# Блошиные рынки Маградии

Ольга Павловна Цокота

ГЛАВА 34

ГЛАВА 34. ХИТРОСТЬ ПРОТИВ СИЛЫ


Мелодия плыла над прихотливыми изгибами крыш, над людьми в не по-зимнему яркой одежде. Свен улыбнулся, наблюдая за тем, с каким любопытством вертит головой Рыжик. Он и сам получал наслаждение на извилистых улочках Милявы, где всегда царил дух веселья и приподнятого настроения.

- Удивительное поселение, - задумчиво сказал Чернолис. - Вроде бы люди здесь обычные, но в то же время...- он замолчал, подыскивая нужные слова.

- Не совсем обычные, - в глазах Свена появился лукавый блеск. - Знаете, есть растения и приправы, которые либо любят, либо терпеть не могут, вроде кориандра. А все потому, что физиология людей рознится, рознятся ощущение запахов и вкусов. Точно так же, к сожалению, различается у многих разумение добра и зла, справедливости и бесчестья, правды и кривды, хотя для этих понятий, бесспорно (в отличие от вкусовых пристрастий), существуют объективные моральные критерии. И реакция на Миляву, зависит, скажем так, от "физиологии" душевной: от степени нравственности или безнравственности. Здесь неуютно лжецам и негодяям всех мастей. Поселение словно отторгает их. Даже если попадают сюда, как те подонки, что нам повстречались, долго не выдерживают, бегут, ускользают... Воздух этой земли полон миролюбивого созидательного волшебства. Вслушайтесь в здешнюю музыку, она не просто прекрасна...

Вильнув в очередной раз, улочка вывела их на треугольную площадь. Возле центральной клумбы на складном стульчике сидела дама, игравшая на необычном инструменте. Поодаль высокий молодой человек разбрызгивал краски из баллончика на оштукатуренную стену одного из длинных низких домов, обнимавших маленькую площадь с трех сторон.

В этом небольшом, почти полностью замкнутом пространстве магия звуков была еще более ощутима. Мужчины замерли, завороженные и околдованные. Чернолису вдруг показалось, что он видит трепет мелодии, сплетающейся в сияющие ленты, которые охватывают все вокруг. Музыка спиралью взмывала ввысь из-под тонких пальцев худенькой женщины с одухотворенным лицом. Обернувшись к своим спутникам, Чернолис поймал согласный кивок Свена. В глазах рыжего торговца тоже светилось потрясение.

Внезапно мелодия сбилась, одну из ее лент потянуло к себе нечто темное, лихое, чуждое этому прекрасному месту. Музыкантша побледнела, напряглась, страдальчески закусив губу. Ее тело выгнулось, пальцы словно свело судорогой, на висках вздулись вены. Чернолис инстинктивно вскинул руку с кольцом Силы и Подчинения, заставляя темноту отступить. Наваждение исчезло, но астаниец ощутил невероятную слабость, покачнулся и упал бы, если бы его не подхватили крепкие надежные руки спутников. Они подвели едва державшегося на ногах мужчину к ограждению клумбы и, прежде чем усадить на широкий каменный бордюр, оба, не сговариваясь, влили в гранит толику магического тепла, а затем поделились энергией с товарищем, обессиленным магическим поединком с неизвестным противником.

Музыкантша отложила свой необычный струнно-духовой инструмент и подошла к пострадавшему. Ступала она тоже с видимым трудом, выглядела резко постаревшей и изможденной.

- О, лир! Как вы себя чувствуете? Вы меня слышите?

Чернолис смог лишь опустить и поднять веки. А дама взволнованно продолжила:

- Вы совершили невероятное! Вот уже несколько дней я пытаюсь с помощью своего Дара защитить Миляву от темного колдовства, грозящего ей гибелью. Но с каждым разом делать это все труднее. Кто-то могучий и жестокий нападает внезапно, пытаясь разрушить защиту, которую мы с моими друзьями, каждый по мере своих возможностей и таланта, построили вокруг нашего поселения. Некоторые из магов скончались в этой неравной борьбе. Я думала, что сегодня мой черед, но вы сумели дать отпор колдуну. Мне еще не случалось видеть, чтобы его нападение было отбито с такой силой и быстротой.

