Аннотация: Один из них тратит заработанное состояние на шикарные тачки для нелегальных гонок. Другой - светило информатики с обездвиженной от рождения рукой. Разное время, разные цели и отнюдь неравные шансы. Но их связывает гениальность. И не только она...
ГЕНИЙ. Итерация Х.
Х1.
Дата: 09/2010. Место: г. Икстерск, РФ.
Алексею Громову двадцать пять. У него за плечами высшее экономическое образование и еще одно ("иностранные языки") - в процессе. Дома Алексея ждет Ольга: девяносто два-шестьдесят-девяносто пять, волосы цвета "блонд", в качестве приданного девятнадцать процентов акций медиахолдинга и глубокие познания в истории искусства. Команда собственной компании Алексея состоит из десятка таких же молодых и хватких топ-менеджеров: у каждого IQ выше среднего, гипертрофированная преданность компании и спартанское желание зарабатывать. В баре у Большого Фонтана Алексея дожидаются друзья, из которых минимум двое готовы пойти за Громовым в любую авантюру.
И минимум тысяча жителей Иксбирска обрадуется, если Алексей сейчас расхлестается в пыль на своем темно-синем Ниссан "СкайЛайн".
Ограда центрального парка, колонны ДрамТеатра, рельефные стены МедАкадемии проносятся с бешенной скоростью. Если не знать городского ландшафта - и не заметишь, некогда смотреть по сторонам. Машина летит кометой, оставляя за собой хвост выхлопных газов. Мир коллапсирует, сжимается до салона авто, млечным путем впереди - свет фар, рев мотора - единственный звук во вселенной. И если дойти до крайности, вспыхнет сверхновая.
Обычно по ночам Театральная площадь безлюдна. Хозяева проржавевших киосков с мелочевкой и легким алкоголем закрывают окошки решетками, распуская продавцов по домам, исчезают с тротуара машины задержавшихся на работе клерков, жители соседнего района добираются до ночлега более короткими путями. Огороженная с одной стороны памятниками архитектуры, приспособленными под офисы, а с другой - забором бывшего автопарка, площадь абсолютно бесполезна, как открытая беседка в зимнем саду.
Но не по воскресеньям.
В эту ночь, площадь дрожит, как живая. Причудливой светомузыкой мигают аварийные фары форсированных автомобилей. Наперебой с голосами грохочет музыка, звенят случайно разбитые бутылки. Укромные уголки засоряются упаковками от презервативов. Опьяненная азартом молодежь выпускает пар, безнаказанно нарушая закон о допустимом барьере шума.
В ночь с воскресенья на понедельник ни один омоновец не сунется на территорию стрит-рейсеров. Были инциденты и плохо закончились. Для властей.
Эффектным разворотом Алексей пересекает финишную линию, оставляя покрышками автограф победителя на асфальте. Три коротких сигнала фанфарами взрывают воздух. Гонка завершена.
Один за другим финишируют соперники. Шесть машин с хищными аэрографиями выстраиваются в ряд достаточно плотно, чтобы загородить выезд и достаточно далеко друг от друга, чтобы зрительская толпа обняла разгоряченные автомобили, приветствуя гонщиков.
- Пропустите, пропустите, - знакомый шальной ор урезонивает тугое кольцо поклонников. Это старый друг Димка пробивается к победителю. - Надо же, Леха СкайЛайн снова всем надрал бампера!
Крепкие объятья громилы сдавили грудную клетку. Алексей не сопротивляется. За годы дружбы он привык и к пьяным поцелуям взасос, и к терпкому запаху Дмитрия, который не удается вывести ни одному одеколону.
Зато широкие плечи всегда готовы заслонить и от Люцифера - представился бы случай.
По воскресеньям в баре у Большого Фонтана выручка возрастает втрое. Постояльцы сюда не сются, случайные прохожие быстро ретируются подальше от гоночной тусовки. А хозяева безымянной пивнушки закрывают глаза на произвол и неизбежно сломанные стулья, выставляя в баре алкоголь только высшей пробы - знают, кто будет платить.
Вымыв руки с традиционно разбавленным жидким мылом, Алексей возвращается из клозета. Проходит мимо заставленных выпивкой столиков с прожженными скатертями к своему, где ждут Дмитрий и Егор - друг детства и ловеласских похождений. С появлением Алексея, Егор одобрительно качает головой и выставляет вверх большой палец - рубашку-то победитель заправил, а вот помаду на ухе проглядел.
- Заткни мобилу, Казанова, - усмехается Димка, бросив другу смартфон.
Алексей листает пропущенные вызовы с выражением мучительной скуки.
