Ципоркина Инесса, Кабанова Елена: другие произведения.

Первый кризис детей и родителей

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
  • Аннотация:
    Эта книга посвящается не только детям. Эта книга посвящается родителям. Проблемы роста, развития, взросления - они обоюдные или, если хотите, обоюдоострые. Ребенок познает мир, в то время как его родители познают себя - в новом качестве, в качестве родителей. И еще неизвестно, кому труднее приходится: мозг взрослого далеко не так мобилен и восприимчив, как мозг ребенка. К тому же ребенок отвечает только за себя (а иногда и за себя не отвечает), а родитель - и за себя, и за ребенка, и за второго родителя. Такое бремя ответственности у кого хочешь стресс вызовет. Чему, собственно, и посвящена наша книга - родительскому стрессу и родительскому кризису роста.
  Предисловие
  Кто из нас, уже будучи взрослым и детным, не читал с замиранием сердца сказку про идеальную няню Мери Поппинс, которая "за самое скромное жалованье" навела порядок в многодетной английской семье и освободила родителей от тяжкого бремени воспитания собственных детей. Даже если вы считаете, что лучше вас вашего ребенка никто не воспитает, что никакая няня не заменит ребенку полноценного общения со сверстниками в детском саду, и вам не хочется, чтобы в ваши отношения с ребенком внедрялся посторонний человек, все равно в "минуту жизни трудную", когда опускаются руки и не знаешь, что предпринять, возникает мысль: "Господи, если бы у меня была такая няня!" Потому что кажется: свалившиеся на вас проблемы можно разрешить только с помощью волшебства.
  Когда вашему ребенку исполнится три года, эти мысли начнут посещать вас с незавидной частотой. Вам постоянно будет казаться, что ваше любимое чадо кто-то подменил. И не иначе как злой волшебник. А как еще объяснить перемены, происходящие с ним: безобразничает, капризничает, со всеми ссорится, постоянно чего-то требует? А ведь совсем недавно он был таким хорошим...
  Не расстраивайтесь. Все не так плохо. А главное - поправимо. И чародеи никакие не нужны. Нужны дельные грамотные советы от няни нового поколения. Нет, это не специально обученный киборг. Это человек, который знает проблемы современных детей и их родителей и может объяснить, как с ними разобраться. С такой няней мы и предлагаем встретиться на страницах нашей книги.
  Хотим только предупредить об одной крайне важной вещи. А именно: эта книга посвящается не только детям. Эта книга посвящается родителям. Проблемы роста, развития, взросления - они обоюдные или, если хотите, обоюдоострые. Ребенок познает мир, в то время как его родители познают себя - в новом качестве, в качестве родителей. И еще неизвестно, кому труднее приходится: мозг взрослого далеко не так мобилен и восприимчив, как мозг ребенка. К тому же ребенок отвечает только за себя (а иногда и за себя не отвечает), а родитель - и за себя, и за ребенка, и за второго родителя. Такое бремя ответственности у кого хочешь стресс вызовет. Чему, собственно, и посвящена наша книга - родительскому стрессу и родительскому кризису роста. А также всем тем средствам, благодаря которым эти состояния можно пережить и преодолеть с минимальными потерями.
  Немало издано литературы о том, какие важные изменения происходят с человеком, появившимся на свет буквально только что. А как насчет изменений, которые происходят с виновниками его появления? Как реагирует сознание взрослого человека на тот факт, что его мир, до сих пор стабильный и комфортный, внезапно рассыпался на части, после чего торжественно и безвозвратно, словно "Титаник", погрузился в темную пучину прошлого? И теперь все-все придется строить заново! И ничего уже не будет "как прежде" - ни режим, ни бюджет, ни менталитет уже не вернутся в состояние "до того, как". Ребенок изменит ваш мир окончательно и бесповоротно. И даже после того, как первые годы чудесные своего родительского стажа вы потратили на борьбу за чистоту и бессонницу, вас поджидают новые сюрпризы. И новые проблемы заодно.
  Причем большинство проблем заключается не в детях, а в родителях. Точнее, в искаженных представлениях о роли родителя, о круге его обязанностей.
   Например, кому-то кажется, что материнского (отцовского) инстинкта достаточно для превращения бездетного индивида в полноценного и знающего родителя. А если рядом сыщется педиатр или не утратившая драгоценных навыков бабушка, способные показать, как надевается и снимается памперс и до какой температуры подогревается бутылочка - бинго! Младенец вырастет, аки князь Гвидон - минимальные вложения, уникальный результат. Причем главное сходство с Гвидоном - раннее взросление. Трехлетний ребенок по сравнению с грудным видится вполне самостоятельным богатырем, чье мировоззрение и система реагирования давным-давно созрели для выхода в свет (то есть в детский сад) и для общения с себе подобными. Когда же выясняется, что надежды преждевременны, а мечты обманчивы, в душе родителей подспудно закипает раздражение.
  Обычно психологи рекомендуют подавлять отрицательные чувства по отношению к детям. Заодно советуют быть бесконечно снисходительными, проницательными, убедительными, внимательными и занимательными. Иными словами, превратиться из живого человека в помесь телевизора и банкомата. А те, кто пытается этим рекомендациям следовать, достигают, как правило, обратного результата. Потому что стресс, фрустрация , агрессия подчиняются закону сохранения энергии: не появляются ниоткуда и не исчезают в никуда, а лишь преображаются в другие виды и перемещаются в другие сферы. Но, разумеется, свободное перемещение негативной "психологической энергии" по всему сознанию и подсознанию - метод опасный и совершенно непредсказуемый. Преобразование агрессивного аффекта хоть и намного сложнее, но и намного перспективнее. О том, как это делается, мы пишем в нашей книге. А заодно и о том, когда и почему вы можете сделать ошибки в воспитании собственного чада.
  Ошибаться всегда и во всем - нормальный человеческий удел. Тот, кто боится совершить ошибку или боится признать ошибку уже совершенную, вряд ли способен что-нибудь исправить. Его отношения с окружающим миром пишутся набело. Поверьте профессионалам: "на чистовик", даже хорошенько подумавши, ничего путного не напишешь. Значит, надо уметь отступать, уступать и исправлять. Но так, чтобы не в ущерб собственной личности и собственной судьбе.
  Здесь, вероятно, у читателя возникнет вопрос: разве это относится к маленькому ребенку? Какой ущерб судьбе и личности родителя может нанести трехлетний малыш? Так ведь не всегда же он будет трехлетним. Дети - вложение долговременное. Многое из того, чем подросшее чадо будет оперировать во взрослой жизни, складывается в раннем детстве.
  В частности, основы характера и мировоззрения возникнут именно сейчас, в трехлетнем возрасте. Позже они будут лишь развиваться, совершенствоваться и усложняться. А фундамент, заложенный в этот краткий отрезок времени, останется практически неизменным.
  И главным творцом этой новой внутренней вселенной будет не только ее непосредственный обладатель - то есть сам ребенок, но и его "домашние боги" - мама и папа. Вот почему родителям необходимо усвоить некоторые правила, созданные специально для творцов и божеств, которым свойственно ошибаться.
  Каждое из правил мы предваряем фразами из "Алисы в Стране чудес" и "Алисы в Зазеркалье" Льюиса Кэрролла - просто потому, что взрослый в мире ребенка, как Алиса, тоже бродит наугад, натыкаясь на внешне знакомые вещи и идеи, наполненные новым и странным содержанием. И, конечно же, это удивительное путешествие может стать предметом серьезных размышлений, а может показаться всего лишь путаным сном - тут уж каждый сам себе Алиса!
  Правило первое. Смотрите на кризисы шире
  А я-то всегда был уверен, что дети - просто сказочные чудища, - заметил Единорог.
  Как в ссоре рождается истина
  Человеку свойственно бояться перемен, а кризисы вызывают у него ужас. Да и как еще, скажите, относиться к явлению, обозначаемому как "тяжелое переходное состояние какого-либо процесса"? Когда же весь этот кошмар должен обрушиться именно на нашу голову, отношения, кошелек и прочие святыни, мы стараемся поступать предусмотрительно - сразу же поддаемся панике: крепко зажмуриваем глаза и совершаем множество бессмысленных и беспорядочных действий. И все это ради того, чтобы не увидеть проблему во всей ее красе. Потому что нам страшно. И боимся мы прежде всего неизвестности, забывая о том, что кризис - это не только переломный этап, весьма болезненный, это еще и начало роста. Хотим мы этого или нет, но кризис неизбежно сопутствует развитию.
  Притом, что направление развития во многом зависит не только от того, кто переживает кризис, но и от того, с кем переживают очередной кризис. То есть от окружения - родных и близких. Именно они в конечном итоге могут склонить чашу весов в сторону самосовершенствования или саморазрушения личности. Поэтому кризиса (если таковой случился у вашего ребенка) нельзя бояться или намеренно не замечать.
  Другое дело, что родителю очень тяжело совместить в сознании две такие большие разницы, как "кризис" и "моя трехлетняя деточка". Предполагалось, что эта напасть настигает папу с мамой лет эдак через десять-одиннадцать после рождения ребенка. Уже в эпоху подросткового перехода через психологические Альпы. И вдруг маленькое существо, которое совсем недавно выучилось ходить и говорить, выходит из-под контроля и становится форменным тираном. Что тут прикажете делать?
  Многие родители, столкнувшись с неадекватным поведением своего чада, начинают верить в то же, во что верят обитатели Зазеркалья: дети - просто сказочные чудища. Вернее, чудовища. А если и не сказочные, то все равно чудовища. Значит, из соображений самосохранения детей необходимо дрессировать и укрощать. Не то сожрут. И задолго до того, как отрицательные стороны детской натуры воплотятся в жизнь в форме каннибализма, родители пытаются провести профилактику, отучая ребенка от... А от чего, собственно?
  Вообще-то, это довольно сложная задача - вот так, навскидку перечислить "плохие" качества, от которых ребенка следует избавить, и чем скорее, тем лучше. Начнем с того, что пресловутые пороки, подлежащие искоренению, придется излагать двумя списками - реальных и мнимых недостатков детского характера. А все потому, что людям свойственно следовать высшим стандартам, не имеющим к реальной жизни никакого отношения. Ну, почти никакого. И в результате этих социально одобренных грез и фантазий рождается список, который мы условно назвали "Эфирное созданье": дитя, которое не врет, не жадничает, не шалит, не смотрит букой, не ленится, не грубит, не дерется и неуклонно духовно совершенствуется - то есть, можно сказать, по земле не ходит, а круглосуточно парит во облаках. Второй список включает в себя требования, непосредственно касающиеся обстановки в семье. Здесь, чтобы добиться комфорта, родителям необходимо воплотить в жизнь список "Удобство и простота в обращении": не перечит, не скандалит, не капризничает, не хнычет, не надоедает, не мусорит. Еще добавить "не болеет" - и все, ребенок из стрессора превращается в релаксант. И бог с ними, с психологами, утверждающими, что малолетний ребенок - всегда сильнейший стрессор для собственных родителей. Может, они про своих деток говорят. Может, их детки того стоят.
  Сколь ни прискорбно это звучит, но оба списка демонстрируют чудовищно завышенные требования. И даже более того: выполнение этих требований неизбежно помешает ребенку в самом важном деле его жизни - в формировании уникального "Я", отдельного и отличного от всех прочих.
  Возникновение самостоятельной личности у трехлетнего малыша - серьезное испытание для родительской любви и терпения. Хотя бы потому, что предполагает не только перестройку вселенной ребенка, но и перестройку вселенной родителя.
  До сих пор ребенок воспринимался как существо, полностью зависимое от старших, хрупкое и беспомощное. Поэтому и требования, предъявляемые к младенцу, поначалу невелики и касаются по большей части здоровья ребенка, а не интеллектуального развития. Аппетит есть - хорошо! Стул нормальный - отлично! Не болеет - чудо, просто чудо! Чего ж еще хотеть? К такой непритязательности привыкаешь. Кажется, что жизнь среди нехитрых родительских радостей продлится еще долго-долго. А она: раз - и заканчивается. Где-то на рубеже двух с половиной лет. Потому что вчерашний младенец неожиданно меняется.
  Пока он рос и учился говорить, проявлял свои привязанности, демонстрировал активность, родители как-то поверили в то, что общение складывается "на добровольных и позитивных началах". И, соответственно, говоря языком дипломатических протоколов, неизбежно приведет к позитивным результатам. И вдруг - словно подменили: за завтраком оттолкнул кашу и, словно домовой Кузя из мультфильма, заявил: "Блинов хочу! Со смятаной!"; потом на предложение погулять, ранее встречавшееся ликованием, выдал асимметричный ответ, на попытку критики - еще более асимметричный ответ; попросили убрать игрушки - не сходя с места изобразил летаргический сон.
  В трехлетнем возрасте, который психологи называют "концом раннего детства", а также "кризисом трех лет", возникает феномен "Я сам". Л. С. Выготский назвал это приобретение "внешнее Я сам". Ребенок начинает отделять свои действия от предметов действия и одновременно начинает сравнивать свое поведение с поведением взрослого.
  Проще говоря, сознание ребенка уже не полностью занимают образы посторонних объектов - игрушек, зверушек, других детишек, а также тетенек и дяденек. Освобождается некоторая территория, на которой ребенок начинает строить образ себя. Это фундамент личности - структуры, отдельной от внешнего мира, но в то же время контактирующей с окружением. Ребенок ищет свой собственный способ общения с действительностью.
  С одной стороны, он, безусловно, хочет, чтобы выбранный им способ контактирования с окружающими приносил бы свои позитивные плоды: похвалы, игрушки, всякие вкусности, доброе отношение, приятные ощущения и т.п. С другой стороны, на получение разных "призов" не должно уходить слишком много сил и времени. Принцип нехитрый (вроде бы), но, как это часто бывает с нехитрыми принципами, его воплощение в жизнь - задача ужасно трудная. Ребенок смотрит вокруг, выбирая внешний образец удобного поведения, и заглядывает в себя - не сыщется ли подходящее решение проблемы в сфере личного опыта?
  Из психологических приемов, позаимствованных извне, а также придуманных самостоятельно, складывается система поведения, а со временем - и вся индивидуальность.
  По мере строительства своего неповторимого "Я" ребенок начинает понимать: он - особенный. Он такой один. И люди, которые его окружают - они другие, не такие, как он. И все они разные. Словом, двух-трехлетняя личность перестает воспринимать мир как однородную среду - комфортную или отвратительную, но однородную. И если в "докризисную эпоху" малыш реагирует громким плачем на ухудшение абстрактно-однородной среды, то теперь его реакции меняются...
  Разумеется, ведь теперь у его проблем (холодно, скучно, есть хочется, лень убирать игрушки и проч.) появляются причины. Формирующаяся личность учится... обвинять что-то (или кого-то) в своих неприятностях. И он все чаще сердится на родных или на других детей, его уже нельзя успокоить предложением сделать "а-та-та", например, столу, об угол которого он ушибся. В состоянии кризиса трехлетнего возраста он скорее нагрубит дедушке, сидящему за этим столом, чем примется лупить по столешнице с криком "Вот тебе! Вот тебе!" - таков эффект взросления. Противостояние между ребенком и его "обвиняемыми" служит строительным материалом для роста детской индивидуальности.
  Как только трехлетний малыш сможет увидеть себя в другом, он научится отделять себя от других - и только тогда в нем возникнет самостоятельная личность.
  Конечно, этот процесс не всегда проходит одинаково. Люди слишком разные, чтобы составлять точный прогноз развития событий "на все случаи жизни". И придется довольствоваться приблизительным прогнозом.
  Те дети, чья личность не содержит большого объема агрессии или находится под сильным давлением, как правило, демонстрируют меньше кризисных проявлений. Вот-вот-вот, мы уже слышим мысли уважаемого читателя. "Значит, если выбрать жесткие методы воспитания и надавить как следует, мой ребенок в процессе строительства этой самой индивидуальности не будет безобразничать так, словно он сошел с ума!" или "Если мой ребенок ведет себя прилично, выходит, у него просто-напросто нет характера - то есть с возрастом им начнут помыкать все, кому не лень!" Извините, но оба эти варианта не просто ошибочны - они опасны. Для вашей семьи, для ваших взаимоотношений с ребенком.
  Ситуация гораздо сложнее, чем простое деление надвое: да-нет, можно-нельзя, черное-белое. Сами знаете: усиленное давление может не столько дисциплинировать, сколько ожесточить душу ребенка. А спокойные, добродушные люди, предпочитающие не ссориться по мелочам, в проблемных ситуациях порой оказываются очень стойкими. Человеческое поведение и восприятие, созданное как внешней средой, так и внутренними качествами, не могут вместить никакие схемы.
  Представьте себе, что перед вами формула с множеством переменных. Характеры людей, окружающих ребенка, и его собственный нрав - все это величины переменные. Образцы для подражания, которые он выберет сам, тоже неодинаковы. Социальная среда (которая, кстати, действует везде, в том числе и в семье, и в детском саду) предлагает малышу самые разные идеалы, которые он также волен принять или отвергнуть. Сами видите, сколько условий влияет на результат. Поэтому не будем решать навскидку, каким он будет, если вы поведете себя как ужасно строгий или, наоборот, глубоко снисходительный родитель.
  Конечно, родителей, чей ребенок бурно переживает свой первый кризис, удручают неприятные высказывания и хулиганские выходки любимого чада. И они завидуют тем, чей ребенок мало изменился и в трехлетнем возрасте все такой же белый-пушистый. А родители "ангелочка", в свою очередь, беспокоятся, как бы белизна и пушистость с годами не вылилась в бесхребетность. И ни те, ни другие не в курсе, откуда берутся психологические реакции, которые приходится наблюдать у малыша двух-трех лет и которые так и хочется назвать нездоровыми.
  В некотором смысле эта характеристика верна: рождение нового человека - как биологическое, так и психологическое - процесс непростой и болезненный. Психика ребенка переживает полный распад прежней обстановки: условия, пригодные для младенца, уже не годятся для того, кто учится делать самостоятельный выбор. Сейчас ребенок понимает: если хочешь получить свой маленький, но оттого не менее важный "приз" (конфету, игрушку, внимание родителя и т.п.), ты должен не просто завыть белугой, а выбрать наилучший способ добиться своего. Для кого-то этот способ так и останется старым добрым приемом из раннего детства, исчерпывающе описанным детским писателем Григорием Остером: "Станьте прямо, пятки вместе, руки в стороны расставьте, открывайте рот пошире и кричите букву "А"!" А кто-то предпочтет более сложный путь (если родитель на букву "А" не откликается). В любом случае, отработка психологических приемов будет проходить на ближайшем окружении. То есть на членах семьи и воспитателях детсада.
  Все потому, что человеческое сознание - в том числе и сознание маленького ребенка - не может существовать в социальном вакууме. А также пользоваться устаревшим образом реальности. Человек хочет понимать окружающий мир и хочет с ним управляться. А потому вынужден время от времени перестраивать свои представления о действительности. Вот почему, как только устаревает образ крошечной вселенной, сформированный ощущениями младенца, ребенок двух-трех лет начинает перестройку представлений о мире (и в первую очередь, как сказано выше, о себе самом). Перестройка сопровождается немалыми потрясениями и даже, в некотором смысле, психологическими катастрофами.
  Вот почему возрасте приблизительно от двух с половиной до трех с половиной лет у большинства детей наблюдается так называемый "кризис трех лет". Само по себе обретение независимости и умения делать выбор - повод отнюдь не для мирных переговоров с действительностью. Перечисленные способности проявляются и шлифуются в ходе самой настоящей войны между личностью и внешним миром. И все-таки зачем эта война? Разве нельзя обойтись без нее?
  В принципе можно. Мы уже упоминали, что некоторое количество детей идет путем мирного урегулирования своих отношений с окружающими людьми. Но прочие предпочитают конфликт. Ведь у ребенка так мало возможностей заявить о себе! К тому же он с трудом представляет, что именно собирается заявлять. Его энергия выплескивается в форме абсурдного противоречия. Кому и чему? Да всему. Когда окружающие говорят "черное", он твердит "белое", предлагают почитать сказку - намертво прилипает к телику, одевают - брыкается, кормят - отталкивает тарелку. Родители в недоумении: ему что, разонравились каша, прогулки, чтение вслух? Да нет. Просто ребенок дает понять: это мое мнение, вы обязаны с ним считаться. Я вам не кукла, с которой можно проделывать все, что в голову взбредет, не спрашивая разрешения!
  Но родителям эта заявка часто кажется преждевременной и чересчур категоричной. Почему-то первые шаги к самостоятельности воспринимаются как узурпация власти, своего рода домашний переворот со смещением законного правителя и воцарением на троне сомнительной особы вроде корсиканского выскочки. А все эти пожелания трехлетних Наполеонов - самые обыкновенные дурацкие капризы! Уж родители-то знают, что их малолетнему узурпатору требуется - и в плане телесной, и в плане духовной пищи! Действительно, капризы имеют место быть. В том числе и дурацкие. Ведь ребенок не собирается менять свой рацион, режим и обычные развлечения на какую-нибудь дорогостоящую экзотику. Ему не требуется новый образ жизни. У него другая задача: ему просто нужен новый образ себя.
  Все дети в возрасте от двух с половиной до трех с половиной лет заняты тем, что создают и внедряют в реальность этот новый образ себя.
  Причем каждый ребенок выбирает свой собственный неповторимый способ и создания, и внедрения. Поэтому стиль поведения в фазе кризиса - фактор субъективный: даже поведение одного и того же малыша в течение всего времени кризиса может существенно меняться.
  У многих детей этот этап связан с негативизмом, своеволием, строптивостью - ребенок постоянно прекословит старшим. Противоборство изматывает обе стороны. Бывает, что взрослый, устав спорить, соглашается: хорошо, не пойдем гулять, будешь есть не кашу, а блины, снег не белый, а красный, только отстань! И тут ребенок торжественно возвращается на исходную позицию, требуя прогулок и каши, и раздражая родных своей "беспринципностью" еще больше. Откуда берется... нет, не стремление противоречить, а родительское раздражение? От непонимания предмета спора. Взрослый человек концентрируется на том, что оспаривается в данный момент. То есть прогулка, каша и т.п. Ну, а ребенок?
  А ребенку все равно. Его не интересует замена прогулки домоседством (или каши - блинами). Ему важно отработать приемы психологической борьбы: натиск, нажим, шантаж, манипуляция и проч. Вот ребенку удалось заставить другого человека (чаще всего родителя) переменить свое, родительское, решение. В сознании возникает связь: ага, этот прием работает! Значит, им стоит пользоваться, если мне что-нибудь нужно!
  Честно говоря, взрослые - занятой народ. Им легче заменить кашу блинами, а прогулку просмотром мультиков, чем сражаться с неадекватным (как им кажется) малолетним терминатором за сохранение установленного порядка. В конце концов, какая разница? Бывает, что торопливый и невнимательный родитель дает ребенку повод для превращения в нытика или в манипулятора. Предположим, раз за разом дитятко получает все, что потребует, если требование сопровождается громким выкрикиванием буквы "А". Что, по-вашему, оно должно думать о таком психологическом приеме? Правильно. Что это очень действенный прием. И шанс с возрастом превратиться в манипулятора и шантажиста несколько возрастает.
  С другой стороны, не получая ничего из того, что попросит, ребенок может решить: взрослым нет до меня дела. Они не хотят меня слушать, они не желают откликаться на мои просьбы, они заняты взрослыми делами, которые важнее меня. Получается, что я - самая неважная вещь в их жизни. Потом он попытается как-нибудь объяснить себе, почему его статус такой низкий. И может выбрать самое невыгодное объяснение: я - плохой. Меня нельзя любить. И на меня не стоит обращать внимание. Признайтесь: вы бы не хотели, чтобы ваш ребенок ценил себя так низко.
  В общем, будьте внимательнее к "психологическим боям без правил", в которых участвуете. Информация, которую из них извлекает ребенок, без преувеличения, глобальная и базовая. Она будет определяющим фактором в процессе формирования личности и мировоззрения ребенка.
  Для понимания роли спора со взрослыми в жизни ребенка вам необходимо понять: предмет спора - еда, игра или еще какая-нибудь смешная мелочь - в действительности не имеет значения. Не обращайте на нее внимания. Да, вам хочется согласиться с пожеланиями ребенка, лишь бы он оставил вас в покое. Но эти несколько минут покоя могут скверно повлиять на психику вашего малыша. Попробуйте оценить ситуацию иначе. Ребенок учится отстаивать свое мнение. Вы - его главный учитель. Не увиливайте от урока. Иначе ваше чадо примутся обучать совершенно посторонние люди. И неизвестно, какие "истины" они ему внушат.
  Итак, основная цель ребенка, переживающего кризис, - спор со взрослым. Ее он и добивается всеми известными ему способами.
  А взрослый, несмотря на занятость, должен отнестись к новой потребности ребенка - к потребности спорить - не как к идиотским приставаниям, а как к средству познания себя и действительности. Это необходимо - хотя бы для того, чтобы научить ребенка спорить не ради спора, а по делу.
   Вспомните, как давно вы встречали людей, обожающих спор ради спора? Наверняка недавно. Таких людей много и все они ужасно утомительны. И в споре с ними никакая истина не рождается, а если что и рождается, то одно лишь раздражение. Потому что у всякого заядлого спорщика имеется неявная, скрытая цель - прямо скажем, не самая благородная.
  Если взрослый человек охотно провоцирует ссоры по пустякам, то его интересует возможность агрессивной разрядки.
  Излить на оппонента все раздражение и злость, накопившееся в ходе общения со всем миром - вот истинная цель такого любителя диспутов и дискуссий. Подсознательно все это чувствуют. И потому стараются не связываться. Никому не хочется служить заземлением для чужого раздражения.
  Мы упоминаем здесь об агрессивной разрядке не просто так. Эта потребность влияет на поведение взрослого человека, обладающего адекватным восприятием, сильнее, чем хотелось бы. Накопившаяся в подсознании агрессия заставляет человека искать доступный способ разрядки. А один из самых распространенных способов разрядиться - это психологические игры .
  Есть целая система игр, придуманных специально для того, чтобы позлиться на окружающих и таким образом разрядиться в них, как в громоотвод. Например, слить раздражение помогает игра "Взгляни, что я из-за тебя натворил!". Примерный сценарий игры выглядит так: один из игроков, отгородившись от всех, над чем-то напряженно работает; кто-то из родных задает ему вопрос или просто повышает голос; игрок делает ошибку и немедленно устраивает скандал под лозунгом "Вечно вы мне мешаете". На первый взгляд, он возмущен тем, что ему помешали. На второй - он рад тому, что ему помешали. Теперь есть, на кого свалить и свои промахи, и свое раздражение, и свое нежелание продолжать работу. Аналогичные сценарии у игр "Ну вот, попался, негодяй!", "Ну, что я говорил!", "Посмотри, что ты наделал!" и других. Они все основаны на том, что основной игрок - на первый взгляд - целиком и полностью погружен в какое-то важное занятие. На самом деле он только и ждет повода, чтобы отвлечься. Может быть, он устал или у него не все получается. В любом случае, у него плохое настроение и он ждет подходящего момента, чтобы снизить напряжение. Оптимальный вариант - поймать другого игрока и громко отчитать за все подряд: за неправильные действия, за привычку путаться под ногами, за убожество мысли и тела.
  Сбросить груз накопившейся агрессия непросто, а добровольно никто подставляться не желает. Вот и приходится искать виноватого. Ну, а если никто, зная пристрастие главного агрессора к шумным скандалам, не повышает голоса? Если вся семья ходит на цыпочках, по первому требованию приносит чай, кофе, бутерброды и тапочки? Если телефон безмолвствует, а телевизор скорее мертв, чем жив? Искрящий от внутреннего заряда игрок переходит от ожидания к активным действиям: нужен виноватый - сделай сам! Необходимо найти в своем окружении козла отпущения, а потом жестко ограничить его свободу. И держать беднягу в тисках запрета до тех пор, пока нарушение правил не станет единственной формой поведения, совместимой с жизнью. Теперь-то он сделает то, что требуется - проколется! И вот он, звездный час агрессора: можно взорваться, словно килотонна взрывчатки, или растечься ядовитым озером сарказмов, или покапать на темечко, или... Вариантов множество.
  Сейчас многие читатели думают: это каким же извергом надо быть, чтобы использовать собственного ребенка в подобных целях? Да нет, вовсе не обязательно быть извергом. Самые обычные люди втягиваются в психологические игры, не замечая, как это происходит.
  Вот представьте себе молодую женщину, которая не любит готовить. К тому же стряпня ее не слишком-то съедобна. Не такое уж это редкое явление. А еще у нее есть муж и маленький ребенок, для которых готовить приходится каждый день. И каждый день, соответственно, выслушивать их неприятные комментарии. Да вдобавок сейчас ей до жути хочет посмотреть сериал (потрепаться с подругой, поковырять в носу, пропустить пивка) и совершенно не хочется тратить жизнь на стряпню и возню с ребенком. И вот она говорит непоседливому чаду: "Сиди смирно, играй тихо и не мешай мамочке, мамочка занята". Ребенок возится с игрушками, а мамочка тем временем с ненавистью месит фарш, жарит котлеты - плита в масле, мамочка в муке, котлеты в чудесной черной корочке. Наш кулинар-любитель буквально слышит язвительные реплики мужа в свой адрес и оттого переполняется чувством вины и злости. Вдруг ребенок подбегает с криком: "Мам, посмотри, я космонавт!". Мать радостно отвлекается на ребенка - то есть начинает метать гром и молнии: "Тебя просили сидеть смирно! Тебя просили не мешать! Вот, смотри, ужин из-за тебя испортила! Ну почему у других хорошие дети, а у меня - плохой. Ты это нарочно сделал!"
  Что, как вы думаете, происходит? Мать срывает на ребенке агрессию за то, что вместо приятного времяпрепровождения ей приходиться стоять у плиты, а позже предстоит выслушивать нарекания в свой адрес. Но сейчас, переложив вину на плечи малыша, она может снять с себя ответственность - если не всю, то хотя бы часть. А ребенок тем временем: а) учится психологическим приемам, которые помогают не нести ответственности за порученное дело; б) узнает, что он плохой и мешает маме; в) понимает, как можно разрядиться, если тебя распирает от негативной энергии.
  Одиночный случай такого рода ничего, конечно, не значит. Чтобы закрепить это знание, понадобятся сотни аналогичных ситуаций. Притом, что счет быстро переходит на сотни, когда речь идет о повседневных событиях. И вот ребенок начинает подражать взрослым. То есть включается в ту же игру, то в качестве основного игрока, то в качестве жертвы-громоотвода. Самые серьезные проблемы начинаются, когда человек заменяет психологическими играми всю свою жизнь.
  Но это все проблемы более позднего возраста. А пока, в эпоху раннего детства, ребенок только-только осваивает территорию психологических игр. Он многого не знает и не умеет, он слишком прямолинеен, реагирует открыто, ведет себя непосредственно, поэтому взрослые его... не понимают.
  Ребенок открыто преследует внутреннюю выгоду, не пытаясь, в соответствии с правилами психологических игр, замаскировать ее выгодой внешней.
  Если ребенку захочется надуться или сказать гадость, он не будет долго подыскивать повод. И для спора выбирать причину не станет. Потребность в драке тут же реализуется в том, что взрослые называют "безобразной выходкой".
  Для взрослого все это выглядит полнейшей бессмыслицей. А как еще, скажите на милость, назвать состояние, описанное Эльзой Келер в работе "О личности трехлетнего ребенка"? Взять хотя бы основные симптомы:
  1) негативизм - отрицательная реакция в отношениях между людьми (его часто смешивают с непослушанием, которое бывает и в более раннем возрасте - а это серьезная ошибка); ребенок вообще отказывается подчиняться определенным требованиям взрослых;
  2) упрямство - реакция на свое собственное решение (которую не следует путать с настойчивостью); упрямясь, ребенок настаивает на своем требовании, на своем решении; так личность определяется в своих границах и выдвигает требование, чтобы с нею считались;
  3) строптивость - близка к негативизму и упрямству, но имеет специфические особенности, носит более безличный характер; это протест против порядков, существующих в доме;
  4) своеволие - стремление эмансипироваться от взрослого; ребенок хочет что-то задумать и сделать сам (отчасти это напоминает кризис первого года, но тогда ребенок стремился к физической самостоятельности, а здесь речь идет о более глубоких вещах - о самостоятельности намерения, замысла);
  5) обесценивание взрослых - если до сих пор ребенок грубил в основном по наивности ("смотри, лысый дядя", "ой, какая толстая тетя" и т.п.), то теперь он может целенаправленно критиковать и даже оскорблять старших (например, назвать мать или бабушку дурой);
  6) протест-бунт - проявляется в частых ссорах с родителями; "все поведение ребенка приобретает черты протеста, как будто ребенок находится в состоянии войны с окружающими, в постоянном конфликте с ними", - писал Л. С. Выготский;
  7) стремление к деспотизму - встречается в семье с единственным ребенком, когда малыш проявляет деспотическую власть по отношению ко всему окружающему и изыскивает множество способов манипуляции родными.
  Вот как на практике выглядит кризис трехлетнего возраста. Если подобное поведение возникает регулярно, родители, конечно же, начинают искать причину столь невиданных безобразий. Вплоть до физиологических отклонений. А подозрения такого рода - вещь очень страшная. Психологи обычно советуют родителям не паниковать. Кризис - явление естественное, пройдет. У некоторых детей это состояние проходит довольно быстро и без последствий. А у других принимает осложненные формы, и тогда ребенку требуется помощь. Причем родительская паника помощью не является. Скорее уж наоборот.
  Часто родителям кажется, что их ребенок отстраняется, разрывает социальные связи, становится чужим и жестоким. А между тем выдающийся психолог Л. С. Выготский подчеркивал, что это неверная трактовка и напрасные страхи. Ребенок не обрывает старых взаимоотношений окончательно - наоборот, он их реформирует, пытаясь установить новые, "более высокие формы отношения с окружающими". Как считал Д. Б. Эльконин, кризис трех лет - это кризис социальных отношений, а всякий кризис отношений есть кризис выделения своего "Я".
  Можно предположить, что верен и обратный принцип: кризис выделения своего "Я" приводит к кризису социальных отношений. Всем противоречащий, дерзкий, строптивый, эгоцентричный и деспотичный ребенок вызывает у взрослых постоянные нарекания и раздражение.
  И зачастую взрослые не подозревают, что кризис приведет их к большему взаимопониманию и к большему взаимному уважению - надо только пройти этот путь до конца.
  Когда ребенок из "повторюшки" преобразится в самостоятельного "деятеля", взрослые раскрываются перед ним, как никогда раньше. До кризиса малыш был слишком занят собственно предметами, обучаясь всем доступным способам действия с ними. Из-за этой занятости он не мог воспринимать людей, то есть видеть во взрослых таких же деятелей, с которых можно и нужно брать пример (а это не значит слепо копировать).
  Зато теперь старшие становятся для ребенка живым примером всевозможных действий и отношений.
   Как пишет Л.Ф. Обухова, "взрослые как бы впервые возникают в мире детской жизни. Мир детской жизни из мира, ограниченного предметами, превращается в мир взрослых людей". И, конечно же, знакомство с новым миром не обходится без осложнений.
  Как в споре рождается заблуждение
  Осложнение первое: ребенок, вступая во взаимоотношения с новыми для себя вещами, принимается их изучать. И действует при этом безжалостно, напрямую. Помните, как он лупил выбранной игрушкой по всем встречным предметам? Как совал нос и пальцы всюду, куда можно и особенно куда нельзя? Теперь он так же поступает с людьми. Это единственный способ выяснить, что можно делать с окружающими. Но не в соответствии с правилами приличий. А в соответствии со своими потребностями. Поэтому, если ребенку хочется сказать или сделать что-нибудь агрессивное, он так и поступает.
  Даже человек проницательный, любящий детей, не всегда понимает: ребенок отнюдь не хочет причинить боль собеседнику и не пытается его унизить. Просто он выбирает самый очевидный способ продемонстрировать окружающим свою "самость".
  Ребенок хочет сообщить взрослому о себе, отделить себя от окружающих и показать свое "я". И делает он это, исходя из возможностей своего возраста. Дети в возрасте трех лет не умеют разговаривать сложноподчиненными предложениями, не умеют строить логических схем, не способны подчинять спонтанные проявления натуры правилам светского этикета - то есть действуют прямолинейно и напористо, пытаясь решить свои задачи. Все это не слишком красиво смотрится. Кажется, что ребенок сконцентрирован на своей персоне, а окружающие его не интересуют. Поэтому он не способен ни на жалость, ни на деликатность.
  Во мнении окружающих такой ребенок с малых лет груб, жесток и переполнен самодовольством. Если кто-то чего-то боится, от малыша тут же слышишь: "А мне не страшно!" Бабушке трудно подниматься по лестнице - ребенок радостно вопит: "А мне легко! А мне легко!" Если у кого-то излишек веса, в него непременно ткнут пальцем: "Он толстый! А я не толстый!" Подобное поведение ребенка ужасает родителей: "Господи, что из него вырастет! Он еще совсем маленький, а уже такой наглый и бездушный!" Он не наглый и не бездушный, хотя со стороны и выглядит таковым. Он неопытный. Следовательно, его не запугивать надо, а учить. Разницу между репрессивной и обучающей системами знаете? Используйте это знание на практике.
  И не забывайте: поколение родителей воспитывалось, как правило, в духе установок, принятых на вооружение еще при царе Горохе, то есть в советское время. Тогда считалось: детство - время счастливое и безоблачное, а значит, кризисам нет места в сознании советского ребенка. Кризисные проявления воспринимались как признаки избалованности или распущенности. А потому их лечили методом подавления. Поэтому ребенок на каждое свое "А вот я..." слышал четкое: "Я - последняя буква в алфавите! Скромнее надо быть!" и в конце концов затыкался. Табу на "яканье" прочно закреплялось в подсознании. Теперь, когда ребенок родителя, в свое время излеченного от "дурной" привычки, начинает "якать" по сто раз на дню, как реагирует родитель? Правильно. Он возмущен, он негодует: "Да что с ним творится! Я его этому не учил! Мы такими не были! Нас не баловали, нас воспитывали и учили хорошему!" И потому благонамеренный родитель намерен искоренить в своем малолетнем баловне весь этот эгоизм, подчистую.
  Вот исторический пример непонимания разницы между взрослой и детской реакциями на чужую проблему.
  Поэт Валентин Берестов рассказывал К. И. Чуковскому о своей двухлетней дочке Марине: "Видит безногую куклу и говорит, торжествуя: "А у Марины ножка не сломалась!" Ночью у дяди заболели зубы. Он заплакал. Марина проснулась тотчас же: "А Марина не плачет!" Узнав причину его слез, заявляет: "А у Марины не болят!". Даже добрейший Корней Иванович Чуковский, всю жизнь писавший для детей, решил, что ребенок попросту хвастается, самоутверждаясь "на костях" другого человека и даже неодушевленного предмета (насколько двухлетняя девочка могла счесть куклу неодушевленным предметом). Однако, по мнению психолога М. Кечки, здесь ребенок всего лишь проводит границу, выражая разницу между собой и всеми, кто находится рядом.
  Так и только так детское сознание учится воспринимать себя как самостоятельную сущность: через противопоставление и "яканье", то есть обозначение себя с помощью этого "самого важного местоимения".
  Повторяем: ребенок не злословит и не хвастается, когда подчеркивает свое отличие от другого человека. Если первое, что бросается в глаза - физическая слабость или внешний изъян другого, ребенок спешит сообщить: у меня ничего такого нет, я - не он, я сильный и красивый. Разумеется, ребенку приятнее хвалить, чем критиковать себя любимого. И если, предположим, он увидит красивую тетеньку или могучего дяденьку, то вряд ли скажет: "А я некрасивый! А я маленький и хилый!" Хотя, возможно, и подумает об этом. Но зато малыш не упустит случая похвалить себя. Одобрение и признание окружающих - одна из важнейших потребностей личности. Но об этом позже.
  Скажем только, что ребенок решает свою проблему - проблему осознания себя как отдельной личности. И делает он это, как правило, без особой деликатности, без учета чужих потребностей. И если вы хотите изменить такое положение дел, вам следует не наказывать малыша за эгоизм, а информировать его о правилах человеческого общения. В частности, о том, что, решая свои проблемы, надо учитывать и чужие интересы. Иначе рискуешь остаться в одиночестве.
  Реагировать на жестокое поведение малыша следует иначе, чем на хвастовство или бесчувственность взрослых.
  Но проблема в том и заключается, что мы не всегда видим разницу между формирующейся личностью и личностью деформированной. Мы лишь замечаем "неправильные" элементы поведения и воспринимаем их как некий дефект конструкции. И при этом не делаем скидку на юный возраст и на "незавершенность проекта". В результате поведение необученной личности (то, что можно и нужно совершенствовать) воспринимается как поведение личности патологической (то, что необходимо лечить - и неизвестно, насколько успешно). Представьте разницу: родитель, который понимает, что его ребенок слишком мал и беспомощен, чтобы воплощать в жизнь сложные идеи альтруизма - и родитель, который видит в своем ребенке только мнимые личностные дефекты. В первом случае ответное поведение папы и мамы будет конструктивным, развивающим. А во втором? Скорее всего, реакция родни окажется панической.
  Воображение тут же нарисует целую галерею ужасающих картин далеко не светлого будущего семьи, в которой произрастает монстр-эгоцентрик. А ближайшее окружение (у каждого из нас найдется какая-нибудь теща, свекровь или двоюродная тетка-предсказательница) обязательно поддаст жару: ох, ну и норов у твоего дитяти, вот увидишь, оно тебя лет через двадцать из дома выживет, в богадельню сплавит, всю кровь из тебя высосет, а что останется - на органы продаст, з-з-з-з, з-з-з-з, з-з-з-з... Так возникает осложнение второе.
  Осложнение второе: родители начинают паниковать и теряют голову. Оно и неудивительно. Вышеизложенные прогнозы "тетки по имени Глоба" чувствительным натурам западают в душу. Некоторые матери (поскольку отцы на домашних пифий внимание обращают гораздо меньше) даже впадают в депрессию, нанося ущерб и себе, и всей семье в целом. Любое невежливое высказывание отпрыска укрепляет их уверенность в том, что это не ребенок - это ЧУДИЩЕ!!! Бывает, что мать отгораживается от единокровного чудища толстой стеной психологической защиты. Это жестокая мера принимается, чтобы успокоить расшатанные материнские нервы хотя бы видимостью благополучия и безопасности. Незачем и говорить, что подобный сон наяву плохо действует на отношения матери и ребенка.
  А между тем существует куда более действенный и куда более безопасный способ наладить взаимопонимание поколений. Это... синхронный перевод с детского на взрослый.
  Для того, чтобы овладеть этим искусством, взрослому нужно поставить себя на место ребенка, перейти на его принципы восприятия. Тогда у взрослого изменится трактовка смысла всего, что говорит ребенок. И поведение ребенка не будет выглядеть таким пугающим в глазах взрослого. В общем, как ни назови, речь идет о понимании разницы между формирующимся индивидом и зрелой личностью. У них все разное, даже язык.
  Как правило, взрослые бывают не готовы к тому, что оценивать высказывания ребенка надо иначе, нежели высказывания взрослого.
  Да, ребенок употребляет знакомые и вроде бы понятные слова. Но детям всегда требуется переводчик. Потому что они долго-долго, до самого подросткового возраста, вкладывают в привычные слова особый, "детский" смысл. Вот если бы можно было просто составить разговорник, улучшающий взаимопонимание поколений... Наверное, это бы давно было сделано. Увы. Каждому родителю приходится самостоятельно создавать нечто в этом роде. И главная трудность для составителя - осознать необходимость такого словаря.
  Вообще родителям полезно усвоить следующее правило: вслушивайтесь в слова малыша с тем же вниманием, с каким воспринимаете иностранную речь. Вы же понимаете: если иностранное слово и похоже на отечественное, никаких гарантий, что и значение у них одинаковое. Вот и "детский язык", который психолог Эрик Берн назвал "марсианским", во многих отношениях только похож на наш, взрослый. Кстати, не только мы, старшие, не понимаем их, младших. Обратный принцип взаимонепонимания тоже срабатывает исправно: и они не совсем понимают нас. Вернее, понимают, но не так, как нам хотелось бы. В общем, все дело в эмпатии.
  Эмпатией называют сопереживание, способность поместить в свое сознание ощущения другого человека.
  На практике это свойство проявляет себя в форме уникальной чуткости: эмпат угадывает настроение другого человека с такой точностью, которая не-эмпату и не снилась. От его внимания не ускользают мельчайшие признаки грусти, тревоги, удовольствия, отвращения, страха. Он видит едва заметные мимические движения, по изменениям пластики, движению глаз угадывает, какие ощущения влияют на настроение другого. Менее чуткая натура понимает, что у человека на душе, лишь тогда, когда эти признаки становятся вполне отчетливыми, а чувства - довольно сильными. Зато эмпат улавливает эмоции собеседника буквально в момент их зарождения.
  Именно это и мешает эмпату... адекватно воспринимать своего "подопытного". Дело в том, что эмоции собеседника нередко расходятся с информацией, которую он стремится сообщить эмпату. Или бывают противоречивыми. Или умирают, так и не развившись в полноценную осознанную реакцию. Прежде, чем чувство укоренится в мозгу и проникнет в сферу сознательного, оно должно изрядно усилиться, разрастись, охватить целую область психики и вообще много чего должно. Но эмпат, как уже было сказано, все просек на начальной стадии. Он принимает едва появившееся чувство как данность. А тот, кто указанное чувство испытывал, может быть, и не осознал, что именно чувствует. Или осознал, но еще не выбрал: продемонстрировать или скрыть. Вот и получается: эмпат подсматривает за тайной жизнью чужой души. Без согласия обладателя пресловутой души. В общем, психоанализ без разрешения анализируемого идет полным ходом и вызывает много неприятных последствий. Особенно если в роли психоаналитика выступает... маленький ребенок.
  У детей эмпатия очень развита. Она им заменяет жизненный опыт. Малыш настроен на самоощущение близких, точно гигантская антенна на слабый сигнал. Природа, создая это свойство - сверхчуткость молодняка, таким образом защитила детеныша от опасностей, о которых недавно родившееся существо не имеет представления. Моментально реагируя на любые, в том числе и слабо выраженные изменения в поведении членов стаи, молодняк увеличивает свои шансы на выживание. Ну, а человеческий молодняк? Он просто следует природным инстинктам. Было бы гораздо удобнее, если бы ребенок усваивал информацию из слов, сказанных ему старшими, а не из эмоций, теми же старшими испытанных. Почему? Потому что "взрослый" не значит "ангел".
  Родные и близкие малолетнего эмпата испытывают страх и удовольствие независимо от того, нравственна их реакция или нет, прилична или неприлична. В результате ребенок время от времени получает сигнал "Это должно нравиться (этого надо бояться)!", не соответствующий правилам этикета или законам морали. И усваивает его - хочет того "источник сигнала" или нет. Вот так, по большей части, и наследуются фамильные пороки, передаваясь из поколения в поколение.
  С возрастом уровень эмпатии неизбежно понижается. Человек учится воспринимать информацию из слов, а не из ощущений. Постепенно объем информации все увеличивается, опыт накапливается, детская чуткость утрачивает свое значение. А потом и вовсе становится опасна: чересчур сильное сопереживание изматывает. К тому же в обществе не слишком-то любят тех, кто способен "вскрывать" чужие души, словно плохо защищенные сейфы.
  Сами взрослые эмпатией уже не владеют. Ну, или почти не владеют. Как было сказано выше, с возрастом мы это свойство утрачиваем. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей. Но все взрослые люди ориентируются на стандартное значение слова и уже не так внимательны к нюансам - к выражению лица, к интонации, к подтексту и проч. И в результате теряют немалую часть информации, заложенной в банальной, казалось бы, фразе вроде: "Доброе утро, какая сырость на улице, погода вообще не балует, вот лет десять назад такого не было, чтобы в это время года сырость стояла, это все глобальное потепление, вот-вот ледники растают, скоро на плотах всплывем, ну что ж тут поделаешь, чему быть, тому не миновать, знаешь, в связи с грядущей гибелью человечества дай взаймы без отдачи, все одно помирать!" Может, обладая детской эмпатией, мы бы такому собеседнику не позволили двух слов связать, не говоря уже о требовании беспроцентного кредита на срок до Судного дня. Вооруженные сверхчувствительностью ребенка, мы могли бы уловить подспудные намерения доброжелателя еще на первых словах приветствия, почувствовав его потаенное желание использовать лоха в своих целях. А так, пребывая во взрослом бесчувственном состоянии, мы слышим лишь слова и только после нескольких неприятных инцидентов начинаем понимать: вон идет метеоролог-любитель занимать без отдачи. Пора прикидываться мебелью.
  В этом и есть разница в восприятии взрослого и ребенка. Взрослый реагирует на слова, которые произносит собеседник, ребенок - на его чувства, в том числе и потаенные.
  Отсюда и осложнение третье: взрослые боятся детской эмпатии и пытаются от нее защититься. Поскольку благодаря своей эмпатии ребенок видит нас насквозь. Он, конечно, многого не знает: не знает, почему мы стали такими, какие мы есть; не знает, каким положено быть в современной действительности; не знает, какими мы хотели бы видеть себя и какими мы себя видим. Он подключается к нашему "эмоциональному каналу" и воспринимает наши чувства как есть, в голом, так сказать, виде - без всяких оправданий и объяснений, прикрывающих суть эмоций флером благовоспитанности или вынужденности. Одним словом, ощущает наше "нравится-не нравится", "холодно-горячо", "хорошо-плохо", возникающие в тех или иных ситуациях. Хотелось бы назвать этот процесс недопониманием, но... Здесь мы имеем дело с "перепониманием". То есть с излишней проницательностью маленьких детей, к которой мы, большие дяди и тети, как правило, оказываемся не готовы.
  Детское "перепонимание" - большое испытание для старших. По сути своей оно - допрос. Допрос, во время которого человека не просто выворачивают наизнанку, стараясь выведать всю подноготную. А еще в придачу всю полученную информацию трактуют вкривь и вкось, лишь бы подогнать под гипотезу, приготовленную заранее. Например, под гипотезу "Мама не любит ни меня, ни папу", или "Папа рад, что бабушка заболела и мама уехала к ней", или "Для родителей компьютер/телевизор важнее, чем я".
   У ребенка нет жизненного опыта, который помог бы смягчить, оправдать или исправить жестокое представление о проблемах в обычной семье. Вот почему такого рода "откровения" сильно травмируют ребенка. Он начинает искать причину проблем в своем весьма ограниченном мире - и может додуматься до опасных выводов типа "Я во всем виноват, потому что я плохой".
  Это разрушительная установка для формирующейся личности. И ребенок, усвоивший подобную теорию ни с того, ни с сего (как это кажется взрослым) будет страдать. И, вероятно, заставит страдать свое окружение.
  Но неизвестно, что хуже: если ваши подсознательные реакции притянут за ухо к ложной гипотезе, или если их поймут совершенно правильно. То есть вашу личность разденут догола и даже препарируют для вящей точности и достоверности. Кому хочется таких экспериментов над собой? Да никому, даже кроткому праведнику.
  Естественно, обе вышеописанные перспективы вызывают страх или агрессию - как проявление страха. Родители злятся на детей и в глубине души боятся их жестокой проницательности. Ведь каждому из нас хочется нравиться, получать одобрение и признание, вызывать любовь и уважение, а не выставлять напоказ свои слабости и больные места.
  Родительская агрессия усугубляется осложнением четвертым: ребенок не владеет логикой. В возрасте трех-четырех лет, не имея возможности оценивать ситуацию рационально - то есть с применением логического мышления и жизненного опыта - малыш оценивает окружающее, основываясь на том, что говорят ему инстинкты и эмоции. Он не понимает, за что на него сердятся. Он не знает, какое правило он нарушил. Он не представляет, какой ущерб нанес. Но он чувствует, что на него сердятся. И вряд ли перепутает родительское раздражение с родительской заботой. И еще он чувствует, чего от него хотят. Но не в том завуалированном или, если хотите, цивилизованном виде, к которому мы привыкаем за годы взрослой жизни, - нет. Ребенок воспринимает наши потребности в примитивной, прямо-таки первобытной форме.
  Если родителю требуется переложить вину со своей головы, больной от семейных забот, на чью-нибудь еще, ребенок может буквально подставить свою: я каждый раз мешаю маме готовить обед, потому что это помогает ей оправдать пересоленность, подгорелость и общую невкусность первого, второго и пирога. Если папе необходимо сорвать злость, копившуюся в течение трудового дня, малыш опять-таки не преминет дать повод: вот он карабкается на папу, как на Монблан, а Монблан рычит от возмущения и лупцует альпиниста газетой. Если семейный любимец - какой-нибудь жуткопятнистый хорек - всех достал своим запахом и привередливостью в еде, есть вероятность однажды обнаружить хорька плавающим в аквариуме. Причем на спине, брюхом кверху.
  Вариантов непредсказуемой детской реакции множество - столько же, сколько тайных желаний у членов семьи. Но все эти варианты, как вы понимаете, неприемлемы для сознания цивилизованного человека.
  Потому что подсознание прячет в себе то, что сознание запретило и объявило незаконным и попросту неприличным.
  А вот ребенок все просек и исполнил отнюдь не невинную мечту о плавучем хорьке. Виноват он? Разумеется, виноват. Ребенку следует четко и доходчиво разъяснить ошибочность такого поведения. И главное - постараться переключить детское восприятие с эмпатического, интуитивного на осознанное, личностное. Во всяком случае, работать в этом направлении, а не в направлении слепого подавления и запугивания детского видения, чересчур проницательного для взрослых тайн.
  Поэтому родителям остается набраться терпения и постараться выполнить следующие рекомендации:
   если вы увидели, что ваш ребенок находится в состоянии психологического кризиса, не считайте его состояние дефектным, потому что кризис - естественное явление для любого процесса развития, в том числе и развития вашего ребенка;
   наличие кризиса у вашего ребенка вовсе не предполагает, что вы - плохой родитель или неправильно воспитываете своего ребенка;
   не бойтесь перемен в поведении вашего ребенка, даже если это перемены в худшую сторону, поскольку методом проб и ошибок ребенок пытается создать свою собственную личность;
   во время кризиса не требуйте от ребенка жесткого соответствия требованиям вашего комфорта и правилам приличия, по возможности не ругайте его за нарушения; конечно, его поведение во время кризиса может быть просто ужасным, но ведь его индивидуальность может развиваться только таким образом;
   прежде чем применить к ребенку репрессивные меры, подумайте, какого результата вы добиваетесь; помните: усиленное давление на ребенка не столько дисциплинирует, сколько ожесточает его и, как ответное действие, либо провоцирует на сопротивление, либо развивает неуверенность в себе;
   во время конфликтов с ребенком старайтесь не подавлять его, а обучать, расскажите ему о том, как надо себя вести, не наказывать, а информировать о правилах человеческого общения;
   следите не только за поведением ребенка, но и за своим, потому что ребенок, создавая собственный метод общения, во многом ориентируется на родителей;
   если кризис трех лет у вашего ребенка проходит незаметно, то это вовсе не означает, что у него вялая безвольная личность, считайте, что вам просто повезло, и не провоцируйте его на конфликты ради "закалки характера";
   во время спора со своим ребенком не концентрируйтесь на предмете спора (прогулке, конфете и пр.), в противном случае вы будете долго и бездарно пререкаться с ним, пока вконец не озвереете; для ребенка предмет спора в сущности не важен, в споре со взрослым трехлетние отрабатывают технику психологической борьбы, поэтому в спорах с ребенком потратьте свои силы и время на то, чтобы научить ребенка договариваться с собеседником;
   во время споров с ребенком не старайтесь отделаться от ребенка, бездумно выполняя каждое его требование, потому что так легче; из этих ситуаций ребенок извлечет свой урок - начнет постоянно добиваться своего при помощи скандалов и нытья;
   не оставляйте просьбы вашего ребенка без внимания, в противном случае он решит, что он плохой, раз до него нет дела родителям;
   не ставьте знака равенства между вниманием к ребенку и удовлетворением каждой его просьбы: вариант "получи то, что хочешь, только не мешай мне" говорит как раз об отсутствии внимания к ребенку;
   от срывов никто не застрахован: не считайте себя преступником, если сорвались на собственного ребенка, но старайтесь, чтобы ваша агрессивная разрядка на ребенке не становилась нормой жизни;
   не оценивайте высказывания ребенка так же, как высказывания взрослого и не спрашивайте с него так же, как со взрослого;
   в общении с ребенком, чтобы лучше его понять, постарайтесь ставить себя на его место и трактовать происходящее с его позиций, тогда его поведение не будет выглядеть таким пугающим.
  Правило второе. Любовь и страх - две вещи несовместные
  - Этой ужасной минуты я не забуду никогда в жизни! - сказал Король.
  - Забудешь, - заметила Королева, - если не запишешь в записную книжку.
  Мы стары, как наши страхи...
  Упрямство и своеволие ребенка часто определяется возрастным кризисом. А упрямство и своеволие родителя чем объясняется? Да тоже кризисом. Кризисом самосознания. Он наступает, когда в жизни человека появляется роль, исполнение которой ему внове.
  Каждая социальная роль требует специальных психологических приспособлений. А для того, чтобы выработать собственные приемы исполнения очередной роли, нужно некоторое время. Каждый из нас - многопрофильный исполнитель самых разных ролей: члена семьи - представителя младшего и старшего поколений; школьника и студента; молодого специалиста и опытного профессионала; начальника и подчиненного; а еще пассажира транспорта, посетителя ресторана, покупателя товаров, зрителя зрелищ, читателя литературы и прочая, и прочая. Есть роли длиною в жизнь и в несколько минут. Есть роли, в которых приходится отдуваться самому, а есть такие, где можно опереться на партнера. Есть роли трагические и комические. Есть роли любимые и нелюбимые. Одни роли мы играем лучше, другие хуже. И все зависит от того, насколько хорошо мы освоили избранную (или навязанную) роль. Чем лучше человек приспособлен, тем легче и приятнее возложенные на него обязанности.
  Проблема адаптации к роли родителя чрезвычайно сложна. В отличие от остальных эта сторона жизни - самая ответственная и самая проблемная в плане обучения. Родительской роли учиться трудно. Труднее, чем любой другой. Одна из причин - слишком сильные эмоции, сопровождающие и тормозящие усвоение новой информации о том, как правильно воспитывать любимое детище. Даже психологи, становясь родителями, признают: в таком деле профессиональные навыки пробуксовывают, а спонтанные реакции нередко берут верх.
  Кстати, неважно, идет речь о хорошем родителе или нет. Любой, кто вступает в эту должность, понимает: он не идеален. И страдает от этого. Поэтому на претензии извне родители, как правило, откликаются довольно бурно. Вот рассказ мамы, учительницы по профессии: "Разговаривая с родителями учеников, я часто удивлялась тому, что они принимают в штыки даже самые безобидные наблюдения и рекомендации, касающиеся их ребенка. Мой собственный сын досиживал тогда последние деньки перед "выходом в свет", то есть в детский садик, и я еще не была знакома с теми чувствами, которые может вызвать социальная оценка материнской деятельности. И что вы думаете? Мое удивление по поводу родительских реакций прошло после первого общения с воспитателем в детском саду, когда мне с претензией в голосе было заявлено: "Ваш ребенок совершенно невоспитан! Он не умеет себя вести!" Подавив первый ужас и протест, я поинтересовалась, что же произошло. Оказалось, он чокался кефиром с соседями по столу. Я с облегчением перевела дух, но этот ужас: "Как? Мой ребенок?" и протест: "Нет, этого не может быть!" я запомнила на всю жизнь".
  Заметьте: сначала ужас, потом яростное отрицание. Получается, что вышеупомянутая мама, несмотря на свою профессиональную подготовку, подспудно ждала и боялась критики. И моментально отреагировала агрессией, которая, как известно, есть оборотная сторона страха. Представьте, как нервничают родители, чья родительская самооценка не поддерживается профессиональными навыками, да и вообще возможностью парировать замечания любезно-ядовитым: да вы понимаете, с кем разговариваете, милейшая? В отличие от вас, я профессионал! А вы кто? Кстати, обычная, "непрофессиональная" мать время от времени слышит подобные высказывания учителей и воспитателей в свой адрес. Отчего ее самооценка, разумеется, падает.
  Ведь любые действия пап и мам как в зеркале отражаются в поведении ребенка. Поэтому недовольство каким-нибудь поступком ребенка сразу же рикошетом отлетает в родителя. И всегда найдется некто, готовый день и ночь распекать молодых пап и мам, поднимая собственную самооценку за счет понижения самооценки собеседника. Родственник это или воспитатель, а может, сосед по лестничной клетке - неважно. Реакция распекаемого почти всегда инстинктивна - ответная агрессия. И зачастую в резкой форме.
  Причина подобной реакции в том, что ребенок долгое время воспринимается родителем как его собственная неотъемлемая часть - жизненно важная, но практически неконтролируемая часть. Отсюда и агрессивные проявления "в обе стороны" - и по отношению к самому ребенку, и по отношению к его обидчикам, реальным и воображаемым. Родитель сердится на ребенка, как сердился бы на собственные конечности, если бы те вдруг перестали повиноваться приказам мозга. А на ворчливого родственника-воспитателя-соседа он злится за критику в адрес ребенка, как злился бы на высказывания типа "У вас кривые ноги!" или "У вас уродливое лицо!" В ответ на подобное заявление трудно сдержаться и не перейти на личности.
  Хотя человек, заявивший: "Ваш ребенок не слушается старших!" или "Ваш ребенок обижает других детей!" не обязательно врет или преследует психологическую/материальную выгоду. Не исключено, что он прав, и ваше чадо действительно шалит, раздражая любителей комфорта и послушания. Есть вероятность, что претензии небеспочвенны. Но как бы вы себя ни уговаривали слушать внимательно и рассуждать хладнокровно, все равно возникает чувство тревоги с примесью ярости. Или ярость с примесью тревоги. Это естественная реакция, которая старше динозавров. Точно так же, как природа понуждает ребенка бдительно следить за настроениями матери, она заставляет мать (а бывает, что и отца) ребенка болезненно реагировать на всякую попытку внешней критики, даже самой профессиональной и тактичной. Не говоря уже о прочих вариантах критики, вкупе обозначенных понятием "хамство".
  Итак, рассмотрим ситуацию конструктивной критики. И попробуем ответить на вопрос: что же это получается? Вы переживаете по поводу новой для вас родительской роли, боитесь, что все делаете неправильно - и одновременно отказываетесь от помощи окружающих. Даже если те стремятся научить вас, как надо делать. Откуда эта двойственность поведения и восприятия? А между тем никакой двойственности здесь нет.
  Человеческому сознанию свойственно погружаться в безразличие как раз тогда, когда показатели стресса зашкаливают.
  Чрезмерная нагрузка заставляет нервную систему отключиться - частично или полностью. Когда тревожное состояние становится невыносимым, наступает равнодушие. Вот и здесь, в деле воспитания любимых чад, родитель ощущает такой прессинг ответственности, что вместо хладнокровной, рациональной, мобильной реакции проявляет либо первобытную агрессию, либо тупое равнодушие.
  Получается, что родитель постоянно балансирует между недружелюбной реальностью и мрачным зазеркальем: внутренняя критика вечно ругает личность на все корки и пророчит сегодняшним ошибкам ужасные последствия, да и внешняя критика ничуть ситуацию не проясняет и даже как нарочно все запутывает. Таково влияние психологической защиты - механизма, усердно прячущего информацию. Он скрывает и полезные, и опасные воспоминания, если те окажутся слишком мучительными. Притом, что единственный способ снять психологический стресс - не спрятать его причину поглубже, а перебороть себя и узнать правду.
  И все-таки человек закрывается от правды, используя те самые механизмы психологической защиты. Большинство их легко прослеживается в реакциях отцов и матерей:
  1) отрицание реальности - защита своего "Я" от неприятной реальности путем отказа от ее восприятия и рассмотрения: родитель отрицает очевидное ухудшение поведения или здоровья своего ребенка, игнорирует любые опасные известия, стараясь максимально продлить время блаженного неведения;
  2) замещение - перенаправление сдерживаемых чувств, зачастую враждебных, на объекты менее опасные, чем те, которые эти чувства провоцируют: например, родитель, уязвленный высказываниями учителя или воспитателя своего ребенка, не дает отпор хамоватому учителю-воспитателю, а переносит негативные чувства на ребенка или на другого родителя;
  3) фиксация - необоснованное или преувеличенное привязывание себя к какому-то лицу: человек "прикипает" к любимому чаду (к любимому мужу, маме и т.п.), беспрекословно ему подчиняется, думает только о нем, не мыслит никакой эмоциональной жизни отдельно от этого человека;
  4) проекция - приписывание другим людям своих собственных неприемлемых мотивов или качеств: родители, которые стремятся переложить воспитание своего ребенка на посторонних людей, нередко заявляют, что все современные люди ведут себя так же - то есть нанимают няню на полный день и с детьми видятся по уикендам;
  5) рационализация - использование изощренных объяснений с целью скрыть или замаскировать недостойные мотивы своего поведения: сварливые и вздорные родители объясняют свои придирки заботой о будущем ребенка, выдумками о его дурном поведении, в то время, как их интересует лишь собственная эмоциональная разрядка;
  6) реактивное образование - предотвращение осознания своих собственных неприемлемых желаний через преувеличенное проявление внешне противоположного поведения: люди, в принципе равнодушные к собственным детям, нередко имитируют глубокое внимание, демонстрируют мнимую заботливость и тем самым могут обмануть других взрослых - но только не ребенка;
  7) вытеснение - предохранение сознания от болезненных или опасных мыслей: периодические импульсы, побуждающие мать убить своего непоседливого ребенка, не допускаются к осознанию, а жестокость, уже совершенная в отношении ребенка, вытесняется из памяти;
  8) аннулирование - заглаживание или попытка магическим образом развеять неприемлемые желания или действия: после очередного проступка человек произносит магическую формулу вроде "Это в последний раз, мамой клянусь!" - тактика, свойственная как родителям, так и детям.
  Мы понимаем, что некоторые приведенные выше примеры родительского поведения не вызывают сочувствия. Более того: они внушают ужас и отвращение. Но это лишь иллюстрация того, во что выливается крайняя форма защиты: подсознание прячет от личности не только серьезные опасности, но даже преступные намерения и действия. И если говорить о менее экстремальных ситуациях, здесь принцип действия защиты тот же самый: психологический барьер способен отделить нас от реальности не хуже, чем стенки барокамеры. Поэтому необходимо держать свои защитные механизмы под контролем. Иначе они возьмут вашу личность под контроль.
  А для начала пройдите небольшой тест, чтобы понять, насколько объективно вы воспринимаете людей и окружающий мир.
  1. По-вашему, те, кто всегда особенно тщательно придерживается правил поведения и не отступает от хорошего тона:
  а) вежливы, приятны в общении;
  б) воспитаны в строгости;
  в) в сущности, неискренни, поскольку скрывают свой истинный характер.
  2. Вы знаете супружескую пару, которая никогда не ссорится. Считаете:
  а) что они счастливы;
  б) что они равнодушны друг к другу;
  в) что у них нет достаточного доверия друг к другу.
  3. Вы впервые видите человека, и он сразу же начинает рассказывать вам анекдоты (острить). Вы решите, что он:
  а) остряк (шутник);
  б) что в вашей компании он чувствует себя неуверенно и таким образом пытается выйти из неприятного состояния;
  в) хочет произвести на вас хорошее впечатление.
  4. Вы говорите с кем-то на тему, которая вроде бы должна интересовать вас обоих. Ваш собеседник сопровождает разговор движениями рук, жестикулирует. Вы считаете, что:
  а) это выдает его внутреннее волнение;
  б) он слишком устал, переутомился;
  в) он неискренен.
  5. Вы решили получше узнать кого-то из своих знакомых. Считаете:
  а) для этого лучше всего пригласить его в какую-либо компанию;
  б) лучше понаблюдать его в деле;
  в) посмотреть, как он ведет себя в "передряге".
  6. Вы оказались в ресторане с человеком, который дает, по вашему мнению, слишком большие чаевые. Вы убеждены:
  а) что он хочет произвести впечатление;
  б) что он хочет завоевать расположение обслуживающего персонала;
  в) что он просто "добрая душа".
  7. Вы знаете людей, которые никогда не начнут разговор первыми. Вы считаете:
  а) что они скрытничают и нарочно не хотят разговаривать;
  б) что они слишком робкие;
  в) что они слишком мнительны, часто боятся, что кто-то их обидит.
  8. Некоторых людей, не разговаривая с ними, вы оцениваете по их лицу. По вашему мнению, низкий лоб означает:
  а) глупость;
  б) упрямство;
  в) не можете сказать что-то конкретное.
  9. Что вы думаете о человеке, который смотрит другим в глаза? Вы считаете:
  а) что у него комплекс неполноценности;
  б) что он неискренен;
  в) что он слишком рассеян.
  10. Вы знаете людей, которые, случись что-то неприятное, заявляют, что они давно знали, что так получится, но ничего не предприняли потому, что не хотели попадать в неприятную историю. Вы считаете их:
  а) за личностей с особенно волевым характером;
  б) за людей, у которых нет ничего за душой, попросту хвастунов;
  в) за тех, кто не хочет ни с чем связываться.
  11. Представьте человека с очень высоким материальным положением, который покупает всегда только самые дешевые вещи. Вы думаете:
  а) что он скромен;
  б) бережлив;
  в) он скряга.
  12. Вам наверняка приходилось оценивать других только по внешнему виду. По-вашему, полные люди:
  а) симпатичнее других, они веселы и добросердечны;
  б) совсем не симпатичны, т. к. они ленивы и апатичны;
  в) они такие же как и все: есть и хорошие, и плохие.
  Подсчет баллов
  1. а - 2, б - 4, в - 1;
  2. а - 2, б - 1, в - 1;
  3. а - 1, б - 2, в - 4;
  4. а - 4, б - 2, в - 1;
  5. а - 1, б - 2, в - 4;
  6. а - 4, б - 2, в - 1;
  7. а - 2, б - 4, в - 1;
  8. а - 1, б - 2, в - 4;
  9. а - 1, б - 4, в - 2;
  10. а - 1, б - 4, в - 2;
  11. а - 2, б - 4, в - 1;
  12. а - 2, б - 1, в - 4.
  20 и менее очков. Вы нередко готовы поверить кому бы то ни было. Вы чрезвычайно доверчивы и судите о людях на основании того, улыбаются ли они при встрече и хорошо ли относятся к вам. Когда же впоследствии оказывается, что ваша оценка была совершенно ошибочной, чрезвычайно изумляетесь и расстраиваетесь. Научитесь прежде всего взвешивать все "за" и "против" и только потом высказывать свое мнение. Не бойтесь того, что впоследствии ваше мнение может измениться. В этом нет ничего страшного. Но это должно произойти на основе собственного опыта, а не бесчисленных ошибок, которые вы совершаете по одному и тому же поводу - неверной оценки других людей... Особенно обдумывайте свои слова, когда выражаете мнение вслух.
  От 31 до 39 баллов. Вы, как правило, не бываете уверены в своем мнении, легко можете поменять его в зависимости от того, что другие говорят о каком-то человеке. Таким образом, ваша наблюдательность притупляется, все это в конце концов может привести к тому, что вы вообще не сможете сформулировать свое самостоятельное мнение. Это объясняется тем, что у вас нет четко выраженной собственной позиции. Попытайтесь хоть раз по-своему оценить другого человека. Больше полагайтесь на собственный опыт, а не на мнения других.
  От 40 и более баллов. Вам очень легко составить мнение о человеке. Вам достаточно на кого-то посмотреть, и вы уже знаете, что он за птица. Кроме того, вы можете сразу же сообщить ему свое мнение, так как убеждены, что не ошиблись. Этим, разумеется, вы не заслужите благодарности (по крайней мере, в тех случаях, когда оценка будет негативной или неприятной для человека). Но даже если это и так: поразмышляйте: разумно ли говорить каждому, что вы о нем думаете? Этим вы вряд ли что-то измените, скорее вызовете раздражение и неприязнь. Или, может быть, вы хотите показать, что никто не может водить вас за нос?
  Итак, вы определили степень своей доверчивости и защищенности. Зачем это нужно? Помимо прочего, это поможет вам сориентироваться в ваших отношениях не только с отдельными личностями, но и с целой системой. Системой воспитания вашего ребенка. Вы сможете лучше исполнять родительскую роль, если будете умело контролировать собственное восприятие, как-то: не допускать защитные механизмы до авторитарного управления вашей психикой и не впадать в излишнюю доверчивость. А это очень важно, когда имеешь дело с системой. Поскольку любая из них запрограммирована на подавление личности - как самого ребенка, так и его родителя. Исключения редки. И беда тому родителю, который не сможет отделить реальную опасность от мнимой и действительный проступок от элементарной подставы. Он рискует потерять веру в своего ребенка и веру в себя как родителя.
  И все-таки откуда берется это вечное сомнение в качестве своей "родительской деятельности", а заодно эта болезненное реагирование на замечания посторонних? С одной стороны, мы наблюдаем работу психологической защиты. Этот механизм почти всегда усердно прячет от сознания информацию, которая может оказаться весьма и весьма полезной, если перебороть себя и прислушаться. Родителю все время приходится балансировать между реальностью и зазеркальем, в которое его затягивает и собственное подсознание, и... окружающие советчики. О том, как оценивать и анализировать поступающие данные, мы расскажем в следующем разделе. А пока заглянем в это самое зазеркалье. Тем более, что для многих оно-то и является реальностью.
  Бывает так, что со стороны родителя отрицать негативную информацию о ребенке - самое верное реагирование. Человеку свойственно ошибаться. И в то же время человеку свойственно преувеличивать. Особенно в том, что касается детей. Как говорится, дьявольское отродье - это ребенок, который ведет себя, как ваш собственный, но родился в семье соседа. И если для матери фривольное обращение с кефиром - всего-навсего милая детская шутка (при условии, что это ее ребенок "играет с едой"), то для "воспиталки" тот же поступок - сигнал о подозрительном анамнезе и ребенка, и его родни. Например, о страшных семейных тайнах вроде повального алкоголизма. Или о дурном влиянии на ребенка со стороны ближайшего окружения. Или о странном чувстве юмора. Или... Да мало ли что придумает воспитатель детского сада, обладая воображением, подогретым неумеренным просмотром триллеров, и желанием досадить родителям, которое и подогревать не требуется? В свою очередь, родители создают единый фронт обороны и при любой попытке доложить обстановку дают слаженный отпор докладчику. А потом в кулуарах радостно обсуждают повальный идиотизм нынешних воспитателей.
  Надо признать: все это не худший вариант развития событий. Родители, напуганные и уязвленные поведением "воспиталок", но не смеющие протестовать, глушат стресс как умеют, постепенно накапливая и пестуя депрессивные настроения. Конечно, лучше один-два раза напрямую сцепиться с критиком, чем позволить подозрениям сожрать вас изнутри. Это не самая дипломатичная мера, но она, в отличие от наращивания оборотов депрессии, все же дает некоторые положительные результаты. Особенно если в качестве альтернативы выступает аутоканнибализм патерналис, он же самоедство родительское.
  В действительности для многих людей тема "Мой ребенок не идеальный ребенок, потому что я не идеальный родитель" настолько болезненна, что они не в силах об этом ни говорить, ни слышать.
  Где уж тут проявлять характер, требовать аргументированных обвинений, очных ставок и независимых расследований детских проступков! Нервный родитель просто не в состоянии этого вынести. И вовсе не потому, что несостоятелен как родитель. Просто он острее сознает гигантскую ответственность, лежащую на его плечах с момента рождения ребенка. Неудивительно, если ему кажется, что с ролью Атланта справиться в принципе невозможно. Вот, пожалуйста, первая ласточка: посторонний человек говорит мне о плохом воспитании моего ребенка. Значит, я уже не справляюсь.
  Вдобавок многие родители, пытаясь добиться одобрения и уважения профессионалов, сталкиваются с отношением, которое, пользуясь биржевой терминологией, можно смело назвать играми на понижение.
  Не секрет, что специалисты по воспитанию и обучению детей всех возрастов охотно набивают себе цену, занижая качество "обрабатываемого материала".
   Если вашего ребенка характеризуют как злобного монстра/сущего отморозка/ленивого недотепу - вовсе не обязательно верить всему, что говорят. Но просто не верить - этого мало. Гораздо важнее понять, в какие игры собирается играть данный наставник детства и юношества и не пытается ли он использовать вашего ребенка как разменную монету, как подсадную утку, как двойного агента... А заодно понять и еще кое-что.
  Нередко критика в адрес того или иного объекта воспитания оказывается... безличной. В том смысле, что она не относится ни к конкретному ребенку, ни к его конкретным родственникам, а является частью некой учрежденческой политики. Проще говоря, здесь так принято: ругать детей за лень и неряшливость, намекать на их "неторопливое развитие", отчитывать всякого родителя, поддающегося отчитыванию, и требовать вознаграждения соответственно проделанной работе. Ну, а неподдающихся родителей всегда можно объявить психопатами, обожествляющими будущего Чингисхана, Аттилу или вообще Мэрилина Мэнсона.
  Разумеется, поняв, что здесь, перед самым нашим носом, происходит, мы нагреваемся, словно магма и взрываемся с той же силой. А не надо бы. Предположим, вы столкнулись с играми на понижение, с этой доброй традицией российских воспитательных и общеобразовательных учреждений. Не поддавайтесь эмоциям, не вспыхивайте факелом на статуе Свободы. Оцените, с кем вы имеете дело - с перфекционистом, взыскующим совершенства в своих воспитанниках; с бездельником, требующим награждения за несделанную работу; с трусом, увиливающим от ответственности за свои ошибки; с вымогателем, намекающим на взятку, а не то вашей деточке не поздоровиться... Все эти категории нежелательны в качестве воспитателей и учителей. И все они - кроме первой, разумеется, - могут совмещаться в человеке, которого мы часто встречаем в этой профессии - в чиновнике.
  Каждый из нас на собственном опыте убедился: чиновникам (а мы считаем, что великое множество преподавателей и воспитателей относятся - если не профессионально, то психологически - именно к этой категории) свойственно делать деньги и брать власть с помощью вещей, к которым обычный человек относится трепетно и нежно.
  Родитель, наполненный любовью к своему отпрыску, уязвим, а точнее, почти беспомощен. Для него слишком важен результат процесса. Зато чиновник практически непробиваем. Общие слова вроде "Детей надо любить!" на чиновника не действуют, он с ними свыкся. Вдобавок, чем меньше ребенок, тем труднее узнать, что с ним плохо обращаются или что на него наговаривают. Так что при наличии отсутствия вопиющих событий, не нуждающихся в комментариях (например, уголовных преступлений или самоубийств среди воспитателей и воспитуемых), чиновник смело распространяется насчет высочайшего профессионализма педагогов. На результаты воспитания и обучения плюет. В новых клиентах не заинтересован. В общем, исход схватки предрешен. Почти предрешен.
  Есть родители, которым удается сдержать себя, рассчитать на два хода вперед и переломить ход событий. Рядовые чиновники - в данном случае речь о воспитателях - не считают нужным и на два хода просчитывать. Им кажется, что противник у них в руках.
  Да к тому же есть и такая штука, как критерии оценки... На нее всегда можно сослаться: вы, мамаша, не понимаете, чего хотите. Есть нормативы, мы их выполняем. Вот, глядите: 13,2 % заболеваемости на одни ребенко-сутки, 25,6 % насыщения на ребенко-сутки, 14,8 % подвижных игр на ребенко-сутки... Нормальному родителю все равно не разобраться в этой абракадабре. Поэтому оставим нормативы чиновникам и обратимся к реальной жизни, который живет большинство из нас (хочется надеяться).
  И молоды, как наши надежды
  Итак, сделаем шаг первый: определим критерии оценки родительской деятельности, принятые в данном заведении. Грубо говоря, за что они борются, воспитывая ребенка? Вполне вероятно, что критерии будут неоднозначны. Для "врачихи" хороша та мама, у которой ребенок здоров, как горный тролль - ничем его не проймешь; для воспитателя - та, у которой ребенок беспрекословно слушается старших; для уборщицы - та, которая воспитала аккуратиста или вовсе микрофоба... Притом, что другие мамы не преминут похвастаться перед вами, что их дети в свои три-четыре уже читают, пишут, занимаются художественной гимнастикой, а в ванне плавают брассом и поют басом. Что касается бабушек "объекта" - вашей мамы и вашей свекрови/тещи - то они радостно примыкают к вашим гонителям. Одна рассказывает, как ее сын/дочь в том же возрасте терзал музыкальные инструменты и сам завязывал шнурки, и не только себе. Другая морщится каждый раз, как видит кормление внука: боже, чем ты его пичкаешь? Это же яды, токсины, свободные радикалы в чистом виде! Неудивительно, что он такой бледненький, слабенький и совершенно неуправляемый! Ага. Неудивительно другое. А именно то, что многие родители от обилия предъявленных требований входят в подавленное состояние - настолько, что начинают всерьез задумываться: как обстоят дела с развитием моего собственного ребенка? Может, он уже давно и безнадежно отстает, а я и не замечаю?
  Если вас до пульсации в висках бесят дифирамбы, которые очередная счастливая мать крошки Эйнштейна поет своему юному гению, значит, пора делать шаг второй: определять собственные критерии оценки родительства. Надо признать: сделать это не так просто, как кажется на первый взгляд. Все потому, что наши представления о том, каковы истинно хорошие родители, формируются в нашем раннем детстве под влиянием, а значит, по образу и подобию наших родителей. Раннее детство снабжает личность фундаментальными установками во многих областях жизни. Как правило, мы следуем им бессознательно. В этом-то и проблема. Наше подсознание безоговорочно верит нашим родителям и безоговорочно верит в них же. Ни о каком критическом взгляде на поведение пап и мам не может быть и речи. Отсюда и странности в нашем поведении, которые нередко приводят к конфликтам отцов и детей. А еще чаще - к конфликтам матерей и детей. Почему? Потому, что, как сказал польский афорист Славиан Троцкий, "надежда питается людьми".
  Признайтесь: далеко не все ваши мечты воплотились в жизнь. И далеко не все мечты вашей мамы, вашей бабушки, вашей прабабушки, не говоря уже о папе, дедушке, а также о прочих родственниках по прямой. Когда-то эти мечты - хорошо, если не все, а только выборочно - упали на ваши плечи тяжким грузом. Вас немедленно попытались пристроить на вожделенное поприще - вожделенное, но не вами, а непосредственным обладателем мечты. Мама ли пыталась сделать из вас балерину или папа - футболиста... Все это уже неважно. А важно то, что принцип делегирования мечты закрепился в вашем подсознании как вполне допустимая тактика обращения с ребенком. Предположим, вы на собственной шкуре убедились в том, что настойчивость "субъекта воспитания" (он же родитель) не дает результата, если не подкреплена талантом и амбициями "объекта воспитания" (он же ребенок). Дети, не желающие становиться балеринами и футболистами, покорно оттрубив в соответствующих кружках и секциях пять и более лет, в конце концов выходят по амнистии. Но, поскольку это был всего-навсего жизненный опыт, подсознание как-нибудь отыщет лазейку, чтобы напомнить: чудо возможно! Ты еще будешь кем мечталось! Надо лишь применить мамочкин способ: взять одного маленького ребенка и одну большую мечту - и совместить!
  Как часто мы подсознательно вручаем свою несбывшуюся мечту своим детям, забывая, что стремления и пристрастия по наследству не передаются. И множество малышей однажды обнаруживают, что от них ожидают проявлений таланта и трудолюбия на ниве, например, музицирования, фигурного катания, изучения иностранных языков или модельного бизнеса. Не беда, что ребенок мельче скрипки, не говоря уже о контрабасе. Также не беда, что он увалень, которому трудно передвигаться не только по льду или по подиуму, но и по асфальту. И не беда, что... В общем, нет предела родительскому оптимизму. А вернее, упрямству.
  Когда родители решают: "Я буду жить в моем потомстве!" и возлагают на плечи ребенка "миссию повторения себя", они пытаются наполнить малыша своим содержанием, словно пустую бутылочку. Честно говоря, это похоже на нарциссизм, а не на бескорыстную любовь к малолетнему потомству. Желание смотреться в детские глаза и любоваться на свое отражение. Я, опять я и снова я. Или, цитируя классика: "Нет, весь я не умру..."
  Когда мы растим чадо как будущего гения и как свою собственность, высока вероятность, что вместо развития способностей прививаем "юной поросли" только этот порочный принцип: если не выйдет у меня - попробуем еще раз, на моем ребенке. В психологии такая передача из поколения в поколение непродуктивных стратегий и негативных эмоций называется генерационным циклом. Снова и снова возрождаются в бывших детях, ныне родителях, скверные привычки предков - часто далеких. И генетический код здесь ни при чем. Это все - работа (или, если хотите, игра) подсознания.
  Почему, спрашивается, мы так нелюбезны с родительскими амбициями? Да потому, что родительские амбиции - огромная формирующая сила. Она лепит психику ребенка, но не его наклонности. С наклонностями амбиции можно только координировать. Можно и нужно. Иначе велика опасность задавить отпрыска реализацией своих нереализованных желаний. К тому же родитель и сам уже не помнит, какое уныние и отвращение вызывала долбежка на пианино "Болезни куклы" Петра Ильича. Зато остались красочные мечты: если бы я тогда сдюжила и уморила эту "куклу" до победного конца, то сейчас как бы села за фоно! Как бы сбацала Рахманинова! Или что-нибудь более попсовое и менее ужасное - Бетховена "К Элизе", например. А публика сидела бы в креслах и млела. Бы. Ну как одухотворенному существу без "пианины" прожить? Просто немыслимо.
  Кроме наследования, существует и другой вариант внедрения мечты: не "за", но "вопреки". Его предпочитают родители, видящие в ребенке отличное средство для компенсации жизненных неудач: "Я всем докажу, что стою большего!" Подопечному такого стратега и тактика остается лишь посочувствовать. Ужасно тяжело находиться рядом с человеком, который все время кому-то что-то доказывает. Еще тяжелее, когда основным доказательством являешься ты сам. Неприятно, когда из тебя делают аргумент. И только попробуй, не оправдай надежд! Ух, я тебя! Если родитель, обладающий заниженной самооценкой, не сможет "утолить своя печали", красуясь рядом с вундеркиндом - чаду станет "мучительно больно". Однажды на него тропическим муссоном прольются упреки за все, в чем был и не был виноват. За неосвоенное и необработанное великое поприще, за мамины-папины мечты и планы на будущее. На тебя возлагали, а ты не оправдал. А мы-то надеялись, что наш ребенок достигнет и того, и сего, и всего, примирит нас с действительностью! Отомстит всем усмехающимся и сомневающимся! За несостоявшуюся жизнь одного родителя или даже обоих.
  Огромное количество детей испытывает мощнейший прессинг со стороны родителей, когда те намеренно растят потомство "для себя". И, как следствие, подавляют личность ребенка и подменяют ее своими комплексами.
  Кстати, это очень удобная тактика. Позволяет имитировать бурное развитие индивидуальности у ребенка, и притом не забивая себе голову досадными мелочами вроде изучения пристрастий и способностей "воспитуемого индивида". Это помогает поднять свою оценку как родителя и удерживать ее на достигнутой высоте. Или, проще говоря, хвастаться перед другими мамами своим чадом. И радостно верить, что реальный ребенок совершенно совпадает с выдуманным образом крошки Эйнштейна.
  В этой ситуации в ход идет не только принцип передачи мечты из поколения в поколение. Включается еще один механизм фантазирования, вернее, еще одна фантастическая часть личности. В психологии она называется "идеал-Я" и представляет собой смешанный набор качеств - и тех, которыми мы действительно обладаем, и тех, которыми мечтаем обладать. У каждого человека есть такое улучшенное и дополненное Я, с которым он мечтает совпасть. Психолог Карл Роджерс, создавший теорию "идеал-Я", назвал это совпадение конгруэнтностью. И отметил, что конгруэнтность реального и идеального Я невозможна. А если человек уверен в полном соответствии себя своим же идеалам, то это уже повод для обращения к психиатру. Как правило, подобные убеждения свидетельствуют о серьезной деформации психики.
  И все-таки люди стремятся к недостижимому совпадению с "идеал-Я", стремятся всю жизнь.
  Чем шире разрыв между реальным и идеальным Я, тем больше человек неудовлетворен и тем хуже приспособлен к окружающей действительности.
   Мнение окружающих насчет того, достиг он успеха или нет, не имеет значения. Ведь все на свете относительно: одному похлебка жидковата, а другому жемчужинка мелковата. И то же самое с пристрастиями: вкус вкусу не указчик, кто любит попадью, а кто свиной хрящик.
  Впрочем, достаточно пословиц, присказок и поговорок. Мысль о том, что человек, не реализовавший себя, страдает, абсолютно не оригинальна. И все-таки не помещается в голове. С одной стороны, мы согласны: самореализация, которую психологи зовут самоактуализацией, - важнейший аспект жизни. С другой, это утверждение легко превращается в расхожую фразу вроде "Разве есть на свете что-нибудь важнее любви?", хотя в реальности (и в зрелом возрасте) на подобный вопрос отвечаешь: "Да все важнее, что ни возьми: крепкое здоровье, успешная карьера, отзывчивый супруг/супруга, имущество движимое и недвижимое... Какая еще любовь! Мы с вами взрослые люди!" И никакие душещипательные жанры не в силах поколебать эту установку. Просто-напросто мы привыкли приносить в жертву обстоятельствам такие мелочи, как душевный комфорт или половодье чувств. В этой неласковой жизни постоянно приходится чем-то жертвовать. А чем? Ну не имуществом же, не карьерой, в конце-то концов!
  Путем приблизительно таких же рассуждений мы добираемся и до нехитрой идеи: призвание наверняка такая же мелочь, подлежащая приношению в жертву. Например, существует семейный бизнес, или подходящая вакансия, или власть имущий двоюродный дядя, готовый "порадеть родному человечку", а тут, откуда ни возьмись, у глупого мальчишки/девчонки какое-то дурацкое призвание объявилось! И мы прекрасно понимаем эту позицию. И даже в некотором роде разделяем. Вполне может быть, что самоактуализация действительно мелочь. Но вся живая жизнь - это биохимия, а биохимия целиком состоит из мелочей. Какое-то незначительное изменение - и проблемы нарастают лавинообразно, а жизненно важные системы начинают барахлить. А почему? Потому что разрушенная мелочь была фундаментальной мелочью. И вся конструкция дала трещину. Самореализация и есть такая вот фундаментальная мелочь. Ее можно переделывать и менять - в известных пределах. Но от нее нельзя отказаться совсем.
  Поэтому родителям желательно в раннем детстве узнать, какие у ребенка способности и наклонности. А еще важно узнать, какое оно, "идеал-Я", которое их ребенок формирует "для внутреннего пользования". Хотя Карл Роджерс полагал, что люди часто формируют и усиливают абсолютно не соответствующий реальности образ самого себя. И здесь родители могут оказать свое влияние - как позитивное, так и негативное. Позитивное достигается тогда, когда родители движутся с ребенком в одном направлении, и негативное - если лоб в лоб сталкиваются с характером и склонностями ребенка.
  Когда родитель стремится передать ребенку свою систему ценностей, одновременно он пытается, извините за выражение, всучить ему и свои мечты, и свои амбиции. Причем далеко не все понимают, насколько это стойкая и опасная вещь - детские мечты.
  Пониманию мешает устоявшаяся традиция: к мечтам и фантазиям полагается относиться снисходительно, безразлично или вовсе иронически. Мечта воспринимается как нечто хрупкое и эфемерное: психический мыльный пузырь и ничего больше. Между тем и взрослые люди не всегда могут контролировать влияние мечты на психику, а уж дети-то...
  С одной стороны, мечта оказывает на личность координирующее воздействие. Это ориентир работает там, где нет никаких ориентиров - в океанах подсознания. С другой стороны, всякая координация предполагает выбор - человек предпочитает одно и отметает другое (причем не всегда осознанно).
   Мечта формирует личность в той же мере, в какой это делает реальность.
   Фантазии могут увести человека из реального мира в виртуальный (причем не только с помощью компьютера или телевизора). В психологии существует такое понятие, как "навязчивое фантазирование": реальные достижения заменяются воображаемыми, реальный успех - фантазиями о том, какими эмоциями он будет сопровождаться и т.д. Человек может прожить целую жизнь в своей собственной виртуальности, не умея приспособиться к окружающему миру, боясь ступить на землю с облаков.
  Зачастую личность оценивает себя не по тому, чего удалось достичь, а по тому, о чем мечталось. Именно мечта становится точкой отсчета в тот момент, когда человек решает, добился он успеха или нет.
  Бывает и так: все вокруг убеждены, что человек достиг вершины мира и, соответственно, должен быть абсолютно и беспрецедентно счастлив. А он вовсе не чувствует себя счастливым. И сомневается в себе настолько, что никакие доводы не убеждают его в собственной состоятельности, привлекательности, значительности. А фундамент для этих сомнений был заложен именно в раннем детстве, в возрасте от трех лет.
  Как мы уже говорили, в эти годы человек начинает строить идеальный образ себя, то самое "идеал-Я". Зададим себе вопрос: а откуда он берется у ребенка, этот идеальный образ себя? У вас он берется, уважаемые родители. Вы ведь боги, которые, если верить древнегреческому писателю Лукиану из Самосаты, ни в чем не нуждаются. Из ваших явных требований и скрытых желаний ребенок создаст образец для подражания, ориентир на жизненном пути. Правда, он обязательно будет отличаться от того "всем детям примера", который видится вам. Вполне вероятно, что отличия будут довольно велики. Левое поменяется на правое, ближнее - на дальнее, кривое - на прямое, большое - на маленькое - мало ли какие шутки играет зеркало с отражением? А незначительные на первый взгляд изменения могут завести прямиком в психологическую комнату смеха. Или страха. Это уж кто как отреагирует на искаженный образ своего "идеал-Я", своей системы ценностей.
  И чтобы не нервничать по поводу естественного течения событий, используйте следующие приемы:
   старайтесь контролировать свою психологическую защиту, не позволяйте ей контролировать вас, в противном случае вы начнете вести продолжительные оборонительные бои против своего ребенка;
   не бойтесь взглянуть в глаза реальности, не старайтесь отгородиться от нее: как правило, человек тратит гораздо больше сил на то, чтобы игнорировать проблему, чем на ее решение;
   умеряйте свой воспитательный пыл: ваш ребенок не должен постоянно выслушивать нотации, а в ссорах и конфликтах всегда оказываться виноватым;
   слушая тех, кто ругает вашего ребенка (а заодно и вас - за плохое исполнение родительской роли), не спешите им верить и действовать по их указке - сперва определите, какие цели они преследуют своей критикой, а заодно их критерии оценки поведения - как вашего собственного, так и вашего ребенка;
   не позволяйте своему окружению навязать вам образ "хорошего родителя", существующий в их понимании, тем более, что на всех не угодишь, старайтесь выработать свои критерии хорошего родителя и попытайтесь им следовать;
   не заставляйте ребенка осуществлять ваши мечты, у него должны сформироваться свои, старайтесь координировать свои амбиции с наклонностями ребенка;
   не воюйте с характером и наклонностями ребенка, лучше по возможности развивайте их, не стремитесь переделать ребенка "под себя";
   если вы всерьез считаете себя идеальным и непогрешимым - запишитесь на прием к психологу.
  Правило третье. Познай самого себя и себя другого
  - Что ж, теперь, когда мы увидели друг друга, - сказал Единорог, - можем договориться: если ты будешь верить в меня, я буду верить в тебя! Идет?
  