Чернолис помотал головой, пытаясь разогнать пелену, застилавшую глаза. Когда зрение немного прояснилось, первое, что увидел, была стена здания, на которой из вороха разбрызгиваемых красок уже проступала картина. Изображение поразило его не меньше, чем музыка и недавний стремительный поединок. Свен, поймав взгляд астанийца, тоже обернулся в ту сторону. А женщина пытливо разглядывала их обоих. Губы ее тронула едва заметная улыбка, а в голосе прозвучала гордость:

- Гюн невероятно талантливый художник. И Дар его позволяет иногда отображать тех, кому предназначена важная роль в предстоящих событиях, а еще - истинные взаимоотношения и связи между этими людьми. Невероятно, не правда ли? Присмотритесь, думаю, то, что вы видите, предназначается именно вам.

Астаниец ничего не ответил ей. Он пристально смотрел на изображение юной девушки, растерянно застывшей между двоих протянувших к ней руки молодых людей. Оба полуобернулись к этой прелестной особе, и лица их были хорошо видны. Простоватый паренек слева от нее, выглядел неуверенным в себе и был полной противоположностью второму - аристократической наружности, находившемуся по правую руку от растерянной девушки и весьма покровительственно поглядывавшему на нее. И вот этого надменного молодчика чиновник по особым поручениям знал даже слишком хорошо.

В свое время Чернолису буквально чудом удалось спасти наследницу престола от любовного заклятия, искусно сплетенного колдуном, чья молодость не помешала ему достичь немалых высот в запрещенном чародействе. Тогда поймать негодяя не удалось, он умудрился обвести вокруг пальцы имперскую службу безопасности и скрылся в неизвестном направлении. Но обрывочные слухи указывали на то, что молодчик примкнул к печально знаменитому колдуну Бюрому.

- Не может быть...- выдохнул сквозь зубы Свен. Он не мог оторваться от лица простоватого парнишки, над головою которого кружил ястреб.

- Птица - ваш аватар? - с неожиданной прозорливостью спросила музыкантша.

- Мой фамильяр. - отчего-то слова давались седому волшебнику с трудом. - Я оставил его защищать своих близких, но, полагал, что все они погибли...

Рыжику же были знакомы оба молодых человека, хотя один из них в свое время предстал перед ним лишь в астральном теле. Но только теперь он обратил внимание на одну общую черту, почесал голову и подвел итог:

- Гляди-ка, оба гетерохромы. А ведь это штука редкая. Но, когда я видел черноволосого, то, вроде бы, он был черноглазым. И вообще, немного не таким, скорее всего замаскировался тогда личиной. Только я не путаюсь, точно это был он... Страшноватый тип. По-моему, даже некромант, и техномагией от него несло. Ну, а русый парнишка, он действительно Светлый, он-то душу свою мне показал. Тут не ошибешься.

Молчаливый художник вдруг тоже подал голос. Обращался он, кажется, к самому себе, словно не веря тому, что сам же изобразил на стене:

- Интересные украшения валяются под ногами этой троицы: расколотая корона, перстень с дубовым листом, разбитый медальон. Что же на нем было?..

- Изображение льва, - коротко бросил Чернолис. Он не на шутку встревожился. Очарование исчезло, уступив место жгучему беспокойству. Астаниец повернулся к своим спутникам. - Мы теряем время. Сейчас не до прогулок. Вы обещали мне помочь с поисками внучки, но пока что мы не выяснили даже намека на то, кто ее похитил и куда утащил.

Художник склонил голову набок, пристально разглядывая чиновника по особым поручениям, потом взял из стоявшей у его ног коробки несколько баллончиков. Тусклые краски грязноватых цветов брызнули на стену. И там проступили уже другие лица и домики, построенные совсем в другом стиле, чем милявские, а затем, на другой части белой штукатурки, выросли высокие здания, нагло упершиеся в плывущие по нарисованному небу облака. Опять прозвучали удивленные возгласы: "Касталькино", "Холилэнд", "криминальный босс", "что за гориллообразный мордоворот!". А затем у всех вырвался крик ужаса. Граффити пересекли рванные линии Разлома, поглотившего ту, в которой Чернолис безошибочно признал Ренату.