- Ольга трезвонила? - риторически спрашивает Егор, отпивает темного пива, расплескав немного на ворот. - Говорил я тебе - нехер жениться так рано.
Алексей садится за стол. Скатерти почти не видно под слоем просыпанного пепла и круглыми бляшками тарелок.
- Мне по статусу положено, - объясняет Алексей. - Бараны из госсектора любят, когда партнеры сначала ведут их в "Монплезир" с женами, а потом - в "Саун-таун" со шлюхами. Это вроде клановости, видят, что ты такой же, как они, и спускают миллионы на твой продукт. Получается нечто вроде круговой поруки.
Егор невесело смеется, а Димка сочувственно сжимает плечо Алексея. В отличие от Егора, Дмитрий не понаслышке знаком с правилами игры в топ-менеджмент. Благодаря Громову.
На колено Алексею плюхается молоденькая девчонка. Густо накрашенные брови сильно контрастируют с выбеленными волосами, из-под накладных ресниц почти не разглядеть цвет глаз. Девчонка обвивает его шею тонкими руками, звенят браслеты-цепочки, неразборчивые фразы глушат свистящим шепотом. Алексей знал много таких Лолит. Порочных красавиц, оголяющих ноги, чтобы намертво запечатать остатки надломленной души глубоко внутри.
Алексею такие не нравятся. Он высвобождается из аркана. Говорит:
- Уймись, кукла.
И девчонка уходит. Ни грамма не обидевшись на оскорбление.
В тот момент вечеринки, когда кондиционеры уже не справляются, но пары алкоголя подействовали только на моторику движений, столик Алексея плотным кольцом окружает команда участников гонки.
- Привет, победитель. Клево покатались. - Юркий, сухопарый Смарт одобрительно чокается с бокалом Громова и кивает в сторону двери. - Прогуляемся на свежий воздух? О деле поговорить надо.
Пока Алексей распихивает по карманам смартфон, сигареты, зажигалку и бумажник, Дмитрий щурится, буравит взглядом гонщиков по очереди. Сейчас он похож на питбуля, которого удерживает туго натянутый поводок хозяина. Алексею достаточно двинуть бровью, и гонщики забудут о чем собирались говорить, но Громов допивает пиво и выходит из-за стола.
На улице свежо и тихо. Рассветные лучи осторожно касаются горизонта, не спеша будить заревом город, по соседней улице уже громыхает бесполезный первый трамвай.
На крыльце собралась вся гоночная лига. Одни неуверенно жмутся к дверям, другие напротив - стараются держаться поближе к Алексею. Смарт стоит на нижней ступеньке, облокотившись о перила, и шарит по карманам в поисках зажигалки. Попросить у Алексея не хватает смелости. Наконец, выудив дешевый "Крикет", Смарт делает первую затяжку.
- СкайЛайн, ты классно катаешься, - говорит он без тени иронии или лести, - но при твоих возможностях остальным не достается кайфа.
- Да неужели, - улыбается Алексей и прячет руки в карманы куртки.
- Ты ведь понимаешь, в нашем деле важна не только реакция, но и тачка. Против твоей нам не тягаться. Поэтому есть предложение. Смени колеса, пусть форсаж контролируют наши техники, а трасса покажет, кто чего стоит.
Гонщики нервничают. Они следят за Алексеем, как за каменным идолом во время языческого обряда: либо свершится чудо, либо истукан так и останется истуканом, разбив надежды.
- Я создал свою компанию еще будучи студентом, - говорит Алексей, - имея только компьютер и мозги. За пять лет превратил ее в производственный холдинг. Я спаивал высшие чины госпезопасности, подкармливал мелкую шушеру, прогибался в нужный момент перед тузами. И все для того, чтобы пить дорогой виски, трахать самых красивых девчонок и гонять на лучших тачках. Я прикрывал задницы каждого из лиги не потому что вы мне охрененно нравитесь, а потому что ездить в одного не комильфо. Из-за этого же я сделаю вид, что разговора не было. Иде...
Слово застревает в горле пулей меж ребер. Боль короткая и медная на вкус. Последнее, о чем Алексей успевает подумать: "А ведь Димка решит, что свои".
Х2.
Дата: 11/2029. Место: г. Икстерск, РФ.
Седьмая пара - самое тихое время для университетской столовой. Обеденный бум давно прошел, прогульщики рассредоточились по домам и барам. Несколько столиков занимают неудачливые аспиранты с "окном" в расписании. Преподаватели рангом повыше местную кухню не жалуют.
