Чочиев Виктор Александрович: другие произведения.

Пёс Господень

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 4.66*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Сценарий написан по евангельским мотивам и не противоречит каноническим текстам. Более того, в ряде случаев он предлагает варианты обоснования евангельских событий, которые в канонических текстах кажутся необъяснимыми (необоснованными). Действие развивается параллельно событиям, известным евангелистам и описанным ими, и остаётся полностью ими незамеченным, несмотря на то, что оно теснейшим образом связано с их жизнью в период проповеднической деятельности Иисуса Христа. Главный герой - разбойник Варавва. По сценарию он: -происходит из крайне бедной семьи -одногодок Иисуса -был знаком с Иисусом в Назарете в детские годы -с детства вынужден ·подворовыватьЋ -в пятнадцатилетнем возрасте, совершив неумышленное убийство, вынужден бежать из Назарета -к тридцати годам становится известнейшим разбойником, главой шайки, которая совершает набеги на караванных путях -как-то, будучи в Капернауме, снова сталкивается с Иисусом, начавшим исполнение своей миссии -уверовав в Иисуса, понимает, сколь многие опасности могут подстерегать Иисуса и даже угрожать его жизни -принимает решение использовать все свои силы, все свои деньги, весь свой авторитет в преступном мире для охраны Иисуса, в том числе и ценой кровопролития; становится тайным ·псом при пастыре своёмЋ -всюду следует за Иисусом, предупреждая и устраняя опасности и покушения на его жизнь -но не может предотвратить взятие Иисуса под стражу в Иерусалиме -после третьего отречения Петра во дворе первосвященника и его бегства - там же смело объявляет себя учеником Иисуса - подобно Иисусу, добровольно идёт на крест - умышленно сдаётся властям с целью спасти жизнь Иисуса, дав народу возможность выбрать для распятия себя (страшного разбойника) и тем самым спасти (освободить) Иисуса -подвергается жестокому бичеванию перед освобождением из под стражи и приходит после этого в сознание только в ночь с субботы на воскресение, кода Иисус уже казнён и тело его уже положено в гроб -израненный и слабый, идет ко гробу Иисуса, чтобы проститься с учителем и умереть рядом с его телом - становится единственным свидетелем воскресения Иисуса -получает от Иисуса прощение -по воле Иисуса возносится вслед за ним. С мировоззренческой точки зрения, сценарий призван побудить зрителей задуматься о том, каким образом в этом мире сосуществуют добро и зло, о том, где находится граница между ними, и привлечь их внимание к учению Христа. С кинематографической (и прокатной) точки зрения сценарий направлен на создание остросюжетного фильма, интересного не только непосредственно показанными событиями, но и своей связью с основополагающими событиями в истории Христианского мира.

љ"Пёс Господень" (сценарий). Автор - Чочиев Виктор Александрович.
Зарегистрировано в нотариальном реестре 10-го ноября 2005г.

Основные действующие лица

ИИСУС - БЕЗГРАНИЧНОЕ ОБАЯНИЕ И ИСКРЕННОСТЬ

Варавва:
В десять лет. Его характер и образ жизни - сплав двух начал: природной доброты и правил элементарного выживания. Смелость, находчивость и сила характера позволяют ему верховодить среди мальчишек. Над ним - никого.
В пятнадцать лет. Жизнь обучила его только одному ремеслу - воровать. И убедила его в том, что при его способностях удача ему никогда не изменит. И несколько избаловала. И опять, над ним - никого.
В тридцать лет. Он уже всё себе доказал. Сменив воровскую профессию на разбойничью, он остался столь же удачлив. Он стал "знаменитым" разбойником, чья шайка наводит ужас на купцов и караванщиков. Но теперь он уже понимает, что удача не покинет его только в том случае, если он постоянно будет проявлять присущие ему ум, осмотрительность, решительность и даже справедливость. И его разбойники и он сам пролили много крови. Жизнь человеческая в его глазах стоит немного. Но бессмысленное кровопролитие ему претит. И по-прежнему, в его жизни над ним - никого нет. Но ему никто и не нужен - ни над ним, ни рядом с ним. С детских лет он совершенно забыл, что такое любить. Он знает, что никто другой не пожелает ему добра, и что, если он сам не позаботится о себе, никто другой этого не сделает. И он не считает такой уклад жизни неправильным.
Во время исполнения Иисусом его миссии. Мир Вараввы переворачивается. Он видит ярчайший пример абсолютно противоположной отношения к жизни, к людям, к Богу. Этот пример и открывшиеся ему истины совершенно очаровывают его душу. Причём внешне он этого не показывает. И он понимает, что смыслом его жизни (жизни человека - прежде абсолютно независимого) теперь должно стать служение - служение делу, миссии Иисуса. Как человек, лучше других знающий жизнь с её грязной и опасной стороны, он понимает, что Иисусу в его хождениях и проповедях нужна защита - иначе Иисус и его дело погибнет. И решает, что именно он должен заботиться о безопасности Иисуса - в этом он видит предназначение и смысл своей жизни. Он решает, что эта неприглядная сторона жизни должна остаться неизвестной Иисусу. И становится его тайным защитником.

Асир. Полный мужчина лет сорока. Когда-то был разбойником в шайке Вараввы. Во время описываемых событий живёт в Капернауме и играет там роль обычного купца - через него Варавва продаёт награбленное в городах Галилеи, Самарии и Иудеи. Варавва для него - был и остаётся непререкаемым авторитетом. Глубоко уверовал в Иисуса, что не даёт ему возможности продолжать жить прежней жизнью. Не задумываясь и полагая это совершенно для себя естественным, помогает Варавве охранять Иисуса.

Иосиф из Аримафеи. Пожилой, набожный, умный, богатый, страдающий - от того, что не в силах жить так, как он сам считает правильным ( а в последнее время - от того, что не живёт так, как призывает жить Иисус, в которого он глубоко уверовал ).

1. Десять лет

Солнечное утро. Небольшой смоковничный сад, огороженный невысоким забором из необработанных камней. На ветке большого дерева стоит одетый в отрепья крепкий мальчик лет десяти (Варавва). Около других деревьев и на некоторых из них - ещё 7-8 мальчиков примерно того же возраста, одетых немногим лучше. Все они босы. Мальчики с аппетитом лакомятся спелыми смоквами. Они негромко переговариваются:
- А Исаак, дурачок, побоялся пойти с нами.
- Через неделю уже начнут опадать
- Вкусно-то как !
- А пошли потом на речку !
Варавва (с привычной командной интонацией):
- Тише вы ! Что раскричались - услышат. И хватит жрать - с собой собирайте .
Один из мальчиков:
- Варавва, а пойдём потом купаться ?
Варавва не отвечает. Стоя наверху, Варавва осмотрелся вокруг, и не заметив никой
опасности, начинает очень быстро собирать смоквы в небольшой холщёвый мешок. Он откусывает половину очень большой смоквы и с аппетитом её жуёт. На его губах - сок спелого плода, на лице счастливая улыбка.
Вдруг крик одного из мальчишек:
- Атас !
Варавва быстро оглядывается и видит, как пацаны разбегаются кто куда, а к его дереву, молча, бегут с кольями двое мужиков. Позади них он видит старуху, также вооружённую палкой. Она кричит:
- Хватайте его ! Бейте его ! Сын потаскухи ! Его шайка нас по миру пустит ! Бейте Варавву !
Варавва спрыгивает на землю, бежит прямо на одного из мужиков, "финтом" уклоняется от его страшного удара колом и бьёт его с разбегу головой "под дых". Мужик, охнув, сгибается и хватается за живот. Он обегает этого мужика, но в это время кол второго мужика слегка "достаёт" его по голове. Варавва отшатывается и быстро бежит в направлении старухи, со словами "жадная ведьма" толкает её, бежит к забору и, перепрыгнув через него, скрывается. Старуха, сидя на земле, бьёт о землю рукой и кричит:
- Хватай те его ! Убейте его !

Низкая ветхая хижина у подножья холма - почти землянка, без двери и окон.. Возле неё, играя, возятся на земле две девочки пяти и семи лет, одетые в ветхие платьица. К хижине неровной походкой подходит Варавва. В одной руке у него небольшой мешочек (со смоквами), другой рукой он прижимает к ране на окровавленной голове пучок травы с запекшейся кровью. Девочки замечают его, вскакивают и бегут ему навстречу, с криками:
- Варавва !
- Ой ! Братик пришёл !
- Что у тебя с головой ?
Варавва:
- Задел о ветку... в роще.
- Ты купался сегодня ?
- Сегодня нет... Завтра пойду.
- Ну почему мама не разрешает нам ходить на речку !
- Правильно... вы же... девочки.
Через низкий дверной проём Варавва входит в хижину. Земляной пол, никакой мебели, жужжание мух, в сумраке на охапке соломы сидит очень худая женщина - мать Вараввы - с годовалым младенцем на руках и кормит его тощей грудью. Варавва протягивает мешочек матери:
- Возьми, тут смоквы.
- Да простит Господь моего сыночка!... Повесь его.
Варавва вешает свой мешочек на какой-то крючок на стене.
Положив ребёнка на сено, мать встаёт и спокойным голосом говорит:
- Пойдём, твою рану надо промыть.
Они выходят наружу и подходят к большому глиняному бочонку с обломанными краями. Тыквенной плошкой она зачерпывает воду из бочонка и промывает рану согнувшемуся в поясе Варавве.
Варавва:
- Уй ! Щиплет !
Мать:
- Когда-нибудь они убьют тебя... За несколько смокв или пригоршню бобов.... Горе мне...
- Что-ты, мама, я ловкий ... Никому меня не поймать ... И вообще, я буду жить вечно !
- Не святотатствуй !... Как мне жаль, что ты не ходишь в синагогу.
- Как же я туда приду, мама ?
- Как жаль.. Ты совсем не знаешь Закона... Как ты будешь жить...
Мать обмывает водой какую-то тряпку и говорит:
- Прижми к ране и полежи в доме.... Сара, Ребекка, не шумите, пусть Варавва поспит.
Мать обнимает Варавву и ведёт его в дом. Там они садятся. Мать:
- Утром обошла весь город... Нигде не было работы... Хорошо, что ты принёс смоквы. И Мария дала немного молока и хлеба. Слава Богу, теперь есть, чем покормить младших. Поешь и ты, вот хлеб.
Откуда-то из складок платья мать достаёт кусок хлеба и протягивает его сыну. Тот начинает есть. Мать:
- Господи, благослови семью Иосифа ! И особо, жену его Марию ! Если бы не они, нам бы не выжить...
Варавва:
- Они добрые люди... Только их дети играют с Сарой и Ребеккой. И никогда не дразнятся.
- Хоть бы ты подружился с Иисусом. Он такой замечательный мальчик ! Твой одногодок, а говорят, знает Закон не хуже раввинов.
- Как я с ним подружусь ? Он почти никуда не ходит... кроме синагоги...
- Полежи тут, поспи. А я схожу ещё раз в город.
Мать встаёт и выходит из дома, а Варавва ложится на сено рядом с младенцем. Потом встаёт, подходит к стене и выбирает самую спелую смокву из мешочка, откусывает от неё и начинает жевать. Затем он ложится рядом с младенцем и пальцами засовывает разжёванную смокву в ротик младенцу. Тот начинает жевать и, радостно улыбается.

Через несколько часов. Варавва просыпается. В доме он один. Он смотрит на пыльные лучи солнца, проникающие через щели в крыше и шепчет:
- Как хорошо!
Вдруг он морщится и притрагивается к ране на голове, прикрытой присохшей тряпкой. Он встаёт и выходит из дома. Видит девочек, играющих с младенцем. Спрашивает их:
- А где мама ?
- Ещё не вернулась.
- А.аа...
Варавва подходит к бочонку и, поливая тряпку на голове водой, помаленьку отдирает её от головы, изредка "уйкая" от боли. Затем он выливает полную плошку себе на голову и расправляет ладонями мокрые волосы на голове. Следующую плошку воды он выпивает. После чего говорит девочкам:
- Я пойду в город..
- Останься, поиграем ?
- Как я буду с вами играть... Я уже большой.
Варавва уходит.

Варавва идёт по узенькой улочке мимо бедных домов и убогих лавчонок. Их жильцы и хозяева::
- Проходи, проходи !
- Сын побирушки идёт...
- Хорошо, что один, без своей шайки !
- Что будет с нами, когда они вырастут !
- Он недостоин называться иудеем !
- А проломил таки ему кто-то голову !
- Уж я бы ударил посильнее !
Навстречу Варавве по середине улицы идёт Иисус, опрятно, но очень бедно одетый и тоже босой. Иисус:
- Здравствуй, Варавва ! Не слушай этих людей. Господь не благословит их слова !
- Я и не слушаю.
Иисус:
- Ты не более грешен, чем они. Ты добрый. Многие мальчики из тех, кого я знаю, берут из чужих садов.
И ты такой же.
- Нет ! Я сильнее и храбрее их ! Я никого не боюсь.
- Это так. Но не гордись этим. И ты должен бояться Бога !
- Иисус, ты же знаешь, я не хожу в синагогу и не знаю Закона.
- Приходи к нам в дом хоть каждый день, и я буду учить тебя. Но понемногу - отец хочет, чтобы я больше помогал ему, ведь я старший сын. Это правильно.
- Твой отец - лучший плотник в Назарете !
- Есть некоторые другие, которые могут сделать лучше. Так говорит отец. Но он говорит, что Господь сподобил его умению работать очень быстро. Поэтому он берёт цену меньше, чем другие плотники и столяры. И от этого хорошо и людям, и ему. Но он стареет и ему нужен помощник. А мне уже 10 лет.... Что у тебя с головой - болит ?
- А, ерунда !
- Можно мне потрогать ?
- Только не ковыряй.
Иисус трогает рану и осматривает её. Потом на несколько секунд прикрывает рану ладонью.
Иисус:
- Ну, я пошёл.
- Я сегодня же приду к тебе - начнешь меня учить ?
- Приходи, как стемнеет, когда отец закончит работать. Заодно, я попрошу маму дать тебе еды от ужина.
- Как же ты будешь читать в темноте ?
- Что ты ! У нас в доме нет книг, они - в синагоге. Но те, что там есть, я уже выучил наизусть.
- А я даже читать не умею.
- Не бойся. Чтобы быть угодным Господу, не обязательно уметь читать. Главное - понимать Закон сердцем. А сердце у тебя доброе.... Я должен идти.
- Мир дому твоих родителей !
- Мир вашему дому !