Зрители переглянулись. Каждый подумал об одном и том же: картина, которая затронула каждого из них, подсказывала, что встретились они неспроста, у всех троих явно есть общие враги и, очевидно, - общая цель. В гостиницу возвращались, размышляя над планом действий. Но на полдороге их настигло землетрясение. Вздыбившуюся брусчатку пересекли глубокие трещины, а магия вдруг повела себя совершенно непредсказуемо, не позволяя перемахнуть через препятствия ни пролонгированным прыжком, ни с помощью левитации. Пришлось искать обходные пути. Понемногу все успокоилось, но они уже оказались в стороне от знакомой дороги. Впрочем, седой волшебник хорошо ориентировался на этом блошином рынке.

В одном из переулков троица обогнала немолодую пару. Худенькая женщина в изрядно потрепанном платье опиралась на руку мужчины, чья осанка и одежда свидетельствовали о довольно высоком статусе. Даже со спины он показался Чернолису подозрительно знакомым. Да и костюм выдавал уроженца Астании. Ткань матовая, без присущих маградийской искорок. Покрой отороченного мехом плаща с прорезями для рук тоже не встречался на блошиных рынках. Обогнув парочку, Чернолис невольно оглянулся и остолбенел:

- Ду Леонгард! Как вы сюда попали?

- А каким образом очутились здесь вы? - голос первого министра мог заморозить кого-угодно, но только не чиновника по особым поручениям.

Перепалку предотвратил новый толчок обезумевшей почвы. Впрочем, вторая волна землетрясения успокоилась быстро. Однако этих нескольких мгновений обоим хватило для того, чтобы изумление от встречи сменилось настороженным интересом. На предложение поговорить Ду Леонгард ответил приглашением пройтись к их жилищу. Чернолис вопросительно посмотрел на своих спутников. Свен, что-то прикинув, согласно кивнул. Рыжик слегка пожал плечами, дескать, куда мне от вас деться. И дальше пошли уже впятером: впереди - Мэглин Атти и два астанийца, перебрасывающихся пустыми словами и недобрыми испытующими взглядами, позади - молчаливые Свен и Рыжик. Но именно эти двое первыми заметили неладное у дома, выстроенного из золотистого песчаника.

Свен, Чернолис и Рыжик бросились разнимать нещадно лупивших друг друга мужчин. Когда катавшийся на земле клубок удалось расцепить и драчунов оторвали друг от друга, обнаружилось, что один из них тот самый шатен с белой прядью, запутавшейся в темных волосах, и глазами ярко синего и карего цветов.

- Ну, вот мы, наконец, и встретились, Штефан Старский, - процедил Чернолис. Он иронически представил молодчика остальным. - Маг-преступник, пытавшийся похитить наследницу Астанийского трона. - Он посмотрел на округлившиеся глаза Ду Леонгарда. - Да, да, это расследование держалось в большом секрете, ибо в определенный момент и вы попали под подозрение в связи с этим молодчиком, - увидев гневный протестующий жест первого министра, чиновник по особым поручениям усмехнулся. - Впрочем, впоследствии я выяснил, что к этому его преступлению вы точно не причастны.

- Этот негодяй замарал себя также убийствами и технонекромантией здесь, на Маградии, - жестко дополнил Свен, из его рук вырвался силовой жгут, охвативший тело преступника. Но тот выкрикнул заклятие, и чары, истончившись, лопнули с таким звенящим звуком, будто бы были канатом из металлической проволоки.

Штефан оказался очень сильным колдуном. Чернолис со Свеном уже почти вычерпали свои немалые резервы магии, но молодой колдун казался неуязвимым. Более того, он, словно черпая энергию из неизвестного источника, окружил себя мощным защитным куполом. Волшебников удивляло лишь то, что на этот раз он даже не пытался сбежать порталом. "Должно быть, в прошлый раз ему помог ныне утерянный артефакт" - подумал Чернолис. Внезапно на его плечо опустилась рука, хлынула родная астанийская магия. Правда, небольшое количество, но эта поддержка позволила удержаться на ногах.

