковала имеющуюся у меня информацию. Значит нужно пройти по всей цепочке еще раз, припомнить каждое слово, услышанное мною с тех пор, как я очнулась в этом мире, каждый взгляд, жест, движение, все то, что на первый взгляд показалось неважным или ненужным.
  Я углубилась в воспоминания и вдруг с изумлением начала понимать, что теперь, с учетом всего произошедшего и полученного мною опыта, некоторые вещи видятся в совершенно ином свете, и с абсолютно другого ракурса. И по крайней мере одну загадку, я, кажется, все-таки разгадала.
  Приоткрыла глаза, исподтишка с возмущением посмотрела на умиротворенную морду дремлющего в полуметре от меня мага. Вот скотина! Спит себе!
  -Ну, и что ты сопишь? - не открывая глаз, ехидно поинтересовался эрг.
  -Ты нарочно меня подставил... этому маньяку, - оскорбленно сообщила я свои выводы, - и ждал, пока он меня утащит?
  -Никуда бы он тебя не утащил, - равнодушно сообщил маг, - охрана уже бежала, ты же видела!
  -А разве они прибежали не на его крик? - не поверила я, - и вообще, почему он так орал?
  Маг молчал минут пять, и я уже решила, что он как обычно ничего не ответит. Но он как-то кисло сморщился и нехотя выдавил:
  -Ты пока не имеешь права задавать такие вопросы.
  -Вот как, - обиделась я, - значит, ловить на меня мэра как на живца, можно, а объяснить, что к чему, нельзя? И кто такой Терезис, ты тоже не скажешь?
  -Что тебе далось это имя? Это маг из дома зейра Хинталиуса.
  -И он вез свою попаданку на это бал... - сразу догадалась я, вспомнив, что мелькал на пристани плащ, похожий на одеяние мага.
  И женщина с ним рядом была... или не одна? Жаль, что я ее тогда не разглядела, у меня идеальная память на лица. Но в тот момент мне было как-то не до того, чтоб рассматривать пассажиров.
  Но теперь возникает закономерный вопрос, если меня маг усыпил и выволок в каюту для скотоводов, чтоб спрятать, почему не помог коллеге? Вроде датчанка что-то говорила про взаимовыручку в ковене?
  Я снова надолго задумалась и звон колокола, ворвавшийся в распахнутые верхние створки высоких окон, застал меня врасплох. Мгновенно распахнув глаза, взглянула на дверь, ведущую в зал, где на меня напал мэр, и увидела, как сверху медленно опускается металлическая ажурная решетка. Она уже была в двух метрах от пола, когда под ней проскочил худощавый молодой мужчина в простом помятом костюме, державший на руках замотанную в серый балахон женскую фигурку.
   Дэсгард сориентировался как-то подозрительно быстро, вот только что полулежал с закрытыми глазами, а уже стоит возле припозднившегося гостя и решительно забирает у него ношу. Потом он развернулся и торопливо направился к той двери, откуда приходил с целителем, и пришедший поплелся за ним. Я четко разглядела его осунувшееся лицо, синяк во всю щеку и чуть подсохшую ссадину на подбородке. А еще - резковатый, испанский профиль. И этого мне было вполне достаточно, чтоб уверенно пробормотать про себя, - а вот и Терезис.
  
  Клацнула об пол решетка, стоящие у входа белобрысые воины захлопнули двери и заперли на замок. Сразу же стало тихо, то ли оркестр перестал играть, то ли двери здесь такие звуконепроницаемые.
  -Зейры претендентки в избранницы, прошу пройти в соседнюю комнату, - на середине зала стоял немолодой мужчина той же расы, что и охранники.
  Разумеется, первой проснулась крамольная мысль никуда не идти. Вот сидеть тупо на диване и ждать, что будут делать эти белобрысые парни?
  Но уже в следующую секунду проснулись вторая, третья, и кучка следующих. И дружно захохотали. Над первой. А потом очень популярно разъяснили, что во первых, меня эрг и на руках легко утащит, во-вторых, белобрысые ему охотно помогут, в третьих - бежать все равно некуда а постоянно жить в этом зале мне наверняка не разрешат. А в четвертых - зейр Жантурио ждет меня дома и вполне сможет с помощью мага провести регистрацию брака в той книжице. Ну а те мысли, что нападали на первую после четвертой, я уже не слушала, поднялась с дивана и нехотя поплелась к той двери, на которую нам указывал распорядитель. Или не распорядитель - какая разница?
  Дэсгард догнал меня у самой двери, как обычно подтолкнул под локоть и провел в небольшую комнату, скорее похожую на широкий коридор. Ни окон, ни мебели. Только ковер на полу. Нас поставили вдоль стены, но стоять прямо я не стала, повернулась вполоборота и принялась разглядывать товарок по несчастью. А заодно и посчитала... четырнадцать вместе со мной. Хотя нет... пятнадцать. Терезис, уже переодетый в костюм мага, поставил в строй последнюю претендентку. Платиновую блондинку с рыжими ресницами явно скандинавской внешности. Девушка была немного бледненькой, но вполне живой, хотя упрямо смотрела в пол.
  Мне было её невероятно жаль, и я с ненавистью оглянулась на эрга. Вот если бы он вовремя подсуетился...
  Маг мой взгляд и заметил и прекрасно понял, чего уж тут не понять? Но упрямо поджал губы и сделал морду кирпичом.
  И тут вторая дверь распахнулась, и в наш коридор уверенно прошествовал повелитель. Я даже ни мгновенья не сомневалась, что это именно он. Высокий, статный, в белоснежном костюме и сапожках, руки в перчатках, на голове алый тюрбан и расшитая серебряными розами белая маска на все лицо. Круто!
  Несмотря на все мое тщательно сдерживаемое негодование и отчаяние я не могла не признать, что он выглядит очень эффектно и загадочно... все претендентки как-то воспряли и засмущались. Кроме меня и скандинавки, ей точно было не до повелителя.
  А я восторгаться им не желала по одной простой причине, именно из-за его желания иметь в своем гареме светловолосых девушек меня выдернули из родного мира. И пусть там у меня не было дворца... всего лишь двухкомнатная квартира, которую отец купил после продажи старой, ему срочно нужны были деньги, но зато там я могла выбрать себе того парня, которого полюблю. Ну и что же, что до сих пор не встретила... некогда мне было, зато вот защищусь, пойду работать и займусь личной жизнью...
  Повелитель тем временем дошел до шеренги невест и неторопливо продвигался по направлению ко мне, уделяя изучению каждой из претенденток не более пяти-семи секунд. Девушки разочарованно кривились и смотрели вслед ему с откровенной досадой. Наверняка они надеялись, что повелитель остановится и начнет спрашивать о чем-то. Или попросит станцевать... спеть... неважно что.
  Я даже хихикнула, да с чего они решили, что ему нужна тут самодеятельность? Раз у него где-то там, в глубинах дворца, сидит целый гарем, по моим скромным подсчетам, не менее чем из полсотни женщин, то уж танцовщиц-то он насмотрелся во всех видах.
  Повелитель как-то незаметно оказался совсем рядом, и вот уже из узких прорезей маски прямо на меня смотрят голубые холодные глаза. Я крепче стиснула зубы и состроила самый независимый вид, какой только умела. И стояла так, пока он на ходу рассматривал меня, шагал к скандинавке и разворачивался в обратную сторону.
  Назад повелитель шел мимо нас бодрым размеренным шагом, и единственная мысль, которую мне удалось осознать совершенно четко - судя по спине и походке, повелитель довольно молод, не больше тридцати - тридцати пяти по земным меркам. И это была еще одна несуразица, по моим подсчетам он должен быть в возрасте. В связи с этим у меня вдруг возникла целая куча вопросов, жаль только, задать их некому.
  Повелитель скрылся за дверью, потянулись минуты ожидания. Но недолгого, вскоре дверь распахнулась, вошел распорядитель и звучным голосом сообщил, что сегодня все невесты повелителю понравились и получают статус избранниц.
  Маги мгновенно развернулись и дружно потопали к выходу. Я от неожиданности как-то растерялась, Дэсгард что, даже не попрощается? Проводила его взглядом до самой двери и едва сдержалась, чтоб не запустить в спину туфлей, эта скотина даже не подумала оглянуться.
  