2. Пятнадцать лет

Базарный день. Солнце заливает шумную рыночную площадь. Она запружена людьми. Часто в толпе попадаются идущие по двое вооруженные стражники. Иногда они кулаками расчищают дорогу перед собой.
Зазывные крики торговцев и реплики покупателей:
- А вот масло, лучшее масло !
- Вино ! Вино ! В мехах и в розлив ! Пробуйте ! Самое лучшее !
- Ах, какие рабы ! Какие рабы ! Какие молодые и сильные ! Каждый работает за двоих !
- Куры и гуси !
- Хитоны ! Хитоны !
- Два динария !? Да таких цен и не бывает !!
- Свежий хлеб ! Утренняя выпечка ! Утренняя выпечка!
- Точу ножи ! Точу ножи !
- Пошёл прочь, грязный побирушка !
- Лучшие ткани Востока ! Жемчуга !
- Хватит пробовать, хватит с тебя! До субботы наелся !
- Свежая рыба ! Ночью ещё плавала в море !
- А на обмен ? Две меры пшеницы дам !
- Предсказываю будущее ! Маг из Египта предсказывает будущее !
- Печёные голуби ! Настоящее объедение ! Кто пробовал, знает !
- А вот я сейчас позову стражников !
- Кувшины и чаши ! Самые дешёвые кувшины !
- Лови мальчишку ! Держи его !
- Сандалии ! Крепкие ! Самые дешёвые. !
- Холодная вода ! Есть вода !
Между торговых рядов уверенной походкой идёт, проталкиваясь сквозь толпу, Варавва. Он выглядит почти взрослым. Одет он бедно, но сандалии на его ногах - просто роскошны, а на поясе у него висит очень красивый небольшой кинжал. Позади него, молча идут двое его товарищей.
Варавва "пристраивается" вслед богато одетому человеку, двое товарищей прикрывают его своими спинами. Через несколько секунд Варавва останавливается и поворачивается к своим товарищам, молча показывая им перевязанный ремешком, отделанный вышивкой и полудрагоценными камнями кожаный мешочек ("кошелёк"). Те одобрительно кивают головами. Все троё поворачивают и идут по другому ряду.
Варавва с товарищами останавливается у лотка продавца жареных кур. Продавец, с угрожающей интонацией:
- Проходи мимо, Варавва.
Варавва:
- С каких пор, Есром, ты стал прогонять покупателей ?
Варавва бросает на прилавок монету и говорит.
- Я беру вот... эту. Сдачу оставь себе.
Выбрав курицу и немного отойдя, он разрывает её на 3 части, две из которых передаёт своим товарищам:
- Это тебе, Хайм. Это тебе, Овид. Деньги поделим позже. Всё - хватит работать сегодня. Пошли отсюда.
Все трое идут к выходу с рынка, на ходу уплетая куриное мясо. Увидев вдруг у своих ног пугливо озирающуюся худющую бродячую собаку, Варавва приседает на корточки и протягивает ей остатки своего куска курицы:
- На. На, подойди, не бойся... Все голодные должны быть сыты.
Собака робко берёт кусок и убегает. Варавва вытирает руки об одежду.
Один из товарищей Вараввы, Хайм:
- И когда ты перестанешь, Варавва... Собака - нечистое животное.
Овид:
- Он же всегда был таким... Скоро все собаки Назарета станут толстыми, как свиньи.
Варавва:
- Где ты видел свиней, Овид. ? Ты же никогда не был дальше одного дня пути от Назарета.
Овид:
- Я слышал, свиньи всегда толстые и жирные...
Хайм:
- Всякий зверь может быть тощим.
Овид доедает курицу и тоже вытерает руки об одежду.
Хайм, пережёвывая курицу:
- Варавва... а давай... поделим деньги прямо здесь. Вон - в переулке.
Варавва:
- Нехорошо это... Ну, ладно. Пошли.
Они заходят в глухой переулок и останавливаются.
Варавва достаёт из-за пазухи очень солидно выглядящий первый "кошелёк", раскрывает его и высыпает деньги себе на ладонь:
- У-у, только медные монеты... Жалко... А мужик выглядел таким богачом... Может, уже успел потратиться. Ну ладно.
Варавва, не считая отсыпает часть монет в грязные ладони Хайму и Овиду. Те молчат. Остальные деньги Варавва высыпает обратно в "кошелёк" и прячет его за пазуху.
Затем Варавва достаёт второй "кошелёк" - очень плохонький тряпичный мешочек - и, заглянув внутрь него и присвистнув, говорит:
- А вот этот уже лучше, есть и серебряники. Делю не глядя.
Варавва отсыпает денег в ладони Хайма и Овида. Затем, затянув ремешки "кошелька", суёт его себе за пазуху и тем же движением достаёт оттуда третий "кошелёк" украденный последним.
- А на этот у меня самая большая надежда. Смотрите - он и сам стоит дорого.
В этот момент из-за близкого угла вдруг появляется и поворачивает в переулок тот самый человек, у которого этот "кошелёк" был украден. Заметив стоящую троицу, он с несколько испуганным выражением лица приостанавливается и решает, было, пойти другим путём. И вдруг он замечает в руках у Вараввы свой кошелёк. Его лицо заливает гнев. Он начинает медленно отступать и сначала шёпотом, а потом всё громче кричит:
- Люди... Стража !... Караул !! Вот он !!! Он украл мой кошелёк !!!!
Из-за угла выбегают двое молодых вооружённых стражников, за ними - другие люди. Троица бросается наутёк. Позади себя они слышат крики:
- Держи !
- Лови их !
- Это Варавва, я узнал его !
- И Овид ! Овид с ним !
- Догнать ! Уйдут !
Толпа постепенно отстаёт, но молодые стражники - всё ближе. На одном из перекрёстков трое преследуемых разбегаются в разные стороны. Один из стражников продолжает бежать за Вараввой, другой за Хаймом. И вот уже Варавва бежит узким проулком между двух стен. Вдруг он видит, что из этого проулка нет выхода - он кончается запертыми воротами. Варавва кидается к забору и пытается через него перелезть, но сразу у него не получается, он срывается. В это время стражник уже совсем близко - он останавливается, не добежав до Вараввы, и переводит дух, не спуская глаз с преследуемого. Варавва достаёт кинжал. Видя это, стражник вынимает из ножен короткий меч. Они смотрят в глаза друг другу. Вдруг Варавва бросается прямо на стражника. Использовав взмах кинжала (от которого стражник легко отмахивается мечом), как отвлекающий жест, Варавва с разбегу сильно бьёт стражника ногой в грудь и обегает его. Тот взмахивает руками, отшатывается и, запнувшись обо что-то ногами падает на спину, железный шлем слетает с его головы, и его затылок с силой ударяется об острый камень. Стражник, застонав, замирает.
Варавва бросается к выходу из тупика. Но в этот момент в тупик вбегает толпа преследователей. Варавва слышит их крики:
- Это Варавва !
- Варавва !
- Я узнал его !
Варавва снова кидается к забору, на этот раз ему удаётся забраться на него, и он спрыгивает на другую сторону в чей-то сад. Приземлившись на корточки, он слышит по ту строну забора возбуждённые голоса:
- А стражник-то мёртв...
- Дайте посмотреть.
- Нет, не дышит !
- Варавва убил стражника !
- Смерть Варавве !
- Смерть !
- Смерть Варавве !
- Бежим, его надо найти !
Варавва кидается прочь от забора.

Лунная ночь.. Где-то за городом. Негромкий разговор Вараввы с матерью. Варавва:
- ... Теперь ты понимаешь, я должен уйти из города. Уйти далеко, где меня никто не знает.
- Как ты будешь жить... Как же мы без тебя...
- Вас не тронут. Вы же не убивали.
- Да простит тебя Господь !
- Мама, я же рассказал, как всё было ! Я же не хотел.
- Твой путь - дорога грешника, сынок..
- Никто не праведен, мама.
- Кто теперь даст мне работу...
- Ну.. есть же добрые люди. На первое время тебе хватит денег, которые я тебе дал. А потом... Потом я постараюсь вам помогать.
- Никто не возьмёт замуж твоих сестёр...
- Не завтра им замуж, всё образуется, мама.
- Прости меня , сынок.
- Прости и ты меня, мама.... Я пойду... За ночь я доложен уйти далеко...
- Куда ты пойдёшь ?
- Сначала думал - в Тир или Сидон. Думал, наймусь в матросы.
Но я так боюсь воды. Так и не научился плавать. Пойду в другую сторону - в Сирию. Будь, что будет.
- Бедный мальчик ! Столько разбойников на дорогах !
- Меня не легко обидеть. Ты знаешь.... Я пойду... За ночь я доложен далеко уйти ...
- Прощай, Варавва... Храни тебя Бог !
- Прощай, мама.
Варавва решительно поворачивается и быстро уходит. Лунный свет падает на его лицо, плачущие глаза. Он всхлипывает и утирает слёзы кулаками.

3. Тридцать лет

Раскалённая солнцем пустыня. Холмы, скалы, овраги. По каменистой дороге медленно движется небольшой караван: десятка полтора верблюдов с поклажей, хозяин каравана - толстый купец верхом на верблюде, несколько вооружённых пеших погонщиков, пять охранников на лошадях. Лица людей разморены жарой и усталостью от долгого перехода. Тишину нарушает только мерные позвякивания колокольчиков на верблюжьих шеях..
Вдруг отчётливо раздаётся резкий свист летящих стрел, пущенных откуда-то сверху. Убитые охранники валятся с лошадей. Один охранник только ранен в плечо. Он с криками судорожно разворачивает своего коня, пришпоривает его и, мотаясь в седле направо-налево, скачет в обратном направлении и исчезает за поворотом дороги. Этот манёвр пытается повторить и купец, но верблюд почти не реагирует на его беспорядочные крики. Наброшенный издалека на шею купца аркан стягивает его с верблюда, и он грузно валится на землю. Пытается встать, но у него не получается, и он остаётся сидеть на земле, широко раскинув ноги. Всё это время гружёные верблюды продолжают невозмутимо шагать по дороге (они остановятся, только пройдя около сотни метров) - в отличие от своих погонщиков, которые сразу же остановились, а некоторые из них присели на корточки. На их лицах нет страха, некоторые - просто невозмутимы.
К купцу молча подходит, смахивая свой аркан, рослый разбойник (Ефрем). Сняв петлю аркана с головы купца, он хлопает ею купца по спине - со словами:
- Хор-роший купец !
Вместе со своим атаманом - Вараввой - подходят и подбегают другие разбойники. Слышны их реплики:
- Сегодня удача не отвернулась !
- Хороший набег !
- Мы даже не вынули мечей из ножен !
- Варавва любит, когда так спокойно и тихо !
- Лучшие деньги - лёгкие деньги !
- Ха- ха !
- Жалко, караван маловат !
- А Вооз-то сегодня промахнулся !
- И лучший лучник может ошибиться !
- Посмотрим, что в мешках !
Варавва сильно изменился. Теперь это крепкий, уверенный в себе чернобородый мужчина с шапкой курчавых волос.
Варавва:
- Сейчас нет времени осматривать товары ! Следом идёт большой караван, охраняемый сотней всадников. А Вооз промахнулся ! И раненый охранник может через час доскакать до них. Вооз не получит сегодня доли ! Для чего я собирал самых лучших лучников ? Вооз, мой гнев на тебе ! Те же лучники, кто не промахнулся, получат, как обычно, по три доли. Три доли получит и Ефрем, заарканивший купца.
Один из разбойников:
- Опять отпустишь погонщиков, Варавва ? Их можно продать - хорошие деньги !
Варавва:
- Аарон, ты жаден и глуп ! От Иерусалима до Дамаска все караванщики знают, что Варавва не трогает погонщиков ! И посмотри - эти даже не обнажили мечи ! Что может быть лучше ? А ведь они могли пролить твою гнилую кровь, Аарон !
Варавва обращается к купцу:
- Купец, я не знаю тебя - как твоё имя ?
- Ахтур из Дамаска...
- Хорошо ли ты известен в Дамаске ?
- Меня знают на рынках.
Варавва оборачивается в сторону погонщиков:
- Погонщики, к вам моё слово ! Оставляю вам ваше оружие, деньги и воду ! Возвращайтесь в Дамаск ! Скажете семье купца, что его цена - ... пятьсот динариев ! За выкупом к ним придёт мой человек. И мы сами доставим купца в Дамаск ! По обычаю, в Дамаске вы получите хорошую награду от его семьи ! Я всё сказал ! Уходите ! И поживее, пока я не передумал !
Погонщики быстро уходят в сторону Дамаска.
Варавва:
- Снять оружие с охранников ! Трупы - в овраг ! Купца связать - и поперёк его верблюда ! Да не забудьте завязать ему глаза !
Приказания атамана очень быстро исполняются.
Варавва:
- Всё ! Уходим к нашим пещерам ! Гоните лошадей и верблюдов ! Быстро ! Быстро !
Караван уходит в сторону от дороги. Последняя лошадь тащит за собой срубленный куст, заметающий следы. Ветер окончательно их уничтожает.

