Данихнов Владимир Борисович: другие произведения.

Твое маленькое будущее

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:


   Твое маленькое будущее
  
   Это будущее еще слишком маленькое.
   Дяди и тети! Дайте/не дайте ему вырасти!
  
   Знакомство с героем
  
   Перед нами профессор. Настоящий, с неподдельным дипломом, элитный такой профессор: седой, худющий и в очках с толстыми линзами. Его короткие волосы топорщатся вокруг затылка, похожие на солнечные протуберанцы. На макушке - лысина. Та часть аудитории, которая смотрит на профессора, глядит именно на эту блестящую лысину.
   - Кхе, - говорит профессор, прижимая кулак ко рту. - Начнем, пожалуй, с банальности: все мы смертны...
   - Херня!
   - Что, простите? - профессор отрывается от своих бумажек. В аудитории настает тишина. Все смотрят на юношу в потрепанном спортивном костюме. Юноша поднялся со своего места и тычет пальцем в сторону профессора.
   - Я пришел сюда, чтоб узнать, как победить смерть!
   - Я...
   - Я-мать-тво-ю-при-шел! - по слогам повторяет молодой человек, заставляя профессора умолкнуть. - Я пришел, и что слышу? Все люди смертны! Херня!
   Профессор поспешно нажимает незаметную кнопку на кафедре. Появляется охрана - два дюжих мужика в синей форме. Они вразвалочку подходят к бузотеру. Юноша не сопротивляется, когда его хватают под локотки и ведут к выходу. Он похож на никогда не сдающегося революционера. Ему остро не хватает красной повязки на локте и кепки. Да, кепка, пожалуй, ему нужнее всего.
   - Я пришел на вашу лекцию! - кричит парень. - И что я получил? "Все люди смертны!" Бля-а-ать!
   Перед нами, друзья, наш главный герой. Его зовут Вася, и он родился на Васильевском острове, он появился на свет в прекрасный весенний день, когда Нева еще стынет под робкими лучами солнца, но асфальт уже блестит, тщательно вымытый, и пахнет мятным шампунем, как летом. Вася - хороший парень, честное слово! Только иногда увлекается и часто матерится. Но тут уж ничего не поделаешь: Васю так воспитала тетка, неудавшаяся актриса. Тетка очень любила материться, глядя на себя в зеркало. Васины родители умерли, когда Вася был в нежном возрасте. Пусть то, отчего они умерли, останется загадкой.
   Еще у Васи есть старшая сестра. Совершенно не приспособленное к жизни создание. Но о ней чуть позже.
  
   Васю выкидывают на улицу. В прямом смысле слова выкидывают. Вот он летит по воздуху, широко раскрыв глаза, а вот падает и ударяется коленями о булыжник. Но Вася не унывает. Он поднимается на ноги и выхватывает из-за пазухи раскладную АЭРОДОСКУ фирмы "Flamenco inc.", прыгает на нее и взлетает над асфальтом метра на три. Ловит восходящий поток теплого воздуха и ловко цепляется за бампер пролетающего мимо ФЛАЙЕРА. Васе не нравится слово "флайер". Дурацкое оно, и вообще - штамп. А звучит-то как! Это же просто ужас! Даже мысленно произносить противно - слово катается во рту, будто волосяной шар. Но флайер остается флайером, что бы Вася себе ни думал.
   Над Васей светится ванильное Питерское небо, в лицо бьет ветер, и он кричит, ощутив прилив небывалой радости:
   - Ну это ж ебнуцца можно, как оно все клёво!
  