  Глава 9 тонны бесплатного сыра
  
  Едва маги ушли, и двери за ними закрылись, часть стены напротив нас плавно отъехала в сторону и открылся широкий проход. А за ним обнаружился небольшой холл и широкая лестница, ведущая наверх. Как интересно, дворец-то не так и прост.
  -Проходите, - гостеприимно развел руки распорядитель, - там уже готовы для вас комнаты и все необходимое.
  И мы все потопали наверх. А куда деваться? Причем некоторые из избранниц рванули очень шустро, как я начала догадываться, их вовсе не удручало положение наложниц. Или они просто до конца не понимают, как это унизительно? Я шла последней, и не просто шла, а вела под руку вызванную Терезисом скандинавку. Мы не торопились, спокойно перебирались со ступеньки на ступеньку, останавливались отдохнуть. К тому времени, как мы с ней достигли верхней площадки, возбужденные голоса избранниц звенели уже где-то вдалеке.
  На верхней площадке снова был холл и из него - распахнутые двери в очередной длинный зал, где нас встретили две немолодые темноволосые женщины, одетые как служанки. Первая ловко перехватила у меня скандинавку и повела к одной из дверей, выходивших в зал с двух сторон. С третьей находилась дверь на лестницу, которую за нами сразу заперли снаружи. С торца были окна.
  Вторая женщина замерла на миг, разглядывая меня, потом прижала руку к груди и сообщила, что она моя личная служанка и зовут ее Низа.
  -Очень приятно, - улыбнулась я в ответ, - куда идти?
  -Все девушки побежали выбирать браслеты, - вежливо сказала она, - вам тоже нужно идти туда.
  И Низа указала мне на арку, обнаружившуюся неподалеку от двери на лестницу и ведшую в соседний зал.
  -А ей? - я кивнула в сторону скандинавки.
  -Ей нужно немного подлечиться, - уклончиво сказала Низа, - идемте, я вас провожу. После выбора браслетов всем дарят подарки.
  Бойтесь данайцев, дары приносящих, - пробормотала я про себя и никуда не пошла. Посмотрела на Низу как смогла наивнее и спросила, а что это за двери напротив?
  -Это спальни, - важно объяснила служанка, - для каждой девушки своя комната. В каждой есть маленькая умывальня. А вон там, в последнем зале, лестница в бани.
  Баня меня пока не интересовала, я не утка, купаться по пять раз в день, в вот спальню посмотреть очень хотелось. Почему-то мне казалось, что попав туда, я сразу пойму что-то важное.
  -И которая моя?
  -Любая, девушки спальни еще не смотрели.
  -Тогда я хочу эту, - решительно показываю на дверь рядом с той, куда увели скандинавку.
  -Но сначала все берут браслеты... - засомневалась Низа.
  -Все браслеты - а я спальню, - решительно отрезала я и шагнула к манившей меня двери.
  Не сказать, чтоб у меня были какие-то особые требования, просто так уж сложилось в результате наших поездок, что я всегда выбирала либо угловую комнату, либо рядом с выходом. Вот и эта комната была, по моим подсчетам угловая, и у нее должно было быть как минимум два окна в разные стороны.
  -Хорошо - слабо вздохнула Низа и повела меня в спальню.
  Окна в комнате действительно были в две стороны, и в них даже виднелось синее небо в редких облачках и попадало солнце. Однако хитроумно поставленные решетки делали совершенно невыполнимым желание выглянуть наружу и посмотреть, что там расположено под окнами.
  Я вздохнула и пошла осматривать свой новый дом. Надеюсь, не очень долговременный. Ну что говорить, все просто и удобно. В углу между окнами зеркало и рядом огромный расписной сундук, напротив - отделенная прозрачной занавеской спальная ниша. Хорошая такая ниша, с кухню в моей квартире. И вся она - постель. Приподнятое над полом на высоту ступеньки ложе от стены и до стены. Со стопкой вышитых покрывал на врезанной в стену полочке и кучкой подушек на мягком атласном тюфяке. Рядом с нишей - дверца в умывальню, у стены напротив несколько пуфиков, маленький столик и кресло-качалка.
  Надеюсь, тут есть что почитать, иначе скоро взвою, вздохнула я и сказала Низе, что она может идти.
  -А помочь переодеться и расчесаться? - заупрямилась служанка, но тут уж я не уступила.
  Надоело быть куклой, а ходить с распущенными волосами - так просто опротивело.
  -Низа, или ты меня слушаешь, или я прошу другую служанку, - заявила я сурово, гадая, а позволит ли мне повелитель такое своеволие?
  Она, наверное, обиделась, вспыхнула, развернулась и исчезла. Вот и хорошо.
  Нет, не то хорошо, что обиделась, я потом постараюсь с ней помириться, а то, что ушла. Осталось только подождать, и станет ясно, куда она побежала. Просто подуться где-то в уголке или жаловаться на строптивую подопечную? А пока она бегает, я займусь своими делами.
  Первым делом я проверила, есть ли запор на двери и убедилась, что нет. Ну, правильно, не двери же повелителю в собственном доме ломать, если захочется исполнить супружеский долг, едко бурчала я, копаясь в сундуке.
  Как можно было догадаться заранее, все платья были одно другого ярче, а декольте все откровеннее некуда. Многие вообще были на лямочках или завязочках. С большим трудом мне удалось откопать темно-синие шаровары из почти непрозрачного шелка и длинную черную тунику, расшитую шелковыми черными розами. Она была бы достаточно скромной, не будь почти прозрачной. Но этот недостаток я быстро устранила, надев под нее короткую полотняную кофточку-безрукавку синего цвета. Волосы я с превеликим удовольствием заплела в косу, и завязала пояском от какого-то платья.
  Вот теперь можно расслабиться и подумать, убирая собственное платье, вздохнула я и уселась в качалку. Ну, и что мы имеем?
  А имеем очень красиво обставленную ловушку, если я хоть что-то понимаю в этой жизни. Ну, вот зачем повелителю столько шума и хлопот с выбором наложниц? Если все наши султаны, эмиры и раджи имели их сотнями, но никогда не ждали целый год, пока привезут несколько девушек, а пополняли коллекцию при каждом удобном случае. Да и держали наложниц в своих домах не по три-пять лет, а до конца жизни, немолодые женщины в гареме нужны не менее молодых, они и правила знают и детей нянчить умеют.
  Вот, интересный вопрос. И почему я не догадалась спросить у Сатиллы, были ли у нее дети?
  Дверь распахнулась без стука, и я только ехидно усмехнулась, значит, Низа все же наябедничала. И это очень важный нюанс, показывающий нашу истинную ценность в этом дворце.
  -Почему ты не пошла выбирать браслет? - в голосе стоящего передо мной мужчины в таком знакомом белом костюме и алой чалме сквозь вежливый интерес слышится явное раздражение.
  -Потому что не хочу, - ответила я кротко, прикидывая про себя, будут натягивать на меня этот браслет насильно, или начнут уговаривать?
  Он на несколько секунд задумался, и все это время я сидела, скромно опустив глаза. Все равно смотреть некуда, физиономия правителя по-прежнему скрыта вышитой маской. И вот это уже смешно и странно. Ну не боится же он, что кто-то из невест попортит сиятельнейшее личико когтями?
  Или всё же - боится? Но только не царапин, а того, что невесты увидят нечто, чего увидеть не должны?! В таком случае, что бы это могло быть? Шрамы, татуировки, болячки, экземы? В истории моего мира были правители, чьи лица покрывали шрамы или язвы... однако масок они не носили. Не считали достойной себя такую слабость. Или тут к этому иное отношение? Или дело вообще в чем-то другом?!
  -Как тебя зовут? - помолчав, мягче спросил повелитель, а я вдруг засомневалась, какое именно имя следует ему назвать?
  Свое, родное, или местное? Проклятый партизан так и не объяснил мне, чем плохо мое, собственное? И является ли это еще одной тайной или оно просто неприлично звучит на местном языке? Нет, пожалуй, я повременю с откровениями.
  -Таресса.
  -Почему ты не хочешь выбрать себе браслет? Посмотри, какие они красивые. Твоя прелестная ручка будет выглядеть еще восхитительнее в таком украшении, - пальцы повелителя провокационно перебирали лежавшие на покрытом черным бархатом подносе сверкающие украшения, и я просто не могла отвести от них взгляд.
  Не от браслетов, разумеется, а от пальцев. На этот раз на руках повелителя не было перчаток, и его золотившиеся светлыми волосками тонкие пальцы, и вся кисть руки были усеяны бледными веснушками. И вот эти веснушки я несколько часов назад уже видела.
  Хотя... вот так стопроцентно не поручусь, что это были именно они... все же, я в тот момент была очень раздражена, да и шампанское действовало. Но похожи просто невероятно, особенно вон та, покрупнее, что сидит в ложбинке между указательным и средним пальцами.
  Это я, как почти профессиональный копировщик помню. Рисовать я любила с самого детства, и отец уже с шести лет привлек меня к зарисовкам находок. Сначала самых простых, потом все более сложных. После одного давнишнего случая, когда странным образом оказались испорчены все снимки, папа всегда подстраховывался, и со временем делать копии снимков или рисовать находки с натуры стало моей основной обязанностью. Вот так постепенно и выработалась скрупулезная внимательность к деталям и почти фотографическая память.
  -Смотри, может - вот этот? Или этот, с изумрудами? Он очень подойдет к твоим прекрасным глазам... или вот этот, смотри, как сияют алмазы... бери его... - голос повелителя звучал все более бархатисто и обольстительно.
   А я все больше убеждалась, что именно этого мне и не стоит делать как можно дольше. Надевать на себя браслет. И кстати, на руках Сатиллы я браслета не видела, на ее запястьях вообще никаких украшений не было, это я помню очень хорошо. Получается, что как только меня решат отсюда выставить, так сразу отберут и блестящую игрушку?! Тогда тем более брать не стоит, к своим вещам я имею обыкновение прикипать сердцем.
  -Не хочу, - тихо, но твердо отказалась я, - не люблю браслеты.
  Он замер, и пальцы, запутавшиеся в драгоценностях, стиснули их так сильно, что раздался легких скрежет, и, по-моему, даже хруст.
  -А кольца любишь?
  Разозлился, точно. Вон как колюче смотрят из щелок маски голубые глаза.
  -Нет. Не люблю. - Я старалась говорить тихо, миролюбиво и покорно.
  Мой папа всегда учил, если человек попал в плен или заложники, он должен вести себя как можно незаметнее и смирнее. Ни в коем случае нельзя истерить, спорить, или качать права. В общем - не рисковать по-глупому. Ведь все захватчики и агрессоры - как правило люди с больной и очень легко возбудимой психикой, и протесты воспринимают как личное оскорбление.
  Вот и этому определенно не понравился мой ответ, едва зубами не скрипит. Но и я, хотя иду против правил вдолбленных в меня отцом, сдаваться пока не намерена. При одном взгляде на кучу золота что-то в душе просто воет пожарной сиреной.
  -Ты понимаешь, что должна подчиняться общим правилам? - так, а это, похоже, уже угрозы пошли.
  -Мне их никто не рассказал и не объяснил... - резонно сообщила я, и строптиво добавила, - и кроме того, я не заметила, чтоб им тут вообще кто-то подчинялся! На меня сегодня посреди зала напали, девочку вон по дороге изувечили... или это не считается?
  Он смотрел на мое возмущенное лицо несколько нестерпимо долгих секунд, потом развернулся и молча вышел из комнаты. Темноволосая служанка, таскавшая за повелителем поднос с браслетами, опрометью бросилась следом.
  А я ошеломленно смотрела ему в спину и не могла прийти в себя от нахлынувших подозрений и страхов.
  Это была спина вовсе не того мужчины, который изучал нас в коридоре и объявил избранницами.
  