4. Начало

Поздний вечер. В комнате темно. Свет - только от затухающих углей очага. На топчане лежат мужчина и женщина. Мужчина мерно похрапывает. Раздаётся слабый стук: три удара - два удара, три удара - два удара. Женщина садится и толкает в бок мужчину. Тот привычным движением хватает под топчаном короткий меч и быстро встаёт.
Женщина:
- Асир, кто-то стучал в ворота...
- Нет хуже ночных гостей...
Характерный стук повторяется.
Асир:
- Это стук Вараввы ... Женщина, пойди спроси, если ответит "Варавва" - откроешь. Иначе не открывай. А я посмотрю с крыши.
Мужчина неслышными шагами поднимается по приставной лестнице куда-то наверх.
В комнату входит Варавва. Варавва:
- Мир дому твоему, Асир ! Это я, Варавва. Спускайся.
Асир спускается вниз со словами:
- Давно ты не появлялся у меня.
- У тебя новая жена ?
- Да. Через четыре месяца родит от меня. Покойная Рахиль была неплодна.... Но как ты разглядел...
- Поживёшь моей жизнью лет десять - научишься видеть в темноте.
- Фамарь, зажги светильник !
Входит жена Асира, она зажигает лучину в очаге, затем зажигает ею масляный светильник, стоящий на низком столе.
Становится видно, что Асир - толстый мужчина, выглядящий несколько старше Вараввы, а Фамарь - совсем ещё девочка (12-13 лет). Фамарь раскладывает подушки вокруг стола. Мужчины садятся на них.
Асир:
- С чем пожаловал ко мне в Капернаум ?
- Сказать тебе, что я не доволен тобой.
- Разве ты мало получаешь через меня ?
- В последнее время - всё меньше и меньше. Но главное в другом - стали поговаривать, что ты торгуешь захваченным товаром - моим товаром. Ты стал ленив.
- Чего только не говорят люди...
- О тебе люди говорят правду. И чем больше таких разговоров, тем больше станут тут меня выслеживать, и тем короче будет моя жизнь..
- Долгих лет тебе, Варавва !
- Ты стал ленив. Всё больше товара ты продаёшь в самом Капернауме, всё меньше товаров ты шлёшь караванами в Тир, Кесарию, Назарет, Самарию. И вот люди за тобой стали замечать.
- Но на караваны могут напасть в дороге.
- Лицемер ! Ты знаешь, что караванам с МОИМ товаром ничто не угрожает.
Асир (сокрушённо):
- Простишь ли ты меня, Варавва ! Я совсем потерял голову. Торговля стала мне ненавистна. И даже деньги. Я перестал ходить в синагогу.
- Ты, самый набожный из моих людей ?!
- Да, Варавва - ибо там священники и книжники поносят Его. Слышал ли ты о новом пророке в Галилее ?
- В Галилее что ни год - объявляется дюжина пророков.
- Да, несть числа лже-пророкам. Но Иисус - пророк истинный ! Бог - свидетель моим словам !
- Я плохо знаю писания, но даже мне известно, что должны мы ждать пришествия пророка Илии.
- Иисус сказал, что Илия приходил, но не разглядели его люди. И взял Илия имя Иоанна, и под именем сим крестил людей в Иордане, и сам Иисус крестился от него.
- И как зовут твоего пророка ?
- Иисус.
- И что он - местный парень ?
- Он пришёл к нам из Назарета, там же живёт семейство его.
- Знавал я одного Иисуса в Назарете... Сколько лет ему ?
- Не знаю... Наверное, чуть-чуть помоложе тебя.
- Знавал я одного Иисуса в Назарете... А как он выглядит ?
- Он... Он светел ! Когда он приходит, кажется, воздух наполняется светом ! Когда он говорит, кажется, что всю жизнь хотелось услышать его голос ! Он говорит... Он говорит (Асир встаёт, лицо его воодушевляется): "Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное ! Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю ! Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут ! Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят ! Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас ! Ударившему тебя по щеке подставь и другую ! И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними."
Асир замолкает, и оглядывает комнату, как будто видит её впервые. Садится и опускает голову.
Варавва:
- Асир, эти слова прекрасны, но они не о тебе. Твои руки в крови. Вспомни, скольких ты убил.
Асир ещё ниже опускает голову и отводит взгляд в сторону:
- Ныне я возлюбил Господа и пророка его. И прощён буду! И хочу креститься в Иордане от Иоанна, исповедовав грехи свои.
- Слышал я, что недавно взят он под стражу и сидит в темнице у Ирода. Так за что Иисуса поносят в синагоге твоей ?
- Не понимаю я. Иисус ведь говорит: "Не нарушить закон или пророков пришел я, но исполнить". Правда, учит он не как фарисеи и книжники, а как власть имеющий. Власть от Бога. Этой властью исцелил он уже многих больных и расслабленных по всей Галилее, и даже бесноватых. У соседа моего, сотника, он излечил слугу, даже не войдя в дом его, просто сказав слово на улице.
- Знал бы сотник, кто у него соседом... Так Иисус жил в Назарете, и моих лет ?
- Да.
- Я ведь тоже из Назарета. Знал я в детстве одного Иисуса - одногодка моего. И был странный случай, который помню я до сих пор. Наложил он ладонь на рану мою. И тотчас перестала болеть, а к вечеру затянулась.
- Варавва ! Точно - это он !
- И он же мальчишкой ещё знал все книги на память. Он даже недолгое время вечерами учил меня закону. Жалко, что лень моя была сильнее его усердия.
- Варавва ! Нет сомнения ! Иисус - друг детства твоего !
- Друзьями мы не были... Хочу завтра взглянуть на этого Иисуса.
- Варавва, опасно тебе показаться в городе днём !
- Вели Фамари, чтобы утром постригла меня, укоротила бороду и окрасила волосы хной. Спросят - скажешь, что я Осия, сын дяди твоего из Эммауса.
- Жизнью рискуешь, Варавва ! Да и дом сотника рядом.
- Тридцать лет рискую. Да сбудется всё по воле Божьей !
- Завтра будет он в синагоге нашей.
- Там и увижу его.

5. В синагоге

Большой зал, освещённый факелами на стенах. Он переполнен людьми. На невысоком возвышении стоит Иисус. Слева от него группой расположились священники и книжники, с другой стороны стоят первые ученики: Пётр, Андрей, Иаков, Матфей и Иоанн. Асир (который стоит и слушает, как зачарованный) и рыжебородый Варавва находятся довольно близко от Христа и книжников.
Иисус, продолжающий свою проповедь:
- Горе народу Израилеву ! В синагогах сели книжники и фарисеи ! Всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, но не делают. Они связывают бремена тяжелые и возлагают их на плечи людям, а сами не хотят двинуть и перстом ! Любят приветствия в собраниях, и чтобы люди звали их "учитель". Но один у вас Учитель - Господь Бог, вы все же - братья ! Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что затворяете Царство Небесное людям, ибо сами в него не входите и хотящих войти не пускаете ! Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что поедаете домы вдов, а потом и лицемерно долго молитесь ! Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность ваших чаш и блюд, а внутри они полны хищения и неправды ! Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты ! Так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония.
Да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого вы убили между храмом и жертвенником !

Проповедь прерывается протестующими криками священников и книжников, которые бросают на Иисуса яростные взгляды:
- Он богохульствует !
- Он же ест и пьёт с мытарями и грешниками !
- Не слушайте его, люди, ибо он безумен !
- Из Назарета его прогнали, так пришёл смущать народ в Капернауме !
- Из Назарета может ли быть что доброе !
- Не пророк - а плотник, сын плотника ! Известен !
- Да он же бесноватый !
- Красноречие его - от бесовского князя !
- Да он сам Веельзевул !
Особенно неистовствует один молодой книжник Иссахар. Он совершенно не может сдерживать себя, в его глазах - фанатический блеск, руки его сжимаются в кулаки, в бессильной злобе он потрясает поднятыми руками. Он выкрикивает угрозы:
- Горе и позор Израилю, что породил тебя !
- За хулу твою повинен смерти !
- Да что же мы не гоним его из синагоги !
- Убить его как собаку !
Варавва обращает на него внимание и начинает пробираться к Иссахару поближе, наконец встаёт за его спиной и слышит, как Иссахар злобно шепчет про себя:
- Не другой праведный человек, так я убью его... Жалко, нет с собой ножа... Убью его! Клянусь всеми пророками ! Так будет угодно Господу !

Проповедь Христа прерывается также одобрительными криками людей:
- Не мешайте ему !
- Пусть говорит !
- Где же и учить, как не в синагоге !
- Знаю отца его Иосифа - добрый человек !
- А ведь верно про фарисеев !
- Тише ! Тише !

Христос замолкает. Потом с грустью говорит:
- Вижу, семя Авраамово, что слово мое не вмещается в вас.
Затем он обращается к своим ученикам:
- Выйдем из синагоги сей.
Они проходят через расступающуюся толпу к выходу.

Дом Асира. Та же комната. Асир и Варавва сидят за тем же столом. Свет падает в комнату косым лучом из небольшого высоко расположенного оконца.
Варавва:
- Я узнал его сразу. Как только увидёл. Это он - учитель Закона в детстве моём.
Асир:
- Но теперь он стал выше Закона. Уверовал ли ты в него, Варавва ?
- Уверовал и в слова Иисуса, и в святость его. Он учитель, посланный народу Израилеву от Бога, ибо таких слов, какие он говорит людям, никто не может сказать, если не будет с ним Бог !
- Истинно говоришь, Варавва ! Блажен будешь в Царстве Божьем !
- О блаженстве ли думать - страх терзает душу мою. Погубят его правители, фарисеи и книжники, ибо не имеют врага, страшнее, чем он. Понял ли ты это, Асир ?
- Слышал я сегодня слова их. Но местных я знаю - они малодушны и не замыслят погубить Иисуса.
- Ты стал ленив, Асир. И уши твои запечатаны воском - в трёх локтях от тебя решено было предать Иисуса смерти !
- Ты пугаешь меня, Варавва !
- Видел ли ты молодого книжника, потрясающего кулаками на Иисуса ?
- Знаю его - это Иссахар.
- Сегодня он поклялся самолично убить Иисуса.
- Верить ли мне ?!
- Иссахар поклялся всеми пророками. Ведь Иисус - сын человеческий, и по сему - смертен. Горе Израилю, если погибнет он и не завершит дело своё !
- Надобно помешать Иссахару !
- ... Сказал Иисус, что подобен он доброму пастырю, который жизнь положит за овец своих... Стану же этому пастырю верным псом, который жизнь положит за него !
- Иссахар может ...
- Не беспокойся... Иссахар - наименьшее из всех зол.

6. Иссахар

Небольшая площадь, ограниченная с одной из сторон высокой стеной. В трёх метрах от стены на небольшом ящике стоит Иисус. Слева и справа от него стоят его ученики лица их обращены в сторону большой толпы жителей Капернума, собравшихся на проповедь Иисуса. За спинами Иисуса и его учеников только один человек - Варавва. Он во все глаза смотрит на Иисуса и внимательно слушает его, не забывая время от времени посматривать по сторонам.
Голос Иисуса на фоне гула толпы (эта проповедь продолжается в течение всей сцены):
- Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему "безумный", подлежит геенне огненной... Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу, и не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта.... Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже любодействовал с нею в сердце своем.... Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну....
Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. А я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий, ни землею, потому что она подножие ног Его, ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя, ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.... Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую;
и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду.... Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся.... Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего.
А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники?
Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный.... ......................

Вдруг у стены появляется человек - Иссахар. В одной руке он несёт что-то, завёрнутое в тряпку. Стараясь остаться незаметным, он прижимается к стене и постепенно приближается к Иисусу. Варавва не показывает, что заметил Иссахара, но, как бы ненароком, делает несколько медленных шагов в сторону Иисуса и оказывается рядом с ним. Спина Вараввы обращена в сторону Иссахара. Иссахар достаёт из тряпки нож. Он крайне возбуждён. Сделав два глубоких вздоха и беззвучно что-то прошептав, Иссахар с ножом наперевес бросается от стены к Иисусу. В тот же момент Варавва резко оборачивается навстречу Иссахару, В руке у Вараввы кинжал. Взгляды Вараввы и Иссахара встречаются. Лицо Вараввы спокойно, на лице Иссахара - ненависть и отчаяние. Иссахар продолжает свою атаку - теперь уже на Варавву. Тот выбивает одной рукой нож у Иссахара, а другой наносит удар кинжалом в его правое плечо. На лице Иссахара - боль, недоумение и обида. Не издав ни звука, он горбится и зажимает рану рукой. Варавва подставляет ему плечо, крепко обнимает его за пояс рукой и с произнесёнными шепотом словами "Тихо... Тихо... Тихо" отводит его вдоль стены от Иисуса.
Варрава подводит Иссахара к группе книжников, стоящих при входе в синагогу. Увидев их и то, в каком состоянии находится Иссахар, часть книжников подбегает к нему и подхватывают его на руки и уводят в синагогу.
Варавва (оставшимся книжникам):
- Вижу, знаком вам человек сей. Он обознался и напал на меня на площади. Рана его не опасна и излечится через месяц.
Даже не знаю, подать ли мне на него ...
Варавва уходит. Один из книжников цедит сквозь зубы:
- От Иссахара можно ли было ждать чего полезного...