   У Васи дома
  
   Дома сумрачно и как-то вязко, даже двигаться приходится так, словно застрял во фруктовом желе. Возле парадного и то лучше себя чувствуешь - даже там Васе, измазанному в грязи, уставшему, как-то уютнее.
   Васина сестра, Саша, задернула шторы и сидит на кухне с шеей, обернутой колючим шарфом. Пьет горячий чай с долькой лимона. Долька лимона сиротливо плавает в кружке. Печальное зрелище.
   - Почему свет не включаешь? - спрашивает Вася.
   - Не проходит, - со всхлипом говорит она, и тогда Вася взрывается: кидает аэродоску на пол и хлестко бьет Сашу по лицу:
   - А чего ты хотела? Чего ты хотела, дура? Зачем ты дала этому уроду?!..
   Саша плачет, прижимая ладонь к щеке:
   - Он любил... любил меня...
   - Любил!
   Вася, хлопнув дверью, уходит на балкон. Небо над городом плешивое, как голова давешнего профессора. Зря его не дослушал, думает Вася, доставая сигареты. Может, он хотел сделать какой-то другой вывод из своей лекции, ну не тот, что люди смертны, а такой: несмотря на то, что люди смертны, все-таки существует способ спасти их от неминуемой гибели! То есть не всех спасти, конечно, а хотя бы одну девушку, его старшую сестру. Которая только наполовину сестра, по отцу. Зачем он о ней беспокоится?
   Саша плачет.
   Васе становится стыдно, он возвращается на кухню, раздвигает шторы и подходит к сестре, становится перед ней на колени и обнимает ее ноги. Ноги у нее холодные, а у колен почему-то горячие.
   - Прости.
   - Прекрати... хватит, Вася...
   - Болит?
   - Немного.
   - Температура?
   - Тридцать семь и два.
   - Сбить пыталась?
   - Нельзя такую температуру сбивать... но я пробовала. Аспирином. Не помогает.
   - Горло как?
   Она открывает рот и наклоняется к нему. Все, что Васе удается увидеть - это ровные белые зубы и темноту за ними.
   - Я вижу темноту, - говорит Вася.
   - В этой темноте прячутся огромные блямбы. А на языке у меня прыщ и какая-то белая гадость, словно паста, а нёбо обнесло. - Она высовывает язык. Вася кривится - изо рта у сестры воняет. Гноем.
   - Мне говорить сложно, - шепчет она, спрятав язык. - Шея болит, вспухла. Так же было у Лены из пятой квартиры. Сначала. Потом стало хуже.
   - Лена из пятой квартиры недавно получила первую группу инвалидности, - говорит Вася, задумчиво щурясь на солнце. Солнце, расковыряв запотевшее стекло, прыгает по комнате юрким солнечным зайчиком-попрыгайчиком. - Сидит дома, а к ней врач ходит. Хорошо ей!
   - Что хорошего-то?!
   Вася следит за попрыгайчиком:
   - Мне нужен БЛАСТЕР.
   - Зачем? - спрашивает Саша.
   - Что?
   - Зачем ты так произносишь это слово, что кажется, будто ты пишешь его большими буквами в воздухе?
   - Что?
   - Я всего лишь...
   - Сиди здесь и пей свой чай, - говорит Вася, поднимаясь.
   - Всего лишь...
   - Заткнись, ради Бога, - говорит Вася, поднявшись.
   И она послушно сидит и молчит и даже не видит, как сумерки опускаются на город, она глядит в кружку, она маленькими глоточками пьет ароматизированный черный чай, а лимон стукается о ее верхнюю губу, и она хватает его зубами и начинает грызть и глотать кислые кусочки, хоть это и очень больно, но она съест все, что угодно, чтоб только не похудеть, потому что, как говорят, больные этим худеют, и она теперь понимает - почему. Горло будто закрыто чуть приотворенной печной заслонкой, очень сложно пить воду или чай, а водку можно, но водки слишком мало, да и не собирается Саша сдаваться, потому что топить горе в водке - удел слабых, а она сильная девушка, она выдержит, дождется Васю, вот только за окном уже ночь, в форточку дует холодный ветер, а Васи все нет и нет.
   Где же он?
   Ищет лекарство?
   Нет, Вася не ищет лекарство. Он сидит на асфальте с разбитой головой, рукой зажимая рану; сквозь его узкие пальцы сочится темная кровь. Вася, по словам милиционера, который стоит рядом и пишет протокол, епнулся апстену.
   - На самом деле это не два слова, а одно, - говорит милиционер, протягивая Васе квитанцию. - Одно большое слово. По-моему, наречие. Епнулсяапстену. Отвечает на вопрос "Как?"
   - Почему одно? - спрашивает Вася, с ужасом разглядывая остатки своей аэродоски.
   - Ты же в будущем, - говорит мент, уходя к своему флайеру. - Сейчас все не так, как раньше.
  