  Скажи мне, кто я, и я пойму, кто ты
  Конечно, на "идеал-Я" влияют не только мамины-папины надежды и пристрастия. И вообще идеальное Я строится не только на базе личных мнений, но и на базе мнения общественного: журналы, фильмы, течения моды навязывают народным массам четкий идеал - то блондинку в законе, то брюнетку в доспехах... Мужество и целеустремленность, а с ними в комплекте нежная душа и любящее сердце. И множество взрослых людей пытается дотянуть до образца - надо признать, совершенно недосягаемого.
  Но проблема, о которой мы говорим в этой книге, состоит не в напрасных усилиях взрослых, а в их влиянии на развитие детей. Но это не разные проблемы, а всего лишь две стороны одной. Трудности ребенка начинаются с того, что некоторые человеческие качества общественное мнение признает некондиционными и подвергает остракизму. В том смысле, что проявлять их и пользоваться ими больше нельзя. Если, конечно, не хочешь стать посмешищем. А кто этого хочет? Да еще для собственного ребенка. И потому многие родители, желая своим детям добра, старательно избавляют малышей от некондиционных свойств натуры. Или, точнее, от проявлений этих свойств. И одновременно заставляют развивать или просто-напросто имитировать свойства престижные, одобренные средствами массовой информации. То есть пытаются создать из ребенка такой тип личности, который в психологии называется предпочтительным и существенно отличается от действительного.
  Ведь качества, из которых состоит предпочтительный тип личности, практически никогда не подходят для живого человека. Они слишком противоречивые и слишком мощные для человеческого тела и ума. И не вписываются в ткани мозга, как спецэффекты не вписываются в ткань реальности. Реальный человек слабее, тоньше, разнообразнее и вместе тем он более цельный, чем фавориты общественного мнения. Человеческая личность рассчитана на проживание большего количества лет и на преодоление больших сложностей, нежели любое порождение моды. Поэтому она далеко не такая рисковая, экстремальная, отвязная и непобедимая, как персонажи романов и кино. Личность бережет свою энергию и свои взаимоотношения с социальной средой, рассчитывая силы на десятилетия вперед. Пусть об этом помнят родители, задавшиеся целью превратить живую натуру своего ребенка в предпочтительный тип.
  Кстати, а откуда приходит такое решение? Изнутри или извне? Кто ее навевает нам, взрослым, но отнюдь не всегда независимым людям, - окружающая обстановка или наш собственный внутренний космос? Чтобы ответить на эти вопросы - хотя бы приблизительно - необходимо знать о себе хотя бы следующее: к какой системе ценностей тяготеет моя натура? А это, в свою очередь, зависит от того, к какому психологическому типу вы принадлежите. Вернее, какому типу отдаете руководящую и направляющую роль, поскольку в чистом виде психотипы в человеческой природе не встречаются. Между прочим, многие люди понятия не имеют, к какому типу принадлежат. Мы предлагаем вам определиться в этом вопросе. Это помогает понять, на каких основаниях строятся ваши взаимоотношения с окружением.
  Для начала пройдите тест за себя любимого. Отвечая на вопросы теста, не раздумывайте по полчаса над каждым вариантом. Достовернее всего окажется тот, который первым приходит в голову. И отвечайте на все вопросы подряд, не отбрасывая ни один - мол, "не знаю, что и сказать". Если же ни один из ответов не подходит, не расстраивайтесь. Выберите наиболее близкий к вашему представлению. Если же, наоборот, подходит сразу несколько вариантов, ставьте тот, который случается чаще. Но ответ на вопрос должен быть один.
  Помните: не существует ни правильных, ни ошибочных ответов. Типы личности не делятся на плохих и хороших. Люди просто разные и представления об успехе у них разные, и общение им требуется разное. Каждому свое. Поэтому не выдумывайте идеальный вариант, а выбирайте реальный. Предпочтительный тип - не вы, а совсем другой человек. Вероятно, со временем вы многое измените в своем характере, но полного совпадения с "идеал-Я" все равно не добьетесь. Хотя бы потому, что и идеалы со временем изменятся. Зато отказавшись от собственного "я", вы рискуете и физическим, и психическим здоровьем. Попробуйте узнать себя получше и приспособить к окружающему миру себя, а не какой-то посторонний предпочтительный тип. Итак, начнем с теста.
  
