Дамина Райт: другие произведения.

Четыре партии в шатрандж: Часть первая, главы 1 - 3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ещё вчера избалованная принцесса Эсферета ночевала на шёлковых простынях, а сегодня она беглянка, и рядом с ней - только верная Мэриэн. У подруг есть цель, но сумеют ли они добраться до неё? И можно ли доверять жрецу богини смерти, даже если он спас тебя от смерти? Все ответы - и приключения - ждут впереди.

  I
  
  3250 г. от сотворения мира, первый месяц лета
  
  Сквозь сон Эсфи слышала чей-то голос, который звал её по имени, но открывать глаза не хотелось. Во сне крылатые кони встряхивали серебристыми гривами, перед глазами раскинулось море васильков посреди травы, а радужная тропа вела в волшебный дворец, где сбывались желания. Во сне Эсфи видела так хорошо, что могла бы издалека посчитать все цветы и даже травинки. Она не хотела просыпаться, возвращаясь туда, где её окружали одни лишь цветные пятна. Ведь Эсфи прожила целых восемь лет своей жизни, только на ощупь зная, как выглядят её лицо, руки, волосы...
  - Эсферета! - тихий, но настойчивый голос был неумолим. Эсфи знала только одного человека, который так называл её; мама говорила 'дочь моя', а придворные - 'светлая принцесса'.
  - Эсферета, нам нужно уходить. Немедленно.
  Вот теперь Эсфи открыла глаза и села: в голосе Мэриэн прозвучали тревожные нотки.
  - Куда уходить? - Эсфи растерянно смотрела на Мэриэн и еле могла различить её фигуру в темноте спальни.
  - Не спрашивай, - Мэриэн положила какой-то свёрток на кровать Эсфи. - Одевайся. Я помогу тебе.
  Эсфи подтянула свёрток к себе, развернула, растерянно провела пальцами по ткани - это было шерстяное платье, особенно грубое рядом с прохладным шёлком покрывала.
  - Давай же быстрее, - сердитый шёпот Мэриэн заставил Эсфи снять ночную рубаху из тонкого полотна и с отвращением взять в руки новое платье. В нём будет неуютно, и оно, кажется, серое. Как шкурка мыши. Эсфи очень хотелось вернуться в свой сон, но она чувствовала - что-то произошло. Теперь не заснёшь. А Мэриэн нетерпеливо помогла Эсфи продеть руки в рукава и теперь оправляла на ней платье.
  - Мы куда-то поедем? Гулять? Но мама же больна, - тоже шёпотом проговорила Эсфи и вдруг испугалась. Что-то случилось, она знала это, чувствовала!
  Мэриэн притянула её к себе и обняла - она никогда этого раньше не делала, и Эсфи замерла, удивлённая, но ей сразу стало лучше, и даже платье перестало казаться таким мерзким.
  - Ничего не спрашивай, хорошо? - тихо попросила Мэриэн. - Мы поедем в соседний портовый город и сядем на корабль. Тебя зовут Миана, и ты моя младшая сестра. Поняла?
  Эсфи, обнимая Мэриэн, сглотнула и пробормотала 'да' так тихо, что и сама еле услышала.
  