   Вася достает бластер
  
   Вася пешком добирается до квартиры своего лучшего друга, Синельникова Константина. Костя, программист-интеллигент в третьем поколении, сидит за компьютером в наушниках и что-то моделирует, что-то такое жутко навороченное, объемное, что-то такое очень красивое, хотя с первого взгляда понять для чего оно, это что-то, предназначено - невозможно.
   - Костя, ты мне поможешь?
   - Зачем?
   - Ёпт, ну я ж-же твой лудший друхх!
   - Вася, говори правильно.
   - Сашке плохо.
   - У нее то, чего называть нельзя?
   - Похоже. А хахаль ее, кстати, умер. Туда ему и дорога.
   - Когда умер?
   - Неделю назад. От того самого.
   Костя поворачивается к Васе лицом:
   - Ты от меня чего хочешь?
   - Говорят же...
   - Мало ли что говорят! Я думаю, это газетная "утка", как обычно. Кинули гражданам кость - грызите, граждане, надейтесь! Что у тебя с лобешником?
   - Епнулсяапстену.
   - Хмуро.
   У Васи звонит сотовый. Вася подносит трубку к уху и, щербато распахнув рот, говорит:
   - Але?
   - Вася?
   - Але?
   - Вася, это ты? Это Саша!
   - Але?
   - Да затрахал ты уже со своим "але"! - говорит Костя и, натурально, достает с полки БЛАСТЕР. Вася таращится на него.
   - Вася...
   - Саша?
   - Вася, ты когда вернешься?
   - Щасвирнус, - говорит Вася и нажимает "сброс". Сашин голос проливается на пол весенним дождем и забивается в щели. Бластер лежит на компьютерном столе среди переплетенных проводов и влажно поблескивает в лучах зеленой настольной лампы.
   - В местном центре иммунологии, говорят, около ста доз препарата и все расписаны на пять лет вперед, - говорит Костя. - Даже если это не "утка", то... Понимаешь? Шансов получить лекарство законным путем нету.
   - И хули?
   - Слушай, хватит материться! Ты все-таки в квартире интеллигента! Вон как Пушкин на тебя смотрит!
   Вася тушуется под взглядом Пушкина, который смотрит на него с картины. Вася прикасается к рукоятке бластера и следит за Костей; друг прячет глаза, слюнявит палец и притворяется, будто счищает пятно с рукава своей аквамариновой майки, простреленной надписью "RUN/DOS/RUN".
   Вася украдкой хватает бластер и прячет его за пазуху.
  