7. Погоня

Двор дома Асира. Под навесом у стены стоит грубо сколоченный стол. На нём установлен небольшой круглый точильный камень с ручкой. Вращая её левой рукой, Варавва оттачивает лезвие кинжала, который держит в правой руке. На верстаке лежит короткий меч. Варавва работает тщательно и с удовольствием, бормоча или напевая что-то неразборчивое себе под нос. Ворота открываются, и с улица во двор вбегает Асир:
- Беда, Варавва ! Беда !
Варавва, не прерывая своей работы:
- Что опять случилось в этом городе ?
- Они написали прошение правителю Пилату ! Винят Иисуса, что он смущает народ и подбивает его к мятежу против кесаря ! Что толпы, следующие за Иисусом, вооружены ! Они просят правителя схватить Иисуса и судить его как мятежника !
Варавва прекращает работу и в сердцах бросает кинжал в деревянный столб - одну из подпорок навеса, кинжал с глухим стуком глубоко вонзается в дерево.
Варавва:
- Как и когда собираются они послать прошение в Иерусалим ?
- Оно уже послано - час назад сотник назначил нарочными гонцами двух стражников, и они уже выехали из города верхом на мулах.
- Седлай своего коня, Асир !
Варавва быстро идёт в дом, а Асир - в конюшню.
В одной из комнат дома Варавва поднимает половицу и достаёт из-под неё мешок с деньгами. Взяв с полки два маленьких кожаных мешочка (кошелька), он заполняет их монетами, после чего перевязывает их ремешками и прячет себе за пазуху. Положив под пол мешок с деньгами, Варавва выходит во двор, где его уже ждёт Асир с осёдланной лошадью, взятой под уздцы. Подпоясовшись поясом с кинжалом и мечом, Варавва легко садится на коня и спрашивает Асира:
- Каковы эти стражники на вид ?
- Один из них - Азария - очень рослый и с родимым пятном на щеке. Вооружены оба.
Асир идёт открывать ворота на улицу.
Варавва:
- Асир, я не поеду через город ! Открой мне лучше калитку в огороды.
В другой стороне двора Асир открывает маленькую калитку. Перед тем как уехать Варавва говорит:
- Жаль, что нет для тебя второго коня....Ничего, сейчас же пойдёшь пешком на Иерусалим. Не далее Тивериады встречу тебя. Возможно, передам тебе их мулов, которых ты продашь подальше от Капернаума, чтобы не были опознаны.
Варавва пришпоривает коня и быстро уезжает со двора.

Залитая солнцем равнина. Двое стражников едут по дороге. Их мулы идут бодрой ровной рысью.
Позади них раздаётся всё более громкий стук копыт.
Азария ( не оглядываясь):
- Кто-то очень торопится...
Второй стражник (Хайм):
- По такой жаре загонит он лошадь свою.
- Может римский солдат с эстафетой ?
Хайм (обернувшись): - Нет... Не похоже... Иудей....

Варавва обгоняет стражников и разворачивает своего тяжело хрипящего коня поперёк дороги. Он поднимает руку с плетью и кричит стражникам:
- Стойте !
Стражники останавливают своих мулов. Варавва бросает плеть на землю, лезет освободившейся правой рукой за пазуху, достаёт оттуда два кошелька и протягивает их стражникам:
- Стойте ! По триста статиров каждому за письмо ваше ! По триста статиров - и возвращаетесь в Капернаум через месяц и говорите сотнику, что хотите ! По триста статиров ! Ну ?!
Хайм:
- Как же мы оставим домы свои и семейств свои...
Варавва:
- И по триста статиров каждому, после того, как вернётесь. Ну ?!
Азария:
- Верно, ты один из учеников Иисуса, что поносит священников наших и хочет погубить народ Израиля ! Не будет по-твоему !
Хайм:
- Не будет по-твоему !
Азария и Хайм выхватывают мечи. Варавва бросает кошельки в сторону и тоже выхватывает меч.
Варавва:
- Сами вы выбрали удел свой !
Варавва бросает своего коня в сторону Хайма, и они сражаются на мечах, оставаясь в сёдлах. При этом конь Вараввы движется так, что мул Хайма отгораживает Азарию от Вараввы, и Азария не может помочь Хайму. Скоро Хайм повержен и валится из седла. Мул Хайма взбрыкивает и отбегает. Варавва остаётся один на один с Азарией. Тот втыкает свой меч в бок коня Вараввы. Конь взвивается на дыбы и падает набок, придавив Варавву. Варавва делает попытку освободится из-под коня, но сразу у него не получается. Азария спрыгивает со своего мула и с гаденькой улыбочкой подходит к Варавве. Варавва взмахивает рукой - и в горле Азарии торчит кинжал. Азария хрипит и падает на дорогу.
Варавва выбирается из под коня. Подходит и садится на корточки возле тела Азарии, вынимает свой кинжал, обтирает его об одежду Азарии и суёт его в ножны. После этого он снимает с пояса Азарии холщёвую сумку, раскрывает её и достаёт оттуда скреплённый печатью свиток, сжимает его в комок и бросает обратно в сумку, закрывает её, встаёт и приторачивает её к своему поясу. Потом он осматривается, поднимает с дороги брошенные им кошельки и суёт их за пазуху. Затем он подходит к одному из мулов, мирно щиплющих траву у дороги, берет его под уздцы, подводит и кладёт ему на спину тяжёлое тело Азарии. Мул нервно и опасливо косит свой взгляд на поклажу. Варавва берёт его под уздцы и отвозит тело Азарии в недалёкую рощицу. То же самое он делает и с телом Хайма. Возвратившись, он снимает седло с тела своего коня, подбирает с дороги мечи стражников и одну их двух уздечек стражников, идёт со всем этим в рощицу и возвращается уже с пустыми руками. Варавва подходит ко второму мулу и подводит его к первому. Он подбирает с земли свою уздечку и уздечку одного из стражников и в последний раз внимательно оглядывается вокруг себя, садится на одного из мулов, и, держа второго мула за уздечку, направляется в сторону Капернаума.

Скоро Варавва встречает Асира, быстрым шагом идущего ему навстречу.
Асир:
- Всё ли в порядке ? Ты не ранен, Варавва ?
- Я цел. Но конь твой пал.
- А стражники ?
- Их нет. Я всё прибрал. Только конь остался на дороге.
Варавва слезает с мула и говорит:
- Вот, садись на любого и продай обоих в Тивериаде, там же купи нового коня, а я пешком вернусь в дом твой. Всё ли ты понял, Асир ?
- Да, Варавва.
- Тогда расходимся.

Варавва идёт по дороге. Проходя мимо небольшого пруда, он сворачивает к нему. На берегу он снимает с пояса сумку с посланием к Пилату, развязывает её, кладёт внутрь камень, поднятый с земли, завязывает сумку, бросает её в воду, отряхивает друг о друга руки и энергичным шагом возвращается к дороге.

8. Умножение хлебов

Холмистая местность с разбросанными кое-где большими валунами. Местами встречаются небольшие скалистые обрывы. По петляющей меж холмов дороге в окружении учеников идёт Иисус. Он о чём-то оживлённо беседует с учениками. Впереди на удалении 300-400 метров идёт одинокий путник. Это Варавва. Иногда, прежде, чем зайти за очередной изгиб дороги, за которым ему не будет видно Иисуса, он оборачивается и проверяет, где находятся следующие за ним. Варавва внимательно осматривает окрестности впереди и по сторонам дороги. Иногда он останавливается и во что-то внимательно вглядывается. Потом идёт дальше.
На склоне одного из придорожных холмов, метрах в пятидесяти от дороги, замаскированный большим валуном и кустами, расположился оборванный человек с большим боевым луком. Человек сидит и внимательно смотрит на дорогу в направлении, откуда должен появиться Иисус с учениками. Самого его почти не видно с дороги. Но, подойдя к этому месту, Варавва замечает конец лука, прислоненного к валуну. Варавва спокойно проходит это место. Затаившегося человека он не заинтересовал. Пройдя метров 100-150, Варавва медленно сворачивает с дороги и бесшумно бежит к тому месту, где он увидел лук. Не добежав, он переходит на шаг и становится особенно внимателен и осторожен. Наконец, Варавва замечает притаившегося человека и останавливается, наблюдая за ним.
Когда человек замечает приближающегося Иисуса, он встаёт, берёт стрелу из колчана, заряжает ею свой лук и изготавливается к стрельбе, ожидая, когда Иисус подойдёт поближе. Варавва берёт в руку кинжал, и подкрадывается к человеку за его спиной. Он подходит к человеку вплотную, крепко охватывает его рукой и приставляет лезвие кинжала к его горлу, произнеся при этом:
- Ни звука ! И не шевелись !
Варавва и человек, молча , застыв, как изваяния, наблюдают, как не подозревающие о происходящем Иисус и его ученики проходят мимо них. До них доносятся плохо различимые слова.
Наконец Варавва отпускает человека и отходит от него. Человек оборачивается. На его глазах - слёзы. Рука человека разжимает лук, и он падает на землю. Следом на землю безвольно опускается и сам человек. Он плачет, тихо всхлипывая.
Через некоторое время он говорит:
- Зачем... зачем ты не дал мне его убить !
- Почему ты ищешь убить Иисуса ?
- В нём причина всех бед моих !
- Я вижу, ты не фарисей, не книжник, не богач, не власть имеющий. Это они мыслят, что Иисус враг им. И даже они ошибаются.
- Я простой крестьянин. Но Иисус погубил всю жизнь мою.
- Не могу поверить. Иисус не может сделать зла.
- Слышал ли ты о случае, когда он, являя чудеса свои, накормил тысячи человек пятью хлебами ?
- Люди говорят, что это было.
- В день тот было и другое... В тот чёрный день проповедовал он недалеко от дома и поля моего.... Были у меня и дом, и поле, и виноградник. Были, ибо сегодня их нет... Многие тысячи людей пришли к Иисусу. И вытоптали они поле моё... И нашлись среди них, кто разорил виноградник мой. И нашлись другие среди них, кто переловил всю птицу у дома моего и увёл ослов моих. И я был побит жестоко. И разорён. И не смог отдать долгов моих.... И принужден был я бежать от дома моего. И рассеялось семейство моё... И решил я тогда отомстить Иисусу, ибо он - виновник горя моего. Так замыслил я убийство.
Варавва садится рядом с человеком и спрашивает:
- Как зовут тебя, добрый человек ?
- Илия.
- Не гневайся на меня, Илия. Ибо случилось мне сейчас спасти душу твою, уберечь её от греха, которому нет равного ! Не повинен Иисус в горе твоём ! Ибо возлюбил он Господа и людей - более, чем самого себя ! И явился он нам, чтобы спасти народ Израиля. И нет любимее для него людей бедных и простых душой. Придёт время, и ты уверуешь в Иисуса и в правду его ! А виной разоренью твоему не он, а люди, глухие к слову его. В стаде большом найдутся овцы паршивые. Что же говорить о толпе из многих тысяч людей.... Но во имя Иисуса - помогу тебе, Илия. В седьмой день от сегодняшнего пойди в Капернаум, найди дом купца Асира и войди к нему, и скажи ему только, что ты Илия-лучник, и даст тебе триста динариев, чтобы начал ты жизнь новую. Довольно будет тебе ?
Илия становится на колени перед Вараввой и медленно наклоняется к нему, касаясь земли лбом и ладонями, и говорит:
- Да благословит тебя Господь ! И семейство твоё ! И детей твоих ! И всё, что имеешь ты и будешь иметь ! Довольно ли будет мне ?! Да буду я жить, лучше прежнего ! Одно лишь смущает меня - как же мне отблагодарить тебя за такое !
- Не думай об этом. Не ищу я благодарности на землё Израиля. Да и простит ли она меня... Но я должен продолжить путь мой.
Они встают. Варавва:
- А хорошо ли ты стреляешь, Илия ?
- До того дня не держал в руках оружия... Но купив лук на последний статир, многие дни стрелял я и стрелял, дабы не промахнуться в день мести моей. И вот, смотри - видишь деревце за дорогою ?
Илия поднимает лук и стрелу, делает выстрел - стрела со свистом и глухим ударом попадает в ствол тоненького дерева и расщепляет его.