- К сожалению, это все, что могу вам дать, - раздался голос Ду Леонгарда. - Чародей я слабенький.

И тут что-то мелькнуло перед их глазами. Метко брошенный камень, расколов защиту, угодил Штефану прямо в висок. Некротехномаг недоуменно распахнул глаза и кулем свалился наземь. Рыжик смущенно отряхнул испачканные руки:

- Я как-то так, по-простому... А оно, видишь, сработало, - он явно и сам не понимал, отчего обычный булыжник пробил защиту, недоступную самым разрушительным чарам.

- Камень выворочен из мостовой землетрясение, - заметил Свен.- Думаю, он очень долго соприкасался с почвой и впитал особую магию этого края. Как я уже говорил, Милява не терпит злого умысла и темного колдовства. Сама земля поселения оказалась на нашей стороне

- Вот как, - все также растерянно пробормотал рыжий торговец. - А я все жалел, что у меня в руке нет настоящего оружия. И переживал, что нет у меня волшебной силы...- Глаза его блеснули, Рыжик приосанился. - Получается, что и обычный человек может принести пользу в колдовском сражении.

На сей раз Старского "запеленали" магией с особым тщанием, наложив на него заодно и чары немоты. Чернолис прикрыл его пологом невидимости и пролевитировал до гостиной в квартире, где проживал пленник. Довольно просторное помещение показалось тесным, когда в него набились все участники и свидетели происшествия. И теперь в центре внимания очутился противник Штефана - тощий мужчина с колючим взглядом и аурой крайне слабенького чародея (ее сумели разглядеть лишь такие сильные волшебники, как Свен и Чернолис).

Ду Леонгард и Мэглин объяснили остальным, что это их товарищ по путешествию Кероиль, и сразу же приступили к расспросам. К ним присоединились Свен и Чернолис.

Тощий рассказывал сбивчиво. По его словам Штефан попытался убить Генемина, а, когда Нелла попробовала остановить его, набросился и на свою родную сестру, обрушив на обоих жуткое заклятье, то ли уничтожившее, то ли отправившее их в дальние дали. Перед этим же Кероиль слышал, что Генемин обвинил неприятного молодца в предательстве и пригрозил разоблачением.

Объяснения недомага грешили путанностью и неточностями. У Чернолиса возникло впечатление, что тот не вполне откровенен. Очевидно, к такому же выводу пришли Свен, Ду Леонгард и Рыжик (Мэглин помалкивала, лицо ее оставалось непроницаемым). Дополнительные вопросы въедливой компании разозлили Кероиля. Он с раздражением буркнул, что разговор превратился в форменный допрос. Напоследок тощий вдруг припомнил о таинственном артефакте, который за день до происшествия он видел в руках Штефана:

- Я возвращался с прогулки, обошел дом с другой стороны. Вижу, колдун у входной двери шепчется с кем-то в длинной мантии на дарданский лад. Знаете, такая, с капюшоном, что закрывает чародею все лицо, только глаза из прорезей торчат. Тот ему сунул в руки пакет, а наш молодчик вручил дарданцу увесистый мешочек, небось, с золотом. Потом Штефан быстро оглянулся, заметил меня, нахмурился, спрятал пакет в карман и поспешил в дом. А мне как раз он нужен был для чего-то. Рванул за ним, но догнать не смог. Разыскал уже в его кабинете. Вот тогда и увидел эту штучку в его руках. Разозлился он ужасно, попытался стереть мне воспоминание. Скажу честно, испугался я страшно, притворился, будто у него все получилось, а на самом деле у меня блокиратор ментального воздействия имеется. В общем, помню я эту его вещицу. Могу помочь разыскать.

Эта мысль показалась разумной и Свену, и Чернолису, и Рыжику. Только Ду Леонгадр высказался против, а Мэглин Атти неожиданно спросила Кероиля:

- Отчего во время сражения вы отошли в сторону?

- Как раз я первым схватился с этим подонком! - взвился Кероиль. - Он избил меня, вытянул почти весь резерв, поэтому, когда подоспела подмога, я уже был полностью вымотан и пытался хоть немного прийти в себя.