  1. Предположим, начальник (муж/жена, мама, свекровь/теща, старшая сестра/брат) заявляет, что сделанная вами работа никуда не годится, поэтому все (рабочий коллектив, любимая семья) лишаются премии (отпуска, рождественской индейки, новых роликов и т.п.). Ваша реакция?
  А. Сразу же возьму неудачную работу назад и быстро исправлю, пока не поздно.
  Б. Постараюсь никогда больше не ввязываться в такие ответственные мероприятия в качестве "пионера, который в ответе за все".
  В. Я знаю, эта зараза меня недолюбливает! И притесняет! А коллектив меня ценит, я им докажу, что я права, а не это... пузо с глазами!
  Г. Сами неправы, господа хорошие. Как было в задании сказано, так я и сделал/сделала. Надо было яснее формулировать задачу - тогда и результат был бы лучше.
  Д. Жаль, что ничего-то вы не поняли. Здесь такие идеи, такой креатив, такая харизма заключены! И вот - никто не оценил.
  Е. Стоп! Не надо ругать все подряд. Что именно не нравится? Какие моменты не устраивают? Их и поправим. И все будет как надо.
  Ж. И замечательно! Мне указали на мои ошибки, а на ошибках учатся - значит, у меня есть шанс повысить свой уровень информированности.
  2. Ваш коллега получил повышение по службе и стал начальником. Ваши мысли по этому поводу?
  А. Если это назначение "для пользы дела", то я буду стараться найти с ним/ней общий язык.
  Б. Все остается по-прежнему, хотя общаться с ним/ней будет потруднее.
  В. Удивляться нечему, он/она всегда умеет оказаться в нужное время в нужном месте.
  Г. Ладно! Тише едешь - дальше будешь. Со временем я свое наверстаю и обойду его/ее.
  Д. У меня были не особенно нежные отношения с предыдущим начальством. Может с этим будут лучше.
  Е. Интересно, кто его/ее покровитель? Надо будет с ним подружиться.
  Ж. Все правильно. Он/она гораздо достойнее меня.
  3. Если бы вы были актером/актрисой, то за какую роль охотнее всего взялись?
  А. Премьер-министра, человека справедливого и обаятельного.
  Б. Любую роль, которую предложит режиссер, лишь бы была гарантированная оплата и приемлемые условия труда.
  В. Светского льва/львицы, погрязшего/погрязшей в роскоши и приключениях, в основном любовных.
  Г. В сериале, где роли простые, одноплановые, не требующие напряженных творческих усилий.
  Д. В фантастическом фильме или приключенческом кино, за роль, где есть простор для фантазии.
  Е. За роль в классической пьесе, которую ставят в академическом театре.
  Ж. Я не хочу быть актером/актрисой.
  4. Какого рода статьи вы читаете в газетах и журналах?
  А. Аналитические обзоры, статьи о политике и финансах.
  Б. Материалы о детях, экологии, полезные советы.
  В. О звездах эстрады и кино, о моде.
  Г. Криминальную хронику, материалы о спорте.
  Д. Научно-популярные статьи, материалы о компьютерах и интернете.
  Е. Статьи об исторических личностях, событиях, загадках истории.
  Ж. Я не читаю периодику.
  5. Вас назначили на руководящую должность. Ваши ощущения?
  А. Теперь я смогу сделать все, чтобы осуществить свои творческие планы.
  Б. А вдруг не справлюсь?
  В. Мне нужно выглядеть соответственно новой должности: костюм, мобила, все такое.
  Г. Наконец-то они поняли, кто здесь самый-самый! Yes!!!
  Д. Надо все обдумать. Если мне это не подойдет, то я и отказаться могу.
  Е. Я в три шеренги всех построю, а если пикнет кто, то мигом успокою.
  Ж. Меня не привлекает повышение собственного значения в глазах окружающих.
  6. Вы отдаете распоряжение своим подчиненным, а они отказываются его выполнять и объявляют об этом хором. Ваши действия?
  А. Ищут на свой филей приключений? Заменю первое распоряжение другим, еще более бестолковым. Пусть побегают.
  Б. Отменю свои указания.
  В. Соберу совещание, выслушаю все мнения, а потом всем устрою разнос.
  Г. Уволю всех несогласных.
  Д. Наябедничаю на своих подчиненных вышестоящему начальству.
  Е. Подчиненные должны выполнять указания начальства, а не устраивать дискуссии по этому поводу.
  Ж. Не обращу внимания.
  7. Вы в ссоре с другом/подругой. И вдруг узнаете, что с ним/с ней случилось несчастье. Ваши действия?
  А. Забуду про обиды и не раздумывая побегу к нему/к ней. Даже извинюсь, если ему/ей от этого станет легче.
  Б. Буду казниться и заниматься самоедством в духе героев русской классики, но и шага в его/ее сторону не сделаю. Я личность тонкая, мне неудобно.
  В. Покажу окружающим, что обида здесь не причем. И вместе со всеми приму участие в его/ее делах.
  Г. От несчастья никто не застрахован, да и случилось оно не по моей вине. А обижаться на меня ему/ей не с чего.
  Д. Жалко, конечно, но ничего уж не поделаешь.
  Е. Так ему/ей, дураку/дуре, и надо. Но отдать визит вежливости полагается.
  Ж. Я никогда никого не обижаю! Этого не может быть, потому что не может быть никогда.
  8. Ваш подчиненный обвинил вас в невыполнении обещаний: сказал, что обещали повысить в должности его, а сами повысили другого. Ваша реакция?
  А. Вероятно, обещание было дано сгоряча. У меня для вас много других предложений.
  Б. Приношу свои извинения, а впрочем, хочу напомнить, что я имею полное право изменять свои решения. И в данный момент я занят/занята, и вы мне мешаете.
  В. Я сделал/сделала это исключительно в ваших интересах.
  Г. Я ничего вам не обещал/не обещала! Выйдите вон!
  Д. У меня для вас есть более интересное задание.
  Е. Наши задачи изменились, но не могу же я посвящать вас во все нюансы?
  Ж. Я никогда не нарушаю своих обещаний!
  9. Ваш начальник заявил, что вы карьерист/карьеристка и к тому же жадина. Ваш "ответ Чемберлену"?
  А. Я не карьерист/карьеристка! Просто я люблю свое дело и поэтому много работаю.
  Б. Молча растворюсь в воздухе и постараюсь как можно дольше не попадаться ему на глаза.
  В. Сгорю от стыда, умру на месте, хотя понимаю, что обвинения в мой адрес несправедливы.
  Г. От такого же и слышу.
  Д. И не подумаю обижаться. Да, я такой/такая. Ну, и кто это ценит?
  Е. Опять босс с больной головы на здоровую перекладывает. Лучше придти к нему, когда он будет в настроении.
  Ж. Меня не интересуют ни карьера, ни деньги, ни мнение начальника.
  10. Ваш ребенок поссорился с другом. Его родители пришли к вам качать права и требуют наказания для вашего чада. Что вы предпримете?
  А. Выдам длинную сентенцию на тему несовершенства мироздания вообще, время от времени восклицая "О, времена! О, нравы!" или "О, люди, люди, порожденье крокодилов". Буду разглагольствовать, пока силы пришельцев не иссякнут и они не уберутся восвояси.
  Б. Вызову огонь на себя и принесу извинения за своего ребенка.
  В. Демонстративно накажу своего ребенка на глазах ликующей толпы.
  Г. Предложу им пойти домой и лучше воспитывать своего золотушного отпрыска, а в мои дела не лезть. А свою кровиночку похвалю за умение не давать себя в обиду.
  Д. Спущу ситуацию на тормозах. Вдоволь накормлю их обещаниями, что непременно во всем разберусь. На самом деле я думаю, что у моего ребенка могли быть причины для этого поступка.
  Е. Дотошно, медленно и печально буду выяснять, "кто виноват?", "кто первый начал?". Словом, "во всем мне хочется дойти до самой сути".
  Ж. Я воспитаю своего ребенка так, что он никого не будет обижать.
  11. Вы подвернули ногу и упали на улице. Прохожий предлагает вам помощь. Ваш ответ?
  А. Взгляну на ситуацию с юмором и отшучусь.
  Б. Поблагодарю и скажу, что справлюсь самостоятельно.
  В. В испуге попрошу вызвать скорую.
  Г. Огрызнусь и попрошу не лезть не в свое дело.
  Д. Вряд ли даже замечу человека, предложившего помощь.
  Е. Подумаю про себя: "Ему от меня что-то надо. Это не бескорыстно".
  Ж. Я всегда смотрю под ноги и не падаю на улице.
  12. Ваш близкий друг/подруга не пригласил вас на день рождения (свадьбу, похороны, банкет по случаю повышения по службе).
  А. Настоящие друзья не нуждаются в приглашении. Я приду и помогу провести торжество.
  Б. Без скандалов и выяснения отношений прекращу все контакты с этим человеком.
  В. Явлюсь без приглашения в роскошном наряде, чтобы на виновника торжества никто и не взглянул.
  Г. Постараюсь изо всех сил испортить праздник: побью окна в ресторане, выкраду покойника из гроба или устрою собственную вечеринку - в то же время, пригласив тех же гостей.
  Д. Решу, что у него/у нее были свои причины так поступить, тем более что не люблю шумных увеселений.
  Е. Не подам виду, но обиду затаю и обязательно учту на будущее.
  Ж. Со мной близкие друзья так не поступят.
  13. Если бы вы не имели никакого ограничения в материальных средствах, то какой автомобиль предпочли бы иметь?
  А. Маленькую маневренную модель, чтобы не терять времени в пробках и не иметь проблем с парковкой.
  Б. Безопасную надежную машину, но не слишком дорогую, чтобы через пару лет ее можно было сменить на новую.
  В. Самую модную марку автомобиля в этом сезоне, индивидуальной сборки, с дорогим салоном, оборудованную по последнему слову техники, со всякими модными прибамбасами.
  Г. Спортивный двухместный автомобиль.
  Д. Машину Джеймса Бонда или, по крайней мере, Бэтмена: автомобиль, напичканный электронными сюрпризами.
  Е. Мощный и надежный большой джип.
  Ж. Я вообще не стремлюсь иметь машину.
  14. Вы специально приехали в магазин за совершенно необходимой вещью. Продавец сообщает, что последний экземпляр был продан перед вашим приходом. Как вы отреагируете?
  А. Начну выяснять, где еще можно приобрести такую же вещь, и немедленно туда отправлюсь.
  Б. Ну, что ж, кто не успел - тот опоздал. Приду в следующий раз.
  В. Чтобы забыться, пойду и куплю какую-нибудь абсолютно ненужную, но очень приятную вещичку.
  Г. "Не догоню, так хоть согреюсь". Устрою грандиозный скандал у прилавка: обвиню персонал магазина в некомпетентности, руководство - в недальновидности, а мироздание - в несовершенстве.
  Д. Подберу что-то другое, но частично выполняющее функцию нужной мне вещи.
  Е. Узнаю, когда будут следующие поставки. Предварительно позвоню, чтобы убедиться в том, что эта вещь имеется в наличии. И только после этого приеду еще раз.
  Ж. Обрадуюсь, что удалось сэкономить деньги.
  15. Вы назначили любовное свидание у себя дома. О чем будете думать в первую очередь?
  А. Ни о чем. Потрачу уйму сил на подготовку.
  Б. Буду маяться, чесаться, нервничать, кусать губы все время до свидания и думать: "А вдруг не придет?"
  В. Приготовлю красивое белье, шампанское, свечи, цветы и прочее.
  Г. Буду импровизировать. Сориентирусь на месте.
  Д. Приготовлю все для совместного культурного отдыха: любимые книжки, альбом с марками, коллекцию дисков, новую компьютерную игру.
  Е. Постараюсь, чтобы никто не смог нам помешать: родителей - к бабушке, младшего брата - в кино на три сеанса подряд, друзьям сообщу, что умер/умерла. Телефон отключу, холодильник забью до отказа. Создам обстановочку типа "папанинцы на льдине".
  Ж. Меня такие свидания не увлекают. Я этими гадостями не занимаюсь.
  16. Вы записались на прием к врачу, пришли в назначенное время и узнали, что он сегодня принять не может. Как вы поступите?
  А. Попробую добиться приема у другого специалиста.
  Б. Узнаю, когда можно будет придти в другой раз.
  В. Объясню в регистратуре, что я думаю об этой клинике, о врачах и обо всем нашем здравоохранении в целом, после чего удалюсь с чувством довольства собой.
  Г. Мне абсолютно все равно, что там случилось у врача. Буду возмущаться и качать права, пока он меня не примет.
  Д. Решу, что если врач так поступает, значит, у него форс-мажорные обстоятельства. Постараюсь с пользой потратить свободное время.
  Е. Запишусь на ближайшее время приема и снова приду.
  Ж. Со мной ничего подобного не происходило и не произойдет.
  17. Вы опоздали на встречу. Вам, не дождавшись объяснений, высказали "фэ!". Как вы ответите?
  А. А кто сказал, что я дам кому-то рот открыть? Я с ходу начну объяснять, почему так вышло, долго и подробно, пока насмерть не замучаю. А потом добавлю: "Давай не будем отнимать время от нашего дела".
  Б. Скажу: "Мне, конечно, неприятно, что я опоздал/опоздала, но если ты так злишься, то лучше мне уйти".
  В. Предъявлю "домашнюю заготовку". Заранее сочиню что-нибудь эдакое и огорошу ожидающего: "Представляешь? Со мной тут такое случилось!"
  Г. Сразу рявкну: "Скажи спасибо, что я вообще пришел/пришла!"
  Д. Молча выслушаю гневную тираду в свой адрес, а потом предложу поговорить о делах.
  Е. Объясню, что меня задержали непредвиденные обстоятельства и мне не удалось никого предупредить.
  Ж. Я не имею привычки опаздывать, я прихожу вовремя.
  18. Вас в середине ночи разбудил телефонный звонок. Вы снимаете трубку и выясняете, что звонивший ошибся номером. Что вы сделаете?
  А. Скажу: "Ничего страшного, все равно мне скоро вставать".
  Б. Не соображу сразу, что сказать.
  В. Охну: "Как же вы меня напугали!"
  Г. Объясню звонившему, что он - урод, и отец его - урод, и дедушка - придурок, не говоря уже об остальной родне до седьмого колена.
  Д. Вообще никак не отреагирую, положу трубку и усну сном младенца.
  Е. Решу, что это неспроста: явно кто-то меня проверяет.
  Ж. Со мной такого ни разу не было.
  19. В вашей квартире идет ремонт. Приходят соседи и требуют прекратить шум. Что вы ответите?
  А. "Мне очень жаль! Но вы только взгляните на мой новый розовый унитаз! Ну, разве он не прелесть!"
  Б. "Я постараюсь принять меры, чтобы вас не беспокоить. В 22 часа мы закончим и раньше 9 утра завтра не начнем".
  В. "Я сейчас приведу себя в порядок и мы обсудим ситуацию".
  Г. "Разуй глаза - обуй ноги! Это, между прочим, моя квартира! Я в ней хозяин/хозяйка, а не черт знает кто с улицы!"
  Д. " Здравствуйте, очень приятно познакомиться. Давайте выпьем по чашечке кофе".
  Е. "Приношу свои извинения, но мне надо привести свое жилье в порядок".
  Ж. Ко мне с такими претензиями не придут.
  20. Предположим, вы стали журналистом. О чем будут ваши статьи?
  А. О том, как достичь справедливости и благополучия в обществе.
  Б. Буду специализироваться на естественнонаучной тематике: биологии, химии, медицине.
  В. Стану театральным критиком.
  Г. О криминальных новостях.
  Д. О технических новинках.
  Е. О политике и бизнесе.
  Ж. Ни о чем конкретно.
  21. Какой подарок вам бы хотелось получить в день рождения?
  А. Веселую вечеринку, на которую придут все мои друзья и близкие.
  Б. Что-нибудь для моего хобби. В принципе о моих пристрастиях знают все друзья.
  В. Дорогой презент в роскошной упаковке, приправленный букетом цветом, который принесет негр в лиловой ливрее с золотым галуном.
  Г. Сюрприз хочу! Я не знаю, что конкретно. Пусть друзья проявят фантазию и внимание!
  Д. Какой-нибудь раритет или что-то экзотическое, необычное: коллекционное вино, старинное украшение, билет на концерт знаменитого исполнителя.
  Е. Подарок для практичной натуры, что-нибудь полезное в хозяйстве.
  Ж. Мне все равно.
  22. Чем для вас является ваш компьютер?
  А. Он может быть чем угодно - и совершенно бесполезной вещью, и, наоборот, любимым инструментом в работе.
  Б. Это еще один источник информации и способ для расширения возможностей.
  В. Красноречиво говорящим признаком моего безупречного вкуса.
  Г. Средством для проведения досуга.
  Д. Необходимым элементом бытовой техники.
  Е. Символом достатка и надежности.
  Ж. Ничего особенного.
  23. Представьте, что вы художник-анималист. Какого зверя вы нарисуете?
  А. Винни-Пуха!
  Б. Дрессированных зверей в цирке.
  В. Кошечек, песиков, зайчиков с бантиками на шее, в корзинке на подушечке.
  Г. Оскаленные морды с острыми клыками.
  Д. Абстрактный рисунок в духе Пикассо.
  Е. Любого зверя нарисую максимально похожим на оригинал.
  Ж. Я бы не стал художником-анималистом.
  24. Представьте, что вы художник-пейзажист. Какого рода пейзаж вы нарисуете?
  А. Людный, шумный город.
  Б. Льдины, скалы, туман.
  В. Пляж на дорогом курорте: солнце, море, разноцветные зонтики, яркие краски.
  Г. Бушующую стихию: девятый вал, смерч, извержение вулкана.
  Д. Затишье перед бурей.
  Е. Приятную чистенькую деревеньку.
  Ж. Я не стану пейзажистом.
  Подсчет баллов.
  На самом деле никаких баллов считать не нужно. Только определите, какое количество различных букв оказалось в ответах. Каждая буква - обозначение определенного психологического типа. Скорее всего букв будет несколько. Потому что единственная буква - верный признак неискренности ответов. Видимо, вы все-таки стараетесь нарисовать предпочтительный образ вместо того, чтобы разобраться в собственном Я - живом и многогранном. Лучше попробуйте пройти тест еще раз.
  А - Алиса.
  Б - Белый Кролик.
  В - Шалтай-Болтай.
  Г - Черная Королева.
  Д - Белый Рыцарь.
  Е - Чеширский Кот.
  Ж - нет такого психологического типа. Если у вас возникла - и не раз - именно эта буква, значит, вы боитесь давать ответ на вопрос. Вероятно, у вас есть проблемы, или вы зажаты до невозможности. Ладно. Не будем ставить диагноз заочно. Соберитесь и отвечайте, раз уж книга куплена и на треть прочитана!
  Узнайте, какие психологические типы совмещены в вашей натуре. Те, которые заняли первое место по количеству ответов - первостепенные; а остальные - второ- и третьестепенные, в зависимости от количества ответов, доставшихся каждому типу.
  
  Алиса. Это оптимистичный тип. Очень деятельный. Если чего-то хочет, может основательно рискнуть. Он полезет за пробегающим кроликом в нору, отправится в непонятное Зазеркалье и сделает все, чтобы стать королевой, если ему приспичит... Интересное дело захватывает Алису целиком. Лучше, конечно, сделать его быстро, не то другая цель может отвлечь оптимиста, а он и не станет противиться - ведь мир такой удивительный, шумный, яркий! Планов на завтра уйма, жизнь кипит, вокруг множество друзей, а врагов то ли нет вообще, то это просто колода карт!
  Монотонность, бездействие, однообразие - не самая подходящая обстановка для Алисы. Разве что ненадолго, после жаркого полдня или после плотного обеда. И ждать оптимист не любит. В натуре Алисы вообще дефицит терпения. Алисе невмоготу слушать рассуждения Чеширского Кота, напичканные парадоксами. Хотя, надо признать, Чеширский Кот знает, что говорит, и может быть очень полезен.
  Алису любят. Представители этого типа легко становятся лидерами компании, хотя все считают их возмутителями спокойствия и баламутами. И к тому же легкомысленными баламутами. Это неудивительно. Вчера оптимист говорил одно, сегодня - другое, а спроси его: почему так? - он только удивится: "Но это же было вчера!" Зато он добродушный, он любопытный, он храбрый, он легко идет на штурм непосильных препятствий и не зацикливается на неудачах. Воодушевляет личным примером и убеждает собственным энтузиазмом. С ним не бывает скучно, разве что страшновато.
  Родители-Алисы, как правило, становятся предметом обожания детей. Они таки веселые, непредсказуемые, шебутные и отвязные! С ними не бывает скучно, они не загоняют ребенка в унылое "режимное существование": пора есть, пора спать, пора заниматься, пора убираться... У Алисы все спонтанно, все через... душевный порыв. Казалось бы, чего и хотеть, если рядом Алиса?
  Примерное такой взгляд на Алисину деятельность нам прививает семейное кино: чем больше приключений, тем радостнее жизнь. Но наука психология с киношной идеологией не согласна. Приключения могут оказаться опасными не только в физическом, но и в психологическом плане, потому что связаны с повышенными нагрузками. А уж если испытание на прочность проходит маленький ребенок, то надо быть очень внимательным и очень осторожным (на что Алиса в принципе не способна).
  В семье оптимиста встречается и другая проблема: когда одному из родителей (или даже обоим) свойственна бурная реакция на раздражители (радостная, возмущенная, тревожная, неважно какая), спонтанность родительского поведения прямо-таки "изничтожает" чувство стабильности и безопасности, которое ребенку совершенно необходимо. Вечно в семье напряженная, предгрозовая атмосфера, вечно никто не знает, как поведет себя Алиса, вечно прогнозы сомнительны, а будущее туманно. Какая уж тут стабильность?
  Причем каждой матери известно, как ведет себя перевозбудившийся ребенок. Он капризничает, беспокоится, не может заснуть, плохо ест и даже может заболеть. Потому что организм ребенка поврежден стрессом. Так вот Алиса - это воплощение стресса. Поэтому рядом с таким родителем за ребенком непременно нужно присматривать. Да и за самой Алисой присматривать не помешает.
  Существует опасность, что Алиса однажды утратит детское доверие и любовь. Ведь Алиса не очень-то ответственна. Ее так и тянет нарушить данное когда-то обещание и опровергнуть когда-то высказанное мнение. У нее, видите ли, поменялись обстоятельства/точка зрения. Но ребенок еще не осознает, что под влиянием внешних обстоятельств мама и папа могут измениться до такой степени, чтобы забыть про обещанные радости жизни типа поездки в аквапарк или домика для Барби со всякими бассейнами, машинками, лошадками... Для трехлетнего малыша внешний мир попросту не существует, вся его вселенная ограничена семейным кругом. Значит, и причину родительской переменчивости ребенок будет искать здесь, в своем мирке. Может быть, он возложит вину на себя. А может, разозлится на родителя-Алису. Или на другого родителя, который якобы мешает Алисе выполнять обещания, а детям - радоваться жизни. Таким образом, Алиса не только сама подставится, но и подставит своего партнера по браку.
  Тем не менее, мы не собираемся оспаривать "родительские права" отъявленного оптимиста. Мы лишь предупреждаем: если вы родитель, не будьте только Алисой. Умерьте свою буйно-авантюрную натуру. Призовите на помощь другие психологические радикалы, более ответственные и спокойные. В психике человека они всегда в наличии, их только надо активизировать. И помните: приключением называется то, что хорошо (и вовремя) кончается. То, что кончается плохо, называется трагедией.
  
  Белый Кролик. Психологи называют этот тип психастеником и психастеноидом. Его девиз: "Осторожность!" Это качество просто необходима тем, кто постоянно нервничает: боится опоздать, боится не выполнить возложенных задач, боится, что в дом забралось чудище... "Ах, Герцогиня! Герцогиня! Бедные мои лапки! Бедные мои усики! Она же велит меня казнить! Как пить дать, велит!" - крутится в голове у Белого Кролика, едва он заметит свою оплошность.
  Белого Кролика раздражает тот факт, что жизнь ужасно сложна и непредсказуема. Ему бы хотелось знать все-все, тогда у него будет хоть какая-то надежда избежать неприятностей. Поэтому скоропалительных решений принимать не стоит, сначала необходимо разведать обстановку и составить подробный план действий. Хотя окончательный выбор сделать очень трудно, поэтому хорошо бы передоверить Великий Выбор другим - тем, кто посильнее и поумнее. Вот как рассуждает Белый Кролик практически в любой жизненной ситуации.
  И все-таки Белый Кролик не настолько боязлив, чтобы думать исключительно о себе. Он вообще-то заботливый. Он заботится не только о себе, он переживает за друзей, за державу, за идею, поэтому может возразить самому Королю: "Надо, чтобы все было по правилам". Но все-таки Белого Кролика часто недооценивают. Сам он полагает, что виной тому роковые обстоятельства, а заодно его собственное, Кролика, нежелание давать необоснованные обещания и вызывать пустые надежды. Как же он может обещать то и се, если знает, что может не справиться и всех разочаровать? Добросовестный и бесконфликтный Белый Кролик ужасно не любит разочаровывать людей. Жаль, что не все понимают: Кролик надежен, добр, верен и у него весьма многогранное видение мира. Надо основательно присмотреться, чтобы увидеть всю замечательность Белого Кролика, а это не всем под силу.
  Белый Кролик в качестве родителя, как и следовало ожидать, ведет себя чрезвычайно ответственно. Он будет так дрожать над ребенком, так его холить и лелеять, что вконец измучается сам и малыша своего измучает. Из Белых Кроликов как раз и получаются "сумасшедшие мамашки", родительницы избалованных мамсиков обоего пола, беспощадные свекрови и неукротимые тещи. А начинается все с того, что родитель всеми силами поддерживает в себе инстинктивную тревогу за младенца. И даже тогда, когда ребенку давно пора самому о себе позаботиться, привычное тревожное состояние не уходит. Фактически Белый Кролик искусственно нагнетает атмосферу опасности и намеренно не позволяет ребенку брать на себя какую-либо ответственность. Для Белого Кролика самостоятельность ребенка - сигнал о его ненужности как родителя, покровителя, благодетеля.
  С одной стороны Белый Кролик тревожится за ребенка - как бы тот не заболел, не ввязался в неприятную историю, не захандрил, не, не, не... А с другой стороны, он тревожится за себя - если ребенок станет чересчур независимым, жизнь Белого Кролика может утратить свой главный смысл. Белому Кролику трудно справиться со своими страхами. Особенно если он не хочет себе признаться, чего именно боится и почему. Случаи, когда родительская забота на поверку оказывается инфантильным цеплянием за самого близкого человека - отнюдь не редкость. Ими много и плодотворно занимается психология. Но Белый Кролик может испугаться обращения к психологу, вот в чем загвоздка!
  Нервы Белого Кролика могут подвести не только в период расставания родителя с ребенком, достигшим совершеннолетия (или зрелости). Они могут подводить и в период активного выполнения родительских обязанностей, когда ребенок еще маленький и ему действительно требуется помощь и опора. Ведь рано или поздно ребенок почувствует, что мама/папа ужасно нервничает. И тревога передастся малышу. Вряд ли он станет лучше спать, есть и развиваться в состоянии нервозности.
  Вот если бы Белому Кролику позаимствовать у Алисы немного пофигиз... извините, оптимизма, а Алисе - немного гиперотверственности Белого Кролика! Глядишь, и удалось бы перейти от гиперопеки к нормальным взаимоотношениям, основанным не на страхе, а на доверии. В общем, если вы Белый Кролик, поищите в собственном характере другую сущность, более мужественную и независимую. Скорее всего, вы ее найдете и она даст вам силы на то, чтобы предложить толику ответственности вашему ребенку. В конце концов, если вы всегда будете убирать за ним, готовить ему, контролировать его круг общения, решать его проблемы - зачем ему учиться жить? Он обойдется тем, что научится вас эксплуатировать! А без вас он будет по-прежнему беспомощным и бесполезным. Вы разве этого хотите?
  
  Шалтай-Болтай. Этот тип называется истероидным. Ему ужасно важно, чтобы его увидели, чтобы им восхитились, чтобы его высоко оценили и, если понадобится, прислали бы "всю королевскую конницу и всю королевскую рать". Можно сказать, что для Шалтая-Болтая самодемонстрация - не только главное удовольствие, но и главное содержание жизни. Когда истероид описывает свои победы, он получает не меньше положительных эмоций, чем собственно в момент триумфа. Все, что присутствует в его рассказах, Шалтай-Болтай испытывает наяву. Он искренне верит и в то, что говорят ему, и в то, что говорит сам. Поэтому истероид - отличный зритель и слушатель.
  Но самое главное для Шалтая-Болтая - это одобрение окружающих. Вот почему его жизнь - постоянное шоу. Для истероида важнее имидж, чем сущность. Так уж он устроен. Если что-то идет плохо, но притом хорошо выглядит - уже не все потеряно. Можно упасть со стены, разбиться вдребезги - и все-таки зрелище спешащей на подмогу рати сильно украсит ситуацию. Нет, истероид не лицемерит и не делает хорошую мину при плохих анализах. Просто он очень чуткий и внушаемый. Если все вокруг грустят, то и он печален, а если окружающие развеселятся и устроят вечеринку, он будет танцевать и распевать вместе со всеми вокруг дуба, под которым хоровод и орешки каленые.
  Вот потому-то Шалтай-Болтай так любит одобрение, признание, возможность покрасоваться на публике. Можно сказать, истероид отдельно от аудитории не существует. Он тяжело переносит одиночество, отверженность, даже может заболеть. Считает врагами тех, кто его недооценивает. Вообще, Шалтай-Болтай легко входит в особое состояние, когда, как говорится, "на миру и смерть красна". Хорошо, если рядом оказываются заботливые близкие. Уж они-то сумеют попридержать порывы истероида.
  Истероидный компонент чрезвычайно полезен для личности. Без него у человека не сформируется никаких амбиций и не возникнет желания достичь своей цели. А может, и цели не будет. Шалтай-Болтай искренне верит в ценность разного рода призов, дипломов, званий и потому упорно, без устали добивается вожделенных наград. Если в паре с истероидным радикалом работают реальные таланты, получается замечательная команда: такой человек будет успешным деятелем и прекрасным специалистом. Но сам по себе, без поддержки в виде способностей и умений, Шалтай-Болтай чрезвычайно обременителен. Это хвастун, шарлатан и... зануда. Рано или поздно люди устают слушать его россказни и он остается один, разочарованный во всем человечестве. Вот почему нельзя давать истероидному компоненту контролировать всю личность. Он будет путаться под ногами у более продуктивных сторон вашего "Я".
  Шалтай-Болтай может быть поддержкой и опорой для ребенка, если у малыша обнаружатся таланты к какому-нибудь занятию. Он найдет необходимые связи, репетиторов, кружки, студии, оборудование и средства. Он будет следить, чтобы юный гений жил по режиму, упорно занимался и хорошо спал. Он не даст своего ребенка в обиду другим детям и воспитателям. Конечно, все это в случае, если Шалтай-Болтай будет воспринимать ребенка не как помеху для демонстрации себя неповторимого, а, наоборот, как средство для достижения собственного успеха. Тогда истероид не позволит этому средству портиться, ржаветь и валяться без дела.
  К сожалению, у этого взгляда есть и оборотная сторона. В частности, Шалтай-Болтай предпочитает видеть в ребенке собственное отражение. Истероиду свойственно надеяться, что ребенок воплотит в жизнь его неисполненные мечты и чаяния. Если Шалтай-Болтай когда-то хотел стать великим музыкантом или выдающимся ученым, он постарается направить свое чадо на ту же стезю. Конечно, его честолюбивые намерения могут не иметь конкретного образа. То есть ни о какой определенной профессии для своего ребенка он, прямо скажем, не мечтает. Он просто хочет, чтобы его дитя прославилось. И заодно прославило своих родителей. Ведь мама и папа, взрастившие юного гения, тоже имеют право на порцию славы!
  Проблема в том, что ребенок может не иметь так называемых "детских талантов", то есть способностей, которые успешно реализуются в детстве. Он не музыкант, не танцовщик, не актер, не гимнаст, не фигурист. Предположим, его дарования относятся к таким, которые развиваются на протяжении десятилетий. А признания вообще приходится ждать лет до пятидесяти, если не до семидесяти. Разве мало таких "недетских талантов"? Например, чтобы создать финансовую империю, потребуется масса времени. Далеко не всякий делает свой первый миллион к выпускному балу. Значит, шансы родителя покрасоваться перед знакомыми и незнакомыми в лучах славы и богатства резко уменьшаются. Шалтай-Болтай наверняка расстроится и будет ворчать по этому поводу. А его ворчание вряд ли порадует ребенка и вдохновит на новые свершения.
  Истероид тяжело переносит полосы неудач, кризисов, застоя и прочей маеты. Он бодр и энергичен, когда дело идет в гору, но в минуту жизни трудную он увядает. Хотя ребенок нуждается в поддержке именно в этот момент. Зная такую особенность своей натуры, родитель-Шалтай должен взять себя в руки и не грузить всех вокруг своими депрессивными настроениями. Иначе они передадутся ребенку и погубят все его начинания. Если вы Шалтай-Болтай, будьте стойкими. Все окупится.
  Бывает, что ребенок ни в чем выдающемся не замечен (пока). Нет, это здоровый, приветливый и обаятельный малыш. Друзья и родные его любят, воспитатели и преподаватели одобряют, и никто на него не жалуется. Но и никаких свершений, а также дерзаний и стремлений за ним не числится. Шалтай-Болтай может ужасно нервничать по этому поводу. Особенно если сам он не знаменит и вниманием публики не обласкан. Тогда свой страх остаться обыкновенным человеком (а для Шалтая-Болтая это то же, что остаться неудачником) он переносит на своего ребенка. Ему кажется, что тот виноват в проблемах своего родителя. Всей своей неприметной, бесталаной, бездарной натурой виноват. Разумеется, проекция такого рода дает ужасные плоды. Шалтай-Болтай начинает давить на ребенка. И попутно жаловаться окружающим: поглядите, что у меня в семье выросло! А ведь я в его годы... И вообще, в его годы один полком командовал, другой скрипку терзал, третий в шахматы у компьютера выиграл, четвертый изобрел яд, не оставляющий следов и отравил собственную бабушку. Причем неважно, о каких таких "годах" идет речь: о трех годах или о тридцати трех. Всегда найдутся исторические лица или просто отчаянные головы, которые в том самом возрасте такое творили - ого-го-го! К тому же если Шалтай-Болтай не имеет возможности похвастать своими успехами, он начинает хвастать своими проблемами.
  Желание быть в центре внимания само "родом из детства". Для маленького ребенка внимание окружающих равносильно безопасности. В зрелые годы человек сохраняет установку "внимание=безопасность" в своем подсознании. У истероида она определяет поведение и мышлении сильнее, чем у других психологических типов. Чтобы вас не терзало честолюбие, а вы, в свою очередь, не терзали своего ребенка, учитесь брать свои тревоги под контроль. Где-то в вас есть равнодушие к чужому мнению (которое, как вы уже знаете, свойственно Алисе, а также Черной Королеве, Белому Рыцарю и Чеширскому Коту). Приложите силы, чтобы приобрести собственные благополучие и безопасность. А детей предоставьте их собственным амбициям. Со временем они найдут пути реализации своих способностей. И будут благодарны вам за посильную помощь.
  
  Черная Королева. Это импульсивный тип - импульсивный и по названию, и по образу жизни. Ее не интересует, нравится она собеседнику или нет. Черная Королева даже не задумывается об этом. Вот уж действительно, что на уме, то и на языке. И чуть что: "Отрубить ей голову! Голову ему долой!" В ее присутствии у всех возникает та же мысль, что и у Алисы: а если случится спор или, хуже того, ссора? "Что со мной тогда будет? Здесь так любят рубить головы. Странно, что кто-то еще вообще уцелел!"
  Импульсивный тип живет настоящим, потому что долговременные планы чаще всего не сбываются. Из любой ситуации есть выход - это действие. Мир в принципе прост, и задача активной натуры - подчинить его себе. Силе и натиску Королевы противодействовать сложно. Даже план, составленный умным и осторожным Белым Кроликом, вряд ли сработает там, где власть в руках Черной Королевы. Она просто не выносит слов "нельзя", "невозможно". Из-за упрощенного образа мира импульсивный тип склонен к конфликту с законом. Вот и Королеве хочется, чтобы присяжные сразу вынесли решение, без суда и следствия. Ей кажется, что и без бюрократических проволочек всем видно, кто прав, а кто виноват.
  Авантюризм - главное качество импульсивной натуры и оно сразу бросается в глаза окружающим. Черная Королева легко адаптируется в меняющейся ситуации, но вперед ходы не просчитывает. Риск для Королевы - залог счастья и гармонии, ведь рискованность придает яркость чувствам, событиям, характерам. Она так любит быть первой, что в случае поражения нипочем не согласится с критикой - да, мол, сама виновата. Хотя Королевы не привыкли подолгу огорчаться из-за собственных промахов, критиков они не любят. С такими она предпочитает обходиться без сантиментов: голову с плеч - и, считай, проблема решена! Она не склонна к сомнениям и рассуждениям. В черно-белом мире полутона исчезают. Вот и отношения Черной Королевы с окружением строятся по тому же типу - "любит-не любит". Поэтому импульсивный тип окружает множество недоброжелателей, но он не обращает на это внимания.
  Признаем без обиняков: Черные Королевы - плохие родители. Их поведение часто опрометчиво, неразумно и даже безответственно. Их захлестывают эмоции. К тому же Черной Королеве трудно поверить, что у окружающих людей надолго сохранится воспоминание о ее выходках. Сама-то она не берет в голову ни плохое, ни хорошее. У нее такая же короткая память, как у Алисы. Любое событие (разумеется, прошедшее событие) кажется Черной Королеве незначительным инцидентом в череде прочих, не стоящих внимания. К тому же она всерьез полагает, что ее суд - скорый, но правый. Черная Королева не верит, что может ошибаться в своих суждениях. Точнее, в своих инстинктивных предположениях. Ну, а даже если и ошиблась разок... или два - что тут такого? Легкомыслие и импульсивность подводит Черную Королеву и в других сферах жизни, но в воспитании детей - особенно.
  Чтобы не оскорблять чувств ребенка, Черной Королеве необходимо научиться сдерживаться. Но в первую очередь ей надо понять простую истину: далеко не все так легко освобождаются от напряжения, как она сама. Ее механизм разрядки - один из лучших по скорости и безотказности. Но большинство людей подолгу носят в себе негативные эмоции, копят обиды, занимаются самоедством. И, соответственно, не в силах выдерживать такой стресс, как Черная Королева. Поэтому нельзя грузить другого человека дозой негатива, к какой привыкла Черная Королева, - он сломается. Тем более, если это ребенок.
  Вот и получается, что главное для импульсивных натур - увидеть разницу между собой и другими, более хрупкими и чувствительными натурами. И усвоить: закалить другой психологический тип до состояния Черной Королева невозможно! Сколько на него ни дави, он выносливее не станет. Вот почему не стоит задавать взбучку домашним, а после объяснять, что это, мол, психологический тренинг. Отмазка не пройдет. И наконец, Черной Королеве следует признаться себе, что она любит агрессивную разрядку. Ей нравится действовать без оглядки на чувства других людей. Но с детьми не всегда удается делать то, что любишь. Придется в чем-то себе отказывать. И в частности, в импульсивном поведении.
  Черной Королеве труднее, чем другим психотипам, исполнять родительские обязанности. Ей нужно научиться контролировать себя, стать менее самоуверенной, менее бесцеремонной. К тому же Черная Королева, как правило, убеждена: ее система приспособления к окружающей действительности - самая лучшая, она прекрасно работает и менять ее нет необходимости. А тут вдруг выясняется, что вся эта безупречная система разрушает самое дорогое достояние личности - ее взаимоотношения с близкими. В это просто не хочется верить. И все-таки придется. А то недолго и в одиночестве остаться. Убеждай потом себя, что ты все делал/делала правильно, просто тебя не так поняли.
  Словом, Черной Королеве хочешь-не хочешь следует контролировать свое импульсивное поведение посредством сознания. А если возникнет надобность, то составить четкую Декларацию прав ребенка для своей собственной семьи. И регулярно в нее заглядывать: а справедливо ли я сужу? Не нарушаю ли?
  
  Белый Рыцарь. Психология обозначает этот психотип термином "шизоид". Чрезвычайно глубокомысленная натура. Познает мир через размышление. От глубокомыслия часто впадает в меланхолию. Как никто, понимает, что окружающее наполнено большим и непростым содержанием, и значит, понять и познать все невозможно, а хотелось бы. Белый Рыцарь большую часть времени посвящает миросозерцанию и не любит, когда ему мешают. Рядовых собеседников с их банальными идеями и стереотипными темами беседы Рыцарь либо терпит, либо не замечает, либо намеренно шокирует своими замечаниями. Другим кажется, что он живет вне времени и пространства.
  Но шизоид отлично знает, что ему нужно от жизни и от других людей. Только его идеи по большей части кажутся чересчур экстравагантными. Как, например, мышеловка, притороченная к седлу. "А я как раз думала: зачем вам мышеловка, - сказала Алиса. - Трудно представить себе, что на Конях живут мыши..." - "Трудно, но можно, - ответил Рыцарь. - А я бы не хотел, чтобы они по мне бегали. Видишь ли, - продолжал он, помолчав, - нужно быть готовым ко всему! Вот почему у моего Коня на ногах браслеты" - "А это зачем?" - заинтересовалась Алиса. - "Чтобы акулы не укусили" - ответил Белый Рыцарь. Неудивительно, что изобретения Белого Рыцаря далеко не всегда принимаются аплодисментами. Но переубеждать других - не его призвание, притом, что отказываться от собственных идей шизоид не привык. Его трудно заставить, направить, перевоспитать. Он для этого слишком упрям и слишком рассеян.
  По этой же причине общаться с Белым Рыцарем сложно: то он, глазом не моргнув, выслушивает обидные слова, то вдруг рассердится на обычное приветствие вроде ничем не примечательного "добрутра"... А между тем и для равнодушия к критике, и для внезапной вспышки гнева у Белого Рыцаря имеются причины - его собственные, непонятные другим причины. Окружающие вообще с трудом понимают шизоида. Да к тому же он редко демонстрирует сильные эмоции. А потому люди традиционно считают шизоидов скучными, заумными путаниками. Хотя иногда тот или иной Белый Рыцарь поражает всех, сделав настоящее открытие. Так что учитесь понимать шизоида - он может оказаться полезен!
  Белый Рыцарь в области воспитания детей так же непредсказуем, как и в прочих сферах. В момент, когда он занят своими делами и совершенно не обращает внимания на членов своей семьи, нельзя сказать, что он хороший родитель. Но если его ум направить в нужное русло, Белый Рыцарь способен на творческий подход к воспитанию своих чад. Он сможет развлекать и развивать их одновременно - а это весьма нелегкая задача.
  Белого Рыцаря необходимо правильно сориентировать. То есть заинтересовать. Если возня с ребенком покажется ему скучным занятием, ответственности и обязательности от него не жди. Половину требований он забудет, а остальное безнадежно перепутает. Так что придется за ним приглядывать так же, как за его подопечным. Если вы хотите, чтобы Белый Рыцарь вел себя как родитель, внесите в уход за ребенком элемент творческой, интеллектуальной задачи. Обыденное кормление, умывание и переодевание для Белого Рыцаря - невыносимая рутина. Лучше поручите ему позаниматься с ребенком, поиграть с ним. Шизоид легче поймет детскую логику - у него у самого логика нестандартная, он привык нарушать незыблемые устои. И сам постоянно спрашивает "почему?" А двое почемучек найдут о чем поговорить и чем заняться.
  Ну, а если вы - Белый Рыцарь, то попытайтесь сами себя заинтересовать. Ребенок - самое лучшее интеллектуальное вложение, которого можно хотеть. Если вы передадите ему свои идеи и познания, то со временем он их углубит и разовьет, а может, и на практике испытает. Для Белых Рыцарей, которые по большей части люди непрактичные, здесь кроются неплохие возможности. Впрочем, все это в отдаленном будущем. А пока ребенок требует заботы и внимания. Если вы самоустранитесь и отгородитесь от малыша стеной "важных дел" сейчас, наладить связь, когда он подрастет, будет очень трудно. А ведь он наверняка вам понадобится, когда станет старше: надо же кому-то передать свое дело и надо же с кем-то поговорить по душам. Хотя бы иногда. Поэтому постарайтесь найти с ребенком общий язык, пока он маленький, а его ум восприимчив и пластичен.
  
  Чеширский Кот. Этот тип называется эпилептоидным. Он точно знает: надо все делать основательно и все расставлять по местам - в доме, в голове, в окружающем мире. Даже если уверен, что все обитатели этого мира не в своем уме, иначе как бы они здесь оказались? Конечно, гораздо лучше, если жизнь идет по накатанному руслу.
  Бывает, что эпилептоид использует слишком много психической энергии для решения какой-нибудь задачи и тогда с ним случается что-то вроде идейного спазма. В этот момент Чеширский Кот не может даже ответить на вопрос: куда идти? Он обязательно спросит: "А куда ты хочешь попасть?" - и если вам все равно... "Тогда все равно, куда и идти", - заметит Кот. Чеширский Кот ужасно дотошен и логичен. "Куда-нибудь ты обязательно попадешь. Нужно только достаточно долго идти". Вообще, по мнению эпилептоида, власть над людьми и вещами - замечательная штука. Кот любит, чтобы его слушались и уважали. И сам всей душой уважает тех, кто по его мнению, достоин такого отношения.
  Чеширский Кот вообще очень последователен, он расчетливый реалист и старается использовать все вокруг по назначению. Для этой цели эпилептоид может прикинуться и душой компании, и чопорным, и сдержанным, и увлеченным идеей - все зависит от его целей. Поэтому Чеширский Кот способен вписаться в любое общество: ему только надо понять и, самое главное, принять местные правила. Помните, где Алиса впервые встретила Кота? На кухне у Герцогини, где безумная кухарка швыряла "все, что попадало ей под руку, в Герцогиню и младенца: совок, кочерга, щипцы для угля полетели им в головы; за ними последовали чашки, тарелки и блюдца". А Коту хоть бы хны. Вот что такое умение слиться с обстановкой.
  И все же у Чеширского Кота начинаются проблемы, если его качества доходят до абсурда: упорство - до упрямства, пунктуальность - до занудства, практичность - до скупости, целеустремленность - до навязчивости. Тогда он теряет свое хваленое умение приспосабливаться к окружению и здорово всех достает.
  Главная проблема Чеширского Кота в том, что его восприятие довольно малоподвижно. Однажды уверившись в собственной правоте, Кот может забыть о такой вещи, как смена условий и обстоятельств. Чеширский Кот склонен думать, что однажды усвоенный опыт не нуждается в доводке. И то, что хорошо для него, хорошо для всех. Но с детьми этот подход не работает. Методы воспитания, которые Чеширский Кот испытал на себе в своем детстве от своих родителей, на современного ребенка могут действовать иначе. А эпилептоид все еще верит в "опыт предков", все еще пытается применить их на деле.
  Есть опасность, что результат его не обрадует. Чеширскому Коту надо проявить внимание к окружающему миру, добавить в свои представления новую информацию, отказаться от устаревших приемов. И вообще, не быть упрямцем и занудой. В конце концов, личность ребенка - не конструктор из готовых деталей. Ее "на автомате" не создашь. Поэтому Чеширский Кот должен пересмотреть свои родительские стандарты и пополнить свои воспитательские арсеналы. Главное - помнить: если ты Чеширский Кот, то твоя сильная и вместе с тем слабая сторона - дисциплина и верность традициям. С этими методами, как со специями, важно не переборщить. Иначе существует опасность убить в ребенке творческую жилку.
  
  Психологические радикалы в каждой личности компонуются по-разному. И по-разному действуют в течение жизни: то один радикал контролирует индивидуальность, то другой. Тут все зависит от обстоятельств и от личного предпочтения. Но есть несколько закономерностей, которым подвержены все (или почти все).
  Возьмем, например, простое человеческое: нравиться другим людям, получать одобрение, расти социально. Даже серые кардиналы, признанные невидимки всех времен и народов, оставляют после себя дневники и мемуары с подробным описанием того, "как все было на самом деле". Психологи называют простое человеческое желание побыть в центре внимания истероидным компонентом личности. Этот компонент может присутствовать даже в характере шизоида, по большей части склонного к уединенным размышлениям, а не к публичным выступлениям. В целом истероидный компонент - связующее звено в отношениях между людьми. У кого-то это звено довольно слабое, у кого-то - крепкое, а у кого-то больше напоминает кандальную цепь немалого веса.
  Как вы понимаете, любой из нас, ребенок он или уже давно не ребенок, не может не зависеть от мнения своих близких. Потребность в признании и уважении - одна из первостепенных нужд личности. Ради ее удовлетворения человек способен отказаться даже от самого первого пункта в списке потребностей - от еды, вкусной, питательной и регулярной. Любая топ-модель - живое (ну, в крайнем случае полуживое) свидетельство тому, чем может пожертвовать личность ради общественного одобрения.
  Итак, получение признания и одобрения есть цель, присущая буквально каждому индивиду. Вот только пути ее достижения разные. Очень разные. Проблема поиска своего пути серьезно осложняется тем, что все, ну буквально все рвутся тебе помочь. С самого раннего детства мы живем в окружении проводников-энтузиастов, живых путеводителей и указателей. На первый взгляд, это неплохо - знать, что тебе всегда придут на помощь, выведут на верную дорогу и сопроводят куда следует. А на второй взгляд? Поневоле задумаешься: как благодетели мои узнают, куда именно мне следует? Особенно если я и сам не знаю.
  Некоторые родители твердой рукой направляют своего ребенка в сторону цели, которую он не выбирал. И потому даже не представляет, что от него для достижения этой самой цели требуется. Чужой цели, заметьте. Родители давят на детей, стараясь приблизить отпрысков к своему (как им кажется) собственному "идеал-Я". Хотя в изрядной мере оно сформировано их родителями. Наследование "идеал-Я", его передача от одного поколения к другому - если не полностью, то хотя бы частично - самая обычная тактика. Ее-то, в принципе, и называют преемственностью поколений. В ней много хорошего. Она позволяет человечеству накапливать опыт, ставить общие задачи перед всей нацией в целом, усваивать культурные ценности и менять массовое сознание в сторону прогресса и гуманизма (как хотелось бы верить).
  И все-таки у этой тактики множество недостатков. На индивидуальном уровне, в частности. И самый главный - невнимание к индивидуальности той стороны, которая принимает идеалы, нажитые старшим поколением. То есть к индивидуальности ребенка. Сейчас, возможно, читатель спросит себя (и нас заодно): а там что, есть индивидуальность? Это в трехлетнем-то возрасте?
  