9. Ослица

Солнечное утро. Узкая наезженная дорога, петляющая меж холмов. По дороге идёт Иисус в окружении учеников с серьёзными лицами, которые не беспокоят его вопросами и разговорами. За ними следует группа людей - около 15 человек, в том числе и несколько женщин, включая Магдалину, Марию и Марфу. Судя по лицам сопровождающих людей, у многих из них настроение радостное, предпраздничное.
Христос не размахивает руками в такт своим шагам.. Они то сложены за спиной, то одна рука держит или поглаживает другую, то его пальца нервно сцеплены на его груди. На его лице одно выражение постоянно сменяет другое: тяжкие раздумья, светлая радость, беспросветная грусть, глубокая скорбь. Иногда он на ходу надолго закрывает глаза. И тогда губы его что-то беззвучно шепчут. Время от времени раздаются тихие голоса сопровождающих его людей:
- Недалеко уже до Иерусалима.
- Чем-то он нас встретит.
- Нам что... А вот как они встретят Учителя...
- Не замыслили бы худого.
- Что может быть худого во Храме Божьем.
- Иаков, у тебя не осталось попить ?
- Немного есть, но сбережём для Иисуса, хорошо ?
- Конечно.
- Что-то я уже устал
- Хорошо, ещё не так жарко.
- А неплохо бы отдохнуть.
- Женщины, наверное, устали.
- Да и учитель, наверное, устал.
- По нему не видно.
- Ему сейчас не до усталости...
Голос Иисуса:
- Остановимся отдохнуть в этой придорожной роще. Смотрите, какой прекрасный вид на Елеонскую гору.
Земля уже нагрелась - можете немного подремать.
- А ты, Учитель ?
- Мысли не дают мне покоя ! Я похожу один в роще.

Та же дорога - неподалёку от места, где остановились Иисус и его ученики. Из придорожного селения выходит Варавва и быстро идёт по дороге. Он бос, одет в самый простой хитон из небелёной ткани, перепоясанный поясом, на котором висит кинжал. Его голову покрывает повязка, стянутая ремешком. Варавва шепчет себе:
- Где же Иисус ... Как я мог потерять их... Горе мне !... Вдруг что-то случилось !... Вдруг он уже в Иерусалиме ? Нет, не может быть... Я бы нашёл. ...Значит, должен он идти этой дорогой из Иерихона... Господи, помоги мне !
Варавва догоняет небольшой, неспешно и вразброд идущий табун лошадей и ослов. Табун погоняет маленький тщедушный человек и двое его малолетних сыновей. На плече у человека болтается мешок.
Варавва обращается к человеку:
- Добрый человек ! Нет ли у тебя воды ? Умираю от жажды !
Мужчина останавливается со словами:
- Мир тебе, путник !
Глядя на него останавливаются и дети. Мужчина лезет в мешок и достаёт из него небольшой кувшин:
- Допивай всё, что там осталось. Нам уже недалеко до дома.
Варавва с наслаждением пьёт и возвращает пустой кувшин человеку:
- Господь да возблагодарит тебя !
Человек прячет кувшин в мешок, затем щёлкает кнутом и криками начинает погонять свой табун:
- Хей ! Хей ! Шевелись !
Варавва идёт по дороге рядом с человеком.
Вдруг раздаются крики и из-за придорожных кустов выскакивают и, размахивая короткими мечами, бегут в их сторону трое разбойников. Варавва поднимает вверх руку и кричит:
- Остановись, Саул ! И пусть твои люди уберут мечи !
Дети подбегают к отцу и прижимаются к нему.
Саул с другими разбойниками подходят к Варавве, клинки своих мечей они положили себе на плечи. Саул останавливается перед Вараввой, а двое разбойников обходят его и становятся у него за спиной.
Саул:
- Ты ли это, Варавва !? Тебя трудно узнать. Так это твой табун ?
- Нет, он принадлежит этому почтенному человеку. Но вы его не тронете, ибо это мой друг !
-Как ты изменился, Варавва ! Говорят, ты стал неспособен пролить кровь ! Тогда какая цена твоим словам ?
Саул делает еле заметный знак за спину Варавве. Один из стоящих там разбойников взмахивает мечом. В этот момент Варавва мгновенно выхватывает кинжал, и пригнувшись, мощным широким движением вспарывает животы обоим стоявшим за его спиной разбойников - они с глухими стонами валятся на землю. Варавва быстро оборачивается к Саулу, на лице которого - животный страх.
Варавва (спокойно):
- Положи меч на землю, Саул. И тогда пощажу тебя.
Саул медленно, дрожащими руками кладёт меч на дорогу.
Варавва:
- Ты всегда был трусом, Саул ! Иди прочь ! И расскажи всем о бессильном Варавве. !
Саул опасливо и неуверенно поворачивается к Варавве спиной. Варавва сильно толкает его ногой в зад. Тот убегает за кусты. Дети восхищённо смотрят на Варавву. Их отец падает перед ним на колени:
- Путник, ты спас наши жизни. ! Да вознаградит тебя Господь ! А от меня, а от меня возьми сейчас.....
Он вскакивает, бежит к табуну и быстро возвращается с ослицей на верёвке. За ослицей бежите её ослёнок.
Человек :
- Вот, не откажись принять от меня лучшую ослицу мою ! Она плодовита и приносит отличных, крепких ослят - посмотри.
Он показывает рукой на ослёнка и продолжает :
- ... и его тоже прими от меня вместе с матерью его !
Варавва:
- Мне не нужна награда от тебя. Доброе дело само служит наградой сделавшему.
- Не обижай меня, путник ! Прошу - прими ! Ради детей моих и ради Господа !
Варавва, разводя руками:
- Ну что с тобой делать... Принимаю твою ослицу.... Но давай сначала спрячем тела за кустами. Бери того, что поменьше. Они берут тела за ноги и тащат их в сторону с дороги. Возвращаются.
Варавва:
- А мечи их не бери с собой, если не хочешь себе худого. Дети - бросьте их за кусты !
Дети оттаскивают мечи, волоча их клинками по земле.
Варавва:
- А нет ли поблизости родника, чтобы набрать мне воды на дорогу ?
- Тебе надо немного вернуться ! Видишь то дерево на холме у дороги недалеко от селения ? Родник прямо под ним !
- Бог тебе в помощь !
- И тебе тоже, путник !
Варавва возвращается к селению в ослицей на верёвке и ослёнком.

Варавва подходит к роднику в прохладной тени мощного дерева. Весло журчит вода. Мягкая сочная трава обрамляет русло ручья.
Варавва:
- Благодать ! Отдохну здесь немного.... А ослица попасётся... И что мне с ней делать !
Варавва привязывает ослицу к тонкому деревцу, садится, раскинув ноги и прислонившись спиной к стволу дерева, и закрывает глаза.

Роща, на окраине которой расположились на отдых ученики Христа. Из глубины рощи к ним выходит Христос.
Христос (решительно):
- Скоро выходим ! Пётр, сын Ионин, и Иоанн Зеведеев, пойдите в селение, которое впереди; и найдёте ослицу привязанную и молодого осла с нею; отвязав, приведите ко мне; и если кто скажет вам что-нибудь, отвечайте, что они надобны Господу; и тотчас пошлет их.
Пётр и Иоанн, со словами "Сделаем, как ты сказал, Учитель!" встают, подпоясываются и уходят

Варавва, голый по пояс (с обильной растительностью на груди и плечах) умывается в ручье чуть пониже родника. К роднику подходят Пётр и Иоанн. Иоанн уверенно подходит к ослице и оглаживает её, а Пётр деловито отвязывает верёвку от дерева. Сидя на корточках у ручья, Варавва спокойно, но с интересом смотрит на происходящее, затем негромко говорит:
- Чего только не увидишь в земле Израилевой...Зачем отвязываете ослицу ?
Пётр, Не оборачиваясь к Варавве:
- Они надобны Господу !
Варавва:
- Так вот вы кто... Посылаю ослицу мою с вами !
... и продолжает шепотом:
- Таков был промысел Его...
Иаков и Иоанн уводят ослицу, за ней спешит ослёнок.
Варавва, подождав немного, идёт следом.

Пётр и Иоанн возвращаются к роще. Завидев их, ученики и прочие люди встают. Двое учеников, уходят вглубь рощи и возвращаются с Иисусом.
Иисус:
- Въеду в Иерусалим на ослице сей.
Пётр:
- У кого какие одежды про запас - положим на спину ослицы !
Люди кладут на ослицу свои одежды. Пётр:
- Садись, Учитель !
Иисус садится поверх одежд на ослицу.
Пётр выводит ослицу за верёвку к дороге, остальные идут следом, ближние похлопывают ослицу по крупу.
Возбуждённые голоса учеников:
- В Иерусалим !
- В Иерусалим !
- Благословен наш путь к Храму Божьему !
- Осанна Учителю !
- Осанна Иисусу !
- Слава !
- Благословен Грядущий во имя Господне!

10. Въезд в Иерусалим.

Пронзительно яркий солнечный день. Дорога, подходящая к воротам Иерусалима. В сопровождении учеников и сотен других людей, верхом на ослице едет Иисус. Множество народа стоит по сторонам дороги и приветствует Иисуса. Многие постилают под ноги ослицы свои одежды и веточки деревьев. Атмосфера долгожданной радости и счастья. У всех на лицах, включая Иисуса и идущего в толпе неподалёку от него Вараввы - радостные удыбки.
И идущие вместе с Иисусом, и встречающие его восклицают:
- Слава Иисусу !
- Пришёл в Израиль спаситель мира !
- Благословенно грядущее во имя Господа !
- Благословен Грядущий во имя Господне!
- Осанна Сыну Давидову!
- Благословен будет Израиль !
- Спасет он людей от грехов их !
- Осанна в вышних!
- Мир на небесах и слава в вышних!
- Благословенно царство отца нашего Давида!
- Благословен Царь, грядущий во имя Господне!
- Осанна!
- Спаситель наш !
- Спасён будет народ Израиля !
И вот Иисус проезжает городские ворота. В городе его встречают так же , как и за пределами его.
Лишь некоторые спрашивают:
- Кто это ?
И слышат в ответ:
- Это же Иисус !
- Иисус, Пророк из Назарета Галилейского.
- Это Иисус Назорей !
- Явился спаситель наш !
Двое фарисеев подходят к Иисусу, идут рядом с ослицей и говорят:
- Запрети им так славить тебя !
- Пусть умолкнут ученики твои !
На что Иисус с посерьёзневшим лицом отвечает:
- Если они умолкнут, то камни возопиют.
Выражение лица Иисуса становится горестным, он шепчет:
- Плачу по тебе, Иерусалим... Если бы ты, хотя бы в сей день узнал, что служит миру твоему... Но сокрыто это от глаз твоих... И придут дни, когда враги твои обложат тебя окопами и стеснят тебя отовсюду, и разорят тебя, и побьют детей твоих, и не оставят в тебе камня на камне за то, что не узнал ты времени посещения твоего...

11. Авессалом

Обширное помещение с низким потолком, поддерживаемым деревянными столбами, и несколькими входными дверями. Повсюду - смешение грязи и роскоши. Пьяные мужчины и женщины. Шум, гвалт. За некоторыми столами играют в кости. Двое дерутся - ни них никто не обращает внимания.
За небольшим низким столиком на широкой скамье сидит сильный мужчина средних лет с усталым и проницательными глазами - Авессалом. Он абсолютно трезв. Одет очень скромно, но аккуратно. На столе перед ним воткнутый кинжал, блюдо с нечищенными грецкими орехами и горка скорлупы.. Он о чём-то разговаривает с человеком, сидящим на скамье рядом с ним, который говорит гораздо чаше и продолжительнее него. Авессалом не смотрит на человека. Человек же устремил свой заискивающий взгляд на лицо Авессалома. Человек достаёт кошелёк и кладёт его перед Авессаломом. Авессалом словно не замечает кошелька. Лицо его бесстрастно. Человек, сидящий рядом с ним, начинает волноваться и, повернувшись к Авессалому, о чем-то горячо ему говорит и бьёт себя в грудь. Потом достаёт второй кошелёк и кладёт его рядом с первым. Авессалом слегка поднимает руку. К ним трусцой подбегает шустрый старичок. Авессалом делает небрежный жест рукой в сторону. Старичок берёт кошельки и той же трусцой уносит их куда-то за одну из дверей. Авессалом что-то коротко говорит собеседнику. Тот встаёт и, кланяясь Авессалому, пятится от стола, потом разворачивается и уходит.
Авессалом берёт в левую руку орех, правой берёт за лезвие кинжал и его рукояткой раскалывает орех в своей левой ладони. Выбирает дольки ореха и съедает их. Тоже повторяется со вторым орехом.
К Авессалому подходит красивая молодая женщина, отодвигает столик и садится к нему на колени, и, повернувшись к нему грудью, перебирает руками его волосы. Он откидывается к стене и закрывает глаза. Потом встаёт, и держа женщину за руку, ведёт её к одной из дверей.
В этот момент открывается другая дверь, и Авессалом замечает, что в помещение входит Варавва. Авессалом бросает руку женщины и останавливается, Варавва замечает Авессалома и идёт к нему. Не доходя пары шагов, Варавва останавливается и кланяется Авессалому:
- Приветствую тебя, князь воров и разбойников городских !
- Неужели сам знаменитый Варавва оказал мне честь и явился в мой удел ! Что же, проходи. Садись.
Авессалом делает приглашающий жест, и , пропустив Варавву вперёд, возвращается к своему столику. Опережая их, к столику бегут какие-то люди - смахивают скорлупу на пол, ставят на стол блюда с мясом, сыром, фруктами, хлебом, кувшины с вином. Авессалом садится на скамью. Варавва берёт стоящий неподалёку низкий табурет и садится рядом с Авессаломом лицом к нему.
Авессалом:
- Что привело тебя в Иерусалим ?
- Я пришёл с пророком Иисусом.
- Слышал я, он ходит с учениками. И ты из их числа ?
- Нет.
- Чего же ты хочешь ?
- Чтобы волос не упал с головы его в городе сём.
- Чего же ты хочешь от меня ?
- Всего опаснее ему во Храме, куда взойдёт он непременно. Хочу, чтобы вышёл он из храма, чтобы не был побит. Сделать так - в твоей силе и власти. И повели своим людям обходить Иисуса стороной... И учеников его.
- Хочешь ты, чтобы великий грешник помог великому праведнику...
- Я и сам грешен не менее тебя.
- Ты не верил ни в Бога, ни в Диавола... Говорили мне, что ты переменился...
- Ныне верую я только в одно - что должен я уберечь Иисуса по мере сил моих.
- И ты веришь в чудеса его ?
- Многим сам я был свидетель. Но не в чудесах его сила, а в слове его.
- Видно, настало время послушать и мне...
- По десять динариев дам каждому, кого пошлёшь ты во храм охранять его, и пятьсот тебе за помощь твою.
Варавва достаёт и кладёт перед Авессаломом большой тугой "кошелёк". К столу трусцой подбегает старичок, унёсший со стола "кошельки" несколько минут назад. Авессалом отрицательно качает головой. Старичок отбегает.
- Сколько же денег скопил ты в кладах твоих... Был ты удачливее многих... Но не возьму я деньги твои, ибо помню, что я твой должник. Дважды спас ты жизнь мою во дни дерзости и глупости моей. И не было мне прежде случая отплатить тебе.
Возьми свои деньги, Варавва.
Авессалом берёт кошелёк и протягивает его Варавве, тот убирает их за пазуху.
Авессалом:
- Итак, первое - не будет Иисусу обид от людей, мне подвластных. Второе - правильно ли понял я, что тебе нужна помощь только во Храме, где восседают главные враги его и множество стражи ?
- Да. Ибо в других местах достаточно будет силы моей.
- Не усомнюсь в этом. Хорошо, будет Храм для Иисуса самым безопасным местом в городе сём - моё слово !
- Теперь я твой должник, Авессалом.
- Как знаешь... Но сейчас надобно мне покинуть тебя и дом сей. Если голоден, останься и поешь. Потом, любую из женшин можешь взять на ложе твоё. Потом, если пожелаешь уйти до рассвета, проводят тебя до места твоего.
- Да, я останусь. Не долее двух часов. Благодарю тебя, Авессалом... И скажи... почему Мардохей бегает, как собачонка, а не ходит степенно, как положено в годы его ?
- Посягнул он на деньги мои. Был я милостив в день тот, и он не был казнён. Но с того дня до конца жизни своей не смеет он перейти на шаг, ибо тогда отложенная казнь настигнет его. И прочие, видя то, уразумеют.... Прощай, Варавва !
- Прощай, Авессалом !
Авессалом уходит. Варавва садится поудобнее с жадностью начинает ест и пить. Его глаза устремляются то на одну женщину, то на другую. Некоторые из них, заметив взгляд Вараввы, приосаниваются и призывно улыбаются.