   Ловкое ограбление
  
   В самый разгар ограбления у Васи, натянувшего на голову женский чулок, оживает сотовый. Вася продолжает наводить бластер на служащих сберегательной кассы и одновременно разговаривает.
   - Вася, купи мне шоколадных конфет и приезжай.
   - Да на хрена тебе щас понадобились шоколадные конфеты?
   - Вася, приезжай, мне плохо. Мне надоел этот лимон. Хочу конфет!
   - Щас, щас всё будет! Тут, понимаешь, вот какое дело: сначала я хотел сразу ограбить центр иммунологии, но решил, что нам лишние деньги не помешают и решил бомбануть кассу.
   - Вася, говори нормально, я тебя не понимаю. Вася, приезжай. Я даже не обижусь, если ты меня ударишь. Только приедь!
   - Что я - изверг, что ли, женщин бить? - возмущается Вася.
   - Сегодня ты бил.
   - Бля-а-ать, ну я же не нарочно!
   - Вася, приезжай... Вася, мне сложно говорить. Кажется, у меня жар. Сейчас ночь. Где ты, Вася? Вася, родной...
   Вася стоит посреди ярко освещенного помещения. Охранник, оглушенный, лежит у его ног. За стойкой трясутся служащие, тщательно прилизанные и какие-то серые. У одного из них в руках МЕМОРИОН, и Вася, разъярившись, расстреливает этот меморион к чертовой бабушке. Служащего чудом не задевает. Служащий плачет - в меморионе были записаны воспоминания его маленького сына.
   - Тоже мне, будущее! - кричит Вася, раскидывая ногами осколки мемориона. Вдруг он приходит в себя и направляет бластер на кассиршу:
   - Выгребай деньги в мешочек.
   - А в конверт можно?
   - Слушай, хватит меня лечить. Я - занятой человек, понимаешь? Я знаю самого профессора Губермана из университета. Он - мой главный помощник!
   ("Пусть пошерстят подонка, - думает Вася, - раз у него такие никчемные лекции".)
   В дверях Васю встречает тот самый милиционер, который выписал ему штраф за неправильную езду на аэродоске. У милиционера довольное лицо, глаза сияют, в руке - чашка дымящегося кофе; растворимого, но от этого не менее желанного, ведь к вечеру сильно холодает, и асфальт покрывается тонкой ледяной коркой - в такую погоду надо обязательно пить кофе.
   - Ну... - удивленно произносит милиционер и, роняя кофе, выхватывает свой бластер. Так они и стоят с бластерами друг против друга. Признаюсь, очень странная сцена. То есть нет в ней ничего странного, конечно, но ведь все шло к моральной гибели героя, а не физической. Однако судьба взбрыкнула и привела Васю на эту площадку, будто окруженную софитами, словно взятую на прицел профессиональными камерами. И вот невидимый режиссер поднимает руку, призывая актеров занять места, и...
   И тут Вася начинает стрелять из бластера, а милиционер тоже начинает стрелять, и все вокруг них рушится и рассыпается осколками, а они оба остаются живы и движутся просто с умопомрачительной скоростью...
   Уходят от смертельных ЛУЧЕЙ, натурально, тебе говорю, уходят!
  
   Беседа о зле
  
   - Ты знаешь, - говорит мент, - я с самого детства не переношу зла. Ну вот, например: иду и вижу, как кто-то без очереди лезет к кассе или отталкивает старушку с дороги. Явное зло! Мне бы подойти, врезать подлецу, но на меня какой-то ступор нападает, ни слова вымолвить не могу, пораженный гнусным поступком. Поэтому я в милицию и пошел. Тут говорить много не надо, тут всем выдают БЛАСТЕРЫ.
   Они находятся за городской чертой. Сидят на окне двенадцатого этажа недостроенного кирпичного дома и смотрят на огни большого города. Пьют найденную в бардачке ментовского флайера водку. У Васи в кармане несколько пачек валюты - должно хватить на лекарство. Остальное конфисковал милиционер. У него семья, дети. Любой бы на его месте конфисковал. Вася даже не обижается.
   - Я тоже такой, - говорит Вася. - Ну такой... благородный, бля-т-ть.
   - А?
   - Товарищ милиционер, я вас уважаю. Вы охуительный мужик.
   - Почему?
   - Честно говоря, хер его знает. Наверное, вас так воспитали.
   Звонит сотовый.
   - Да?
   - Это Саша.
   - Кто?
   - Вася, ты где? Мне так плохо, Вася! Меня целую ночь бросает то в жар, то в холод...
   - Кто?
   - Какие, нафиг, "кто"?! Это твоя сестра!
   - Ничего не слышу! Говори громче!
   - Я не могу громче, у меня горло обложено. Мне так плохо. Вася, приезжай быстрее...
   - Что?
   - У меня обложено.
   - Я и спрашиваю: что у тебя, блять, обложено?
   - Я боюсь. Я одна, я боюсь, я одна, одна, одна, одна... - Она плачет.
   - У меня доска сломалась, кстати.
   - Что?
   - Доска, говорю, пошла.
   - Куда пошла?
   - Паписдепашла. Это существительное женского рода. Отвечает на вопрос "Что?" Ударение падает на предпоследнюю "а".
   - Купишь мне конфет? - всхлипывает Саша.
   - Пока, сестренка!
   Вася прячет трубку в карман и смотрит на небо. Мент тоже смотрит на небо, они оба смотрят на небо, и мент думает, как же прекрасно так просто сидеть на подоконнике и смотреть на небо. Он думает, что мир полон волшебства, а Вася думает: центр иммунологии открывается в восемь утра. До открытия два часа. Пока то да се, пока доберусь, думает он... в общем, пора закругляться с выпивкой и идти.
   Вася говорит милиционеру:
   - Ладно, спасибо вам и все такое, а я пошел.
   - Погоди. БЛАСТЕР свой заберешь?
   - Да ну его на хер, - говорит Вася и вытягивает из-за пазухи шестизарядный револьвер. - Вот что у меня есть. У охранника стащил.
   Милиционер грустно улыбается. Он видит, что в Васином револьвере заключено зло, но не пытается остановить парня, а благополучно впадает в ступор.
  