В угловой нише, образованной выступом подсобных помещений коротают время две подруги. Меланхоличная блондинка в строгом костюме тянет абрикосовый сок через трубочку и периодически поглядывает на часы. Ее собеседница вертит головой, разглядывая жизнерадостные картинки на стенах, и пытается вычислить геометрию узора в расстановке разноцветных столиков.
- Не обижайся, Танька, но я сюда больше ни ногой, - заявляет вертлявая. - Ваша столовка такая же унылая, как в моем универе. У меня теперь аллергия на такие места.
Танька виновато пожимает плечами. До конца пары остается пятнадцать минут, и попытка сделать ожидание более приятным за счет подруги провалилась с треском. На этот раз "Юла" не оправдала прилипшего со школьной скамьи прозвища.
- Здесь даже попялиться не на кого, - возмущается Юла и, развернувшись на стуле, глядит за спину. - Хотя... может, я не правильно сидела? Эт что за рафинадный блондинчик со слим-буком?
Танька приподнимается, чтобы заглянуть через плечо подруги и хмурит тонко выщипанные брови.
У самого выхода действительно работает за компьютером симпатичный парень. Сенсорный экран слим-бука развернут до максимума и занимает почти всю столешницу. Помимо него поместился только кофейный стаканчик, судя по цвету, студент к нему не притрагивался.
- Это Стрелецкий Влад, - узнала Танька. - Местный компьютерный гений. Он себе состояние сделал на курсовых и контрольных, говорят, даже для других ВУЗов решает. Ректорат ничего сделать не может, им доска почета дороже.
- Любопытно, - оживляется Юла. Она оглядывает Влада от коротких, торчащих волос до кроссовок за пару тысяч. И замечает игриво: - А что правую руку в кармане держит?
- Она у него с рождения не работает. Врачи ничего не нашли, посоветовали усиленно тренироваться, разрабатывать. Я как-то к Тарину - физкультурнику нашему - заходила по орг-вопросам, у него как раз группа Стрелецкого занималась.
- И дорожка легла мимо раздевалки мальчиков, - подзадоривает Юла. - Видимо, он нехило "разрабатывался", раз ты запомнила.
- Не то слово. Хоть картины пиши. Но правая рука все портит, висит как шланг у пылесоса. Если б не компьютер вместо мозгов, затюкали бы парня.
Юла с сожалением морщится. Хотя разговаривают подруги достаточно громко в практически пустом помещении, Влад девушек игнорирует. Сосредоточенный, он словно отключен от белых стен столовой, и обменивается информацией только с компьютером.
Резкая трель звонка оживляет корпус. Шумным потоком студенты несутся по коридорам, заполняют столовую. Пробираясь к выходу сквозь броуновское движение вдохновленных перерывом студентов, Юла замечает, как несколько смазливых девчонок оккупируют Влада. Он, явно недовольный вмешательством, слушает их стрекотание вполуха, пока не осаждает самую навязчивую короткой фразой: "Уймись, кукла".
В семь часов уже стемнело.
Знакомой дорогой Влад идет домой через Театральную площадь. По соседней улице со скрипом ползет трамвай. Под черной массой подтаявшего снега колодцы и выбоины на тротуаре не заметны, но Стрелецкий безошибочно переступает через них. Морщит нос, проходя мимо киосков - в урне что-то горит, дым темнота поглощает успешно, а с вонью - не справляется.
В дутой синтипоновой куртке не видно увечья, ремень перекинутой через плечо сумки иногда сползает и Влад поправляет его здоровой рукой. Редкие прохожие не обращают внимания на парня до тех пор, пока он не останавливается посреди площади.
Машины сюда не заезжают, Владу не грозит попасть под колеса, но резкие подергивания головой заставляют невольных свидетелей вглядываться в освещенное киосками лицо. И ускорять шаг. Мальчишка не моргает - жмурится, его бьет озноб. Широкие плечи то сутулятся, то распрямляются, вес тела переносится с пятки на носок и обратно, будто Влад проверяет амортизацию зимних кроссовок. Наконец, он подносит левую ладонь к лицу, оглядывает заправленную в карман парализованную руку и до скрежета стискивает зубы.
***
Перескакивая через ступеньки, Влад поднимается на третий этаж. Вертится на месте, оглядывая лестничную площадку, с удивлением замечает номера соседских квартир, погнутый щиток и двери лифта, облепленные голографическими вкладышами от жевательных резинок. Яркая люминесцентная лампа под потолком слепит глаза, заставляет жмуриться. Влад дольше чем обычно топчется на пестром половичке у порога, прочищая кроссовки, но все же звонит в видеофон.