  До портового городка Лейена пришлось ехать несколько часов на гнедой кобыле. Эсфи сидела в седле позади Мэриэн, и всё происходящее казалось нелепым, неправдоподобным сном.
  Прежде Эсфи только в разукрашенной карете каталась, с кучером и свитой, и наотрез отказывалась ездить верхом. Нынешнее приключение было ей в новинку. Оказалось, что не так уж это страшно, хоть и неудобно. И Эсфи поделилась бы с Мэриэн своими новыми ощущениями, но говорить совсем не хотелось.
  - А что будем делать с лошадью? - только и спросила Эсфи, когда под покровом темноты они въехали в Лейен.
  Прежде чем ответить, Мэриэн спешилась и помогла Эсфи спуститься на землю. Эсфи потянулась, как после долгого сна; хорошо, что ноги не заболели, и спина не заболела. Но это, наверное, только от быстрой скачки бывает.
  - Нам придётся где-нибудь привязать эту кобылу. Продать бы её, - задумчиво произнесла Мэриэн, - да времени нет.
  Эсфи понадеялась, что какой-нибудь бедняк наткнётся на лошадь, продаст её на рынке и на вырученные деньги сможет долго кормить свою семью...
  Они долго шли в порт. Было зябко, сумрачно, невесело. Хорошо, что хоть дождь не моросил, как вчера.
  - Мэриэн, - тихо начала Эсфи, пересилив себя, - может, ты всё-таки расскажешь... что случилось?
  - Обязательно расскажу, - чересчур поспешно заверила её Мэриэн. - Подожди, пока мы сядем на корабль, хорошо? Сейчас времени на разговоры нет.
  Самое важное, что Эсфи нужно было знать - Мэриэн рядом, у неё есть меч, чтобы защитить принцессу, и деньги, чтобы заплатить капитану корабля. А ещё котомка с едой, бутылью воды и вторым платьем для Эсфи. Ночь рассеивалась, и Эсфи по цвету одежды Мэриэн догадывалась, что та надела коричневую рубаху, штаны и сапоги, а сверху рубахи - кожаную безрукавку. Так Мэриэн одевалась, когда они с Эсфи отправлялись на прогулку. Мэриэн часто позволяла себе вольности в одежде и манерах, хоть она и была воспитанницей королевы Агрей и носила титул герцогини.
  Город просыпался, слышались голоса, брань, лошадиное ржание, скрип колёс чьей-то телеги... Люди мелькали разноцветными пятнами, и Эсфи опустила глаза, ещё глубже натянув на голову шерстяной капюшон платья. Мэриэн ещё во дворце заставила Эсфи надеть этот капюшон, чтобы скрыть под ним спутанные светлые волосы. Расчёсывать их тоже времени не было.
  Эсфи снова подумала, что это сон, и если закричать и затопать ногами, то она окажется в своей уютной и тёплой постели. Но вместо этого Эсфи только крепче ухватилась за руку Мэриэн.
  
  В порту оказалось грязно, но Мэриэн не давала Эсфи ступить своим кожаным башмачком в какую-нибудь лужу. Они остановились, и Эсфи слышала, как Мэриэн заговорила с человеком, от которого пахло морем, солью и потом. Должно быть, это капитан корабля. Со стороны моря дул ветер, и Эсфи поёжилась. Она топталась на месте, держась за руку Мэриэн, и была рада, когда переговоры закончились. Мэриэн заплатила капитану один золотой, как они и договаривались.
  Капитан отвёл путешественницам место на корме, здесь воздух был свежее, чем в порту, и Эсфи глубоко вздохнула. Мэриэн вынула из-за пазухи гребень и спустила с головы Эсфи капюшон, чтобы причесать ей волосы.
  - Куда мы плывём? - тихо спросила Эсфи.
  - В Гафарса.
  Гафарса - это та страна, которую Эсфи показывала на карте учителю географии, водя пальцем по блёкло-жёлтому пятну и пытаясь понять, какой оно формы. Сколько ни щурься, а всё так же таинственная Гафарса расплывалась перед глазами, и Эсфи, помнится, махнула рукой.
  - А что мы там будем делать?
  Гребень коснулся волос Эсфи. Мэриэн провела им несколько раз по светлым прядям и, наконец, ответила:
  - Найдём убежище.
  - Убежище? От кого? - Эсфи хотелось прикрикнуть на Мэриэн, заставить её сказать правду, но всё ещё было страшно.
  - Я потом тебе расскажу, - и больше ничего от Мэриэн нельзя было добиться. А обещала, что на корабле всё расскажет!
  Эсфи привыкла, что её баловали, как маленькую, жалели и всё твердили, что когда-нибудь у неё проснётся волшебный дар. Она жила этими обещаниями и не ведала страха, пока мама не заболела. И Мэриэн никогда так не посмела бы распоряжаться принцессой. А теперь её притащили на какой-то грязный корабль, и они с Мэриэн зачем-то плыли в Гафарса тайком.
  Что же случилось во дворце? Заговор? Эсфи знала, что против королей, королев, их детей плетут заговоры - учитель истории много об этом рассказывал. Но как спросить у Мэриэн, когда кругом чужие люди с хриплыми голосами? Эсфи хотелось плакать от осознания своей беспомощности. Мэриэн убрала гребень, а собственные волосы, рыжие и коротко обстриженные, просто причесала пальцами.
  