  Темперамент, характер и личность
  Разумеется, есть. Хотя и в зачаточном состоянии. Но ведь некоторые параметры обработки информации, полученной мозгом (а эти параметры и есть фундамент личности) закладываются в первые месяцы внутриутробного развития! И следовательно, уже сейчас ребенок - не глина, покорно принимающая любую форму под руками скульптора, а скорее мрамор. Кстати, любой скульптор скажет: у каждой глыбы мрамора свой характер. В ней есть трещины, уплотнения и пустоты. Самонадеянный ваятель, не учитывающий этих особенностей, и материал испортит, и замысел не воплотит. Поэтому мы не советуем родителям отказаться от "подхода скульптора" к собственному ребенку. Мы лишь советуем стать грамотным скульптором.
  И все-таки почему нельзя вылепить личность требуемого типа, пока ребенок еще совсем маленький? - спросите вы. Разве система воспитания не делает человека таким, какой он есть? Разве социальная среда не превращает его в творца, в борца или в преступника? Разве родительское внимание и невнимание не извлекает на поверхность души лучшие или худшие качества натуры? Извлекает. Но не создает и не превращает. Хотя бы потому, что человеческая натура задолго до рождения ограничена рамками физиологии, то есть врожденными особенностями мозга и органов восприятия.
  Уже в период внутриутробного развития в организме закладываются такие свойства, как эмоциональность, скорость мышления и движения, общительность. Обычно одно из свойств преобладает, а остальные его дополняют. Так создается темперамент - свойство, которое мало изменяется в течение всей жизни человека. На базе темперамента строится характер, а на базе характера - индивидуальность. В раннем детстве мы видим проявления темперамента ребенка и - в меньшей степени - характера. Личность, как ее понимают психологи, возникает гораздо позже. Вот почему так важно понимать, с чем вы имеете дело - с темпераментом, с характером или с личностью.
  Дело в том, что проявления основных, базовых черт индивидуальности нельзя отменить - ни наказанием, ни запретом. Зато их можно исказить, скрыть или замаскировать. Плохо, если человек прячет свои "натуральные" качества оттого, что в детстве ему внушили: такого/такую никто не полюбит. "Потому что нельзя, потому что нельзя, потому что нельзя быть на свете красивой такой" - а также странной такой, агрессивной такой, чувствительной такой и вообще какой-то такой, какой мама тебя бы видеть не хотела. К мальчикам тоже относится. И человек начинает прятать свои уникальные стороны за броней страхов, надеясь удержать их в замкнутой сфере подсознания.
  Проблема в том, что подсознание не столь замкнутая территория, как хотелось бы. Отсюда регулярно происходят утечки - причем всегда не вовремя.
  Человек, намертво зажатый в тисках комплексов, однажды раскрывается не потихоньку-полегоньку, а, как правило, в форме взрыва: нервный срыв, эксцентричное поведение, истерический припадок или что-нибудь вроде нервного тика. Какой родитель хочет довести свое дитя до такого "освобождения"? Но не каждый взрослый знает: малышу, которого родители не потрудились понять и принять таким, какой он есть, гарантирована жизнь под знаком "постыдной тайны". От проблемы длиною в жизнь ребенка избавит лишь грамотное обращение со стороны близких и воспитателей. А для такой грамотности необходимо четкое представление, что можно делать с темпераментом, что - с характером, а что - с личностью.
  Итак! С темпераментом ничего сделать нельзя. Можно двигаться в его русле, притормаживая на виражах и порогах. Учить ребенка произвольности, то есть умению сознательно контролировать свои эмоции. Упирать на то, что он достаточно взрослый, чтобы держать себя в руках - здесь и здесь, где его регулярно заносит. Но изменить темперамент невозможно!
  Удивительно, но многие родители вообще не представляют, какой у их ребенка темперамент. Но это нетрудно выяснить. Выберите те ответы, которые наиболее походят вашему ребенку. Результат будет более достоверным, если на вопросы ответит не только мама, но и папа, бабушка, дедушка; после сравните все ответы и сделайте соответствующие выводы.
  
  1. Какие черты преобладают у ребенка?
  а) Жизнелюбие, оптимизм, общительность, склонность к риску.
  б) Спокойствие, медлительность, обстоятельность, сдержанность, миролюбие.
  в) Энергичность, неугомонность, шаловливость, горячность, задиристость.
  г) Робость, застенчивость, обидчивость, впечатлительность, нерешительность.
  
  2. Какие эмоции наиболее частые, сильные?
  а) Положительные эмоции.
  б) Нет бурных реакций, тяготеет к положительным эмоциям.
  в) Бурные эмоции, гнев.
  г) Страх.
  
  3. Реакция на наказания:
  а) спокойная;
  б) без эмоций;
  в) на словесные - спокойная, на остальные - с бурными реакциями протеста;
  г) обида, негативные эмоции.
  
  4. Как ведет себя ребенок в непредвиденных ситуациях?
  а) Любопытен (преобладает положительное отношение).
  б) Малоэмоционален.
  в) Пытается сопротивляться (потребность преодоления).
  г) Пытается избежать этого события (потребность самосохранения).
  
  5. Какие игры предпочитает ребенок?
  а) Любые, но чтобы жизнь в них била ключом.
  б) Спокойные, тихие, уединенные.
  в) Шумные, азартные, подвижные, часто агрессивные.
  г) Тихие, уединенные; шумные, подвижные - только с близкими.
  
  6. Общителен ли Ваш ребенок?
  а) Любит общество детей и взрослых, быстро знакомится.
  б) Предпочитает одиночество.
  в) Всегда нужны сподвижники и зрители.
  г) Предпочитает одиночество, общителен лишь с близкими людьми.
  
  7. Каков ребенок среди сверстников, склонен ли к лидерству?
  а) Душа компании, лидер по выбору детей.
  б) Неавторитетен среди детей, о лидерстве нет и речи.
  в) Сверстники относятся по-разному, сам предлагает себя в лидеры.
  г) Авторитетен только среди малочисленных друзей, не лидер.
  
  8. Как усваивает новое?
  а) Легко и быстро.
  б) Обстоятельно, но медленно.
  в) Все схватывает на лету и так же быстро забывает.
  г) Осваивает быстро или медленно в зависимости от обстоятельств.
  
  9. Особенности памяти. Как быстро ребенок запоминает сказку? Улавливает целое или детали? Долго ли помнит?
  а) Легко и быстро схватывает целое и помнит долго (хорошая кратковременная и долговременная память).
  б) Медленно, но запоминает целое, почти не забывает (хорошая долговременная память).
  в) Очень быстро, запоминает в основном детали, но быстро и забывает (хорошо развита только кратковременная память).
  г) По-разному, вникает в мелочи (высокая отвлекаемость мешает кратковременной памяти, а неуверенность в себе - долговременной).
  
  10. Утомляемость после какой-нибудь деятельности:
  а) средняя (устает соответственно деятельности);
  б) низкая (практически не устает);
  в) средняя, иногда высокая (в зависимости от всплеска своих эмоций);
  г) высокая (устает от малейшей деятельности).
  
  11. Легко ли ребенок усваивает возрастные навыки?
  а) Легко и без труда.
  б) С трудом (навыки формируются долго, но и надолго).
  в) Соответственно возрасту (делает только то, что интересно).
  г) Быстро, но неустойчиво (может быть регресс при стрессе).
  
  12. Какие движения преобладают у ребенка?
  а) Уверенные, точные, ритмичные.
  б) Нерасторопные, неторопливые, солидные.
  в) Порывистые, резкие.
  г) Неуверенные, неточные, суетливые.
  
  13. Особенности речи.
  а) Речь выразительная, живая, с мимикой и жестами.
  б) Речь медленная, невыразительная, без жестов.
  в) Речь быстрая, отрывистая, эмоциональная, часто срывается на крик. Тараторит, глотая слоги и слова.
  г) Речь выразительна, но тиха и неуверенна.
  
  14. Особенности сна.
  а) Обычно засыпает быстро, спит хорошо, просыпается с улыбкой.
  б) Засыпает сразу, спит спокойно, после сна ходит вялый, сонный.
  в) Засыпает долго и с трудом , спит беспокойно, просыпается в разном настроении: от самого хорошего, до самого плохого.
  г) Долго укладывается спать, но быстро засыпает, просыпается веселый.
  
  15. Как ребенок привыкал к детскому саду?
  а) Адаптировался легко, быстро.
  б) Боялся нового, не хотел перемен, долго адаптировался.
  в) Легко привык к новой обстановке, с трудом выполнял требования взрослых.
  г) Никак не мог привыкнуть, адаптировался с трудом.
  
  Если чаще встречаются варианты а, то у ребенка преобладает сильный, уравновешенный, подвижный тип - сангвиник. Высокая нервно-психическая активность, разнообразие и богатство мимики и движений, эмоциональность и впечатлительность, а также неглубокие переживания, свойственные сангвинику, формируют характер авантюрного или обязательного ребенка. Все зависит от того, что возьмет верх - эмоциональность или активность.
  
  Если чаще встречаются варианты б, то у ребенка сильный, уравновешенный, инертный темперамент флегматика. У него низкий уровень активности поведения, он с трудом переключается, его действия медлительны и спокойны, чувства и настроения ровны, глубоки и спокойны. Этот темперамент чаще всего способствуют появлению умника или обязательного ребенка.
  
  Если чаще встречаются варианты в, то у ребенка характер сильный, неуравновешенный, инертный - холерик. Это тоже активный, энергичный, порывистый в движениях тип, но, в отличие от сангвиника, он более импульсивный, его переживания глубже и ярче. Эти черты могут складываться и в чувствительную натуру, и в авантюрную. Но могут, как ни странно, создать умника - если, например, ребенок научится загонять свои переживания внутрь и не показывать на людях, что ему больно или страшно, и станет искать утешения в уединенных занятиях и играх.
  
  Если чаще встречаются варианты г, то преобладает темперамент меланхолика. Сдержанность и приглушенность речи, глубина и устойчивость чувств при слабом их выражении, преобладание отрицательных эмоций отчетливо указывают на чувствительного ребенка. Впрочем, среди умников тоже много меланхоликов.
  В следующем разделе вы узнаете, какие характеры формируются на базе темперамента. И поймете, к какому типу относится ваш ребенок: к авантюрному, обязательному, чувствительному типам или к умникам. А сейчас продолжим разговор о том, что есть темперамент.
  Темперамент - это несколько разных систем реагирования, и все они обусловлены физическими особенностями организма. Поэтому воспитание - то есть влияние окружения - может лишь усилить или ослабить проявления этих качеств. За попытки безжалостно подавить истинные чувства и потребности ребенка он расплатится болезнью, а вы - проблемами в семье. Есть среди индивидуальных качеств своего рода "зона риска", с которой следует обращаться особенно осторожно. Дети, наделенные такими чертами, слишком остро реагируют на трудности и непонятки окружающего мира. Присмотритесь, насколько вашему ребенку свойственны указанные ниже черты.
  Эмоциональность. Проявляется в виде повышенной восприимчивости к радостям и печалям, настроению окружающих лиц, склонности к переживаниям. Это создает чувствительность ко всякого рода проблемам отношений, будь то ранняя разлука с матерью, недостаток внимания, любви и заботы, излишне принципиальное отношение взрослых или неприятие сверстников.
  Непосредственность. Эти дети наивны и бесхитростны, им чужды ложь и лицемерие, игра и фальшь, двойственность чувств и желаний. Если они плачут, то это слезы искреннего огорчения: если радуются, то это неподдельная радость; если сердятся, то это гнев, а не наигранное возмущение. Будучи достаточно внушаемыми по возрасту, они не конформны, то есть не склонны говорить и поступать противоположно своим мыслям и желаниям.
  Впечатлительность. Она, как проявление эмоциональной памяти, помогает сознанию фиксировать множество событий, в том числе неприятных, поэтому ребенок очень долго помнит обиду, оскорбление, страх, возвращается мыслями к пережитому и не способен легко, как большинство сверстников, отвлечься и переключиться на новые цели.
  Импрессивность. Так называется склонность к внутренней переработке и накоплению отрицательных чувств или переживаний. Родители говорят о таких детях: "все переживания держит в себе", "не склонен делиться своими огорчениями", "если расплачется или обидится, то не сразу, а потом". Рассказывают, как "дочь сразу не показала вида, что радуется нашему приезду, хотя очень соскучилась, но спустя некоторое время повисла на нас со слезами радости"; как "трехлетний сын в детском саду неподвижно сидел на стуле, опасаясь сделать что-либо не так, как того требовала воспитательница, а дома выглядел подавленным, страшно усталым, затем становился возбужденным, чрезмерно подвижным и капризным, долго не мог заснуть вечером". Импрессивность подразумевает отсутствие быстрой эмоциональной реакции в ответ на события, волнующие ребенка. Он как бы накапливает реакцию изнутри, исподволь, и выражает не сразу, а позже и то не во всех случаях. Причем выражение отрицательных эмоций часто сопровождается чувством вины, иногда раздражения, но не злости. Импрессивность может указывать и на то, что потенциал психического развития раскрывается медленнее, чем обычно, а значит, нужно подождать, дать известное время, чтобы психика созрела, чтобы ребенок стал таким, как все.
  Выраженность чувства "я". Заключается прежде всего в раннем осознании различий между собой и окружающими, подчеркнутом чувстве собственного достоинства, выраженной потребности самоутверждения. Эти дети всегда имеют свою точку зрения, стремятся к самостоятельности, активны в достижении поставленной цели, предпочитают играть ведущие роли, хотя в реальности им это редко удается. Они не переносят повышенного, приказного и тем более раздраженного тона, оскорблений и физических наказаний. В ответ на это обижаются, уходят в себя или плачут. Свойственна им и повышенная чувствительность к похвале, оценкам и мнению других людей. Им не просто попросить прощения, отказаться от своих убеждений, подстроиться и быть не собой, играть не свойственные им роли. В старшем дошкольном и младшем школьном возрасте заметны обязательность, исполнительность, развитое чувство долга, вины и стыда. Подчеркнут у этих детей и инстинкт самосохранения - на это указывает чувство осторожности, предусмотрительности в новых ситуациях, а в раннем возрасте - выраженный страх незнакомых людей. По той же причине они испытывают большее число инстинктивных страхов, в том числе страх смерти. Зато эти дети не игнорируют опасности, не бросаются куда-нибудь сломя голову, вовремя останавливаются там, где можно упасть, цепляются за мать при купании или поднятии на руках. От них не надо далеко прятать острые предметы, они никогда не играют со спичками, и с ними редко происходят несчастные случаи по их собственной вине.
  Беззащитность. Как антипод агрессивности она отражается в общении со сверстниками: ребенок не может защитить себя, дать сдачи, ответить на оскорбления. Он теряется, не находит подходящих слов, молчит или плачет, горько переживая унижение и обиду, свою неспособность влиять на исход событий. Всем этим умело пользуются сверстники с психопатическими чертами характера, безошибочно выделяющие детей, неспособных защитить себя, чтобы покуражиться над ними, угрожать и запугивать, использовать для выражения своих агрессивных чувств. Беззащитность, как и выраженность чувства "я", как и импрессивность, - многоплановое психологическое образование. Это и проявление добродушия - отсутствия злости, агрессивности, разрушительных реакций и установок. Это и повышенная эмоциональная чувствительность, нежность и ранимость. Имеют значение также повышенная чувствительность к боли и общая физическая ослабленность.
  Гуманистическая направленность формирования личности. Представляет собой целый комплекс характеристик - таких, как честность, дружелюбие, сострадание, жалостливость, чувство долга и вины, стремление соответствовать принятым стандартам и нормам. Эти дети переживают за все и всех, воспринимают чужую боль как свою и нередко принимают удар на себя - в прямом и переносном смысле слова. Родители говорят о них: "даже муху убитую принесет", "если у него появился друг, то это на всю жизнь", "не может себя защитить, но способен защитить другого, хотя за это ему часто попадает". Обращает внимание и отсутствие негативных чувств к родителям - даже при наличии конфликта, криков, оскорблений и физических наказаний. Хотя это и не исключает сильных, болезненных переживаний.
  Если на ребенка, в чьем в характере и темпераменте имеются упомянутые качества, оказывать чрезмерное давление, то можно довести малыша до невроза. От прессинга все эти черты изменяются - и не в лучшую сторону. Когда условия существования превращаются в непрерывный и долгосрочный стресс, эмоциональность превращается в нервозность; непосредственность и впечатлительность - в настороженность и беспокойство; импрессивность - в замедленные реакции; беззащитность - в ранимость и уязвимость. А все вместе складывается в эффект сензитивности - крайне мучительного состояния.
  Сензитивность - это адская смесь из повышенной эмоциональной чувствительности, обидчивости, склонности принимать все близко к сердцу, легко расстраиваться и много переживать.
  С возрастом сензитивность направляет личность в русло психастении, формируя Белого Кролика с его нерешительностью, боязливостью и уязвимостью или Белого Рыцаря с его отчужденностью и дезориентацией. И надо признать, этим психотипам приходится нелегко, особенно если надо действовать быстро и самостоятельно. Главный недостаток, порожденный сензитивностью, - это беспомощность. Хотя ребенок давным-давно вырос, беспомощность помешает ему делать выбор, решать проблемы, заботиться о близких и даже о себе. А сейчас, в эпоху кризиса трехлетнего возраста ребенок, дошедший до пика чувствительности, не переносит насмешек, иронии, замечаний, угроз и повышенного тона взрослых. А как их воспринимают родственники и воспитатели? Как капризных, беспокойных, гордых, упрямых... Ничего не напоминает?
  Возможно, некоторым читателям знаком термин "дети Индиго". Психологи сообщают, что "новая разновидность" детской психики охватывает до 90 % детей в возрасте до 10 лет. Парапсихологи утверждают, что аура ребенка Индиго имеет специфическую окраску (отсюда и название этого "племени младого, незнакомого"). Но чем дети Индиго отличаются от обычных детей? Ли Кэрролл и Джен Тоубер, авторы книги "Дети Индиго", так описывают эти различия:
  1. Они приходят в этот мир с ощущением своей значимости (и часто ведут себя соответствующим образом).
  2. Они чувствуют, что "заслужили быть здесь", и бывают весьма удивлены тем, что другие не всегда разделяют их мнение.
  3. У них нет абсолютных авторитетов, они не считают нужным объяснять свои поступки и признают свободу выбора.
  4. Они теряются, соприкасаясь с консервативными системами, где вместо проявления творческой мысли, строго соблюдаются традиции.
  5. Они часто видят более рациональный способ сделать что-то в детском саду, в школе или дома, однако окружающие воспринимают это как нарушение правил и их нежелание приспосабливаться к существующей системе.
  6. Они кажутся некоммуникабельными, если находятся в компании других детей. Если рядом нет никого, обладающего похожим менталитетом, они часто замыкаются в себе, чувствуя, что никто в этом мире их не понимает. Поэтому установление социальных связей в период обучения для них представляет немалую сложность.
  7. Они никак не отзываются на обвинения в нарушении дисциплины. К заявлениям типа "вот подожди, придет отец, узнает, что ты натворил, тогда увидишь..." остаются глухи.
  8. Они не стесняются давать вам понять, в чем испытывают нужду.
  Многое из сказанного выше с равным успехом можно отнести и к характеристике выдающегося индивидуалиста, и к описанию поведения сензитивного ребенка, доведенного до крайности непонятливыми взрослыми и хроническим стрессом. Существует ли особый тип "детей Индиго" в реальности, или перед нами очередной миф - неизвестно. Хотя из всего вышесказанного нельзя не сделать вывод: авторитарные методы воспитания, принятые то ли во времена царя Гороха, то ли в эпоху домостроя, сегодня безнадежно устарели. Современный ребенок далек от идеала послушания, а в родителе ищет не слепого обожания, а зрячего уважения. В конце концов, он уже личность. Еще не до конца сформировавшаяся, но уже явственно выраженная.
  Догонит ли Алиса Белого Кролика?
  В период кризиса трех лет личность переживает свое становление. И пока можно говорить лишь о характере, но не о психотипе. Хотя характер - это уже немало. Между тем родители не всегда знают, каков характер их ребенка в действительности. Им мешают разные иллюзии, прекрасные или, наоборот, ужасающие. Да, трудно быть объективным, если ты родитель.
  Впрочем, воспитатели детсада ненамного объективнее родителей. А родственники и друзья семьи? Каждый вносит свою лепту в общую неразбериху. Одни считают, что с детьми следует быть построже и не давать им воли, пока на пенсию не выйдут. Другие горой стоят за свободу выбора, и готовы предоставить ее грудному младенцу. Пусть выскажет свое мнение по поводу обоев в детской и сухости памперсов. А популярная литература, которая устами специалистов дает советы и рекомендации, ориентируясь на образ "ребенка вообще" - удивительное существо, нигде и никогда не существовавшее? Где уж тут понять, как следует обращаться с данной конкретной особью трех лет отроду! И все-таки понять надо, если вам приходится воспитывать пресловутую трехлетнюю особь.
  Начнем с различий между детьми. Так же, как и у взрослых, эти различия определяют потребности и возможности ребенка. Дети различаются во многом - и тем не менее отношение к порядку, спорту, домашним заданиям и развлечениям у определенных разновидностей сходное. Детский психолог Кристина Каниал-Урбан в ходе своей многолетней практики разработала классификацию основных типов:
  1. впечатлительная, чувствительная натура;
  2. здравомыслящий, обязательный ребенок;
  3. эмоциональный авантюрный тип;
  4. умник, стратегически планирующий свои действия.
  Разумеется, ни один из перечисленных типов в чистом виде не встречается. Иногда формы смешиваются (например, чувствительная натура и обязательный ребенок), но обычно один из типов преобладает.
  
  Чувствительная натура. Типичные черты: чуткий, коммуникабельный ребенок, обладатель развитой интуиции. Охотно сближается с другими людьми, с родственниками, со сверстниками. Готов тесно общаться, заботиться, радовать своих близких. Он охотно расспрашивает о них: какими они были в детстве, что любили, где жили... Никакой другой тип так сильно не интересуется другими людьми и в первую очередь членами своей семьи, не старается выяснить, как они себя чувствуют.
  Дети, относящиеся к этому типу, обожают увлекательные истории, поэтому они замечательные слушатели и рано начинают говорить. В ролевых играх полностью погружаются в свою роль. То же относится к миру фантазий. Не следует оставлять их одних у телевизора: они настолько отождествляют себя с действующими лицами, что в драматические моменты действия нуждаются в поддержке. Дети этого типа очень хотят быть любимыми и ценимыми, им постоянно требуется подтверждение того, что они представляют собой нечто особенное, ценное.
  Проблемная зона чувствительных натур: им трудно проводить границу между Я и ТЫ. Они буквально перетекают в любимого человека. Так возникает опасность отказа от собственного Я и полного растворения в личности другого: они считают хорошим то, что считает хорошим любимый ими человек, и из-за этого легко забывают о собственных потребностях. В семьях, которые придают большое значение не столько эмоциям, сколько активным занятиям, чувствительный ребенок часто испытывает беспомощность и неуверенность. В таком случае ему необходим единомышленник среди взрослых, разделяющий его склонности. Если у такого ребенка проблемы, он еще больше, чем обычно, ищет близости с другими, буквально цепляется за них. Некоторые реагируют эмоциональными взрывами, бурно рыдают, кричат на обидчика. Другие уходят в себя, страдают молча. Многие погружаются в мир своих фантазий.
  Рекомендуемый стиль воспитания: и в обычные дни, и в моменты кризиса чувствительной натуре нужен человек (кто-нибудь из родителей, дедушка или бабушка), который давал бы простор и пищу его воображению, его характерным качествам. Рассказывал бы ему сказки, занимался рисованием, посвящал в историю семьи. Такому ребенку необходимо признание его дарований, его эстетического чутья и время для мечтаний. Насмешки над фантазером наносят ему глубокую обиду. Притом, что чувствительные дети нуждаются не в психологической муштре и уж тем более не в закалке огнем и ремнем - они нуждаются в утешении, уверенности и как можно большей близости. Особенно в кризисных ситуациях. Если эта повышенная потребность в близости не удовлетворяется, кризис усиливается. Важна также чуткая индивидуальная похвала, дающая ребенку чувство уверенности. Помогают также истории о разрешении каких-либо проблем, в которых ребенок того же возраста справляется с аналогичным затруднением.
  
  Авантюрный ребенок. Ему часто не хватает времени, потому что для него мир увлекателен, полон приключений, испытаний на смелость. Авантюрные дети чрезвычайно активны - чуть ли не круглые сутки. У них сильна потребность в движении, они с аппетитом едят, открыто проявляют свои эмоции. Это увлекающиеся, коммуникабельные натуры. Идеально справляются с неприятностями, не боятся рисковать, охотно экспериментируют. То, что перестало их интересовать, они просто бросают. Неудивительно, что в их детской комнате часто царит хаос.
  Отсюда и все их проблемы. В первую очередь, со временем: авантюрные дети ничего не делают вовремя и часто нарушают режим. А во вторую - они с трудом переносят скучные занятия, требующие усидчивости, концентрации внимания и умения преодолевать не столько трудности, сколько себя, собственное желание отвлечься. Поэтому и в детском саду, и в других дошкольных учреждениях (кружках, секциях) им тяжело. Они раздражают воспитателей и тренеров тем, что мешают занятиям и выступают в роли клоуна: вертятся, болтают, дурачатся, шалят и вообще мало походят на благовоспитанные мумии. Авантюрные дети данные им задания либо не выполняют, либо выполняют поверхностно.
  Как вы понимаете, в семье, придающей большое значение порядку и контролю, авантюрному ребенку приходится несладко: он вечно вызывает неудовольствие. Родители уверены, что он "это все нарочно", что единственная цель авантюрного ребенка - довести старших до белого каления и цепной реакции, что единственный способ с ним справиться - усилить репрессивные меры. А между тем на неприятности он отреагирует еще большим беспокойством. Стремление к движению превращается в беспрестанную активность, потребность в стимулах - в перевозбуждение, многообразие интересов - в импульсивность. В затруднительных ситуациях такие дети часто теряют чувство самосохранения, столь важное для них, и при малейшем разочаровании впадают в буйную ярость. В конечном итоге такой ребенок может испытывать трудности в общении с другими детьми.
  Рекомендуемый стиль воспитания: давать волю до определенных пределов. Это основное требование применительно к авантюрному типу. Ему нужны обязательные правила и твердое руководство, а не жестокие наказания постфактум, не игра в казаки-разбойники: ты втихаря пакостишь, я тебя на этом ловлю. Если вы что-то объясняете маленькому авантюристу, а он в это время скачет как мяч, не заставляйте его сесть на стул, сложить руки на коленях и есть вас глазами. В этом состоянии он гораздо хуже усвоит то, что вы ему говорите, чем тогда, когда он буйствует рядом с вами. Для авантюриста усваивать информацию в процессе движения абсолютно нормально. Лучше всего, если у ребенка будет помощник - кто-то, кто вместе с ними убирал бы в комнате, показывал, как можно дать приемлемый выход приступам ярости - например, с помощью активных физических упражнений. Также ему необходимы контакты со сверстниками, даже если авантюрный ребенок стремится к независимости.
  
  Умник. Это тип интеллектуального ребенка - весьма разумный и всегда поступающий обдуманно. Чтобы чувствовать себя уверенно, он стремится понять окружающий мир и постоянно задает старшим вопросы. Умник - индивидуалист, поэтому буйные игры в составе команды, как правило, для него не очень привлекательны, он предпочитает общаться с другом/подругой, с игрушкой (или с компьютером, если говорить о старшем возрасте). В комнате умника на первый взгляд царит хаос, но, в отличие от авантюрного типа, он мгновенно находит понадобившуюся вещь, потому что у него свой собственный порядок. Представители этого типа очень рано начинают вести себя как взрослые и производят впечатление детей, разумных не по годам. Им нравится участвовать в размеренной беседе и поэтому они охотно присоединяются к старшим. Они ориентируются на результат, самостоятельно ставят перед собой какие-то цели и стараются их достичь: если ребенок-умник начнет что-нибудь собирать из конструктора, то он все постарается сделать сам, без посторонней помощи, даже если у него в процессе возникнут трудности. Умники амбициозны и предъявляют к себе довольно высокие требования.
  Проблемы зачастую начинаются в сфере общения. Ребенок-умник не владеет искусством угождать и нравиться окружающим, поэтому он часто выглядит высокомерным, холодным, неуживчивым. И, разумеется, легко становится аутсайдером. При всем при том это чрезвычайно ранимый ребенок. Именно поэтому умники часто используют распространенную психологическую тактику: обедняют себя в эмоциональном плане, чтобы меньше страдать. И несмотря на трудности, для детей этого типа принципиально важно сохранять невозмутимость. В трудные периоды они становятся еще более рассудительными, не дают воли эмоциям, а вместо этого еще основательнее себя засушивают и замораживают. Однако их спокойствие - напускное. В результате "эмоционального замораживания" умник утрачивает контакт с самим собой и своими близкими. Впрочем, ощутив угрозу, интеллектуальный тип может отреагировать на нее совершенно неожиданным образом - крайне эмоционально, вплоть до приступов ярости. При неудачах представители этого типа легко теряются, пытаются компенсировать неудачу и добиться совершенства. Эта привычка может превратиться в навязчивое состояние.
  Рекомендуемый стиль воспитания: в воспитании умника окрики-приказы типа "Сейчас же делай как было сказано!" вряд ли станут действенным методом. Чем старше будет становиться умник, тем хуже работает авторитарный стиль воспитания. Дети этого типа решающей инстанцией считают самих себя. Поэтому родителю или воспитателю сперва надо убедить ребенка, что предложенное действие полезно, приятно или необходимо. Умники руководствуются только пониманием. В случае неудач такой ребенок настоятельно нуждается в поддержке. Важно снова и снова подчеркивать: ты способный, ты сильный, ты умный, подкреплять уверенность ребенка в себе - и одновременно разъяснять: ошибки тоже важны, без них невозможно двигаться вперед. В случае эмоциональных затруднений родители могут поддержать умника, сдержанно рассказывая о собственных чувствах. Например: "Мы очень огорчены тем, что случилось, и думаем, ты испытываешь то же самое". Скорее всего, он будет смотреть в сторону, скривив рот, но этого вполне достаточно. Не следует ожидать от него бурной демонстрации печали.
  
  Обязательный ребенок. Это реалистически мыслящие дети, способные добиваться выдающихся результатов. Они любят семейные праздники, им интересно, как ведут себя родственники. Они в совершенстве владеют искусством быть полезным. Чувство принадлежности к семье также является для обязательного ребенка высшей ценностью. Такие дети стремятся добиться большей близости с родными, делая (в отличие от чувствительной натуры) что-нибудь практичное: стараются помогать по дому, занимаются чем-нибудь вместе с родителями. Ужасно переживают, если их не похвалят. Хорошо приспосабливаются к детскому саду, а потом к школе с их правилами, поскольку не имеют проблем с дисциплиной, усердием, порядком.
  Трудности возникают, когда обязательным детям в свободный час надо выбирать себе занятие. А также в случае, когда расположением ребенка злоупотребляют, пользуясь тем, что он всегда готов помочь. Обязательный ребенок склонен некритично, без должного осмысления, перенимать правила и мнения других людей. Тот, кто слишком рано ожидает от него самостоятельности, тем самым ставит перед ребенком непосильную задачу. В семьях без четкого распорядка дня, без постоянного времени приема пищи, без устойчивых ритуалов обязательный ребенок чувствует себя беспомощным, ему нужен четкий распорядок. В проблемной ситуации представитель этого типа старается быть еще более послушным. Обязательный ребенок ведет себя поразительно хорошо, из страха выполняет все действительные или даже воображаемые требования. Цепляется за ритуалы настолько, что может довести себя до навязчивых состояний, но может и применить угрозы (например, в адрес разведенной матери: "Если мне нельзя включать компьютер, уйду к папе!").
  Рекомендуемый стиль воспитания: обязательный ребенок сильнее всего нуждается в обратной связи, в похвале, в подтверждении его способностей - и в вопросах о том, чего ему хочется. В трудные периоды это совершенно необходимо. Также следует предлагать ему различные варианты - на выбор. Родители должны давать обязательному ребенку больше указаний и не предъявлять к нему чрезмерных требований в отношении самостоятельности. Разумно, если он будет выполнять данные ему задания по частям и так, как ему объясняли. Там, где удельный вес свободных занятий слишком велик, обязательный ребенок чувствует себя неуверенно.
  