  Глава 10 на пути в гарем
  
  После ухода повелителя, если это конечно был он, меня не тревожили примерно час. Я уже перебралась в нишу, уложила поудобнее подушки и прикрылась одним из покрывал. Удобно, ничего не могу сказать. Мягко, тихо, спокойно... но очень скучно.
  Могло бы быть, если бы у меня не кипели мозги от кучи версий и предположений.
  Ну, в то, что браслеты повелитель мог доверить раздавать своему секретарю, родичу или просто доверенному лицу - я могла поверить. В конце концов многие из правителей имели двойников и прятались за их спины. А некоторые даже настолько ненавидели всяческую романтическую дребедень в виде ухаживаний, стихов, подарков и букетов, что отправляли вместо себя на охмурение невесты доверенных лиц. И в этом вся их суть. Девчонки обожают именно предсвадебный период, примерки, открытки, шопинг, а парни - окончательный результат. Нет, это я не по собственному опыту знаю, хватило и того, что наблюдала со стороны.
  Так уж повезло мне в жизни, что в коллективах я всегда была младшей. И в школе меня мальчишки-одноклассники за девчонку никогда не считали, ведь я была младше всех на три года. И к тому же самой маленькой, худенькой и загорелой как таджичка. Только и светились на лице глаза да выгоревшие за лето бровки. Зато все мальчишки класса считали своим долгом меня защищать от всех подряд, и нещадно эксплуатировать в должности доверенной почтальонки. Я всегда точно знала, сколько записок получает троечница Ленка, и кому пишет тихая отличница Марина.
  Та же история повторилась и в институте. Три года меня никто особенно не замечал, и даже записок передавать не просили, все сами щелкали СМСки. Но относились неплохо, я училась хорошо и никогда не отказывала в помощи. И умела хранить чужие секреты. К третьему курсу девчонки повадились плакаться мне в жилетку и рассказывать любовные тайны, а парни выяснять, имеет смысл ухаживать за Оксаной или ну ее? К четвертому курсу, когда я вдруг вытянулась и обзавелась фигурой, все однокурсники уже были женаты, а некоторые и по второму разу. Они рты пораскрывали, когда увидели меня второго сентября, и некоторые даже попытались ухаживать, только я к этому времени знала их как облупленных и никаких иллюзий на их счет не имела.
  Поэтому я могу допустить, что повелитель отправил раздавать браслеты своего двойника. И в самом деле, процедура нудная, девчонки привередливые, а некоторые вообще как я, напрочь отказались.
  Тут у меня возник законный вопрос, а не преувеличиваю ли я количество отказавшихся? Ведь в том, что я сама отказалась - есть немалая доля случайности. Не задержись я со скандинавкой, и вполне могла за компанию тоже уцепить себе что-то золотое и с камушками. Это ведь очень заразная штука, атмосфера толпы.
  Так, значит, мне нужно взять все это на контроль. Стараться поменьше общаться с избранницами и не поддаваться общим настроениям. И брать под сомнения все предложения повелителя. Что-то мне подсказывает, что вокруг нас разворачивается нечто неприглядное и это единственный способ в него не влипнуть.
  Как открылась дверь и скользнула в нее Низа - я засекла сразу, специально так устраивалась, чтоб видеть всех входящих. Но виду не подала, продолжала так же тихо сидеть и молчать, ожидая, что она предпримет.
  -Таресса...
  Придется отвечать.
  -Да.
  -Там на стол накрывают, ты пойдешь обедать?
  Я ошибаюсь или она действительно перешла на "ты" и больше не зовет меня избранницей и госпожой?
  -Пойду, - отвечаю я, и решив проверить свои подозрения небрежно спрашиваю, - а другие девушки уже пришли?
  -Госпожи избранницы еще переодеваются, - в её голосе звучит едва слышная издевка, а мне хочется захохотать в голос.
  Спасибо Низа, ты просто клад! Одной короткой фразой выдала мне все тайные планы своего хозяина! Теперь я точно знаю, что меня ждет психическая атака, и буду готова к каждому шагу противника.
  И только для того, чтоб убедиться еще раз, что я поняла все правильно, кротким голоском интересуюсь:
  -А почему они избранницы и госпожи, а я - просто Таресса?
  -Они же надели браслеты повелителя, а ты отказалась, - служанка старается говорить жалостливо и проникновенно, но даже не подозревает, что за пилюлю я ей готовлю.
  -Тогда я могу надевать свое платье и идти?!
  -Куда?
  -Куда захочу. Раз я не избранница, а свободный человек - нечего мне тут делать.
   Низа молчит долгую минуту, и мне отлично видно, как она перестает тереть и без того блестящее зеркало и хмурится в поисках ответа.
  -Пойду, принесу цветы, - находит, наконец, служанка уважительную причину немедленно ринуться за консультацией, а я и не спорю.
  Я собираюсь сходить поесть, и поближе рассмотреть коллег. А может даже попытаюсь с ними поговорить... если рядом не будут крутиться пронырливые служанки.
  
  Стол был накрыт в соседнем, проходном зале, и, несмотря на сообщение Низы, я оказалось за ним далеко не первой. Уже почти половина девушек сидела на невысоких мягких полукреслах, и изучала содержимое многочисленных вазочек, салатниц, блюд, горшочков, соусников и прочей тары для еды, которой я даже не знаю названия. И особо узнавать не хочу, зачем засорять голову. Тем более что я и пробовать все это не стану. Слишком хорошо знаю, насколько различаются вкусовые пристрастия у народов собственного мира, а этот - все-таки чужой.
  Потому неторопливо прохожу вдоль стола, и, обнаружив жареную тушку какой-то птицы, устраиваюсь напротив. Румяный окорочок, небольшой хлебец - и жевать закрыв глаза. М-мм, какое счастье, так и хочется верить, что это я сижу в собственной кухне, а маги, повелитель и озабоченные туземцы мне просто приснились.
  -Что, так вкусно? - с сомнением спрашивает справа звонкий девичий голос.
  Открываю глаза и внимательно изучаю девушку с явно славянской внешностью. Даже могу почти точно сказать, где еще сохранились такие белокурые красавицы с фарфорово-голубыми глазами. Псковская область, глубинка, может Новоржев, может - Великие луки.
  -Псковитянка? - говорю по-русски и сразу понимаю, точно, угадала.
  В прекрасных глазах удивление, интерес, и, как ни странно, настороженность.
  -А ты... тоже русская?
  -Да, - коротко отвечаю я, стараясь не рассмеяться, и возвращаюсь к вопросу об еде, - а мясо - не так вкусно, как знакомо.
  -А, - тянет она чуть разочарованно, и осторожно приоткрывает маленькую крышечку на обливном горшочке.
  Ну, с ней все ясно, это любительница новых вкусовых ощущений. Такие не успокаиваются, пока не перепробуют все подряд. Была у отца такая ассистентка в одной из экспедиций. Тогда один из старых папиных друзей прислал ему приглашение на раскопки заброшенного храма в западной части Индии. Пропуск был на троих, и вскоре ассистентка Лиля рьяно знакомилась с народной индийской кухней. И все было просто прекрасно в первые дни, пока она просто пробовала, хвалила и наслаждалась деликатесами.
  Возмездие наступило в тот момент, когда ей вздумалось записать рецептик для мамы. С того дня мы питались по-английски, сваренной лично Лилей кашей, яичницей и ветчиной.
  -Я тоже почти русская, - совершенно беленькая, как снегурочка, тихая девушка недоверчиво оглядывает расставленные перед нами блюда, - с Беларуси. В Москву к подруге приехала... хотела домработницей наниматься.
  -И как тебе тут? - с нарочитым безразличием интересуюсь я, утаскивая себе на тарелку еще и крылышко.
  -Ничего... так, - внезапно смущенно краснеет беляночка, и я с разочарованием понимаю, что она мне не соратник.
  И даже не единомышленник.
  Ее сокровенной мечтой было найти работу, накопить денег и отвезти их в свою Беларусь. Чтоб провести газ, или отремонтировать старый домишко, или отдать жениху на покупку машины или трактора... если он, конечно есть, этот жених, девушка явно старше меня на пару лет. А тут все сразу... дворец, слуги, красавец повелитель и никакой работы... ни гектаров картошки, которую нужно бесконечно полоть, рыхлить и окучивать, ни подозрительной хозяйки, проверяющей белой салфеткой чистоту зеркал... и кто я такая, чтоб с ней спорить? Каждый сам волен выбирать... пока конечно, есть хоть малейшая возможность выбора.
  -Раша? - Неожиданно с интересом спрашивает сидящая напротив светловолосая девушка со светло-серыми глазами, и торопливо продолжает по-английски, - я - Селин, штат Иллинойс. У меня контракт горит... я должна через четыре дня выступать в шоу...
  -Ты уже в шоу, - неожиданно с ехидной насмешкой отвечает рыжеволосая и голубоглазая девица, - участвуй и радуйся. Я вот собиралась через месяц выйти замуж, жених мне никогда не простит такого позора.
  -Вы что, не понимаете, что назад никогда не попадете? - Вступила в разговор девушка с довольно невзрачной внешностью и затравленным взглядом, - меня вызвал маг зейра Аторгиуса и у него в доме было две жены... из наших.
  -Наложницы, - словно ненароком уточнила я.
  -Да разве имеет значение, как их тут называют? Тех, кого повелитель дарит в дома знатных господ нельзя ни передарить, ни продать. Ну и что, что у зейра Аторгиуса пять жен? Они все в тепле, одеты, обуты и сыты. Он им и драгоценности дарит и наряды покупает. А еще - никаких проблем с работой, садиком, готовкой, беготней по рынкам...
  -Дева, а ты, случаем, не засланный казачок? - тихо и скучающе озвучила я внезапно пришедшую в голову мысль, - что-то больно сладко поешь.
  -Я просто не такая дура, чтоб не понять, где лучше, а где хуже! - Зло выпалила она в ответ, почти с ненавистью разглядывая меня, и вдруг едко осведомилась, - а тебе, интересно, почему браслета не дали? Проверку не прошла?
  -А была проверка? - я искренне удивилась, - не заметила. А браслет мне давали... да я брать не стала.
  -Почему? - заинтересовалась американка.
  -Слишком все... странно, - не желая пугать девушек, туманно отозвалась я, - слишком...
  Договорить я не успела, в зал буквально ворвалась толпа служанок с кувшинами, подносами и салфетками и дружно загалдела, на все лады предлагая собственные услуги и нахваливая неизвестные яства.
  Не я одна поняла, что откровенно поговорить в такой обстановке не удастся, но только рыженькая схватилась за запястье и попыталась стащить изящный браслет с аквамаринами. Бесполезно. Ее узкая рука не желала протискиваться сквозь украшение, ставшее почему-то слишком тесным.
  Я с сочувствием смотрела в ее полные отчаяния глаза, и, холодея, понимала, что всего пару часов назад едва не влипла в ту же самую ловушку.
  
  После обеда, по времени скорее пришедшегося на полдник, отяжелевшие от обилия еды избранницы под неусыпным вниманием служанок расползлись по своим комнатам. Я как патриотка, сидела до последнего, по глоточку отхлебывая кисленький напиток, и пытаясь понять, что могут означать эти браслеты. Самое первое, что пришло в голову, это маячки. Пообщавшись с магом я вполне допускала возможность, что с их помощью можно отследить наложницу, если она вздумает бежать. И вроде неплохая версия, но смущало одно - но.
  Если это маячок то его должны были надеть в приказном порядке. А меня уговаривали, шантажировали и даже пытались надавить на зависть... значит им нужно, чтоб я взяла его добровольно.
  А вот фигу им. Ни за что не надену по своей воле. Теперь, когда я поняла, что мое слово что-то значит, буду говорить нет до последнего. Вон как прилетело мэру... и пусть маг специально ловил его на меня, чувство удовольствия, что эта скотина получила по полной за свои пакости перевешивает все остальное. Хотя Дэсгарда все равно не прощу... даже если придется тут сидеть целых пять лет.
  Но это в самом крайнем случае, если не сработает ничего другое... пока у меня есть надежда что мне удастся вырваться раньше. Пережить бы только первые ночи... чтоб понять как обращается с невестами повелитель.
  -Госпожа Таресса, вы пойдете в свою комнату? - Надо же, Низа вдруг вспомнила, что я госпожа!
  Значит, раз не удалось по плохому, попробуют уговаривать по-хорошему, и это мне на руку. Хуже, когда после "по-плохому" следует "по очень плохому".
  