  Кроме Эсфи и Мэриэн, на корабле не было путешественников. Корабль то и дело покачивало, и Эсфи казалось, что её вот-вот вывернет сухарями и водой - больше она ничего не успела съесть и выпить. Потом ей стало плохо, и Мэриэн помогла ей наклонить голову за борт, убрала волосы со лба и вытирала рот, когда Эсфи перестало тошнить. Обессиленная, она лежала на сильных руках Мэриэн и смотрела в бледное небо, уже не мечтая, чтобы это оказалось сном.
  Эсфи не задавала вопросов - она была убеждена, что почти обо всём догадалась. Не терпелось узнать только одно - что с мамой? Мелькала малодушная мысль - не спрашивать вовсе, а сначала оказаться в Гафарса, в каком-нибудь безопасном месте, и потом пристать к Мэриэн.
  Они ночевали на расстеленных простынях, клали головы на простые, совсем не шёлковые подушки, о которых Мэриэн заранее договорилась с капитаном. Получается, Мэриэн знала, что им с Эсфи придётся бежать? И про заговор знала? Почему тогда не схватили злодеев?!
  На следующий день было солнечно, ветер дул попутный, и Мэриэн, казалось, немного смягчилась. Она даже рассказала легенду о злом чудище - Ранейре, которая пряталась в глубине морских вод и подстерегала тех, кто упал за борт. У Ранейры были огромные щупальца и острые зубы, и раньше Эсфи испугала бы такая история. Теперь же ей было всё равно, она могла думать только об одном. И едва Мэриэн замолчала, как Эсфи собралась с духом:
  - Мэриэн, можно я кое-что спрошу?
  - Да, Миана? - голос Мэриэн прозвучал так спокойно, словно она решила, что Эсфи спросит ещё что-нибудь про Ранейру.
  - Что с мамой?
  Ответа не последовало.
  - Я же сказала - потом, - неохотно произнесла Мэриэн.
  Эсфи нащупала и изо всех сил стиснула её руку:
  - Нет, сейчас.
  - Миана, - предостерегающе начала Мэриэн, но Эсфи вдруг стало наплевать, на неё всё навалилось разом, и правду она хотела услышать здесь и сейчас, пока они стояли у борта и смотрели на волны!
  - Я не Миана! Скажи мне правду, - Эсфи самой были противны визгливые нотки в собственном голосе, но остановиться она не могла.
  Мэриэн молчала, кажется, целую вечность, прежде чем ответить честно и очень тихо:
  - Твоя мама умерла.
  Эсфи выпустила руку подруги из дрогнувших пальцев. Умерла! А здесь было солнце, и море, и в глубине вод шныряли глупые серебристые рыбы, а капитан крикнул что-то про акул, вызвав смех у своих людей. Эсфи показалось, что все звуки, даже взволнованный голос Мэриэн, стали далёкими и неразборчивыми, как будто уши заткнули комочками хлопка... Эсфи очнулась, подняла глаза и впервые в жизни разглядела Мэриэн - её растрёпанные рыжие волосы, лицо в веснушках. В серо-зелёных глазах стояли слёзы.
  - Эсфи?! - Мэриэн назвала её настоящее имя, вот что!
  И теперь Эсфи окончательно осознала, что её матери, королевы Агрей, больше нет на свете.
  Корабль словно приподняла невидимая рука и с силой опустила обратно. Гребцы попадали, у кого-то из рук вырвалось весло, а кто-то покатился по палубе с диким воплем.
  Эсфи пошатнулась, и её подхватила Мэриэн, стараясь удержать и успокоить. Эсфи билась, плакала и слышала, как другие кричат и сыплют проклятьями. Эсфи видела, как веслом попало одному из гребцов по голове, и тот едва не свалился за борт, а корабль накренился так, что водой плеснуло в неистово орущих людей. А потом пелена застлала взгляд Эсфи, и она потеряла сознание.
  
  - Девчонка чуть не перевернула мой корабль вверх дном!
  - У меня есть ещё золотой...
  - Засунь его себе в глотку. Один из моих людей мог утонуть, а у другого череп едва не треснул, как сухая деревяшка!
  - Послушайте...
  - Я устал тебя слушать, рыжая! Если я вас обеих не прогоню, то пойдём мы с командой на корм Ранейре, это как пить дать!
  Эсфи медленно приходила в себя и так же медленно вспоминала, что случилось. На палубе было жёстко лежать, зато голова Эсфи удобно пристроилась на коленях у Мэриэн. Эсфи невольно зажмурила веки от солнца и услышала голос капитана:
  - А вот и очнулась девчонка! Наконец-то. Вставай, и пошли обе отсюда!
  Эсфи резко села и открыла глаза. Она хотела посмотреть этому капитану в лицо, сказать, что она не какая-нибудь 'девчонка', а принцесса Эсферета, и он, как подданный королевства Афирилэнд, обязан ей подчиняться... но только растерянно моргнула. Она снова видела одни лишь цветные пятна вокруг.
  Капитан шумел и размахивал руками, в его распоряжении была целая команда, и все обозлённые. Так что Мэриэн и Эсфи пришлось торопливо собирать вещи и спускаться с корабля.
  - Прощайте... а может, мы ещё увидимся, - в голосе Мэриэн прозвучал оттенок угрозы, но капитан только расхохотался в ответ.
  - Доброго вам путешествия, дамы!
  Команда проводила Эсфи и Мэриэн дружным издевательским смехом, и можно было не сомневаться, что высадили их далеко от Гафарса. Эсфи шмыгнула носом, понимая, что это её вина.
  Как же хотелось заплакать!
  