  И все же рекомендации относительно стиля воспитания нельзя принимать безусловно, в духе священных заветов: будем вести себя так и только так, и никогда иначе! К сожалению или к счастью, но в жизни любого человека, даже совсем маленького, есть периоды уныния, когда ему требуется поддержка и ободрение, а также периоды гипертонуса (например, после возвращения от любящей бабули), когда строгость - единственное средство, способное ввести любимое детище в рамки приличия. Родители должны сами, в зависимости от обстоятельств, решить, в каких пропорциях смешивать, фигурально выражаясь, кнут и пряник. Знаете, что в этой задаче главное? Понять, что есть внешние обстоятельства, а что - ваши внутренние стремления. Смешение этих факторов плохо отражается и на воспитании ребенка, и на всей семейной атмосфере.
  Семейные бои без правил
  В любом случае родительский психотип и характер ребенка вступают во взаимодействие. Если родитель ориентируется на собственные предпочтения и старается награждать ребенка тем, что нравится ему самому, или наказывать за то, что было бы проступком для него самого, - разве тут дождешься результатов? И разве это конструктивный подход? Притом, что ситуацию легко скорректировать: достаточно родителю отрешиться от собственного представления о вознаграждении и наказании и стать на позицию ребенка, он поймет, чем и как можно порадовать или, наоборот, проучить данного конкретного ребенка. А не себя самого, единственного и неповторимого.
  Например, вообразите такую ситуацию: родитель - типичный Шалтай-Болтай, а ребенок - типичный умник? Конфликт ценностей неизбежен. Родителю кажется, что ребенку губительно сидеть взаперти и наедине с собой, ему надо пойти погулять, поиграть с другими детьми, побеситься, что ли... А умнику невдомек, почему родитель вечно пытается выпихнуть его на прогулку или демонстрирует гостям, точно породистую супермодную собачку... Мало ли какое объяснение этому факту родится в детском воображении? Откуда трехлетнему малышу взять столько снисходительности, чтобы вот так, запросто, извинить родителя за ошибки в его, ребенка, воспитании?
  Для снисходительности и мудрости нужно прожить долгие годы, повидать множество людей, испытать бездну ощущений и проанализировать уйму информации. А ребенок, ввиду своей неопытности, склонен глобализировать любой факт, вывод, действие, ситуацию. Каждое происшествие в своей короткой жизни, каждый элемент общения с другими людьми для ребенка огромны и значительны, как Тибет для буддиста. С годами "Тибеты" становятся все ниже, мельче, незаметнее. И реакция на них слабеет. Личность становится устойчивее по отношению к внешнему прессингу. И, естественно, забывает, какими важными, прямо-таки судьбоносными казались вещи, мимо которых он теперь проходит, "не повернув головы кочан и чувств никаких не изведав". Вот мы и пытаемся напомнить родителям: в детстве все кажется крупнее, серьезнее, мощнее, чем в зрелом возрасте. Поэтому будьте осторожнее в словах и делах, направленных на воспитание ребенка. И особенно: не перегибайте в плане упреков, насмешек, наказаний и прочих репрессий.
  Каждый ребенок не уверен в себе, не уверен в своей "сверхценности" - даже для собственных родителей. Чуть только подвернется возможность решить: папа/мама меня не любит, для них важнее общество дяди Коли/тети Маши (футбол по телевизору, отпуск за границей, новая машина, мебель эта дурацкая) вот они меня и бросают, шпыняют, из угла в угол гоняют - и все, детская самооценка резко падает. Частые падения самооценки могут привести к появлению "самоощущения неудачника" и другим психологическим проблемам.
  К сожалению, травматичные ситуации, вызванные конфликтом ценностей и интересов, - отнюдь не редкость во взаимоотношениях между детьми и родителями. Представьте себе тандем из взрослого-Алисы и чувствительного ребенка. Да, с Алисой не соскучишься: весело, увлекательно и занимательно проводит время Алиса и ее окружение! Но все это - до поры до времени. Алиса не слишком-то ответственная личность. И если благодаря ее невниманию или легкомыслию кто-то наживет себе неприятности, она только плечами пожмет: что поделать! Се ля ви! Не падай духом, дорогой товарищ! Твои проблемы - это пустяки, дело житейское, как говорил другой всеми любимый оптимист, летучий товарищ Карлсон. Как, вы думаете, станет реагировать на подобное "ободрение" чувствительный ребенок, попавший впросак по вине Алисы-родителя? Это будет шок. Или даже психотравма. Словом, первая информация о том, что есть предательство.
  Наименее чувствительные родители (в этом отношении лидируют Алиса и Черная Королева) могут, сами того не заметив, серьезно ранить душу ребенка. И не только ребенка. Природа Алисы и Черной Королевы такова, что им трудно быть заботливыми и ответственными, даже в отношении собственного детища. К тому же им кажется, что они живут в полной гармонии с собой и с миром. Чужие переживания им до лампочки. Некоторая безответственность и твердолобость, что греха таить, помогает оптимистичным и импульсивным личностям успешно решать свои проблемы. Но эти дары судьбы - отнюдь не дары, а скорее покупки. В качестве платы используются взаимоотношения с людьми - как с близкими, так и с посторонними. Людьми расплачиваются за успех, людьми жертвуют в трудную минуту, людьми манипулируют и распоряжаются. И это обычная практика, а вовсе не триллер из жизни мафии.
  Конечно, взрослый человек, использовав свой жизненный опыт, стойкость, снисходительность и чувство юмора, может не переживать, что кто-то пытается им распорядиться, подставить, поплясать на костях. Зато у чувствительного ребенка этих защитных систем нет. Он беззащитен. Ему будет очень больно. И обязательной натуре такое обращение не по душе. А вот, например, авантюрный ребенок по поводу невнимания или безответственности взрослых переживает меньше. И не потому, что он снисходительнее или умнее. Просто он и сам, вероятнее всего, - будущая Алиса или Черная Королева. И значит, с упомянутым безответственным взрослым авантюрный ребенок находится в одной лодке, в одной системе психологических приемов.
  Выбор психологических приемов происходит неосознанно, под влиянием индивидуальной восприимчивости. Если мозг сильно и быстро реагирует на раздражители, если ощущения сохраняются подолгу, такой человек старается притупить переживания и уменьшить стресс. Вот почему чувствительные натуры часто уходят в себя, прячутся от опасностей, избегают мощных ощущений. Если реакция снижена, а рецепторы в мозгу "держат" ощущение недолго, то и поведение личности можно назвать рисковым, отчаянным, а то и вовсе безбашенным. А чего ей бояться? Все равно и радость, и боль пройдут очень быстро и сменятся чем-то новым, неизведанным.
  Поэтому можно сказать, что восприятие авантюрной личности (будущей Алисы или Черной Королевы) похоже на быстро вращающийся калейдоскоп. Эмоции - и позитивные, и негативные - не "застаиваются" в сознании подолгу. И не разъедают душу, словно кислота. Авантюрный ребенок быстрее избавляется от неприятных ощущений. Ему труднее превратить их в опыт, зато он избавлен от "побочного эффекта", сопутствующего всякому опыту - от мучительных воспоминаний.
  Вариантов сочетания родительского и детского типа только согласно математическому принципу - 24 штуки. Притом, что в реальности чистых типов вовсе не бывает: в каждом взрослом уживаются (или борются) несколько психологических радикалов и время от времени один из трех или даже четырех компонентов одерживает верх; так же и в душе ребенка то крепчает авантюрная сторона, то проявляет себя чувствительность, то загорается творческая искра. Подсчитать, сколько всего разновидностей взаимоотношений может возникнуть при таком калейдоскопе сущностей, попросту невозможно. К тому же нельзя забывать и о других людях, близких и не очень, которые станут вмешиваться в общение ребенка с родителем, оказывая дополнительное влияние на обоих. В общем, учесть все факторы и вывести среднюю схему отношений между взрослым и ребенком - это даже не фантастика. Это утопия. Но кое-что сделать можно.
  В первую очередь можно отказаться от заблуждения, что ребенок - всего лишь податливый материал для лепки. Во вторую - оставить как самонадеянность, так и иллюзии, что ребенку вполне хватит родительской любви, а следовательно, уважение и внимание к его личности - побоку. Поверьте, никакие подарки и поблажки не заменят этих качеств.
  Родителям необходимо принять как должное тип личности ребенка и не пытаться переделать его.
  Это правило легче произнести, чем принять. А уж его как трудно исполнить! Никакого терпения не хватит. Особенно если вы Алиса, или Черная Королева, или Чеширский Кот, знающий все лучше всех у всех времен и народов... Вот почему старшие постоянно стараются совершить переворот в натуре младших: упорно противореча типу личности ребенка, родители как бы отправляют ему послание "Ты - плохой" или "Ты недостаточно хорош". Каковы последствия подобных посланий, мы расскажем в следующем правиле.
  Но в первую очередь воспитание, не соответствующее детскому типу личности, уничтожает чувство уверенности и защищенности, делает ребенка беспомощным и боязливым. Притом, что человек - даже в раннем детстве - регулярно проходит через разные кризисы, вроде проблем с общением или с обучением. Не говоря уже о школьном возрасте. И если чувство безопасности у индивида утеряно, а система приспособления к окружающему миру работает плохо, вряд ли кризис пройдет быстро и без последствий. Поэтому не следует "ломать" личность ребенка. Лучше развивать ее и укреплять.
  Чтобы перейти от методов подавления юной хрупкой индивидуальности к методам ее укрепления, взрослый человек должен понять источник своей... родительской агрессии. То есть избавиться от иллюзии, что мать/отец своему дитю плохого не пожелает. А потом осознать, какой именно принцип воспитания матери/отцу особенно дорог - настолько, что родитель идет на долгоиграющий конфликт с малолетним отпрыском. На чем основаны главные претензии к ребенку? А главное, стоит ли оно того? Вполне вероятно, что пресловутый непоколебимый принцип окажется довольно пластичной штукой.
  Например, режим дня. Разве нельзя скорректировать его таким образом, чтобы активный ребенок не страдал от необходимости ложиться спать засветло, а умник - от обилия спортивных нагрузок? Разве положение стрелок на циферблате или объем бицепса настолько важны, что вы готовы рискнуть физическим и психическим здоровьем малыша (не говоря уже об отношениях в семье) ради этих цифирок? Нет, конечно.
  Дело не в цифрах, а в том, что взрослые, как и дети, наделяют некоторые мелочи мнимой магией. Между прочим, эти "волшебные вещи" вы выбрали не самостоятельно. И если вы убеждены: залогом успеха в этой жизни является отменная физподготовка или знание квантовой физики, существует вероятность, что указанные идеи на пьедестал поставила не ваша личность. А кто? Да Черная Королева, или Белый Рыцарь, или Чеширский Кот - один из ваших руководящих психотипов. Ведь они ужасные упрямцы. И стоят на своих позициях просто из-за невысокого уровня эмпатии в характере. Они плохо понимают других людей и не любят менять привычек в силу сложившихся обстоятельств. И Королева, и Рыцарь, и даже Кот по натуре бойцы. К сожалению, ребенку нечего им противопоставить. Вот он и уходит в глухую оборону. Или вовсе ломается. Заметим: ломается, а не меняется!
  Родственная агрессия может включить механизмы психологической защиты (описанные в правиле втором). Ведь у ребенка они тоже имеются. И рано или поздно ребенок, на которого давят, начнет строить стену, чтобы отгородиться либо от вас, либо от жизни, либо от себя настоящего. А ведь эти три "слона" - личность, ее близкие и сфера ее жизненных интересов - служат опорой для внутренней гармонии. Причем именно родители показывают ребенку, как обращаться с реальностью, как решать повседневные и форс-мажорные проблемы, как относиться к людям и т.д. Ну, а если вы начнете подавлять природные склонности ребенка, трехлетний малыш, естественно, не сможет вас одолеть.
  И все-таки, вынудив ребенка действовать по своей указке, вы не добьетесь полного соответствия виртуально-идеального Я и реального человеческого существа, на которое вы его силой "натянули". Максимальный успех подобной тактики - это стена, за которую подсознание упрячет истинные потребности ребенка, упрячет на долгие годы. И тем самым создаст, как писал ведущий специалист в области детских и подростковых неврозов Александр Иванович Захаров, "вязкие доминанты болезненных переживаний", предпосылки для формирования невроза. Как избежать таких последствий? Прикажите Черной Королеве и Белому Рыцарю... заткнуться.
  У вас, вероятно, возникнут вопросы: надо ли договариваться с этой аморфной (пока) личностью? Не лучше ли ее переделать, сориентировать, вылепить по своим лекалам - и слава труду? Нет, не лучше. Более того: переделать даже не личность, а фундамент, на которой личность строится - задача невыполнимая.
  Возникает вопрос: как же его воспитывать, этого ребенка, индиго он или совсем другого цвета? Сторонники теории поколения Индиго советуют:
  1. Обращайтесь с детьми уважительно. Приветствуйте их появление в вашей семье.
  2. Помогайте им принимать самостоятельные решения в том, что касается дисциплины.
  3. Всегда предоставляйте им свободу выбора, чего бы это ни касалось!
  4. Никогда не унижайте их - никогда!
  5. Всегда объясняйте им, почему вы даете им какие-то инструкции. И при этом осознавайте объяснения, данные детям. Не звучат ли они глупо - вроде "потому, что я так сказал"? Если да, то вернитесь к своим инструкциям и измените их. Дети будут уважать вас за это. Но если вы приказываете им в диктаторском, авторитарном духе, то дети отстраняться от вас. Они не будут слушаться, и даже более того - выдадут целый список причин, почему это нехорошо! Иногда ваши объяснения могут быть самыми простыми - вроде "потому, что этим ты окажешь мне помощь, а я сегодня жутко устала". Завоюйте их сердца честностью. Сначала они будут думать над тем, что вы сказали, а затем начнут выполнять ваши требования.
  6. Сделайте их партнерами в их собственном воспитании.
  7. Пока они еще малы, объясняйте им все, что вы делаете. Они не всегда поймут вас, но почувствуют образ ваших мыслей и ваше к ним уважение.
  8. Ваша поддержка их действий должна выражаться прежде всего в формировании у них чувства безопасности. Избегайте порицания и критики по отношению к ним. Всегда давайте им понять, что вы поддерживаете их начинания. Они станут более восприимчивыми к вашим словам - и удивят вас. Не заставляйте их достигать чего-либо, но позвольте им действовать с энтузиазмом.
  9. Не говорите им, кто они сейчас или кем они станут впоследствии. Они знают это лучше вас. Позвольте им самим решать, что им интереснее. Не заставляйте их продолжать вашу династию и не приобщайте их к семейному бизнесу только на том основании, что так поступали несколько поколений в вашей семье. Такой ребенок останется абсолютно глух к подобным аргументам.
  10. Определяя границы дозволенного поведения, сохраняйте творческий подход к воспитанию.
  11. Давайте выход их безмерной физической энергии.
  12. Позвольте ребенку самому устанавливать границы, а не наоборот, они будут рады сами устанавливать правила игры при поддержке взрослых.
  13. Обращайтесь с ними, как со взрослыми и равными, но не возлагайте на них взрослые обязанности.
  14. Давайте детям подробные объяснения, а также предоставляйте им право высказывать свое мнение при принятии решений по разным вопросам. Не говорите с ними свысока.
  15. Слушайте их! Дети знают такие вещи, которые вам неведомы.
  16. Проявляйте к ним уважение ничуть не меньшее, чем к своим родителям или близким друзьям.
  17. Если вы говорите ребенку, что любите его, но относитесь к нему неуважительно, он вам не поверит.
  18. Ваш образ жизни и ваше поведение в семье помогут со всей очевидностью ответить ребенку на вопрос, любите вы его или нет.
  19. Не пытайтесь хитрить!
  Чтобы вышеизложенные советы не выглядели голословно, рассмотрим несколько примеров.
  Предположим, ваш ребенок открыто не повинуется правилам и взрослым авторитетам или манипулирует вами. В детском саду он врет или хитрит, увиливая от заданий.
  Негативный отклик: Ты мерзкий лгун! Ты нарочно действуешь всем на нервы, постоянно обманывая меня и воспитательницу. Ну, погоди! Ты наказан на четыре недели! И я не буду больше слушать твое вранье! Марш с глаз моих долой!
  Позитивный отклик: Я очень расстроилась, когда узнала, что ты соврал. Ты чего-нибудь испугался? Почему ты не сказал правду? Давай поговорим о том, что случилось. Надо вместе подумать, как выбраться из этой ситуации.
  Другой случай: ребенок отказывается есть или ест слишком медленно.
  Негативный отклик: Поторопись! Опять ты заставляешь меня ждать. Съешь все быстро, а то останешься сидеть здесь один. Если не съешь все - заболеешь.
  Позитивный отклик: Я хочу, чтобы ты сделал то же, что и я. Сейчас я попробую ложечку творога, а потом рисовую запеканку. (Взрослый не торопясь пробует пищу) Теперь ты попробуй ложечку. Как думаешь, плюшевый мишка захотел бы это съесть?
  Ну, а если ребенок отказывается есть какую-то пищу из-за отвращения к ней? И дело происходит не дома, а в гостях или еще где-нибудь на глазах у посторонних?
  Негативный отклик: Я не буду тебя больше ждать, если станешь ковыряться в тарелке. Все и так уже на нас смотрят.
  Позитивный отклик: Давай вместе выберем еду, какую захотим. Вон то, например. Мне эта штука понравилась.
  Вот ребенок направляется к вам в самый неподходящий момент: вы чем-то очень заняты.
  Негативный отклик: Ребенок приближается к вам, а вы с возмущением думаете: "Ну вот, опять проблемы. Опять с ним что-то случилось". Вы принимаете оборонительную позу: поднимаете плечи и поджимаете губы.
  Позитивный отклик: Расслабьтесь сами и дайте ему понять, что вы его любите и всегда рады ему помочь.
  Ваши дети постоянно задают вопросы, и вам все время приходиться на них отвечать. Кроме того, вы должны без конца повторять им правила поведения, что можно и чего нельзя.
  Негативный отклик: Резкий, отторгающий и раздраженный тон вашего ответа дает ребенку понять: "Ты раздражаешь меня! Иди куда-нибудь подальше" или "Тебя здесь не ждали". Постоянно слыша такие слова, ребенок решит, что его не любят.
  Позитивный отклик: Ваш голос - это инструмент для обучения вашего ребенка, поэтому почаще обращайте внимание на его тон и тембр. Когда вы раздражены или сердитесь, сделайте два глубоких вдоха, наберите побольше воздуха в легкие, а затем говорите как можно более мягко, медленно и отчетливо.
  Дети находятся на улице вне вашего контроля, вы нервничаете.
  Негативный отклик: Не становись на эту скользкую дорожку (лестницу, горку и т.п.)! Ты сломаешь шею, как та девочка по телевизору. Угомонись, пока ты не попал в больницу! Не разговаривай с посторонними, кругом одни маньяки!
  Постоянное ожидание того, что с детьми может случиться что-то плохое, рождает у них страх, некоммуникабельность или агрессивность. Негативные эмоции способствуют выработке избыточного количества гормонов страха и агрессии, это может подорвать иммунную систему и даже привести к заболеваниям.
  Позитивный отклик: Мы с тобой уже говорили - нужно быть очень осторожным. Я знаю: все будет в порядке, потому что ты - умный мальчик/девочка и ведешь себя хорошо. Если к тебе на улице подойдет незнакомый дядя или тетя, не разговаривай с ними, а быстро беги к маме или воспитательнице.
  Именно проговаривание тех действий, которых вы ожидаете от ребенка, привьет ему необходимые навыки.
  Бывает и так, что родитель нарушает обещание, данное ребенку.
  Негативный отклик: Перестань хныкать из-за того, что мы не пошли в зоопарк (в кино, в аквапарк и т.п.). Переживешь. Когда я был в твоем возрасте, меня вообще никуда не водили.
  Вы отказались обсуждать причины - не имеет значения, уважительные они были или нет, - из-за которых нарушили свое обещание. Это дает право ребенку думать, что взрослым нет до него никакого дела или что им нельзя доверять.
  Позитивный отклик: Я был очень занят и совершенно забыл, что мы договорились пойти в зоопарк. Извини, дружок. Не обижайся на меня.
  Ваш беспомощный крошечный ребенок намочил штанишки.
  Негативный отклик: Ты плохой, плохой, плохой! Ты знаешь, куда нужно писать, а делаешь это в штаны (или на новую мебель). Ты это нарочно! Ну и убирай теперь эту вонючую гадость. И никогда больше не делай так. И не приставай ко мне!
  Позитивный отклик: Ой-ой! Кажется, у тебя мокрые штанишки! Ничего! В жизни всякое бывает. Я помогу тебе надеть чистенькие, и все будет хорошо.
  А если ребенок одержим иррациональным и преувеличенным страхом перед какой-то ситуацией, человеком или животным?
  Негативный отклик: Ты что, боишься собаки? Боишься какой-то маленькой собачки! Трусишка. Трусишка зайка серенький, вот ты кто.
  Позитивный отклик: Если собака лает и виляет хвостом, она так радуется. Собаки не умеет здороваться как люди, у них свой язык, собачий. Я тебя ему научу, и тогда ты будешь знать, злая собака или нет. А этой собаке просто хочется с тобой поиграть. Ты ей нравишься. Не бойся ее. Ведь ты у меня смелый.
  Временами ваш ребенок невольно напоминает вам о ваших собственных чертах - довольно, надо признать, несимпатичных.
  Негативный отклик: Мой ребенок такой неорганизованный. Его комната - настоящий свинарник. Я едва ли не кнутом заставляю его убирать игрушки. Он ненавидит уборку, но ему ничего не остается, кроме как подчиниться, когда я наседаю.
  Позитивный отклик: Надо обязательно убирать игрушки после игры. Твоим куклам, зайцам, мишкам не нравиться валяться где попало. Им хочется домой, на свое место. Они же твои друзья. А друзей не надо обижать. А если мама не увидит машинку на полу и нечаянно наступит на нее? Машинка сломается, а мама упадет и больно ушибется. Ты же добрый? Ты же этого не хочешь? Посмотри, как красиво стало в комнате, когда ты убрал игрушки. Ты у меня - молодец.
  Авторы этих рекомендаций признают: общение с ребенком -одновременно тяжелый труд и привилегия. С этим нельзя не согласиться. Причина затруднений в том, что современные дети не поддаются "старинным" приемам - тем самым, которыми воспитывали современных родителей. К тому же на этих детей не всегда воздействуют чувства стыда и вины, ограничения и наказания. Но они проявляют своеволие не ради забавы. Просто у нынешних детей есть собственные познания и собственные критерии отбора. Они не могут принести их в жертву родительской агрессии - это часть их "Я".
  Однако детей - любых - необходимо направлять. Задача родителей состоит именно в том, чтобы направлять, а не управлять. Вам придется набраться терпения и освоить следующие тактические приемы:
   не пытайтесь переупрямить ребенка - вы не выиграете, даже если "дожмете" своего подопечного;
   при выборе стратегии и тактики воспитания учитывайте наклонности своего ребенка, а не подгоняйте его под свой идеал;
   почаще ставьте себя на место своего ребенка, тогда вам будет легче понять, чем его порадовать и как проучить;
   не сталкивайте лбами свои агрессивные стороны и агрессивные стороны ребенка - вам нужна не затяжная партизанская война, а скорый компромисс;
   не манипулируйте ребенком и не позволяйте ему манипулировать собой - для вас важнее сохранить доверительные отношения, чем видимость неоспоримого авторитета;
   не воспринимайте своего ребенка как пластилин, по принципу "мой ребенок - что захочу, то из него и сделаю"; вы его сломаете, но не переделаете.
  Правило четвертое. Детство - увеличительное стекло
  Лупите своего сынка
  За то, что он чихает.
  Он дразнит вас наверняка,
  Нарочно раздражает!
  Неправый суд Черной Королевы
  Восприимчивость ребенка в раннем детстве действует, словно увеличительное стекло. Через него незначительные, на взгляд взрослого, события могут вызвать у неокрепшей личности и шок, и глубокую перестройку мировоззрения. Такая хрупкость - оборотная сторона мобильности. Чтобы изменить зрелого индивида, приходится тратить много сил, но в то же время можно не осторожничать - будто металл куешь. Ребенка изменить проще - несколько неосторожных усилий, и система взглядов разлетается в осколки, точно хрустальный дворец. А что взамен порушенного сооружения? Взамен родители и воспитатели охотно предлагают свои воззрения. Ну, не совсем свои... Или свои, но изрядно приукрашенные.
  Но как бы прекрасно эти установки ни выглядели, как бы успешно ни работали, есть проблема: собственное мировоззрение нельзя заменить, скопировать, переписать, скачать, позаимствовать. Его можно только создать. Самому. Без скидок на то, что тебе и четырех нет. Так уж вышло, что первый кризис социализации (процесса внедрения личности в общество) начинается именно в этом возрасте.
  Разумеется, создание миров лучше проворачивать не в военной, а в мирной обстановке. В том смысле, что лучше бы родные-близкие не боролись с малолетним творцом, а помогали. Какие бы мы ни были разные, точки соприкосновения у родителя и ребенка непременно найдутся. Даже если старший - глубоко погруженный в себя Белый Рыцарь, а младший - отъявленный авантюрный тип. Ведь шизоид по сути своей тоже авантюрист! В смысле творчества. Чеширский Кот найдет, чему научить умника, а Алиса, руководя обязательным ребенком, сама многому научится в плане обязательности и управления собой.
  Но для гармоничного содействия родителю, как правило, не хватает информации о себе любимом. Чеширский Кот не считает себя занудой (я просто пытаюсь выяснить, на что могу рассчитывать!); Алиса не ощущает себя возмутительницей спокойствия (сколько можно сидеть и наблюдать, как проходит моя жизнь!); Белый Рыцарь уверен, что это не он рассеянный чудик, а, наоборот, все остальные - просто надоедливые дураки (мои важные занятия постоянно прерывают какой-то ерундой!). Но страшнее всех - Черная Королева!
  Помните, что она, буйствуя в Зазеркалье, сотворила с несчастным Болванщиком, когда тот стал Королевским гонцом? Бедняга оказался в тюрьме за гипотетическое преступление, которого никогда не совершал и, возможно, никогда не совершит: "Он сейчас в тюрьме, отбывает наказание, а суд начнется только в будущую среду. Ну, а про преступление он еще и не думал!" - хвасталась Королева своим методов профилактики преступности. Страшноватый, но точный образ ребенка, зажатого в тисках воспитания.
  Для многих родителей воспитание - это прежде всего наказание за проступки. Или профилактика проступков - опять-таки посредством наказания.
  Без осуждения и возмездия, к сожалению, не обойдешься. Хотя существует методика "безфрустрационного воспитания", популярная на Западе и позаимствованная на Востоке (если точнее, в Японии): до пяти (согласно другим версиям, до семи) лет ребенку все разрешено, в своей семье он - маленький бог; а после пяти-семилетнего возраста он превращается в раба традиций и условностей. Честно говоря, эта методика на российской почве дает странные всходы. Дети, которым никто ничего не запрещает, упускают годы особой детской пластичности, мобильности, восприимчивости. Раннее детство - поистине бесценное время для формирования произвольности, способности ограничивать спонтанные проявления. Это умение позволяет сложиться зрелой личности. А если произвольности нет? Если индивид ее не развил, пока было время и возможность? Тогда инфантилизм и неуправляемость остаются с человеком надолго, а иной раз и навсегда. Вопрос не в том, запрещать или нет. Вопрос: как запрещать?
  В отечественной практике главные инструменты социализации - стыд, а еще страх неодобрения и наказания. Система поощрений, говорят, тоже работает неплохо. Но, как правило, не здесь и не сейчас. А только со слов двоюродной сестры младшего деверя чьей-то там внучатой племянницы. Эта пылкая честная девушка с пеной на губах отстаивает систему воспитания пряниками без кнутов, ибо своими глазами видела, каким ангелом становился малолетний бандит в невинном расчете на двадцать восьмой "киндер-сюрприз".
  Но прогрессивная половина человечества, ступившая на тропу воспитания, резонно рассуждает, что наказание под аналогичным номером гораздо эффективнее освежает способность к послушанию у малолетнего бандита, а заодно у его мамы, папы, бабушки и прочих половозрелых родственников вплоть до седьмого колена. И кто сказал, что в процессе обучения нельзя прибегнуть к позитивному опыту вековых традиций? Не нами заведено - не нам и пренебрегать. Накажем, пристыдим, отвергнем - впредь умнее будет! Вполне вероятно, результат окажется ошеломляющим, но не совсем таким, как грезил воспитатель. Или, вернее, совсем не таким. Все зависит от того, насколько правильно мы понимаем, что такое стыд и какое это опасное средство.
  Психологи знают, что ребенок - самый сильный стрессор для нормальных мамы с папой, а родители ощущают это на собственной шкуре в режиме реального времени. И просто не замечают, что используют стыд в качестве инструмента для формирования личности ребенка. Это происходит как-то само собой. Так же естественно, как дыхание или... Ну, неважно. Нет времени, нет сил, нет желания, ничего нет - организм обнулился со всех сторон, а тут рядом месится он, "объект воспитания" без пульта управления. И стоит ли блуждать в лабиринтах психологических теорий при наличии действенного средства, дешевого и сердитого?
  Таким образом, родители превращают стыд в отмычку, а то и в монтировку. Со временем они становятся опытными взломщиками, и действуют уверенно, решительно, не особо оглядываясь на детали. Взломали, добились своего и пошли дальше. А произошедшее - это так, рабочий момент. При этом родители не отдают себе отчета, что регулируют отношения своего ребенка со стыдом и страхом. И не только сейчас, в его раннем детстве, но и в течение всей жизни.
  От поведения родителей зависит, каким образом ребенок станет в будущем реагировать на эмоциональные раздражители.
  Неумелое или чрезмерное использование стыда в качестве не столько орудия, сколько оружия приводит к тягостным последствиям: ребенок становится уязвимым из-за чувства собственной дефектности. И впоследствии становится легкой добычей для внешнего прессинга. Предположим, человек твердо усвоил, что приемы защиты - отрицание или агрессия. Это случилось в раннем детстве. А в зрелости переучиваться сложно. Или даже бесполезно. Поэтому деформацию личности лучше предупреждать, нежели лечить.
  Фразы о необходимости профилактики заболеваний давно навязли в зубах - до того, что мы перестали обращать на них внимание. Как говорится, собака лает, ветер носит, а врачи повышают свое благосостояние за счет количества пациентов. Между тем игнорирование проблемы здоровья не прибавляет. А время, неумолимый гегельянец, кажется, только тем и занимается, что превращает количественные изменения в качественные. Проблемы накапливаются, душевное состояние ухудшается, личность слабеет, невроз крепчает.
  Это и следует понять Черным Королевам, которые ведут себя с ребенком как бог на душу положит. Понятно, чертовски трудно сдерживаться, когда рядом изо дня в день вокруг тебя плющится и колбасится, источая прессинг, генерируя проблемы и вызывая депрессию, дорогое и любимое чадо. Естественную реакцию проще всего выразить в возмущенном вопле: а я что, не человек? Где я еще могу расслабиться, отдохнуть, побыть собой, порадоваться жизни, как не дома?! Конечно, вы правы. И все же, все же, все же...
  Право родителя на то, чтобы побыть homo gaudeamus (человеком радостным), а не homo moderatus (человеком благоразумным) - право отнюдь не безграничное, а дозированное. И ребенок - не громоотвод. Причем тут громоотводы? Да все при том же. Вспомните: для многих индивидов нет большей радости, нежели разрядка агрессивного аффекта. А в таком состоянии человек снимает напряжение с помощью скандала или причинения боли (душевной или физической) другому человеку. Кстати, подобным образом разряжается любой индивид, в том числе и психически полноценный, к садизму не склонный. Так вот, в качестве заземления собственное чадо лучше не использовать. И наказывать его следует не потому, что тянет наказать, дабы разрядится, а потому, что надо наказать, дабы не распускался.
  Самое сложное - научиться различать ситуации, и понимать, когда есть желание, а когда - необходимость. Вам придется научиться сдерживать себя.
  Предвидим возмущенную реакцию: да я только и делаю, что сдерживаю себя, я этого изверга малолетнего ни разу пальцем не тронул! Но терроризировать ближнего своего можно не только тумаками и затрещинами. Психологический прессинг, направленный на вызывание чувства стыда, также имеет разрушительные последствия.
  Для такого поведения могут быть разные причины, но оно всегда несправедливо и безжалостно. Если ребенок понимает, что его терпят, но не ценят, он принимается искать объяснения. И зачастую приходит к выводу, что его невозможно любить. А раз его нельзя любить, то родители от него откажутся. Для ребенка страх оставления является центральной темой стыда. И этот жестокий вывод формирует соответствующую картину мира: "Вот теперь все на своих местах, все понятно - раз я недостоин любви, то мои родные меня и не любят. Они сильнее, они умнее и они правы. Ведь я плохой". Эти мысли об "изначальной недостойности" смущают, обескураживают, а впоследствии заставляют испытывать огромные трудности в выражении и принятии любви.
  Ребенок, осознавший собственную "дефектность", становится особенно уязвимым и одиноким: его начинает затягивать так называемая "спираль стыда".
  Начинается этот жутковатый процесс с "первичного осознания дефекта": ребенок, которого постоянно стыдят, думает, что он плохой, и испытывает стыд. Вместе со стыдом он чувствует унижение и дискомфорт. Он хочет избежать этого состояния и сопротивляется как может, но его поступки вызывают новые упреки. Прессинг не прекращается: родители продолжают его стыдить. Тогда ребенок испытывает еще больший стыд за себя. Ему тяжело и страшно, он хочет это прекратить. Он начинает протестовать, но ситуация не изменяется. Он снова нарывается на усиливающийся прессинг. Чувство опасности усиливается: родители его не защищают, он один противостоит всему миру. Ребенок делает вывод: все потому, что он плохой и любить его не за что. Уверившись в своей никчемности, он идет на новый виток стыда. Если ситуация не прекратится, то именно стыд сформирует его личность и взаимоотношения с окружающими. Стыд, а не папа с мамой. Нередко бывает, что личности папы и мамы в свое время тоже были сформированы чувством стыда.
  Политый кленовым сиропом
  Преемственность в сфере воспитания приводит к образованию стойкой "модели судьбы", повторяющейся во многих поколениях. Э. Берн называет ее сценарием. Если приблизительно один и тот же сюжет (главным образом в сфере межличностных отношений) присутствует минимум у трех поколений, можно с уверенностью говорить о сценарии - сформированном давно и упорно возрождающемся. Сценарии, как и все психологические явления, бывают конструктивными и разрушительными. К сожалению, негативный опыт передается чаще. Вот почему одни и те же несчастья с непостижимым упорством преследуют семью поколение за поколением.
  Возникает вопрос: как же мы доходим до жизни такой? Отвечаем: чаще всего - по инерции. Обычно человек, сам того не замечая, при воспитании собственного ребенка применяет методы, которые испытал на себе - в детстве золотом, незабвенном. Или отнюдь не золотом, но все равно незабвенном. По традиции, с помощью стыда "тот, кто правее" промывал мозги "тому, кто виноватее": если бы ты не был таким, а был бы этаким, наша жизнь преобразилась бы несказанно... вот и получается, что ты и только ты виноват во всех кочках и болячках, подстерегающих нас на жизненном пути! Вот и тащи на себе все несовершенство мироздания! Нехилая ноша, а?
  Со временем человек учится играть стыдом в пинг-понг (варианты - в теннис, в баскетбол, в боулинг, в метание молота - в зависимости от размера и тяжести стыда): летящее обвинение надо немедленно отбить в сторону обвинителя или хотя бы вовремя увернуться. А потом, навострившись, продолжает играть в ту же игру со своими детьми. И они, в свою очередь, создают собственные фитнес-клубы метателей, кидателей и отбивателей стыда на семейном поприще.
  Нынешнее поколение родителей стыдили не только родственники - их стыдили воспитатели и преподаватели, доктора и профессора, психологи и косметологи, журналисты и финансисты, политики и маразматики, продавцы, швецы, жнецы и на дуде игрецы. Конечно, трудно было не усвоить принцип "Стыд - самое действенное психотропное оружие всех времен и поколений!" В общем-то, принцип верный.
  Стыд - тяжелое психотропное оружие. Вот почему им следует пользоваться крайне осторожно и только в крайних случаях.
  Тоже нехитрое правило. Но почему ему почти невозможно следовать? Потому что мешают неверные психологические установки. В частности, установка на эмоциональность - как раз там, где требуется осмысленный и трезвый расчет.
  Возьмем, например, завышенные требования к любви: исправляй, улучшай, умягчай и возвышай нехитрую природу человеческую! Пусть из личности получится вселенская промокашка - все тучи разведет руками, все вынесет, все пересилит и всех простит. Считается, что родителю просто неприлично не испытывать всепоглощающей любви к ребенку. На это, во всяком случае, рассчитывают многие авторы психологических методик. На безусловную любовь индивида к собственному ребенку. И не отнекивайтесь, ссылаясь на недостаток внутренних эмоциональных резервов. Изыщите резервы - и вперед, к святой родительской любви. А без этого основополагающего фактора (то есть без святой любви) воспитательный процесс не пойдет.
  И каков результат этого умилительного подхода? Нулевой. В том смысле, что лица, не обладающие сверхвысоким содержанием любви в организме, только еще пуще устыдились - и устыдившись, вконец озверели. Вот как это происходит в реальности.
  Представьте себе обыкновенного человека - не бога, не царя и не героя - а просто человека с нормальным количеством силы и слабости. Человек женат/замужем. У него ребенок. Маленькая такая шкода, умеренно сообразительная и неумеренно назойливая. К ребенку человек испытывает чувство любви. Нормальное такое чувство, не переходящее в умопомешательство. А еще у этого человека кроме ребенка имеются жизненные обстоятельства, с которыми тоже приходится считаться: жена или муж, другие дети, родители, работа и, как вытекающее, дефицит времени, средств и сил.
  Естественно, столкновения интересов, возможностей, потребностей без конфликтов не бывает. Человек напрягается и раздражается, хочет стабильного и комфортного существования, обращается к психологу или к специальной литературе и - бинго! - получает готовый рецепт тотального счастья. Семья, где все идет как по маслу. Родители непомерно добры и понимающи, а дети, проникшиеся родительской любовью, отзывчивы и послушны. И объяснять им надо только один раз.
  Кто из нас не лицезрел этот образ "образцово-показательной семьи" - в сериале, в рекламном ролике, в ток-шоу или в популярной литературе? Это сообщество ангелоподобных созданий, слившихся в семейном экстазе над коробкой кукурузных хлопьев или тарелкой блинчиков с кленовым сиропом. Ну, с клубничным, если "святое семейство" адаптировано к отечественному потребителю. Неважно. Все равно сей образ милый прямиком содран с американской рекламы хлопьев. А главный компонент прелестного видения - суперлюбовь, неистребимая и неизбывная! Идеализированная семейка прямиком заявляет: родственная любовь должна быть беспредельной, как вселенная! Тогда и только тогда родитель есть полноценный родитель. Беспредельная любовь - вот залог нормальных отношений!
  Хотя на практике все наоборот: суперлюбовь отключает мозг и включает инстинкт. Самка, охраняя детеныша, кидается на любой объект, приблизившийся к ее потомству, в том числе и на безвредный - так велит ей родительская любовь, которая превыше сознания и реалий. Точно так же, как родитель, спятивший от гормональной бури в организме, мешает и ребенку, и окружающим нормально общаться, развиваться и вообще жить. Его ведет инстинкт, который вообще-то не слишком избирателен. Разум почти не действует, зато вовсю действует биохимия. А на нее надежды мало. Но почему?
  Потому что роль материнского инстинкта к началу трехлетнего кризиса фактически закончена. В свое время, когда ребенок появился на свет, именно биохимический допинг помогал родителям терпеть капризы младенца, переносить нагрузки и бессонницу, менять образ жизни и образ мышления - то есть делать первый шаг в качестве родителя. Да, это изрядный шаг. Без гормонального анабиоза такое напряжение не выдержишь. Но прогрессировать в указанном качестве, используя одну лишь биохимию, - плохой выбор. И это еще мягко сказано.
  Дав волю инстинктивно-безразмерной любви, индивид отказывается от осознанной, избирательной тактики поведения: любое вторжение на "территорию любви" посторонних лиц и интересов расценивается как агрессия. Ребенок в опасности! Включается механизм быстрого реагирования! Посторонние на объекте! Найти и уничтожить! В такой взрывоопасной обстановке ни о какой семейной гармонии не может быть и речи. Это уже не любовь - это война. А последствия любой войны - это разруха. Психологам известно, что такое "разруха в головах", принявшая форму охоты на пришельцев из страшного большого мира: целый ряд родительских комплексов, связанных с гиперопекой. И, как следствие, беспомощные дети, раздавленные родительской суперлюбовью.
  Почему же от начинающих пап и мам требуют именно такого подхода? Только и слышно: детей надо любить - с такою неземною силой, чтобы никакие шалости и пакости не вызывали негативных ощущений, с детьми надо общаться 24 часа в сутки - и испытывать от общения неземную радость, детей надо прижимать к груди в любую минуту жизни трудную - прижимать с неземным пылом... В общем, все должно быть неземное - ни больше, ни меньше. Нормальные человеческие отношения не подходят. Отращивайте крылышки, мамочка/папочка, или ни фига вам на земле не светит.
  Упор на сверхъестественную любовь, к которой мало кто способен, вызывает у обычных людей... Правильно. Чувство стыда. Как же я буду жить, если не сгожусь в родители собственному ребенку?! А я не сгожусь, такой холодный, как айсберг в океане!!! Что делать, что делать?! Да, вот еще! Кто виноват?! Знаю! Вот этот самый ребенок и виноват! Потому что для суперлюбви требуется суперобъект! Чтоб не шалил, не пачкался, не капризничал, не спорил, не, не, не... Мой оболтус - не суперобъект, это точно. Значит, он не стоит такой беспредельной любви, как здесь сказано. Первый сет отфутболивания стыда в направлении если не обвинителя, то, по крайней мере, главного свидетеля выигран с полпинка. Дальше партия идет, точно по нотам. Родитель внутренне успокаивается: эту игру он знает и неоднократно выходил победителем. Он берет стыд в свои руки и действует им, словно тяжелой, но привычной битой. И формирует семью, в которой стыд - главный инструмент общения.
  В психологии существует термин "семья, основанная на стыде" (shame-based family). Это понятие включает несколько типов семейных взаимоотношений.
  К первому типу относятся семьи, которые беззастенчиво демонстрируют окружающим свои проблемы, чувства, разборки - и вообще, все, что должно вызывать чувство стыда. Как в детской поговорке: "Стыдно, когда видно". В таких семьях агрессивная разрядка начинается с того, что взрослые члены семьи, не стесняясь посторонних, устраивают друг другу сцену. По ходу сцены они отрываются на всю катушку, обвинения летят, точно шрапнель. По окончании оглушительной ссоры противники, стыдясь сами себя, проецируют друг на друга чувство никчемности и обливают презрением. И дети, как правило, выступают в роли козлов отпущения.
  В такой семье младшие не могут чувствовать себя в безопасности из-за произвола старших, они постоянно терпят унижения: и от того, что происходит на их глазах, и от отношения взрослых.
  В этих семьях наглядно демонстрируется ничтожность человеческой личности, низкая цена родственных связей: угроза бросить всех и все, уйти куда глаза глядят, разорвать отношения и т.п. здесь всегда в ходу. Посредством угрозы лишения любви взрослые пытаются контролировать ситуацию. Причем с обеих сторон: муж и жена перебрасываются угрозами, как теннисисты - мячиком. "Не будешь зарабатывать - уйду!" - "Будешь зудеть - найду себе другую/другого!" - "Еще раз явишься в таком виде - перееду к маме!" - "Еще раз устроишь скандал - подам на развод!" Эта тактика не направлена на достижение какого-то результата - это всего лишь психологическая игра. Реакции игроков формальны. Но от "угрожающих" подач и пассов страдают дети. Потому что для них исключения не делают. К ним подходят с той же меркой, что и к проштрафившемуся родителю. Их непослушание, проступки и ошибки вызывают ту же реакцию: "Если будешь шалить (орать, пачкаться, дурачиться, ныть, просить игрушку и т.д.), я перестану тебя любить (уйду, отдам вон тому дядьке с усами и т.п.)!"
  Но ребенку мало условной любви - любви как награды за послушание, успех, соответствие ожиданиям. Ребенок "закодирован" на доставление радости маме и папе, и если он осознает, что своим родителям никакого удовольствия не приносит, значит, у него нет права на существование и он сам не имеет никакой ценности. Вся его сущность - чистая функция: приносить людям удовлетворение любой ценой. Даже ценой потери собственной индивидуальности. В противном случае ребенок чувствует: я слишком плох, чтобы меня любили. Это мерзкое ощущение может привести к жесточайшей конкуренции между близкими: братья и сестры буквально сражаются за крохи родительской любви, добиваясь внимания отца и матери как средства вернуть себе безопасное и комфортное существование.
  Ко второму типу относятся семьи, в которых, пытаясь избавиться от прогрессирующего стыда, применяют тактику замалчивания проблемы. Вторая часть детской поговорки: "А когда не видно, то и не стыдно" им не подходит. Потому что когда не видно, им все равно стыдно. Для защиты от стыда создается семейная маска, акцентированная на респектабельности и благоденствии. Такой имидж считается главным средством достижения успеха. Благодаря ему можно создать "достойный" круг общения, наладить выгодные связи и способствовать продвижению вверх по социальной лестнице. Вот почему поведение членов семьи строго соответствует параметрам выбранного персонажа - творческой натуры или делового человека, хорошей хозяйки или светской львицы. Но исключительно на словах.
  В жизни между маской и личностью обязательно возникают расхождения. И кстати, они совершенно необходимы для сохранения "зон неприкосновенного" в сознании и поведении человека. А эти зоны, в свою очередь, позволяют личности выжить, не раствориться в стереотипах поведения и мышления. Члены семьи, основанной на стыде, испытывают трудности именно в том, как найти равновесие между конформным и индивидуальным, что предпочесть и как поступить в каждом конкретном случае.
  Часто конформность становится ценностью сама по себе. Индивид старается соблюсти сотни писаных и, главное, неписаных законов. Вот тут семья начинает работать на имидж в полном составе. Отныне главная семейная цель - хранить респектабельность, словно некое сокровище. Поскольку самая большая опасность - быть выставленным напоказ и пристыженным. Члены таких семей - заложники и рабы имиджа. Имидж наделяется большей важностью, чем личность. Он даже важнее реальности. Существуют два типа семей, сконцентрированных на имидже: семьи, уверенные в своем стопроцентном соответствии идеализированному образу, и семьи, скрывающие правду.
  Первые - те, что "исполнены вечным идеалом", - неустанно поддерживают иллюзию безупречности, в любое время и в любом месте. В этом случае избегание стыда становится для семьи нескончаемым процессом. Их главная задача - отрицание любой негативной информации, и слухов, и фактов.
  Пока взрослые держат круговую оборону, дети тоже не остаются в стороне. На их плечи ложится недетская ноша. Они должны принять больное, фальшивое видение мира, расколотое на очевидные факты и семейные предания. Взрослые буквально за ухо волокут их в дефектное восприятие. Между тем детское сознание слишком категорично, чтобы примириться с психологической слепотой. Хотя некоторым родителям эта слепота заменяет ясность ума и памяти. А ведь для ребенка взрослый непогрешим. Тем более в раннем детстве. Неудивительно, что такое раздвоение заставляет ребенка сомневаться в себе.
   Вторая категория - семья, где взрослые сознают несоответствие внешнего имиджа и внутреннего содержания. Здесь вырабатывают особый тип поведения - молчаливое хранение "тайного знания". Казалось бы, такие семьи должны быть снисходительнее к детской откровенности. Если старшие понимают, что происходит, почему бы младшим тоже не понять и не высказать свое мнение? Увы, но понимание на гласность не влияет. Эта система выливается в сокрытие всех домашних происшествий - от серьезных заболеваний до незначительных ссор. Нельзя же давать пищу пересудам! И получается, что самооценка человека - всего лишь отражение оценки, данной кем-то другим. Значит, все в жизни зависит не от тебя, а от кого-то другого.
  Итак, в семьях второй категории детское любопытство и сообразительность тоже не поощряются. Напротив, умный и наблюдательный ребенок может серьезно пострадать из-за своей понятливости. Он превратится в живое напоминание о том, о чем старшее поколение предпочитает забыть. В каждой семье свой скелет в шкафу: всегда хотя бы один член семьи страдает (или когда-то страдал) из-за неудовлетворенных амбиций, неблагородного происхождения, неприличного поведения... Ребенок на удивление быстро просекает тайны, которые семья изо всех сил скрывает от посторонних. И начинает задавать неудобные вопросы. Или, что еще хуже, произносить неудобные разоблачения - и каждый раз при посторонних.
  Родители, естественно, в бешенстве. Взрослым никогда не понять детского восторга от обладания информацией: а что я зна-а-аю! Ребенок горд неимоверно, если ему удалось узнать, что: а) старшая сестра влюбилась в дебильного байкера, б) дедушка допился до цирроза печени, в) мама потратила все семейные накопления на дурацкий лисий салоп. Выкладывая эти новости кому попало, он демонстрирует силу своего ума, свою ловкость и добычливость: гляньте, какие трофеи! "Шкура! Мясо! Шкварок нажарю!", как говорил герой мультфильма "Падал прошлогодний снег". Старшим это поведение кажется предательским. И они будут мстить - бранить, наказывать, стыдить. И кроме того, ребенку изо всех сил станут внушать семейный миф о том, что "все у нас великолепно", и сурово наказывать за справедливые высказывания о недостатках и отклонениях членов семьи.
  Бывает так, что все родственники совместными усилиями оберегают от правды кого-то одного - бабушку с ее больным сердцем, вечно занятого папочку, невинного младшего братика... Поэтому внутри семейства плетутся замысловатые сети лжи - и дети увязают в них, так и не поняв, что он собой представляет, этот страшный реальный мир.
  Почему страшный? Да потому, что представители семьи, основанной на стыде, тратят массу сил, контролируя ситуацию, и живут в страхе, что все вот-вот сорвется. Чей-то любопытный нос, чей-то длинный язык, чей-то зоркий глаз - и готово. Ничто не достается так дорого и не продается так дешево, как безупречная репутация. Вот почему такие семьи ведут себя, словно жители осажденного города. Их основные реакции - ярость и подозрительность. Не имея возможности устранить источник проблемы или просто не желая напрягаться, старшее поколение придерживается только одной тактики - держать оборону любой ценой. И за ценой не постоят. Посторонних, подошедших слишком близко к семейной тайне, воспринимают как диверсантов, близких, проговорившихся о ней в присутствии чужого человека, - как предателей. За такие поступки в семьях, скрывающих секрет, принято карать безжалостно.
  Член семьи может запросто превратиться во "врага народа" даже за отдельные слова, касающиеся запретных тем.
  К чему приводит осознанное или неосознанное сокрытие фамильных секретов? В первую очередь, к формированию чувства беспомощности у ребенка. Он постепенно утратит представление о том, что есть реальность и что есть ответственность. Такие непонятки - богатая почва для выращивания панической боязни ошибок и страха перед выбором. Дети, воспитанные в "респектабельно-стыдящихся" семьях, нервничают из-за своих слабостей и стараются спрятать их от окружающих. Что-то мешает им принять себя целиком. Что-то? Да все та же установка на "соответствие идеалу"!
  В возрасте 3-4 лет любая семейная тактика принимается беспрекословно. В эти годы ребенок не в силах отвергнуть опыт старших - постольку, поскольку не имеет собственного опыта. Конечно, через пять, а тем более через десять лет он бы так легко не сдался. Но за эти годы психологические установки надежно спрячутся под слоями информации, усвоенной позже. И даже психоаналитику не всегда удается их откопать. Вот и приходится жить с теми принципами, которыми тебя снабдили в раннем детстве.
  И неважно твердят ли родители детям: "Не говорите никому! Не то мы все будем опозорены!" или "Что ты наговариваешь на сестру (дедушку, маму, папу, тетю, собаку)? Она идеальна! Мы все идеальны!". От страха (опять же - осознанного или неосознанного), что ребенок проболтается, они с пристрастием расспрашивают его обо всем подряд. Но ребенок чувствует: это не проявление внимания или любви. Это страх. Он заражает формирующуюся личность, пронизывает детское подсознание, создает почву для неврозов и деформаций личности.
  Ребенок из семьи, хранящей секрет полишинеля, постоянно находится в состоянии тревоги и замешательства. Он чувствует: с его близкими что-то не в порядке, но не понимает, что именно. Эмпатия, предназначенная для лучшей адаптации маленького ребенка в окружающем мире, только усугубляет его растерянность и беспомощность. Не имея ответа на вопросы "что делать?" и "чего они все от меня хотят?", ребенок начинает "стыдиться вообще". Теперь он боится любого упоминания своей семьи. Ну, а его родители в это время продолжают твердить: гордитесь нами, уважайте нас, верьте нам! Притом, что дети уже не ощущают ничего, кроме стыда. Их чувства разъедает невыносимый стыд, вызванный самой атмосферой в семье. Позже они передадут этот стыд своим детям, как наследственное заболевание. Или как постыдную фамильную тайну.
  Герои, ставшие занудами
  Вот какой выбор предлагают инстинкты чересчур эмоциональной натуре: всепоглощающая любовь к своему потомству или, в отсутствие такой любви, сжигающий душу стыд за свое "прискорбное бесчувствие". Разница, может быть, и велика, да последствия тягостные - в обоих случаях. Куда ни кинь, всюду детишкам дискомфортно: либо мамочка/папочка живьем сожрет, чтобы чужим не достались, либо при живых родителях сиротами останутся. Почему? Потому, что мама с папой не смогут смириться с отсутствием у себя способностей к сверхъестественной материнской/отцовской любви, официально одобренной... кем попало. Да хоть теми же масс-медиа, семейными мелодрамами, сентиментальными романами.
  О том, чем оборачиваются попытки подражания медийным, киношным, литературным персонажам, надо сказать отдельно. Эти попытки несут гибель всему живому. Просто потому, что несовместимы с жизнью. У персонажа все максимально упрощено, он не личность, а носитель идеи. Даже если у носителя идеи есть реальное имя, биография, семья, работа, кариес, гастрит, две собаки, кошка и домик в деревне. Вам он себя настоящего не покажет, и не просите. А все, что просочилось в прессу, пережило цензуру, редактирование, ретуширование, сжатие и вольное переложение согласно общей концепции органа - печатного или непечатного (неважно, какого именно). И вот под это примитивное раскрашенное существо вы хотите расчленить себя, живого и многогранного? Да бог с вами! Оставьте вы эти глупости!
  Виртуальные герои в реальной жизни неизбежно превращаются в банальных зануд. Только люди годятся для полноценного общения с людьми.
  Человеческое общение - это трудная работа, требующая огромных "энергозатрат". Конечно, она не всякому по плечу (и, скажем прямо, не каждому интересна). И конечно, ее можно упростить - как правило, с помощью психологической игры, привычного суррогата общения. Между прочим, тот, кто предлагает вам, настоящему, биологически и психологически неоднозначному, полупрозрачный образец, оснащенный крылышками, нимбом и любящим взором, - игроки со стажем. Они и вас втянут, если не будете сопротивляться.
  Несколько слов о том, как это происходит. Вот вы, уважаемый читатель, зачем купили эту книгу? С целью получить ряд полезных советов. Вполне возможно, вы надеетесь с помощью данных советов открыть для себя новые пути и новые возможности. А мы надеемся, что так и будет. Поэтому не предлагаем вам отмычек, якобы действующих безотказно. Здесь вы не встретите магических заклинаний и таинственных пассов, превращающих живого младенца в чистый эфир. Потому что таковых не существует. Любое правило и любой совет нужно применять с умом и с учетом обстоятельств. А перед этим разобраться в себе и в объекте воспитания. А отмычкой орудовать и духов заклинать - только зря себя расстраивать.
  Кстати, хотим вас предупредить. Многие самонадеянные советчики занимаются тем, что играют в психологическую игру под названием "Я только хочу вам помочь". Для партии требуются двое - советчик и клиент. Тот, кто выступает в роли клиента, пришедшего к знающему советчику, спрашивает: "Как мне быть теперь?" Советчик отвечает: "Поступай, как я скажу!" - и дает дельные (вроде бы) рекомендации. Но внутренняя, скрытая модель иная. Советчик заявляет: "Я все знаю, я во всем разбираюсь", а клиент ухмыляется: "Ну-ну, посмотрим! Мой случай тебе не по зубам". Итак, советчик дает совет; клиент его не выполняет или выполняет лишь частично; затем следуют обоюдные претензии и, в редких случаях, извинения или оправдания - исключительно со стороны клиента. Результат нулевой. Ситуация тупиковая. Зато советчик вправе проявить некомпетентность и безответственность (Чего зря стараться-то? Все равно никто не оценит!), а клиент может получить удовольствие, посадив самонадеянного типа в лужу (Он мне заявляет: делай, как я скажу! Да я так сделаю, что ты раз навсегда заткнешься!). И оба довольны.
  Как довольны?! - спросите вы. Ведь проблема-то не решена! С точки зрения логики так и есть: довольствоваться нечем. А с точки зрения психологии все гораздо сложнее. Не решена лишь та проблема, по поводу которой клиент приходил к советчику за консультацией. Зато клиент поднял свою самооценку за счет поражения советчика и доволен тем, какие у него выдающиеся сложности - не каждому по зубам. Проштрафившийся специалист вроде бы возмущен тем, как люди неблагодарны... Но ведь это его шанс ощутить себя непонятым пророком и непризнанным гением! Ради морального удовлетворения советчик на многое готов: выслушивать критику, терпеть лень и бездарность клиента и даже... саботировать. Это несложно: надо лишь внести в список условий и советов одно-два-три невыполнимых. Заведомо невыполнимых. И в случае провала поинтересоваться: а вы все выполнили, как здесь указано? И питались только зеленым салатом с отрубями? И принимали ванну из ослиного молока? И бодрствовали до зари, читая Шопенгауэра? И дыхание по утрам на полчаса задерживали? А-а-а, вот вы и попались. Насчет дыхания и Шопенгауэра - это вы врете. Вот потому у вас ничего и не вышло.
  Действуя согласно вышеописанной схеме, консультанты по семейной психологии на страницах прессы и на экране телевизора без конца озвучивают одно и то же предложение: любите! И любя, уподобляйтесь Великой Матери, изливающей свет божественной милости на всякое создание, вплоть до самых убогих! Не стоит проявлять чрезмерной доверчивости по отношению к такому консультанту, завзятому советчику. Постарайтесь вовремя выйти из пространства психологической игры в пространство реальности. Перед вами просто очередное условие из разряда невыполнимых. Почему? Да потому, что любовь - стихия прихотливая, непредсказуемая и в обращении непростая.
  Во-первых, любовь - не бригада МЧС, прибывающая на помощь всем, кто застрял в... сложной ситуации и сам выбраться не в состоянии. Любовь нельзя ни вызвать, ни развить, ни создать, ни даже качественно имитировать. Она возникает по воле не то рока, не то биохимических процессов, но отнюдь не по воле этики, пользы и психотерапии. Конечно, психотерапевт может вызвать у пациента снисходительное отношение к людям, доселе неприятным, или обратить его внимание на явления, доселе незамеченные. Но заставить человека полюбить - просто голливудский сценарий. Реальность намного сложнее. Любовь - это качественно другое восприятие: предмет обожания вызывает восхищение, что бы ни делал. Так длится некоторое время, потом восхищение угасает. По истечении любви у одних остаются приятные воспоминания, у других - горькое разочарование, у третьих - осадок стыда, у четвертых - теплые отношения и т.д.
  Не только у влюбленных, но и у родителей с детьми схема та же: сначала биохимический огонь обожания в крови, а по мере остывания - чувство более ли менее рациональное. Может быть, дружба, а может быть, чувство собственности. Хотя людям свойственно принимать за любовь имущественные претензии. Итак, любовь - эмоция, меньше других связанная с разумом. И значит, ею нельзя оперировать, как, например, терпимостью или уважением. Слишком много в ней зависит не от мышления, а от ощущения.
  Во-вторых, любовь - не бетонный могильник, в который можно спрятать что угодно, независимо от уровня токсичности. И вообще, прятать от своего сознания негативные эмоции за ширмочкой суперлюбви (часто выдуманной) - роковая стратегия. Причем роковая для тех, кто ее применяет. Таким способом мы всего-навсего пытаемся закупорить скороварку с эмоциями, надеясь, что она сама собой все сварит и потихоньку остынет. Ага! Счас! Такое варево, как известно со времен Фрейда, само по себе не остывает. При закупорке "психологической емкости" давление внутри лишь возрастает, уродуя личность. А заодно и ее ближайшее окружение. Разве можно ставить подобные эксперименты на собственных близких? Ну и что, что "психолог сказал, сказал психолог"? Как говорил персонаж "Формулы любви" Алешенька: "Да пропади он пропадом, ваш папенька, с советами своими!" Отвернитесь от агитирующих за любовь небесную и взгляните в лицо действительности.
  Если вы живой человек, приготовьтесь к приступам раздражения, злости и даже ненависти (да-да!) к невыносимому существу, в которое превратится вчерашний ангелочек, едва достигнув трехлетнего рубежа. Не бойтесь себя. Не обвиняйте себя. Не давите на себя. Не понуждайте к всепрощению.
  Когда родители спрашивают с себя по ангельскому максимуму, всякая среднестатистическая реакция кажется им позорным провалом на ниве семейных отношений.
  В частности, кризисная строптивость нормального живого ребенка укладывает их в нокдаун. А своя собственная вспышка неприязни в ответ на очередную выходку малолетнего бандита - это вообще нокаут. Очнувшись, пере... перенервничавшие родители так и не приходят в себя. Им кажется: они все еще в аду, где их души бродят в поисках выхода, среди чертей и орудий пыток. В общем, неудавшиеся суперродители дают волю страхам. А советчик, взывавший к небывалой родственной любви, только руками разводит: чего от вас, уродов, и следовало ожидать - при такой-то убогой фактуре! Или продолжает талдычить свое требование, как зависший компьютер.
  Эти бои без выполнимых правил могут длиться годами. В процессе насилия над собой человек постепенно подыскивает другие способы испытать удовлетворение согласно принципу "Не догоню, так хоть согреюсь". Переключается, например, на игру "Почему это случилось со мной?", в ходе которой грузит своих знакомых историями о "неблагодарном чудовище", пригретом на материнской/отцовской груди. Или на игру "Какой ужас!" (другое название - "Откуда это у них?"), целиком состоящей из старческого ворчания в теплой компании единомышленников.
  Между тем отношения с ребенком, будучи заброшены на третьем году жизни отпрыска, обветшали и пришли в негодность, взаимопонимание утрачено, контакт отсутствует. Да и семья, по большому счету, тоже отсутствует. Зато какой сплоченный круг общения! Общество Анонимных Неудавшихся Родителей! Фонд поддержки саботажа родительских обязанностей! Компания "Кукушка, Несушка и Ко"! А дети... Да провались они совсем! Жизнь и без них богата ощущениями. Это и есть заменитель нормального материнского/отцовского счастья для проигравшихся в психологической игре.
  А есть ли альтернатива кошмарному исходу событий? - спросит читатель. Да как не быть! Можно, например, заменить мифическое суперчувство на адекватное мироощущение здравомыслящего человека. Кстати, не так уж прекрасно суперчувство, как его малюют. Помните, растрепанная Наташа Ростова с радостным лицом выскакивала из детской на каждого, кто осмеливался пройти по коридору, и совала смельчаку в нос пеленку с желтым пятном вместо зеленого? А чтоб не шлялся мимо спаленки, пока ребеночек делом занят! Лучше уж пойти наперекор классику и, не впадая в любовно-родительское беспамятство, поискать в ребенке оснований для... дружбы. Спросите себя: нет ли в этой, не сложившейся еще натуре чего-нибудь обаятельного, любопытного, подходящего для крепкой привязанности? И оглядел бы родитель свое дитя ясным взором, и увидел бы, что это хорошо... Не потому, что это его дитя, а потому, что в каждом человеке, даже в самом маленьком, найдется нечто хорошее и интересное для окружающих. Глядишь, вы и понравитесь друг другу, а там и подружитесь на всю жизнь - такие отношения дорогого стоят!
  Но ведь для подобных "неинстинктивных" родственных связей нужно усилия прикладывать: внимание ребенку оказывать, потенциал юного сорванца исследовать, утомленный мыслительный аппарат напрягать. И все - в свободное от работы время, когда, как сказал Жванецкий, "организм отвергает всякую позу", а мозг - всякую сознательную деятельность!
  Одна знакомая попросила нас: "Напишите про то, что ребенок - это пожизненно!" Исполняем: ребенок - это пожизненно. Но! Это не пожизненное наказание и тем более не пожизненное заключение, когда либо вы - надзиратель, он - заключенный, либо наоборот, что тоже не сахар. Это пожизненное партнерство.
  Его проблемы придется воспринимать как свои и одновременно учить его обходиться своими силами. Но не прибегая к методам матушки-природы: крылья отросли - вон из гнезда, клыки заострились - марш на охоту, брачный окрас нарисовался - женись! С человеческими детенышами так нельзя. Ему для полноценного развития нужны не инстинкты, не врожденные навыки, не наследственное поведение, а социализация. То есть постепенное врастание в человеческое общество под руководством умелого наставника. Даем справку: "умелый наставник" - это вы. Не умеете - учитесь. Собственно, любая человеческая роль начинается с учебы.
  Мы понимаем: гораздо легче рассчитывать на чудо - если не божественного, то биохимического происхождения. Вот появится ребенок на свет, сразу все само собой устроится по воле матери-природы и бета-эндорфина, который регулирует материнское поведение на уровне подсознательных реакций. А не получится - всегда можно устыдиться, ощутить неискупимую вину, быстренько переложить ее на детские плечи и самоустраниться от общения и воспитания. Я бы рад/рада, но это не мой уровень. Мне бы чего повыше качеством.
  Чтобы избежать подобных квипрокво, достаточно понять: идеальных родителей и идеальных детей не бывает. Ребенок разнообразен постольку, поскольку он живой. И потому вправе доставлять неприятности и огорчения. А родитель, поскольку тоже живой, вправе огорчаться и раздражаться. Вот только отмахиваться и пренебрегать он не вправе. Ведь у ребенка нет никакой свободы выбора: не будешь мной заниматься - уйду в себя, в плохую компанию, в компьютерные игры. Его к таким порывам принуждают обстоятельства. А главное обстоятельство - родственные отношения. В частности, пренебрежительные.
  Пренебрежение родителей собственным ребенком может выражаться в разных формах: постоянное отсутствие, невнимательное отношение, предпочтение одного ребенка другому, игнорирование провинившихся или нелюбимых детей.
  К тому же взрослые могут попросту не осознавать отсутствия интереса к родному чаду. Благо подходящих объяснений навалом: стечение обстоятельств, дефицит времени и сил, наличие членов семьи, нуждающихся в заботе - престарелые бабушки-дедушки, старшие дети, вошедшие в подростковый период и проч. Между тем ребенок, не интересный своим родителям, понемногу убеждается в собственной "недостойности". Детям, которых игнорируют родители, кажется: в основе такого отношения лежит их безнадежная ущербность. Малыша как будто наказывают за гипотетические личностные дефекты .
  Помните: любой случай отсутствия интереса у родителей порождает в ребенке стыд! Особенно в тех ситуациях, когда папа и мама не в силах отчетливо объяснить причины пренебрежения ребенком.
  Родители, которые часто стыдят и упрекают своих детей, делают стыд своеобразной воспитательной практикой: его планомерно и целенаправленно применяют как инструмент психологического контроля. Хорошо это или плохо? Это неправильно.
  Упрек сам по себе ни плох, ни хорош. Дело в количестве и в цели. К сожалению, большинство упреков традиционно начинается на "ты". "Ты мне мешаешь, ты неряха, ты опять балуешься, ты неправильно поступаешь, ты меня достал!" Это так называемое "ты-сообщение", главное содержание которого "ты плохой" или "ты недостаточно хорош" - то самое психотропное оружие, направляемое родителем на ребенка.
  В психологии известно правило: все, на что вы смотрите, увеличивается. А ребенок ни на что не смотрит с таким вниманием, как на маму с папой. Это центр его вселенной. Поэтому родитель не может вести себя с ребенком, как бог на душу положит. Став родителями, вы уже не сможете делать многих привычных вещей, потому что ваша значимость изменилась. Разница, как между обычной речью и магическим заклинанием: чтоб тебя черти взяли! Упс! Человек прямо у вас на глазах проваливается в преисподнюю под сатанинский хохот. Но разве вы хотели, чтобы бедолага умер, да еще такой страшной смертью? Не хотели? Зачем тогда выражались? Эффект от родительских проклятий в адрес ребенка немногим отличается от геенны огненной. Если бы они знали, на что обрекают свое дитя...
  К сожалению, многие родители сообщают детям об их неполноценности в одной из следующих форм: "ты плохой"; "ты недостаточно хорош"; "ты не наш ребенок"; "тебя невозможно любить". Если это не единичный упрек, а многократные и регулярные атаки, то они разрушают индивидуальность ребенка.
  1. Послание "ты плохой" может звучать как "Ты всегда был дураком (уродом, психом, слабаком и т.п.)", "Ты никогда не изменишься", "Ты мне не нравишься". А получатель этой информации - маленький ребенок - рано или поздно приходит к выводу, что обладает некими качествами, превращающими его в инвалида. Он плох не в физическом, а в духовном плане, внутренне неполноценен и обречен. Ему никогда не преодолеть этой неполноценности. Гордость ребенка может быть блокирована информацией о его дефектности. И тогда центром деятельности станет асоциальное поведение, основанное на разрушении и саморазрушении.
  2. "Ты недостаточно хорош" - сообщение о том, что ребенок не прилагает достаточных усилий для достижения поставленных родителем целей. Старшие члены семьи фокусируют свое внимание на идеализированном варианте и требуют от младшего поколения совершенства. Эти требования могут ограничиваться приказом "вести себя прилично", но они всегда содержат информацию типа "Ты нас разочаровываешь". Ловушка состоит в том, что степень успешности "подопытного" не имеет значения. Каких бы высот он ни достиг, одобрения не получит. В одном случае ребенок решает: раз мне ничего не светит, я и делать ничего не стану. В противоположном случае он старается "упорно трудиться", не отдыхать и не расслабляться. Из-за постоянного стресса, из-за непрекращающегося прессинга личность разрушается - не так интенсивно, как в случае уверенности в собственной неполноценности, но все-таки разрушается.
  3. Суждения по типу "ты не наш ребенок" тоже награждают ребенка уценивающими характеристиками, которые отличают его от братьев и сестер. Это может быть что угодно: маленький рост, невзрачная внешность, излишек ума или излишек веса. Главное, ребенок перестает воспринимать свою уникальность как продолжение своей личности, как определяющую своей автономии. Он чувствует себя чужим, обделенным. Вполне вероятно, он станет носить маску, подделываться под поведение окружения, приспосабливаться в мыслях, внешнем виде и поведении. Его позицией в жизни будет ориентация на других, стремление принадлежать к группе и внутренняя уверенность в том, что его никогда и нигде не примут как равного.
  Вот они, три верных и надежных способа воспитать в ребенке... чувство иррационального стыда и вины. И вывести это чувство с души невозможно, будто въевшееся пятно с ковра.
  Упрек, направленный не на поведение ребенка, а на его сущность, ставит под сомнение право малыша на одобрение, на любовь.
  Стыдящийся ребенок поставлен перед невыполнимой задачей изменения всей своей личности, целиком. Неудивительно, если он не станет исправлять недостатки. А вместо этого придет к выводу: я неприемлем по сути, а не по отдельным параметрам. Спасаясь от мучительного стыда его подсознание применит какую-нибудь защитную систему. И оттого недостатки ребенка лишь усугубятся.
  Хотя на ребенка можно воздействовать стыдом - но только до определенного момента. Упрек выполняет свое предназначение до тех пор, пока формирующаяся личность в процессе наказания приобретает опыт, а не фобии, комплексы, расстройства и вообще деформации. Проблема состоит в том, что не всякий наказующий (родитель, воспитатель) представляет эти рубежи прямого предназначения стыда. И, конечно, далеко не все понимают, что там, где оканчивается прямое предназначение, сразу же начинается кривая дорожка, вернее три сосны, в которых плутают все насмерть испуганные жизнью люди.
  При воспитательном процессе родителю придется контролировать прежде всего себя. Это единственная возможность остановить девятый вал "воспитательного ража". Прежде чем раскрыть рот на ребенка в справедливом гневе, задайте себе несколько вопросов: "Зачем я это делаю? Какие цели преследую? Какими средствами оперирую? Какого эффекта добиваюсь? Каков будет результат?" И постарайтесь отвечать на вопросы максимально точно и честно. Предвидим возмущение: "Ну вот! Опять "старые песни о главном". Да это же какой занудой надо быть, чтобы заниматься этим триста раз на дню? Если все подряд анализировать, психом станешь! И времени на это нет. А так припугнул пару раз - и все дела!"
  Что ж, можно и так. Но предупреждаем: употребляя какие попало средства воспитания, можно и результат получить какой попало. А ведь ваш личный интерес в этом деле кровный - в самом прямом смысле слова. И ради того, чтобы ваш ребенок вырос полноценным, можно потерпеть. Даже нечеловечески потерпеть. Уверяем, если вы начнете сдерживаться и анализировать, то постепенно сформируете привычку. И будет уже не так мучительно тошно. Разве что ваше чадо удивится: и чего это папа/мама в разговоре запинается и странно мычит?
  Конечно, обидно начинать учиться, когда вы уже решили: я все свои экзамены давно сдал/сдала и отныне выступаю в роли педагога. А теперь вспомните свою самую противную училку: серая издерганная тетка, у которой якобы не было ни сил, ни времени, чтобы донести предмет до понимания своих учеников. А потому она злобно называла их дебилами, тупицами, а заодно пугала "бананом" в четверти, зудела, шантажировала, рассказывала, как жизнь отдала безрадостной и неблагодарной педагогической работе. Вспомнили? Хотите заработать лавры этой бабы в собственной семье? Тогда начинайте следить за собой.
  Заботливый и разумный родитель помогает ребенку развить внутренний оптимизм и чувство компетентности. Личность, обладающая этими качествами, не защищается от стыда, усугубляя в себе ощущение дефектности. Наоборот, она станет использовать чувство стыда как сигнал о необходимости что-то изменить в себе или в окружающей реальности и достичь удовлетворительного положения дел. Но даже хорошие родители могут вести себя так, что их поступки и слова нарушают собственное достоинство ребенка. От этой тактики надо сознательно воздерживаться.
  Усвойте основные моменты грамотного обращения с ребенком:
   не используйте стыд в качестве постоянного приема воспитания, иначе привьете ребенку чувство собственной дефектности, впоследствии это сделает его уязвимым перед любым внешним прессингом;
   наказание ребенка должно быть воспитательной мерой, а не жестокой разрядкой родителя, вышедшего из себя; помните: деформацию личности легче предупреждать, чем лечить;
   в процессе воспитания в первую очередь контролируйте себя, а не ребенка;
   не требуйте от себя сверхъестественной любви к ребенку, не старайтесь культивировать это чувство в себе, при сверхъестественной любви ваше отношение к ребенку сведется к гиперопеке, и вы вырастите безвольное существо, раздавленное родительской любовью;
   не вините себя за приступы негативных ощущений, вызванных поведением ребенка, не требуйте от себя стопроцентного соответствия идеальному образу родителя, при таком перфекционизме вы будете постоянно испытывать чувство стыда перед ребенком из-за своей родительской несостоятельности и, чтобы оправдать себя, начнете обвинять ребенка;
   помните - идеальных людей нет, и это нормально;
   будьте внимательнее к ребенку как к личности, найдите в его натуре симпатичные вам черты, постарайтесь понять его и подружиться с ним;
   не экономьте силы и время на общении с ребенком, не отгораживайтесь от него своей занятостью и усталостью;
   "не бейте в личность" - осуждайте поступки, разъясняйте последствия, но не обвиняйте в неискоренимых недостатках, будьте конкретнее, не твердите "ты плохой" - на самом деле это ваше подсознание заявляет: "ты плохой, а значит, я хороший/хорошая"; упрек, направленный не на поведение, а на сущность ребенка, заставляет малыша сомневаться в своем праве на любовь;
   при воспитании не запугивайте ребенка угрозой лишения родительской любви, для ребенка нет ничего страшнее оставления родителями, поэтому такое оружие не ранит, а убивает;
   не самоутверждайтесь посредством унижения ребенка.
  Правило пятое. Ребенок как зеркало никуда не годится
  А старая Медуза сказала своей дочери:
  - Ах, дорогая, пусть это послужит тебе уроком! Нужно всегда держать себя в руках!
  - Попридержите-ка лучше язык, маменька, - отвечала юная Медуза с легким раздражением. - Не вам об этом говорить. Вы даже устрицу выведете из терпения!
  