   Поход за покупками
  
   Ай да мир, ай да город, залитый светом неоновых вывесок и рекламных щитов, ай да сумрачные улицы, по которым гуляют угрюмые люди! Мир ожившего киберпанка, романтически притягательный мир помоек, застрявших между домами-небоскребами, мир, захваченный нанотехнологиями, которые пришли на службу к богачам! Ай да мир, в котором на Васю, выходящего из центра иммунологии с заветным кулечком в руках, кидаются хрипящие и кашляющие бомжи с иммунитетом, в клочья растерзанным вирусом.
   Вася бьет одного бомжа, другого, третьего, он раскидывает их, этот юный богатырь, а потом его погребает под кучей давно немытых тел, но вдруг раздается громкий выстрел, и бомжи, набрав приличную скорость, уносятся по улице прочь. Вася лежит на асфальте, прижимая лекарство к груди, и тяжело дышит. Он слышит, как с крыш домов в небо с карканьем срываются черные вороны. Васино сердце гулко стучит.
   Очень трагичный момент.
   "Кто меня спас?" - спрашивает себя Вася. Менты? Неужто, из огня да в полымя? Он поднимает голову: нет, это не менты, это его лучший друг Костя, который по счастливой случайности проходил мимо. Костя идет в компьютерный магазин за новой видеокартой. Он помогает Васе подняться:
   - Взял?
   - Взял.
   - Я тебе, кстати, говорил, что лекарство помогает только одному из ста? К тому же, лекарство это, наверняка, плацебо.
   - Почему одному из ста?
   Костя пожимает плечами:
   - А откуда взялись те тринадцать чуваков, которые смогли переболеть этим и выздороветь без всяких лекарств?
   - Откуда? - спрашивает Вася. Ему плохо, от удара у него болит голова. Он вспоминает про револьвер и хлопает себя по куртке, но понимает, что револьвер ему сейчас вряд ли понадобится, потому что у Кости у самого хорошая машинка, выстрелом из которой друг запросто разогнал бомжей.
   - Никто не знает, - отвечает Костя. - У нас БЛАСТЕРЫ, ФЛАЙЕРЫ, НАНО-БЛЯТ-ТЬ-ТЕХНОЛОГИИ, а никто не знает, откуда взялись те тринадцать. Как, кстати, мой бластер поживает?
   - Так что это получается - Сашка умрет?
   - Где мой бластер?
   - Какой, блят-ть, блястер? Ты же притворился, что не видишь, как я тырю его!
   - Ну ты и дятел. Где он? А что Сашка умрет, так все мы смертны, что тут такого?
   - Говоришь как трахнутый профессор! Проебал я твой бластер, с меня новый.
   - Ловлю на слове.
   - Мир меняется, - говорит Вася грустно, - даже слово "блять" раньше писали как-то иначе, я читал в "Науке и жизни". Раньше все было херовее. Но и щас многое осталось херовым! И если Сашка умрет... скажи, Костя, есть жизнь после смерти? Раньше жизнь после смерти была, я точно знаю, а сейчас? Если есть, тогда я успокоюсь, правда. Я хотел узнать про жизнь после смерти у профессора, но он оказался вафелом, а ты умный. Скажи мне!
   - Успокоишься, если скажу, что жизнь после смерти есть?
   - Ну а хули тогда волноваться? Если жизнь после смерти есть, если есть душа, я выкину это долбанное лекарство. Один из ста - это не шанс!
   - Я не знаю, - говорит Костя, - есть ли душа. Вроде где-то в сети натыкался на работы парня, который фотографировал души умерших, и он... погоди, мы пришли.
   Они заходят в компьютерный магазин.
   Оживает сотовый.
   - Але?
   - Вася! Вася!
   - Что? Ну что?
   - Вася, мне плохо...
   - Неужто, ты не понимаешь? Я должен стопудово убедиться, что приду к тебе с лекарством или доказанным фактом, что ты не умрешь окончательно! А пока я не могу к тебе прийти.
   - Вася! Я не могу даже сглотнуть слюну, мне так больно...
   - Выпей горячего чаю, блят-ть!
   - Вася!
   Сотовый удобно ложится в карман. Холодная, тихая, отключенная трубка.
   Вася и Костя тщательно подбирают новую железку для Костиного компьютера. Прицениваются, заставляют менеджеров запускать синтетические тесты, нюхают микросхемы, оценивают способность видеокарты работать при разгоне процессора и памяти - в общем, занимаются полезным делом.
   - Че, - спрашивает Костя, - может, все-таки домой поедешь? Плохо выглядишь!
   - Сам ты хер с ушами! Не понимаешь что ли? Я должен вернуться домой, точно зная, что все будет в порядке.
   - Ну и как ты самому себе докажешь, что душа существует?
   - Я сделаю вот что... ёпт, смотри какая видюха!
   - Ого, ну и... беру!
   - Гражданин! Гражданин! Че, блять, оглох? Нам вот эту. Тщательно заверните. А где драйвера, блять?!
  