- Ну, положим, ваш резерв не опустошен даже наполовину, - скептически посмотрел на него Свен. - Но я понимаю, что вы были порядком напуганы.

Недомаг скрипнул зубами, бросил на седого негодующий взгляд, но отвечать не соизволил. Рыжик хлопнул его по плечу, кивнул на дверь, они вышли из комнаты. Ду Леонгард еще больше нахмурился:

- Не доверяю я этому человеку. Конечно, маг он слабенький, но все же лучше бы осв вещах колдуна он копался под присмотром кого-то из вас господа. - Астаниец требовательно взглянул на Свена и Чернолиса.

Седой кивнул, но тут лежавший некротехномаг опять шевельнулся. Свен выругался, увидев, что силовой кокон вокруг него побледнел:

- К блошиной бабушке! Ну, и силен мерзавец! Даже в бессознательном состоянии способен развеять сдерживающие его чары. Что делать? Вот когда можно пожалеть, что у нас нет наручников из иллиниума.

- У меня есть иллиниумовая цепочка, - раздался тихий голос Мэглин.

Женщина расстегнула застежку скромного украшения, осторожно сняла с серебристо-голубой нити крохотный ключ, спрятала его в карман, а цепочку протянула Свену. Когда замочек ювелирного артефакта застегнули на шее колдуна, тот обмяк, выражение лица с закрытыми глазами стало отрешенным, силовые путы перестали разрушаться.

- И зачем вам понадобилась подобная безделушка? - поинтересовался Чернолис у почтенной дамы. - Ведь магического дара у вас нет, ничего не надо сдерживать или скрывать.

Мэглин сжала губы в тонкую линию:

- Простите, но это семейный секрет, который я не могу открыть никому из посторонних. - Она твердо взглянула на мужчин. - Могу поклясться, что моя тайна не несет в себе опасности ни для кого из окружающих.

В скрестившихся на ней взглядах двух магов она прочла подозрение. И только Ду Леонгард вступился за свою спутницу, заверив, что он полностью доверяет ей. Однако слова его не показались достаточно убедительными ни Свену, ни Чернолису. Изделия из иллиниума принадлежали к арсеналу боевиков и магполиции. Драгоценный антимагический металл, практически, не попадал в руки обычных граждан. В некоторых местах даже требовалось специальное разрешение на владение такими предметами. Но самым главным сдерживающим фактором оказалась его запредельная цена.

Кто-то поспешно сбежал по лестнице, ведущей к спальням на втором этаже, в коридоре, послышались торопливые шаги. Запыхавшийся рыжий торговец, буквально, ворвался в комнату и застыл на пороге.

- Что случилось? - занервничала Мэглин.

- У вас все в порядке? - в глазах Рыжика плескалась тревога. - Кероилю вдруг стало плохо, он бормотал, что здесь что-то произошло.

Он не успел договорить, как здание вновь ощутимо тряхнуло. Наверху громыхнуло. Мужчины, нахмурившись, переглянулись, поднялись и вместе двинулись к лестнице. Но недомаг уже тащился им навстречу. Он действительно был бледен, выглядел испуганным. Дрожащими руками протянул волшебникам овальный предмет с множеством пуговичек и промямлил:

- Я нечаянно нажал на это...кажется Штефан называл такие пуговицы "кнопками". Что-то затрещало и грохнуло. Из артефакта даже повалил дым, а потом... землетрясение.

- Незачем было нажимать, - вскипел обычно сдержанный Свен. - Нужно было только найти эту вещь и передать нам. И вообще хочу всех предупредить, постарайтесь как можно меньше использовать чары. Кажется, техномагия уже настолько разбалансировала Мироздание, что вселенская катастрофа приближается не по дням, а по часам. Каждый магический выброс (даже вполне конвенциональный) расшатывает ужасный маятник, а уж техника в сочетании с магией и вовсе смертельно опасна.

- Но нам необходимо разыскать Вострыша! - с отчаяньем воскликнула Мэглин.- Вы же собирались найти возможность построить к нему портал.

- Нам нужно во что бы то ни стало добраться до Бюрома и его прислужников, - резко ответил Свен. - И в этом случае, вероятно, действительно, если будет оказия, воспользуемся порталом. - Он поморщился и подчеркнул. - Но лишь в этом случае. Тут без вариантов.