  Мы смотримся в зеркало, или зеркало - в нас?
  Как правильно запрещать и как разумно осуждать? В первую очередь, постарайтесь не разрушать самоощущение ребенка. Оно и так весьма неустойчивое. И, чтобы не попасть ненароком в самое больное место, представьте себе разницу между вами, такими взрослыми, и им, таким маленьким и уязвимым.
  Нам часто кажется, что ребенок - такой же, как мы, только маленький. В смысле размера. Особенно если малыш умен и восприимчив. А между тем взрослый человек, поскольку он давным-давно нашел оправдания всем своим слабостям, воспринимает себя иначе, чем ребенок. Он разбивает все свое поведение на частные случаи и анализирует их по отдельности: здесь я дал слабину, здесь - сделал все, что мог, там был на высоте, а во-он там сам Давид в паре с Голиафом не победил бы. Так что я совсем не переживаю.
  Но ребенок-то видит себя иначе! Он не умеет разделять ситуацию на собственные действия и внешние обстоятельства. И не понимает, что на результат влияли сразу два фактора - объективный и субъективный. Ребенок воспринимает как единое целое и человека, который решает поставленную задачу, и обстоятельства, которые ему мешают или помогают. С возрастом целостность восприятия слабеет: ее "забивает" приобретенный с опытом навык - умение анализировать факты. По мере развития аналитических способностей взгляды человека меняются. В какую сторону? А это зависит от установок, полученных в раннем детстве.
  Вот конкретный пример того, как это выглядит: ребенок залез в лужу, весь перемазался, вызвал возмущение у воспитательницы, нагрубил в ответ на сделанное замечание и т.п. Чем и заслужил глобальную характеристику: ты грязнуля (грубиян, недотепа и т.п.). Каковое мнение в порядке живой очереди озвучили воспитатель, мама, бабушка и соседка по этажу, та еще заноза. Обычное дело - беспощадная критика в адрес безответного объекта. И все-таки, уважаемые критики малолетнего шалуна, вам стоило вести себя иначе. Фрейд с ними, с воспитателями и соседями, но хотя бы родителям стоило быть умнее. И обуздать свой инфантилизм и жажду агрессивной разрядки. А мы что видим? Целую компанию взрослых, которые восприняли ситуацию "в комплекте", а потом обвинили ребенка не за конкретный проступок, а всю его личность в целом, "одним куском"! Чем больше таких высказываний, тем мощнее негативная установка в подсознании ребенка.
  Родители! Не солируйте в хоре осуждающих голосов, не программируйте своего отпрыска на установку "я плохой"!
  Даже если вы изнемогаете под гнетом накопившейся агрессии и просто мечтаете ее сбросить - куда-нибудь, хоть в окружающую эмоциональную среду. Вам в этой среде еще жить и жить. Не загрязняйте ее неконтролируемыми выбросами негативных эмоций.
  У всего и у всех есть сильные и слабые стороны. Развивайте и совершенствуйте способность к анализу и анализируйте, анализируйте, анализируйте. Учитесь разделять факторы. Они бывают:
  a) объективные - например, грязь по колено на детской площадке и полное равнодушие детсадовского воспитателя к воспитуемым;
  b) субъективные - то есть нормальный для маленьких детей интерес по отношению к заболоченным участкам газона и соблазнительной жиже, к которой запрещено прикасаться;
  c) форс-мажорные - вроде юного хулигана, которому доставляет удовольствие толкать малолеток в самые глубокие лужи и портить жизнь всем, кто не в силах дать сдачи.
  Предположим, вы хотите изменить характер ребенка так, чтобы ему никакие хулиганы были не страшны и никакие лужи не интересны. Это можно. Только не пытайтесь переломить натуру ребенка. Развивайте ее в том направлении, в котором ребенка ведет природа. Дети, которые предпочитают отвечать ударом на удар, и дети, которым свойственно отвечать на удар колкостью или вовсе равнодушием, - это, как вы помните, очень разные дети. А ведь родители пытаются причесать под одну социальную гребенку и тех, и других.
  Мало того, что родитель не всегда понимает характер и натуру своего ребенка - ему вдобавок кажется: ребенок у меня какой-то непонятливый. Говоришь ему одно, он слышит другое, делает третье, а выдумывает четвертое. И это так раздражает! В состоянии раздражения старшие нередко втягиваются в разборки с собственным чадом: настаивают на своем мнении, требуют беспрекословного подчинения, назойливо тычут ребенка в совершенные промахи и т.д. Стараясь поднять свой авторитет, они тем самым... становятся вровень с трехлетним упрямцем. И общаются с ним, как со взрослым - ну, может, не очень умным взрослым. А между тем дети и их родители - очень разные существа.
  Мы, взрослые, настолько привыкли анализировать любую жизненную ситуацию, что автоматически наделяем той же привычкой и ребенка. Но у ребенка нет такой привычки!
  Ребенок не умеет отделять себя от окружающего мира, он не умеет загораживаться от чувства вины щитом оправданий, он не понимает, кто или что мешает ему наслаждаться жизнью, он не различает конкретных препятствий - все они сливаются в целостный образ мира, враждебного или дружественного.
   А враждебным или дружественным этот мир делаем мы, взрослые. Это наше мнение, обрушиваясь на голову ребенка, формирует его самоощущение. Причем выбор у малыша, мягко говоря, невелик. Всего две схемы: "это я виноват" и "фишка так легла". Чтобы понять, каковы последствия этого выбора, рассмотрим, что есть основа душевного равновесия. Как вы, наверное, поняли, речь идет об эмоциях.
  Из чего состоит эмоция? В первую очередь, из аффекта. Это психическое напряжение - своего рода искра, несущая возбуждение по нервным волокнам. Но, помимо аффекта, у эмоции есть и другие составляющие. Это когниция - в нее входит осознание своего состояния, обозначение его словами и определение возможности для удовлетворения потребности. А также экспрессия - внешнее выражение эмоции в поведении.
  Аффект и экспрессия - спонтанные состояния, они подарены нам природой и потому... совершенно неприемлемы в цивилизованном обществе. Безумно хотеть и оттого разражаться пронзительным воплем, подавая сигнал: внимание, у меня появилась потребность! - может и грудной ребенок, и мартовский котик. Аффект и экспрессию приходится долго корректировать и доводить до ума, прежде чем они обретут форму, достойную человека разумного. И родителям надо дать ребенку немало времени и советов, пока он справится с этой задачей.
  Кроме того, у человека разумного есть и другая задача: научиться создавать когниции. Иначе, как ни шлифуй аффект с экспрессией, ничего членораздельнее сообщений типа "то ли хочется музыки и цветов, то ли зарезать кого-нибудь" не добьешься. А чем непонятнее желание, тем сильнее аффект. Недаром избалованные дети (в том числе и те, которые давным-давно выросли) чудят сильнее неизбалованных. Выходит, что для усвоения правил хорошего тона ребенку надо научиться обозначать словами все, чего он хочет. И здесь многие дети, а также многие родители сталкиваются с серьезной проблемой. Можно сказать, с проблемой пространства-времени, о которой Эйнштейн понятия не имел.
  Чем занят большую часть времени родитель, присматривающий за маленьким ребенком? Он наблюдает за перемещением ребенка в пространстве: чтобы не совал части тела в розетки, не ронял бьющихся предметов, не откручивал краны, не мазал себя, предметы быта и домашних питомцев всякой дрянью, не, не, не... Время, столь необходимое для развития и воспитания, бесследно уходит на ограничение пространства детской деятельности.
  Родитель превращается в инструктора по технике безопасности, которому уже наплевать на КПД детской деятельности - ему главное избежать несчастных случаев.
  Вот почему взрослые, стараясь добиться неукоснительного соблюдения тех самых правил той самой безопасности, давят на все кнопки. Они ругают, стыдят и попрекают любимое чадо за каждый шаг влево-шаг вправо. О том, чем это может обернуться, мы рассказывали в предыдущем правиле, посвященном стыду и вине. А теперь вернемся к теме когниции.
  Именно когниция определяет отношение индивида к себе и ко всему миру. Все потому, что когниция бывает позитивной и негативной. То есть человек может все свалить на обстоятельства, а может взять вину на себя. Принято считать, что сваливать на обстоятельства - нехорошо. Надо быть в ответе за все, как пионер с плаката. Оказывается, это устаревшее мнение. И вдобавок в корне неверное.
  Позитивной считается та когниция, которая выдает... легкомыслие своего обладателя. Если человек говорит себе: "Такой уж невыгодный момент оказался. Фишка так легла. Вот завтра все переменится, послезавтра все исправится, послепослезавтра все получится, а через месяц все забудется" - его механизм приспособления к окружающей реальности гораздо мощнее и мобильнее, чем у того, кто выбирает негативную когницию. То есть сразу решает: "Это я во всем виноват. И всегда все делаю не так. Я ни на что не гожусь". Ведь обстоятельства и "фишку" можно переменить (или они сами переменятся), а себя, ни на что не годного, переменить нельзя. Во всяком случае, это совсем другой уровень сложности изменений, на порядок выше.
  А кто определяет, какую когницию - негативную или позитивную - станет предпочитать ребенок, когда вырастет? Вы. Его родители. Конечно, друзья-товарищи, бабушки-дедушки, любимые герои кино и книжек тоже скажут свое слово, но Родительское Замечание - священная заповедь для маленького ребенка. Представьте себе повторяющуюся ситуацию: мама/папа регулярно трактуют поступки малыша как вероятную причину великих бедствий (ты разбил любимую бабушкину вазу, теперь она заболеет с горя, а дедушка нам не простит и вычеркнет нас из завещания, поэтому домик в деревне, куда мы переезжаем на лето, получит чужой мальчик, который вазы не трогает и бабушек не гробит!). Когда ребенок выслушает нечто подобное раз... тысячу, его психологические установки будут практически запрограммированы на катастрофу и, самое главное, на личную ответственность за эту катастрофу.
  Именно в раннем дошкольном возрасте личность выбирает структуру мировоззрения.
  Привычка к позитивным когнициям дает ребенку определенное преимущество: у него зародится уверенность в изменчивости мира. Итак, все течет, все меняется, я тоже меняюсь, меняются мама с папой, никакие неприятности не длятся вечно, будет день, будет пища...
  При таком подходе к жизни психика меньше подвержена страхам, чем в случае, когда человек решил: мир статичен, все и вся в этом мире держится на мне, на моей "правильности", на моем послушании, на моем постоянстве и т.п. Следовательно, любая неприятность - моя вина, а любые перемены - гибель моей вселенной. Эта модель в наше время действует как ущербная. А последствия ее давления на психику попросту непредсказуемы. Не умея применяться к обстоятельствам (или хотя бы пережидать неблагополучные периоды), личность рискует заработать такие расстройства, что это будет форменный индивидуальный Судный день. И финита ля, как говорится.
  А кто этот персональный Армагеддон запрограммировал? Получается, что родители. Конечно, не они одни, но их голос был решающим. Как это вышло? Либо родители были чересчур ответственными, либо абсолютно легкомысленными. Ведь импульсивная Алиса буквально перекладывает свою долю ответственности на плечи близких. Зато вечно виноватый Белый Кролик или всезнайка Чеширский Кот на личном примере демонстрируют: ты должен все контролировать! Гиперответственность - единственный способ избежать проблем! Взрослые, конечно, действуют "с запросом" - по привычке.
  Все это походит на восточный базар: цену завышают в несколько раз в расчете на долгий, темпераментный торг. Никто и не рассчитывает на кроткого, беспрекословного покупателя. Если какой турист и заплатит без возражений, то его примут за сумасшедшего или за простофилю. В общем, опытный покупатель торгуется, как черт. В конечном итоге обе стороны, доругавшись до нормальной цены, получают, чего хотели. Так же и с психологическим "запросом": одна сторона предлагает другой всю ответственность, вторая соглашается только на пять, ну, десять процентов. На чем они договорятся - зависит от обстоятельств. Это если речь идет о взрослых людях. А если о взрослом и ребенке?
  Стандартный вариант ответа: пока взрослый отвечает за все, ребенок вовсю наслаждается невинными радостями детства. И, как всегда, стандарт не имеет с реальностью ничего общего. Потому что взрослый, как правило, требует от ребенка той же степени ответственности, на которую способен он - человек, проживший на свете несколько десятков лет и освоивший правила посложнее, чем "Не играй с едой и не мажь тетю кремом с торта, пока не вырастешь и не посмотришь "Девять с половиной недель". Вот только ребенок к такому "восточному базару" не готов.
  Простые и понятные (для взрослого) уровни ответственности для ребенка - перегрузка, которая может попросту сломать формирующуюся личность.
  У взрослых и у детей принципиально разное понимание любой жизненной ситуации. И старшее, и младшее поколения страдают от этой разницы с начала времен. А все потому, что не перестают возлагать друг на друга ответственность и, конечно же, искать виноватого: это не я, это он! Он первый начал! "Ты виноват в конфликте, потому что не захотел есть кашу!" - "Нет, ты первая не захотела дать мне свободу голоса!" - "У тебя нет никакого уважения к моим кулинарным достижениям!" - "А у тебя нет никакого интереса ко мне как к личности, презирающей кашу!" - et cetera, et cetera... Со стороны кажется: все дело в проклятой каше, не съеденной вовремя и с должным пиететом. А разобравшись (не без помощи психоаналитика), обнаруживаешь: и у взрослого, и у ребенка имелись свои причины грузить оппонента своими проблемами. Ребенок, например, переживал кризис самоидентификации и намеревался настоять на своем во что бы то ни стало. А его мама не собиралась тратить жизнь на приготовление разносолов капризному отпрыску. Тем более, что в состоянии кризиса "Я сам" ребенок способен отказаться даже от шоколада.
  Начало конфликту поколений положила... эволюция. С нее и спрос. А мы, люди, займемся более насущными проблемами: не "кто виноват?", а "что делать?" - в смысле, как эти поколения примирить? Есть только один способ: взрослым - постараться узнать побольше о детях, а детям - о взрослых. И не делать поспешных выводов: у других все происходит так же, как и у меня, поскольку мне трудно представить, как это может происходить иначе.
  В общем, если уж человек не появляется на свет уменьшенной копией взрослой особи, как многие животные, будем брать пример с других детей природы - с тех, кто смирился с разницей между бабочкой и гусеницей, между лягушкой и головастиком, между гадким утенком и прекрасным лебедем. Тем более, что будущий лебедь далеко не так гадок, как казалось глупым уткам, а бывший утенок далеко не так прекрасен, как пел о нем великий Андерсен.
  Наконец, личность взрослого и характер ребенка могут находиться в конфликте из-за своей непохожести: например, Алисе трудно понять боязливость чувствительной натуры, а Белому Кролику - непоседливость авантюрного ребенка. Им хочется, чтобы ребенок был их копией. Но ребенок и есть копия родителей. Он служит зеркалом папе или маме, а то и им обоим. Только это отражение (как и все зеркала) - демонстрирует не облагороженную копию оригинала, как хотелось бы, а скорее, копию искаженную, или как минимум перевернутую: левое и правое меняются местами, то, что расположено ближе, кажется больше, чем на самом деле, перспектива туманна, по периметру какие-то смутные тени шмыгают... В общем, настоящее Зазеркалье.
  Неудивительно, что нас нервирует этот образ нас самих, вывернутый наизнанку, как-то странно расцвеченный, пугающий. "Будь поосторожнее с зеркалом, не то увидишь собственное лицо", - сказал польский афорист Мечислав Шарган.
  Спокойствие, только спокойствие!
  Ребенок воспринимает образ действий, который демонстрируют его родители, задолго до того, как сумеет этот образ оценить. Он принимает правила их игры до того, как поймет, к чему ведет эта игра, - к жизненным победам или к чудовищному саморазрушению. Например, к хронической депрессии или к психологической зависимости вроде алкоголизма.
  Изменить "родительскую игру" ребенок не в состоянии: у него на это не хватит ни опыта, ни сил. Постепенно игра все разрастается, закрепляется в подсознании - и превращается в сценарий. То есть в ограниченный набор сюжетов и положений, внутри которого личность может пребывать всю свою жизнь.
  Сценарии, как вы помните, бывают и деструктивными, и конструктивными. Разумеется, те, что разрушают человеческую жизнь, привлекают к себе больше внимания, чем те, что ведут к успеху. Но свободу личности ограничивают обе разновидности. Вообще, готовый, унаследованный от предков сценарий для психики нового поколения не более удобен, чем, скажем, испанский сапог или железная дева . Хотя бы потому, что не подогнан "по индивидуальности", а рассчитан на среднестатистический случай. Притом, что "среднестатистических личностей" в природе не существует. И то, что хорошо для, предположим, Черной Королевы, окажется не просто плохо, а очень плохо для ее ребенка, если тот вырастет в Белого Рыцаря (что, кстати, далеко не редкость). Поэтому всем желающим наставить свое дитя на путь истинный следует учесть: даже на вершине успеха личность может изнывать от депрессии - если это успех не столько для самой личности, сколько для ее мамочки.
  Существует и другая опасность. Ее причина - чрезмерная понятливость ребенка. Мы, взрослые, даже не представляем, как глубоко и надежно прячем тайный смысл своих слов - от себя, но не от ребенка. Например, когда что-нибудь запрещаем: "Ты еще маленький, вот вырастешь, тогда и сможешь завести большую собаку (водить машину, красить губы, грубить старшим - вариантов множество)" - и тем самым, как нам кажется, избавляем малышню от непосильной ответственности, уберегаем от проблем и разочарований. А малышня, между прочим, в банальных словах запрета улавливает другой смысл. Что-нибудь вроде: "Не расти, всегда оставайся маленьким, нам нравится решать за тебя". Или "С большой собакой (с накрашенными губами, с ключами от машины в одной руке и с обиженным старшим в другой) тебя будут принимать за взрослого". Возможно, родители в глубине души и ощущают нечто подобное, но отнюдь не собираются передавать эту информацию малолетнему отпрыску!
   Хотя информация - как вода: постоянно дает утечку.
  Или вот другая банальная сцена из семейной жизни: старший брат трехлетнего малыша жалуется на боль в животе. Обычно болящего укладывают в постель, ухаживают за ним, поят его молоком или бульоном, читают ему вслух и вообще всячески проявляют заботу и внимание. Неудивительно, что младший ребенок завидует старшему. Ему тоже хочется внимания и заботы. А заодно и в постели поваляться, обложившись подушками и игрушками, в эпицентре родственной любви. И он тут же заявляет, что у него у самого тут ноет и там колет. У родителей три выхода: первый - оделить и младшенького, симулятора-манипулятора, долей тепла и ласки; второй - отказать ему в жесткой форме; третий - отшутиться, но без применения насмешек и издевательств. Что же выбрать?
  В таких случаях психологи обычно рекомендуют "шутить и смеяться, как йети". Но на практике веселые шутки в адрес трехлетнего малыша нередко оборачиваются мощными ударами по самолюбию. Не все родители умеют шутить безболезненно для объекта. И далеко не все дети умеют прощать родителям своеобразное чувство юмора.
  Родители, старайтесь шутить безлично! Не надо умирать от хохота по поводу слабостей вашего ребенка.
  Ведь ответом на такое поведение может стать чудовищное заблуждение, которое ребенок пронесет через годы и десятилетия. Вариант первый: люди любят только реально больных - значит, я должен заболеть по-настоящему. Вариант второй: болезнь вызывает у людей смех - значит, надо не показывать, что тебе плохо, и презирать всех, кто болен. В обоих случаях ребенок подвергает себя огромной опасности. Потому что и выносливость, и слабость имеют право на существование. По крайней мере в нормальной жизни нормального человека.
  Со словами надо быть очень осторожным. Особенно, если это слова, с которыми взрослый обращается к ребенку. Здесь нельзя позволить себе опрометчивость. Надо вникать в смысл и, главное, предвидеть последствия сказанного. Потому что, раз за разом расшифровывая наши закодированные послания, ребенок укрепляется в своих подозрениях: взрослые далеко не так просты, как кажутся. Они проще. Взрослых легко понять, а когда поймешь, то и манипулировать ими легко. Чтобы не стать предметом манипуляции, важно помнить: любое сообщение обладает двумя смыслами. Это внешний и внутренний слои информации.
  Мы, кстати, нередко ограничиваемся уровнем, который легче расшифровать. А значит, реагируем на поведение ребенка так, словно перед нами взрослый. И при этом не учитываем всего многообразия значений и функций детской речи. И даже не подозреваем, что она отличается от речи взрослого по всем показателям. Чтобы осознать эти различия, нам придется задавать себе странные, непривычные вопросы о вещах, которые давно воспринимаются как нечто само собой разумеющееся.
  Например: зачем маленькие дети заводят бесконечные споры по любому поводу? Затем, что им очень нужно найти себя в огромном и непонятном мире. И не только найти, но и отделить себя от всего остального, настояв на своем выборе и на собственном мнении. А вот другой пример странного вопроса: что дает ребенку "яканье" и хвастовство - не просто по любому поводу, но и без повода вовсе? Словесное обозначение своего "фирменного отличия" позволяет ребенку определить индивидуальное место в окружающем мире. Поэтому он старается говорить и действовать со своей позиции, называть себя не по имени, а местоимением "Я". Если он говорит не "Коля (Петя, Саша, Марина) хочет", а "Я хочу" - это знак того, что ребенок преодолел очередной рубеж взросления.
  Значение речи для детей трехлетнего возраста трудно переоценить. К началу кризиса трех лет речь ребенка становится функцией, из-за которой прежняя социальная ситуация распадается. То есть все эти маленькие (а часто не такие уж маленькие) дерзости, скандалы, противоречия, бунты и прочие безобразия беспощадны, но не бессмысленны. Они работают как таран, сокрушающий мирную, но безликую гармонию первых лет жизни. В течение этих лет детское "Я" растворено в привычном окружении. Но если у ребенка появляется стремление выразить свое "Я", он будет искать повод для демонстрации упрямства, своеволия, негативизма и проч.
  За неимением подходящих взрослых, которых можно побесить с пользой для развития личности, можно поспорить с самим собой. В "Детской (возрастной) психологии" Л. Ф. Обуховой приводится такой пример: Митя (2 года 7 мес.) подходит к плите и говорит себе: "Митя, плиту трогать нельзя!" и вслед за этим: "А я буду! А я буду!".
  Тем, кто давно уже не ребенок, первые шаги двух-трехлеток по пути развития личности кажутся проявлениями недостатка воспитания. Особенно если дети "переходят на личности" и нешуточно задевают самоуважение старших. В любом возрасте где-то в глубине человеческой души присутствует маленький обидчивый гоблин, готовый взорваться гневом на любую - даже мнимую - попытку упрека или насмешки. И вот прекрасный повод - дерзкая малолетка! Оценить его манеры с точки зрения кодекса светских манер и отчитать, отчитать, отчитать! Чтоб не смел! Чтоб помнил, с кем разговаривает! А то что это такое: заявлять бабушке в глаза, что она старая крашеная дура!
  Да, папа согласен: его теща - неумна, немолода и склонна злоупотреблять косметикой (а мама, в свою очередь, того же мнения о своей свекрови). И все-таки ни папа, ни мама не станут излагать свои негативные суждения прямо в старое крашеное лицо каждой из дур, состоящих с ними в родстве. Во имя мира если не во всем мире, то хотя бы в отдельно взятой семье.
  Ради соблюдения приличий или ради получения выгоды взрослый умерит свой пыл. Конечно, если его не разозлят до полного бескорыстия.
  Но чаще всего мы, взрослые, предпочитаем обходиться без уточнений типа "я тебя терпеть ненавижу", "ты не можешь, зато я могу - и как могу" или "я крутой - не тебе чета". Разве что нас до этого доведут. Тогда, действительно, входишь в состояние, описанное Оскаром Уайльдом: "Сказать человеку в глаза всю правду порою больше, чем долг, - это удовольствие". Но в большинстве ситуаций мы думаем так же, как другой писатель - Андре Моруа: "Если человек вдруг станет говорить все, что думает, ему не поверят. И будут правы. Что это за человек, который говорит все, что думает".
  Взрослые, наделенные жизненным опытом, сознают: чаще всего искренность выглядит как признак отважной глупости или уязвленного самолюбия. Или даже как ужасно хитрая попытка замаскировать реальные намерения и тайные интриги. В общем, из критических заявлений аудитория делает всякие отрицательные выводы. Но не в адрес критикуемого, а в адрес критика. Начинает думать: ага, злишься! Видать, зелен виноград! Может, ты сам на его место метил, да по конкурсу не прошел... Ну, и все в таком роде.
  Впрочем, о сложностях общения (а точнее, о пропорциях смешивания правды и лжи) мы предпочитаем детям не говорить. Мы привычно следуем нормам двойной морали: например, за спиной отзываемся о человеке не лучшим образом, а при встрече радостно (или почти радостно) произносим стандартные формулы "сколько лет, сколько зим", "боже мой, какие люди", "здорово, чувак", "вы прекрасно выглядите" и т.п. От детей, наоборот, мы требуем правды, только правды и ничего, кроме правды. Надеемся, что выполняя требование, ребенок раскроет нам все свои проступки и шалости, но все-таки утаит от посторонних наши проступки и шалости.
  Увы. Механизм избирательной откровенности (который иначе называется вежливостью, деликатностью, тактичностью и другими хорошими словами) у ребенка еще не налажен. Сознание путается в том, кому и что можно и нужно говорить. Словом, ребенок искренен до неприличия. Или, по выражению Евгения Шварца, так невинен, что может сказать совершенно страшные вещи.
  Со временем ребенок научится и откровенничать, и лгать вовремя. А взрослым не надо бояться ни правды, ни лжи, услышанной от ребенка. Потому что сокрытие правды - по большей части не преступление, а акт милосердия.
  Кстати, вышеупомянутые "страшные вещи" связаны не с антипатией, которую ребенок якобы испытывает к окружающим. Они связаны с тем, что при общении дети должны использовать противопоставление и охотно заявляют собеседнику: я не такой, как ты, я сам по себе, свой собственный. Ведь это самый действенный способ отделить себя от окружения. Логично? Логично! Но взрослые воспринимают детскую логику с позиций, для ребенка непонятных и незнакомых. Взрослые учитывают такие социальные ограничения, как нормы морали (в том числе и двойной) и правила хорошего тона.
  И все-таки нелестные высказывания ребенка в адрес окружающих необходимо трактовать иначе, чем брань, услышанную от взрослого человека. Хотя бы потому, что они - свидетельство разных чувств и функция разных психических процессов.
  Взрослым необходимо помнить: недостатки поведения трехлетнего малыша - отнюдь не признаки безнравственности или, боже упаси, какого-нибудь психического расстройства. Это всего-навсего средства, благодаря которым ребенок познает себя и мир, а также проходит через кризисы развития.
  Лишая ребенка своеволия и негативизма, мы рискуем настроить их "на волну послушания". А это не есть хорошо.
  Почему? Да потому, что такая "настройка" автоматически снижает уровень приспособляемости ребенка к окружающей реальности. "Цель воспитания - научить наших детей обходиться без нас", сказал французский писатель Эрнст Легуве. Но для того, чтобы достичь указанной цели, приходится приносить жертвы. И немалые.
  Существует искушение превратить своего любимого отпрыска в паиньку, удобного в обращении. Оно настолько велико, что трудно устоять. Мешает воображаемая картина прекраснейших (но далеко не партнерских) взаимоотношений детей и родителей. Аргумент, который (мы надеемся) отрезвит замечтавшегося родителя: когда ребенок научится сам распоряжаться своей жизнью, он освободит вас от роли вечной няньки и живого допинга.
  Притом, что несамостоятельный, зависимый человек не перенесет проблем взросления. Вы же не хотите, чтобы со временем он превратился в невротика? А ведь каждый паинька рано или поздно вместо личности приобретает диагноз. Поэтому степень зависимости ребенка от родителей необходимо ограничить и четко придерживаться "своей меры". У малыша должно сформироваться представление о собственной ответственности и о собственном праве на принятие решений.
  Декларация прав Маруси
  Чтобы помешать ребенку обрести самостоятельность, много ума не нужно. Вернее, совсем не нужно. Достаточно следовать привычной схеме: вас много, я - один, а сутки не резиновые. Дальше все пойдет как по маслу, нужно только закопаться в кучу ежедневных дел, прикрыться трудовой занятостью, плавным жестом обводя остальных членов семьи - глядите, сколько у меня народу на шее! Что же мне их всех - бросить в угоду младшему? Потому и воспитываю свое чадо согласно острому дефициту времени - преимущественно окриком и репрессиями. При таком цейтноте, прямо скажем, не до нюансов. А главное - никто не виноват. Правда в связи с этими нехитрыми приемами вспоминается одна реальная история.
  Маруську все звали "ангелочком". Огромные глазищи, фарфоровая кожа, рыжие кудряшки, безмятежная улыбка. Как еще назвать такое создание? Правда, Маруськины родители прекрасно знали, что у их ребенка есть еще и характер. Учитывая эти обстоятельства, они предпочитали договариваться с дочерью, поскольку заставить Муську сделать что-то против воли было невозможно. Но капризной или вздорной девочку назвать было нельзя: у Маруськи была своя логика - она стремилась отстаивать собственные интересы. Это, конечно, не означало непрерывной конфронтации с окружающими, но все же воспитание Муси требовало сил и времени.
  "Вот уж никогда не думала, что быть мамашкой - такое творческое занятие, - смеялась Маруськина мама, - хотя мне с ребенком повезло". Действительно, ее дочка, как правило, пребывала в прекрасном расположении духа, она рано начала говорить, была общительна и легко заводила знакомства в песочнице. Поэтому родители полагали, что проблем с детским садом у Маруськи не будет. Так и оказалось.
  В детском саду Машке понравилось, она легко адаптировалась к режиму, подружилась с другими детьми и не вызывала нареканий у воспитательниц. Что тут скажешь? Ангел. Эта идиллия продолжалась месяц. А потом на работе у Мусиной мамы раздался телефонный звонок: воспитательница из детского сада срывающимся голосом объявила, что произошло ЧП, и потребовала немедленно забрать Марусю домой. Испуганная женщина поспешила изо всех сил, и нашла обессилевшую от истерики зареванную дочь и взбешенных воспитательниц. "Первым делом мне посоветовали отвести дочь к психиатру, - вспоминала Марусина мама, - потом стали объяснять, что у моего ребенка серьезные отклонения. Я с трудом выяснила, что же случилось на самом деле. Оказалось, что Марусе запретили пронести в спальню игрушечную собачку, с которой дочь привыкла засыпать. Маруська взяла ее с собой на прогулку и собака могла быть грязной. Воспитательнице даже в голову не пришло что-либо девочке объяснить или как-то с ней договориться: она выхватила из ее рук игрушку, а когда Машка удивилась и запротестовала, грубо буркнула ей: "Привыкай!" И это был неверный ход. Маруська разозлилась, заревела и наотрез отказалась идти в спальню.
  Сама воспитательница справиться с ней не смогла, и вызвала подкрепление. Пришли еще одна воспитательница, психолог, а потом и заведующая. И все четыре тетки начали Машку стращать. Но Машка их всех пересилила: сопротивлялась и ревела не переставая. И чем сильнее они пытались на нее давить, тем громче орала Машка. Тетки растерялись: они совсем не предполагали, что эта беспроблемная девочка способна на такое. Им казалось: слегка на нее надави - и она сломается. Когда же этого не случилось, они просто по инерции стали наращивать прессинг и, что называется, дошли до точки. Они поняли, что не могут справиться с этим ребенком. То есть убить ее, в принципе, могут, а вот заставить пойти в спальню - нет. Пришлось им звонить мне. Я приехала, получила от воспиталок нагоняй за то, что я ужасная мать и вырастила ужасную дочь, и под аккомпанемент их выговоров забрала ребенка домой".
   После этого инцидента Маруся неделю провела дома. Она прекрасно помнила все, что случилось, и категорически отказывалась идти в детский сад. Маме все-таки удалось уговорить ее пойти туда при условии, что Машка останется только на прогулку. Через пару недель девочку уговорили ходить в садик на полдня - Машка боялась и ни под каким видом не хотела оставаться на тихий час. Еще через две недели Машку удалось как бы ненароком завести в спальню и оставить на тихий час. Потом все уладилось и девочка стала ходить в детский сад полный день.
  "Это был месяц кошмара! - вспоминала марусина мама, - но я честно выполняла все свои обещания, которые дала Машке. Зато сейчас, слава богу, у нее все нормально". - "А тебе помогали разруливать эту ситуацию? - спросили мы. - Психолог или воспитатели? Что-нибудь советовали?" - "Вот еще! Зачем им себя напрягать? Психолог, когда я с ней сталкивалась в детском саду, в ответ на мое "здрасте" одаривала меня негодующим взглядом. Воспитательницы объясняли мне, что у них большой опыт и они знают, как обращаться с детьми, но дальше деклараций дело не пошло. Мой ребенок почему-то оказался вне сферы их разумения. Они только возмущались. А заведующая, видя, как я забираю Маруську перед тихим часом, ехидно съязвила: "Я вижу: в вашей семье самая главная - Маша". Я ей ответила, что мы с мужем люди безвольные и слабохарактерные, а потому считаемся со своим ребенком. На том и разошлись." - "А Маруся забыла обо всем?" - "Сейчас да. После того, как она наказала воспитательниц." - "?!!" - "О-о-о-о, это отдельная история. Маруська уже спокойно ходила в детский сад на полный день. Все устроилось, и вдруг... У меня на работе снова раздается звонок и воспитательница испуганным голосом просит меня немедленно приехать, потому что Маша заболела и ей очень плохо. Я примчалась и узрела "картину маслом". Воспитательница носит Машку на руках, а моя зараза стонет: "Мне так плохо, плохо. Где же моя мамочка? Ну, где же она?" Я взяла Марью у воспитательницы и увидела у моей девки довольную торжествующую физиономию. Она отомстила. Я разворачиваю ее лицом к воспитательнице: "Теперь, - говорю, - все поняли?" Тетка опешила: "Это что же получается? Она меня сделала? Ничего себе!" - "Легко", - отвечаю. Вот так. А теперь вроде все в порядке, пока "в Багдаде все спокойно".
  Марусина мама, как видите, была вынуждена разгребать, мягко выражаясь, проблемы, оставленные воспитателями детского сада. Хорошо, что мама попалась грамотная и к ребенку внимательная. А вот среди воспитателей грамотное поведение встречается не слишком часто. Каждый отдельный ребенок воспринимается, будто крошечный элемент надоевшего паззла, которые персонал детсада ежедневно собирает на скорость. Неудивительно, что интересы какой-то Маруси (Пети, Вани, Тани) воспринимаются как нечто обременительное и несущественное. Подумаешь, ребенок пытается сохранить ощущение безопасности, баюкая любимую игрушку! Или предпочитает, чтобы ему на сон грядущий читали одну и ту же сказку с одной и той же интонацией! Разве может воспитатель, захваченный судьбоносным стремлением, отвлекаться на все эти мелочи?
  На вопрос: каким таким стремлением и почему судьбоносным? - отвечаем: работник любой отрасли социальной сферы у нас в стране традиционно охвачен стремлением поскорее освободиться от своих обязанностей. И судьбоносным оно является не для разгильдяя-работника, а для тех, кто оказывается в зависимости от его лени и низкой квалификации. В данном случае для маленькой Маруси и других подопечных нерадивого детсадовского персонала.
  Поэтому методы воспитания выбираются традиционные и нехитрые - невнимание и прессинг. Если же в отношении ребенка эти методы не работают, тогда их применяют к родителю. Чтобы он как можно скорее мог осознать: неумение воспитателя справиться с ребенком есть безусловная вина... родителя. Давление на родителя может принимать разные формы, начиная с открытого грубого нажима до завуалированных нотаций, произнесенных медоточивым голосом. В случае успеха родитель, придавленный комплексом вины и чувством стыда, с воспитателей ничего уже не спрашивает. Вместо этого он станет разряжать на ребенке агрессивный аффект: "Почему ты не такой, как все? У других все хорошо, а вот именно у тебя все плохо! Ты что, хуже остальных?!" И все пойдет как по маслу, ведь теперь нарушитель спокойствия воспитателя окажется между двух фронтов (в детском саду и дома). А детей, не имеющих "тыла" - родительской поддержки, очень легко подавить и сломать.
  Воспитатели часто настаивают на том, что ребенка следует превратить в безотказный автомат. И соблазняют родителей тем, что с автоматом проблем уже не будет: знай себе нажимай на кнопки с надписями "Еда", "Сон", "Гигиенические процедуры", "Бесшумные игры", "Обучающий процесс" - всю жизнь, до самой последней кнопки с надписью "Мирная кончина в удобное для окружающих время".
  Воспитателям, а впоследствии и преподавателям, побочные эффекты живого ума и твердого характера доставляют неудобства. А им не нравятся неудобства. Им не нравится тратить дополнительное время на какие-то объяснения, убеждения и переговоры - и с кем? С малолетней шмакодявкой! Причем к категории "шмакодявок" при желании легко причисляются не только сами малолетние, но и их родители. В том смысле, что у рядового родителя нет многолетнего опыта по усмирению младенцев. И профессиональной подготовки тоже нет. И нет огромного количества подопечных, обуреваемых разными насущными потребностями, как в рассказе Жванецкого: "пятеро хотят писать, шестой хочет селедку".
  Словом, не с родительским скромным опытом заниматься воспитанием детей. Им следует быть на подхвате у мудрых, предусмотрительных и... непримиримых воспитателей. Тетки-воспиталки проведут жесткую политику с очередным ребенком, после чего тот станет шелковый. Надо отметить, что эту фактуру (вернее, мануфактуру) предпочитают не только воспитатели, но и прочий персонал, а также... запаниковавшие родители. Что поделать: родитель ведь тоже человек. Надо человека в родителе как следует напугать перспективой страшной моральной деградации трехлетнего ребенка, не желающего превращаться в автомат по первому требованию воспиталки. Тогда мама/папа сдастся сама/сам и сдаст свое единокровное детище на милость победителя. И потом, жмурясь от ужаса, станет наблюдать, как его любимую детку приводят к общему знаменателю профессионально подготовленные фрекен Бок, которых недреманное око Карлсона почему-то пропустило.
  Другой полюс - рекомендации, которые часто встречаешь в популярной литературе, гарантирующей бесконфликтное и беспроблемное воспитание. Те самые, которые про любовь. Яровую и озимую, денную и нощную любовь к ребенку. Правда, податели сего стыдливо умалчивают о сложности исполнения рекомендаций. И что, спрашивается, делать родителям, чье отношение к ребенку не столь огромно и ослепительно, чтобы перекрыть все негативные переживания, сопровождающие воспитательный процесс? Кто снабдит их списком приемов, увеличивающих содержание любви в организме? Кто приведет их в тренажерный зал, где увеличивают массу любви на единицу тела? Кто выпишет рецепт на таблетки, способствующие росту любви в душе?
  К сожалению, все физические/химические средства, вызывающие ощущение неуклонно растущей любви в организме, теле и душе, небезопасны и для организма, и для тела, и для души. Более того - они запрещены законом. Поскольку вызывают зависимость и деградацию личности. А значит, надо смириться с индивидуальной дозой любви и максимально использовать то, что имеешь. В общем, действовать с умом. И в первую очередь избавиться от безусловного доверия к воспитателям и психологам, храбро отстаивающим... собственные интересы. Тем более, что ваш ребенок знает о себе то, чего не знают они. Учитесь слушать его. И учитывать его потребности и особенности развития.
  В норме чувство привязанности малыша к маме и папе достигает пика к двум годам. В то же время активно формируется детское "Я". Не случайно развитие привязанности и чувства "Я" идет параллельно. Мать в это время нужна ребенку как опора, как источник удовлетворения эмоциональных потребностей, как образец взрослого, сложившегося "Я".
  Малышу необходимо особое отношение матери - спокойное, без лишней суеты, уверенное, последовательное и заботливое.
  Притом, что для многих людей образ материнской любви - это что-то другое. Гиперопека, например. Или тревожность, не утихающая ни днем, ни ночью. Или самопожертвование во имя душевного комфорта любимого дитяти. Или тайные страдания, как последствия упомянутого самопожертвования... Словом, переживания, подходящие под определение эмоционального стресса.
  А.И. Захаров считает, что в таком состоянии мать вряд ли может служить для ребенка источником безопасности. Скорее уж источником повышенного беспокойства. Страх одиночества или возможного несчастья с ребенком заставляет ее терять голову. Она начинает чрезмерно опекать ребенка и в буквальном смысле слова привязывает его к себе, делая рабом собственного настроения, не отпуская от себя ни на шаг. Ее тревожность, ее желание охранить свое чадо от реальных и воображаемых опасностей вызывает у ребенка все большее беспокойство, когда он остается без матери. Малыш теряется, беспокоится и боится. Вместо активности и самостоятельности развиваются пассивность, зависимость, цепляние за мать, приставучесть и неотвязность. "В итоге, - пишет А. И. Захаров, - можно говорить о формировании так называемой невротической привязанности, основанной на тревожности матери и аффективно заостренной потребности детей в безопасности".
  Вот оно, ключевое слово - безопасность. Родители своим поведением и отношением могут увеличивать, а могут уменьшать дозу этого драгоценного ощущения в жизни ребенка. Иногда им просто некогда исполнять родительские роли: их расписание составлено так, что ребенку в нем нет места. Иногда родителям не хватает опыта и они ориентируются на подсознательные установки, полученные в своем собственном детстве - причем установки, прямо скажем, далеко не всегда позитивные. Часто взрослые решают действовать без околичностей: надо запереть его, такого пугливого-боязливого, дома, дать ему игрушек, питательных смесей и любимую бабушку в качестве живой аудиокассеты с записями сказок на вечно живые темы о вечно живых козликах и зайчиках, а также о неугомонных принцах и принцессах. И пусть сидит, позитивного опыта набирается.
  В любом из этих вариантов общения ребенок испытывает сильный страх перед окружающей действительностью, теряет уверенность в себе и не видит поддержки со стороны родителей.
  Есть и другая проблема, типичная для нашего времени, - недостаточная включенность отца в жизнь семьи. Воскресный папа, которого дети видят главным образом в лежачем или полулежачем положении, недостаточно активен и заинтересован, чтобы вызвать у ребенка ответное доверие и интерес. В этой ситуации дети больше привязаны к матери и легче перенимают ее беспокойство. А если ребенок к тому же боится отца - из-за его грубости, вспыльчивости или чрезмерной строгости, то стремится получить недостающие тепло и внимание от матери, невротически привязываясь к ней.
  К трем годам жизни привязанность к матери приобретает качественно новые черты: она превращается в потребность в признании.
  Ребенку хочется добиться от родителей одобрения, даже если для этой цели приходится жертвовать частью безопасности. Что мешает ребенку получить признание? Многое.
  В частности, условная любовь со стороны родителей. Из-за нее ребенок чувствует: его любят лишь в отдельные моменты, когда он оправдывает требования старших. Или подсознательное нежелание родителей принять своего ребенка таким, какой он есть. Предположим, малыш не соответствует родительским ожиданиям: это девочка, а они хотели мальчика; отпрыск появился на свет в неподходящее для семьи время; он уступает "по качеству" старшему брату/сестре. Бывает, материнская любовь попросту растворяется в семейном конфликте: например, ребенок слишком похож на отца, с которым мать в ссоре.
  Родители, отказывая ребенку в признании, сами не представляют, насколько опасных демонов рождают их равнодушие и насмешки. Это детская ревность, сильно выраженная в возрасте трех-пяти лет, и агрессивные фантазии, которые заполняют подсознание ребенка двух-четырех лет.
  Отрицательные чувства ребенок обычно направляет на родителя своего пола: ему кажется, что тот напрочь "забивает" родителя другого пола, а ребенка тянет именно к нему.
  Например, мать чрезмерно контролирует дочь, оттеснив на задний план отца, которого дочь больше любит; или отец не воспитывает, а дрессирует сына, считая его "слабаком", в то время как мальчик любит мать, более отзывчивую и мягкосердечную. В принципе, и ревность, и агрессивные фантазии - нормальное отражение отношений, богатых эмоциями. Надо помнить об этом. А также о том, что ребенок не может реализовать свои чувства и потребности в действии: не может поселиться отдельно от родителей; не может побить агрессивного папашу и запереть того в холодильник, чтоб остыл; не может прекратить очередную мамину истерику. Оттого и испытывает к родителям противоречивые чувства любви, восхищения, обиды, ревности и неприязни.
  Неразрешимый внутренний конфликт становится источником постоянного психического напряжения. Позже в старшем дошкольном возрасте, когда начинается развитие высших эмоций, у ребенка возникает чувство вины из-за противоречивого отношения к родителям. А сейчас, в раннем детстве эти чувства затрудняют общение между родителями и детьми, мешают развитию полноценного чувства привязанности.
  Двойственность отношения к родителям ухудшает самоощущение ребенка. Поэтому он становится капризным, злым и нервным. Если не хотите таких последствий, не давите на него, не пытайтесь втравить в семейную ссору. И не считайте его требования пустыми и нелепыми! Не пренебрегайте нуждами ребенка. Вспомните Марусю.
  Ребенок не станет требовать чего-нибудь, не имея причин вообще. Да, ему не всегда нужно требуемое. Может, ему нужно что-то другое. Просто он не знает, что именно. И оттого не может выбрать необходимое.
  Скажем, ему хочется поднять самоощущение. И он берет вещь, которая всегда его радовала - ту же игрушечную собачку. Ему необходима стабильность - и он просит прочесть сто раз слышанную сказку со сто раз слышанными интонациями. Зачем? - спрашивает себя взрослый, который знает про микробов, жирующих на собачке, и про множество других сказок, пылящихся на полках. Затем, что представление ребенка о безопасности - иное, чем у взрослого. Конечно, это представление придется менять, но лучше делать это мягко и заботливо, а не грубо и походя, с помощью окрика: "Привыкай!" Разве такую простую истину нельзя освоить, не прибегая ни к сюсюканью, ни к деспотизму?
  Недостаток внимания и заботы разрушают чувство безопасности, имеющее для ребенка огромное значение. Это ощущение - своего рода питательная среда, в которой растет и развивается личность.
  Сами знаете, что будет, если среда окажется не столько питательной, сколько ядовитой. Притом многие люди отравляют детям жизнь не из злобности, а по большей части от небрежности. Ну и по безграмотности, конечно. Когда оценивают ситуацию по своим, недетским меркам: вот если бы меня заставили на часок оторваться от любимого занятия, чтобы поесть, погулять, побриться - я бы, конечно, выразил неудовольствие в категорической форме, но не до такой же степени! Ну, побурчал бы... денек-другой. Но вряд ли мое состояние дошло бы до нервного срыва. Что тут ответишь?
  В первую очередь то, что взрослые, имеющие дело с малолетними детьми, должны освоить очень важный навык: умение соразмерять масштабы событий. Для взрослого любой случай практически сразу же теряется в куче аналогичных явлений. Оттого и впечатление оставляет слабое, как бы растворенное во множестве сходных ощущений. Надо учесть и другой момент: человеческий мозг по мере развития начинает отбирать то, что ему интересно, и отсеивать все остальное. В детстве эта способность выражена слабо, а потому для ребенка каждое событие - это целый Монблан (он же Тибет) ощущений. Эта вершина попросту загораживает остальной мир.
  Ребенок не в силах осознанно регулировать эмоциональные проявления. Такова физиология обработки информации в детском и подростковом возрасте.
  В детстве эмоциональные "файлы", фигурально выражаясь, попадают в папку с надписью "Миндалевидное тело". Так называется часть мозга, которая отвечает за эмоциональную реакцию на все раздражители в течение первых 15-18 лет жизни. Затем, по мере взросления, анализ поступающих сигналов и реакция на эмоциональные раздражители отходит к лобным долям мозга. И характер реагирования меняется: оно становится менее свободным и менее ярким, но зато контролируемым и подотчетным. Теперь с ним можно справиться - прежде, чем гигантская волна эмоций утащит личность в открытый океан подсознания.
  Здесь читатель наверняка усмехнется: вот это масштаб - Монбланы, океаны... Да, это и есть детский масштаб - рядовой конфликт со взрослым вырастает до небес, а незначительная депривация заполняет бескрайние просторы. Между тем взрослый в ответ на подобный конфликт/утрату головой бы покачал да иронически хмыкнул. А у детей информация, полученная в ходе любого события, оказывает формирующее влияние на личность. Пусть уж это влияние будет не разрушительным, а конструктивным.
  Итак, ребенок изо дня в день покоряет какие-нибудь Монбланы-Тибеты и возвращается в повседневную жизнь, обогащенный новым опытом. К сожалению, родители не могут контролировать качество полученного опыта. И не могут оградить своего ребенка от негативных воздействий со стороны агрессивных или попросту безответственных взрослых (не говоря уже о других детях, которые тоже проявляют агрессивность и безответственность). Но они могут помочь своему ребенку преодолеть это. И главное - научить решать проблемы самостоятельно. А для этого ребенок должен победить свою зависимость от родителей.
  Психолог Эрик Эриксон заметил, что дети зависят от помощи своих родителей в развитии чувства автономии. Без родительской поддержки это чувство будет развиваться по случайному сценарию - и неизвестно, во что выльется.
  Поэтому возьмите себе за правило:
   не берите на вооружение методы агрессивных и недобросовестных воспитателей, старайтесь по возможности нейтрализовать их негативное воздействие на вашего ребенка;
   когда ругают вашего ребенка, не присоединяйтесь к бранящим, даже если вы разделяете их негодование, не отчитывайте своего ребенка при посторонних, поговорите с ним о его проступке дома или с глазу на глаз, ребенок должен быть уверен: его родитель - его защита;
   помните о разнице между вашим восприятием мира взрослого человека и тем, каким видит мир ваш ребенок: у него своя маленькая вселенная, в которой вещи и события, кажущиеся вам пустяковыми, имеют огромное значение;
   указывая ребенку на его недостатки, не пользуйтесь обвинениями глобального характера (к примеру, "ты - сплошное бедствие"); ввиду своего целостного восприятия мира ребенок не поймет, что таким образом вы критикуете отдельные его качества или поступки, ребенок воспримет ваше послание как "ты плохой";
   при конфликте с ребенком не спрашивайте с него как со взрослого, он еще только начинает осваивать мир и не слишком хорошо в нем ориентируется;
   во время спора с ребенком старайтесь себя контролировать, не опускайтесь до уровня трехлетнего ребенка, спор вы в любом случае выиграете, а вот последствия могут быть совершенно непредсказуемыми;
   не старайтесь привить ребенку чувство ответственности по принципу "чем раньше - тем лучше"; таким образом вы не подготовите его к предстоящим трудностям, ребенок не станет сильнее или закаленнее; чувствуя личную ответственность за все случившиеся неприятности, он окажется беззащитным и одиноким перед всем враждебным миром;
   позитивные жизненные установки и стойкость характера у ребенка формируются не в состоянии гиперответственности, а при легком, спокойном отношении к неудачам и ошибкам по принципу "и это пройдет";
