ПОЭТ, СОСЕД, ЕГО ЖЕНА И ПРИЕМНИК



Сосед мой, ветренный Евгений, -
Он громко ветры испускал -
В народе звался просто Женей
И пустоты не признавал.

Бывало он еще в постеле,
А позывные МАЯКа
По садоводству в даль летели
До речки под названьем Мга.

Он слушал все: прогноз погоды,
И репортаж про углеводы,
И репортаж про вернисаж,
И репортаж про шпионаж.

Охвачен жаждой просвещенья,
Евгений всем того желал,
И для желанья исполненья
Погромче радио включал.

МаЯка верный обожатель,
Покоя шумный нарушатель,
Вздыхал я, мимо проходя,
Когда же черт возьмет тебя!

Терпел Маяк я понемногу,
Хоть и мешал он мне вздремнуть,
Любителю устройств Попова
Не раз пытался намекнуть

На несолидность поведенья:
Шуметь с утра, часов с шести...
Но Женино недоуменье
Грозило в буйство перейти.

Но наступает день желанный,
Сосед напился в доску пьяный,
На "Запорожце" он лежит
И маловнятное бубнит.

На свой автомобиль поник,
Как "Запорожец", недвижимый,
Распространяя запах винный,
Он грешный вывалил язык.

Тотчас задумал месть поэт,
Крадется он, надев берет.
Перемахнув через межу,
За хладным телом я слежу

Но, чу! Приемник! И поэт
Бьет радио о табурет!
Приемник обратив во шлак,
Души я исцеляю мрак!

С утра сосед еще бранится,
Похмельем мучим, матерится
Я с радостью смотрю в окно:
На улице давно светло,
И тихо. Мерзкий аппарат
Повержен в прах. Ах, как я рад!

Увы, "Спидолла" роковая,
Лежишь ты боле не играя.
В год собрана была чухной
Далекий семьдесят шестой.

Но кончен путь и смолка песня,
Поэт поет лишь в поднебесье!
А что же бедный мой Евгений?
Лишившись Маяковских пений

Зарекся пить. Не пил дня два,
Пока болела голова,
Потом приехала жена
И за распитие вина

Евгений бедный был набит -
"Мучитель, ирод, паразит!
По пьяни радио разбил,
С тобою сладить нету сил!"

Молчит Евгений пред женой,
Поник виновной головой
И, тих и бледен, ходит он.
Сосед поэтом побежден!