   Прощание с полюбившимся героем
  
   На большом экране, который висит на центральной башне города, показывают ограбленную Васей сберегательную кассу. Потом появляется Васин фоторобот - не очень он похож на Васю, какой-то излишне ушастый. А вот и фоторобот мента - вернее, не фоторобот, а фотография, очень качественная. Мент скрылся с долей награбленного где-то за городом, хочет переждать, но доблестные силы правопорядка прочесывают квадрат за квадратом и скоро найдут его. Вася стоит посреди площади и хихикает, глядя на свой фоторобот. Он не помнит, как здесь очутился. Кажется, началось все с того, что они купили видеокарту. Костя предложил обмыть покупку. Они пошли в бар и ударили по пивку.
   Костя сказал:
   - Понимаешь, когда объявили, что появился первый выздоровевший, я не удивился. Серьезно.
   - А? Смотри, какая официанточка, давай к ней подкатим!
   Они подкатывают к официантке. Костя целует ей ручку и говорит Васе:
   - Знаешь, почему я не был удивлен? Потому что не бывает всесильных людей и неизлечимых болезней. Когда-то должно было такое случиться - и оно случилось! Человек изменился, подстроился под вирус и выздоровел самостоятельно. Да, эта болезнь ужасна, но не всесильна. Понимаешь?
   - Что? Уши можно сломать, когда твою херню слушаешь! Интеллигент, бл...
   - При женщине не матерись!
   - ...ин...
   Костя ведет официантку в гостиничный номер и говорит Васе:
   - Но люди - дураки. Вместо того, чтобы исследовать выздоровевшего человека, да если б понадобилось - вместо того, чтоб разобрать его по частям, убить, но выяснить, почему его организм победил болезнь, они ему поклоняются, считают чуть ли не святым. Приходят к нему, чтоб поцеловать руку и испросить совета. Но ведь те, кто выздоровел, не боги, а обычные люди!
   Вася говорит:
   - Костя, не грузи. Иди-ка ты в жопу, Костя!
   - Что?
   - Давай, говорю, выпьем.
   - Чего выпьем? Ничего нет.
   - Тогда посмотри, как я замечательно танцую на столе!
   - А где официантка? Только что тут была!
   - Да тебе не похер? Смотри, как я танцую!
   - Я тоже ха-ачу! - Костя поспешно забирается на стол.
  