   Вечер я просидела у окна, наблюдая за облаками и пытаясь придумать хоть какой-то план. Но для плана нужна информация а ее не было. Когда почти совсем стемнело, и Низа внесла и повесила на стену светильник странной формы, ко мне в гости неожиданно пришла Селин.
  Решительно выставила Низу, прошла в угол, выглянула за окна, сердито хмыкнула и села на сундук.
  -Я не хочу спать с повелителем, - заявила она категорично, - а браслет не снимается. Это значит, что я ему жена?
  -Тут нет жен, та девчонка правду сказала. Через три или четыре года тебя кому-нибудь подарят, - оглядываясь на дверь, шепнула я по-английски, - повелителю каждый год привозят новых девушек.
  -Черт побери, мне это не нравится. - Она закусила губу и со всей силы врезала кулаком по сундуку, - Я специально готовилась, хотела выиграть в шоу главный приз и купить дом на Гаити. У меня все рассчитано!
  -А я закончила институт. Осталось только защитить диплом. Потом меня ждало приглашение в Мексику, на раскопки города майя, - пожала плечами я, не зная как ей объяснить то, до чего я дошла своим умом.
  Почему-то я была уверена, что за подсказку меня по головке не погладят.
  -Госпожа Селинта, вам пора идти в свою комнату, - служанки пришли вдвоем и смотрели на американку очень настойчиво, - ночью спальни запираются, залы охраняют обученные животные.
  Селин сердито фыркнула и нехотя побрела к выходу.
  -Держись, - не могла я не шепнуть ей в спину.
  -И ты, - отозвалась она и исчезла за дверью.
  -Позволите помочь умыться и переодеться, - сладеньким голосом предложила Низа, раскладывая на сундуке совершенно прозрачный пеньюар с оборочками и кружевами и коротенькую рубашонку.
  -Не позволю. - Решительно отрезала я, - выходи и запирай дверь, я сама переоденусь.
  -Нужно надеть вот это. - Она смотрела чуть ли не с вызовом.
  -Кому нужно? - заинтересовалась я.
  -Повелителю, - гордо задрала нос Низа.
  -Да? А он что, будет проверять, в чем я сплю?
  -Он придет ночью, - не сдавалась служанка.
  -А ты уверена, что он придет именно в мою комнату?
  -Ну... - она наконец-то поняла, что слишком осведомлена о планах повелителя, и попыталась выкрутиться, - все девушки надевают такие.
  -Ты хочешь сказать, что ваш повелитель сегодня ночью обойдет всех девушек? - стараясь не захихикать, продолжала я допрос.
  Несмотря на полное отсутствие личного опыта, в наше время трудно быть абсолютно не в курсе такого важного аспекта человеческих отношений, как любовь и секс. Даже если ты очень занят учебой и работой.
  Конечно, и я не могла не интересоваться... и даже просмотрела кое-какие файлы, поэтому полным профаном себя не считала. И именно потому не могла поверить, что их повелитель так крут.
  Или глуп. Один раз в году устроить себе марафон, чтоб потом снова ждать целый год? Ну, бред ведь, полнейший!
  -Никто не знает, в какую дверь войдет повелитель, - нашлась, наконец, Низа, - поэтому - готовы должны быть все.
  -Экий он у вас непредсказуемый, - фыркнула я, не выдержав, - за столько лет не сообразил, что можно составить график и не мучить всех девушек вот этими дурацкими пеньюарами?
  -Не наше дело учить повелителя, - она явно начала выходить из себя, - идем в умывальню.
  - Я непонятно сказала, что умоюсь и оденусь сама? - холодно отрезала я, гадая, слишком нарываюсь, или нет, - а ты можешь быть свободна. И скажи, пусть завтра придет другая служанка. Ты мне не нравишься.
  Она смерила меня возмущенным взглядом и рванула к выходу, а я смотрела вслед и ждала, хлопнет дверью или нет?
  Хлопнула. Не очень сильно, но с чувством. Ой, как все запутано! И как непросто. Ничего из того, что мне пришлось читать про гаремы нашего мира, тут нет. Не совпадают правила местных гаремов с нашими ни по каким параметрам. Как же мне тогда понять, по каким принципам они тут живут?
  
  ГЛАВА 11 театр не одного актера
  
  
  Вульгарный пеньюар я, разумеется, надевать не стала. Нашла в сундуке халатик поскромнее, умылась, переоделась и, предварительно проверив, заперта ли дверь снаружи, устроилась в нише. Дверь действительно не поддалась, тут служанка не обманула.
  Значит, остается ждать визита повелителя. Почему я была так убеждена, что он притопает именно ко мне - и сама не знаю, то ли уверенность Низы сыграла роль, то ли интуиция вдруг проснулась.
  Время шло, меня начало клонить в сон, а повелитель все не шел. Чтоб как-то отвлечься, я начала изучать узоры, вышитые на подушках, каждый историк и этнограф знает, как много смысла вкладывают рукодельницы в свои работы.
  Вот и тут, среди цветов и геометрических фигур я довольно скоро обнаружила знакомую по вывескам вязь букв. Не сразу разобралась в завитушках и нашла начало фразы на той подушке, где буквы угадывались особенно четко, а прочтя, озадаченно хмыкнула, похоже, я что только что отыскала новый кусочек головоломки.
  "Милому моему Лагенсу с любовью", - вот что было вышито на подушке.
  Как интересно. И кто же это может быть такой? Ведь не может же быть, чтоб так писали повелителю? Или может? И кем он ей приходится, этой неизвестной вышивальщице, что так легко отдал ее подарок?
  Дверь еле слышно щелкнула, раздались легкие шаги, уверенная мужская рука отбросила занавеску, я подняла взгляд на гостя и онемела от шока.
  -Милая... ты ждала меня... - одетый в тонкие штаны, распахнутую на груди рубаху и неизменную маску, мужчина легко опустился на край ложа и, вынув из моих рук подушечку, небрежно отбросил прочь.
  -Почему ты не распустила волосы? Они у тебя такие прекрасные... - его пальцы легко погладили меня по щеке и коснулись косы.
  В этот момент я, наконец, снова обрела дар речи, решительно отвела его руку и выпалила:
  -Нет, нет и нет!
  -Что нет? - было заметно, что внутренне он напрягся, как струна, но держался так непринужденно, словно ничего не произошло.
  - Все - нет! - Отрезала я ожесточенно, так вот что у них за гарем!
  Этот молодчик, так самоуверенно ввалившийся в мою спальню, не был ни тем мужчиной, что выбирал нас, ни веснушчатым типом, что позже пытался впарить мне браслеты.
   Так нас что, притащили, чтоб развлекать толпу блондинов? Сиреной взвыло во мне оскорбленное достоинство. Так вот зачем каждой невесте велели надеть эту порнографию! Соскучившиеся по новым игрушкам родичи или даже просто дружки повелителя устроят сегодня оргию!
  -Таресса... ну зачем ты так, - нежно прошептал он и снова попытался дотронуться до моей щеки, но теперь я была наготове.
  Ребром ладони резко ударила его по руке и откатилась в сторону, костеря себя за то, что так опрометчиво влезла в эту нишу. Ведь вырваться из неё мимо распаленного мужика у меня практически нет шансов. Как бы я ни сопротивлялась, он все равно сильнее. А сопротивляться теперь я буду, невзирая на все наставления отца. Прости меня папочка, но я предпочитаю умереть стоя, как Долорес.
   -Не приближайся, предупреждаю! Я уже сказала, нет, нет, и нет! - и, вспомнив, что вроде бы положено сказать кое-что еще, веско добавла, - слово зейры.
  Он опустил руку, посидел с полминуты, рассматривая меня через маску. Потом молча встал, задвинул занавеску и ушел. Щелкнул замок, и только тогда я решилась подвинуться к краю ниши и бдительно осмотреть комнату. Мне все чудилось, что где-то притаился еще один претендент в мои любовники.
  Я даже в умывальню не поленилась сходить, посмотреть. Никого.
  Но это не факт, что больше никто не придет. А значит, спать я буду где угодно, только не в нише. Некоторое время я тараканом бегала по комнате, обдумывая, как лучше приготовиться к следующему вторжению. Несмотря ни на что, в волшебное действие слова зейры верилось с трудом. Вызовут мага, наложат на меня такое же заклинание как в доме Жантурио, и буду я, как попугай, отвечать на все вопросы "да".
  В конце концов, я решила спать на сундуке. И ничего, что он жесткий и коротковат, зато не проспишь вторжения. Да и сигнализацию придумала, как сделать, вернее, вспомнила старый испытанный метод.
  Привязала к ручке двери конец тонкого длинного пояска, а за другой конец - серебряный кувшин, из которого предварительно вылила воду. Потом установила напротив дверей пирамиду из пуфиков, и водрузила на них кувшин таким образом, чтоб он еле держался на самом краю. Все, звонок готов. Можно устраивать постель.
  Стаскала все подушки на сундук, накрыла покрывалом, улеглась... неудобно конечно, зато есть возможность проснуться раньше, чем на меня нападет очередной повелитель.
  А устроившись, поняла, что заснуть не могу. Несмотря на то, что я невероятно устала и перенервничала за прошедший день, сон исчез бесследно. Я ворочалась, пытаясь устроиться поудобнее, но то подушки расползались в разные стороны по расписанной цветами лакированной крышке сундука, то ноги свисали, то голова упиралась в стенку или оказывалась ниже попы... После почти часа мучений и бесполезных попыток уснуть, я поняла, мне нужно или срочно принять успокаивающий душ, или просто сесть и ждать, пока сон вернется сам.
  Покрутившись еще немного, я отправилась в умывальню. Разделась, влезла в медную широкую чашу, заменяющую тут ванну, привычно крутнула краны. И взвизгнула от неожиданности, вода была нестерпимо холодной. Мгновенно выскочив из-под душа, несколько минут лихорадочно пыталась наладить приемлемую температуру, пока до меня не дошло, что это практически невозможно. Похоже, здесь ночью не бывает горячей воды, как в некоторых маленьких провинциальных гостиницах. Повезло еще, что дверь в умывальню довольно основательная, и на мой визг не прибежал никто из охраны.
  Замерзшая и злая, наскоро одевшись, я вернулась в спальню, замоталась в несколько покрывал, взобралась на свой сундук и притулилась в уголке, пытаясь согреться и немного успокоиться. И сама не заметила, как в который уже раз начала перебирать в памяти события прошедших дней, и странный поступок мага, так подло усыпившего меня в каюте, вдруг предстал с совершенно другой стороны.
  Неожиданно мне очень четко вспомнилась моя утренняя головная боль, так похожая на ту, с которой я очнулась в этом мире. Это позже я узнала, что тогда маг несколько часов подряд обучал меня во сне местному языку. А ведь именно после второго такого сна я внезапно начала понимать надписи на вывесках... так вот значит, почему эрг был утром таким бледным и осунувшимся?! И по своему партизанскому обыкновению ничего мне не объяснил... или не имел права объяснять? А может... даже учить читать не имел права? Потому и молчал?
  Черт, как хочется отловить и расспросить этого партизана... и еще настукать по шее и ему и всем этим блондинам, изображающим повелителя.
  