   при общении с ребенком не возлагайте особых надежда на то, что он "еще маленький и многого не понимает";
   учите ребенка обозначать словами свои желания; процесс этот долгий и нелегкий, но чем полнее и отчетливее ребенок выразит свои желания, тем меньше будет капризничать в дальнейшем;
   не соревнуйтесь с ребенком за "право первородства" - я старше, а стало быть, ты должен мне подчиняться всегда и во всем; учитесь объяснять свою позицию;
   если в вашей семье ведутся "домашние войны", не вербуйте себе малолетних сторонников, не внедряйте ребенка в свои ссоры с близкими даже как свидетеля; в этом случае ребенок лишится чувства безопасности и не сможет полноценно осваивать окружающий мир;
   будьте осторожны с юмором, не шутите и не высмеивайте слабости вашего ребенка, шутку он поймет буквально и будет считать себя дефектным.
  Правило шестое. Боги, контролируйте свое всемогущество!
  - Нельзя поверить в невозможное!
  - Просто у тебя мало опыта, - заметила Королева. - В твоем возрасте я уделяла этому полчаса каждый день! В иные дни я успевала поверить в десяток невозможностей до завтрака!
  Начинаем учиться общему языку
  Из всего сказанного выше следует вывод: ребенок зависит от родителя гораздо больше, чем родителю... хотелось бы. Взрослые наверняка предпочли бы взаимоотношения родителя-инструктора и ребенка-ученика. При таком общении всегда остается возможность исправить сделанную оплошность - и оплошность инструктора, и оплошность ученика. В то время, как родитель маленького ребенка - своего рода демиург, который создает целый космос (зачастую не имея представления о том, что делает и чем все это кончится). А ребенок одновременно и верит родителю, и боится его - в зависимости от того, крепнет детское чувство безопасности или слабеет. И ребенка можно понять.
  Ведь родительская опрометчивость, встраиваясь в детское мироощущение, может превратиться в негативную психологическую установку. И новая личность пронесет это каторжное ядро через годы, через расстояния.
  Негативные установки, без преувеличения - главная причина большинства индивидуальных катастроф.
  В общем, опасливо-восхищенное отношение маленького ребенка к родителю вполне оправдано. Поэтому маленькие дети не просто слушают родителей: они проникают в души отцов и матерей в надежде на "руководство к действию". Но предположим, даже не где-то в глубине, а на самом дне души вы прячете бессознательное желание, чтобы кто-нибудь из домашних перед вами провинился. Зачем? Затем, как мы уже писали выше, что тогда вы можете закатить скандал, разрядить агрессивный аффект, снять напряжение, накопившееся в ходе тяжелого трудового дня. И эта потребность порычать и покусать - не единичное исключение на фоне свойственного вам хронического благодушия, а регулярно возникающий импульс.
  И вот, заслышав знакомый зов подсознательных стремлений, вы начинаете проявлять повышенный интерес ко всем занятиям вашего семейства - от возни с кубиками до этапов карьерного роста - и повсюду ищете (а главное, находите) ошибки, промахи и недочеты, после чего наводите критику, раздаете советы и отпускаете подзатыльники. Себе вы кажетесь строгим, но справедливым судьей. Окружающим - занудой. А ребенку? Божеством вы ему кажетесь, вот кем. Вы ведь родитель, то есть самое могущественное, значимое и авторитетное существо в его - ребенка - маленькой вселенной.
  Конечно, эти взаимоотношения родителя как божества с ребенком как с истово верующим не выдерживают испытания временем и любопытством.
  И период яканья, строптивости, упрямства - первая ласточка изменения родительского статуса в сознании ребенка. Постепенно ребенок научится не только брать пример со своих родителей и следовать их наставлениям, но и выбирать то, что ему подходит. Это чрезвычайно ценный навык. И родителей, как правило, радует перспектива развития самостоятельности у ребенка. Когда-нибудь в будущем. В отдаленном будущем. Потому что происходящее сегодня - все эти скандалы по пустякам, неуправляемость ребенка, упрямство на грани патологии, а главное, потеря родительского авторитета - раздражает неимоверно. И родительское терпение то и дело кончается, заставляя родителей совершать опрометчивые или попросту жестокие поступки.
  Предложения "потерпеть еще немного" и обещания, что "вот-вот станет лучше" в какой-то момент надоедают. Поведение ребенка начинает казаться патологическим, а своя собственная роль - попросту унизительной. К тому же среди родителей, как мы уже говорили, попадаются и властные, и импульсивные натуры. Для Чеширского Кота или для Черной Королевы невыносимо ждать, терпеть, уступать. Это как-то принижает их достоинство. Но и более разумные (а также более мягкосердечные) взрослые далеко не в восторге от того, что дети однажды принимаются судить и оценивать старшее поколение. Беспрекословное послушание и безграничное почтение кажутся куда более подходящим способом обращения младшего к старшему. Родителям импонирует традиционная установка на послушание.
  Между прочим, американский психоаналитик Абрахам Брилл сказал: "Слишком послушные сыновья никогда не достигают многого". К дочерям это тоже относится. Вопрос в том, почему? Да потому, что установка на послушание чаще всего формирует дефектные механизмы приспособления к действительности. И благие намерения родителей, мечтавших оградить ребенка от ошибок, усыпать его жизненный путь розами и лилиями и привести любимое дитятко прямиком на вершину мира, как правило, в реальной жизни поворачиваются на все 180. Ребенок, которому его родитель, он же семейное божество, готовит поистине райскую биографию, превращается в лучшем случае в храмового раба, а то и в жертву своего непредусмотрительного бога. Как это происходит?
  Все начинается с того, что родители сами становятся жертвами. Потому что до смерти боятся чужого мнения. Успешность вашей родительской деятельности определяют какие-то посторонние люди, оценивая вашего малыша по своим канонам. Это первая ловушка и вы, вероятно, уже попадали в нее - и не раз. Воспитатели, соседи или родственники уже состроили вам кислую мину, когда ребенок вел себя не как насмерть перепуганный паинька, а, наоборот, реагировал нормально. То есть смотрел исподлобья, не позволил ущипнуть себя за щеку, не пожелал спать в тихий час, не проявил энтузиазма при виде склизкой манной каши... Да мало ли преступлений может совершить ребенок, давая взрослому понять: вы мне не нравитесь!
  Свое возмущение, совершенно банальное для человека, подвергшегося критике, раскритикованное лицо тут же адресует вам. Как плохому родителю. Потому что детям хороших родителей оно (то есть лицо) непременно бы понравилось (так ему кажется).
  В общем, оценку вам ставят не за усилия, которые вы прикладываете для достижения результата, а непосредственно за результат - то есть за впечатление, оставленное вашим ребенком. Это и есть ловушка.
  Предположим, вы станете работать не над гармоничным развитием личности вашего малыша, а займетесь полировкой его манер. Вам станет трудно замечать его недостатки, слабости, проблемы. Вы начнете их прятать - сами от себя. Потому что факт наличия проблем у вашего ребенка автоматически означает, что вы - плохой родитель и плохо справляетесь со своими обязанностями. Потом вы перестаете трезво оценивать происходящее с малышом, перестаете реагировать на его трудности и оставляете ребенка один на один с кризисом взросления и социализации.
  В погоне за "почетными грамотами родителя" - за сообщениями о том, что ваш ребенок здоров, развит, прилежен, вежлив, добр и отзывчив - вы рискуете утратить способность различать оттенки реальности. Останется только черно-белое изображение и оценки по принципу "хорошо-плохо", "правильно-неправильно", "разрешено-запрещено".
  Вы позабудете о том, что некоторые (весьма неприятные) проявления характера в процессе развития личности меняются. Из них рождаются: независимое и оригинальное мышление, творческий подход, целеустремленность и множество других полезных качеств. Возможно, вы станете равнять ребенка по "воспиталкиной шкале": "Тебе нужно демонстрировать только те эмоции, которые вызывают симпатию и искоренять в себе и в своем поведении антипатичные черты". В лучшем случае это приведет к возникновению замкнутого, неуверенного в себе человека. Всю жизнь его будет терзать чувство вины за собственную неидеальность. А в худшем вы получите мастера психологической маскировки и манипуляции. Ведь это вы убедили его, что любой порок и любое преступление позволены, пока о них никто не знает. Прямо скажем, "оба хуже".
  Мать, включившаяся в погоню за похвалами, резко понижает содержание чувства безопасности в самоощущении ребенка. Трехлетний малыш довольно скоро сообразит: его истинные желания и чувства никого не волнуют, а его внутренний мир никому не интересен. Значит, необходимо срочно превратиться из отдельного обладателя внутреннего мира в нечто иное - во что-то, симпатичное всем без разбора. Выдающийся психолог Эрих Фромм назвал это что-то "автоматом": "Человек перестает быть самим собой, он полностью усваивает тот тип личности, который ему предлагают модели культуры, и полностью становится таким, как другие, и каким они его ожидают... Этот механизм можно сравнить с защитной окраской некоторых животных". Для Э. Фромма личность, полностью "перекрашенная" под окружение - это "автомат, идентичный с миллионами других автоматов вокруг него, который не испытывает больше чувства одиночества и тревожности. Однако цена, которую он платит, велика - это потеря самого себя". Но величину такой потери оценить можно только в зрелом возрасте.
  Ребенка можно "дожать" и втиснуть в прокрустово ложе под названием "Настоящая паинька". Малыш постепенно привыкнет быть кем-то другим, более важным и любимым, чем он сам, со всеми своими недостатками и проблемами. И заодно утратит ощущение собственной ценности и уникальности. То есть, по большому счету, утратит смысл и радость жизни. Чему радоваться, если этот мир тебя не хочет? Предпочитает тебе какое-то виртуальное существо, у которого всегда все в порядке?
  Кстати, родителям не идет на пользу сосуществование с воплощенным идеалом. Рано или поздно он вернет вам ощущение одиночества и покинутости, на которое вы его обрекли.
  Утерянный в детстве эмоциональный контакт вряд ли восстановится в дальнейшем. Выросший ребенок отгородится от вас непроницаемой стеной и не откликнется на ваши просьбы о внимании и поддержке, когда вам понадобится опереться на его руку.
  Возможно, он будет совершать "что положено" - какие-то формальные действия, зафиксированные в неписаном уставе "О хорошей семье всех времен и народов", но человеческого сопереживания вы от него не добьетесь. И не потому, что ребенок станет вам мстить. Вы же сами не научили его сопереживанию. Он не знает, как это делается. И потому следует программе, заложенной в раннем детстве: проблемы - это неприлично. Такое нельзя показывать и на такое нельзя смотреть. Следует отворачиваться и заводить разговор на светские темы. А то еще решат, что тебе нравится подглядывать.
  На вопрос: а как с ними вообще обращаться, с этими малолетними бомбами замедленного действия? - можно лишь снова и снова повторять: универсальных методов не существует. Это не перестраховка, это реальность. Авантюрная натура, например, требует такого обращения, которое нанесет психотравму натуре чувствительной. И Чеширский Кот бывает зол и оскорблен тем, на что Белый Рыцарь и внимания не обратит. То, что люди очень разные существа - причем с самого детства - приходится учитывать не только в научных изысканиях, но и в повседневной жизни.
  И главный способ понять близкого, и совершенно не похожего на тебя человека, - это увидеть и услышать друг друга, а также позволить себе и другому быть несовершенными, меняться и развиваться.
  И для начала стоит понаблюдать за собой: на каком языке вы ведете общение с ребенком?
  Если вы для того, чтобы быть компетентным в этом вопросе, хотите заручиться поддержкой специалистов, обратите внимание на некоторые особенности специальной литературы. В большинстве случаев родителям хочется добыть оттуда набор правил - простых, легких, безотказных в действии и удобных в исполнении, чтобы голову не заморачивать и времени много не тратить. Что-то вроде "Как воспитать ребенка за пять минут. Советы для чайников". Подобная литература есть. Она отличается декларативно-повышенным содержанием доброго отношения к детям и расплывчатым общегуманистическим настроем. Такой подход к проблемам успокаивает и настраивает на доверие к автору. Почему нет? Советы там дают хорошие, правильные как и везде: "для скорейшего обретения взаимопонимания с ребенком покажите ему свое сопереживание..." Все верно, никто не спорит. Тогда в чем же дело? А дело в последующих методах, которые пропагандирует такая литература.
  Скажем, канючит ребенок шоколадку. Обычная ситуация. Что в таких случаях говорит нормальный родитель, у которого нет намерения покупать шоколадку (игрушку, машинку, собаку, братика, сестричку, новую няню взамен сбежавшей)? "Нельзя!" или "Ты уже одну съел!" - после чего конфликт (или микроконфликт - надутые щеки и недовольный взгляд) практически неминуем. А вот "рекомендованный прием", позаимствованный нами из одного пособия по общению с ребенком:
  "- Пап, я хочу шоколадку, купи-и-и.
  - По-моему, мама тебе уже вчера покупала.
  - Одну, и то маленькую.
  - А ты хочешь много.
  - Да, много-много.
  - Десять штук, а лучше пятьдесят.
  - Нет, сто, тысячу!!!
  - Мы покупаем тысячу шоколадок, погружаем в Павликову коляску и везем домой.
  - Все удивляются: "Откуда у вас столько шоколада?" Собирается много детей, и мы начинаем всех угощать.
  Когда дети и родители мечтают вместе, ребенок знает, что взрослый слышит и разделяет его чувства". Таким образом родитель, по идее, переключит внимание ребенка с запретного плода на что-нибудь полезное (или хотя бы нейтральное). Так считает автор пособия.
  А теперь мы считаем своим долгом предупредить: вероятно, один или несколько раз этот прием сработает: сладкоежка помечтает в папиной/маминой компании и о шоколадке больше не вспомнит. И никаких взаимных упреков: "Злая ты, недобрая!" - "А ты обжора и зануда!" Чего уж лучше-то! К сожалению, начиная с третьей, а может, с пятой попытки "переключения каналов" неизбежно начнутся проблемы.
  Ведь избегание мелких конфликтов путем забалтывания - это примитивная манипуляция. А манипуляция формирует у ребенка уверенность: мои потребности никто удовлетворять не собирается, а мои трудности служат лишь поводом для разглагольствований. Маме/папе лишь бы потрепаться, а мои желания - побоку. Бедный я, бедный, никому не нужный сирота при живых родителях. Сейчас попрошу купить Барби (включить мультик, отменить вечернее умывание, не ходить в детсад и т.п.) - и опять начнутся бесплодные разговоры на тему "Давай погрезим вместе". Оп-па! Значит, можно проблемы не решать, а забалтывать? Вот мысль! В эту игру, между прочим, могут играть двое!
  И не надо надеяться, что у ребенка короткая память и в следующий раз, выпрашивая очередное лакомство, игрушку, поблажку, он и не вспомнит, как его оставили без шоколадки. Это вы замотаетесь и не вспомните. А у детей память превосходная. Тем более, что для него масштаб подобных происшествий куда крупнее, чем для вас. После нескольких аналогичных инцидентов ребенок сделает вывод: а это хороший прием, чтобы не выполнять ничьих просьб!
  Сами понимаете, какую "пользу" дарит опыт психологической манипуляции. Вооруженный приемами болтологии, ребенок не станет послушнее и отзывчивее. Он просто-напросто научиться врать и изворачиваться. А научили его вы, вооруженные простыми, добрыми и действенными советами. Поздравляем.
  К тому же довольно скоро, в четыре года, ребенок усугубит привычку к демагогии новой повадкой - жеманностью и манерничаньем. Почему это? - спросите вы. Да возраст такой. На этом этапе развития ребенок сам начинает пробовать, насколько действенным приемом может быть манипуляция. Для этого он экспериментирует с выражением эмоций: закатывает глазки, надувает губки, склоняет головку к плечику и умилительно шепелявит. Ребенок начинает изображать чистоту, невинность и непосредственность - то есть качества, которые так умиляют взрослых. А сам тем временем зорко отслеживает, на что можно развести взрослого: подарки, поблажки, развлечения - все сгодится.
  Многие дети в процессе эксперимента ведут себя, точно престарелая инженю из провинциального театра. Здорово перебарщивают. Со стороны выглядит ужасно противно. Просто малолетний Тартюф. Но сам ребенок в этом не виноват. Он изучает окружающих и старается приобрести навыки, которые ему помогут в жизни. А от родителя зависит, возьмет ребенок на вооружение эти приёмчики или нет. Представьте теперь, что родитель заблаговременно "унавозил" эту ниву и сам преподал ребенку правила манипуляции, когда в повышенно жизнерадостном тоне забалтывал желания и потребности своего чада. Ростки попадут на благодатную почву и бороться с этими сорняками будет уже непросто.
  Об всем этом следует помнить, когда в цейтноте времени и дефиците сил очень хочется поверить, что существует универсальный способ воспитания, пригодный для любого ребенка. В том числе и для вашего. К счастью, человеческая психика не настолько примитивна и однообразна, чтобы таковой мог существовать в реальности. А под видом безотказных методов неискушенному клиенту как правило предлагается тактика манипулирования, слегка прикрытая декларациями гуманизма. Но и манипуляция не так уж действенна, как ее расписывают. Обилие побочных эффектов самого негативного свойства делают ее совершенно непривлекательной при практическом использовании.
  Мы советуем вместо растворения детской потребности в потоках слащавых разглагольствований использовать более адекватный прием: честно назовите ребенку причину отказа, при этом не оскорбляя его достоинства. Не порицайте малыша за сам факт "наличия желания". Если вы беспокоитесь, что поедание сластей плохо сказывается на здоровье ребенка, не надо взрываться: "Куда в тебя лезет? И так всего раздуло как бочку от этих леденцов и зубы все черные! Перед врачами стыдно!" Лучше сказать: "Давай-ка, заяц, потерпим денек-другой. А то живот опять заболит и щеки зачешутся. Давай купим сласти послезавтра, хорошо?" Если нет денег на лакомство или игрушку, не стоит орать на ребенка: "Ну что ты канючишь каждый раз в магазине, эгоист! И так денег нет, а тебе бы только шоколадки да машинки!" Скажите лучше спокойным голосом: "Сейчас я тебе машинку купить не смогу. Но когда деньги будут, конечно, куплю!"
  Разумеется, этот довод сработает только в том случае, если окажется правдой. Если ребенок увидит, что родители, отказывая ему в игрушках и лакомствах под предлогом отсутствия денег, тем не менее покупают игрушки и лакомства себе, он либо закатит скандал, чтобы все-таки выбить из родителей деньги на свои потребности, либо замкнется в подозрении, что родители его не любят, а потому обманывают. И еще. Приготовьтесь к тому, что ребенок не встретит отказ радостно, даже если для этого отказа есть весомые причины. Он еще будет настаивать на своем, проверяя вас на прочность. В чем же тогда смысл метода? А в том, чтобы установить с ребенком реально доверительные отношения. Если ребенок видит, что родитель отказывает ему не без причины, а впоследствии держит данное слово, чувство собственной значимости и защищенности поможет ему примириться с мелкими утратами вроде игрушек и сладостей. Зато он будет знать: мир вокруг него не лжив и не жесток. И не будет бояться.
  Над системой увещеваний также придется поработать самому. Потому что безотказных психологических отмычек не существует. А обойти тему запрета в общении с ребенком не получится. Нужно научиться отказывать. Ребенок должен усвоить: "нет" значит "нет". Это не сигнал к молотьбе языками. С возрастом он переймет родительской навык и тоже научится отказывать деликатно, но категорически. Поверьте, это умение дорого стоит. Для многих людей отказ практически всегда выливается в бурный скандал, или в затяжной конфликт, или в комплекс вины... Лучше избавьте своего ребенка от привычки стыдиться или врать, когда приходится отстаивать собственную позицию.
  Некоторым особо утомленным родителям кажется, что легче уступить, чем отказать. И в то же время психологи отмечают: ребенок, редко встречающий сопротивление взрослых в ответ на любые притязания, к трем годам становится истеричным и... очень несчастным. Его поведение изобилует тем, что в психологии носит название "капризы баловня".
  С другой стороны, дети, которым родители запрещают все подряд, которых муштруют и подавляют, теряют сам навык проявления инициативы. Они не могут сделать независимый выбор, принять самостоятельное решение. А потому неспособны занять себя, придумать игру. Их воображение либо крайне обеднено, либо, напротив, проявляет себя буйно, неупорядоченно и непродуктивно. Они часто не могут справиться со своими фантазиями. И тоже капризничают - это называется "капризы обиженного".
  И, наконец, равнодушное, демонстративно безразличное отношение тоже провоцирует капризы - "капризы безнадзорного".
  Как видите, капризное поведение - не что иное, как отражение "взаимонепонимания" ребенка и его близких.
  Очевидно, сопротивление воле (заметим: тщательно отмеренной воле!) взрослого и, так сказать, силовые виды отношений необходимы для развития личности ребенка.
  С помощью таких вот мелких столкновений он узнает, где проходят границы дозволенного, а родительские реакции - отрицательные и положительные - дают ребенку возможность познать себя в плане фрустрации . Иначе говоря, малыш на собственном опыте понимает, что такое ждать, терпеть, отказывать себе и другим.
  Но главное - в трехлетнем возрасте начинает развиваться и встраиваться в мироощущение ребенка такое важное качество, как инициативность. Отсюда и все конфликты с окружением, а заодно и внутренние конфликты. Ребенок ищет, что бы предложить миру - предложить как личность, самостоятельная и независимая. Частые запреты и переключение внимания ребенка с его собственных задумок на чужие планы ломают этот тонкий механизм. А если запретов попросту нет, если любое (в том числе и абсурдное) требование немедленно выполняется, малыш теряет другой ценный навык. Ребенок перестает различать целесообразность своих инициатив. Он не понимает, чего стоит требовать, а чего нет. И не понимает, какая потребность сильнее, а какая - слабее, что важно, а что не очень.
  И вседозволенность, и бесправие одинаково дезориентируют ребенка: он уже не может определить, каково его положение среди родных и чужих людей. У него нет собственной территории, нет собственного значения в окружающей реальности. Его не научили отстаивать собственную позицию и уважать себя как личность. Ему не дали обозначить границы своего "Я" и завоевать себе место в жизни. Вот он и потерялся.
  Итак, запрещать надо. Остается узнать, каким способом? Родителям традиционно кажется, что запрет (равно как и поощрение) лучше всего выразить словами. Но так ли это? С возрастом слова приобретают ключевое значение практически для каждого человека. Поэтому взрослые автоматически пользуются тем же "ключиком" и в разговоре с маленькими детьми. Взрослые всячески настраивают детей на развитие вербальных талантов: хвалят за умение читать, поддерживать беседу, толково отвечать и т.п. Не спорим, умение ловко обращаться со словами пригодится в дальнейшем. При одном условии. Если личность ребенка будет развиваться равномерно.
  Язык не для разговора
  Существует психологический синдром, который называется "вербализм" ("интеллектуализм"), и выражается он в отставании развития эмоциональной сферы и образного мышления ребенка. Ребенок активно пополняет словарный запас, бойко разговаривает на любые темы, легко строит длинные предложения и т.п. Но его образное мышление, а также эмоциональная сфера бедны и неразвиты.
  Чего и ждать, если воспитание ребенка целиком и полностью ориентировано на раннее интеллектуальное развитие. Как правило, методики такого воспитания сосредоточены на взятии словесно-логических "планок". Конечно, эти навыки легко проверить: дайте ребенку книжку и послушайте, с какой скоростью он читает. Зато степень развития эмоций или образного мышления тоньше и разнообразнее. Она труднее поддается проверке. Вот "проверяющий" и экономит силы, обращая больше внимания на способности ребенка в вербальной сфере.
  Но ведь дети - как и взрослые - используют разные системы усвоения информации. Психология выделяет четыре основных категории:
  1. Визуал - человек, воспринимающий большую часть информации с помощью зрения.
  2. Аудиал - тот, кто получает основную информацию через слух.
  3. Кинестетик - тот, кто воспринимает информацию через другие ощущения (обоняние, осязание и др.) и через движение.
  4. Дискрет - человек, у которого восприятие информации происходит через логическое осмысление, с помощью цифр, знаков, логических доводов. Эта категория людей встречается реже всего, а детям, в том числе и школьникам, обычно вовсе не свойственна.
  Все эти особенности психики проявляются уже в трехлетнем возрасте и играют большую роль в налаживании контактов с окружающими и в обучении.
  Попытки изменить привычный способ усвоения информации опасен для сознания ребенка. Это все равно что пытаться переделать детский характер и темперамент. В общем, чтобы сообщения доходили до "адресата", нужно отправлять их в подходящем "формате". Иначе мозг отвергнет большинство посланий - словно компьютер, в котором нет программы, чтобы раскрыть сообщение.
  Если взрослое окружение использует свой привычный "формат", а не тот, который нужен ребенку, пусть не удивляется, что с малышом трудно договориться. Постепенно человек осваивает все способы передачи и получения информации, но все равно один (или два) оказываются ведущими. Что уж говорить о маленьком ребенке! Да, но как распознать ведущий канал восприятия у трехлетнего малыша? Следует за ним понаблюдать!
  Визуал при восприятии информации больше полагается на зрительные ощущения. Он быстро запоминает цвет, форму, размер предметов. Если малышу предложить новую игрушку, он сначала внимательно рассмотрит ее со всех сторон. Дети-визуалы любят лепить, рисовать, вырезать, складывать паззлы. Их занятия и игры включают в себя взаимодействие глаз и рук. Таким малышам интереснее картинки в книжке, чем сама сказка, прочитанная мамой с чувством и выражением. Для визуала важно, во что он одет, он охотно и самостоятельно выбирает колготки, платья, кофты; девочки увлеченно перебирают украшения и заколки. Малыш-визуал часто рассказывает, кто и в чем пришел сегодня в садик, у кого какая игрушка. Он довольно аккуратен для своего возраста: например, не полезет в лужу, потому что ботинки испачкаются и штанишки тоже. Вступая в игру со сверстниками, визуал сначала понаблюдает, а уже потом пойдет на контакт, к тому же он может подолгу играть один. В своей речи визуалы употребляют существительные, глаголы, прилагательные, связанные со зрением (смотреть, видеть, картина, красивый, яркий).
  Аудиал познает окружающий мир через звуки, поэтому раньше других начинает говорить, имеет большой словарный запас. Такие малыши любят слушать музыку, сказки, вести разговоры - обсуждать, доказывать. Они охотно придумывают истории, игры, хорошо умеют убеждать, уговаривать. Дети-аудиалы очень общительны. Но в подвижных играх участвовать не любят. Они могут немного отставать от сверстников в развитии навыков, связанных со зрительным (поиск отличий на картинках) и моторным (умение ловко залазить на горку, быстро и долго бегать) восприятием. Для аудиала характерны слова, связанные со слуховым восприятием (голос, слушать, говорить, молчать, тихо, музыка).
  Кинестетик познает мир с помощью прикосновений, движений. У него хорошо развита моторика, он очень много двигается и обычно рано начинает ходить. Такой малыш любит активные игры, связанные с прыжками, бегом, борьбой, ему трудно усидеть на одном месте, долго заниматься одним делом. Малыш-кинестетик любит все трогать, ощупывать; ему особенно важны тактильные ощущения, поэтому чаще ласкайте, прижимайте к себе, целуйте, старайтесь меньше употреблять излюбленные фразы типа "Не трогай!", "Сиди смирно!", "Не вертись!" и т.п. И не заставляйте кинестетика сидеть долгое время неподвижно, давайте ему возможность моторной разрядки (сходить в другую комнату, встать и попрыгать...). Словарь кинестетика в основном включает слова, описывающие чувства, ощущения (хватать, мягкий, теплый, трогать, пахнуть).
  Особенности восприятия выражаются и направление взгляда: у визуалов при общении взгляд направлен в основном вверх, у аудиалов - по прямой, у кинестетиков - вниз. Их внимание по-своему реагирует на все виды раздражителей: кинестетику вообще трудно концентрировать свое внимание, его легко отвлечь чем угодно; аудиал легко отвлекается на звуки; визуалу шум практически не мешает. И память у них работает по-разному: визуал помнит то, что видел, запоминает картинами (образное мышление хорошо развито); аудиал запоминает то, что слышал, или то, что обсуждал; кинестетик воспроизводит в памяти общее впечатление - запоминает двигаясь, ощупывая, нюхая.
  И, конечно же, общаться с ребенком надо на его языке. Попытки "усмирения" будут понятнее, если:
  1. визуалу - покачать головой, погрозить пальцем;
  2. аудиалу сказать шепотом "ш-ш-ш" или "тише";
  3. кинестетику положить руку на плечо.
  При общении используйте методы, понятные и близкие ребенку:
  1. с визуалом употребляйте слова, описывающие цвет, форму, местоположение предметов;
  2. с аудиалом используйте вариации голоса - громкость, паузы, интонации;
  3. с кинестетиком используйте жесты, прикосновения, довольно медленную речь, позволяйте ему обыгрывать информацию в движении.
  Взрослые нередко раздражаются, общаясь с детьми-визуалами и кинестетиками: непоседливы, рассеянны, на реплики старших не реагируют, говорят мало и отрывисто (невнятно) - как тут не повысить голос, не усилить нажим, не сделать выговор? А в результате? Ребенок так ничего и не понял, кроме одного: на него сердятся. Надо быть осторожнее. Среднестатистическая форма детской осторожности - замкнуться, молчать и смотреть исподлобья. Это, как вы понимаете, не способствует развитию теплых отношений. Вот с таких мелочей и начинается охлаждение семейных связей.
  Естественно, любой человек использует разные каналы восприятия. Поэтому "чистых" визуалов, например, не бывает. Особенности восприятия зависят и от возраста: для маленьких детей свойственно стремление все потрогать, попробовать на вкус, школьники же чаще задействуют слух и зрение. Главное - понять и принять тот способ "обработки данных", который близок вашему ребенку.
  Впрочем, общения совсем без слов не бывает. Так можно ли найти те самые "волшебные слова", которые помогли бы наладить диалог между взрослым и ребенком?
  Слово, придуманное, чтобы объяснить мир
  Этот диалог начинается с родительского монолога: в раннем возрасте ребенок родителя только слушает, он его не судит и не оценивает. Пока не судит и не оценивает. Он еще слишком мал. И потому просто копирует все, что видит: родительские реакции на разного рода раздражители, родительские пристрастия и родительские потребности. Вот только понять родительскую систему ценностей ребенок не в состоянии. Даже если родители предпринимают титанические усилия и на словах пытаются рассказать и пояснить ребенку все, что им так дорого в этой жизни.
  Но старшим редко удается достучаться до сознания малолетнего отпрыска. Хотя бы потому, что для малыша трех-четырех лет жизненные ценности взрослого человека - вещь не настолько очевидная, как его же эмоции.
  Понять подсознательные ощущения другого человека каждому из нас помогает эмпатия, а понять сознательные установки - только опыт и навыки общения. Как раз то, что у маленьких детей в дефиците.
  Родители! Не старайтесь усилить давление, чтобы улучшить взаимопонимание! Не спорим, прессинг - хорошее средство. Вот только служит оно другой цели. Оно формирует страх. Испуганный ребенок способен на многие успешные действия, кроме одного. Он не способен на самостоятельность. А самостоятельность - приобретение бесценное. Причем не только для своего обладателя, но и для ближайших родственников этого самого обладателя. Только став самостоятельным, он освободит шею родителя от своего присутствия. Потому что наконец пойдет по жизни на собственных ногах.
  Да, многим родителям кажется, что главный способ поставить ребенка на ноги - это передать ему свою систему ценностей. Пусть он усвоит, что такое хорошо и что такое плохо, но не из стихотворения Маяковского, а из меня, своего прямого предка. Значит, надо просто "скинуть файл" с одного сознания на другое. После чего, обогащенный знанием предков, ребенок двинется прямиком к великой цели, обозначенной в родительской системе ценностей как "самое высшее достижение". А папа с мамой могут наблюдать за передвижениями любимого чада, вытирая слезы умиления. Роскошный план, не правда ли? Если не считать одной маленькой детали: система ценностей - файл, не предназначенный для скачивания. Такой вот формат.
  Систему ценностей человек не получает в готовом виде, а самостоятельно строит и перестраивает всю жизнь, то добавляя, то удаляя всякие потребности и идеалы. И это хорошо.
  Потому что по мере того, как личность создает собственную систему ценностей, она социализируется, то есть постепенно вписывается в общество других людей.
  Хотя социализация отнимает у индивида массу времени и усилий, и к тому же никакого окончательного результата у этого процесса не бывает. Только временный. Как только у личности меняются обстоятельства, меняется и ее степень социализации. Чем эта степень ниже, тем ближе индивид к кризису.
  Понимаете теперь, что происходит с вашим ребенком, таким своенравным, дерзким и хулиганистым? Как раз в данный момент он находится "в упадке социализации". Он плохо приспособлен к реальности. Он перестал ее понимать. Он напуган. И все эти проблемы он должен решить сам. А ваша основная функция - не препятствовать первым самостоятельным решениям формирующейся личности.
  Это тяжелая работа - не мешать тому, кого любишь, обрести себя.
  Итак, ребенок ищет другой, совсем новый способ адаптироваться к изменившейся действительности. Хотя на самом деле изменился он сам, а не мир вокруг него. Но для трехлетнего малыша (а часто и для людей постарше) особой разницы нет. Главное, что он ощущает, - это стремительный рост потребности в одобрении, признании, успехе - во всем, что доступно хорошо социализированным людям.
  Ребенок, естественно, настраивается на погоню за успехом, а не за самореализацией. Что далеко не одно и то же!
  Следующий вопрос: каков принцип хорошей социализации? Как получить признание и одобрение? Ребенок не знает. Ему не хватает опыта, чтобы найти свой путь к успеху. Вот он и пользуется тем, что у него есть - родителями и инстинктами. Инстинкты заставляют подражать имеющимся образцам, родители дают установку на послушание. В общем, и внутри, и снаружи маленького человека все вопит: "Делай, как было велено!!!"
  И все-таки в душе человек мечтает не приспособиться к окружающему миру, а приспособить мир к себе.
  Человеку всегда требуется больше, чем просто успех. Человеку хочется еще чего-то для души. То есть для той части себя, которая не совпадает с автоматическим конформистом (или с конформистским автоматом?). Кто-то требует внимания, кто-то, наоборот, мечтает стать невидимкой. Кому-то необходима компания, кому-то - одиночество. Кто-то ищет приключений, кто-то - стабильности. Но, чего бы мы ни хотели, мы стремимся получить индивидуальную порцию желаемого, а не среднестатистическую, рассчитанную на всех, а значит, ни на кого.
  Проблема в том, что индивидуальных представлений о счастье столько же, сколько людей на планете. А среднестатистических образцов успеха - дюжины три, не больше. И родители, которым хочется, чтобы их ребенок преуспел, выбирают именно среднестатистический вариант. Им кажется, что спрашивать (во всяком случае, пока): дитя мое, чего ты хочешь от жизни? - просто не у кого. Ну чего это мелкое существо может хотеть? Ролики на реактивной тяге? Барби в прикиде от Гуччи? Все, чего оно захочет, к его дальнейшей судьбе (значительной или даже великой - уж будьте уверены!) не имеет никакого отношения. Я сам знаю, что моему ребенку нужно.
  Ему нужна шлифовка и доводка. И еще настрой на победу - пусть битва за успех маячит в далеком будущем, основы для нее будем закладывать прямо сейчас. Слушай, сын мой/дочь моя! Тяжело в ученье, легко в реалити-шоу! Ты лучший! Тебя не догонят! В смысле, не прогонят. Только поменьше индивидуальных реакций. Делай все, как было велено! А что именно было велено? Как мы уже писали, есть существенная разница между "озвученными" требованиями и реальными. Ребенок вообще больше следует наглядным примерам, чем высказанным советам. Потому что чувствует: надо не так, как сказали, надо по-другому. Вот он и делает - но не то, что родитель скажет, а то, чего родитель желает.
  Словом, маленький эмпат становится для родителя и зеркалом, и жрецом, и жертвой в одном лице. Вначале может показаться, что это удобно и выгодно - быть для собственного чада настолько значимой персоной: что ни вытворяй, а трепетное отношение со стороны потомства обеспечено. Но, пристально рассмотрев проблему, понимаешь: не все так замечательно, как хотелось бы. Роль божества, кумира и идола - это в первую очередь не вседозволенность, а, наоборот, большая ответственность. Ведь каждое ваше действие истолковывается и перетолковывается, и навсегда оседает где-то в бесценных анналах, куда непосвященным вход заказан. А каково приходится тем, кто зависит от вашей воли и руководствуется вашими поступками (в том числе и теми, которые божеству не подобают и вообще не отражают вашего истинного отношения к проблеме)? Ведь заповедь - не воробей, вылетит - не поймаешь.
  В обыденной семейной жизни процесс взаимоотношений живого бога и его паствы выглядит так: вот папа или мама в нормальном состоянии замотанности и депрессухи совершат что-нибудь этакое некорректное раз... сто. Или двести. И готово дело: ребенок свято уверовал в правильность поведения, к которому родитель прибегает исключительно в момент наивысшего раздражения. Или в приступе острого самодовольства. Или еще в какой-нибудь "ажитации". А ведь вера в мамины-папины выходки - чрезвычайно опасная штука. И может принести ребенку массу проблем - и в детстве, и в старшем возрасте, и даже в старости. Потому что она играет роль фундамента в механизмах приспособления к окружающей действительности.
  Когда приходит время учить малыша социальным нормам, именно близкие ребенка становятся его первым социумом. Именно в отношениях с родителями он обретает первый опыт сосуществования с другими людьми, учится чувствовать себя комфортно со знакомыми и незнакомыми.
  Если ребенка напугать, вряд ли он этому научится. И вполне вероятно, всю жизнь будет остерегаться людей - и знакомых, и незнакомых.
  Не следует усугублять детские страхи игрой в домашнего идола, всесильного и всесовершенного. Позвольте себе быть человеком. Будьте честнее с ребенком, имейте мужество признать свои ошибки. Не бойтесь, что ребенок, узнав: и у родителей есть слабости, тут же отвернется от вас. Он отвернется, узнав, что его обманывали. Родительская хитрость - предмет сильнейших разочарований для ребенка. И тем более хитрость грубая, неумелая, рассчитанная на глупое, беспамятное существо (которым ребенок, заметим, не является). А уж если родитель, пойманный, как говорится, на горячем, приходит в ярость и перекладывает свою вину на чересчур проницательного отпрыска... Эскалация семейного конфликта начнется - и неизвестно, закончится ли она когда-нибудь. Удастся ли детям и родителям помириться, когда взаимное раздражение утихнет? Ведь осадок-то останется.
  Вот почему мы упорно повторяем: не хитрите, не врите, не путайте следы, стараясь выглядеть как можно эффектнее, могущественнее и умнее - одним словом, круче!
   Тот, кто избирает эту линию поведения, как правило, совершенно не верит в себя. И пытается поднять самооценку, хвастаясь и разыгрывая супермена перед самой наивной и легковерной аудиторией. То есть перед малолетним ребенком. Тем, у кого появится такое искушение, советуем вспомнить о детской эмпатии. Рано или поздно у ребенка зародится ощущение: наш домашний Бэтмен сам в свое могущество не верит. Со временем сомнение вырастет и окрепнет; и наконец ребенок ясно увидит факты, которые эти подозрения подтвердят. Думаете, он пожалеет родителя, который всех запутал, да и сам запутался? Вряд ли. Есть вероятность, что ребенка ожесточат завышенные требования и страшный прессинг, который он испытал по милости псевдо-Бэтмена.
  Чтобы не попасться в капкан родственного конфликта, примите соответствующие меры: научитесь доверять своему ребенку и позвольте ему доверять вам. Перестаньте бояться. Родитель, убежденный: малыш станет меня презирать, когда узнает про мои слабости и ошибки, от страха становится жестоким и... слабым. Потому что приобретет психологическую зависимость от чужого мнения. Глядишь, без ежедневной дозы похвал и восхищения у него начнется ломка. И наоборот, снисходительный, человечный родитель свободнее и мудрее. А главное, он сможет подарить ребенку пару бесценных истин: во-первых, чего-то не уметь или не мочь отнюдь не зазорно; а во-вторых, старшие нуждаются в помощи младших, то есть у младших есть собственная сила и значимость.
  С возрастом ребенок не испугается пробовать незнакомые методы и дебютировать в новом качестве. И не будет стесняться вас, своих родных и близких. Он сохранит способность проявлять инициативу и делать первые шаги (в любой сфере). Учтите, в современном мире креативное мышление очень ценится. Кстати, у этого свойства и другая сторона имеется - не менее положительная: не боясь осуждения, отвержения, насмешек, человек легче переживает стресс, не терзается подавленными желаниями и бесплодными сожалениями.
  Каждый из нас проходит через негативный опыт - через ошибки, стыд, разочарования. Другого пути взросления не бывает.
  В ваших силах сделать этот процесс для вашего ребенка не столько болезненным, сколько увлекательным. Главное - справиться с чувством раздражения и беспомощности, возникающим у родителей гораздо чаще, чем хотелось бы.
  Чтобы умерить эти чувства, помните: чаще всего ребенок ведет себя скверно, когда ему плохо. К тому же его подсознание формирует ошибочную закономерность: мне плохо, значит, я - плохой. Редко кто из взрослых сознает эту проблему (хотя бы потому, что у многих взрослых та же проблема, только накрепко спрятанная в подсознании).
  Помните, ребенок по-прежнему живет в атмосфере, которую создаете вы. Почти как во время беременности. Только сейчас он ощущает то же, что и вы, не из-за общего обмена веществ - теперь это обмен настроений. А также обмен психологическими установками.
  Родительское состояние четко влияет на взаимоотношения развивающейся личности с окружающей действительностью.
  Именно сейчас ребенок формирует свою собственную систему адаптации к реальному миру. А откуда берется информация, необходимая для таких построений? Только из общения с близкими и значимыми людьми. А это, как вы понимаете, в первую очередь мама с папой, потом бабушка с дедушкой, старшие братья и сестры, да прочая родня, всякие там кузены-кузины, дяди-тети. И, если малыш ходит в детский сад, то еще и воспитатели. Вот главные инструкторы по подготовке ребенка к самостоятельной жизни.
  Теперь предположим: инструкторы чего-то не знают или не договаривают. Бывает, что подопечный сам добывает нужную информацию, хотя и слишком поздно. Но до тех пор, как он вырастет и научится самостоятельно пополнять файлы и совершенствовать программу, ребенок приспосабливается к миру, используя доступные ему знания и навыки - все, что было получено в ходе общения с инструктором. И далеко не всегда процесс адаптации маленького человека к большому мирозданию идет успешно. Ребенок еще не ориентируется в мироздании. И ему очень нужна ваша помощь, уважаемые домашние боги. Не зря же французский поэт и публицист Альфонс де Ламартин сказал, что "бог - всего лишь слово, придуманное, чтобы объяснить мир". Одна поправка: не столько слово, сколько образ.
  Между тем образ родителя, сложившийся в сознании ребенка, здорово отличается от самоощущения прообраза - то есть самого родителя. Какими бы всемогущими и всеведущими ни выглядели домашние божества, они все-таки не идеальны. Они бывают несправедливы и жестоки, равнодушны и угрюмы, мстительны и подозрительны. Впрочем, боги из мифов - такие же. Вечно у них разногласия, интриги, проблемы, сделки с совестью и взаимные претензии. Чем мы, земные люди, от них отличаемся?
  Наверное, жадностью, или, пардон, требовательностью, с которой обращаемся к себе и окружающим. Мы слишком многого хотим. И чем меньше имеем, тем больше хотим. Древнегреческий писатель Лукиан из Самосаты писал: "Количеством нужд дети превосходят взрослых, женщины - мужчин, больные - здоровых. Только боги ни в чем не нуждаются". Интересно, согласны ли с древним греком Лукианом современые психологи?
  Психолог Абрахам Маслоу сформулировал иерархию человеческих потребностей, расположив их в порядке первоочередности удовлетворения:
  1) физиологические потребности - еда, вода, сон и т.п.;
  2) потребность в безопасности - стабильность существования, порядок;
  3) потребность в любви и принадлежности - семья, дружба;
  4) потребность в уважении - самоуважение, признание;
  5) потребность в самореализации (которую специалисты называют самоактуализацией) - развитие способностей.
  Родители, удовлетворяя физиологические потребности ребенка, могут напрочь забыть обо всех остальных категориях. Больше того - они могут искренне верить в то, что все эти высшие потребности формировать должен не ребенок! А кто? Да все они же, родители. Идеальный вариант: послушное чадо идет по жизни, пользуясь подробной картой, нарисованной мамой и папой. А хор на заднем плане на мотив "К нам приехал наш любимый" исполняет поучительную ораторию "На твоем бы я бы месте". Спрашивается: как тогда быть с психотипом? И даже с несколькими психотипами - маминым, папиным и сыновним/дочерним?
  Да, в трех-четырехлетнем возрасте личность только начинает формироваться, но начальные признаки психотипа уже проявляются. Просто родители не всегда знают об этих качествах своего ребенка. Им кажется, что он похож на маму или на папу, на дедушку или на бабушку, а то и на какого-нибудь дядю-инфантила, не удосужившегося повзрослеть к пенсионному возрасту. И они автоматически дорисовывают малышу черты, которых тому для полноты образа не хватает. А ведь он уже, как говорил дядя Федор почтальону Печкину, "сам по себе мальчик, свой собственный". Ну, или девочка, соответственно. И характер его/ее не копирует знакомые образцы, а разве что напоминает их. И то не всегда. Поэтому родителям стоит приложить усилие и разобраться в том, каков их ребенок.
  Например, если у ребенка имеется отчетливое стремление находиться в центре внимания, значит, у него уже сложилось убеждение: ты в безопасности и в шоколаде лишь тогда, когда все тобой занимаются. Это основа для самого распространенного типа личности - Шалтая-Болтая, истероида. Представителю истероидного типа достаточно получить подтверждение своей теории (например, понаблюдать, как семья заботится о больном домочадце) - и он на всю жизнь усвоит принцип "Всегда и у всех требуй внимания!" И будет сигналить: эй, посмотрите-ка на меня! Все, все быстренько посмотрели на меня!
  Истероиды нередко симулируют болезнь, чтобы добиться желаемого. Это психологическая игра, которая называется "Деревянная нога" и "Убогий": во всех своих неудачах игрок винит какой-нибудь дефект. Подобная тактика избавляет от груза ответственности. И заодно от необходимости решать свои проблемы. А чего их решать? Все равно у меня, убогого обладателя деревянной ноги, вряд ли что получится! Не самый конструктивный подход, вы не думаете? Но как этого избежать?
  Главное, не пытайтесь направлять ребенка, проявляющего истероидные черты, в другое "психологическое русло". Психотип, как мы уже говорили, сам по себе ни плох, ни хорош. Необходимо избегать разрушительных психологических игр и сценариев - вот и все. А в данном конкретном случае лучше всего... оставить болящего один на один с моноспектаклем "Злые вы, недобрые". Не реагировать на сцены, которые он будет закатывать. Но и не лишать внимания и заботы. Конечно, придется быть очень проницательным, чтобы понять, когда ребенку действительно больно и страшно, а когда он просто заставляет окружающих решать за него его проблемы.
  Притом, что дети и сами не всегда понимают разницу между "театрализованным" и реальным дискомфортом.
  А бывает, ребенок совсем не истероид, хотя регулярно играет в "Деревянную ногу". Просто не уверен в себе и сомневается в своей значимости. Он даже готов заболеть по-настоящему, лишь бы убедиться в том, что его роль в семейной жизни - одна из главных. А в других случаях "игра в болелки" затевается исключительно из-за конкуренции между братьями/сестрами. Такая конкуренция - чрезвычайно мощное чувство. Настоящие психологические бои без правил.
  Родители не всегда просекают, что в детской кипят шекспировские страсти. К сожалению, чаще всего взрослые видят только последствия этих "домашних постановок". И то лет через двадцать-тридцать после, гм, премьеры. На этой стадии спектакль играется на автопилоте, роли намертво расписаны за исполнителями и отступлений от сценария добиться очень сложно. Кстати, слово "сценарий" взято не из театральной жизни, а опять-таки из теории общения Эрика Берна. Речь здесь опять о психологической игре длиною в жизнь. Если у бабушки, мамы и внучки обстоятельства в жизни складываются почти одинаково: например, чередой следуют неудачные браки и конфликты с собственными детьми - это уже сценарий.
  Чтобы с вашим ребенком ничего такого не случилось, надо всячески поощрять мыслить ребенка независимо, самостоятельно принимать решения, проявлять инициативу. Даже в ежедневных мелочах. Можно посоветоваться с малышом, что бы он хотел на завтрак (кашу, творог, омлет, чай, какао), какая одежда ему нравится и т.д. Кстати, если с первого раза у вас не получится - ребенок растеряется и не сможет сделать выбор - помогите ему, но рук не опускайте. Повторите попытку в следующий раз, потом еще и еще.
  Не отгораживайтесь от малыша, планомерно и систематически решая все за него, потому что он еще маленький. Он может таким и остаться - до седых волос.
  Что же касается свода правил, то он таков:
   занимаясь воспитанием ребенка, старайтесь развивать его личность, а не шлифовать его манеры;
   ребенок не должен копировать ваши жизненные установки, свою систему ценностей он должен создавать самостоятельно;
   не назначайте послушанию завышенную цену в иерархии достоинств вашего ребенка; помните: послушные дети хуже приспособлены к действительности;
   ищите общий язык с ребенком, понаблюдайте за ним, постарайтесь понять, как он усваивает информацию, стройте свое общение с ним, исходя из особенностей его натуры;
   бесконфликтного воспитания не бывает, не провоцируйте конфликты, но и не старайтесь избегнуть их любой ценой;
   не стремитесь исполнять все желания вашего ребенка, он должен понимать, что ему не все позволено, и должен сам учиться отказывать, разумные запреты и отказы позволяют ребенку лучше очертить границы своего "я";
   отказывайте ребенку ответственно - так, чтобы сориентировать, а не чтобы отвязаться;
   не избегайте негативного опыта, не бойтесь его, негативный опыт - часть взросления вашего ребенка;
   разумно поощряйте детскую инициативу, в трехлетнем возрасте у ребенка формируется навык проявления инициативы; если эти проявления регулярно подавлять - ребенок сформируется вялым, инертным;
   не будьте самонадеянны - ваше влияние на ребенка предполагает огромную ответственность;
   не бойтесь признать свою ошибку и даже повиниться в ней перед ребенком, не ставьте знак равенства между признанием своих ошибок и утратой родительского авторитета;
   честные, доверительные отношения с родителями позволяют ребенку лучше ориентироваться в окружающем мире и служат его социализации;
   ребенок, которого не обманывают родители, растет не глупым и наивным, а уверенным в себе.
  