  II
  
  Когда-то Мэриэн видела, как придворные играли в шатрандж - сложную, но интересную игру, завезённую из далёкого Ихранджана. В игре было два шаха, красный и чёрный - и один из них непременно погибал. Мэриэн смотрела, затаив дыхание, как чёрные фигуры захватывали доску, сметая все неприятельские силы на своём пути, даже безропотных пешек. И вот осталась одна пешка перед шахом - как растерянная принцесса-дочь.
  Стоя на берегу и глядя вслед уплывающему кораблю, Мэриэн вспомнила ту партию в шатрандж. Какими одинокими выглядели шах и его пешка посреди опустевшей доски! То же самое случилось с Эсфи и её матерью в королевском дворце, где заговорщики разыграли свою собственную 'партию'. Только одного не учли: 'на доске' оставался ещё кое-кто.
  Мэриэн помнила, как королева позвала её в свою спальню. Свечи не давали рассмотреть лицо Агрей, как следует, когда она сказала:
  - Если я завтра не поправлюсь, ты уплывёшь с принцессой в Гафарса.
  - Что? - непонимающе переспросила Мэриэн. Королева чуть приподнялась на подушках:
  - Никто не должен знать. И обещай, что моя дочь останется жива.
  Теперь Мэриэн начала догадываться, но не успела она ничего вымолвить, как Агрей шёпотом повторила:
  - Обещай!
  - Даю слово, - Мэриэн хотела засыпать Агрей вопросами, но та ответила раньше:
  - Мне уже не поможешь. Поздно. Лекарь припас одно средство... последнее... если и оно не сгодится, бегите.
  - Но Ваше Величество... - начала Мэриэн, едва сдерживаясь, чтобы не закричать, что нельзя просто так ждать, а нужно что-то сделать.
  Агрей прервала её, укладываясь обратно на подушки:
  - Выполняй, что велено.
  Утром лицо её было восково-бледным, потускневшие глаза ввалились, а в волосах, казалось, прибавилось серебряных нитей. Не так давно сильная и властная, королева превращалась в тень. Мэриэн видела, как лекарь помогал Агрей выпить новое снадобье, и готова была молиться всем богам, в которых обычно не верила.
  К вечеру королеве стало только хуже.
  Мэриэн не знала, кто мог быть главой заговора - да и не помогло бы, ворвись она в его покои и приставь меч к горлу. Заговорщиков, вероятно, было много. Все, недовольные правлением королевы, все, кто скрывал свою неприязнь, плёл интриги. И маленькую принцессу они бы наверняка убили - тем более, у неё должен был проявиться дар.
  Вот и проявился, подумала Мэриэн, пробудившись от воспоминаний. Тем временем Эсфи шмыгнула носом, словно собираясь заплакать.
  - Не реви, - Мэриэн сказала это жёстче, чем собиралась. Но их выкинули неизвестно где, им придётся бродить по лесам, полным опасностей, и всё из-за Эсфи. Понятное дело, капитан корабля испугался. Мэриэн даже не знала, что бы она сделала на его месте.
  Но она была на своём месте - и дала умирающей королеве Агрей слово, что с Эсферетой ничего плохого не случится.
  - Не плачь, - Мэриэн смягчилась, слыша за спиной сдавленные всхлипы. Оборачиваться и смотреть на зарёванное личико Эсфи совсем не хотелось, но пришлось.
  - Мы обязательно выберемся отсюда.
  