   И теперь Вася стоит посреди площади и трясется от нервного смеха. Револьвер куда-то пропал, так и не выстрелив, но кулечек с лекарством вот он, на месте, в дрожащих ручонках человека, который мог стать хирургом или космонавтом, который мог взобраться на Эверест или спуститься в Марианскую впадину, который, в принципе, с таким же успехом мог давно умереть от передозировки героина или повеситься в тюремной камере - вот он, этот человек, весь перед нами, хлюпает носом, обнажает несуществующую душу. Он хотел прогуляться по городу, чтоб найти того, кто б убедил его в существовании этой самой души, но что-то не сложилось. Вместо этого он напился как свинья.
   Он любит Сашу. По крайней мере, думает, что любит, но стоит на месте и не поймет, что ему сейчас следует делать. Он потерялся в толпе безликих людей. Он стоит и смотрит на свой ушастый портрет, ухмыляющийся с огромного экрана.
   Он не знает, что делать. Ему приятно, что его показывают по телевизору, но и это чувство какое-то мелкое и быстро покидает его.
   Вася смотрит на кулечек, который сжимает в руках.
   Ты ведь понимаешь, Вася, что души нет, и жизни после смерти нет, да и ничего вокруг тебя уже нет, а сестра твоя, с температурой тридцать семь и два, которую никак не удается сбить, и распухшими лимфоузлами, которые мешают повернуть шею, сейчас пытается поесть, но у нее ничего не выходит. Хватит бегать, Вася, достаточно! Включи сотовый, купи шоколадных конфет и черного чая, который так любит Саша, и иди к ней. Поговори с ней, расскажи анекдот, сыграйте в "Монополию", смеясь и перешучиваясь как раньше.
   Не мечись, Вася, наплюй; будущее, все эти БЛАСТЕРЫ, АЭРОДОСКИ и ФЛАЙЕРЫ, все эти слова, написанные ЗАГЛАВНЫМИ, блять, буквами, не спасут ни тебя, ни сестру.
   Иди, Вася. Она плачет и ждет тебя. Ты нужен ей. Подари ей свое время. Дай ей лекарство, которое ты уже мечтаешь продать, чтоб опохмелиться. Один из ста, не такой маленький шанс. Вдруг не "утка"?
  
   Ну что ты стоишь, как ДАЛБАЕПП?
   Чего прикидываешь?
  
   Шагом ма-арш, бля-а-ат-ть!

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Ртуть "Черный вдовец. Часть 2" (Попаданцы в другие миры) | | А.Субботина "Сказочник" (Романтическая проза) | | Т.Орлова "Несвобода" (Романтическая проза) | | К.Юраш "Заказное влюбийство" (Юмористическое фэнтези) | | И.Триш "Неучтенная невеста" (Фэнтези) | | И.Шикова "Скромница для хулигана" (Современный любовный роман) | | Д.Сойфер "Эффект зеркала" (Любовное фэнтези) | | Т.Михаль "Мой босс, Тёмный Князь" (Современный любовный роман) | | А.Борей "Попаданец для нее" (Попаданцы в другие миры) | | С.Волкова "Жена навеки (...и смерть не разлучит нас)" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"