  Правило седьмое. Наказание должно быть адекватным
  А что было бы, если бы меня тоже стали наказывать за все разом? Что бы тогда было в конце года? Сидеть бы мне в тюрьме, не иначе! А если б меня оставляли без обеда за каждый проступок? Тогда бы в один прекрасный день я осталась бы сразу без ста обедов!
  Искусство требовать жертв
  И напоследок, уважаемый читатель, обратим ваше внимание на самую неприятную из родительских обязанностей - на наказание. Каждый родитель знает, что мягко (или твердо) предостерегать детей от нежелательных действий недостаточно. Есть еще и такая неприятная вещь, как реакция на уже совершенные нежелательные действия. Притом, что на иные выходки не знаешь, как и реагировать. Да к тому же у психологов на сей счет имеются самые противоречивые мнения: от "что бы ребенок ни натворил, погрозите ему пальцем и сделайте плаксивое лицо - и тогда он немедленно раскается" до "характер можно закалить только в горниле - и роль горнила обязана играть семья". Да уж, "травить детей - это жестоко. Но ведь что-нибудь надо же с ними делать!", как сказал Даниил Хармс. Только что?
  Начнем с вопроса: каково основное достоинство наказания? На первый взгляд, сам вопрос кажется нелепым. Ну какие могут быть достоинства у наказания? Разве что дает родителям шанс расслабиться... хоть ненадолго. Вот вам типичная родительская ошибка. Воспринимая наказание как способ добыть для себя толику расслабухи, родитель поневоле включается в порочный психологический цикл: я устаю, я плохо себя чувствую, мне нужен отдых - значит, надо наказать детей, чтобы вели себя тихо и дали бы мне отдохнуть. Элемента вины в этой логической цепочке просто нет. Получается, что детей станут наказывать не оттого, что они провинились, а оттого, что родителям нужна передышка, толика покоя, не предусмотренная их напряженным графиком. Так ребенку недолго придти к выводу: я виноват уже тем, что существую, за это меня и наказывают. А результат подобной мысли - глубокий душевный дискомфорт.
  Дети, переживающие психологический дискомфорт, растят в себе чувство никчемности, униженности, несовершенства и некомпетентности. И тратят большое количество времени и энергии, защищаясь, или принимают свою дефектность, после чего навеки оставляют надежду быть любимыми и достойными любви.
  Как этого избежать? Как воспитывать, не прибегая к средствам психического поражения? Неужели все-таки придется освоить науку всепрощения? Ни в коем случае! Это не наука. Это лженаука. Наука гораздо, гораздо сложнее.
  Итак, есть ли у наказания достоинства? Конечно. И первое - это целенаправленность: ребенок должен понять, что именно он сделал не так и - главное - что он может исправить. Сам.
  Поскольку у него как у личности имеются и права, и обязанности, и ответственность - вполне конкретные. Таким образом, малыш убедится не в том, что родственные взаимоотношения строятся на обоюдной агрессии, а в том, что в семье у него есть своя "ниша".
  Для ребенка очень важно осознать свое место в семье и свою роль в жизни близких. Это, разумеется, задача не разовая. Вообще внедрение позитивных установок в детскую психику - не самая легкая задача. Слишком уж многим приходится жертвовать, особенно если вы - Черная Королева или Алиса. Этим психологическим типам свойственна демонстрация чувств в форме скандала. Им кажется, что близкие люди должны любить друг друга, как душу, и лупить, как грушу. Именно эту "методу" они охотно передают своим потомкам. Кстати, авантюрная натура охотно примет агрессивную тактику и в будущем постарается усвоить роль нападающего. Чувствительный ребенок, наоборот, превратится в жертву. Мы уже рассказывали, как формируется спираль стыда - ее генерационный цикл, виток за витком. Здесь перед вами генерационный цикл агрессии.
  Чтобы не попасть в психологический торнадо бесконечных нападок, необходимо создать новые критерии для семейной системы наказаний. В первую очередь, поставить перед этой системой цель - не запугать ребенка, не обездвижить и не обеззвучить, а научить ответственности. А во-вторых, надо сделать так, чтобы эта ответственность была ребенку по силам.
  Да, нелегко понять, какую дозу ответственности способен перенести данный конкретный ребенок. Особенно если привыкаешь сваливать на детей все, что взрослым кажется тяжким бременем. Например, усвоение разных полезных навыков: навыков элементарной гигиены, анализа информации, межличностного общения, индивидуальной самодостаточности, умения контролировать негативные эмоции... Нехилые задачки, а? Все это родители, слишком перегруженные работой, или семейными неурядицами, или финансовыми проблемами, или высокими помыслами, небрежным жестом скидывают на плечи малолетних отпрысков. Как шубу на руки лакею. Ты тут делай, что было велено, а я пошел. По своим делам, которые куда важнее твоих. Потому что я сам куда важнее тебя, и мой мир важнее твоего, и мои проблемы важнее твоих, и мои стремления важнее, и... Да мало ли, как мы, взрослые, перья распускаем!
  В общем, попытаемся вывести и использовать формулу, состоящую из соотношения трех основных величин: родительского легкомыслия, детской обязательности и сложности накопившихся проблем.
  Если сложность проблемы увеличилась, ответственность, возложенная на ребенка, не должна зашкаливать.
  Лучше, чтобы она находилась на средней отметке. И, чтобы это правило соблюдалось, родительское легкомыслие необходимо удерживать на низкой отметке. Не на нулевой, но на низкой. И все-таки: как определить допустимую дозу ответственности, подходящую для конкретного ребенка?
  Чем в больше ваш ребенок относится к чувствительной или обязательной натуре, тем меньше следует его грузить. Иначе он сломается. Умника грузить вообще бесполезно, ему следует все объяснять - он любит логические ходы и рациональные суждения. Зато авантюрного ребенка не просто можно - нужно ставить лицом к лицу с ответственностью. Но не в форме заявлений "ты плохой, тебя невозможно любить", а в форме поведенческих требований. "Ты не должен так делать, потому что" - в принципе все то же, что и с умником, но в более твердом тоне.
  Можете также сообщить о своих негативных ощущениях, вызванных проступком ребенка. Подобные фразы лучше всего начинать с местоимения "я"/"мне": "Я расстроена", "Я не понимаю", "Мне неприятно" и т.п. Так вы дадите ребенку понять, какова ваша реакция и ваша роль в этой ситуации. Объясните и его роль (если, конечно, удалось узнать подробности) - но не делайте "судьбоносных" выводов: ты злой, непослушный, невыносимый, неисправимый, ты меня в гроб вгонишь.
  Дело в том, что обещание чрезмерной кары за проступок мешает ребенку (и взрослому тоже) сформировать основание для внутреннего отказа от запрещенных действий.
  Вот почему для родителей очень важно не переусердствовать в запретительской деятельности: объясняя ребенку, к чему приведут его поступки, не создавать сценариев в жанре фильмов-катастроф. Между прочим, эта стратегия как средство от сильного желания не работает. Более того, слишком сильный запрет подогревает интерес, это еще в Библии подмечено.
  В качестве научного подтверждения приведем эксперимент, проведенный в детском саду Гарвардского университета социальными психологами. Э. Аронсон и Дж. Меррил Карлсмит попросили детей выбрать из кучи игрушек несколько особо привлекательных. Затем взяли одну из выбранных и запретили с ней играть. Половину детей предупредили, что нарушение запрета повлечет умеренное наказание: "Я рассержусь", а другой половине пообещали форменный Армагеддон: "Я очень сильно рассержусь и заберу все игрушки, уйду домой и никогда больше не вернусь; я буду думать, что ты маленький неслух". Затем экспериментаторы покинули комнату, напомнив, что никто не должен трогать недозволенную игрушку.
  Требование дети выполнили. Но при этом первая и вторая группа переживала "отлучение от игрушки" совершенно по-разному. Опрос показал поразительные результаты: дети, которым всего лишь погрозили пальчиком, считали запрещенную игрушку не такой уж интересной. Однако дети, которым угрожали суровыми карами, продолжали хотеть недоступную игрушку всей душой, и даже сильнее, чем до запрета. Практически все люди подсознательно уверены: уровень послушания прямо пропорционален суровости запрета. А это не так. Человеческая психика сложнее механики. И потому работает иначе.
  Дети, которых взрослые стращали полным разрывом отношений, получили множество внешних причин для отказа - очень страшные обещания психологов. Зачем же им искать дополнительные, а главное, самостоятельные обоснования для примерного поведения? Вполне достаточно того, что есть. И в результате внутренняя оценка игрушки осталась прежней, а желание с ней поиграть не уменьшилось ни на йоту. Зато дети из первой группы, которым никто не рисовал мрачных перспектив, сами себя убедили, что игрушка не стоит того, чтобы расстраивать добрых психологов. Не давление со стороны взрослых, а исключительно волевое решение ребенка - вот что обесценило запретную игрушку.
  В итоге угроза чересчур сурового наказания оказалась неэффективным средством, чтобы отучить детей от запрещенного поведения. Да, первое время дети не станут нарушать установленное правило и будут поступать, как было велено. Но сильное желание, если его долго подавлять, либо вырвется наружу, либо, следуя законам психологических механизмов защиты, найдет себе новый объект или поменяет направление. Такие перемены могут сильно повредить личности.
  Не лучше ли воспользоваться угрозой мягкого наказания, если вам надо что-нибудь запретить? Для детей из второй группы игрушка оставалась неинтересной и спустя два месяца (!) после эксперимента. Ведь если ребенок самостоятельно найдет причину, по которой ему не следует делать что-то нежелательное, он откажется от этих действий по собственной воле. А значит, не почувствует рамок, поставленных внешним запретом и не будет мечтать о том, как бы их нарушить - исподтишка, на минуту, в порядке эксперимента, в первый и последний раз, et cetera, et cetera.
  Психологи утверждают: при коррекции агрессивного поведения детей старшего возраста замечена та же закономерность. Дети, которым родители жестко запрещают всякие проявления агрессии, в домашних условиях не буйствуют, но, бывает, сильно безобразничают за пределами отчего дома.
  Нельзя лишить человека потребности в агрессивной разрядке. Хотя можно заставить его скрывать агрессивные проявления - и притом без всякой пользы для него и для его окружения. Агрессия, как естественная и необходимая сторона человеческой натуры, помогает личности подняться наверх в социальной иерархии. Специалист по агрессивным проявлениям Конрад Лоренц писал: "Шьельдерупп-Эббе был первым, кто исследовал явление иерархии на домашних курах и предложил термин "порядок клевания", который до сих пор сохраняется в специальной литературе, особенно английской. Мне всегда бывает как-то забавно, когда говорят о "порядке клевания" у крупных позвоночных, которые вовсе не клюются, а кусаются или бьют рогами". Притом, что "порядок клевания", принятый в среде людей, поощряет пусть не самых агрессивных, но тех, кто умеет добиться своего, кусаясь и бодаясь "по делу".
  Вот почему определенная доза агрессии необходима каждому. И проблема не в агрессивных проявлениях как таковых, а в том, насколько личность умеет ими управлять.
  Значит, ребенку жизненно важно научиться создавать внутренние запреты для себя самого, равно как и достойно переживать запреты внешние, исходящие от других.
  Эту задачу ребенок будет решать еще много лет, а может быть, и всю жизнь. Но основной принцип решения закладывается в очень раннем возрасте. Как вы, вероятно, уже догадались, при непосредственном участии родителей. Старшим тоже нелегко приходится: ведь надо держать себя в руках и не давать воли раздражению и страху, когда бойкое чадо так и норовит попасть в переделку, а вдобавок постоянно канючит, ноет и выцыганивает. Понятно, что время от времени срываются даже самые грамотные и самые снисходительные папы и мамы. Но единичный инцидент - это пустяки. Лишь бы это не были регулярные взрывы неконтролируемой агрессии, которые как-то незаметно станут методом воспитания. Американский писатель Леонард Луис Левинсон сказал, что родитель - это "должность, требующая бесконечного терпения, чтобы ее исполнять, и не требующая никакого терпения, чтобы ее получить".
  Проблема родительского самоконтроля усугубляется тем, что до трехлетнего возраста такие сильные ощущения, как аффекты, у ребенка случаются редко.
   Поэтому детей в возрасте до трех лет легко отвлечь от нежелательного объекта или действия. Достаточно лишь переключить их внимание. Родители привыкают к этой легкости обращения с ребенком - не столько послушным, сколько не умеющим концентрироваться. И вот все меняется. Наступает момент, когда переключения недостаточно. Настало время учить ребенка терпению или, как говорят психологи, "отложенному вознаграждению". Это крайне важный этап развития личности. Формирование этого психологического механизма обязательно нужно проконтролировать. "Самосейкой" он не появится. Притом, что лучшие результаты и в труде, и в личной жизни дает именно способность ждать вознаграждения, а не лезть на рожон ради немедленного удовлетворения своих потребностей.
  Обычно родители стараются сдерживать стремления ребенка, обещая исполнить его требования в будущем, ближайшем или отдаленном. Но одновременно с формированием индивидуальных желаний у ребенка возникает яркая потребность в их осуществлении сию минуту, без отсрочек и отговорок. Как же быть? Тянуть время, испытывая детское терпение, или дать ему все и немедленно, раз уж "настал момент тако-ой", как в сказке про Али-бабу и сорок разбойников. Ну, сорок-не сорок, а один-то разбойник в каждой семье найдется...
  Ваш маленький Джек Воробей
  Притом, что дети - очень разные существа, в разбойника периодически превращается каждый. Психолог Д. Б. Эльконин считал, что это побочный эффект взросления, то есть возникновения у ребенка обобщенных желаний и стремлений действовать самому, "как взрослые люди". Значит, период взросления и побочных эффектов взросления надо пережить и переждать. А заодно открыть в своем чаде такие бездны непослушания, о которых родители раньше не подозревали. Но самый важный аспект упомянутого открытия - принцип "Взрослый! Не дай себя вовлечь в детские игры!"
  Дети умело втягивают родных и близких в выяснение отношений, в скандал, в агрессивную разрядку - словом, во все, что занимает ум и чувства ребенка на кризисном этапе. В раннем детстве четко демонстративное или, пользуясь специальной терминологией, истероидное поведение - самый надежный способ защиты. Ребенок, начиная с момента рождения, привлекает к себе всеобщее внимание, когда ему плохо. Его цель - чтобы взрослые пришли, исправили ситуацию и улучшили обстановку.
   Взаимосвязь "демонстрация-внимание-комфорт" настолько прочна, что наедине с собой ребенок оказывается совсем другим человеком, более спокойным и терпеливым: зачем закатывать истерику, когда никто не смотрит?
   Этой особенностью пользуются опытные родители, "закрываясь" от очередной попытки устроить сцену: достаточно удалить зрителей (отправить, например, юного истероида в детскую), как через некоторое время рыдания стихают. Да, еще некоторое время ребенок будет выказывать обиду или гнев, хлопать дверьми, молчать и дуться, но рано или поздно он примется искательно заглядывать родителю в глаза и искать примирения. Здесь важно не сорваться раньше времени в утешения или, наоборот, в выяснение отношений - иначе скандал начнется по-новой.
  Но установить степень важности первоначального пребывания "в СИЗО" и последующего разговора по душам можно, только если знаешь, к какому типу принадлежит наказанный малолетний Джек Воробей, он же капитан Флинт. Дело в том, что различные психологические категории по-разному оценивают и ограничение свободы передвижения, и доверительную беседу с родными. Для авантюрного ребенка необходимость посидеть тихо - само по себе серьезное испытание. В то время, как умника перспектива уединения вряд ли испугает. Чувствительную натуру больше расстроит тот факт, что он обидел маму, папу, бабушку, кошку, канарейку... А обязательный непременно постарается разобраться: так ли уж он их всех обидел, сколько времени придется отсидеть и нельзя ли подать апелляцию. Но ни одному ребенку не пойдет на пользу родительская месть.
  Сколь ни печально, такое поведение тоже не редкость.
  Родители, которые легко опускаются до одного уровня с ребенком, неизбежно начинают воевать с собственным отпрыском на равных.
  Их методы сильно напоминают "взаимозачет пакостей", к которому охотно прибегают подростки: один другого толкнул в темную подсобку со швабрами и запер дверь; тот с великим трудом освободился и навешал обидчику по первое число; обидчик измыслил план страшной мести и немедленно привел в исполнение; пострадавший в долгу не остался - и далее в том же духе. Освежающее занятие для юношеского ума. Храня приятные воспоминания о подростковых войнах, родители бессознательно воспроизводят тогдашнюю стратегию: запирают детей в темных чуланах, прибегают к порке и другим болезненным методам усмирения...
  В результате ребенок, как ни парадоксально, не чувствует себя наказанным. Он чувствует себя проигравшим, а это большая разница. Если очередная родственная баталия закончилась поражением, надо лишь дождаться удобного случая и устроить новую "битву титанов" - победа улыбается упорным! Вот ребенок и ищет случая, чтобы осуществить свою маленькую вендетту. Родитель, разумеется, реагирует новыми репрессиями - и так до тех пор, пока война не прекратится по не зависящим от родственников причинам. Например, пока ребенок не подрастет настолько, чтобы удрать из отчего дома в самостоятельную жизнь. Или пока из-за выходок дитяти усталого родителя не хватит кондратий. Будем считать, что это стихи, посвященные тяжкой родительской доле. Но вернемся к позитивным методам улаживания конфликтов.
  Ни в коем случае не стоит погружаться в состояние "Я мстю и мстя моя страшна". Оно превратит вас из родителя в еще одного ребенка, да к тому же неумного и презлющего. Любому из нас доводилось сталкиваться с ситуацией, когда двое трехлетних грубят друг другу на равных, нещадно воюя за свою хрупкую "самость" и бессовестно шантажируя остальных членов семьи. Причем один из оппонентов - ребенок, а второй - его родитель. И ни один, ни другой не желают уступить ни в чем - ни в большом, ни в малом. Да, приходится признать: в инфантилизме родителей, а не в упрямстве детей и заложена причина непримиримых конфликтов.
  А что он, собственно, такое, этот инфантилизм? - спросит нас читатель (или мы сами себя спросим от его имени). Энциклопедический словарь "Психология развития" предлагает такое определение: "Инфантилизм личностный - сохранение в психике и поведении взрослого особенностей, присущих детскому возрасту. Индивид, которому свойственен инфантилизм личностный (инфантил), при нормальном или даже ускоренном физическом и умственном развитии отличается незрелостью эмоционально-волевой сферы. Это выражается в несамостоятельности решений и действий, чувстве незащищенности, в пониженной критичности по отношению к себе, повышенной требовательности к заботе других о себе, в разнообразных компенсаторных реакциях (фантазирование, замещающее реальные поступки, эгоцентризм и др.)".
  Словом, подавим компенсаторные реакции и поглядим в лицо реальности. Если вы уже уяснили, к какому типу принадлежит ваш ребенок, то и соотношение между ограничением свободы передвижений (в виде сидения в детской) и исправительной душеполезной беседой (в спокойном тоне и без попыток родственного шантажа типа "Мама умрет, если ты еще раз...") должно соответствовать характеру провинившегося. Малолетний авантюрист (особенно если он к тому же кинестетик), лишенный возможности побузить, помается-помается в своей комнате, да и поймет: так не надо, не надо так! Проступки вроде этого могут навлечь неприятности. Хотя поговорить о том, что именно он сделал и почему расстроил родителей, все-таки следует. А вот для остальных типов разговор - ключевой момент воспитательной работы. И чувствительный, и обязательный, и разумный типы - каждый по-своему - нуждаются в объяснении своих действий. Чувствительный - для эмоциональной разрядки, обязательный - для определения своих "полномочий", умник - для получения новой информации. С этих позиций и следует подходить к разговору.
  Говоря с авантюрным ребенком, упирайте на перечисление и уточнение действий, которые могут вызвать неудовольствие родных: бегать по коридору, визжать, как бензопила, мучить домашних любимцев (в частности, бабушку), ломать мебель и все в этом роде - нельзя, нельзя и нельзя! Упорство в голосе, твердость в жестах и четкость в инструкциях. С чувствительным акцентируйте внимание на неприятных ощущениях, доставленных вам и всей семье в целом: мы измучены, оглушены, опечалены и истерзаны, потому что ты не должен был так поступать. Увещевательность и доброжелательность. Обязательные дети будут понятливей, если им разъяснить: ты - хороший, умный, понятливый, подобные выходки - не для тебя. Не твой стиль. А умник поймет вас и без особой риторики. С ним даже можно иронизировать над ситуацией и над поведением провинившегося - но, конечно, не над личностью самого ребенка. И непременно учтите, что визуалы легче воспринимают жестикуляцию, аудиалы - интонацию, а кинестетики - прикосновения родителей.
  Но, повторяем, для ребенка любого типа основным защитным приемом по-прежнему остаются истероидные проявления. Поэтому старайтесь не подстегивать этот "младенческий анахронизм" в подсознании своего чада.
   Многие дети впадают в дурашливость, в клоунаду, в глумливо-назойливое поведение именно потому, что это верный способ оставаться на виду у всех. Пусть в негативном свете, пусть под градом насмешек, пусть с ущербом для собственного достоинства - главное, тебя заметили! К тому же дети, испытывающие дефицит внимания со стороны близких, намеренно "вызывают огонь на себя". Иначе они как бы не существуют, потому что никто ими не занимается, а то и вообще не замечает. От подобных ощущений у ребенка повышается тревожность, его охватывает желание немедленно выкинуть что-нибудь эдакое, чтобы изменить свое тягостное состояние. Тревожность выливается в агрессию - и готово! Очередная проделка, очередное взыскание, очередная порция вожделенного внимания со стороны окружающих.
  Не вынуждайте ребенка добывать внимание с помощью эксцентричных выходок.
  Если вас удручает высокая потребность ребенка в общении, то постарайтесь утешиться тем, что все это временно. С годами потребность пребывания в центре внимания уменьшится, а доза истероидности существенно понизится. Хотя и не у всех. Для тех, кто вырастет Шалтаем-Болтаем, по-прежнему важно чужое мнение об их особе, а самодемонстрация - излюбленная форма поведения. Это, скорее всего, инфантильные проявления личности. И, надо признать, довольно распространенные. Иными словами, инфантилизм есть последствие кризиса раннего детства, не пережитого в свое время. Этот кризис должен был заложить фундамент для самостоятельной личности - должен был, но не заложил. По тем или иным причинам, выяснить которые может только курс психоанализа. Но, как правило, такой причиной становятся события раннего детства - конфликтные ситуации, в которых участвует ближайшее окружение ребенка. Участвует, но неграмотно.
  Кроме истероидных черт, в характере могут "застрять" и черты других детских типов. Например, свойства обязательного ребенка - в частности, его трудности самостоятельного выбора. Часто мышление и поведение инфантила еще непластично, малоподвижно. Вот почему он трепетно относится к своим решениям и не желает их менять, несмотря на смену обстоятельств, условий, правил приличия, законов моды и законов вообще. Он цепляется за некогда знакомые методы и приемы, не замечая, что они давно не срабатывают.
  Получается, то, что некоторые выдают за твердость характера, на самом деле не что иное как инфантилизм. Зрелый человек не забивается в угол, не прячется за ширму, кое-как составленную из обветшавших слоганов, и не прикрывается красивыми фразами типа "Я своих решений не меняю!" Стоять на своем вне зависимости от обстоятельств - признак неразвитости. Поэтому, уважаемый родитель, если до сих пор вам казалось, что эта самая твердость - единственный вариант родительского поведения, расслабьтесь. Адекватный родитель - не Медный всадник, ему не требуется стоять на своем, не сходя с места ни в град, ни в зной, ни в паводок. Даже если у вас натура Чеширского Кота, всезнайки-эпилептоида, не будьте слишком самонадеянны. И пожалуйста, взрослейте поскорей. Вы нужны своему ребенку не в качестве второго ребенка в семье, зануды и упрямца, а в качестве старшего наставника и союзника.
  Причем главная ваша задача (как наставника) - не давить на ребенка, добиваясь, чтобы он вел себя словно никакого кризиса трех лет знать не знает. Даже если проблемы его развития доставляют вам немало беспокойства. Это немыслимая жертва со стороны ребенка. И в конечном итоге она все равно выйдет боком - и вам, и ему.
  Хотя взрослые почти всегда пытаются добиться безоговорочного послушания от своего неуклонно взрослеющего отпрыска. Почему? Да потому, что напуганы. Если родители оценивают поведение малыша с позиций инфантильного восприятия (все раз и навсегда определено, мир неизменен, я безупречен, меня должны слушаться беспрекословно, бу-бу-бу), то поневоле впадают в распространенное заблуждение: что-то с моим ребенком не так. Он распустился. На него дурно влияет его окружение (бабушка с дедушкой? коллеги по песочнице? любимая собака?), вот он и хулиганит. Уже страшно. А что будет дальше?
  Родители-инфантилы пестуют инфантилизм и в себе, и в своем ребенке, не представляя, на какие кульбиты способно детское подсознание, испуганное образом большого и равнодушного мира. Когда ребенок начинает прятаться от действительности, уходить в себя - например, создавать свой собственный мир из сказок, мультиков, фантазий, - их не терзают дурные предчувствия. Зато их возмущают "глупости", которые ребенок явно предпочитает такой полезной обучающе-развивающей деятельности. Впрочем, даже специалист вряд ли сразу скажет, полезная она или не очень. Ведь есть еще интеллектуализм, о котором мы уже писали. Родителям свойственно принимать это состояние детской психики за ускоренное развитие, а между тем интеллектуализм усиливает рациональное начало за счет подавления других жизненно важных сфер.
  Трудно в это поверить, но нельзя стать гармоничной личностью, оперируя одним лишь богатым словарным запасом. За словами должны стоять мысли и чувства.
  Но, к сожалению, многие родители втайне боятся, что их ребенок не понравится злоязыким тетенькам, давно и увлеченно играющим в психологические игры типа "Суд" и "Знатоки". Сами понимаете, для этих игроков важнее отыскать недостатки, недели увидеть достоинства. И чем больше у объекта обсуждения сильных сторон, тем азартнее они вынюхивают скрытые слабости. Давление со стороны таких вот "ищеек" ломает не уверенных в себе родителей и те начинают сомневаться в собственной компетентности, вопросы себе задают неприятные: а не слишком ли я снисходительна/снисходителен, может, мое детище должно больше заниматься и меньше балбесничать? Глядишь, и дурь пройдет! А "дурь" - не что иное, как попытка ребенка спрятаться от мира, который слишком много от него требует. И если увеличить нагрузку на детскую психику, точно не пройдет.
  Бывает, родителям элементарно некогда. У них нет времени, чтобы разобраться, какая нагрузка ребенку в тягость, а какая - в радость. Они выбирают ребенку занятие, ориентируясь наобум: где-то рядом с домом расположена изостудия - можно нашего малютку туда пристроить, а у музыкальной школы расписание удобное - купим нашей детке скрипочку, пусть потреплет нервы соседям, есть еще тетина невестка, жена ее старшего сына от среднего брака, преподающая художественную гимнастику...
  Мы не первый раз обращаем внимание читателя на дефицит времени и терпения у родителей - именно потому, что это одна из тех неприметных, но могущественных сил, которые так изумляют нас в дикой природе. Благодаря этим силам случаются катастрофы и настают тяжелые времена. В мировом или семейном масштабе - это уж как получится. Хотя на первый взгляд все поначалу выглядело мирно и безобидно.
  Смотрите, как такое происходит в природе. Трудно поверить, что причиной экологической катастрофы является какая-то неграмотно прорытая канава или бесцеремонно прорубленная просека, а сотни (или даже тысячи) видов животных и растений исчезают с лица земли из-за слегка потеплевших (или похолодевших) морских течений. Кажется, что для подобных ужасов непременно нужны эффектные причины: крушение целой флотилии нефтяных танкеров, падение гигантского метеорита, применение биологического оружия, козни марсиан или экстремистов. И почти невозможно поверить, что отчуждение или даже открытая враждебность со стороны ребенка - реакция на банальный дефицит времени у работающих предков. Вот почему, в сотый раз произнося свое сакраментальное: "Не приставай к папе/маме! Мне некогда!", родитель уверяет себя, что в памяти ребенка не останется никаких следов от этих "некогда".
  Тем не менее взаимоотношения детей и родителей в большинстве случаев разрушает не патологическая жестокость, не фамильные пороки и не страшные семейные тайны, как изображается в нескончаемых сериалах.
  Раздражительность, легкомыслие и торопливость - вот основные "подрывники" семейной и индивидуальной гармонии. Чтобы потерять связь с детьми, не нужно быть безумным домашним тираном из тех, кто в викторианских романах дюжинами выгонял на мороз беременных дочерей и непокорных сыновей, после чего лишал законного наследства и своего расположения остальных, включая верного камердинера и любимую собаку. Чтобы войти в состояние холодной или горячей войны со своими детьми, напрягаться вообще не нужно. Достаточно не обращать на ребенка внимания - разрешать ему все подряд или, наоборот, запрещать все подряд.
  Здесь ключевые слова - "все подряд", то есть без разбора, без внимания и понимания. И не по злому умыслу, а по равнодушию.
  Мусье или Савельич?
  Мы понимаем: у читателя не может не возникнуть возражений, больше похожих на оправдания: я, конечно, не всегда уделяю детям все свое внимание, но, в конце концов, у меня ведь еще и работа, и друзья, и личные интересы, и... Верно, верно. Мы и не советуем с рождением ребенка превращаться в игровую приставку или в персонаж из Диснейленда. Мы просто напоминаем: с появлением детей всегда приходится от чего-то отказываться. И многое приходится делать самому. К сожалению (а может, и к счастью) полноценного "заменителя родителя" не существует.
  Да, конечно, бабушки-дедушки, а также няни - это альтернатива маме с папой. Но всего лишь временная. Да, в старину состоятельная семья попросту перекладывала основной груз воспитательной работы на нянь и гувернеров. И они ребенка... скорее дрессировали, чем воспитывали. Как в "Капитанской дочке": "С пятилетнего возраста отдан я был на руки стремянному Савельичу, за трезвое поведение пожалованному мне в дядьки. Под его надзором на двенадцатом году выучился я русской грамоте и мог очень здраво судить о свойствах борзого кобеля. В это время батюшка нанял для меня француза, мосье Бопре, которого выписали из Москвы вместе с годовым запасом вина и прованского масла. Приезд его сильно не понравился Савельичу. "Слава богу, - ворчал он про себя, - кажется, дитя умыт, причесан, накормлен. Куда как нужно тратить лишние деньги и нанимать мусье, как будто и своих людей не стало!"
  Но даже ограничившись навыками гигиены, азами хороших манер и знанием иностранных языков - прямо как в "Табачном капитане", "вокабуле французской, шести молитвам и политесу", юный дворянин вполне мог считаться гармонично развитой личностью. Потому что ему не требовалось осваивать самую трудную грамоту наших дней.
  XIX да и большая часть XX века - эпоха навыков, полезных для жестко определенных ситуаций. Мобильность поведения и мышления в традиционном обществе не требовалась. В большинстве случаев с первых мгновений становилось понятно, каким должен быть выбор, достойный дворянина (купца, крестьянина и пр.). Практически все рекомендации для отдельной личности содержались в кодексе поведения ее сословия. Только единичные индивидуалисты, люди неординарные и изворотливые, знали, когда можно - а главное, нужно - сделать недостойный выбор. Сделать, а потом оправдать его в глазах людей не столь умных и изворотливых. Так в историю входили авантюристы, преступники, политики и другие замечательные люди. То есть люди, замеченные историей.
  Зато в современном обществе, которое в социологии называется индустриальным, ситуация противоположная. Готовых правил и рекомендаций, чтоб жизнь прожить как мутовку облизать, вам никто не даст. Мы уже не можем вслепую руководствоваться "понятиями" (речь не о кодексе чести воров в законе, а о кодексе чести как таковом). Да вдобавок жизнь каждые несколько лет меняется до неузнаваемости. Вот почему недоброй памяти изворотливость (она же мобильность, она же пластичность) требуется всем - и тем, кто умен, и тем, кто не очень. Только так мы, обитатели изменчивого мира, можем понять, что происходит, а потом сделать свой выбор.
  Значит, ребенок должен усвоить самую главную науку - науку делать свой выбор. И далеко не всегда основы этой премудрости ему преподают родители. Они и сами нередко страдают от приступов паники и беспомощности. Ведь таким переменчивым окружающий мир стал... недавно. Лет двадцать назад. Приличный срок для отдельного человека и совсем незначительный - для целого общества. Уже успели умереть, но не успели сгнить и разложиться устаревшие нормы и стереотипы, на которые нация ориентировалась десятилетиями. Еще не успели умереть, хотя вполне прогнили и разложились многочисленные "духовные наставники", зудящие по поводу утраченных ценностей и зовущие нацию в светлое вчера. В такой обстановке и взрослому человеку функционировать сложно. А уж ребенку-то...
  Ну, а заявления о том, что дети ничего во взрослой жизни не понимают, можно смело считать безответственными. Хотя, конечно, на раннем этапе своего существования ребенок сталкивается не с фактами или событиями, как мы, взрослые. Он сталкивается со следами фактов и событий - с эмоциями, которые брызжут из окружающих и легко поддаются расшифровке. Потом, выйдя из детского возраста, человек тщательно прячет воспоминания о своей жизни в агрессивной среде эмоций и запирает их на замок бессознательного. И когда у него рождаются дети, он пытается оценивать их реакции и их самоощущение по-своему, по-взрослому. Если что-то не укладывается в отведенные рамки, родитель пожимает плечами: ну разумеется, ведь это ребенок! Он еще маленький и глупый!
  Да, он маленький. Он склонен преувеличивать любую информацию, которую получает. Он не в силах контролировать свои желания и эмоции - пока его психика и соматика не перестроятся, он неуправляем. Он чересчур проникается чувствами тех, кто его окружает. Он не верит реальности и побаивается ее. Он не обладает многими навыками из тех, которые ему понадобятся в будущем. Но это - не глупость. Глупым он, вероятно, станет в более зрелом возрасте (если его доведут до такого состояния). А может, и не станет (если окружение поведет себя грамотно).
  Прежде всего научитесь уважать своего ребенка - как самостоятельную и отдельную личность, со своими желаниями, со своим мнением, которое стоит учитывать. Не надо подавлять активность, инициативу ребенка, вводить слишком много запретов. И уж тем более не следует ограничивать ребенка ради собственного спокойствия и избавления от лишних хлопот. Потратьте чуть больше сил, времени и внимания на своего отпрыска - поверьте, это окупится.
  Да, мы понимаем: гораздо проще запретить, чем искать компромисс, давать разъяснения, искать альтернативное решение проблемы и т.п. Мнимое преимущество запретительной стратегии влияет на стиль родительского поведения. Но если бы вы знали, во что выливается эта "невыносимая легкость" воспитания... Даже специалистам непросто определить, где в поведении ребенка проявляется сочетание кризисных симптомов (то есть естественный ход личностной перестройки), а где - начало невротических изменений характера. Помните, какие свойства образуют предпосылки для возникновения невроза и какие состояния предшествуют возникновению спирали стыда? Постарайтесь не наносить ударов по особо чувствительным зонам самоощущения.
  Тем более, что психика так же, как тело, наделена болевыми точками: удар в эту область отключает контроль и наносит психотравму сознанию человека. Психологи называют людей в таком состоянии "эмоционально уязвимыми" и даже рекомендуют им избегать напряженных споров и прочих психических нагрузок.
  Конечно, ребенок тоже эмоционально уязвим - в некоторых отношениях. Но ему никак нельзя переходить на щадящий режим. Он должен осваивать науку противостояния окружающему миру. А заодно и науку сотрудничества с ним - одного без другого не бывает. Те ошибки, которым подвержены родители и воспитатели ребенка, отражаются на его восприятии мира и легко могут нарушить адекватность этого восприятия.
  Каковы типичные ошибки в воспитании ребенка? Во-первых, это обиженная реакция взрослых: им кажется, что поведение ребенка - это осознанное желание досадить.
  Успокойтесь! Первичный наивный негативизм - отнюдь не свидетельство испорченного характера ребенка и его нелюбви к вам. Напротив, это отражение прогресса в его развитии. Так начинается психическая эмансипация от взрослого, отделение себя от других, заявления о собственных намерениях.
   Отнеситесь к этой заявке на самостоятельность уважительно и с пониманием. Дайте ребенку возможность время от времени одерживать победу над вами - в разумных пределах, разумеется.
  Вторая ошибка - это слишком частые уступки. Мы так много писали о противоборстве родителей с ребенком, что могло показаться, будто самый лучший выход - во всем потакать своему любимцу, сокровищу, мамочкиной отраде. Балуйте его без меры и устали - пусть растет настоящим разбойником, как нам и обещал великий сказочник Евгений Шварц! Вообще-то, подобный вывод - это уже третья ошибка.
  Третья ошибка чревата странностями в поведении малыша. В одной семье, где психологи наблюдали развитие трехлетнего малыша, мама, по просьбе специалистов, боролась с негативизмом ребенка только одним способом - во всем с ним соглашалась. Спустя неделю он начал играть в негативизм, как, скажем, в прятки: ставил игрушку рядом с кем-нибудь из взрослых, отбегал на некоторое расстояние и с криком: "Не трогай, моя игрушка", бросался к оставленной вещи, хотя никто и не думал на нее покушаться. Однажды, перед сном, когда в очередной раз все его капризы были исполнены, ребенок просто зашелся в истерике. Неизвестно, как долго мать терпела в своем доме психологов с их непомерными требованиями, но ребенку они нервы попортили.
  Помня о главных ошибках родительского поведения с "ребенком в состоянии кризиса", используйте советы, которые даны в этой книге. Все они преследуют главную цель - чтобы ребенок (равно как и его родители) прошел свою первую перестройку психики с минимальными затратами и с максимальной пользой для себя. Он не должен сражаться со своими трудностями в одиночку. И он не должен сражаться за себя с вами.
  Поэтому усвойте последние правила:
   целью родительского наказания должно стать не мщение ребенку за причиненный дискомфорт; цель в том, чтобы дать ребенку возможность осмыслить свою оплошность и самостоятельно исправить ее;
   не описывайте ребенку последствия от его проступков как неминуемую катастрофу, ответственность за поступки должна быть по силам ребенку;
   не наказывайте "в кредит" - это не профилактика проступков, а провокация неконтролируемой, подсознательной вины, наказание должно быть соразмерно проступку и причины наказания следует разъяснять;
   порицайте не личность ребенка, а только его действия: не говорите "ты плохой", говорите "ты плохо поступил", не произносите "я тебя не люблю, когда ты...", говорите "я расстраиваюсь, когда ты...";
   для профилактики правонарушений не запугивайте и не шантажируйте ребенка, не говорите ему "мама умрет, если ты";
   не устраивайте ребенку разборок трехлетнего с трехлетним: наказание не должно оборачиваться войной с ребенком, ребенок должен чувствовать себя наказанным, а не проигравшим;
   помните: недостаток родительского внимания провоцирует ребенка на проступки;  не добивайтесь от ребенка, чтобы он вел себя так, будто не переживает никакого кризиса; только пройдя через кризис и усвоив его уроки, ребенок сможет гармонично развиваться дальше.
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"