  Они продирались через леса, и хорошо, что у Эсфи было ещё одно платье, потому как то, что на ней, грозило превратиться в лохмотья. Ничего, лишь бы добраться до города, или, на худой конец, деревни.
  Эсфи больше не спрашивала о матери. Только один раз, когда они с Мэриэн, продрогшие после дождя, сушили одежду у костра, тихо и неуверенно пробормотала:
  - Почему нельзя было найти... наказать заговорщиков?
  Мэриэн вздохнула. Если б жизнь была такой же простой и справедливой, как сказки, которых принцесса наслушалась в детстве!
  - Поздно было кого-то искать, - Мэриэн вспомнила, как изменилась королева за несколько дней. Знать бы, каким ядом её отравили...
  Эсфи молчала. За то время, что они провели в лесах, её волшебство не давало о себе знать, и она ни слова о нём не проронила. Мэриэн вела Эсфи за руку, вспоминая, как та родилась, и всё королевство праздновало, а пятнадцатилетняя Мэриэн мечтала, как научит принцессу метать кинжалы и ездить верхом на лошади. Куда там - Эсфи оказалась одной из дэйя.
  Дэйя называли тех, кого боги обделили здоровьем, но даровали способности к волшебству. Когда маленькая Эсфи разбила себе коленку и у неё пошла кровь, придворный лекарь торжественно объявил королеве, что у её дочери есть дар. Кровь дэйя - особенная, твердил лекарь, ошибки тут быть не должно. Дар скоро проявится.
  Но шли годы, а у принцессы только появлялись новые капризы. То платье ей не нравилось, то кушанье, то посреди ночи хотела сказок и билась в рыданиях, когда её прихоти не исполнялись. Мэриэн как-то послушала историю про шаха и его дочерей - от того придворного, который выиграл в шатрандж, - и радовалась, что принцесса не требует, топая ножками, отрубить чью-то голову.
  И всё равно, Мэриэн была подругой Эсфи, иногда пыталась воспитывать, чтобы принцесса не выросла глупой капризницей, а иногда посреди ночи читала ей сказки. Должно быть, тяжело жить в мире, где всё кругом - или неподвижные, или движущиеся цветные пятна. Тогда и новые платья могут стать не в радость.
  
  Вода, сушёное мясо и сухари закончились, Эсфи пришлось переодеться в новое платье, а когда они с Мэриэн выбрались из очередного леса, вдали показался город. И Мэриэн едва не выхватила из ножен свой короткий меч, чтобы исполнить с ним радостный танец.
  - Что там? - спросила Эсфи, щурясь на солнце. У нового платья капюшона не было, и солнечные лучи золотили её волосы, причёсанные с утра гребнем.
  - Город! - Мэриэн хлопнула её по спине и рассмеялась.
  Эсфи слабо улыбнулась.
  - А что мы будем делать в городе? - держась за руки, они уверенно пошли вперёд.
  - Отправим тебя в цех к мастерам, - от облегчения Мэриэн хотелось шутить, а ещё - чтобы Эсфи снова улыбнулась. - Станешь у мастера лучшим подмастерьем, а если что не так... покажешь ему свой дар.
  Может, насчёт дара шутить и не следовало, но Мэриэн уже не могла себя остановить.
  - Девочек в цех не берут, - ответила Эсфи, и Мэриэн от удивления чуть не остановилась. Она ожидала, что Эсфи гордо поднимет голову и бросит: 'Принцессы в цеху не работают!'
  - А тебя возьмут. Если не захотят получить камнем по голове, - Мэриэн обрадовалась, услышав, что Эсфи смеётся. Не хотелось видеть её понурой и несчастной, им и без того предстоит немало испытаний.
  - Не забывай, что ты моя младшая сестра Миана, - на всякий случай напомнила Мэриэн.
  - Я помню, - Эсфи закивала. Ей, конечно, городские каменные стены казались сплошным серым пятном. Но на корабле, перед пробуждением её дара, Эсфи смотрела совсем иначе - как если бы видела. Значит, можно будет понять, когда волшебство появится ещё раз!
  Городские ворота были открыты - заходи, кто хочешь, - и окрылённой удачей Мэриэн это показалось знаком дружелюбия и гостеприимства. Она пригладила свои лохматые рыжие волосы, оправила на Эсфи платье, удобнее закинула на спину котомку с пустой бутылью и десятком собранных в лесу грибов. Зажарить на костре не успели - может, в городе удастся.
  Кошель с деньгами Мэриэн прятала на груди. Полезет кто - получит рукоятью меча по лбу. Но сейчас о ворах и грабителях думать не хотелось, а хотелось надеяться на лучшее.
  Сначала Мэриэн и Эсфи не увидели никого. Им пришлось пройти, оглядываясь, шагов сто, прежде чем отовсюду стали появляться горожане. Огромного роста, с грубыми лицами и выдающимися челюстями, жители города были поистине безобразны, и назвать их людьми язык не повернулся бы. Хотя они стояли на двух ногах, а не на четвереньках, и одежда у них была, сшитая из кусков кое-как обработанных шкур.
  Мэриэн попятилась обратно к воротам, цепко держа Эсфи за руку, и оглянулась - двое ухмылявшихся дикарей встали сзади. Мэриэн вытащила свободной рукой меч из ножен - и в руках дикарей начали появляться дубины.
  - Что такое? - тревожно заговорила Эсфи. Она ничего не понимала, но сморщила нос: от дикарей воняло хуже, чем от моряков на том корабле.
  - Молчи, - шёпотом проговорила Мэриэн.
  От толпы дикарей отделился один - на голове у него была повязка, до того грязная, что Мэриэн не взялась бы угадать её исходный цвет. Дикарь подошёл чуть ближе, и Мэриэн подняла меч. Дикарь хмыкнул, но испытывать, как хорошо она владеет оружием, не стал. Вместо этого он указал на Эсфи и жестом изобразил, будто бы перерезает ей горло.
  - Попробуй, - зло проговорила Мэриэн.
  - Это враги? - Эсфи в испуге прижалась к Мэриэн, но отвечать ей было некогда.
  Дикарь всё так же руками показал - если путешественницы сдадутся по доброй воле, их не тронут. Делать было нечего, и Мэриэн вернула меч в ножны. Тот, с повязкой, протянул короткопалую ручищу, и Мэриэн, стиснув зубы, отцепила ножны с мечом и отдала. Она чувствовала себя так, будто расставалась с величайшим сокровищем.
  Дикарь жестом поинтересовался, нет ли у Мэриэн больше оружия? Она покачала головой, думая, что если бы у Эсфи пробудился дар, они попытались бы убежать. Но Эсфи цеплялась за Мэриэн и только шмыгала носом, а волшебство молчало.
  