Чернолис взглянул на лицо женщины и постарался ее утешить:

- Вострыш скорее всего именно у этих людей или нелюдей, так что мы отыщем его.

Седой пожал плечами:

- Если у нас еще останется время. Если же нет, то всем уже будет все равно.

Волшебники занялись принесенным Кероилем артефактом. Но он был испорчен бесповоротно. Совершенно неожиданно предназначение предмета им помог определить Рыжик, а заодно и поделился еще одним очень важным известием.

Он попросил дозволения взглянуть на непонятную вещицу, повертел ее в пальцах и сказал, что однажды ему всучили подобный артефакт в обмен на какой-то ерундовый ключ. Правда, и сбыть его затем оказалось непросто. Во-первых, техномагический, что само по себе отпугивало большинство нормальных покупателей. А, во-вторых, согласно объяснению бродяги, подсунувшего торговцу эту вещь, так называемый аппарат позволял общаться на расстоянии даже людям без капли магии. Но при этом требовалось, чтобы у собеседника тоже имелся подобный артефакт.

В общем, долго он у меня валялся без толку, - пожаловался Рыжик. - Хотел уже даже выбросить его к блошиной бабушке, боялся, что полиция усечет и обвинит меня в чернокнижии. Но потом появился один неприятный тип... - торговец вдруг запнулся и хлопнул себя ладонью по лбу. - А ведь, тот субъект был похож на гориллу, как и укравший вашу внучку. Точно, точно!- Торговец хмыкнул, словно сам не верил осенившему его открытию. - Должно быть, он и есть...

- И что дальше, - мрачный, как туча, Чернолис прервал восторги торговца по поводу собственной догадливости.

- То, что он предложил взамен, мне не подходило, - Рыжик сморщил нос. - Много эмоций, но не своих, а чужих. И ощущение было такое, что большая часть из них была получена не вполне добровольно. Не знаю даже, как объяснить. Просто я чувствую такие вещи. С таким обычно подваливают подозрительные субъекты, вроде всяких криминальных личностей из Холилэнда. Отказал я ему в обмене. А потом появился старичок-добрячок, вроде святого Коляна. Белая борода, румяные щеки, улыбка, а глаза - недобрые, колкие. Но он заплатил вполне законной вещью - такой интереснейшей книжицей из другого мира, в которой записаны звуки.

- Ты же говорил, что ключами и замками торговал, а тут вдруг звуки, - не без ехидства заметил Кероиль.- К тому же, звукозапись это ведь тоже, вроде бы, техномагия.

Глаза Рыжего блеснули:

- Без техномагии и без магии, просто на бумаге нарисованы линейки и значки. И там тоже ключ был. Значки на линейках назывались нотами, а вначале их всегда значок стоял - так называемый нотный ключ. Забавно, - он мечтательно улыбнулся, а затем подмигнул недомагу. - Ты забыл, что я торговец, дружище. А коли так, то никогда не откажусь от чего-нибудь и помимо своего основного товара.

Однако его веселое настроение не получило ни одобрения, ни поддержки. Ду Леонгард холодновато осадил его:

- О вашей торговле поговорим в другой раз. Меня же интересует другой вопрос, подтвердил ли этот покупатель, что предназначении данного предмета в переговорах на расстоянии?

- Разумеется, - Рыжик даже поразился наивности вопроса. - Этот старичок-какбудто-добрячок сначала скрытничал, пытался отделаться побасенками, но у меня наследственный дар торговца чуять обман. В общем, он, срепя сердце, поведал, что действительно вещица эта создана техномагами именно для таких целей.

- Чушь! - презрительно скривился Кероиль. - Он тебя все же надул. Такого не бывает. Это сказки, вроде золотой тарелочки с наливным яблочком. Но даже там другого видит только владелец этих самых тарелочки и яблочка. На расстоянии разговаривать невозможно.

- Возможно, - коротко обронил Свен. Потер лоб и недовольно обронил. - Жаль, что вы, Кероиль, сломали эту вещь. Я, конечно, попробую разобраться в ней, но, боюсь, исправить ее уже не получится.