12. В Храме

Пасмурно и ветрено. Шумная площадь перед Храмом. Иисус в сопровождении учеников и десятков других людей приближается к его ступеням. Среди них и Варавва - довольно близко к Иисусу. Толпа расступается перед ними. Лицо Иисуса радостно. Раздаются приветствия и крики:
- Благовествуй нам, Иисус !
- Восславим Господа и пророка его !
- Осанна Сыну Давидову!
- Иисус будет учить во Храме !
- Благословен Иисус в Израиле !
- Осанна!
- Спаси нас, Иисус !
- Осанна !
- Теперь Иисус воссядет во Храме !
- Славен Иисус, пророк Божий !
На ступенях расположилось множество калек и нищих. Наверху у ворот - храмовая стража (около десяти человек).
Иисус останавливается у ступеней Храма и негромко говорит:
- Вот и пришёл я к дому Отца моего...
Иисус, возглавляя пришедших, поднимается по ступеням. Калеки тянутся к нему с криками:
- Иисус !
- Спаси !
- Исцели меня, Иисус !
- Дотронься до меня !
- Вот я, у ног твоих !
- Иисус !
- Верую в тебя !
Иисус наклоняется налево и направо и прикасается то к одному, то к другому. Идущие рядом с Иисусом ученики невольно оттесняют калек, но за спинами учеников слепые начинают часто моргать и обескуражено крутить головами, хромые выпрямляются, неуверенно делают правильные, здоровые шаги. Они что-то говорят, что-то кричат вслед Иисусу с восхищёнными и благодарными лицами, но в шуме толпы их голоса неразличимы.
Войдя в ворота Храма, Иисус снова останавливается. Лицо его темнеет. Он видит пред собой обыкновенный базар: столы меновщиков, плетёные клетками с голубями, блеющих овец, мычащих волов, множество крикливых покупающих и продающих. Иисус идёт между рядами, его руки не находят себе места, глаза его метают молнии. Не глядя, он берёт со стола одного из торговцев верёвку. Тот начинает что-то гневно кричать вслед Иисусу, хватает другой конец верёвки, но какой-то человек бьёт его по руке, и верёвка из неё выпадает, тут же этот человек бьёт торговца в живот, и тот, охнув, "складывается" в поясе. Руки Иисуса на ходу складывают верёвку в несколько слоёв, превращая в бич. Вдруг он видит, как вол вываливает кучу навоза. С криком бросается Иисус на продающих волов, стегая бичом и их и их волов. Движется дальше, опрокидывая руками и ногами столы и скамьи, и стегая бичом подвернувшихся под руку продавцов. Овцы разбегаются, клетки переворачиваются, монеты сыплются со столов меновщиков, люди кидаются их собирать.
Иисус кричит:
- Вон ! Вон ! Вон из Храма ! Позор Израилю ! Вон из дома отца моего ! Не дом молитвы, а вертеп разбойников !
Торговцы пытаются защищаться. Проклиная Иисуса, с кулаками, палками и другим оружием они бросаются вслед ему, но какие-то люди возникают между ними и Иисусом, выбивая из их рук оружие и затевая потасовки. Среди этих людей и Варавва. Иисус не видит происходящего за его спиной.
К месту происшествия бежит храмовая стража. На их пути возникает шеренга людей с кинжалами на поясах, свои руки они держат на их рукоятях. Стража в замешательстве останавливается.
Вдруг Иисус останавливается, и бросает свой бич на землю. Перед ним клетки с голубями. Иисус усталым голосом обращается к их продавцам:
- Возьмите это отсюда, из дома Отца Моего, не делайте его домом торговли.... Безумные и слепые... Что больше: золото, или храм сей ...
Понуро стоит Иисус, окружённый молчаливой толпой. Варавва стоит в первом ряду. Иисус поднимает голову и обращается к людям:
- Я пришел не сам от себя, но истинен Пославший Меня, которого вы не знаете ! Но я знаю Его, потому что я от Него !
Иисус идёт к выходу из Храма. Толпа расступается, и из неё подходят к Иисусу его ученики. Недалеко от выхода, к сопровождающим Иисуса с криками "Осанна Сыну Давидову!" присоединяется несколько детей. В это время Иисус проходит мимо группы священников. Один из них с негодованием обращается к нему:
- Слышишь ли ты, Иисус, Как они богохульствуют !?
Иисус отвечает:
- Устами младенцев глаголет истина... Разве не читали вы: "Из уст младенцев ты устроил хвалу?"
Иисус выходит из Храма, спускается по лестнице, оборачивается, и, показав широким жестом в сторону Храма, говорит:
- Видите эти великие здания? Всё это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне...

13. Гефсиманский сад

Пасмурный вечер. Темнеет. По дороге идёт Иисус с учениками. Метрах в двухстах позади них идёт Варавва. Иисус в глубокой задумчивости, мрачен. Его настроение передалось и ученикам Они подходят к большой роще у дороги. Иисус, а за ним и ученики сворачивают в рощу. То же делает и Варавва. Скрывшись за деревьями он прибавляет шагу и быстро приближается к Иисусу на совсем небольшое расстояние, с которого он может наблюдать за ним, оставаясь незамеченным.
Войдя в рощу, Иисус говорит ученикам:
- Посидите тут пока... Я пойду... помолюсь там ( Иисус делает неопределённый жест в сторону от дороги)... Петр, Иаков и... Иоанн, пойдите со мной.
Они молча идут вглубь рощи. Прячась за деревьями и кустами за ними метрах в двадцати бесшумно следует и Варавва.
Внезапно Иисус останавливается, оборачивается к ученикам и жалобным растерянным голосом говорит им:
- Душа Моя скорбит смертельно... побудьте здесь и бодрствуйте со мною. Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна.
И, отойдя немного, Иисус становится на колени и, молча, надолго застывает в этой позе. В это время находящиеся за его спиной Пётр, Иаков, Иоанн и притаившийся в стороне Варавва внезапно погружаются в глубокий сон, они оседают и ложатся на землю и замирают.
Иисус начинает молиться вслух:
- Авва, отче мой ! Всё возможно тебе... Пронеси чашу сию мимо меня ! ... Но пусть будет... не чего я хочу, а чего ты...
Отче мой!! Если только возможно, да минует меня чаша сия ! Впрочем... не как я хочу, но как ты.... Отче ! Отче ! Если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя !
Иисус встаёт, оборачивается и видит своих учеников спящими. Он подходит к ним, трясёт их за плечи, они с огромным трудом размыкают веки.
Иисус:
- Вы всё спите и почиваете... А приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников... Встаньте, пойдем... Уже приблизился предающий меня.
Ученики, стыдливо пряча глаза, встают. Все направляются к месту, где остались остальные ученики. В это время Варавва, объятый глубоким сном, размеренно дыша, остаётся лежать за ближайшим кустом.

Сумерки. Скоро ночь. Полянка, где расположились на отдых ученики Иисуса. С одной стороны к ней подходит Иисус с Петром, Иаковом и Иоанном. Их лица уже плохо различимы. С другой стороны, со стороны дороги к ней приближается шумная толпа с фонарями и светильниками, многие люди вооружены. Среди них и Иуда - с факелом в руке..
Иисус с трёмя учениками подходит первым, и их четыре фигуры перемешиваются с фигурами остальных учеников. При виде толпы все они становятся вплотную друг к другу.
И тут же подходит толпа. Иуда выходит вперёд и, высоко подняв свой факел, освещает маленькую группу стоящих перед ним людей. Иисус находится в первом ряду. Иуда подходит к Иисусу, и со словами "Радуйся, учитель!" целует его и отходит в сторону. опустив свой факел. И тут же люди из толпы вырывают Иисуса из группы его учеников, заламывают ему руки и начинают его связывать. Видя это, Иуда бросает на землю свой факел и, пошатываясь, подходит к дереву и упирается в него лбом. Кто-то из учеников, вооружённый мечом, выскакивает из темноты и с криком кидается на одного из находящихся рядом с Иисусом вооружённых людей. Тот едва успевает уклониться от удара меча, но меч отсекает ему ухо. Он бросает свой меч, хватается рукой за свою рану и кричит:
- Он ! Он ! Чуть не убил ! Бейте его !
Вооруженные люди окружают ученика с мечом и медленно к нему приближаются.
Раздаётся неожиданно громкий голос Иисуса:
- Возврати меч свой в его место, ибо взявшие меч от меча и погибнут !
Все оборачиваются на голос Иисуса, который продолжает:
- Или думаете, что не могу я умолить Отца Моего, и Он представит мне двенадцать легионов Ангелов?... Но да сбудутся Писания !
Вооружённый ученик втыкает свой меч в землю и бросается в темноту. То же делают и остальные ученики.
Кольцо людей смыкается вокруг Иисуса. И медленно движется в сторону Иерусалима.

Варавва продолжает спать. Даже громкий шум и крики не разбудили его. Но когда шум уже затих, тень беспокойства зарождается на лице Вараввы. Он начинает слегка ворочаться, что-то тихо мычит, стонет - и вдруг резко садится и неподвижно вслушивается в темноту. Затем вскакивает, и бежит. Слабый свет привлекает его внимание. Он бежит в направлении источника света и находит плохо горящий на земле факел, брошенный Иудой. Варавва хватает факел и делает им несколько взмахов в окружающей его темноте. Факел ярко разгорается. Варавва поднимает его вверх и осматривается. Он видит истоптанную траву, воткнутый в землю меч. Какой-то предмет, лежащий на земле, привлекает его внимания. Варавва подходит и поднимает его. При ярком свете факела на его ладони - окровавленное человеческое ухо.