  III
  
  Эмгра, или Город Эмегенов, как они себя называли, когда-то назывался по-другому, и здесь жили люди. Летописцы в соседних краях писали, что это был свободный город, где царили мир и благоденствие, а ворота гостеприимно распахивались перед усталым путником. Но однажды пришли дикари с дубинами - многочисленное дикое племя, не знавшее о том, что такое человечность. Они расправились с горожанами, а тех, кто уцелел, сделали своими рабами.
  Закрывая печальную страницу летописи, Амарель, ученик старого жреца Фаресара, и подумать не мог, что когда-нибудь окажется в Эмгра. Но кто способен предсказать свою судьбу?
  ...Амарель ворвался в горящий храм, зовя учителя. Языки пламени ползали по стенам, лизали скамейки для прихожан, пожирали чёрное покрывало на алтаре. Амарель закашлял от дыма, огляделся, борясь с желанием убежать как можно дальше.
  - Учитель, - выдохнул Амарель. Он ведь не мог бросить старого жреца одного! Если тот ещё жив, конечно.
  - Рэль...
  Жив! Амарель бросился на зов и позади алтаря увидел Фаресара, под его телом расплывалась лужа крови. Амарель упал рядом на колени, схватил учителя за безвольную руку.
  - Рэль, - Фаресар закашлялся, изо рта его полилась кровь. - Возьми...
  Вторая рука его сжимала слабо светящуюся палочку из горного хрусталя. Амарель знал её - это была священная реликвия храма Кальфандры, хранившаяся здесь веками, как говорил учитель.
  - Что мне надо будет делать? - Амарель осторожно вынул палочку из пальцев Фаресара, спрятал её у себя за пазухой.
  - Направить на врага... Описать круг... Заклинание... Эл-ги-та... ранит или убьёт.
  Амарель торопливо кивнул.
  - Понял.
  - Теперь иди, - Фаресар еле слышно вздохнул, отпуская Амареля.
  - Учитель, я помогу вам... Я слышал, что все храмы Кальфандры подожгли, а жрецов убивают, но может быть, мы в лесу спрячемся!
  - Я всё равно умру. Иди! - Фаресар оттолкнул снова протянутую к нему руку Амареля. Недалеко от храма послышались чьи-то истошные крики, затем они стихли, и Амарель порывисто поднялся на ноги.
  - Король, - прошептал Фаресар. - Он давно хотел расправиться с нами. Он и его маги...
  Амарель молча смотрел на него сверху вниз. Он не находил слов, чтобы попрощаться с учителем - суровым, порой жёстким и непреклонным, но единственным близким человеком, который был у Амареля.
  - Ты теперь... жрец, - и Фаресар умолк. Глаза его уставились в потолок, и вот сейчас Амарелю стало по-настоящему страшно, страшнее, чем прежде. Искры с догорающего алтарного покрывала попали на его плащ. Тот вспыхнул, Амарель торопливо скинул его и побежал прочь из храма. Скорее к городским воротам!
  И только очутившись в лесу, Амарель смог вытереть с лица слёзы.
  