Недомаг промолчал, лишь недовольно покосился на седого. Его слабого магического дара едва хватало, чтобы скрыть смесь страха и бурлившего внутри предвкушения. Тех нескольких минут, что оставил ему встревоженный Рыжик, убежавший вниз, вполне хватило, чтобы совершить задуманное. Не зря недомаг шпионил за Штефаном. Ему удалось подсмотреть очень любопытный разговор молодого некроманта. Нажав на верхнюю левую кнопку прибора, тот беседовал с неким голосом, который откликался на имя Дон.

Кероилю не хватало многого: магической Силы, трудолюбия, моральных принципов. Но все это он старался компенсировать хитростью и зверинным чутьем прирожденного приспособленца. По репликам Штефана недомаг понял, что собеседник технонекроманта кто-то из крупных мафиози. Еще раньше тощий догадался о том, что артефакт с брелком в виде льва тоже весьма важен для молодого колдуна, которого он весьма опасался и от которого надеялся рано или поздно избавиться. Кероиль уже решил, что сможет предложить напрямую криминальным структурам Холиэнда и что собирается потребовать за это.

Предсказание скелета старой пиратки не давало ему покоя. Дар его, хотя и слабый, позволял видеть скозь личину и распознать опасную для него герерохромию. От разноглазого следовало избавиться как можно скорее. Но как это сделать? Как противопоставить слабенький и неразвитой магический дар невероятно мощному колдовству? Кероиль видел только один выход: молодчика нужно было лишить его самых сильных артефактов. Землетрясение дало шанс для попытки завладеть хотя бы одной из ценных вещей. Однако совершенно неожиданно она попала в руки девчонки, сестры Штефана, а та умудрилась не только лишить Штефана могучего амулета, но и открыть с помощью артефакта портал и улизнула самым зловредным образом.

Впрочем, недомагу вроде бы опять повезло. Нежданно-негаданно подоспели противники колдуна. Глядя на беспомощного, лишившегося личины и безмолвно лежащего в путах чар технонекроманта, Кероиль лихорадочно соображал, каким образом завладеть прибором связи. Решение пришло мгновенно. И больше всего недомага поразило, как легко он сумел обвести вокруг пальца, на первый взгляд, весьма опытных и неглупых волшебников. Да и рыжий торговец оказался тем еще простофилей.

Когда, нажав на верхнюю левую кнопку небольшого овала, он услышал прокуренный властный голос, его захлестнул ужас, смешанный с эйфорией, и он с трудом выдавил из себя:

- Мне нужно срочно переговорить с Доном.

- Слушаю, - с показным равнодушием отозвался собеседник.

Запинаясь от страха, комом стоявшего в горле, Кероиль скороговоркой сообщил, что у него имеются ценные трофеи для Босса Холилэнда. Тот потребовал координаты и, кажется, был разочарован, услышав, что необходимо присылать подручных в Миляву.

После секундной задержки, Дон сурово промолвил:

- Я вышлю своих людей, но тебе, парень, придется подождать. Оставайся там, где ты находишься. Искать тебя по всей Миляве не станут. И еще... мой девиз: " Не доверяй никому". Тебя слышу впервые, а потому мобильник сейчас отключится и больше звонить мне ты не сможешь. А, значит, и навести на меня всяких крыс тебе не удастся. Поэтому сиди на месте и жди, ребята тебя найдут.

В ту же минуту раздался короткий хлопок, запахло раскаленным металлом, Кероиль выронил обжигающий овал и услышал шаги, поднимающихся по лестнице людей. Встряхивая обожженной кистью руки, он со злостью подумал: "Вот сволочь! Легко приказать дожидаться его подручных, а вот как мне уговорить "дружков" оставаться на месте? И сколько нужно дожидаться?". Затем Кероиль воровато огляделся, схватил со стула смятый шейный платок, наклонился, прихватил через ткань горячий артефакт и, отворив дверь, вышел в коридор навстречу Рыжику. И вскоре весьма правдоподобно рассказывал свою версию случившегося. В его трусливой душе жила надежда на то, что обман раскроется лишь тогда, когда громилы Дона появятся в этом доме. И, как ни странно, недомаг на этот раз не ошибался.