14. У дома первосвященника

Двор первосвященника, заполненный его охранниками, слугами, служанками и случайными людьми. Холодно, во дворе разведён костёр, вокруг которого столпилось много людей. Среди них Пётр и Варавва, стоящие порознь.
Слышны реплики:
- ... говорил, всё будет разрушено, не останется здесь камня на камне.
- Это как же, землетрясение, что ли ?
- Наверное, силой бесовской.
- От Вельзевула, князя бесовского, сила его.
- Как же схватили его ?
- Первосвященники тоже силу имеют.
- Говорят, Иисус сам предал себя в руки их.
- Вот и будет распят.
- Сейчас как раз допрашивают его.
- Может, и прощён будет. Ради праздника.
- Он же богохульствует ! Смерти предать его !
- А ученики-то его и те, что были с ним, не защитили его, когда люди пришли за ним.
- Я был там, один из них отсёк таки ухо стражнику. Но Иисус повелел своим убрать мечи. И все разбежались.
Одна служанка, всмотревшись в лицо Петра:
- А ты не из учеников ли этого человека ?
Варавва кладёт руку рукоять своего кинжала.
Пётр:
- Не знаю, что ты говоришь !
Другая служанка:
- Нет, он - он был с Иисусом Назореем !
Пётр:
- Клянусь, что не знаю сего человека !
Один из слуг:
- А не я ли видел тебя с ним в саду ?
Двое, стоявши чуть поодаль, подходят к Петру и кладут руки ему на плечи. Один из них:
- Точно ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя !
Варавва начинает пробираться сквозь толпу поближе к Петру.
Пётр:
- Бог свидетель - не знаю сего человека !
И вдруг поёт петух.
Пётр вдруг цепенеет, затем прячет лицо в ладони, потом опускает их - глаза его полны слёз. Он резко выворачивается из рук слуг и убегает с криками:
- Нет ! Нет ! Нет !
Его не преследуют.
Пробравшийся сквозь толпу Варавва стоит в ярком свете костра перед двумя слугами, державшими Петра.
На лице его ярость. Он очень громко говорит:
- Я был с Иисусом Назореем ! Я его ученик ! И что сделаете мне, порождения ехиднины!
Толпа отступает от Вараввы и он остаётся один в ярком свете костра. Он стоит, широко расставив ноги, расправив плечи и положив руку на рукоять своего кинжала. Кольцо окружающих его людей начинает медленно стягиваться вокруг него, в первый ряд протискиваются вооружённые охранники. Раздаются голоса :
- Это же Варрава !
- Нет ли во дворе других разбойников ?
- Позвать бы солдат из претории, те быстро его...
- Сдавайся Варавва !
- Не уйдёт !
Вооружённые люди всё ближе. Наконец, они с криками бросаются на него. Варавва выхватывает кинжал.
Нападающие действуют не очень очень умело, иногда только мешают друг другу. Варавва ловко уклоняется от мечей и копий и нападает сам. Его кинжал и правый рукав - в крови. Один из нападавших ненароком забегает в костёр, его одежда вспыхивает, он с криками бежит прочь от костра, толпа расступается перед ним. Варавва устремляется в образовавшийся проход и исчезает в темноте. Первое движение нападавших - преследовать Варавву, но сделав по нескольку шагов они останавливаются.
В ночной тишине потрескивает костёр. Люди, молча оглядывают "поле битвы". В свете костра они видят на земле несколько неподвижных тел, лежащих в крови.

15. В доме Иосифа

Лунная ночь. Узкая улочка. Варавва стоит, прислоняясь к стене у запертых ворот большого дома. В тишине раздаются всё более громкие шаги. Конец улочки озаряется неровным светом факелов. Между двух слуг с факелами в руках к своему дому подходит богато одетый человек - Иосиф. Варавва выходит навстречу ему из тени, отбрасываемой стеной. Иосиф всматривается в лицо Варавве:
- ...Ты... Зайди в дом мой.
Иосиф стучит в ворота своим посохом.
Из-за ворот раздаётся голос:
- Кто там !
Иосиф:
- Открой, Фома !
Ворота со скрипом отрываются. За ними стоит привратник с факелом в руке. Иосиф пропускает Варавву вперёд, затем проходит сам, за ним во двор входят слуги. С тем же скрипом ворота закрываются. Виден только слабый свет факелов, который проникает через узкие щели, обрамляющие ворота.

Богато (по тем временам) обставленная комната. У стола, на котором горит масляный светильник, сидит Варавва. В дверь входит Иосиф. Обернувшись, он говорит кому-то в дверной проём:
- Принеси нам вина, хлеба и сыра.
Иосиф садится рядом с Вараввой.
Иосиф:
- Уже наслышан о подвиге твоём.
- Пётр, первый из учеников его, отказался от него перед людьми. Боль и ярость сжали сердце моё.
- Теперь тебе нельзя показаться в городе.
- И раньше было опасно.
- А теперь - нельзя.
Слуга приносит поднос с хлебом, вином и сыром и тихо уходит, прикрыв за собой дверь
Иосиф и Варавва так и не притронутся к ним.
- Ты был на Совете первосвященников и старейшин ?
- Да.
- Совет решил предать его смерти ?
- Да.
- И как мы спасём его ?
- Только об этом и думаю...
- Подкупим стражу, у меня есть в городе больше тысячи динариев.
- Я бы уже так и сделал за деньги свои, будь он посажен в нашу темницу.
Но они отвели его в преторию римскую, туда не пройти.
- И как же нам спасти Иисуса ?
- Есть один способ...
- Говори.
- Готов ли ты жизнь отдать за него ?
- С радостью отдам !
- По обычаю отцов наших, если узников более одного, на всякий праздник отпускается один из них - тот, о котором попросит народ. Но сейчас в темнице из захваченных властью иудейской - только один Иисус. Сидят с ним ещё двое, но те схвачены римской властью, и они не в счёт.
- Так что за способ ?
- Велика ли была в Иерусалиме разбойничья слава твоя ?
- Слышал я, что малых детей пугали именем моим.
- Хорошо... А после сегодняшнего - ещё лучше... Скольких ты убил во дворе у первосвященника ?
- Откуда мне знать - троих или пятерых, не больше.
- Очень хорошо...
- Не томи меня, Иосиф !
- Сейчас ты пойдёшь, и предашь себя в руки стражников, и будешь осуждён к распятию на кресте. И завтра дан будет народу выбор между тобой и Иисусом, и конечно, выберет народ казнить тебя, Иисуса простить, и продолжит он дело своё в Израиле. А ты погибнешь за него.
Абсолютная, звенящая тишина. Лицо Иосифа побледнело.
Варавва закрывает глаза, вздыхает и, низко склонив голову себе на грудь, тихо говорит:
- Иосиф, оставь меня одного...
- Решишься ли ты ?
- Ты же знаешь ... я сделаю это... Оставь меня в комнате сей.
- Прости меня, Варавва.
- Бог нас простит...
Иосиф встаёт, кладёт руку на плечо Варавве. Молча стоит возле него. На его глазах - слёзы. Он выходит из комнаты и прикрывает за собой дверь..
Варавва остаётся недвижим в течение нескольких секунд. Встаёт в глубокой задумчивости. Стоит две-три секунды. Неосознанно делает шаг. Останавливается. Делает несколько медленных широких движений головой, как бы разминая шею. Чуть поворачивается и делает два шага в другую сторону Останавливается. Стоит. Поворачивается и делает три шага - перед ним стена. Он делает глубокий вздох, поднимает руки и прислоняется к стене ладонями и лбом, шепчет:
- Так вот каков промысел Божий обо мне... Сколь велика оказалась цена жизни моей !... Многие грозили мне распятием... И по воле Божьей не минует меня удел сей... Приму же смерть ради Господа моего Иисуса Христа ! Люблю тебя, Господи, всем сердцем моим, всей душою моей !
Он распрямляется и поднимает голову. Лицо его воодушевлено и полно решимости. Твёрдыми шагами он выходит из комнаты и видит согбенного Иосифа, сидящего на лавке - локти его уперты в колени, ладони поддерживают опущенную вниз голову. Иосиф поднимает голову, прислоняется спиной к стене и вытирает слёзы рукавом.
Варавва:
- Не плачь обо мне, Иосиф, а возрадуйся ! Ибо спасён будет он ! И продолжит учить народ Израилев ! И приблизится Царствие Небесное ! Посему должен я спасти Спасителя нашего ! Вели открыть ворота, Иосиф, ибо нет мне причины медлить.
Иосиф (слабым голосом):
- Фома...
Входит слуга:
Иосиф (слуге):
- Уходит от нас Варавва ... Отопри.
Слуга выходит.
Иосиф с трудом поднимается на ноги. Варавва подходит к нему и крепко обнимает его. В ответ и Иосиф обнимает Варавву. Его губы, оказавшиеся у уха Вараввы, шепчут:
- Простишь ли меня... Ибо я послал тебя на смерть...
Ответный шёпот Вараввы:
- Утешься - не на смерть ты меня послал, а на жизнь вечную, ибо искуплю все грехи свои.
Входит слуга с факелом в руке. Варавва отрывается от Иосифа, поворачивается и идёт к двери.. Слуга выходит из комнаты первым, освещая дорогу Варавве.
Иосиф:
- Не могу проводить тебя... Ноги не слушаются меня...
Варавва останавливается и оборачивает к Иосифу своё лицо:
- Прощай, Иосиф !
Варавва выходит.

16. Глас народа

Около десяти часов утра. Площадь, разделённая на две неравные половины оцеплением солдат, плотно стоящих спинами друг к другу. Её большая часть запружена народом, возгласы людей сливаются в многоголосый гул. В центре меньшей части площади располагается высокий каменный помост, на который из примыкающих ворот ведёт широкая каменная лестница. Раздаются звуки труб. Солдаты, стоящие у ворот, открывают их, и на помост во главе процессии из римских чиновников и высших иудейских священников торжественно поднимается Понтий Пилат. Они становятся в правой части помоста. Толпа взревела. Следом за ними солдаты выводят на левую часть помоста осужденных на смерть: Христа, затем Варавву, потом двух других. Толпа снова взревела. - ещё громче.. Осуждённые связаны, не твёрдо держатся на ногах, и их тела покрыты следами побоев. Видно, что Иисус совсем устал, измучен и внешне безразличен к происходящему. Двое других бессмысленно скалят зубы и дёргаются. Варавва стоит, широко расставив ноги и устремив невидящий взгляд вперёд. Иногда он поворачивает голову в сторону Иисуса.
Понтий Пилат поднимает руку и ждёт. Толпа медленно затихает. Понтий Пилат громко кричит в толпу (с лёгким латинским акцентом):
- Именем кесаря императора !
Подняв копья и мечи, солдаты мощно восклицают (по латыни):
- Да здравствует кесарь !!!
Понтий Пилат продолжает:
- Четверо схвачены в Иерусалиме и обвиняются в убийствах и оскорблении законов и веры ! Они будут казнены сегодня на Голгофе ! Имена преступников - Дисмас, Гестас, Варрава и Иисус ! Вот они - перед вами !
Понтий Пилат указал вправо рукой на осуждённых. Толпа ответила длинным гулом. Когда он затих, Понтий Пилат продолжает :
- Но казнены из них будут только трое ! Согласно закону и обычаю, в честь праздника Пасхи, одному из двух осуждённых Синедрионом - Иисусу или Варавве - великодушный кесарь император возвратит его презренную жизнь !
Гул постепенно сменился полной тишиной.
Понтий Пилат выкрикивает:
- Кого из этих двух хотите, чтобы я отпустил вам?
Из толпы раздаётся множество перекрывающих друг друга криков:
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
- Варавву !
Понтий Пилат:
- Что же мне сделать с Иисусом, называемым Христом ?
Раздаются злобные крики:
- Распни его !
- Да будет распят !
- Распять его !
- На крест !
- Распять !
- На крест его !
- Распять его вместе с другими !
Понтий Пилат:
- Какое же зло сделал он ! Ничего достойного смерти не нашел я в нём !
Толпа не замечает его вопроса. Продолжаются крики:
- Распять !
- Распять !
- На Голгофу его !
- Смерь ему !
- Смерть !
Смятение в толпе всё увеличивается.
Понтий Пилат:
- Варавве - сто плетей, но не убить, и свобода ! А я ... Я... умываю руки свои !
Понтий Пилат разворачивается и идёт назад по помосту и ступеням, не глядя ни на что. За его спиной на помост градом летят монеты и финики. В воющей толпе люди, давя друг друга, лезут на плечи, чтобы увидеть помилованного - растерянного, с бессмысленным выражением лица Варавву, которого солдаты тащат обратно в ворота. Его губы шепчут:
- Как же... Как же так... Что же это... Господь отверг жертву мою !
В это время конвой уже тащит трёх связанных осуждённых на дорогу, ведущёю к Голгофе.

Небольшой двор претории. Четверо солдат, весело переговариваясь (по-латыни), быстро и энергично привязывают связанные поднятые руки Вараввы к железному кольцу, прикреплённому к верхней части вкопанного столба. . Потом трое уходят. Оставшийся солдат снимает со стены бич, подходит к Варавве, резким движением свободной руки разрывает ткань хитона на его спине и обнажает её, и после этого начинает экзекуцию, отсчитывая удары:
- Unus... duo... tres... quattuor... quinque... sex... septem...octo...novem... decem...
Ноги Вараввы подкашиваются, и он повисает на кольце.
Наконец экзекуция заканчивается:
- ... nonaginta septem... nonaginta octo... nonaginta novem... centum !
Солдат неторопливо подходит к стене, потряхивая натруженной рукой, вешает на неё бич, затем возвращается к столбу и отвязывает от кольца руки Вараввы - его тело валится к основанию столба. Солдат отходит от Вараввы и, на ходу обернувшись в его сторону, говорит (с акцентом):
- Вставай и уходи !
Варавва остаётся неподвижен. Солдат возвращается, берёт стоящее у стены ведро с водой и окатывает ею тело Вараввы. Тот стонет и слабо шевелится. Во двор с заискивающей улыбкой на лице робко входит слуга Иосифа - Фома. Он обращается к солдату:
- Дозволено ли будет забрать его ?
Солдат, уже уходя, оборачивается в сторону Фомы:
- Мне всё равно.
Фома оборачивается, машет кому-то рукой и к скамье подъезжает запряженная осликом маленькая повозка, которую ведёт под уздцы другой слуга Иосифа. Они перекладывают Варавву на повозку и увозят его.