  Однажды Амарель услышал от учителя, что волшебство бывает разным, и ответил - на месте волшебника он, Амарель, захотел бы повелевать огнём. И гасить любой пожар.
  Когда-то его родители погибли в пламени. Пятилетнего Амареля взяли в храм Кальфандры - а иначе некому было бы о нём позаботиться. Ни дома, ни семьи - один только старый жрец, который увидел в мальчишке избранника Несравненной и учил всему, что знал сам, чтобы потом Амарель занял его место.
  Вот он и стал жрецом. И, возможно, последним жрецом Кальфандры - остальные, скорее всего, погибли, раз уж королевские маги объявили на них охоту.
  Он пробирался через лес, мысленно прося Кальфандру о помощи, когда справа послышался треск. Амарель остановился, вытащил хрустальную палочку из-за пазухи. Иного оружия у него с собой не было - даже ножа не успел прихватить, забыл обо всём.
  А тем временем из-за деревьев вынырнули трое в красном. Маги-убийцы! Амарель их не рассматривал, только сразу вскинул дрожащую руку с палочкой.
  - Спокойно-спокойно, - поморщился один из магов, постарше остальных и, конечно, самого Амареля тоже. - Ты ученик, верно?
  Если жрецы Кальфандры носили просто длинные волосы, то ученики были обязаны заплетать одну косичку. И, убегая из города, меньше всего Амарель думал о том, чтобы расплести косичку или вовсе отрезать под корень длинные кудри. Это всё равно не помогло бы - жрецы Кальфандры и их ученики всегда одинаково одеты. Чёрные плащи с вышитыми на них скрещёнными жезлами, чёрные рубахи и штаны. От плаща Амарель избавился, но не бежать же по улице голым, в одних башмаках!
  - Пойдёшь с нами, - продолжил маг, не дождавшись ответа. - Там и...
  Амарель не дослушал. Он развернулся и устремился прочь, а маги за ним. Они пытались поодиночке обойти его и поймать, но у них не вышло - и это приободрило Амареля. До тех пор, пока он на бегу не зацепился волосами за торчавшую впереди ветку. Пока высвобождался, стараясь не поцарапаться, маги подоспели ближе. Амарель услышал их крики:
  - Лучше сдавайся, и мы тебя не тронем!
  Амарель и отвечать не стал. Он снова помчался, но теперь в другую сторону, надеясь, что магам надоест его преследовать. Они же видели, что у него ничего нет, кроме палочки - махнули бы рукой, решив, что он не выживет в лесах! Но нет, шли по пятам.
  Пока ещё Амарель не пытался применить магию. Он знал, что слишком много колдовать нельзя - иначе палочка превратится в обыкновенный хрусталь. И Амарель хотел её приберечь - но, похоже, не судьба.
  'Великая Кальфандра, помоги!' - это была первая его мысль, когда он очутился на поляне, окружённый тремя врагами, и понял, что от испуга не может вспомнить заклинание.
  Сдаться? Просить, чтобы отпустили? Амарель не знал, что делать, но вмешался случай - или, может быть, сама Кальфандра.
  - Ашш-ши, - послышалось неподалёку, и маги переглянулись, отвлекаясь от Амареля. У него появилась надежда - пока он не разглядел тех двоих, что тоже вышли на поляну.
  Огромные, одетые в шкуры существа с дубинами... У Амареля по спине побежали мурашки. Он попятился, но один из магов вцепился в его руку с палочкой, что-то прошептал, и Амарель несколько мгновений не мог пошевелиться.
  А маги попытались расправиться с эмегенами. Воздели руки, нараспев принялись читать заклятья. Но для своего роста дикари двигались удивительно быстро, да и заклятий не испугались. Взмах дубиной - и старший маг отлетел прочь с проломленным черепом. Удар эмегенским кулачищем - и другой маг отшатнулся, с воплем прикрыл руками окровавленное лицо.
  Тот, который заставил Амареля стоять на месте, выкрутил у него из пальцев хрустальную палочку и направил на врагов. Однако действие чар иссякло, и Амарель схватил мага за руку, невольно спасая кого-то из дикарей. Они боролись, пока хватка мага не ослабела, а на лицо Амареля не брызнуло что-то тёплое. Держа в руках палочку, он отпрянул - и увидел, как поверженный маг оседает на траву. Рядом стоял эмеген с дубиной.
  Амарель поспешно смахнул чужую кровь со своей щеки. Огляделся - маги были мертвы, и теперь его окружали трое эмегенов. Скрыться от них он бы не смог, и Амарель поспешно указал на свою палочку, на себя:
  - Я... я маг.
  Он не знал, понимают ли эмегены его родной гафарсийский язык, но попытался объясниться с ними:
  - И могу быть полезен! Помочь вам... в чём-нибудь!
  В убийствах? Или его поставят надсмотрщиком над рабами? Ничего хорошего Амарель придумать не мог, но зато он останется в живых, а там, может, сбежит раньше, чем его заставят кого-нибудь прикончить.
  Эмегены перебросились парой фраз на своём шипящем языке, а потом жестами показали, что хотели бы увидеть палочку в деле. Амарель кивнул и судорожно попытался вспомнить заклинание. 'Великая Кальфандра, подскажи... спаси своего слугу'...
  И богиня услышала его мольбу.
  - Эл-ги-та, - обрадованно выдохнул Амарель, описал палочкой круг и направил на трухлявый пень неподалёку. Только бы пожар в лесу не начался...
  Искры вспыхнули, и эмегены взревели от восторга.
  