Из-за двери доносится цоканье шпилек по пластиковому настилу, мать Влада отпирает замок и прежде чем впустить сына, упрекает:
- Опять забыл ключи?
Сунув руку в карман, Влад достает бренчащую связку. На кольце с брелоком в виде залитого смолой скорпиона висят магнитная карта университета, цилиндрический футляр для флеш-памяти и несколько ключей. От квартиры - самый длинный и тусклый, с короткими бороздами.
- Я забыл, что взял их, - задумчиво говорит Влад и виновато улыбается матери.
Скинув кроссовки, Стрелецкий идет по коридору родной квартиры, заглядывает в комнаты. Просторная гостиная почти без мебели, только диван в центре бежевого ковра и стеклянный столик для журналов рядом. Напротив - плазменная панель размером с оконный проем. На подвесных полках в углах стоят динамики стереосистемы. У балконной двери - плетеная кадка с апельсиновым деревом. Его ветви цепляются за белоснежный тюль, словно хотят прикрыть наготу ствола.
Следующая комната - спальня родителей. Вся мебель темного дерева, начиная с трюмо, заставленного косметическими тюбиками, и заканчивая огромным стеллажом. Книги занимают только три верхние полки, остальные забиты сувенирами: фарфоровые гейши с зонтиками, коллекция зайцев разного размера и окраса, бронзовый сфинкс, миниатюрные Эйфелева и Пизанская башни. На прикроватной тумбочке - журналы, тот, что лежит сверху, раскрыт на странице со светской хроникой.
Дверь напротив заперта. Влад проворачивает круглую бляшку ручки и включает свет. Даже ночью понятно, что плотные темно-синие шторы надежно защищают от солнца. Правый угол комнаты заставлен тренажерами, из-под кровати-полуторки выглядывают разновесные гантели. Подвесная столешница завалена распечатками схем и технических документаций.
Влад запирает дверь и выдвигает из платяного шкафа зеркало. Он раздевается медленно. Разглядывает одежду и себя с разных ракурсов. На подбородке уже проступает щетина, под левой коленной чашечкой намечается синяк от удара о стул в университете. Влад разворачивается боком и напрягает правое плечо, пытаясь подчинить неживую руку, но она упрямее. С ней, действительно ничего нельзя сделать, только смириться.
Переодевшись в домашние шорты, Влад достает из сумки слим-бук и заваливается на кровать. Разворачивать устройство нет надобности, десяти дюймов экрана вполне достаточно для веб-серфинга. Как на зло, сетевой адаптер долго ищет домашнюю сеть. Влад уже полез рукой под кровать, но стоило нащупать оптоволоконный кабель, индикатор связи замигал синим.
При старте браузер автоматически загружает главную страницу IT-портала. Однако сейчас Влад пренебрег новостями и справочниками для своей научной работы. Он заходит в поисковую систему и набирает в диалоговом окне "Убийство Алексея Громова". Лента ссылок выводит на криминальные хроники не только икстерских СМИ, но и федеральных каналов.
На смерти молодого бизнесмена изрядно покатались. Виновных нашли быстро. Рискованная сделка с западными инвесторами выплыла на поверхность, развязав Интерполу руки. Имущество компании описали, стрелка не нашли, но заказчиков прищучили.
Читая подробности громкого дела, Стрелецкий натыкается на фото знакомого следователя.
- Молодец, докопался до сути, - тихо произносит он. - Не зря я тебя подкармливал.
За дверью по полу цокают каблуки, костяшка тонкого пальца стучит по двери. Три удара - перерыв - три удара. Спокойный, пропитанный уверенностью и достоинством голос зовет:
- Влади, пора ужинать.
- Я попозже поем, - резко отвечает Влад и после недолгой заминки добавляет: - Извини, ма.
Некоторое время Стрелецкий сидит на кровати, подтянув колени к груди так, чтобы удержать на них слим-бук. Он прислушивается к удаляющемуся цоканью каблуков матери, размеренному тиканью часов над столешницей и тихому жужжанию вентилятора под потолком. Он смотрит в одну точку на полировке платяного шкафа, в которой отражается крепкий парень с плотно сжатыми губами и напряженными мышцами. Наконец, Влад разворачивает клавиатуру слим-бука, загружает blog.world.ru и впервые регистрирует виртуальный дневник.
Логин: Iteration
Пароль: 1985-2010ujl
Сервер шлет приветственные письма и поздравления с новым блогом. Стрелецкий удаляет их, не читая. Стандартный дизайн симпатичен интуитивной навигацией и черно-белой гаммой, на аватаре - штамповый отпечаток профиля. Влад открывает создание записи и с машинописной скоростью вбивает первые символы.