  Как я заснула - не помню, казалось - вот только сидела и думала о своих догадках и проблемах а в следующий момент уже звонко загремел по полу сигнальный кувшин.
  Я вскочила резко, как от удара, протирая глаза, уставилась на распахнувшуюся дверь и внезапно поняла, что на улице уже совсем светло.
  Потому что высокую мужскую фигуру в алой чалме и с неизменной маской на лице я рассмотрела очень четко. И растерянно хлопавшую ртом Низу, выглядывающую из-за его спины - тоже.
  А они смотрели на разоренную комнату, на рассыпавшиеся по полу пуфики, на меня, сидящую в коконе покрывал на сундуке, и молчали. Потом повелитель рыкнул нечто неразборчивое, развернулся и, прихватив с собой служанку, вылетел прочь. Дверь захлопнулась, щелкнул замок...
  Ну и кто мне объяснит, что всё это означало?!
  Посидев с минуту и проснувшись окончательно, я решила, что пора вставать. Сходила, умылась, натянула свой вчерашний костюм из штанов и туники, прошла по такой уютной с вечера комнате и решила убрать. Ненависть к бардаку, как отец называл бытовое разгильдяйство, у меня с детства, и экспедиции только усилили это качество. Когда все твои вещи сложены всего в двух тарах, чемодане и сумке, очень важно соблюдать аккуратность. Иначе поиск какой-либо мелочи, вроде сухих носочков, покажется глобальнее проблемы снежного человека.
  Не такой уж тут и разор, бурчала я, застилая на место покрывала и раскладывая подушки. Составить у стены пуфики, налить свежей воды в кувшин, припрятать на будущее поясок, вот и все.
  Пододвинула к окну кресло-качалку, села и стала ждать продолжения утреннего вторжения. Ну, ведь не может же быть, чтоб они так просто успокоились. Сидят сейчас, небось, решают, как со мной поступить, продолжать гладить по головке - или пора уже начинать наказывать.
  Им от меня что-то нужно... это ясно как день. Точнее - от всех нас. Насколько я помню, за избранниц повелитель выдает очень приличный выкуп? И потом позволяет домам забрать их назад. Интересно, бесплатно или нет? Может хоть часть денег требует вернуть? Но тут лучше вернуться к тому, что они могут от меня получить.
  Первая мысль, которая приходит ко мне в голову - секс. И вторая - тоже.
  Но третья говорит, что с логикой эти две мысли как-то не дружат. Ну, слишком уж много заморочек для такой банальной проблемы. И мое вступление в члены знатной семьи и выборы эти... и сам бал... черт, мне уже кажется, что я скоро с ума свихнусь от всяческих несоответствий! Или уже сошли все обитатели этого дворца и всего мира в придачу!
  Однако блондины и их служанки ведут себя очень спокойно и на сумасшедших совершенно не похожи... значит, этот вариант зачеркиваем. И тогда мне становится по-настоящему страшно. Потому что следующий пункт - дети. Вот нравится повелителю отличаться от всего остального населения, и хочется, чтоб еще издали каждый видел - а вот идет сын или дочь повелителя! Но тогда нужно не выгонять наложниц через три года а заставлять их всех рожать, рожать и рожать... каждый год по ребенку.
  Но и тут у меня что-то не срастается... Сатилла с очень недвусмысленным чувством вспоминала о повелителе, но ни слова не сказала про ребенка. Неужели она могла бы его забыть?
  Хотя, о чем это я. А маги на что?
  М-да, все равно не складно... но как версию пока оставим.
  Тихо щелкнул замок, и дверь очень осторожно открылась. В комнату как-то нерешительно вошла совсем молоденькая девушка в платье служанки, постояла, посмотрела вокруг все более круглеющими глазами, и выскользнула прочь.
  Даже не сказала ничего... как интересно-то!
  Кстати, покушать бы уже пора, я-то вчера не объедалась как прочие, до потери пульса.
   Дверь скрипнула снова, явив теперь уже двух служанок, ту, что вчера приходила за американкой и незнакомую девчушку. Остановились, огляделись, и только после этого старшая учтиво сказала:
  -Госпожа Таресса, вы просили другую служанку. Это Лотти, она будет вам прислуживать. Есть какие-нибудь приказы?
  -Большое спасибо, - так же вежливо произнесла я, - а приказов нет. Есть просьба... принесите что-нибудь поесть, если можно, конечно. Или, если нужно идти на завтрак, покажите - куда.
  -Идти не нужно, - такое впечатление, что эта служанка раньше работала продавщицей в столичном бутике, так и сияет доброжелательностью, - завтрак мы приносим в комнаты. Стол накрывается один раз в день. Что именно вы желаете получить?
  Всё и побыстрее, подначивал меня желудок, но ответила я абсолютно иное.
  -Все равно что... - и, опустив ресницы, добавила почти жалобно, - только чай, чтоб горячий был.
  -Сейчас принесем!
  Они мигом испарились, а я мстительно хихикнула.
  Понятно без слов, где-то на высшем уровне решено продолжать приручение строптивой иномирянки по принципу "пряника". Ну, кто бы спорил, а я только -за. Чем дольше мне удастся протянуть время, тем больше я узнаю... и это пока единственная цель. Другую поставлю, как только разберусь, что к чему.
  Лотти появилась через несколько минут, озабоченно сморщила носик, соображая, куда поставить поднос, пока она будет подвигать столик. Все ясно, роль прислуги ей внове, иначе девчонка уже знала бы, как решают такие проблемы остальные.
  Я решила не мучить свежеиспеченную служанку, вскочила с кресла, переставила столик и решительно забрала поднос. А потом так же решительно отбраковала добрую половину принесенного. Оставила все самое простое, вареные яйца, тарелочку с хлебцами, сыр, чайник, и вазочку с яблоками.
  -Спасибо, остальное можешь унести.
  -Вот это варенье очень вкусное... - она очень здорово умела смотреть наивно, как маленькая девочка, мне бы так научиться, - а тут конфеты и засахаренные орехи.
  Ага. Варенье, конфетки... Я пока прекрасно помню пухленькую ладошку Сатиллы в своей руке. Премного благодарна, но такого счастья мне не нужно.
  -Спасибо, не хочется, - и тут в мою голову вдруг пришла идея, - Лотти, а чем избранницы занимаются, когда не спят и не едят?
  -Ну, в баню ходят... - она, похоже, растерялась по настоящему, - еще танцуют, поют...
  -Это развлечения, - мягко перебила я, - а делают что?
  Ответить она не сумела, настороженно молчала и молчание это мне не нравилось. Похоже, рано соваться в эту сторону... придется заметать следы.
  -Видишь ли, - очень мило и дружески улыбаясь, пояснила я служанке, - мне скучно. Книг нет, телевизора тоже. Может, принесешь мне бумагу и карандаши? Или краски, я буду рисовать.
  -Я... поищу, - промямлила девчонка, схватила поднос и торопливо ринулась прочь.
  Ну, даже к гадалке идти не нужно, советоваться или доносить побежала. Какие они, однако, преданные... прям до неправдоподобия.
  
  Глава 12 первые проводы
  
  Обед нам подали в то же время, что и вчера. Услышав приглашение Лотти, я отложила альбом и отправилась в знакомый зал, наивно полагая, что буду первой. Ничего подобного. Едва пройдя под аркой входа я обнаружила, что все мои коллеги уже в полном составе сидят за столом.
  А подойдя поближе, с изумлением сообразила, что есть никто и не думает, все повернулись в одну сторону и с нескрываемым интересом что-то разглядывают. Посмотрела и я, куда это они уставились с таким жадным пристрастием, и испытала настоящий шок. Они смотрели вовсе не на что-то, а на кого-то. На одну из избранниц, сидевшую во главе стола.
  Вчера я на эту девушку особого внимания не обратила, так, мельком отметила, что волосы скорее пепельные, глазки серо-голубые... носик остренький.
  А сегодня она просто красавица. Волосы уложены в нечто заковыристое, времен Наполеона и буквально усыпаны золотыми заколками с камнями, платье роскошное и тоже увешано драгоценностями. Вообще вся такая ухоженная, намакияженная... словно вырвалась с модного показа. И еще томная, как рахат-лукум.
  -У нее день рождения? - бросила я пробный камень, но моего юмора не оценили.
  -К ней сегодня император приходил, - таинственным шепотом прошептала рыженькая ирландка, и мне очень захотелось едко переспросить, что, разве только к одной?
  -Она с нами сейчас прощается, - с неприкрытой завистью вздохнула псковитянка, - после обеда её уведут в гарем.
  -Ага,- подтвердила еще одна, - все служанки возле нее просто бабочками порхают.
  Ну, да, еще бы они не порхали, саркастично хмыкнула я, села к столу и спокойно подтянула к себе блюдо с тушеным мясом. Неторопливо поглощала кушанье и с досадой размышляла о том, что метод незаметно обвешивать мозги лапшой наши хозяева освоили в совершенстве. Вот смотрят сейчас остальные избранницы на ошалевшую от непривычного внимания и невероятного количества золота коллегу, и начинают сомневаться в собственном решении ни за что не уступать ночному гостю. Те, у кого такие намерения были изначально, конечно.
  А у меня желание не сдаваться ни за какие блага, наоборот, только окрепло. Слишком уж назойливо рекламируют нам прелести гарема... чтобы не начинать подозревать обратное.
  -Ты видела, сколько на ней драгоценностей? - деловито поинтересовалась американка, пересев на соседний стул, - как думаешь, всем будут столько дарить?
  Я посмотрела на нее с откровенным изумлением и сунула в рот очередной кусок. Говорить о том, что я думаю, было бесполезно. Даже если я сейчас зарисую все эти заколки и через несколько дней обнаружу какую-то из них на очередной счастливице, никто не примет это как достаточный довод. Они все уже ступили на эскалатор, везущий их в таинственный гарем, и помочь хоть одной не в моих силах.
  -Таресса, - подождав минут пять, и так и не дождавшись ответа, не выдержала настырная соседка,- что ты про это думаешь?
  -Что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, - нехотя буркнула я.
  -Он говорил ей, что она самая прекрасная девушка на свете, - возмущенно шепнула с другого бока ирландка.
  -Можно подумать, что ты не знала... - я с сомнением рассматривала кучу пирожных и решала, стоит ли баловать себя такими вещами, - или никогда не читала в романах, что именно говорят мужчины с вечера девушкам.
  -Ты ей завидуешь, - псковитянка смотрела на меня так, словно я собиралась разбить ее копилку, - ты думала, что он придет к тебе!
  -А с чего ты взяла, что он не приходил? - само вырвалось у меня.
   Но едва произнеся эти слова, я уже глубоко и искренне раскаивалась в своей несдержанности. Потому что отлично понимала, отказать парню - это одно, а отказать прилюдно - совсем другое.
  -Ну и что? - рядом даже дыхание затаили.
  -Ну и ничего.
  -Он... был... с тобой грубым? - подозрительно прищурила глаза Селин.
  -Нет, - честно ответила я, подумала и добавила, - он просто был не тем человеком.
  И пусть расшифровывают мои слова так, как им нравится, в то, что девушкам удастся заподозрить истину, я даже близко не верила.
  -Значит... - подвела итог прямолинейная американка, - ты отказала, и он пошел к ней?
  Я только плечами пожала, откуда мне знать, он пошел к ней или кто-то другой?
  -Понятно, - буркнула рыженькая, и решительно взялась за вилку.
  А псковитянка лишь усмехнулась и демонстративно отвернулась к героине дня, всем своим видом показывая свое глубочайшее недоверие.
  На этот раз я не стала долго засиживаться за столом, помня, что ужина тут не бывает, прихватила со стола вазу с сухим печеньем и отправилась в свою комнату.
  Вошла и обомлела, у меня были гости. Вернее -гость. Стоял, разложив по сундуку листы с набросками и смотрел. На этот раз на нем не было чалмы, а неизменную маску он держал в руке.
  -Принесла? - обернулся он на скрип двери, понял, что ошибся и мгновенно натянул свой камуфляж на голову, - ты так быстро пообедала? Еда не нравится?
   -Спасибо, еда замечательная, - вежливо сказала я, подходя поближе.
  Бросила взгляд на руки мужчины, державшие лист бумаги и ухмыльнулась, зря он маску надевал.
  -Ты хорошо рисуешь, - буркнул он.
  -Спасибо за комплимент... - вот знала, что совершаю большую глупость, но меня просто подмывало проделать маленькую проверку, - и за лечение. Рука сразу перестала болеть.
  Я уже поставила на столик вазочку и подошла к окну, взглянуть хоть на небо, раз ничего другого не видно, а он все молчал.
  Потом все же не удержался и с насмешкой глухо пробурчал:
  -У тебя хорошая память на лица.
  -И на руки тоже, - ухмыльнулась я, гулять, так гулять.
  -Что? - он взглянул на свои руки и вдруг спрятал их за спину, - вот гарх!
  -И даже на ту веснушку, что между указательным и средним пальцем правой руки, - добила я.
  Мужчина быстро отвернулся, поднес руки к глазам и несколько секунд рассматривал, потом вздохнул и снова повернулся ко мне.
  -Спасибо за совет, - так же язвительно сказал он, - теперь я всегда буду ходить в перчатках.
  -Пожалуйста, - великодушно кивнула в ответ, ехидно думая про себя, что вряд ли это так важно.
  Ведь не догадался никто из тех, кого они покупали раньше... значит, и дальше вряд ли кто догадается.
  -А можно вопрос... в оплату за совет?
  -Ты привыкла получать оплату за советы?
  -Скорее, это вы привыкли всё покупать... вот и разговариваю на привычном вам языке.
  -Ты понимаешь, что дерзишь повелителю? - очень ласково поинтересовался он.
  -Знать бы только, которому, - кротко вздохнула я.
  На этот раз он молчал еще дольше, а едва собрался что-то сказать, как дверь распахнулась и влетела Селин. Пробежала по инерции несколько шагов, прежде чем сообразила, что именно видит перед собой. Точнее, кого. Ее глаза округлились всего на миг, уже в следующую секунду американка пришла в себя и деловито прищурилась.
  -Ваше величество, можно задать вопрос? - а хватка у нее, как у папарацци.
  -Нельзя, - сквозь зубы рыкнул целитель, и мстительно добавил, глядя мне в глаза, - даже за оплату.
  Развернулся и стремительно пошел прочь.
  Ну, отрицательный результат, тоже результат, вздохнула я, глядя ему вслед.
  -Я сразу поняла, что ты сказала правду, - торжествующе сообщила Селин, - а они - врет, врет. Надо было их сюда привести.
  -Не надо, - мне тяжело было это говорить, но и смолчать не смогла, - они всё равно уже согласились... в душе. Только наживешь врагов. А тебе с ними еще пять лет рядом жить.
  -Ты уверена, что я сдамся?! - она смотрела на меня осуждающе.
  -Селин... - я, наконец, решилась, - тут очень странные законы... и очень жесткие, если ты еще не догадалась. Боюсь, что мне не все время будут прощать все дерзости... скоро им надоест, и они начнут меня наказывать. Но я собираюсь идти до конца... пока возможно. Все, больше я ничего не скажу... извини.
  Американка еще некоторое время смотрела на меня, ожидая пояснений, но я все яснее сознавала, что не имею права сказать вслух те единственные слова, что защищают в этом мире знатных женщин вернее пистолета. Потому что это были особенные слова, для внутреннего, так сказать пользования, а вовсе не для попаданок.
  И додуматься новичку, что именно нужно говорить, практически невозможно. Я и сама сразу ничего не поняла, только теперь запоздало догадалась, на что так прозрачно намекали Дэсгард и служанка зейра Жантурио. И за то, что он все же пытался намекнуть... и потом караулил под дверью столовой, я простила ему половину обид. Но только одну.
  