  Амарелю пришлось ещё не раз выслушать восторженные крики - в Эмгра, куда его отвели трое спутников. Верховный эмеген, чьё имя Амарель толком не разобрал и про себя переделал в 'Шисс', жестами объяснил, что Амарель и его хрустальная палочка пригодятся. Кроме него, в Эмгра были другие люди, но все они носили цепи и ошейники, строили для эмегенов дома, обрабатывали землю и даже пасли скот. Эмегены не умели ковать, и Амарель решил, что цепи и всё металлическое остались от прежних хозяев Города.
  Рабы жили в деревянных пристройках, некоторые в хлеву рядом со скотом, но подобной участи Амарелю удалось избежать. Он стал почётным пленником-магом, которому отвели ветхий, покосившийся, но собственный домик, и позволяли разгуливать по улицам без цепей и ошейника.
  - Откуда ты? - однажды спросил у Амареля смуглый раб, возвращавшийся от колодца. Невысокий, молчаливый, средних лет, раб говорил на бей-ялинском языке. Амарель худо-бедно владел этим языком и ответил:
  - Гафарса.
  - Кебек, - назвал своё имя раб, поставил тяжёлые ведра с водой на землю и протянул крепкую мозолистую ладонь. Амарель охотно пожал её, представился и заметил, каким взглядом Кебек окинул его изнеженные белые руки с длинными пальцами. Хорошо хоть, косичку Амарель давно расплёл и просто завязывал волосы сзади чёрным шнурком.
  - Вас много здесь? В Эмгра? - тихо спросил Амарель, пряча руки за спину. Он хотел рассказать о себе, но побоялся - вдруг и Кебек из тех, кто ненавидит жрецов Кальфандры.
  Кебек нахмурился:
  - Много.
  - И вы ни разу не пытались сбежать? - Амарель с опаской подумал о том, что придётся задеть бей-ялинца, чтобы напомнить тому о гордости. - Это... это ведь не жизнь!
  Кебек недружелюбно взглянул на него узкими тёмными глазами:
  - Были такие умные. Пытались.
  Из-за поворота вышли двое эмегенов с дубинами, и Кебек, подхватив вёдра с водой, поспешно удалился. Амарель остался гадать, что сталось с теми 'умными' - быстро их поймали, или они нашли свою погибель от звериных клыков и когтей в лесах.
  Прошло несколько дней. Амарель пытался вступить в разговор с кем-то из людей, кроме Кебека, но они пугливо отмалчивались. В конце концов, Амарель решил, что он только навлечёт на себя подозрения эмегенов, и оставил рабов в покое. Всё, что ему оставалось - это взывать к Несравненной, чтобы она послала ему знак. И настал день, когда богиня услышала его молитвы.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) А.Тополян "Механист"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) LitaWolf "Враг мой. Академия Блонвур 2"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-3 Свобода или смерть"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "К бою!" С.Бакшеев "Вокалистка" Н.Сайбер "И полвека в придачу"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"