"Меня зовут Стрелецкий Владислав Андреевич. Родился 14 сентября 2010 года в городе Икстреск, РФ.
Я инженер-системотехник, хороший программист и единственный ребенок в семье.
Мой отец управляющий банка, мать была маркетологом, но перестала работать, потому что с рождения у меня парализована правая рука.
Сегодня что-то произошло. И я узнал, что также являюсь Громовым Алексеем Викторовичем, убитым в ночь с 10 на 11 сентября 2010 года. Согласно теории вероятности есть два варианта: либо я сбрендил, либо переродился. Согласно теории вероятности, второе маловероятно. Вообще невероятно.
Однако, я помню ВСЮ жизнь Алексея, включая такие мелочи, как банковские реквизиты компании или царапины в кожаном салоне Ниссана "Скай-Лайн" с государственным номером Б333ОГ 123РУС.
Последние два часа я могу свободно изъясняться на английском, французском, испанском и немецком языках, разбираюсь в видах металлопластика, древесных породах, металлах и способах их соединения, алкоголе, спортивных автомобилях, сигарах, биржевой игре, методах управления людьми и женщинами в частности, помню ощущения оргазма и похмелья, а также, не подведи рука, умел бы водить автомобиль не хуже Шумахера.
Как примеры неприятных последствий - сбилось восприятие цвета, вкуса и запаха, появилась заторможенность реакции на привычные раздражители (события, слова, еще что-нибудь, наверное).
И у меня эрекция на собственную мать.
Я создал этот дневник, чтобы разобраться в происходящем, пока бардак в голове не усилился. По крайней мере, я смогу проследить хронологию изменений и отделять себя - Влада от себя - Алексея".
Стрелецкий убирает руки с клавиатуры, пробегает взглядом текст и дописывает последнюю строчку:
"Здравствуй, шизофрения!"
Он выбирает в меню "Приватная запись" и нажимает "Отправить".
Прежде чем выйти из комнаты, Влад переодевается из боксерских трусов в самые тесные плавки и натягивает поверх просторные домашние шорты.
***
В баре у Большого Фонтана безлюдно. Пустые столики с новыми бежевыми скатертями непривычно чисты, салфеточницы наполнены, на краешках рядом с меню разложены рекламные листовки. Молодой бармен в футболке "Todd Terry" стучит по клавишам старенького скай-бука. Он шевелит губами, чешет нос и довольно улыбается. Вместо аромата кухни и сигаретного дыма в воздухе витает запах чистящего средства для пола. Влад проверяет время на скай-буке.
16:58
Два часа назад он отправил письмо на ящик Егора. Тема "Надо встретиться. Поговорить о Громове" должна заинтересовать бывшего друга, но до назначенного времени остается две минуты, а Егора нет. Ответа на сообщение - тоже.
Влад комкает салфетку, протыкает коктейльной трубочкой, пока дырка не превращает салфетку в лохмотья. И Влад достает новую.
16:59
Подключившись к сети бара, Влад нарушает данное себе несколько лет назад обещание и за несколько секунд взламывает сервера двух крупнейших сотовых операторов. В базе данных находится десяток совпадений по имени-фамилии. Дата рождения Егора сужает поиск до двух номеров разных операторов. Влад поправляет за ухом гарнитуру, набирает на слим-буке сначала короткий - длинные незапоминающиеся номера обычно содержат список допустимых абонентов.
Усталый, полный официоза голос, требует назвать имя звонящего.
- Влад, - не сразу отвечает Стрелецкий. - С Егором соедините, пожалуйста.
- Вы знакомы с владельцем номера?
- Когда-то был.
- Приезжайте в сорок третий участок на опознание, - требует собеседник. - При себе иметь паспорт. Или электронное свидетельство.
Влад сбрасывает вызов.
Ровно в 17:00 он открывает текстовый файл с названием "люди.txt". Короткая таблица в две колонки легко помещается на экране. Автоматически курсор встает на верхнюю строчку "Громов Виктор", она закрашена темно-синим фоном так, что проблематично прочесть надпись. Соседняя колонка гласит: "Мертв. Инфаркт миокарда". Клавишами навигации Влад спускает курсор по строчкам, задерживается на каждой из них.
"Громова Оксана. Мертва. Автокатастрофа"
"Левицкий Дмитрий. Мертв. Рак легких"
"Пронин Егор".
Курсор выделяет строку, синяя заливка скрывает надпись. В соседней колонке Влад отстукивает: "Мертв. Какая нахуй разница от чего".