  Как я и подозревала заранее, в эту ночь меня беспокоить не стали. Конечно, кувшин я, несмотря на все рассуждения, с вечера к ручке двери все же привязала. Чтобы утром самой же и отвязать.
  Сама умылась, сама оделась, сама заправила постель. Съела несколько печений, запила холодной водой и села рисовать, ожидая, когда придет служанка или принесут завтрак. Однако ничего так и не дождалась. Ни Лотти, ни еды.
  Сжевала еще печеньице, подумала и пошла понадежнее прятать остальное. Все указывало на то, что дальше меня решили воспитывать другими методами.
  А еще, пока я прятала печенье, мне вдруг стукнуло в мозги очень недоброе подозрение. Учитывая то, как хорошо продуманы тут методы моральной обработки невест, можно было почти с точностью сказать, что далеко не все мы - свеженькие.
  Короче - среди нас определенно есть подсадные утки, которые задают тон всем мероприятиям, громко восхищаются и вообще настраивают непосвященных дурочек на нужную волну.
  Вот если принять это как данность, сразу становится понятно, как повелителю удалось создать такой ажиотаж с получением браслетов. Ведь девушки просто обязаны были засомневаться - а вместо этого абсолютно все схватили побрякушки.
  А если пойти в этих рассуждениях дальше, можно легко догадаться, что совсем необязательно всем кротихам играть одинаковую роль. Некоторые могут и поддакивать недовольным, стремясь войти в доверие и быть в курсе планов.
  И от осознания того, что теперь я не могу никому доверять до конца, и мне нечего надеяться ни на чью помощь, настроение, бывшее и до того подавленным, стало, мягко говоря, просто отвратительным.
  Вот кем-кем, а одиночкой я никогда не была. Всегда рядом был кто-то, кто заботился, лечил, помогал, оберегал и выслушивал. Папа, тетка Лиза, учителя, одноклассники, домработницы и даже рабочие в экспедициях. А сейчас я впервые в жизни вдруг почувствовала себя одинокой, как пальма в пустыне. И такой же беззащитной.
  Так, стоп, а вот плакать не надо! Не надо, кому я говорю! Слезы - это белый флаг, а я пока не сдалась.
  
  Обед мне все же принесли, хотя и довольно скромный, хлеб, сыр, жареная рыба, фрукты. Пока Лотти расставляла все это на столе, возле двери караулили еще две служанки, очевидно, имеющие приказ не пускать меня дальше порога. Сквозь настежь распахнутые створки слышались звуки музыки и женский смех. Понять причину такого веселья было несложно, еще кто-то из избранниц переезжает в гарем.
  Я даже не сдвинулась с места и не произнесла ни слова, пока Лотти сновала по комнате, терпеливо ждала, пока она закончит и утопает. Не о чем мне с ней говорить.
  Но она ушла не сразу, сначала остановилась посреди комнаты, пожелала приятного аппетита и важно сообщила, что как только я поем, она придет помочь мне переодеться и причесаться, потому что после ужина меня поведут на прогулку.
  Они уже ушли и заперли за собой двери, а я все сидела в кресле, переваривая услышанное. И потихоньку начинала понимать, что именно мне сразу показалось странным, резануло по натянутым нервам грубой фальшью.
  Сообщение о прогулке.
  Как-то не вяжется такое внимание к моей персоне со всем остальным сегодняшним отношением. Весь день не вспоминали, не отпирали, не кормили и даже не пустили на проводы подружки по несчастью.
  А потом выдали ужин и прогулку... напоминает распорядки в местах заключения. Интересно, а гулять мы будем все вместе или только мне такая честь? И в таком случае законный вопрос, а за что, собственно?
  Запах рыбы распространился по комнате, дразнил ноздри и я слезла с кресла, решив сначала все же поесть, а потом додумать свои предположения. Но сначала потопала в умывальню, смыть с рук краску. Как ни стареешься смешивать краски аккуратно, все равно обязательно вымажешься.
  А помыв руки, и привычно плеснув в лицо водой, взяла полотенце и вдруг застыла, оглушенная страшной догадкой.
  Какая интересная и нехитрая логическая цепочка прослеживается, сначала мне не дают никакой еды, потом приносят всего три блюда... и назначают прогулку сразу после того, как я их съем. Вывод напрашивается сам, на этой прогулке должно что-то произойти... и еда играет в этом довольно мрачную роль. И боюсь, мне совершенно не понравится запланированный для меня на прогулке сюрприз.
   Так вот, может я и параноик, но есть все это не стану. Вернее, сделаю вид, что съела, а потом посмотрю на реакцию интриганов.
  В следующие пять минут я глотала голодные слюнки и с болью в душе топила в унитазе сыр и сочные, румяные ломтики рыбы. Хлеб, немного посомневавшись, все же спрятала, как и часть фруктов. А перекусила парой печенюшек, запив их водой из-под крана.
  Зато теперь мне можно даже не переживать, фигуру я в этом дворце точно не испорчу.
  А потом внезапно возникла идея в отместку испортить кое-что другое. Несколько минут я колебалась, очень уж не люблю портить результаты своего труда. Вычитанная где-то фраза что все должно оставаться людям, раньше казалась мне справедливой. А теперь я вдруг поняла, что далеко не все люди достойны, чтоб им хоть что-то оставляли. Вон и та неизвестная женщина, отдавшая много часов собственной жизни, чтоб вышивкой признаться в любви какому-то Лагенсу, наверняка не предполагала, что ее подушку бросят на ложе для выловленной из чужого мира девчонки? Да знай она это, небось, порезала бы свою работу на тысячи кусков.
   Я больше не сомневалась, схватила свои с такой любовью выписанные лиричные пейзажи, и поспешно принялась за дело. Несколько довольно неплохих, на мой взгляд, работ, в течение двадцати минут превратились в натуральный хоррор. Надеюсь, конопатому лекарю, обожающему инспектировать комнату в мое отсутствие, понравятся некоторые из сюжетов. Разложив их на сундуке сохнуть, отправилась снова мыть руки. Ну и пусть я сейчас обманутая, обиженная, злая и голодная, зато несломленная.
  -Я принесла платье, - встретил меня в спальне приторный голосок Лотти, но я и сама это уже поняла.
  Девушка бережно раскладывала на кресле нечто полупрозрачное, алое, с открытыми плечами, шнурочками по бокам и разлетающимся подолом. Блеск. В таком я, пожалуй, пошла бы только в одно место, к праздничному столу, когда мне вздумается встречать новый год в одиночку.
  -Ох, какая красота, - притворно восхитилась я вслух и получила довольную улыбку служанки.
  -Я помогу переодеться, - Лотти потянулась к моей любимой черненькой тунике, но я поймала ее ручки на полпути.
  Потерпи, маленькая лгунья, шутка только начинается.
  -Скажи, а оно теперь мое? - говорю, изо всех сил изображая волнение. Нет, я ни разу не актриса, но уже учусь.
  -Да, - похоже, девушка искренне удивилась такому вопросу, но ответила очень уверенно.
  -Совсем-совсем мое?
  -Ну да... - вот теперь она как-то занервничала, глазки пока распахнуты так же наивно, но голосок дрогнул.
  -И я могу делать с ним всё, что захочу?
   Надеюсь, я сумела добавить в голос достаточно зловещего предвкушения?! Или нужно было добавить загадочности?! Ну и что же она так надолго замолчала, или пытается вспомнить, как ей велено вести себя в подобных ситуациях?!
  -Конечно... - сделав над собой усилие, вежливо пролепетала юная аборигенка, но в её глазах промелькнула почти ощутимая паника.
  -Тогда... - с ликующей интонацией торжественно провозгласила я, - раз оно принадлежит мне, и я могу делать с ним все, что хочу, я его... - делаю продолжительную и многозначительную паузу, - дарю тебе.
  Полюбовавшись вдосталь на ее ошеломленное личико и беззвучно хлопавшие губы, я ласково потрепала девчонку по щечке и великодушно закончила:
  -И не вздумай отказываться или благодарить. Я же сразу увидела, как оно тебе нравится. Вот и будешь носить по праздникам... в память обо мне. Ты хорошая и добрая девочка, заслуживаешь немного радости в жизни. Я уверена, что новенькой служанке в этом проклятом дворце платят жалкие гроши... самой тебе никогда такое не купить. А повелители вряд ли подарят, рассмотрела я, какие они жестокие и бездушные. Ну, все, успокаивайся, и пойдем гулять, мне и в этом наряде хорошо.
  Я независимо одернула тунику, с которой только пять минут назад смыла пятнышки краски и решительно шагнула к двери.
  -Но... Таресса... вы должны надеть это платье!
  Ну, вот тут ты глубоко ошибаешься, милая, никому и ничего я в этом мире не должна! Но ответ приготовила заранее, и сейчас ты его услышишь.
  -И не уговаривай! Я его подарила тебе, а подарки назад никогда не беру! Нет, нет и нет! Слово зейры! - полуобернувшись, я с самым миролюбивым выражением следила, как она начинает бледнеть.
  -Ну не расстраивайся, все будет хорошо. Если эти злые повелители спросят, так и скажи, что я сама тебе его подарила. А я от своих слов никогда не откажусь.
  От расстройства моим неожиданным поступком девчонка даже не заметила, что я пару раз помянула повелителя во множественном числе и не стала протестовать или спорить. И это лишнее доказательство того, что я сделала правильные выводы насчет двойников и о том, что все они тут - одна команда, слаженно и умело играющая против несчастных попаданок.
  Я распахнула двери и решительно вышла в безлюдный и тихий зал. Все понятно, коллег уже развели по камерам. А по-другому я просто не могу называть эти удобные спальни, для меня всегда место, где человека запирают против его воли, будет именно камерой.
  