17. У Иосифа

Ночь. Комната, слабо освящённая огнём маленького масляного светильника. На широкой лавке, сидя, прислонившись спиной к стене и посапывая, спит Фома. Голова его поднимается, веки делают усилие раскрыться, он почти просыпается - но голова его медленно опускается на грудь, и он снова впадает в дрёму. У другой стены на такой же лавке, животом вниз лежит Варавва. Спина его обнажена, она вся исполосована бичом и вся покрыта каким-то зеленоватым бальзамом.
Вдруг раздаётся слабый стон Вараввы. Потом другой. Фома просыпается и трёт глаза руками. Глаза Вараввы открываются. Он с усилием приподнимет голову, пытаясь осмотреться. Его взгляд останавливается на Фоме. Слабым голосам Варавва спрашивает:
- Где он ?
Фома:
- Спрашиваешь ли ты об Иосифе ?
Варавва опускает голову на лавку и некоторое время молчит. Потом снова спрашивает:
- Где Иисус ?
- Во гробе. Хозяин мой Иосиф купил ему новый гроб в скале недалеко от Голгофы. Небольшой склеп, но хороший. Ему там будет покойно лежать. Всё сделали, как положено меж людьми. Купил Иосиф ему новую плащаницу. Никодим принес благовония из смирны и алоя, и умастили тело его. Всё, как положено нам от отцов наших. Не беспокойся о нём. Вот и Иосиф хочет завтра возвратиться в большой свой дом, в Аримафею.
Варавва с огромным трудом садится, на его лице - гримаса боли. Фома вскакивает с заполошным выражением лица, недоумённо разводит руки, делает шаг к Варавве, но передумав, выбегает из комнаты и через некоторое время возвращается - уже вместе с Иосифом.
Иосиф:
- Зачем ты встал, Варавва ! Лежи ! Ты изранен и слаб ! Спина твоя, хоть и покрыта лучшим бальзамом, но нет на ней живого места !
Варавва:
- Иосиф... должен я проститься... с учителем моим... Пойду ко гробу его...
- Неразумное говоришь ! Сперва излечись !
Варавва с усилием встаёт. Иосиф подходит и поддерживает его.
Иосиф:
- Вижу, не переменишь ты воли своей. Фома, принеси новый хитон.
Фома уходит и быстро возвращается с хитоном в руках. Иосиa и Фома помогают Варавве его надеть. На спине Вараввы ткань быстро промокает и пропитывается смесью сукровицы и бальзама.
Иосиф:
- Фома, иди, запряги осла в повозку - отвезёшь Варавву ко гробу.
Фома выходит. Иосиф отпускает Варавву. Руки Иосифа готовы поддержать Варавву, если тот будет падать. Варавва стоит, пошатываясь. Затем делает шаг к двери. Иосиф подставляет ему своё плечо, и они выходят из комнаты.

Во дворе темно. При переменчивом свете факела, который держит один из слуг, стоит та же повозка. Иосиф и Фома помогают Варавве сесть в повозку.
Иосиф, всматриваясь в небо:
- Скоро рассвет...
Варавва:
- Гроб закрыт ?
Иосиф:
- Да, ко входу его привален камень.
Варавва:
- Как мне откатить камень сей ?
Иосиф (в сторону Фомы):
- Фома, пойди и возьми жердь крепкую. И поможешь там Варавве.
Фома исчезает в темноте и возвращается с толстой жердью длиной метра три, которую он кладёт на повозку.
Варавва:
- И кинжал... Кинжал дай мне, Иосиф...
Иосиф кивает слуге, держащему фонарь, у которого на поясе висит небольшой кинжал в дешёвых ножнах. Тот передаёт факел Фоме, снимает с себя пояс с кинжалом и отдаёт его Варавве, потом снова берёт факел. Варавва кладёт пояс с кинжалом рядом с собой в повозку.
Фома он берёт осла под уздцы и ведёт его к воротам. Другой слуга распахивает ворота.
Иосиф:
- С Богом !
Повозка скрывается в темноте.

18. Последний путь

Ночная тьма рассеивается. Повозка, громыхая движется по тряской булыжной мостовой. Время от времени Варавва морщится от боли. Наконец, повозка выезжает из города на более гладкую грунтовую дорогу. Солнце уже готово показаться из-за горизонта.
Варавва:
- Далеко ли до гроба ?
- Да его уже видно ! Смотри, видишь у дороги - большое ореховое дерево, за ним - низкая скала. В ней и отрыт гроб Иисуса.
Варавва:
- Остановись... Далее пойду сам... А ты возвращайся.
- А дойдёшь ли ?
- Дойду... А ты возвращайся... Понял ли ты меня ?
- Как не понять... Тпру-у !
Повозка останавливается. Варавва с тяжело вылезает из неё, перепоясывается поясом с кинжалом, кладёт тяжёлую жердь себе на плечо, и, придерживая её рукой, медленно идёт вперёд.
С междометием "Э-эх..." Фома разворачивает повозку и осла, и они возвращаются в город.

Пройдя десять-пятнадцать шагов, Варавва останавливается, и для облегчения перекладывает жердь серединой себе на шею и плечи, положив ладони сверху на её концы. Став похожим на крест, Варавва медленными, но широкими шагами идёт дальше.

Тяжело дыша, Варавва приближается к скале. Жердь он держит перед собой уже двумя руками, и использует её в качестве посоха - он поднимает и выставляет жердь вперёд, а затем, опираясь на неё, делает очередной маленький шаг. Так он подходит к гробу. Лицо Вараввы задумчиво и непроницаемо. Он отпускает жердь, и она с шумом падает возле него на землю и камни. После этого ноги его подкашиваются, и он садится прямо на то место, где стоял. Переведя дух, он берёт жердь, с усилием встаёт, и, волоча жердь по земле, подходит к округлому плоскому камню, затворяющему вход в гроб Иисуса. Его слабые усилия безуспешны - камень не подаётся. Он приставляет жердь к скале и опять переводит дух. Потом, заметив небольшой валун, Варавва подходит к нему, и в несколько приёмов с трудом перекатывает его к подножию затворяющего камня. В очередной раз переведя дух, он использует валун как точку опоры для жерди и наваливается на неё вниз всем своим весом. Камень откатывается, освобождая невысокий узкий вход. Согнувшись в поясе, Варавва входит внутрь.

Варавва стоит, выпрямившись внутри гроба. Сначала внутри почти ничего не видно. Но постепенно глаза его привыкают к полумраку, и он видит, что в стене гроба высечено погребальное ложе, на котором лежит спеленатое и умащенное тело Иисуса. Варавва поворачивается лицом к нему и опускается на колени. Он долго молча смотрит на лицо Иисуса Помолчав, Варавва шепчет:
- Вот и кончил ты земной путь, учитель... Как недоучил ты меня в детстве моём, так недоучил ты народ Израиля... Да и не хотел он учиться от тебя... Как и я когда-то... Не уберёг я тебя...от народа... Самый бОльший из грехов моих... Эх, народ... Не жалел ты, учитель, жемчуга своего, бросал его вокруг себя для всякого... Прости меня, ненаглядный учитель мой... Нет мне жизни на земле после смерти твоей... Окончу жизнь свою в этом гробе рядом с тобой... Если будет в этом грех великий, прости мне его, ибо сделаю так из любви к тебе и Отцу нашему небесному... А нет - так сгорю в геенне огненной....
Варавва читает молитву (постепенно голос его крепнет):
- Отче наш, сущий на небесах ! Да святится имя Твое ! Да приидет Царствие Твое ! Да будет воля Твоя и на земле, как на небе !
Помолчав, Варавва продолжает (уже тихим голосом, почти шёпотом ):
- И прости меня грешного... Аминь...
Варавва замолкает, вынимает из ножен кинжал и приставляет его к сердцу.
Вдруг он видит, как лицо Иисуса наполняется жизнью, становится одновременно строгим и ласковым, как исчезают с него следы благовоний, как тело Иисуса начинает светиться нежным белым светом, как Иисус делает вдох и медленно, одним движением садится и встаёт напротив Вараввы, как во время этого движения плащаница его опадает и из-под неё показывается белоснежны длинный хитон.
Глаза Иисуса открываются и он говорит:
- Ты верно догадался, Варавва - я тот, кого ты знал в детстве своём. Помнишь, каким я был ?
Лицо, фигура и одежда Иисуса плавно трансформируются, так что несколько секунд Варавва видит перед собой маленького Иисуса, каким тот когда-то подошёл к нему на улице и залечил его рану. Так же плавно происходит обратное превращение.
Иисус продолжает:
- И я помню тебя - ты был добрый мальчик. Труден и жесток был твой путь. Ты был великим грешником, но раскаяние твое велико и искупил ты грехи свои верой и любовью своей. И посему - прощён ! Радуйся, добрый человек ! Радуйся, что дело моё не погибнет - пойдут ученики мои, а потом и их ученики по всему миру, проповедуя Евангелие и покаяние, и научат все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа. И пребуду я с людьми во все дни до скончания века ! Надлежало мне пострадать и воскреснуть из мертвых в третий день, посему восхожу сейчас к Отцу моему и Отцу вашему. Служил ты мне верным спасителем на земле Израиля. Но не нужен мне более спаситель. И дана мне всякая власть повсюду. Радуйся, Варавва ! Ибо по воле моей вознесёшься сейчас вслед за мной. Как служил ты мне на земле, так будешь служить между небом и землёй . Встань, Варавва !
Варавва встаёт. Рука его разжимается, и кинжал звонко падает на каменный пол. Лицо Вараввы очищается и молодеет, одежда его трансформируется в длинный невесомый хитон голубого цвета. На лице и в глазах его - невыразимое блаженство.
Тут тело и одежда Иисуса начинают светиться белым светом всё ярче и ярче, и вдруг быстро стягиваются в висящий в воздухе отрезок яркой белой вертикальной лини, который резко устремляется вверх и пропадает.
Тело и одежда Вараввы начинают светиться ярким голубым светом, быстро стягиваются в висящий в воздухе узкий яркий голубой извилистой шнур, который резко устремляется вверх и пропадает.
Во гробе остаётся только скомканная плащаница Иисуса и лежащий рядом с ней кинжал Вараввы.
Плащаница и кинжал...


Аннотация

Сценарий написан по евангельским мотивам и не противоречит каноническим текстам. Более того, в ряде случаев он предлагает варианты обоснования евангельских событий, которые в канонических текстах кажутся необъяснимыми (необоснованными). Действие развивается параллельно событиям, известным евангелистам и описанным ими, и остаётся полностью ими незамеченным, несмотря на то, что оно теснейшим образом связано с их жизнью в период проповеднической деятельности Иисуса Христа.
Главный герой - разбойник Варавва.
По сценарию он:
-происходит из крайне бедной семьи
-одногодок Иисуса
-был знаком с Иисусом в Назарете в детские годы
-с детства вынужден "подворовывать"
-в пятнадцатилетнем возрасте, совершив неумышленное убийство, вынужден бежать из Назарета
-к тридцати годам становится известнейшим разбойником, главой шайки, которая совершает набеги на караванных путях
-как-то, будучи в Капернауме, снова сталкивается с Иисусом,
начавшим исполнение своей миссии
-уверовав в Иисуса, понимает, сколь многие опасности могут
подстерегать Иисуса и даже угрожать его жизни
-принимает решение использовать все свои силы, все свои деньги,
весь свой авторитет в преступном мире для охраны Иисуса,
в том числе и ценой кровопролития; становится тайным "псом при пастыре своём"
-всюду следует за Иисусом, предупреждая и устраняя опасности и
покушения на его жизнь
-но не может предотвратить взятие Иисуса под стражу в Иерусалиме
-после третьего отречения Петра во дворе первосвященника и его бегства -
там же смело объявляет себя учеником Иисуса
- подобно Иисусу, добровольно идёт на крест - умышленно сдаётся властям с целью спасти жизнь Иисуса, дав народу возможность выбрать для распятия себя (страшного разбойника) и тем самым спасти (освободить) Иисуса
-подвергается жестокому бичеванию перед освобождением из под стражи и
приходит после этого в сознание только в ночь с субботы на воскресение,
кода Иисус уже казнён и тело его уже положено в гроб
-израненный и слабый, идет ко гробу Иисуса,
чтобы проститься с учителем и умереть рядом с его телом
- становится единственным свидетелем воскресения Иисуса
-получает от Иисуса прощение
-по воле Иисуса возносится вслед за ним.
С мировоззренческой точки зрения, сценарий призван побудить зрителей
задуматься о том, каким образом в этом мире сосуществуют добро и зло,
о том, где находится граница между ними, и привлечь их внимание к учению Христа.
С кинематографической (и прокатной) точки зрения сценарий направлен
на создание остросюжетного фильма, интересного не только непосредственно
показанными событиями, но и своей связью
с основополагающими событиями в истории Христианского мира.
Оценка: 4.66*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  О.Вечная "Весёлый Роджер" (Современный любовный роман) | | В.Бер "Как удачно выйти замуж за дракона (инструкция для попаданки)" (Любовное фэнтези) | | Л.Летняя "Магический спецкурс" (Попаданцы в другие миры) | | Галина Осень "Начать сначала" (Фэнтези) | | К.Вереск "Кошка для босса" (Женский роман) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | | Ш.Галина "Глупые" (Любовные романы) | | А.Оболенская "Правила неприличия" (Современный любовный роман) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | К.Вереск "Нам нельзя" (Женский роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"