  Глава 13 судьба делает оверкиль
  
  Лотти всё же побежала за мной следом, и даже про платье больше не заикалась. Вообще ни про что не заикалась, показывала дорогу и молчала. А выведя меня через явно черный вход в сад, кивнула на дорожку, ведущую к виднеющейся между кустами беседке, буркнула, что гулять можно там и исчезла.
  Побежала жаловаться... или инструкции новые требовать, хмыкнула я и медленно пошла по посыпанной чистым желтым песочком дорожке. День заметно клонился к вечеру, красноватое разбухшее солнце висело низко над дальними холмами, от кустов и деревьев протянулись расплывчатые длинные тени.
  Этот сад мне нравился. В нем все было именно так, как любила я. Вольготно раскинувшиеся кусты, мелкая, кудрявая травка спорыш вместо модного в моем мире стриженного под арестантов газона, усыпанные спелыми яблоками и грушами деревья чуть в стороне от дорожки...
  Мне вдруг так захотелось пойти к ним, поднять с травы чуть мятую сочную грушу...
  Я с тоской оглянулась на беседку, определенно меня там кто-то ждет, и этому кому-то очень не понравится мое самовольство. Но с другой стороны... Лотти ведь не сказала точно... а просто разрешила там гулять, и догадка про сюрприз - это моё личное предположение. Значит, никаких претензий ко мне за то, что пошла немного не туда, быть не может, бормотала я, решительно сворачивая с дорожки к яблоням.
  На полу, как ни странно, груш и яблок валялось совсем немного, и из этого следовало, что их недавно собирали. Я подобрала огромную грушу, обтерла краешком многострадальной туники и с аппетитом съела, впервые за последний час забыв про утопленную рыбу. Потом съела еще одну, оглянулась, ища, куда бы запулить огрызок, и увидела неподалеку в траве ярко-синее пятнышко.
  Не знаю, нашелся ли бы человек с железной выдержкой, способный развернуться в такой момент и уйти, не рассмотрев находку... я к таким не отношусь. Поэтому выпустила из руки огрызок и пошла на синий маячок как бабочка на свет фонаря. И уже через минуту держала в руках маленькую выточенную из дерева куколку в нарядном платьице из синего шелка. Очень земного покроя платьице.
  По сердцу словно ледяной ветер пронесся. Значит, все-таки рожают они детей, женщины из гарема. И тогда я начинаю не просто не любить, а дико ненавидеть тех, кто разлучает матерей с детьми. Может, это оттого, что самой не досталось материнской любви, но у меня к такому всегда было резко отрицательное отношение.
  Я спрятала куколку за пояс и медленно поплелась назад, фруктов как-то разом расхотелось. Выйдя на дорожку, свернула к беседке, и сразу обнаружила, что гуляю уже не одна.
  Бежавшего впереди меня по дорожке мужчину я узнала по спине, слишком хорошо ее рассмотрела, когда он в ярости уходил из моей комнаты позапрошлой ночью. Если честно сказать, даже немного полюбовалась на нее, вопреки своему сердитому настроению. Мужских спин, накачанных и не очень, мне довелось видеть немало, в жаркий полдень, придя к раскопу сказать, что повариха велела звать на обед, видишь перед собой именно их. Не менее пары десятков загорелых, блестящих от пота мужских спин. Но стройных и широкоплечих, как у спортсменов, среди них обычно дефицит.
  А у моего гостя спина была красивая... я и сейчас не могу глаз оторвать. И ноги хороши, длинные, ровные.
  Так, а с чего это я вдруг на мужские ноги заглядываться начала, вдруг возник в голове резонный вопрос, если мне от них, кроме неприятностей, ничего не светит? Или это у них тут груши такие... галлюциногенные? Так нужно тогда за собой проследить потщательнее, особенно теперь, когда мои подозрения в уверенность переходят. Задел, значит, хозяина красивой спины мой отказ, вот он и придумал мне прогулку... романтик самоучка.
  А ноги в этот момент уже добежали до беседки, легко перепрыгнули через нижние ступеньки и застыли на верхней, отдыхая, пока их хозяин вертел светловолосой башкой во все стороны, пытаясь что-то рассмотреть в кустах.
  Ну конечно, я сразу поняла, что именно так настойчиво ищет блондин, но это ведь его проблемы, а не мои? Вот и шла себе не спеша, наслаждаясь видом яблонь, кустов, травы и его ног.
  И тут он, наконец, перестал озираться, как-то потерянно повернулся в мою сторону и вдруг замер, как будто обнаружил не меня, а, по меньшей мере, медузу-Горгону.
  Я его тоже оглядела, неторопливо и как можно равнодушнее. Ведь он же пока и близко не догадывается, что уже опознан? Да и рассматривать там уже особо нечего, я почти все со спины изучила. Одежду песочного цвета и того покроя, что сыновья Диморбиуса носили, светлые волосы пшеничного оттенка, свободной гривой лежащие на плечах. Осталось лишь лицо, и оно оказалось довольно симпатичным, если не обращать внимания на глуповато-растерянное выражение.
  Впрочем, вскоре это выражение сменилось на удивленное, потом на досадливо-недовольное, и, наконец, стало приветливо-вежливым.
  Ну да, поглядывала я на него, а на что еще смотреть, если я хоть и медленно, но верно приближаюсь к беседке, на ступенях которой он стоит?!
  Нет, уже не просто стоит. Окончательно пришел в себя, и решился на активные действия.
  -Таресса?! - Лже-повелитель протянул ко мне руку в приглашающем жесте, - рад вас видеть.
  -Мы знакомы?! - подняв брови в притворном изумлении, холодно произнесла я, продолжая так же неторопливо шагать дальше.
  -Э... - снова растерялся он, и молчал так долго, что я уже почти прошла мимо.
  Успев рассмотреть явно специально оборудованную для этой встречи беседку. Ну не постоянно же лежат тут на широкой скамье шелковые покрывала и подушки? И явно не всегда стоит на столике компания бутылей и графинов в окружении вазочек и бокалов?!
  -Я вас видел в день осеннего бала, - вслед мне торопливо признался он.
  И ни капли не соврал. Моя безошибочная память уже подсказала, где я раньше видела это лицо. Только в тот момент оно было очень мужественным и озабоченно-серьезным.
  Этот парень находился среди тех воинов, что бежали нам навстречу, когда эрг уводил меня от корчившегося на полу мэра.
  -Меня в тот день сотни гостей успели изучить во всех подробностях, - непримиримо буркнула я, и не думая останавливаться.
  Он спрыгнул со ступенек, в несколько прыжков догнал меня и пошел рядом.
  -Эта скотина в полной мере наказана за свои выходки, больше он не сможет никого... обидеть, - угрюмо сообщил то ли стражник, то ли двойник повелителя и попробовал ухватить меня за локоток.
  Однако попытка перейти к романтической части запланированного сюрприза блондину снова не удалась. Едва услышав его слова про мэра, я вдруг с необычайной яркостью вспомнила все свои недавние обиды и переживания, резко остановилась и негодующе уставилась ему в лицо.
  -И это всё?! - Он явно опешил от неожиданности, но не отступил, продолжая стоять почти вплотную, пока я, едва не рыча от нахлынувшей ярости, бросала ему в лицо гневные слова, - А то, что "эта скотина" меня чуть не изнасиловала на глазах трех сотен зрителей, совершенно ничего не значит? И что передо мной тут никто даже не извинился за такое поведение вашего гостя? А та девочка, вызванная Терезиса, которую мэр практически искалечил? А то, что он уже не в первый раз проворачивал такую аферу и никто этого словно не замечал, тоже пустяки?
  -Но Таресса... ты пока не знаешь... - он снова попытался захватить мой локоть и я весьма ощутимо этим самым локтем его отпихнула.
  -Да, вот именно! Ничего не знаю, совершенно! Как это ты заметил-то? Просто невероятная сообразительность! Ты, наверное, тут самый умный, да?! А в твою необычайно умную голову приходила такая простая вещь, что, прежде чем играть с кем-то в шашки, нужно сначала рассказать ему правила игры? Или приятно все время выигрывать у новичков? Легко, знаешь ли, чувствовать себя самыми умными и сильными, нападая на слабых и беззащитных!
  -Таресса... - в который раз безнадежно воззвал блондин к моей рассудительности, словно не замечая, что она благополучно издохла, - всё не так, совсем не так, как представляется с первого взгляда...
  -Да? - едко фыркнула я, закипая все сильнее, - А ты думаешь, что-то понятнее на второй, или третий взгляд?! Толпа повелителей, которые то служат простыми лекарями и охранниками, а то ходят с масками на морде по спальням пленниц? Или темноволосые служанки, которые этими повелителями вертят, как хотят? Или подсадные избранницы, которые ловко направляют новеньких туда, куда вам выгодно? Или ты сам, с чего-то решивший, что после того, как я сказала тебе - нет, можно попытаться пойти другим путем?! Накормить меня отравленной рыбой, напялить порнографическую тряпку и заманить в эту беседку?
  -Что?! - потрясенно выдохнул он, - ты... меня узнала? Но как? И Таресса... всё не так... совсем не так... и какая еще рыба?
  -Спроси у своей сообщницы Лотти, - зло отрезала я, уверенная, что не ошибаюсь, - кстати, порнографическое платьице я ей подарила... ей пойдет. А теперь пропусти меня, пора возвращаться в камеру.
  -Подожди, - он все-таки схватил меня за руку и резко развернул к себе, - я всё объясню...
  -А я не желаю слушать! Нет, нет и нет! Слово зейры! - в запале рявкнула я, почти с ненавистью глядя блондину в лицо.
  И просто оцепенела, рассмотрев безудержное отчаяние, исказившее его смазливые черты.
  -Что ты наделала... - еще едва слышно шептал он, а я уже каким-то неведомым чувством понимала, что сейчас что-то произойдет.
  Не может не произойти, потому что четыре мужские фигуры, торопливо шедшие по направлению к нам от дворца, выглядели очень решительно и впечатляюще.
  В постепенно гаснущих отсветах закатного солнца сразу бросался в глаза резкий контраст их внешнего вида, вызывая в моей душе быстро сменяющиеся противоположные чувства. От надежды до тихого ужаса. Двое из приближающихся, были в легко узнаваемых белых одеждах, однако на их лицах не было таинственных масок.
  А вот двое других, шедших очень уверенно и властно, были одеты в не менее знакомые черные костюмы с серебряной вышивкой.
  И что самое странное, всех четверых я уже знала, хотя бы визуально.
  -Я тебя найду, все равно найду, - торопливо и жарко шептал за моей спиной блондин, - ты только жди.
  -Отойди от нее, Найкарт, - сухо приказал эрг Дэсгард, подходя к нам, - слово сказано.
  Протянул руку и коснулся моей щеки, отчего в душе сразу улеглось раздражение, и появилась непонятная апатия.
  -Но она не про то говорила! - Еще пытался спорить блондин, однако я не расслышала в его голосе никакой уверенности.
  -Не имеет значения, - набрасывая на меня знакомый бесформенный серый капюшон с вуалью, тихо возразил Терезис, - условия соблюдены и договор вступает в силу.
  -Но тот раз не считается, вы же сами её подставили, - от отчаяния Найкарт готов был раскрыть все известные ему тайны, но сородичи не дали.
  -Ты слишком упрям, - резко оборвал блондина похожий на него мужчина, который, судя по плотной фигуре и движениям, признал нас в день осеннего бала избранницами, - тебе советовали не спешить. Она сказала слова зейры Лотти. А ты теперь - любуйся вот на это!
  Он мотнул головой и его спутник, лекарь с конопатыми руками, мрачно хмурясь, подал Найкарту мой альбом.
  Мне правда, стало очень жаль блондина в этот момент при воспоминании о том, что я там намалевала. Но ничего сказать или сделать я уже не могла, снова ощущая себя марионеткой, способной ходить и говорить только по приказу мага.
  -Иди за мной, - равнодушно приказал этот гад, и я покорно пошла вслед за ним вглубь сада, слыша шаги идущего за мной Терезиса и ощущая спиной пристальные взгляды светловолосых мужчин.
  Ну, и вот чего, спрашивается, мне не жилось спокойно в этом прекрасном дворце?
  Почему даже на миг не заподозрила, что может быть какой-то лимит на заветные слова? После которого меня просто вернут хозяину, как не поддающееся дрессуре животное?
  И может, даже не насовсем вернут, а только на период дрессировки? И теперь я сполна откушаю прелестей сурового воспитания непокорных наложниц?
  Или того хуже, конвоируют назад, к зейру Жантурио? И придется мне работать сразу на двух должностях, ночью наложницей хозяина, а днем - Шахрезадой для его сыновей?!
  Топая под тихое жужжание собственных ехидных мыслей, я не заметила, как мы дошли до ограды. Вернее, до маленькой, металлической калитки, встроенной в каменную стену в два человеческих роста. Дэсгард достал из кошеля, висевшего на поясе, ключ, отпер калитку, пропустил сначала нас, оглянулся, вышел сам и запер калитку за собой.
  Осторожно осмотрев местность из-под вуали, понимаю, что мы стоим на узкой улочке, типичной для тихой окраины восточных городов. Вокруг высокие глухие заборы, за которыми течет мирная жизнь. Курятся кое-где дымки очагов, слышен детский плач и тихая мелодия, то ли дудки, то ли флейты.
  Тихое цоканье копыт пары лошадок, впряженных в небольшую серую карету, ни капли не насторожило и не встревожило моих конвоиров. И только когда лошадки замерли возле нас, я догадалась, что это и есть транспорт, на котором меня увезут в неизвестность.
  Как выяснилось, я была права, вскоре я уже сидела на заднем сиденье рядом с Терезисом, а Дэсгард полулежа, устроился напротив, и, прикрыв глаза, продремал почти два часа, пока мы куда-то ехали. За маленьким оконцем, в которое мне никто не запретил смотреть, за это время совсем стемнело, и дорогу освещали только редкие и тусклые фонари.
  Наконец карета остановилась, Десгард бесцеремонно вытащил меня наружу, и на руках понес в темноту. Застучали по доскам каблуки его сапог, пахнуло прелым сеном и рыбой.
  Маг пронес меня по каким-то полутемным закуткам, в плохо освещенное крошечное помещение, посадил на узкую лежанку и ушел.
  Через несколько минут я почувствовала, как пол под ногами еле заметно качнулся, а еще спустя десять минут вернулся маг. Одетый в свою обычную походную одежду, умытый и причесанный.
  -Орать не советую, - буркнул устало, и прикоснулся пальцем к моей щеке.
   -И не собиралась, - тихо фыркнула я, и не удержалась от вопроса, - куда плывем?
  -Куда подальше, - усмехнулся он, - умывальня - как выйдешь - направо, за самой последней дверью, столовая налево, соседняя дверь. А это твоя каюта.
  И снова ушел. Теперь уже окончательно.
  
   Я немного посидела, обдумывая его слова, и пытаясь отыскать в них подвох, потом плюнула на все, стянула балахон и пошла искать умывальню.
  Суденышко было маленьким, старым и дешевым, это я поняла по заплатам в полу, стертым дощатым ступенькам ведущей вниз лесенки и облупившейся краске на стенах. Но тем не менее - очень чистеньким и с любовью обустроенным. Это сразу бросалось в глаза и в умывальне и в столовой, куда я направилась после недолгих размышлений. Дворцовые груши давно превратились в воспоминание, а понимание, что в дороге не всегда бывает возможность перекусить и когда она представится в следующий раз - неизвестно, заставило меня отбросить все мысли о гордости.
  По бокам прибитые к стенам лавки, узкий деревянный стол посредине и полка с посудой на противоположной двери стене - вот и вся нехитрая обстановка похожей на купе каютки, громко названной столовой. Но лавки застелены чистыми плетеными половичками, стол накрыт серой полотняной скатертью, вышитой по углам синими колокольчиками, а полка занавешена такими же шторками и все это сделано с такой трогательной заботой, что сразу выдает женскую руку.
   В центре скатерки высилась горкой поломанная на куски свежая лепешка, в деревянных кружках было налито молоко, в глубоких мисках желтели мед и творог, а на блюде лежали ломти холодного отварного мяса и по краям малосольные огурцы. С одной стороны за столом сидел Терезис, сосредоточенно мявший в тарелке творог с медом, с другой - виновато прятала взгляд в кружке с молоком темноволосая женщина. Довольно знакомая мне, между прочим.
  -Привет, Гайтола, - небрежно сказала я, - это ты тут так уютненько все обустроила? А не подскажешь, где взять тарелку и ложку?
  Вот таких слов она точно не ждала, даже растерялась на миг, потом подскочила, достала с полки посуду и подала мне.
  -Спасибо, - сказала я вежливо, и принялась таскать на тарелку продукты, - ничего, что я столько беру? Остальным останется?
  -Да, - кивнула она, бросив быстрый взгляд на мага, - еды много, не волнуйся. А ты не хочешь переодеться? В твоей каюте есть сундучок... там вещи.
  -Спасибо, - поблагодарила я еще раз с преувеличенной вежливостью, - я посмотрю.
  
  Некоторое время мы ели молча, и мне казалось, что на меня никто особого внимания не обращает, как вдруг Терезис тихо спросил:
  -Долго они тебя не кормили?
  Я едва не подавилась от этого вопроса, никак не ожидала, что это так заметно по моему аппетиту. Целую минуту молчала, а потом, дожевав, запив молоком и немного приведя в порядок всколыхнувшиеся чувства, как можно равнодушнее ответила:
  -Только сегодня.
  Гайтола метнула в меня непонятный взгляд и снова уставилась в кружку, еще почти наполовину полную недопитым молоком. Я тайком вздохнула, видно же, что человек не хочет есть, но почему-то упорно сидит тут, и молчит. Или... вот же я бестолковая! Совсем забила себе голову этими повелителями! Самых простых вещей уже не понимаю. Так это она, небось, из-за мага сидит! А я тут жую и жую... и, кстати, нажевалась уже.
  -Спасибо, - поднялась я из-за стола, - было очень вкусно. Спокойной ночи.
  -Таресса, - догнал меня у порога голос мага, - ты плавать умеешь?
  -Да, - с недоумением отозвалась я, и забеспокоилась, - а что, есть опасения, что эта посудина развалится?
  Гайтола возмущенно фыркнула, Терезис вдруг засмеялся.
  -Нет, думаю, до острова она нас доставит в целости. Спокойной ночи.
  В каютке я не выдержала и влезла все-таки в сундук. И несколько минут озадаченно сидела над ним, пытаясь сообразить, как нужно воспринимать такой набор одежды. Нет, это я не про ночную рубашку старушечьего фасона и длинный темный мужской халат. И даже не про вязаные носки в количестве двух пар. А полное отсутствие платьев и юбок.
  В сундуке был комплект дорожной одежды. Довольно неплохой, нужно сказать, серые штаны из тонкого сукна, такой же камзол и пара рубашек, одна из полотна, вторая фланелевая. Вся соль в том, что женщины таких вещей здесь не носят.
  Некстати вспомнились слова Терезиса про плавание и про остров, и в душе снова стало как-то неуютно. Ох, и куда же это я опять вляпалась?
  
Оценка: 6.50*68  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Михална "Путь домой.Битва за Орион"(Постапокалипсис) Э.Никитина "Браслет. Навстречу своей судьбе."(Любовное фэнтези) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) В.Пылаев "Видящий-2. Тэн"(ЛитРПГ) С.Суббота "Самец. Альфа-самец"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Вэй "Филант"(Боевая фантастика) П.Роман "Земли чудовищ"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru Книга 2. Берегитесь, адептка Тайлэ! Темная КатеринаНедостойная. Анна ШнайдерЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрHigh voltage. Виолетта РоманВам конец, Ева Григорьевна! ПаризьенаПортальщик. Земля-матушка. Аскин-Урманов��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаНочь Излома. Ируна БеликПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваНевеста двух господ. Дарья Весна
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"